Преисподняя плачет 2

Часть первая

– Анюточка, внученька! Встань, поешь… Богом тебя прошу… Нельзя же так себя изводить! Костеньки уже полгода как нет.

– Ба… Он мне сегодня приснился… Сказал, что ему там хорошо… А мне здесь так плохо без него. Я хочу туда…к нему…

– Анечка, пожалей меня старую! Не говори такие речи.

– Не плачь, ба. Я тебя люблю. Сейчас встану, поем.

Часть вторая

– Анатолий Дмитриевич, у нас завтра внеплановая пациентка. Возьмете на 14:45? Как раз Ваше окошечко будет занято.

– А я все думал по поводу этого окна неудобного.

– Ну вот видите! Как Вам работается в нашей клинике?

– Хорошо, Виктория. Даже замечательно. Надеюсь, так и будет.

– Будет. Руководство у нас хорошее. А Вы - специалист хороший.

– Не перехвалите.

– Да вон уже сколько пациентов именно к Вам хотят! Видно же, что стоматолог от Бога!

– Ну прям в краску вогнали. Виктория, можно у Вас поинтересоваться об одной медсестре, Марианне? Вроде весь коллектив приветливый, а она замкнутая какая-то, может нагрубить…

– Анатолий Дмитриевич, Вы не обращайте на это внимание. У нее сейчас очень тяжелый период в жизни. Мужа недавно похоронила. Практически сразу после свадьбы. На нервной почве выкидыш случился. Ни мужа, ни ребенка. Сами понимаете, для женщины как это. А так она очень доброжелательная. Она у нас много лет до этого работала. Потом вышла замуж, уехала. А после трагедии вернулась вот. Все ее с радостью приняли. Очень ответственная как медсестра, да и человек хороший.

– А с мужем что произошло?

– Разбился в автомобильной аварии. Погиб на месте. В закрытом гробу хоронили. Он у нее священником был. Ехал прихожанину дом освящать за город. На встречную полосу фура вылетела на скорости с заснувшим водителем. У отца Константина не было шанса сманеврировать… Так что Вы не обижайтесь на нее. Она в себя приходит еще. Два раза в месяц в Петербург мотается на его могилу. Ей бедной даже там остановиться негде. В гостинице живет. После похорон родители батюшки потребовали освободить его квартиру. Представляете?! Сразу после похорон! Они с бабушкой ехали в поезде…у нее прям там выкидыш случился. В больнице лежала.

– Почему так родители?

– А они от сына-то родного отказались, когда он принял сан. Соответственно и ее не приняли. Их даже на венчании не было.

– Ясно, Виктория. Ладно. Надо работать.

– Хотите, я попрошу, чтобы ее поставили ассистировать другому врачу?

– Нет, нет. Все в порядке. Как начальство решило, пусть так будет.

– Как скажете, Анатолий Дмитриевич.

Часть третья

– Давай еще молочка?

– Ба! Ну ты прям совсем! Я нормально поела. Поеду в храм съезжу. Свечку за Костю поставлю. Я когда подхожу к подсвечнику, чувствую особую связь с ним…как будто он рядом. Поедешь со мной?

– В следующий раз, Анюта. Сейчас твоя ба будет ломать голову над эксклюзивной заявкой.

– Какое чудо опять к тебе принесло?

– Чудо чудное! Диво дивное! Мажор пожаловал. Матушка его с батюшкой грозят ему лишением наследства, если экстренно не женится. Не довольны они, что их чадо жизнь прожигает. Внуков желают. А парень статный. 34–х лет от роду. Чернявый красавец. Фиктивный брак хочет на год. А потом, чтоб избранница организовала постановку прикрепления ему рогов на лоб. Разочарованные матушка с батюшкой отстанут от него – в его теории. Он разведется и будет дальше жить - не тужить. Таков сценарий. Грозится хорошо заплатить.

– Жить - не тужить и дальше шляться. Откуда они такие только к тебе приходят! Ладно, бабуль, я поехала. Удачи с мажором.

– Да какая ж тут, Анечка, может быть удача?! Он дал 5 дней. А невесты, которые у нас есть на данный момент, все приличные женщины.

– Еще же есть время. Вдруг кто-то подойдет. Целую. Сиди. Я сама закрою.

– Анюта! А я тоже хочу увидеть правнуков!

– Ба! Я очень тебя прошу: не поднимай эту тему! Я больше замуж не выйду! Я буду хранить верность Косте, чтобы там, у Господа, мы с ним были вместе. А вот ребенка из детского дома возьму. Чуть позже. Правнуки у тебя будут.

– Знай, Анечка, нет тебе моего благословения на одиночество! И Костенька наш на Небесах, я уверена, хочет, чтобы у тебя была защита на этой земле, мужское плечо. Встретишь ты еще своего принца! И любить тебя будет он не меньше, чем Костя! И ты для него найдешь место в своем сердце!

– Ба, у тебя истерика? Ты зря стараешься гипнотизировать меня своими психотерапевтическими методами.

– Да, Анюточка. У меня истерика. У психотерапевта со стажем. Моя единственная кровиночка собирается похоронить себя заживо!

– О, Боже! Бабуль, все, успокойся, пожалуйста. Ну что ты плачешь?..

– Все хорошо, внученька. Прости меня. Я рано завожу такие темы. Все, золотая моя, иди в храм. Бог все управит в твоей жизни, как считает Он – Созидатель судеб.

– И ты меня прости, ба…

– Не плачь, Анюта.

– И ты не плачь тогда. Давай… на счет: раз, два, три – вместе перестаем.

Часть четвертая

– Здравствуйте. Вон те свечки за 250, пожалуйста. И сорокоуст за упокой можно заказать?

– Ой, что Вы, девушка… Не плачьте! Идите водички святой попейте. Не плачьте. На все воля Божия. Батюшка еще не уехал из храма. Хотите позову?

– Нет, благодарю. Все хорошо. Сейчас помолюсь у Распятия и подойду к Вам, сорокоуст закажу.

– Кто у Вас?

– Мама не так давно…а недавно…муж и ребенок…

– Спаси Господи. Помолитесь. Не плачьте…

– (Господи, милостивый Господи, я не спрашиваю, почему Ты так решил…значит так надо. Этому меня научил Костя… Но мне очень тяжело. Ты дал мне познать, что такое настоящая чистая любовь…и тут же у меня ее забрал…дал лишь на мгновение… Я не ропщу. Я склоняю голову перед волей Твоей святой. Помоги мне только это пережить. Дай мне силы! Упокой моего Костю…Твоего Костю во царствии Твоем. Скажи ему, Господи, что я очень его люблю…что его Мари скучает по нему… Иногда кажется, что он откроет дверь и войдет, как живой…и я снова услышу его голос, нежный и ласковый…Спасибо Тебе, Господи, за все. Слава Тебе и за скорбь, и за радость! И за мою мамочку прошу Тебя…и за ребеночка нашего с Костей… Ведь они там вместе, рядом…у Тебя?..Скажи моему малышу, что я…мама его очень любит…и всех усопших православных христиан упокой во царствии Твоем, прости им всякое прегрешение вольное и невольное. Аминь.)

Часть пятая

– Доброе утро, Вик.

– Привет, Марианна. Ты, как всегда, пораньше.

– Ну да, кабинет подготовить, как положено.

– Пациентка уже пришла. Весь мозг вынесла. То убавьте кондиционер, то прибавьте!

– А где она?

– В уборную носик припудрить пошла.

– За что только такие деньги дерете?! Мыло даже нормальное не можете купить в свою стоматологию!

– (О, нет!) Здравствуйте, Алевтина Михайловна!

– Батюшки! Это ж надо! Черная вдова собственной персоны!

– Марианна, ты ее знаешь?

– К сожалению, да. Это Вы о себе, Алевтина Михайловна? Что же Вы к себе так строго?!

– Помолчи, пигалица! Ты как со старшими разговариваешь?!

– Боже, помоги пережить этот час!

– Переживешь! Ты еще всех переживешь! Аферистки долго живут!

– Марианна, а что она так к тебе?

– Она ко всем так. Это ее стиль.

– А Вы, девушка, администраторша, хоть бы чай или кофе предложили!

– Так я Вам предлагала!

– Когда это было?! Еще вчерашний день вспомните! За что только зарплату получаете?! Наверное за то, что нарощенными ресницами хлопаете!

– Ты куда пошла?

– Кабинет готовить, Алевтина Михайловна.

– А врач где?

– Сейчас подойдет.

– Уже здесь должен сидеть, как штык, за такие деньги!

– Чай, кофе? Будете?

– Не буду.

– Вот и доктор. Доброе утро, Анатолий Дмитриевич.

– Доброе утро, Виктория. Здравствуйте.

– Здрасти, здрасти. Диплом-то у Вас не троичный?

– Не жаловались пока. Мы Вас пригласим. Доброе утро, Марианна.

– Здравствуйте, Анатолий Дмитриевич.

– У нас там особый фрукт сидит.

– К сожалению, это моя знакомая.

– Во как! Ну ладно. Справимся. Приглашай ее.

– Алевтина Михайловна, пройдемте.

– Вот сюда присаживайтесь. Что беспокоит?

– А вот открою рот, Вы и определите, что беспокоит. Проверим Ваш диплом!

– Здесь больно?

– Экий шельма! Угадал!

– Скорей всего придется делать обезболивающий и удалять нерв. Сейчас начну сверлить – будет ясней.

– А Вы, Семен Петрович

– Анатолий Дмитриевич.

– Не зыркайте на нее своими глазищами! Лучше мне в рот повнимательней смотрите! Она все равно Вас бросит! Бореньку вон моего бросила за зарождающееся озерцо на головушке. Вы тоже уже редеть начинаете-то.

– Алевтина Михайловна! Вы что такое говорите?!

– А то и говорю, что говорю! Бросила моего сыночку! За священника своего выскочила! Наказал тебя Бог: помер батюшка!

– Алевтина Михайловна!!!

– Алевтина Михайловна! Алевтина Михайловна! Заладила! Наказал тебя Бог: помер батюшка!

– Марианна, ты можешь идти. Я сам справлюсь как-нибудь. Откройте рот шире.

– Куда еще шире – то?!

– Анатолий Дмитриевич, я через пару минут подойду. Извините меня, пожалуйста.

– Сказал же: не надо. Я сам.

– Нет. Я подойду.

– А что я?! Правду сказала! Маску только казенную своими соплями расточила! Вычтете с нее.

– Вычтем, все вычтем. Алевтина Михайловна, Вы не раговаривайте. Я Вам укол обезболивающий сделал. Иначе плохо возьмется.

– Чего это плохо возьмется?! Не туда укололи? Так и знала, что троичный.

– На Ваш зуб знаний хватит.

– Раньше молодежь к старшим прислушивалась. А сейчас делают, что им вздумается. Бросит она Вас, доктор! Вспомните еще меня.

– Анатолий Дмитриевич, я здесь.

– А что это ты брови сделала?

– Свои отросли.

– Приступим, Алевтина Михайловна. Открываем широко рот. Не закрываем.

Часть первая

– Он меня заблокировал…

– Официант! Можно нам повторить?

– Да, конечно.

– А ты что думала? Что ты лучше меня? Что он меня бортанул через 2 ночи, а ты подруга задержишься дольше?!

– Лидка, я влюбилась в него.

– Порыдай. Ты со мной по – свински поступила!

– Я у тебя его не уводила! Он тебя бросил, потом со мной замутил.

– Ты должна была его отвергнуть! Не должны подруги знать одного мужика в постели! Понимаешь? Лично для меня: конец нашей дружбе!

– Лидка, прости! Я сильно влюбилась! Он такой мужественный. В нем какой-то необыкновенный шарм.

– С этим не поспоришь…хорош гад! Сейчас я ему наберу… Алло, Антон, мы со Светулей пивасик хлещем. Присоединишься?..Скинул…

– Сейчас и тебя заблокирует…

– Да и пусть… Пойдем покурим.

Часть вторая

– Как Ваш зубик, маман?

– Зубик мой? Думала живой оттуда не вернусь! Доктор-то вслепую лечил. Глаза на медсестре были.

– Маман, ты свой автограф в книгу жалоб поставила?

– Иди ты! Пей компот! Не болтай.

– Я же за Вас переживаю!

– А что за меня переживать?! Я себя в обиду не дам! А медсестра-то - Марианна, аферистка та.

– Да Вы что!

– То – то!

– И как она? Вдова – принцесса завяла?

– Она завянет! Не дождешься! Аферисты не вянут! На работу заявилась, как на подиум. Босоножки на танкетке. На голове копна волос. Распущенные, длиннющие, как у меня в молодости. Брови, как из салона вышла. На лицо еще смазливей стала. Цветет и пахнет твоя Марианна!

– Да Вы что!

– А что это ты так ей интересуешься? Не нужна она нам!

– Маман, Вам показалось. Я вовсе не интересуюсь. Слегка любопытненько и все.

– Смотри у меня! Мы договорились с тобой, что в дом ты приводишь подобающую женщину старых традиций.

– Конечно, маман! Налейте еще компотику.

Часть третья

– Марианна!

– Да, Анатолий Дмитриевич.

– Не хотите кофе выпить после тяжелого рабочего дня? Здесь недалеко очень вкусный кофе делают.

– Анатолий Дмитриевич, я Вам, кстати, спасибо хотела сказать, что утром

– Не стоит. Все в порядке, Марианна.

– Я…сегодня не могу. Извините. Может, в другой раз как-нибудь…не обещаю.

– Как скажете. Хорошего вечера.

– И Вам хорошего вечера. (Какая неловкая ситуация. Господи, пусть ему поставят другую медсестру ассистировать… От Наташи 5 пропущенных…) Алло, Наташ, привет.

– Мари – ан – на.

– Натали? Что с тобой?

– …… Долголетие ко мне пришло…рак 3-й стадии. Анализы сегодня получила…

Часть четвертая

– Привет, Марианчик.

– Привет, Оль. Я по поводу Наташи тебе звоню…

– Мариан, я - кормящая мать! Мне нельзя сейчас на такие темы разговаривать. Все нервы передаются с молоком.

– Она ведь тебе сказала, что у нее есть шанс! Что операция в Германии может привести к полному выздоровлению!

– А она тебе озвучила стоимость?

– Озвучила. Дело в том, что каждый день дорог. Даже, если Наташа продаст свою квартиру и я свою, нам не хватит. И это время.

– Мариан, 3-я стадия – это приговор. Сколько их вон лечилось - и напрасно! Себя только изуродовали этой химиотерапией и гормонами. Лучше бы дожили уже как есть.

– Оль, это зависит от вида рака и его локализации. В случае Наташи есть шанс. Врачи дают до 90 процентов, что болезнь больше не вернется.

– От меня ты что хочешь?

– Вы с Максимом купаетесь в миллионах. Одолжи Наташе эту сумму!

– Отдавать чем она будет?

– Продаст квартиру. Я продам свою. Часть доберем кредитами. Остальное – видно будет.

– Видно будет? Когда? В следующей жизни?.. Мариан, почему бы тебе не помолиться своему Богу? К иконам, к мощам ее повози. Ты же - вдова священника! Че теряешься?

– Это само собой разумеется, Оля! Но это не означает, что не надо лечиться, когда медицина, которая также дана Богом, может помочь! В случае, если врачи выносят смертный приговор, то да: только молитва и по святым местам!

– Ты ради нее зря так стараешься. Они с Коляном переспали, когда вы начинали только жить.

– …Ты деньги займешь?

– Нет.

– Ясно. Пока, Оль.

Часть пятая

– Ба!!!

– Аня! Ты что такая бледная, внученька? Ты задержалась… На работе что – то?

– Ба, ты нашла тому мажору невесту?

– Нашла, Анечка. В 21:30 у них встреча в зеленой комнате. Скоро офис поеду открывать.

– В 21:30? Черз час и 15 минут!!! Ба! Звони этой невесте и говори, что все отменяется! Я буду его фиктивной женой!

– Анюта, ты что говоришь?!

– У Наташи рак 3-й стадии. Но прогнозы благоприятные, если сделать операцию в Германии. Нужны бешеные деньги. Мажор же сказал, что хорошо заплатит!

– Боже ж ты мой, Боже ж ты мой!

– Ба, прошу: не причитай! Звони! Звони, ба, скорей!

– Звоню, Анечка, звоню, милая…

– (Господи, помоги нам пожалуйста, Пресвятая Богородица, помоги, все святые помогите…где ж это платье?..) Ба, где мое черное платье, помнишь, со спущенными плечами?

– Анюта, Бог с тобой! Не помню я у тебя такого платья.

– Вот оно. Я его при Косте не надевала. Какие туфли сюда лучше? Эти или эти?

– Анечка, ты у меня красавица! Он на тебя, будь на тебе мешок, посмотрит.

– Нет. К таким мужчинам в мешке нельзя. Даже фиктивным браком они не будут жить с простушкой.

– Анечка, главное: лицо, прическа, фигура.

– Все главное, для таких мужчин…все. Ба, дай мне свою тушь. Глаза красноватые. Надо отвлечь внимание.

– Анюта, только слегка. Тебе к лицу естественность.

– Я знаю. Я только верхние. Один взмах… Волосы распущенные пусть? Или что-нибудь сделать?

– Зачем что-то делать?! Такую красоту скрывать! Не зря же растили и ухаживали!.. Анюта, ты хоть бы поела…

– Я не хочу есть, ба… Блеск на губах нормально?

– Да его почти не видать.

– Отлично. Поехали!

– Анечка, давай на такси. У меня руки трясутся от нервов.

– Я сяду за руль.

– Да ты сама в каком состоянии!

– Я нормально, ба. Давай ключи. Сейчас Наташе напишу, что деньги будут на днях – успокоить ее.

Часть шестая

– Добрый вечер.

– Добрый вечер, Антон Юрьевич. Милости просим. Девушка уже Вас дожидается вон в той комнате. Проходите, пожалуйста. Там есть все для комфортабельного свидания.

– Благодарю.

– (Господь – свет мой и спасение мое: кого мне бояться? Господь – крепость жизни моей: кого мне страшиться?.. Если ополчится против меня полк, не убоится сердце мое, если восстанет на меня война, и тогда буду надеяться…услышь, Господи голос мой, которым я взываю; помилуй меня и внемли мне…) Здравствуйте.

– Привет. Антон.

– Марианна.

– А если покороче?

– Можно Мари, можно Аня.

– Сколько тебе лет?

– Мне 32 года.

– Круто. Подумал 25–26.

– Тебе тоже больше тридцатника не дашь.

– Чай, кофе, сок?