Любовное уравнение. Часть 1. Закон всемирного тяготения

3

Полвечера я размышляла над тем, какую смс отправить Лёше, десяток раз набирая и стирая текст. В итоге ограничилась банальным «Привет! Это Ульяна», рассудив, что глупо спрашивать у него как дела или чем сейчас занимается – он ведь дал мне свой номер не для того, чтобы поболтать, а для дела.

Золотов ответил ближе к полуночи: «В понедельник в четыре часа. Удобно будет?»

«Удобно. Куда нужно подойти?»

Лёша прислал мне свой адрес, и я счастливо закружилась по комнате в импровизированном танце, прижимая к груди мобильник. Неужели это не сон и не шутка? Я, совершенно обычная девятиклассница, действительно общаюсь с самым популярным парнем школы, который ещё месяц назад даже не подозревал о моём существовании? Я действительно буду у него в гостях через пару дней? Ой, мамочки!

Делиться с подругами своей радостью я не стала – суеверно побоялась сглазить и решила, что расскажу им обо всём уже по факту. В последний день перед каникулами Лёшку в школе я не видела, так как их класс уехал на экскурсию в Суздаль. Время, будто назло, тянулось, словно резиновое, и казалось, что понедельник не наступит никогда…

Но, наконец, на календаре обозначилось первое ноября. Едва мама ушла на работу, я подскочила с кровати и поспешила в ванную, начиная готовиться к встрече с Лёшкой. Хотелось выглядеть на все сто! Однако, перемерив весь гардероб, я поняла, что наряжаться в платье – это перебор, поэтому остановила свой выбор на любимых джинсах-скинни и пушистом белом свитере. Волосы оставила распущенными, но прошлась по ним «утюжком», чтобы сделать их идеально прямыми и гладкими. А вот с макияжем дело обстояло сложнее.

Вооружившись инструкцией в модном журнале, я старательно создавала на веках «смоки-айс», но ужаснулась от полученного результата: вместо эффектной кошечки на меня из зеркала смотрела усталая панда, да к тому же такой мэйк-ап добавил мне возраста. Огорчённая, я отправилась умываться и снова засела у зеркала с косметикой, решив ограничиться своим обычным макияжем: тональный крем, тени пастельного цвета, тушь для ресниц, немного румян и прозрачный блеск для губ с лёгким ароматом ванили. Простенько, зато так я хотя бы похожа на саму себя. Конечно, по красоте мне никогда не достичь уровня Арины или Ирины Александровны, – природные данные не те – но ведь и я не страшилка, а вполне себе миловидная девчонка.

Когда я уже застёгивала куртку, в голове неожиданно вспыхнула мысль: что если Лёша использует репетиторство в качестве подработки и позвал меня заниматься не из-за душевного порыва, а для того, чтобы заработать денег?.. Хорошее настроение вмиг испарилось. Я вернулась в свою комнату и взяла из копилки все деньги, отложенные на выпускное платье – без понятия, какие там расценки у репетиторов.

Взглянув на часы, поняла, что ещё немного и начну опаздывать. Золотов жил на соседней улице, но всё же стоило поторопиться: не хотелось выглядеть в его глазах непунктуальным человеком.

– Привет! – улыбнулся Лёшка, открыв дверь, и посторонился, впуская меня в квартиру. – Проходи. Чувствуй себя как дома.

Я поздоровалась в ответ и юркнула в прихожую, украдкой разглядывая парня, пока снимала ботинки. Он был такой по-домашнему милый, – босиком, немного растрёпанный, в свободных спортивках серого цвета и простой белой майке – что в груди вспыхнуло острое желание крепко его обнять и провести вот так в обнимку весь день! Но, конечно же, я не могла позволить себе подобное проявление чувств.

Лёша галантно помог мне снять куртку и подал тапочки с пушистым помпоном – видимо, мамины. Затем мы прошли в его комнату, где я стала с интересом оглядываться, изучая обстановку. Что первым зацепило мой взор – это образцовый порядок. Никаких висящих на спинке стула вещей, никаких кружек и фантиков на столе, ни пылинки на экране большого монитора, кровать идеально ровно заправлена однотонным пледом, а все книжки на стеллаже расставлены по росту. Неужели Лёша специально прибрался к моему приходу, чтобы произвести впечатление? Ни за что не поверю, что в комнате парня может быть настолько аккуратно и чисто! Даже у меня в спальне нет такого порядка!

– Не забыла учебник? – спросил Лёша, садясь за компьютерный стол и пододвигая второй стул ко мне. – Надо сориентироваться, какой материал вы сейчас проходите.

– Конечно взяла, – кивнула я, доставая из сумки книгу, тетрадь, ручку. На самом деле мне было глубоко плевать на свою оценку по физике – на тройку вытяну и хватит. Но не могла же я отказаться от возможности побыть с Лёшкой наедине! Пусть и за изучением амперов, джоулей, молей и прочей дребедени.

– Что ж, начнём? – Золотов азартно потёр ладони и без лишних предисловий приступил к объяснению материала. Я послушно кивала в такт его словам, записывала примеры, но абсолютно ничегошеньки не понимала. Нет, Лёша наверняка объяснял всё грамотно, просто мой мозг рядом с ним отказывался воспринимать новую информацию. Я наслаждалась Лёшкиным голосом, – таким размеренным и обволакивающим – его ярко-голубыми глазами, запоминала каждую чёрточку его лица, каждую родинку… И таяла, словно оставленный на солнечном подоконнике пломбир.

– Ну как? Есть хоть немного понимания? – вклинился в мои мысли голос Лёшки.

– Да, конечно! – активно закивала я, совершенно не зная, о чём он говорил последние пятнадцать минут. Золотов с подозрением прищурился.

– Тогда давай закрепим материал. – Он ткнул пальцем в учебник. – Реши вот эти две задачки, и устроим небольшой перерыв. Я пока сделаю нам чай. Или ты кофе любишь?

– Нет, я за чай.

– Чёрный или зелёный? Сахар нужен?

– Чёрный, с двумя ложками сахара.

Лёша ушёл, а я с тоской уставилась в учебник.

«Вагон массой 30 т, движущийся по горизонтальному пути со скоростью 1,5 м/с, автоматически на ходу сцепляется с неподвижным вагоном массой 20 т. Найдите скорость сцепки».

Ну и как это решать? Трижды перечитала, а всё равно ничего не поняла!.. Написав от балды какую-то ахинею, подогнав её под ответ задачи, указанный в конце учебника, я отложила ручку и отправилась на кухню.

– Уже справилась? – удивлённо вскинул светлые брови Лёша, увидев меня на пороге. – Даже чайник закипеть не успел.

– Ты так хорошо всё объяснил, что я теперь эти задачки как семечки щёлкать буду! – польстила я своему учителю. Не признаваться же, что я на самом деле всё прослушала, потому что любовалась на него?

– Молодец! С чем чай будешь? Есть конфеты и курабье, либо могу бутерброды сделать.

Услышав о еде, мой желудок жалобно буркнул: увлечённая наведением марафета, я совсем забыла позавтракать.

– Лучше бутерброды, – немного смутившись, ответила я. – Не успела перекусить дома.

– А я тоже ещё не обедал, так что составлю тебе компанию.

– Помочь?

– Ни в коем случае! Ты же в гостях.

Пока Лёшка занимался нарезкой бутербродов, я пыталась придумать какую-нибудь тему для разговора, но ничего толкового на ум не приходило. Это меня злило. Вот каким образом я могу понравиться парню, если во мне нет ничего выдающегося? Как говорится, ни рожи, ни кожи! Скучная серая мышь!

– Чем занимаешься вне уроков? – спас ситуацию Лёша.

– Ничем особенным, – честно призналась я, вновь ощущая себя пустышкой. – Книги читаю, фильмы смотрю, с подружками гуляю.

– В волейбольную секцию не планируешь записаться? Ты ведь хорошо играешь.

– Не знаю. Никогда об этом не думала даже… А ты тоже ходишь в нашу школьную секцию? – с затаённой надеждой спросила я.

– Да, но у нас отдельная команда, чисто пацанская. Мы уже не просто ради интереса играем, а тренируемся для участия в соревнованиях. Я раньше ещё и футболом увлекался, но потом понял, что волейбол мне больше нравится и решил упор на нём сделать. Если проявлять успехи, могут заметить и в городскую сборную позвать.

Я обрадовалась, что тема для общения у нас всё-таки появилась.

– Было бы круто! Уверена, у тебя всё получится! А куда ты решил поступать после школы?

Лёша поставил на стол кружки, тарелку с бутербродами и сел напротив меня.

– Хочу в институт физической культуры и спорта, но мама ратует за юриспруденцию, а отец за военную кафедру, – вздохнул он. – Каждый раз у нас на этой почве споры. Отец говорит: «Если пойдёшь на физрука – сам себе будешь эту учёбу оплачивать».

– Там нет бюджетных мест?

– Есть, но конкурс большой. Я поэтому на уроки и не забиваю, чтобы шансы поступить на бюджет увеличились. Но если всё-таки пролечу… Сомневаюсь, что смогу полноценно совмещать учёбу, тренировки и работу.

– Но почему родители не поддерживают твоё желание? – осторожно спросила я, в душе радуясь тому, что Лёша делится со мной чем-то поистине личным.

– Характер у них такой – принципиальный, – невесело хмыкнул Золотов. – Но если мама ещё более-менее лояльна к моему выбору, то отец… Ладно, хватит обо мне. Какие твои планы на будущее? – резко сменил тему парень, и я поняла, что настаивать на продолжении не стоит.

– Может, на филолога пойду учиться, а может, на социолога или в рекламу, – я легкомысленно махнула рукой. – Ещё почти три года впереди, успею решить.

– Лучше определиться заранее, чтобы понимать, на какие предметы сделать упор. Вдруг ты захочешь стать программистом?

– А им физика нужна, что ли?

– В некоторых ВУЗах да.

– Тогда я точно не захочу становиться программистом!

Лёша по-доброму рассмеялся.

– Давай-ка ешь, и пойдём проверять задачки. Посмотрим, выйдет ли из тебя вторая Мария Кюри.

«Эх, а лучше бы ещё посидели, поболтали, чем смотреть, какую ересь я там написала!» – подумалось мне. Жутко хотелось спросить у Лёши про Ирину Александровну, но я понимала, что подобный вопрос некорректен: одно дело болтать про учёбу и совсем другое – про личную жизнь.

Вернувшись в комнату и заглянув в мою тетрадь, Золотов озадаченно крякнул:

– М-дааа уж… То ли я плохой учитель, то ли физика и правда не твоё.

– Ты очень хороший учитель! – поспешила я ободрить Лёшу. – Просто я бестолковая.

– Бестолковая вообще ничего не написала бы, – возразил тот и с улыбкой повернулся ко мне: – Не переживай. Говорят, Эйнштейн тоже двоечником был.

– А я не двоечница! У меня в четверти только по физике этой несчастной и по геометрии тройка была, да и то лишь раз.

– Значит, тем более не всё потеряно. Было бы желание!

– Желание есть, – откликнулась я, а про себя подумала: «Только не физикой заниматься, а видеться с тобой».

– Это самое главное. – Лёшка покосился на электронные часы, стоявшие на полке. – Ну, думаю, для первого раза достаточно. Ты где живёшь?

– На Разина.

– Я тебя провожу.

– Что ты, не надо. Здесь идти недалеко, минут десять, – из вежливости отказалась я, надеясь, что Лёша настоит на своём решении. И не ошиблась.

– У нас в районе хулиганов хватает, так что не обсуждается, – твёрдо отрезал Золотов. – Подожди меня в прихожей, пока я переоденусь, ладно?

Я прихватила свою сумку и послушно отправилась в коридор – как раз пока зашнурую ботинки. Лёша не заставил себя долго ждать: через пять минут он уже вышел ко мне в тёмно-синих джинсах и джемпере.

– Сколько я тебе должна за наше занятие? – спросила я, когда парень помог мне надеть куртку, доставая из сумки кошелёк.

– Не понял? – Лёша хмуро свёл к переносице брови. Я слегка стушевалась под его суровым взглядом и уже не столь уверенным тоном повторила:

– Сколько я должна заплатить за занятие?

– Я предложил тебе помощь не за деньги. – Золотов произнёс это таким тоном, что мои щёки тут же вспыхнули огнём стыда. – И давай впредь договоримся, что ты не станешь заикаться об оплате.

– Хорошо, – пролепетала я, заталкивая кошелёк обратно. – Извини…

Не говоря друг другу ни слова, мы вышли из квартиры и спустились на первый этаж. Лёша, словно обидевшись, шагал так быстро и широко, что я едва за ним поспевала.

– Кстати, я прочитала те романы Стивена Кинга, которые ты советовал, – первой заговорила я, не выдержав нашего гнетущего молчания.

– И как? Понравилось? – тут же оттаял Лёшка и замедлился, подстраиваясь под мой шаг.

– Понравилось. Но я не всё поняла.

– Что, например?

– Зачем мальчишки в «Долгой прогулке» шли на эти соревнования, зная, что победит только один, а остальные умрут? Почему каждый из них был так уверен в своих силах? Это ведь очень сложно: идти без остановки на отдых хотя бы на пару минут!

– Кто-то не понимал серьёзности испытания, кто-то действительно был крайне самоуверенным и хотел получить главный приз, кто-то просто был отчаянным. Или отчаявшимся…

– Ни за какие богатства я бы не согласилась на подобный риск!

– Прям совсем-совсем ни за какие?

«Даже если бы призом стала его любовь – ты бы отказалась?» – соблазняюще прошептал мне внутренний голос. Я поколебалась с ответом несколько секунд, но всё-таки произнесла твёрдым тоном:

– Нет, ни за какие. А ты?

– Если бы это было необходимо для спасения дорогого мне человека, – например, срочно нужны деньги на операцию и только этим способом можно было их быстро получить – то пошёл, – недолго думая ответил Лёша. Я с восхищением посмотрела на Золотова, ощущая, как меня накрывает новой волной чувств к нему. Настоящий рыцарь!

– О таком сценарии я и не подумала. Но, наверное, ради близких смогла бы рискнуть. Хотя… – я вздохнула. – Нет, не знаю. Я бы точно не выиграла в этой прогулке, слишком хиленькая. Какой тогда смысл жертвовать собственной жизнью, если можно попробовать найти другой вариант для помощи?

– И это тоже правильное решение, Шпунтик, – ласково произнёс Лёша.

– Шпунтик? – с удивлением повторила я. – Почему это?

– Захотелось так. Потому что ты малышка.

Назови меня кто-нибудь другой Шпунтиком, я непременно огрызнулась бы в ответ. Но Золотову… Ему было позволено всё.

– Не обижаешься?

– Не обижаюсь, – мотнула я головой и в подтверждение своих слов, как ни в чем не бывало, продолжила разговор: – Какие ещё книги Кинга порекомендуешь?

– Кажется, в школьной библиотеке есть ещё «Мизери» и «Нужные вещи». Думаю, для твоего возраста они подойдут.

Меня снова слегка покоробила фраза про возраст, – словно между нами разница не в два с половиной года, а лет десять – но я никак её не прокомментировала, а просто пообещала обязательно прочитать и эти романы.

– Вот мой дом, – сдержав огорчённый вздох от того, что наша прогулка подошла к концу, я махнула рукой на бледно-голубую панельную пятиэтажку. – Спасибо, что проводил. И за занятие тоже спасибо.

– Пока не за что. Вот получишь пятёрку по физике, тогда и будешь благодарить. – Лёшка взглянул на свои наручные часы. – Ладно, Уль, мне по делам бежать пора. Ещё увидимся!

– Когда?

– Я напишу.

Золотов подмигнул мне на прощание и пошёл в противоположную от своего дома сторону, доставая на ходу мобильный и прикладывая его к уху. Я с грустью смотрела вслед болтающему по телефону Лёше до тех пор, пока он не скрылся за углом соседней пятиэтажки. Интересно, куда он так спешил? Не к Ирине ли?..

4

– Офигеть! – восторженно выдохнула Галя, выслушав мои новости про Золотова. – Улька, он сто процентов в тебя тайно влюблён!

Во вторник мы встретились у меня дома, так как на улице зарядил противный мелкий дождик, и чаёвничали на кухне, пока мама была на работе.

– Думаешь? – я задумчиво подпёрла подбородок ладошкой.

– Конечно! Сама посуди: он первым стал с тобой здороваться, сам предложил помочь с физикой, не взял за это ни копейки, до дома провожать вызвался… Всё ж очевидно!

– Тогда почему он не зовёт меня погулять, чтобы узнать друг друга получше, а не только про школьные темы болтать, либо в кино на свидание?

–Погоди ты, ещё не вечер! Может, он просто стесняется, – пожала плечами подруга.

– Не похож Лёша на стеснительного мальчика.

– Но ведь сегодня вы с ним не только про уроки болтали. Уже прогресс! В общем, не загоняйся. Наверняка Золотов привык клеить только взрослых девчонок типа Арины, а ты другая, к тебе иной подход нужен. Прощупывает почву.

– Считаешь, что я могла бы понравиться такому классному парню, как он?

– Почему нет? Ты хорошенькая, весёлая, – Галка ободряюще похлопала меня по плечу. – А любви, между прочим, все возрасты покорны!

Я лишь вздохнула. Хочется верить, что теория подруги верна, однако сомнения никуда не деть. Я же чувствую, что между Лёшкой и Ириной Александровной есть некая химия даже во время обычного разговора, а в общении со мной – ничего.

– Ларисе будешь рассказывать? – поинтересовалась Галя, вытягивая из конфетницы уже третью «Марсианку».

– Чтобы она снова начала насмехаться: «если Золотов даже на меня внимания не обратил, то тебе тем более ничего не светит»? – передразнила я подружку.

– О, да! В этом вся Дубинина! Но неужели прям совсем-совсем ничего ей не скажешь? Обидится…

– Да расскажу, наверное, просто попозже. Пока не хочу. Слушай, а она реально была влюблена в Лёшку?

– Ага. Прошлой осенью её занесло тусоваться в компанию к старшакам, где как раз Золотов был. – Галка усмехнулась: – Ну, ты Ларису знаешь: ей, чтобы влюбиться, много времени не надо. Но и чтобы разлюбить – тоже. Недели две-три она о нём вздыхала, глазки строила, на волейбол таскалась, а потом другого встретила. Пашу, что ли? Не помню уже.

– Значит, между ней и Лёшей ничего не было?

– Нет. По крайней мере, про это Ларка не рассказывала.

– А тебе он не нравился? – на всякий случай уточнила я.

– Ты чего? Вообще не мой типаж! У меня Борюсик есть и никого другого мне не надо. – Галя снова зашуршала фантиком от конфеты. – Когда у вас следующая встреча?

– Не знаю, – я печально пожала плечами, бросив короткий взгляд на тёмный экран мобильника. – Лёша мне пока не писал.

– Так напиши ему сама!

– Нет, не буду. Не хочу быть как те девчонки, которые бегают за ним…

Вторник подошёл к концу, затем перевалили за полдень стрелки часов в среду, а смс-ки от Золотова так и не было.