- -
- 100%
- +
Около того же парка, раскинув последние оттенки ярко желтого цвета волос, при угасающем закате гордо стояла Эвелин. Взгляд в пустоту и аура холода- всё что можно почувствовать подле неё. Нити потрепанных наушников тянулись к талии, обвивая бедра, опускались к заднему карману. Возникало такое чувство, будто громкость музыки была на максимуме. С виду- хрупкая девушка, но в ушах тяжелая музыка. Может реальность такая и есть. Действительность намного иначе чем первый взгляд.
Ретт шёл медленно, так, что даже стук тяжелой обуви о землю не издавал звука. Убийца привык прокладываться словно грациозный кот на мягких лапах. Он встал сзади, и лёгкое движение руки могло забрать жизнь у девушки. Он, конечно же, подумал об этом, навязчивые мысли такого рода не редко прокрадывались в разум парня. Он стоял неподвижно в нескольких сантиметрах от неё. Он ждал, ждал, когда она его заметит.
Девушка сняла наушники и достала телефон, взглянув на время, нервно пошатнулась. Время уже без пяти пять.
– Где же тебя носит, придурок?
– Да вот здесь,—испуг,—стою, смотрю на тебя.
От неожиданности девушка отшатнулась и чуть ли не потеряла равновесие, но ровно успела удержать свой стан и неистовое желание вскрикнуть.
– Ты какого черта меня пугаешь?
– О, я не хотел тебя пугать. Я просто подошёл к тебе, да вот только ты стояла как истукан. Слушала свою дребедень, вот и не стал тебя тревожить.
Девушка достала маленький револьвер. Оружие было сверкающим и отражало последние лучи уходящего солнца.
Наставив дуло на убийцу, нервно воскликнула:
– Ещё раз так меня напугаешь – твое тело будет дырявым как старый бабушкин шарф.
Ретт поднял руку, прикоснулся к пистолету и навел прямиком на свое сердце.
– Чего медлить? Стреляй.
Эвелин, помедлив, убрала револьвер.
– Ты либо очень смелый, либо просто глупый. Ты чего смеёшься?
– Ну, одно другому не мешает, не так ли?
– Время пришло, напомнить тебе план?
– Ни к чему, у меня есть идея по лучше.
– Так и знала, что ты будешь настаивать на своем. И что же ты придумал?
– Я приду к нему с личным визитом, благо люди такого типа всегда нуждаются в моих услугах, встретиться не откажет.
– А я буду сидеть и есть пончики, пока твое бездыханное тело не вынесут в кучу мусора?
– Не дождёшься. Когда начнётся пальба, кто-то должен сделать так, чтобы дальше чем виллы никто не догадался что происходит.
– Ясненько. Ты реально сумасшедший.
– Если нет вопросов, то отправляемся.
– Да, машина уже готова, нас отвезут туда, может и обратно.
На пустынной парковке, рядом с дорогой, было лишь три машины. Старый Форд, который сохранил свой гордый вид из 80-х, но ехать бы стал с трудом. Так как звук, с которым заводилась машина, была словно отрывистые крики собак в ночи. Рёв-рёв и заглох. Эта машина точно не была заготовлена для них, хоть и выглядела словно орёл на небе, с острыми глазами на месте фар. Чуть поодаль красовалась иная машина, но описывать эту машину нет смысла. Ничем непримечательная посудина, которая в любой точке земли найдет своего собрата.
Машина, которая должна была повести наемников на опасный путь, стояла наготове. Чёрный корпус наземного судна сверкал в наступивших сумерках. Дорогое обрамление в виде Красной красующейся линии привлекало на себя взоры зевак. Всё правильно: если не хочешь быть заметным, старайся быть наиболее выделяющимся. Пару иступленных взглядов утолить жажду двуногих, сны которых после увиденного заполнятся роскошью.
Водитель еле влезал в свою железную карету. Ретт от увиденного сразу вспомнил описание своего любимого писателя для таких людей. Стивен Кинг в одном из своих рассказов писал: «Он не садился в машину, он её надевал на себя». Будто этот самый громила из рассказов появился подле убийцы и был готов повторить весь тот ужас, который происходил там. Из машины доносилась довольно таки старая песня. «El Tango De Roxanne» – культовая песня из не менее старого фильма. Музыка была настолько привлекательной, что Ретт тотчас мог бы пригласить свою напарницу на танец. Но время поджимало и в миг машина пополнилась ещё двумя пассажирами. Водитель лишь раз взглянул на них, да и то чтобы убедиться в том, что к нему подсели не бродяги. Но мало кто бы осмелился даже подойти к громиле. Его вид уже заставлял мурашек бегать по телу.
Смелость убийцы была недостаточной для того, чтобы сесть спереди, рядом с громилой. Создавалось чувство, будто это сидение не для пассажиров. Напарники сели рядом. Их отделяла лишь неведомая пустота, через которую они не решались переступить. Машина тронулась. Сотни фонарей ответили путь к цели напарников. Оранжевые лучи падали на лицо Эвелин и словно стёрли весь холод с лица хакера. Ретт глядел на мир за окном. Наступление ночи предвещало приближающиеся преступления. Отъехав от цивилизованных участков города, можно было уже услышать музыку ночи. Тяжелая мелодия заполняла улицы, но вместо ударов- барабан, слышны были хлопки вырывающихся из плена гильз пули. Вокалистами данной ночной группы становились полицейские, испускающие угрозы с громкоговорителя. Полиция не справлялась с преступностью, ибо не редко сама становилась частью всего того ужаса, что приходил с первыми лучами ночных ламп. Днём было относительно безопасно, так как солнечный диск смотрел с зенита на людей, словно глаз божий, и выдавал каждое действие каждого человека, который решился, несмотря на риск, достать что-то смертельное, которого было предостаточно после недавних междоусобиц двух держав, и купленное у стариков, которые ещё помнят запах пороха вместо завтрака. Дети этого мира с ранних лет привыкали засыпать под эти самые ночные этюды.
Машина плыла по дороге, плавно извиваясь в поворотах. Лишь раз поворот был резок настолько, что Эвелин непроизвольно склонилась на плечи убийцы. Пара мгновений, быть может им было от этого приятно, но Эвелин подняла голову, и все вернулось на круги своя.
Молчание, что обвивало всё пространство между напарниками, было прервано возгласом Ретта:
–Странно, мы едем столько, но ты так и не спросила про план. В чём дело?
– Меня предупредили, что ты все равно будешь действовать так как тебе удобно. Да и к тому же, ты выполнял заказы куда сложнее этого. Наслышана о том, как ты в одиночку перестрелял 50 человек.
– Их было 47.
– Не важно, главное, на мой взгляд, тебе можно доверять.
– Очень признателен.
– Ладно, скажи хоть что я должна делать.
– Оборвать связь с внешним миром, не более.
– Это понятно, может, что-то ещё?
– Ждать меня с чашкой кофе.
– Ха, ты всегда такой шутник?
– А я и не шутил.
– В таком случае стоит заказать кофе, не думаю, что в этой глуши найдется Старбакс.
Улыбка, взгляд и снова пустота. Молчание на этот раз продлилась вплоть до подступов самой виллы Ксавьера.
Построение словно было взято из хоррор фильмов. Двухэтажное здание, сокрытое деревьями. Крупные стволы были видны даже за огромными стенами. Удар тяжелым предметом, и в стене могла образоваться дыра нужной для вора размеров, но стена больше была для пафоса. «Это моё, а что дальше – твоё» – такое нынче значение стен. Ретт мог бы перелезть в укромном месте или того более подорвать для себя проход. Но цель убийцы была просто войти в здание и посему он намеревался войти через парадную. Сначала как гость, а не как убийца.
Ретт дал указания громиле, как бы ни было страшно заговорить с ним напрямую, но нужда превыше желаний – машина остановилась.
– Эвелин, будет лучше, если ты выйдешь.
Девушка не стала противиться, лишь безмолвно открыла дверцу и опустила свои ноги на землю, после долгой езды. Лишь один её недолгий взгляд устремленный в глаза убийцы говорили, «Береги себя», всего один взгляд, и она ушла. Машина подъехала к парадной алее виллы. Охранник у входа опустил голову и посмотрел на убийцу.
– Это частная вилла, босс не принимает без приглашений.
– Скажи своему боссу что пришел Ретт Альт.
Устремленный взгляд в миг остекленел. Если бы Ретт протянул ладонь под головой охранника, то мог бы подхватить вырывающиеся глаза с орбит охранника. Но он успел уйти еще до этого и включил устройство связи – Срочно передайте боссу что к нему пришел Ретт Альт. Скорей!
В лицо Ретта мало кто знал, хоть он и не скрывал свою личность, но имя его разносилось словно легенда, и даже за чертой Парадайз было достаточно людей, которые восхищались и завидовали ему. Но нередко звучание двойного «Т» в имении заставляло людей испускать ледяной пот.
Диспетчер на том конце аппарата был явно взволнован, ибо ответил в скорейшем времени. Ворота отворились, и машина тронулась.
Расстояние от ворот до дома сложно было назвать длинным, но у Ретта было достаточно времени, чтобы разглядеть окружающею обстановку. Крупные сосны чередовались с низкими ёлками, которые в свою очередь не уступали ростом бутонам роз. Дальше, видимо, находился сад.
Ретт вышел из машины, а громила отогнал её, пока убийца тянул руку на колонны, что держали широкий балкон сверху. Прислуга сразу поспешила встретить нежданного гостя. Дворецкий престарелого возраста тут же поприветствовал его
– Добро пожаловать в резиденцию Чарльза Антуана Ксавьера. Хозяин ждёт вас в личном кабинете, мы вас проводим, но прежде, будьте добры оставить оружие здесь. Мы наслышаны о ваших умениях и уж точно не хотим гору трупов в этот прекрасный вечер.
Ретт молча вытащил два пистолета и патроны, которые примыкали к ним. Пистолеты не произвели никакого впечатления на прислугу, но каждый отшатнулся, когда убийца достал осколочную гранату. Этого они уж точно не ожидали, и Ретт даже посмеялся над этим. После его досконально обыскали. Не найдя оружие, главный дворецкий попросил следовать за ним.
Вилла особо не выделялась роскошью. Где-то были картины, но скорее всего подделка. Статуи и вазы выглядели так, словно их изготовили недавно, и наглая подделка подчеркивала отсутствие вкусу у хозяина. Полы, накрытые плитой, старались лишь подражать жизни богатых людей. Для чего это всё, вся эта фальшь?Может, будущий мертвец, который будет появляться в кошмарах убийцы, сам осознавал всё это. Может, и вся его жизнь была фальшивой, как и полотно Микеланджело, точнее жалкая его копия, которая висела у входа в его кабинет.
Дворецкий постучал в дверь. Небольшая пауза, и прозвенел голос за дверью. Огрубевший после нескончаемых курений, но достаточно четкий, чтобы дверь перед убийцей открылась непринужденными движениями дворецкого. За столом сидел вполне габаритный – конечно до громилы водителя далеко – человек приличного возраста. Чарльз поднял глаза, скорее всего один глаз. Правый глаз изучающе смотрел на убийцу, а левый жил своей жизнью или лучше будет сказать не жил вовсе.
– Неужто прославленный киллер решил посетить мои хоромы? Очень польщен.
– Не стоит, я здесь совсем не на долго. Да и к тому же, пришёл я сюда отнюдь не из-за любезности. У меня есть дело, связанное с вами.
– Чем я могу помочь вам? Наркотики, девушки или вас интересует деньги? Если да, то вы по адресу. Возьму лишь скромную плату за это.
Наркобарон ухмылялся все больше и больше. Оба понимали почему убийца здесь и далеко не все из предложенного ему интересно.
– Работа есть работа, но не отказался бы выпить чего-нибудь.
– Ни слова больше, я вас понял.
Чарльз наклонился над столом, его дрожащие руки потянулись за кнопкой на столе.
– Долорес, принеси бурбон и что-нибудь, чтобы закусить. – щелк – Ретт Альт, присядьте. Скоро будет что выпить.
– О, не стоит. Я всего лишь на пару минут. Чем скорее начнем, тем быстрее закончим.
Лицо Чарльза напилось кровью. Опухшие и пульсирующие вены напоминали монстра, из второсортных фильмов ужасов. Он знал, что оружие у него забрали и наркобарон знал свое преимущество даже по численности.
– Щенок, я знаю почему ты здесь и даже знаю кто меня заказал. Думаешь, так просто от меня избавиться?
– Давайте без всего этого. Просто, быстро и без боли, всем нам от этого будет лучше.
Тут он уже не выдержал. Потянув выдвижной ящик, достал оттуда пистолет. Весь в золоте. Вероятно, Чарльз больше чем предмет украшения не использовал эту штуку, но тут он знал одно: либо он его прикончит, либо в этот вечер на свете будет на одного наркобарона меньше.
Ретт даже не дрогнул, а лишь приблизился к нему. Встал вплотную к пистолету и придержал у груди.
– Ты явно рехнулся. Мне не составит труда избавиться от такого куска дерьма как ты.
– Не думаю.
Ретт посмотрел на стол. Бумага, надписи, ручка и карандаши. Убийца нашел орудие смерти. Скоростные движения, и Ретт перетащил правой рукой дуло пистолета направо. Прогремел выстрел. До того, как отреагирует охрана, оставались считанные секунды. Убийца схватился за ручку в мгновении ока из шеи Чарльза потекла тёплая струя.
Шаги, громкие шаги говорили о приближении охраны. Ретт взял пистолет в руки и сел на кресло Чарльза.
Комнату заполонила охрана.
Выстрел.
Ещё.
Ещё.
Глава 5
Кабинет был наполнен множеством бездвижных тел. Прогремело всего пять пуль, и шестеро людей нашли свой конец в этой вилле. Ретт оставался на кресле Чарльза. В руках держал дымящую сигарету. Он мог взять дорогие сигары у старины Чарли – ему они уже не навредят, да и вряд ли принесут удовольствие после этого вечера – Ретт решил остаться при своем. Он уже привык к незначительному вкусу обычных сигарет. Мягкий дым гладил горло и наполнил легкие приятным облаком. Разум убийцы решил взять краткосрочной отдых, своего рода передышку. Он ни о чём не думал, просто развалился на кожаном кресле, где в своё время решались судьбы некоторых людей. Хотя сказать «решались» было бы неверно. У таких трусов, как Чарльз было единственные решения для таких случаев, обсуждались лишь способы приведения в действие данных поручений. И вот сейчас он сам оказался на их месте, разве что никто не собирал толпы головорезов, чтобы решить воткнуть ручку в сонную артерию или проколоть здоровый глаз. Лишь один убийца и одно импровизированное действие. Хотя без Эвелин Ретту пришлось бы возиться с куда большим количеством людей.
Как раз в этот момент телефон убийцы зазвонил. Мелодичный рингтон вывел убийцу из полусонного состояния.
– Ох, Ретт,– ещё одна отсылка к «Унесенные ветром»? Забавно, так же и посчитал Ретт, который в своё время любил проводить время с книгой и…– я уж думала тебя прикончили.
– Моё время еще не пришло. – ответ был таким же, как если бы вы спросили человека, только что пробудившегося от сна.
– Не паясничай, тебе еще нужно выбраться из здания. Ты же ведь не избавился от всех охранников. Выстрелов было пять, значит, осталось еще четверо из восьми охранников.
– Трое.
– Трое? А как же Чарльз?
– Прикончил его же ручкой.
– Хм, ясно.
– Что-то уж очень холодно становится от твоих слов.– была ли это шутка или действительно некоторые слова Эвелин звучали столь холодно, что убийце стало не по себе? Сложно было сказать. – Сейчас приду, ты приготовила мне кофе?
– Да, доставщик сейчас приехал. Даже не стал обращать внимания на шум выстрелов. Видимо, выстрелы здесь обычное дело. Ретт?
– Да?
– Береги себя.
– Несомненно.
Красный значок. Звонок закончен. Потянувшись, Ретт встал. Бросил безделушку-пистолет, так как в бою от бутафории мало прока. Но вот у охранников отличное оружие. Чарльз основательно одевал своих подопечных. Выйдя за дверь, там оказалась служанка, вроде Долорес. Она стояла с подносом где было два стакана бурбона. Лед в стаканах трясся, как и сам стакан, поднос и девушка. Ретт галантно взял приготовленное для Чарльза питье – на стакане, который предназначался для Ретта не было гравировки, а это могло значить только то, что питьё отравлено. Многие пользовались этой уловкой, так как гость, которому подавали этот стакан не имел возможности отпить последний глоток жгучей жидкости. Либо яд, либо пуля. – сглотнув за раз убийца бросил стакан в стену, а тот разлетелся в мелкие стеклянные кусочки, которые при должном освещении могли создать сотни отражений человека, который движется решительно. Служанка так и осталась обездвиженной, но пройдёт время, и она придет в себя. Главное, что будет с ней потом? Такие люди как Чарльз хоть и не ставили жизнь обычных людей за грош, но платили хорошо тем, кто вовремя подаст бурбон, а она по виду была точно таким человеком. Но Ретт даже не думал об этом, девушка была хороша собой. Длинные черные локоны, собранные в хвост, спадали на объемный бюст. Без внимания она точно не останется. Приютит любой богатей, главное помнить две вещи. Вовремя дать выпить и вовремя ублажить, и жизнь у девушки будет прекрасной, как бы мерзко это не казалось, но такова реальность.
При выходе, из-за здания прозвенел лишь один выстрел. Ретт отстраненно шёл по двору к выходу. Он не стал скрываться, да и видать, услышав его имя, большинство тех, кто был в вилле, благополучно сбежали. Прислуга, пара охранников. Кроме служанки никого не осталось в обители смуты, ибо ноги убийцы уже переступили порог.
Фары от машины громилы ослепили убийцу. Некоторое время он пытался прийти в себя, закрыв ладонью глаза. Теплой и влажной ладонью…
Громила выключил фары, тогда и опустил руку вниз проклятый. Он шёл в сторону машины, а асфальт покрывался каплями жидкости жизни. Эвелин вышла из машины. Она улыбалась и уже тянула ему кофе. Долгожданный напиток, который даёт надежду на бодрость. Всего надежда, но сколько всего даёт эта самая надежда. Силу прожить ещё один день, силу, чтобы взглянуть на свою жизнь и понять, что могло бы быть и хуже. Могло бы….
– Ты реально профи, Ретт.
Убийца не был в силах говорить, а просто взял кружку и сел в машину.
– Ну вы посмотрите, устал. Тебе сказку рассказать?
Ретт словно не слышал её. Он обхватил кружку, где уже осталось отпечаток его ладони красного цвета. Кровь стекала по стенкам кружки и уже отдельные капли успели дойти и до салона машины. Эвелин выглядела озадаченной.
– Ты в порядке?
– Бывало и хуже – слова убийцы словно отрезали любую возможность на продолжение диалога, но решился ответить,– ты как?
– Я в порядке, Ретт.
Уголки губ Эвелин устремились к подбородку, она была опечалена тем, что не может ему помочь. Хотя её характер не давал и намека на то, что она может сочувствовать какому-то убийце и, тем более, грустить из-за него. Она к нему что-то чувствовала? Что же, этого даже она сама не осознавала, так что ответить трудно, но одно было ясно – она хотела ему помочь.
– Ретт, перейдем к самой лучшей части этого вечера. Давай свяжемся с заказчиком и получим свои деньги.
Ретт кивнул, но не поднял головы. Сожаление, сожаление о тех, кого он убил в этот вечер грызло его нутро. Убийца, который сожалеет о тех, кого убил. Такое не каждый день увидишь. Но чувства его были искренние, он не мог не пойти на это дело ровно так же, как и не мог отказать другим заказам. Деньги ему нужны. Кровь заполонила ноги, но ни громила, ни Эвелин не заметили этого. Будто они и не видели всего. Девушка открыла ноутбук и включила видео связь. Шли гудки, долгие.
– Наконец-то, вы уже приехали на место назначения?
К удивлению, по видеосвязи сидел не широко упитанный мерзота, а довольно симпатичный человек.Зачёсанные назад короткие волосы были куда ярче чем у Эвелин: видно, на внешний вид денег он не жалел.
– Дело сделано, сидим, пьем кофе.
У блондина поднялась бровь, но остальных изменений в мимике не наблюдались.
– Что же, очень рад, что вы так быстро справились с заданием, но боюсь огорчить, на вас у нас были другие планы.
Слова заказчика лишь мелкими обрывками долетали до Ретта, словно тихий летний ветерок трепал полы кроны деревьев. Он ушёл в себя и практически не слышал ничего.
– Что вы имеете ввиду? – Эвелин ещё не осознавала то, что надвигается на них. Миг до неизбежности проведенных в неведении, в моем понимании, являются одновременно устрашающими и восхитительными. Без страха, без агрессии и боли,– Я вас не понимаю.
– Ретт Альт и Эвелин Рейн, вы самые опасные наемники во всем Парадайзе. Мы были рады пользоваться вашими услугами, но те риски, которые создают ваши жизни, неоправданные. Десятки крупных инвесторов решили, что будет лучше убрать вас, пока их самих не заказали, но были и те, кто заступился за вас двоих. Поэтому мы решили провести тест. Если бы вы не смогли убить Чарльза Ксавьера, то нам не пришлось бы затрудняться. Смогли бы с потерями или с глубокими ранами, то остались бы живы. А вы разделались с ним меньше чем за час, что доказывает ваш профессионализм и угрозу для наших инвесторов.
Глаза Эвелин наполнялись кровью, агрессия её была такой, что могла бы потягаться с Реттом в убийстве людей, покуда сам Ретт даже не поднял глаза. Он понимал, что их обманули и что они за это поплатятся, так для чего тогда лишний раз тратить нервы?
Речь блондина могла показаться вам долгой и даже клишированной, но осмелюсь заявить, что это было предусмотрено. Громила мог голыми руками попытаться задушить одного из наемников, но в этом случае один из них незамедлительно достал бы оружие и громила больше не увидит рассвет. Да и к тому же, в лучшем случае для них, умер бы только один из них. Поэтому, изначально и было задумано отвлечь их долгим разговором, пока огромный монстр доставал свою, по отношению к нему, пистолет-малютку. Незаметно проверив состояние малютки, оружие могло дать осечку, и эта осечка стоила бы его жизни. Громила удостоверился в исправности своей игрушки и резким движением повернулся к ним.
Ретт поднял глаза.
Эвелин дернулась.
Выстрел.
Выстрел.
Два простреленных тела.
Глава 6
Чёрная машина плыла по ночному городу. Накативший туман, окутывающий бока машины словно волны, напоминал реку мертвых из древнегреческой мифологии. Лучи уличных фонарей не доходили до дороги, освещая лишь верх пламенным цветом. Из-за тумана не слышалась ночная жизнь, полная боли, городка на западе континента. Машина завернула на повороте, и лишь одна вывеска, со светоотражающим покрытием, показалась из-за тумана.
3/7 Авеню
Машина держалась края обочины. Кафе, вывески, магазины и будки чередовались друг с другом в унисон. Возле одного здания машина резко остановилась. Открылась дверь, откуда вышла тень огромного человека. Подойдя к зданию, уже отчетливо была видна вывеска.
Мастерская Рейн
Что там с твоей машинкой? ;)
Водитель пришёл по адресу. Мастерская брата Эвелин. Огромный силуэт приближался к двери. Ворота для въезда машин были уже закрыты железным занавесом. Поднялась рука, очень медленно, словно мистический персонаж из ужасов.
Стук.
Стук.
И еще один, но уже громче.
– Иду-иду. Кто там в такое позднее время?
Огромный человек не отвечал, лишь стоял у входа в ожидании открытия двери. Эшли, брат Эвелин, покрутил замок изнутри и дверь отворилась.
То, что он увидел, потрясло его до глубины души. На пороге стоял не один огромный человек, а кто-то, кто держит на руках другого. Даже хуже, этот кто-то была его сестрой! И они в крови. Держал её уже незнакомый ему человек. Глаза показывали усталость, а руки дрожали.
– Я её немного испачкал.
Ретт видел, что кровь всё еще шла из его рук и изрядно окрасила спину девушки в алый оттенок.
– Что ты с ней сделал? Мерзавец.
Эшли был глубоко потрясен и зол, но даже в таком состоянии ему не тягаться с Реттом. Он это явно видел, но любовь к сестре, которая оступилась в жизни, была в разы сильнее.
Ретт не обратил на него внимание и просто вошёл в дом. Дом был небольшим, отчасти потому, что большая часть одноэтажного здания занимала мастерская. Диван на краю комнаты сразу дал направление для убийцы. Эвелин ещё была жива. Пуля попала ниже сердца, в каких-то двух сантиметрах от неминуемой гибели.
Эшли попытался позвонить куда-то, но пистолет, что был направлен на него резко сменил его намерения.
– Я должен позвонить медикам, ОНА МОЖЕТ УМЕРЕТЬ!
Крики отчаянного брата потрясли комнату.
– Она может умереть, но если ты позвонишь медикам, то те свяжутся с полицией и жить она будет куда меньше чем предполагалось.
– Что, чёрт возьми, происходит?– Слёзы текли и капали на пол. Эшли на вид не был эталоном мужества, но и хлюпиком назвать было трудно. Хотя и мужчине иногда дозволительно пустить слезу,—что с ней?ОТВЕЧАЙ!
На Ретта никак не действовали крики Эшли, но не рассказать он не мог. Сам ничуть не горевал по ней. Ретт присел у изголовья дивана и достал пачку сигарет.
– У-у м-меня не курят.
Ретт лишь посмотрел на него, но все же зажег сигарету. Горький дым наполнил его нутро, и он смог собраться с мыслями. Эвелин лежала перед ним, её брат плачет, а он сидит и курит. Смех, да и только, но убийца даже не улыбался. У него не осталось сил на это. Он мог лишь поднимать и опускать свою сигарету, всё больше и больше отравляя себя табаком.