Закалённая сталь

Закалённая сталь

Горем разбитый красный закат,

Бросил свой сумрачный взгляд,

Видно ему никто тут не рад,

Наши глаза для него – словно яд.

Он движется вдаль, но в сердце кипит,

Закалённая сталь.

Разбитые улицы, разбитое солнце,

Забытые дни, забытые ночи,

Загубленные лица смотрят в оконце,

И видят сквозь сон, закрытые очи.

Пропала мораль, но мною лишь движет,

Закалённая сталь.

Всё также льёт дождик в том сером окне,

По крышам бетонным нещадно трубя.

Чем дольше смотрю я на то что во мне,

Тем больше в себе я вижу тебя.

Нас обуяла печаль,но во мне всё горит,

Закалённая сталь.

Апостольское кредо

В бесконечном, светлом поле,

Под синей скатертью небес,

Стоит берёза поневоле,

А вдалеке – зелёный лес.

Гуляет вольный ветерок,

Качая мягко ветки.

И чует каждый лепесток,

От ветерка отметки.

И я с закрытыми глазами,

Услышу этот лёгкий звук.

Хотел бы поделиться с вами,

Каким прекрасным был тот луг.

Тут так красиво. Так свежо.

Я наконец-то понял,

Что жить на свете хорошо,

Берёзку я бы обнял.

Но к сожалению, человек,

Не знает жалости к природе.

Хотел бы я тут жить навек,

Но время на исходе.

За дом, за Родину свою,

Я грудью встану в поле.

И защищу берёзку ту,

Которая стоит на воле.

Горит во мне огнём,

Апостольское кредо:

Разить мечом всех тех,

Кто посигнуть посмел,

На эту красоту.

Ночь

Ветер смывает с неба красный закат.

Он лишь хочет помочь.

Тёмные тучи на сфере небесной кружат.

Просыпается ночь.

Город, который не спит, собирается спать.

Все прячутся прочь.

Жаждет каждый свою частичку отдать.

Просыпается ночь.

Небо полное тьмы, тащит нас в никуда.

Будто бездна точь-в-точь.

Белой точкой под небом горит звезда.

Просыпается ночь.

Вдали от птичьих песен

Вдали от птичьих песен.

Туда, где солнца свет,

Красив и интересен.

Где нас с тобою нет.

Летит душа родная.

Дорог не сосчитать,

Под ярким светом мая,

Могу я подождать.

И смертоносной тягой,

Устал уж я дышать.

И хоть я здесь, однако,

Продолжу умирать.

И это всё зачем?

Ведь слабо наше тело.

И вот оно совсем,

За годы постарело.

Среди полей бескрайних,

В сырой земле гния,

Понять желаем тайну,

Людского бытия.

Осталось только верить,

Есть мир среди огня.

Хочу я всё проверить,

Оставьте вы меня.

Родная Русь

Деревня, солнце, снова лето.

Я чувствую, что дома я.

Опять кровать моя нагрета,

Кругом опять моя семья.

И всё равно мне на погоду,

Хотя накатывает грусть,

Но знаю я, смотря на воду,

Кругом моя родная Русь.

Жить

Пытливый ум терзает бесконечно,

Всё истинную область бытия.

Ведь наша жизнь грустна и быстротечна.

Полна она безумного лганья.

С рождения обманом мы покрыты.

Нам запрещают задавать вопрос.

И грани этики давно уже размыты.

Начался наш, общественный некроз.

Суждений много изменилось.

Ведь поменялось всё вокруг.

Но общество всё так не научилось,

Искоренить в себе сей маленький недуг.

Пока сей ум так много созерцает,

Мы взор опустим на окно.

За ним луна в ночи мерцает.

И небо выглядит таинственно темно.

Панельный дом стоит в тревожной тишине,

Но шум дорожный слышен отовсюду.

Бежит с холодным ветром наравне,

Пытливый ум по старому маршруту.

Друг друга медленно сменяют,

Все мысли этого ума.

Но что они всем этим поменяют?

Ведь это всё для разума тюрьма.

И белый снег таинственно кружится,

Под светом старых фонарей.

И не возможно не влюбиться,

В один из этих быстрых дней.

И разум встал на перепутье.

Куда идти и кем мне быть ?

Ну а кругом ужасное безлюдье.

Останется лишь жалобно завыть.

Стальное облако висит под серым небом.

Туманный луч парит над белой

простынёй.

И в этом сумраке до ужаса нелепо,

Мысль поднимается над утренней зарёй.

С восходом солнца стало всё понятно,

Как перестать себя так изводить.

И истинна была невероятна.

Не надо думать,

Надо просто жить.

С порогов сумрачных домов

Лунный свет в ночи мерцает,

Под шёпот серых облаков.

И ветер быстро снег сбивает,

С порогов сумрачных домов.

И дым заводов, ядовито,

Окутывает город весь.

И смотрит он на мир открыто,

Убрав немыслимую спесь.

Красивым сумраком объятый,

Стоит панельный дом во тьме.

И гравитацией примятый,

Людей содержит как в тюрьме.

Оконный свет в ночи сверкает,

Среди осенних городов.

А ветер также снег сбивает,

С порогов сумрачных домов.

Эдем

Лунный свет в ночи мерцает,

Под шёпот серых облаков.

И ветер быстро снег сбивает,

С порогов сумрачных домов.

И дым заводов, ядовито,

Окутывает город весь.

И смотрит он на мир открыто,

Убрав немыслимую спесь.

Красивым сумраком объятый,

Стоит панельный дом во тьме.

И гравитацией примятый,

Людей содержит как в тюрьме.

Оконный свет в ночи сверкает,

Среди осенних городов.

А ветер также снег сбивает,

С порогов сумрачных домов.

Одиночество

Среди массивов городских,

И улиц полных грязи,

Надежд нет больше никаких.

Разрушены все связи.

И мыслей в голове так много,

Но главная – «Мне одиноко»

Мой разум больше не способен,

Выдерживать такой удар.

Ведь я как все, я не особен,

Но вот внутри горит пожар.

И всё как будто не спроста,

Меня сжирает пустота.

И хоть свободен вроде я,

Но мне внутри так тесно,

Сердечных ритмов колея,

Звучит ужасно пресно.

В душе взрывается вулкан,

А в голове сплошной туман.

Усталость быстро подступила,

И не хочу жить на земле,

Чтобы меня всего лишила,

Та грусть, живущая во мне.

Не виден даже мне просвет.

Вокруг меня лишь чёрный цвет.

Один я был, одним умру.

Отдался страшному недугу,

Глубокой ночью, поутру,

Всё повторяется по кругу.

Не нужно мне пророчество,

Я жертвой стал, одиночества.

Родился, потерпел и умер

Наш путь земной – сансары колесо.

Оставь за дверью ленточки раздумий,

А в жизни просто всё:

Родился, потерпел и умер.

В чём смысл в этом мире жить?

Страдать от всех земных вибраций.

Зачем тогда, среди таких же быть?

И не спасут нас тонны медитаций.

А каждый день похож на предыдущий,

Не размышляй о будущих деяньях.

Ведь наша жизнь не будет завтра гуще.

И ты забудь о всех своих желаньях.

Но как бы не было нам плохо,

Вдали всегда мы видим свет,

Не замечаем там подвоха,

Ведь света никакого нет.

Наш путь земной – сансары колесо.

Оставь за дверью ленточки раздумий,

А в жизни просто всё:

Родился, потерпел и умер.

Когда, с последней каплей крови

Когда, с последней каплей крови,

Последней капелькой воды.

Отдать в небытие готовы,

Куски разломленной звезды.

Тогда, среди разбитых листьев,

Среди убитых муравьёв,

Стоит так много живописцев,

Всё ждущих волны от ручьёв.

Красив тот миг среди природы,

Так много красок в небесах,

И не смотря на все невзгоды,

Красиво всё в моих глазах.

Не важен смысл. Важно как,

Высокий смысл поднял.

А если это был простак,

То ничего бы он не понял.

Я не чувствую

Я не чувствую больше земли,

Что покрытая небом, вдали,

Тихо мёрзнет, гниёт, подаётся,

Под лучами холодного солнца.

Сбился я с благого пути,

В божий дом не смогу я войти.

Я не чувствую больше воды,

Лишены мы её, за грехи.

Вдалеке от кустов, на траве.

Смотрит капелька в душу ко мне.

Не покрыты деревья дождём,

Ничего, ведь мы подождём.

Я не чувствую больше ветров,

Что разрушили столько мостов.

Не могу снова я ощутить,

Как способен траву шевелить,

Ветерок, что объявлен –  свободой,

Незабытой, всесильной природой.

Ничего я не чувствую больше,

Было раньше, будет и дольше.

Это странно, но я всё живой,

Хоть обрёл я и вправду покой.

Лишь одно во мне чувство всё льётся,

У людей, что любовью зовётся.

Просто человек

Иссиня-чистый, белый снег

Скрипит под тяжестью ноги,

Куда идёт тот человек ?

В дни сумрачной, ночной пурги.

И имя позабыв вовек,

Идёт вдоль жизненной дуги.

Висит на шее оберег,

От сглаза злобного слуги.

Но не поможет ничего,

Ведь что-то в нём само мертво,

Ведь он всего лишь человек,

А не живое божество.

Весенний дождь

Мерцает полная луна,

Красива, нежна и полна.

Притягивает волчий вой.

Лишь слышен рокот громовой.

И тлеет дымный мой костёр,

Раскидывая искры врозь.

Оковы рабские отбрось,

Грозы и грома повелитель,

Заступник всех холодных гроз.

Свинцовым небом ты накроешь,

Святой отчизны красоту,

И я не знаю отчего же,

Весенний дождь я так люблю.

Тайна

Аптека, улица, мой дом.

Зачем сюда попал я ?

С какою целью я рожден?

Ответов очень мало.

Ведь я хочу творить добро,

Без платы, не за серебро.

Мне счастья только надо.

Коль смысл жизни утаён,

Мой разум ждёт осада.

И после долгих размышлений,

Я к правде, истине пришёл.

Забудь о тяжбе искуплений,

Все комплексы задвинь под стол.

Тогда почувствуешь ты сердцем,

Как-будто ангел снизошёл.

И смысл жизни стал поближе.

И как холодная струя.

Ты подступил на ярус выше,

Ты понял тайны бытия.

Путеводная звезда

Народ великий и могучий,

Закрыт в оковы много лет.

Сыны его, свинцовой тучей,

Врагам нещадно смотрят в след.

Немыслимо бегут года.

Витает в воздухе вопрос:

«Где путеводная звезда?»

Цветок сознания в нас пророс.

В борьбе за равенство, свободу,

Сложить я голову готов.

И подмигну я эшафоту,

Устав от рьяности хлыстов.

Ещё быстрей бегут года,

Вопроса нет уже давно.

А путеводная звезда,

Глядит на нас раздражено.

На что свободу променяли?

Ведь нам давно уж не смешно.

Всю жизнь народ разъединяли.

От нас осталось лишь пятно.

Возвращение

Морозный дождь упал на землю,

Видны проблески серебра.

Своим глазам нещадно внемлю.

Моя земля совсем тускла.

И вновь упала капля платинового цвета,

На поле, где всё уж заросло.

И я устал печально ждать рассвета,

Устал смотреть на серое село.

Пытаюсь выбраться отсюда.

Попыток много совершил.

Устал я дожидаться чуда

И до чего же я дожил ?

Красив ночной фонарь,

Панельный дом и парк чудной.

На улице опять январь.

И я, объятый белизной,

Как исторический бунтарь,

Ищу небрежной за стеной.

Моей родни дом деревянный,

Коровник, псарню и село,

И пёс соседский окаянный.

Скулит и лает мне тепло.

И снова дома я,

На родине моей.

Любимая семья,

Меня уж пожалей.

Правое дело

Кругом одна лишь грязь,

И всё лицо в крови.

Лихую битву скрась.

Господь, меня благослови.

Я воин славы, воин чести.

И не забуду никогда,

О цели нашей мимолётной мести.

Готовы к бою, господа ?

Всем полчищам моих врагов,

Придётся долго подождать.

Ведь вся станица казаков,

Не будет умирать.

Не за Царя, за дом родной.

За сына, дочку и жену.

И под весенней бузиной,

Я шашкою в бою блесну.

Давно не видел света я.

Все силы вместе соберу.

И под Голгофою стоя,

За дело правое умру.

Глубокомыслие

Летит трамвай, разбрызгивая грязь.

Лишь виден огонёк завода вдалеке.

И я бреду по улице, забыв про эту вязь.

И думаю о мирном очаге.

Хотел бы я достичь земного счастья.

Хотел бы я спокойно, мирно жить.

Но суждено навек остаться частью,

Судьбы, меня способной низложить.

Стучит по капюшону промёрзлая вода,

А в голове – парад различных мыслей.

Под небом, близится неяркая звезда.

Я жертвой стал глубокомыслий.

Всё также дождь идёт.

И некого мне обнимать.

И вот душа моя цветёт.

Я стал поменьше понимать.

Силуэт

Металлом пахнет за окном.

Стоят деревья в тишине.

Они мертвы уже давно.

Что скажешь ты на это мне?

Лежу я в комнате пустой.

И вижу тёмный силуэт.

Останься на ночь ты со мной,

Купи на поезд мне билет.

И поезд мысли мне поможет.

Он отвезёт меня в рассвет.

Туда, где сон меня уложит,

Туда, где силуэта нет.

Сон

Осталось спать лишь пять часов.

Но сон не думает идти.

Под тонкой явью холодов.

Мой разум дремлет в взаперти.

Всё завтра будет как всегда.

Работа, дом. Не жизнь, а дно.

И так пройдут мои года.

И мыслей в голове полно.

Я сон счастливый наблюдаю.

Хочу остаться навсегда,

В том мире, что я обожаю,

И не смотреть на серые дома.

Дом предков

Сквозь городской пейзаж,

Сквозь сумрачный рассвет.

Поднялся на этаж,

Ленивый лунный свет.

И бледный, узкий луч,

Открыл для жадных глаз,

Манящей тайны ключ,

Пустой загадки лаз.

О где же солнца блеск?

Где дни утраченной природы?

Где водной глади всплеск?

Где жили славные народы?

Я не могу понять,

Куда пропал цветущий мир?

И должен я узнать,

Где зимней скатерти зефир?

Оставлен предками нам дом,

Разрушенный и подчинённый.

И все забыли о святом.

Глядим мы взглядом изумлённым.

Мертвы леса. Поля мертвы.

Лишь город, платиновым светом,

Манит табун стальной листвы.

Плоды все стали пустоцветом.

И уничтожены поля.

И божьи твари все покойны.

Лишь заросли лесного ковыля,

Лежа, трясутся беспокойно.

И в чём тогда мораль?

Когда сородичей крушили,

Мир, постепенно умирал.

И смерть мы право,заслужили.

Путник

Пустыни воздух раскалённый,

Кружится словно ураган.

Дорогой дальней, утомлённый,

Пересекает он бархан.

В клочки разодрана одежда.

И псы неистово скулят.

Но путнику даёт надежду,

Пронзительно-влюблённый взгляд.

Но лёгкой поступью, однако

В ворота города вошёл.

Ведомый звуком зодиака,

С небес на землю снизошёл.

Судья великий, божий сын.

Он царь израильского народа.

И посреди земных руин,

Излечивает он юрода.

Мессия нёс лишь мир-любовь,

Не больше и не меньше.

Ты каждый день, всё вновь и вновь.

Свои желанья преуменьши.

Великий царь непонят оказался.

И лютым сбродом осуждён.

Он был, а не казался.

Людской злобой угнетён.

Пилат лишь руки обмакнув,

Отдал на растерзание.

Нещадно палачу мигнув.

Хлыста слышно врезание .

И крестный путь пройдя,

Открылся путь к Голгофе.

Прикован силою гвоздя,

К кресту наизготове.

Лонгин копьём испортил божью плоть.

Не смог он посмотреть,

На плотника, кого послал Господь,

За нас всех умереть.

Идея

Лишь видно серое стекло,

И свет луны мелькает нежно,

И ран так много зажило.

Лежу в кровати безмятежно.

Я за окном услышал стук.

И мелкий, синий дождь пошёл.

Горит включённый ноутбук.

Идею для стиха нашёл.

Я напишу про чистый, лунный свет,

Про серое стекло.

И глаз мой различает каждый цвет.

И всё как будто снегом занесло.

Борец

Насмешкой твёрдой упоённый,

Стоит и чахнет в тишине,

Лишь светом лунным освещённый,

Панельный дом в стальной броне.

На пса одет его ошейник.

А на душе опять январь.

И взор упал на муравейник,

Людской машины капилляр.

Вся улице плывёт на запад,

А я хочу лишь на восток.

И дом мой заново разграбят.

И от души возьмут кусок.

Кто защищать меня поклялся.

Кто обманул весь мой народ.

Без силы воли я остался,

Но побороться я готов.

Когда веками унижали,

Таких как ты, как я, как он.

Мы падали, затем вставали.

И видели блестящий трон.

Но был и тот кто не терпел.

Он не жалел себя в борьбе.

Огнём возмездия он горел.

Он думал только о тебе.

И жизнь на страшное страдание,

Без колебаний он отдал.

Забыл душевное терзание.

И силу всю в кулак собрал.

Но длился сей протест недолго.

Враги нас под себя подмяли.

И будто загнанного волка.

Борца нещадно расстреляли.

Людские сердца

Железным взглядам вопреки,

Стремлюсь к своей я цели.

Мои деяния велики,

Желания не сгорели.

Давно хотел великим быть,

Что каждый смертный знал:

"Он всем поможет жизнь прожить,

Среди благих зеркал."

И знаю я, что добродетель,

Единственный мой путь на небеса.

И в годы жутких лихолетий,

Откройте люди мне свои сердца.

Рассвет

Вокруг всё осветил,

Тот солнца яркий луч.

То место, где я был.

Среди весенних туч.

Поднялся вдруг рассвет,

Видна вся быль, однако.

И виден самоцвет,

Божественного блага.

Небесный свет, нещадно

Сжигает всё вокруг.

И это всё досадно,

Для жителей лачуг.

Остался луч один.

Лишь ночь он погонял.

И средь ночных рутин,

Мир светом озарял.

Лис

Морозный ветер возмущённый,

Полётом серых облаков.

И стонет будто осуждённый,

Среди пустыни мёртвых льдов.

Один идёт по льду пустыни,

Величественный, гордый лис.

И позабыл он о гордыни,

Упав на самый тёмный низ.

И горем страшным утомлённый,

По всем долинам он шнырял.

До злости страшной доведённый.

Ведь он лисицу потерял.

И лисье сердце чует томно,

Разлуки грусть и пустоту.

Ведёт себя он очень скромно.

Ему и жить невмоготу.

И на пороге мёрзлых дней.

Лис знает всё наверняка.

Грустит он с каждым днём сильней.

Лиса другого бы нашла.

Вопрос

Морозный ветер возмущённый,

Полётом серых облаков.

И стонет будто осуждённый,

Среди пустыни мёртвых льдов.

Один идёт по льду пустыни,

Величественный, гордый лис.

И позабыл он о гордыни,

Упав на самый тёмный низ.

И горем страшным утомлённый,

По всем долинам он шнырял.

До злости страшной доведённый.

Ведь он лисицу потерял.

И лисье сердце чует томно,

Разлуки грусть и пустоту.

Ведёт себя он очень скромно.

Ему и жить невмоготу.

И на пороге мёрзлых дней.

Лис знает всё наверняка.

Грустит он с каждым днём сильней.

Лиса другого бы нашла.

Зима

Прекрасно, медленно и грустно,

На землю падал белый снег.

И весит будто очень грузно,

Морозных хлопьев томный бег.

Стоит лишь мёртвая берёза.

Стоит  совсем обнажена.

И веткой вытирает слёзы.

Стоит совсем она одна.

Стальной туман завис на всем  пейзажем.

Не вижу более из моего окна.

Вся улица покрыта тёмной сажей.

Кругом одни лишь серые тона.

И люди медленно ходя,

По переулкам сквозь дома,

Не видят тоже что и я.

Ну а кругом одна зима.

Песок величия

Кто в тёмные года,

Своё величие закалял нещадно.

Кому любовь была чужда.

Кто чувствовал себя отрадно.

Победой, наполненной печалью,

Доволен был великий человек.

И власть его, закованная сталью,

Осталась в памяти на этот страшный век.

В историю всего людского рода,

Свою фамилию вписать желает каждый.

Но лишь властитель славного феода,

Позволить это может лишь однажды.

Но стоит лишь однажды оступиться,

И позабыты будут все его заслуги.

Не сможет более он с мыслями ужиться,