Школа девятисот шестьдесят шесть

Глава 1. "Переезд в Зареченск."

Автобус, дребезжа и покачиваясь, въезжал в Зареченск. Максим прижался лбом к холодному стеклу, разглядывая проплывающие мимо пейзажи. За окном тянулись бесконечные ряды заброшенных заводских корпусов — ржавые каркасы с выбитыми окнами, заросшие бурьяном подъездные пути. На воротах одного из цехов висел выцветший плакат: "Зареченск — город будущего!", буквы уже наполовину осыпались.

— И куда мы едем… — вздохнула мама, поправляя сумку на коленях. — В какую-то глушь.

— Зато здесь тихо, — отозвался отец, не отрываясь от карты на телефоне. — И квартира почти даром.

Максим промолчал. Ему не нравилось здесь с первого взгляда.

Автобус свернул на центральную улицу. Вид стал ещё мрачнее: закрытые магазины с заколоченными витринами, облезлые фасады домов, пустыри на месте бывших рынков. На одном из заборов кто‑то вывел чёрной краской: "УЕЗЖАЙ, ПОКА МОЖЕШЬ". Краска уже начала шелушиться, но буквы всё ещё читались чётко.

В салоне автобуса было немного пассажиров — в основном пожилые женщины с сумками. Максим невольно прислушался к разговору двух соседок впереди:

— Все бегут из города, — говорила одна, качая головой. — Молодёжь — первая. Кто в областной центр, кто ещё дальше.

— И правильно делают, — подхватила вторая. — Чего тут ловить? Работы нет, перспектив нет. Школа вон только и держится, да и то…

— А что школа? — насторожилась первая.

Вторая понизила голос:

— Да так… Говорят, нехорошая она. Раньше номер у неё был — "Шестьсот шестьдесят шесть". Потом поменяли, но… сама понимаешь.

Первая перекрестилась и перекрестила внучку, сидевшую рядом.

Максим навострил уши, но женщины замолчали.

Автобус остановился. Семья вышла на пустынной остановке. Рядом возвышался старый пятиэтажный дом с облупившейся штукатуркой. Над подъездом висела вывеска: "Сдаётся жильё посуточно", буквы кое‑где отвалились, получилось "Сдаётся жи пос".

— Ну вот, — отец хлопнул себя по коленям. — Наш новый дом.

Квартира оказалась на третьем этаже. Когда Максим вошёл в свою комнату, первое, что он заметил, — вид из окна. Вдалеке, за деревьями, виднелось высокое здание с массивными колоннами и строгой вывеской: "Средняя школа номер девятисот шестьдесят шесть".

— Почему именно девятисот шестьдесят шесть? — вслух подумал Максим.

— Что? — мама заглянула в комнату.

— Номер школы. Странный какой‑то.

Мама пожала плечами:

— Наверное, так получилось. Давай лучше поможем папе разобрать коробки.

Когда сумерки опустились на город, Максим вышел на улицу — размять ноги после долгой дороги. Он обошёл дом и оказался во дворе соседнего здания. Стена была испещрена граффити, но одно бросалось в глаза: кто‑то когда‑то крупно вывел красной краской "шестисот шестьдесят шесть", а потом кто‑то другой попытался это затереть. Но цифры всё равно проступали сквозь слой серой краски — будто пытались напомнить о себе.

Максим замер, глядя на них. Что‑то в этих цифрах вызывало тревогу. Он почувствовал, как по спине пробежал холодок, а в ушах зазвучал отдалённый шёпот — будто кто‑то повторял: "Шесть… шесть… шесть…"

Он тряхнул головой. Шёпот исчез.

"Показалось", — подумал Максим и поспешил обратно к дому. Но взгляд ещё раз скользнул по стене, и цифры, казалось, чуть ярче вспыхнули в темноте.

Глава 2. "Первый день в школе."

Утро выдалось серым и промозглым. Максим натянул куртку, бросил в рюкзак тетради и вышел из дома. Школа номер девятисот шестьдесят шесть виднелась в конце улицы — массивное здание из тёмно‑серого камня с высокими окнами, похожими на узкие щели. Оно напоминало крепость, готовую поглотить каждого, кто переступит порог.

Во дворе было немного учеников. Они стояли небольшими группами, но почти не разговаривали — только переглядывались и кивали. Никто не смеялся, не толкался, не шутил. Максим почувствовал, как по спине пробежал холодок.

У входа его встретила невысокая женщина в строгом сером костюме — классный руководитель Ольга Николаевна.

— Петров Максим? — уточнила она, сверившись со списком. — Проходи. И помни: у нас строгие правила. Соблюдай их, и всё будет хорошо.

— Да, конечно, — кивнул Максим.

— Соблюдай правила, — повторила она чуть громче, будто вбивая эти слова в его сознание.

Глава 3. "Экскурсия по школе."

Ольга Николаевна повела Максима по коридорам. Они оказались длиннее и извилистее, чем казалось снаружи. Стены выкрашены в тускло‑зелёный цвет, на полу — вытертый линолеум с геометрическим узором, который словно затягивал взгляд вглубь.

— Это главный коридор, — монотонно говорила Ольга Николаевна. — Здесь нельзя бегать, кричать или задерживаться после уроков. Соблюдай правила.

— Понял, — пробормотал Максим.

Он заметил, что ученики, встречавшиеся им на пути, двигались как‑то одинаково: ровно, без лишних жестов, будто запрограммированные. Они кивали классному руководителю, бросали на Максима короткие взгляды и шли дальше.

В конце коридора собралась небольшая группа учеников и учителей. Ольга Николаевна подвела Максима ближе:

— А теперь познакомься с директором нашей школы — Лидией Павловной.

Глава 4. "Знакомство с директором."

Лидия Павловна стояла в центре группы, высокая и прямая, как шомпол. Бледная кожа, тёмные волосы, собранные в тугой пучок, строгие черты лица. Она была одета в чёрное платье с высоким воротником и длинные чёрные перчатки.

Когда она повернулась к Максиму, их взгляды встретились. На мгновение — буквально на долю секунды — её глаза вспыхнули красным, будто тлеющие угли. Затем она улыбнулась, и взгляд снова стал обычным: холодным, но человеческим.

— Добро пожаловать в девятисот шестьдесят шесть‑ю, — произнесла она низким, ровным голосом. — Здесь ты станешь лучше. Мы поможем тебе раскрыться.

Её голос звучал успокаивающе, но от этих слов по спине Максима пробежал неприятный озноб. Он кивнул, не зная, что ответить.

— И помни, — добавила Лидия Павловна, чуть наклонившись к нему. — Правила созданы для твоей же безопасности. Соблюдай их. Всегда соблюдай.

Глава 5. "Странности школы."

После знакомства Ольга Николаевна продолжила экскурсию. Максим старался запомнить расположение кабинетов, но всё вокруг казалось каким‑то неправильным:

коридоры изгибались под неестественными углами;

некоторые двери вели в тупики или небольшие ниши без окон;

на стенах висели плакаты с лозунгами: "Точность — вежливость королей", "Порядок — залог успеха", "Соблюдай правила";

ученики, проходившие мимо, смотрели на Максима с непонятной смесью любопытства и страха.

В холле, возле лестницы на второй этаж, Максим заметил большие настенные часы. Он бросил на них взгляд — и замер.

Часы показывали шесть и шестьдесят шесть.

Стрелки застыли на этом времени. Максим моргнул, думая, что ошибся. Но нет — большая стрелка чётко стояла на шестьдесят шестой‑й минуте, маленькая указывала на шесть. Он огляделся — другие часы в коридоре тоже показывали шесть и шестьдесят шесть.

— Почему часы остановились? — спросил он у Ольги Николаевны.

Та посмотрела на циферблат, потом на Максима.

— Они не остановились. Это правильное время. У нас особое расписание. Соблюдай режим, и всё встанет на свои места.

Она сказала это так спокойно, будто речь шла о чём‑то само собой разумеющемся.

Экскурсия закончилась у кабинета три и ноль семь— класса Максима. Ольга Николаевна открыла дверь:

— Заходи. Твои одноклассники уже ждут. И помни — соблюдай правила. Это важно.

Максим переступил порог. В классе наступила тишина. Двадцать пар глаз уставились на него. Кто‑то улыбнулся, но улыбка вышла натянутой. Кто‑то отвернулся. В воздухе повисло негласное предупреждение: ты здесь чужой.

А за окном, на фасаде школы, цифра девять в номере девятисот шестьдесят шесть чуть дрогнула и на мгновение стала похожа на перевёрнутую шесть.

Глава 6. "Странные правила."

Максим расследует таинственные пропажи в школе девятисот шестьдесят шесть. После исчезновения друга Игоря он проникает в подвал и обнаруживает пульсирующий красный узор — портал, питающийся страхом и отчаянием города. С помощью медальона Дьяконова Максим разрушает узор, а существо в облике директора Лидии Павловны рассыпается в пепел.

Год спустя на месте старой школы открывают восемьсот восемьдесят восемь. Город якобы возрождается, но Максим замечает тревожные знаки: снова пропадают люди, а новая кандидатка на пост директора подозрительно похожа на Лидию Павловну. Тени на асфальте движутся не в такт с солнцем — угроза не исчезла, а лишь переродилась. Максим понимает: настоящая битва ещё впереди. Портал ждёт новых жертв, и он единственный, кто видит правду за фасадом благополучия Зареченска.

Первый урок прошёл как в тумане. Максим сидел за партой у окна, слушал монотонный голос учителя математики и разглядывал одноклассников. Они вели себя странно: отвечали только когда спрашивали, не переговаривались между собой, а их движения казались… механическими.

На перемене к нему подошёл парень с взъерошенными русыми волосами и веснушками на носу.

— Ты новенький? Я Игорь, — он протянул руку. — Давай после уроков поговорим. Есть что рассказать.

Максим кивнул. Что‑то в глазах Игоря подсказало: это не просто дружеское предложение.

Глава 7. "Сомнения и давление."

После последнего урока большинство учеников быстро разошлись. Игорь дождался Максима у выхода из класса.

— Пойдём в столовую, — предложил он. — Там почти никого нет в это время.

Они спустились на первый этаж. В просторном зале с выцветшими плакатами о пользе математики действительно было пусто. Сели за дальний столик у окна.

— Слушай, — Игорь понизил голос. — Ты заметил, что тут всё… не так?

— Часы показывают шесть и шестьдесят шесть, — начал Максим. — Ученики какие‑то странные…

— И это ещё не всё, — перебил Игорь. — Знаешь, какой раньше был номер у школы?

Максим помотал головой.

— шестьсот шестьдесят шесть. Представляешь? Построили её лет пятьдесят назад, и сразу пошли слухи. Местные жаловались, РПЦ вмешалась — и номер поменяли на "девятисот шестьдесят шесть". Но это ничего не изменило.

Он оглянулся, будто боялся, что их подслушают.

— Раньше тут пропадали люди. И сейчас пропадают. Учителя, ученики, просто горожане. Но полиция всегда говорит одно: "Уехали из‑за безработицы". Как будто все сговорились.

— А подвал? — вспомнил Максим предупреждение.

Игорь побледнел.

— Ни в коем случае. Никто не знает, что там. Но все, кто туда спускался… они либо пропадали, либо возвращались… другими. Понимаешь?

Он сделал паузу и добавил:

— Не задерживайся после уроков. И если увидишь, что Лидия Павловна идёт по коридору, — отойди в сторону и не смотри ей в глаза. Особенно когда она улыбается.

Глава 8. "Пропажи и официальная версия."

На следующий день в классе не оказалось двух учеников из параллельного девятого‑го "Б". На вопрос Максима Игорь только пожал плечами:

— Уехали, конечно. Так все скажут.

В коридоре висел свежий выпуск школьной газеты. На первой полосе — заголовок: "Молодёжь выбирает будущее: выпускники уезжают в крупные города". Под ним — фото улыбающихся ребят с чемоданами.

Максим заметил, что лица на фото были ему незнакомы.

Во время обеда он услышал разговор двух учителей в столовой:

— Опять трое пропали за неделю, — шептала женщина в очках.

— Тише ты! — шикнул на неё коллега. — Официально они уехали. И точка. Не надо паники. Лидия Павловна не любит паники.

Глава 9. "Странная тень."

На третьем уроке — химии — Максим сидел у окна и невольно следил за Лидией Павловной. Директор зашла в класс вместе с учителем, что‑то тихо сказала и направилась к выходу.

И тут Максим заметил нечто странное.

Тень Лидии Павловны на стене… двигалась не в такт с ней. Когда директор шла прямо, тень изгибалась вбок. Когда она остановилась, чтобы что‑то сказать учителю, тень продолжала идти вперёд — медленно, плавно, будто плыла по стене.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.