Вера и ведьма из Мудрого леса
- -
- 100%
- +
– Вы тоже провожаете ребенка в первый класс? – начала разговор худощавая ведьма. – Меня зовут Марина. Мой муж – Владимир – и дочь – Мария.
– Да, – подтвердила Таисия Мироновна и представила свое семейство, включая молчащего и очень недовольного этим кота.
– Ах, как сложно было решиться отправить дочь учиться так далеко! Мы ехали на поезде целые сутки! По дороге познакомились с семьей из Трансильвании: они тоже решили отправить ребенка на учебу в нашу школу. В их стране дети волшебников не учатся с детьми вурдалаков или вампиров. Хотя знают же, – тут лицо новой знакомой сильно раскраснелось, – несовершеннолетние вурдалаки не могут причинить вред другим детям! Вот Виорика и Бесник, – Марина понизила голос, хотя вампиры сидели далеко и вряд ли могли услышать их разговор, – так зовут этих вампиров, решили отправить своего сына учиться волшебству в нашу страну, вместо того чтобы отдать ребенка на обучение в обычную школу для детей не волшебного сообщества! Но они прекрасно говорят по-русски! Только немножко стесняются своего акцента!
И хотя Марина ничего не сказала насчет происхождения своего мужа, Вера поняла, что ее тревожит, что и к ее дочери могут относиться с предубеждением, отвращением или страхом. Она сама встречалась только с одним ребенком из семьи волшебников и не знала, как чародеи из различных семей относятся друг к другу.
Вере понравилась сидевшая напротив девочка, которая тоже исподтишка рассматривала ее. Длинные густые волосы, темные глаза, смуглая кожа, большой нос с горбинкой делали Марию совершенно не похожей на Веру, у которой были русые волосы, белая кожа, прямой нос и бледно-голубые глаза. А одеты девочки были почти одинаково: широкие джинсы, футболки с коротким рукавом, на ногах у обеих были кеды. Вере очень хотелось расспросить девочку, хорошо ли она умеет колдовать, но она стеснялась.
Сначала они ехали по городским улицам, а когда из-за горизонта стало подниматься солнце, машина свернула и поехала по грунтовой дороге через поле. Но путники наслаждались красотой цветущих лугов недолго, вскоре маршрутное такси свернуло в лес, который с каждым метром становился все гуще и темнее. Дорога петляла, и автомобиль на поворотах заносило в разные стороны. Потом начались горы, дорога петляла еще чаще, и машину стало заносить еще сильнее. Вера то и дело практически падала то на Таисию Мироновну, то на Анну, сидевших по бокам от девочки. Впрочем, удержаться на своих местах было сложно всем пассажирам, особенно страдали вампиры, расположившиеся на последних местах. Поэтому, когда маршрутное такси остановилось и водитель предложил выйти из машины, с облегчением выдохнули все ехавшие пассажиры.
Автомобиль остановился рядом с кованой оградой, за которой среди деревьев виднелся трехэтажный особняк в виде буквы П. По обе стороны от ворот стоял высокий забор из красного кирпича. На столбах, на которых были закреплены главные ворота, сидели две каменные горгульи с блестящими глазами. Телом они походили на кошку, головой – на дракона, крылья их были прижаты к телу и имели оперение, как у птиц. Вера прищурилась, стараясь рассмотреть их лучше, но одна из горгулий вместо приветствия повернула голову в сторону девочки, злобно сверкнула глазами и оскалила хищную пасть. Вера испугалась и спряталась за Таисию Мироновну, кот сердито зашипел. А каменная глыба и не думала нападать, вмиг вернув себе прежнее положение.
– Они не любить, когда их рассматривать, – пропищала вампирша. – На нашем родовая замка тоже стоять такая защита! Его установить еще прапрапрадедушка мой муж. Они не пропускать никого! Хотя некоторые думать, что это просто красиво!
– Интересно, от кого они охраняют школу, – прошептала Вера стоящему рядом коту. Но тот только положил лапу ей на колено и выразительно посмотрел в глаза.
Вурдалак, он же папа Марии, ухватился за специальное кольцо, висевшее на воротах, и постучал три раза. Вера впервые видела дверной молоточек: он был в виде браслета, которое держало в своей пасти чудовище, очень похожее на ящерицу. Но, в отличие от привычного земноводного, оно имело шесть ног и разветвленный хвост. На стук вурдалака никто не вышел, однако кованые ворота открылись, пропуская приехавших в школу детей и их родителей. От ворот до центральной части большого дома вела дорожка, выложенная серым камнем. По сторонам от нее росли деревья и красиво подстриженные кусты. Первыми по дорожке пошли ведьма, вурдалак и их дочь, за ними последовало семейство вампиров, потом бодро по тропе зашагали и Анна с Таисией Мироновной. Вера шла не торопясь: она специально хотела отстать, чтобы у нее появилась возможность расспросить кота о горгульях.
– Баюша, что это за чудовища? – поинтересовалась девочка, как только они остались позади.
– Ах, Вера, это страшные монстры, потому что не ведают жалости ни к кому! Они готовы разорвать на кусочки абсолютно любого, будь он волшебником или человеком! Прародитель их – дракон со змеевидным телом, огромных размеров, способный разрушать дома, топить корабли и губить людей! И вот однажды появился рыцарь, решивший сжечь монстра, чудовище сгорело в огне, однако из пламени вырвалось множество более мелких чудищ, имеющих еще более злой характер. Договориться с ними не получалось ни у кого из чародеев во всем мире. Однажды один из подобных монстров укусил гонца верховного правителя, и повелел тогда правитель горгульям сидеть у входа и охранять жилище. Нынешние чудовища не столь сильны, как их предки, вышедшие из огня, но по-прежнему очень злы и опасны. Нападать любят сверху, разламывая черепа острыми когтями!1 От них есть только одно спасение: самому стать чудовищем!
– Это как? – Вера удивленно приподняла брови. – Кто же захочет добровольно стать страшилищем?
– Жить захочешь – и не на такое пойдешь! И стать нужно чудищем, незнакомым горгульям, например медведем с лапами как у льва или львом со змеиным хвостом. Они растеряются, потому что не знают, что от тебя ожидать и какой силой ты обладаешь. Горгульи нападают всегда сверху и только на того, о ком точно знают, что смогут его одолеть! Но это, – кот понизил голос, – страшная тайна, и ты никому не должна рассказывать о ней!
– А ты откуда это знаешь, из книг?
– Нет, предки мои тоже в каком-то смысле были горгульями! Сидели на железных столбах, защищая врата в мир мертвых, – будничным тоном ответил кот, а у Веры от его рассказа пошли по спине мурашки.
«А ведь Анна говорила мне, что наш Баюн не так прост, как хочет казаться, – подумала Вера, вспоминая, что ее любимый пушистый добряк обладает стальными когтями. – Да он сам с легкостью раздерет того, кто придется ему не по нраву! И не его ли шипенье так испугало горгулью?»
Но спросить она не успела. Они подошли к крыльцу огромного дома, где их уже встречала женщина, очень похожая на мать Викентия. Она стояла на верхней ступеньке, теребя белый фартук, надетый поверх длинного, до колен, черного платья. Ноги ее были обуты в черные туфли на высоком каблуке, на голове, удерживая волосы, была приколота белая, в тон к фартуку, наколка.
Крыльцо дома было небольшим, к нему вело всего пять ступеней. Высокие массивные двери, арочной формы, были закрыты, а с обеих сторон на высоте второго этажа на каменных подставках сидели еще две горгульи. Вера, опасаясь хищных изваяний, опустила глаза и стала рассматривать окна на первом этаже. Они были узкими, и рассмотреть через них внутреннее убранство дома было сложно. А между окнами по фасаду дома разрастался дикий виноград.
Глава 2
Высокая худая женщина с черными волосами и с недовольным выражением на лице сделала попытку улыбнуться, но вместо улыбки у нее получился презрительный оскал.
«Кикимора, следящая за порядком в школе, – догадалась девочка. – Про них еще ведьма одноглазая говорила».
– Добро пожаловать в нашу школу, мы рады приветствовать новых учеников и их родителей! – проскрипела кикимора подошедшим волшебникам противным писклявым голосом.
– Что-то по ее виду и не скажешь, что действительно рады… – тихонечко пробормотал вурдалак.
– Кикимора, что с нее взять… – шепотом ответила ему жена.
– Позвольте представиться, меня зовут Надежда Борисовна, я управляющая, или заведующая хозяйством школы.
– Глухо тут, если у школы такая надежда… – вновь тихонечко произнес папа Маши.
– Тс-с… – шикнула на него супруга, толкнув его в бок.
– Вы первые, кто приехал на занятия в этом году! Я провожу родителей в кабинет директора, а детей – в их спальни, чтобы они занесли свои вещи и выбрали себе кровать! – кикимора, развернувшись на высоких каблуках, с трудом открыла массивную дверь, приглашая прибывших волшебников войти в дом.
Вера, пропустив всех магов вперед, зашла в просторный холл и стала с любопытством рассматривать комнату. Ей понравился блестящий паркетный пол светло-коричневого цвета, светлые стены и красивая лестница, ведущая на второй этаж.
– Прошу знакомиться, это Любовь Кирилловна, моя помощница, – проскрипела Надежда Борисовна, указывая на еще одну высокую женщину с такими же черными волосами и неприветливым взором.
Одета она была в такой же наряд, что и сама заведующая. Исключение составили только туфли: на ногах Любови Кирилловны были стоптанные черные балетки. Она пригласила девочек следовать за ней по одному из боковых коридоров. Преодолев его, дети стали подниматься по лестнице, которая была не такой широкой и красивой, как центральная, расположенная в холле.
– Ваша спальня рассчитана на десять учениц, – пропищала Любовь Кирилловна, открывая вторую от лестницы комнату. – Это ваша. Девочки, располагайтесь.
А сама вернулась в холл за сыном вампиров, Виорела, чтобы и его отвести в спальню для мальчиков, расположенную в другом крыле здания.
Вера прошла в комнату, волоча за собой чемодан с вещами, Маша, опасливо оглядываясь, зашла следом.
– Ух ты! Как здесь красиво! Чур, моя кровать у окна! – воскликнула черноволосая девочка и плюхнулась на понравившуюся постель. – А ты какую займешь?
Окна на втором этаже были значительно шире, чем на первом. Сама комната оказалась очень просторной, светлой, с десятью односпальными кроватями, накрытыми розовыми покрывалами.
– Наверное, рядом с тобой, – пожала плечами Вера и заняла следующую кровать. Ей было все равно, где спать: у окна или у двери.
Еще в комнате они насчитали пять платяных шкафов и выбрали себе ближайший. Развешивая платья и футболки с помощью магии, Вера заметила, что Мария делает все руками, не применяя заклятий.
– Здесь же можно колдовать! – обратилась к новой знакомой Вера. – Мы же на территории волшебства! Здесь нет обычных людей, которых можно испугать магией!
– А я еще не умею ворожить, как ты! – грустно ответила Маша. – Мы и дома не колдуем. Совсем. Мама не умеет, а папа… Ну, он не совсем ведьмак… Я и не знала, что мы не такие, как все, пока к нам Кощей не приехал и не велел родителям отправить меня в школу. Но я очень хочу научиться колдовать, как ты!
Вера удивилась тому, что, живя в семье пусть и очень слабых, но чародеев, Маша совсем не знает заклятий, хотя Баюн предупреждал о том, что во многих чародейских семьях колдовские знания утеряны. Но девочке отчего-то казалось, что кот немножко лукавит, потому что хочет успокоить ее: ведь Вера боялась показаться полным неучем перед другими детьми.
– Что ты! Я сама еще мало чего знаю! Так, только заклятия по хозяйству! Как здорово, что Кощею в голову пришла идея об открытии школы! – откликнулась Вера.
И она показала новой подруге несколько заклятий, помогающих разложить вещи и расстелить постель. Маша под Вериным присмотром попыталась снять покрывало, но сделала слишком резкое движение рукой, и тонкое одеяло укрыло черноволосую девочку с головой, за ним последовала и простыня, которая укутала ноги юной волшебницы.
Девочки весело расхохотались, освобождая Марию из плена постельного белья. Однако веселье прервал стук в дверь и строгое замечание кикиморы.
– Спускайтесь, вам следует попрощаться с родителями! – пропищала Любовь Кирилловна. – И зарубите себе на носу: постельное белье не игрушки! А за следующее нарушение порядка последует наказание!
Девочки сразу поникли и стали спускаться по лестнице в холл, где их уже ждали родные. Они проводили своих родителей до кованых ворот и прощались с ними. Вера расцеловала Таисию Мироновну и Анну и, сев на корточки, обняла кота.
– Я буду по тебе скучать! Очень-очень! – заявила девочка на ухо коту.
– Будь внимательна и звони нам чаще! Не забудь опробовать мои контрзаклятия! Только рассказывай о них иносказательно! Сама понимаешь, все разговоры подслушиваются! – еще тише ответил ей кот, указывая глазами на Таисию Мироновну.
Вера, широко улыбнувшись, кивнула головой и встала. Кот за несколько дней до отъезда научил девочку многим шкодническим заклинаниям, самым забавным девочке показалось заклятие завязывания шнурков на чужой обуви.
– Какой у тебя интересный кот, – заметила Маша, когда девочки возвращались по дорожке в дом, – а мне вот не разрешают животных заводить! Мама говорит, что от них много грязи, но я думаю, причина в ином…
Девочки очень грустные вернулись в дом, где их уже ждал обед в столовой. Эта комната была светлой, просторной. Высокие окна украшали массивные темно-зеленые портьеры, со свисающей по краям желтой атласной бахромой. Шесть длинных столов стояли рядами параллельно друг другу, седьмой же, самый большой, располагался у окна перпендикулярно остальным. Все столы, кроме первого, на котором дети увидели три миски с супом, были пустыми. На них не было даже скатертей. Кикимора проводила девочек и указала им их места. Проходя к своему столу, Вера вертела головой по сторонам, стараясь рассмотреть простое, но в то же время величественное убранство комнаты. А изучала огромные кованые люстры со множеством мелких современных лампочек, она почувствовала, как ее шея стала затекать.
– Это стол для первоклассников, следующий – для детей, проходящих обучение второй год, и так далее… Седьмой стол – для учителей и персонала. Приблизитесь к нему – крупно пожалеете! – заявила Любовь Кирилловна.
– Так всего же семь лет можно учиться, а столов для учеников шесть… – нахмурив брови, сказала Маша, Вера же только молча растирала мышцы шеи, боясь своими расспросами разгневать кикимору.
– За последним столом сидят волшебники, решившиеся учиться высшему магическому мастерству! А их не так много, им хватает и четверти стола! – презрительно ответила кикимора. – Приятного аппетита!
– Почему у них такое выражение лица, как будто они нас ненавидят? Желают приятного аппетита, а посмотришь на них – и кажется, что тебя выгоняют! – прошептала Маша, когда кикимора вышла из столовой.
– Говорят, что эти колдуньи всегда такие. Зато превосходно следят за порядком и строго следуют правилам! – вынув ложку изо рта, ответила ей Вера. – Посмотри вокруг: ни одной пылинки не найти! Они, наверное, тут только и делают, что убираются, поэтому и злые!
Чуть позже к ним за столом присоседился Виорел. Он молча подошел, сел напротив Веры и всё так же, не проронив ни слова, начал есть.
– Интересно, а кто еще сегодня приедет? Ведь сегодня день заезда первоклассников, а нас пока только трое. Не будем же мы только втроем учиться? – наконец произнес мальчик, съев суп. Он, в отличие от матери, говорил на русском языке правильно, не коверкая слова, хотя в его речи и был слышен небольшой акцент.
– Думаете, что в этом году учителям удалось еще найти детей? Волшебников осталось мало, да и те не горят желанием отдавать детей в эту школу… – сказала Маша.
– Глупцы, совершенно не ценящие то, что им предоставляют без всяких там условностей и претензий к происхождению! Что может быть лучше хорошего образования, полученного у лучших мастеров колдовского мира? – немного грубо отозвался мальчик.
– Еще один человек приедет точно, – стараясь не замечать грубости соседа по столу, ответила Вера, – мой друг, мы познакомились этим летом! Он обещал приехать!
Во время обеда к ним больше так никто и не присоединился, зато стоило девочкам вернуться в спальню, как к ним в комнату вихрем с песнями ворвались четыре девочки – разного возраста, но очень похожие внешне и одетые в одинаковые длинные цветастые платья. Самой старшей было тринадцать лет, ее звали Нана, вторая по старшинству – Ася, ей было одиннадцать, Раде – десять. Самой маленькой девочке в этой компании, Жасмин, только вчера исполнилось восемь лет, о чем она сразу же и объявила, едва зайдя в комнату. Все девочки имели смуглую кожу, большие темные глаза и длинные распущенные волосы до пояса. Они заняли свои четыре кровати в углу комнаты и отгородились от Веры и Маши, пододвинув шкафы, которые стояли вдоль стены. Но пришедшая на проверку порядка кикимора резко пресекла самовольное распоряжение мебелью, выписав штрафной лист юным барышням. Получив нагоняй, о последствиях которого они пока не знали, юный подряд говорливых девчонок притих и стал раскладывать вещи по двум шкафам. Нана и Ася работали молча, сразу определив, кому какая полочка для белья принадлежит, при помощи детской считалочки. Сложнее было Раде и Жасмин, которые сначала подрались за плечики, да так яростно, что их старшим сестрам пришлось растаскивать их в разные стороны. Затем они затеяли потасовку за верхнюю полку, хотя у них было с собой не так уж и много вещей, чтобы беспокоиться о нехватке места. Вера, наблюдая за младшими сестрами, пришла к выводу: подраться – это любимое занятие девчонок и к этому, порой кровопролитному, мероприятию долго искать повода им не нужно.
Еще через некоторое время в их комнату зашла, волоча за собой огромную дорожную сумку, светловолосая девочка, сопровождаемая отцом, в руках которого был еще один чемодан, раза в два больше того, что занесла его дочь.
– Елизавета, – манерно представилась девочка, складывая вещи в выбранный шкаф. – Можете называть просто Лиза. Я не обижусь!
Девочки, ранее прибывшие в школу, тоже по очереди назвали свои имена, все, кроме Рады и Жасмин, которые делили в этот момент кровать, желая спать у окна. Уступать никто не хотел, поэтому дело закончилось очередной потасовкой, которую разнимали старшие сестры. Когда их силы иссякли, на помощь пришли Вера и Мария. Лиза же снисходительно смотрела на весь кавардак, творившийся в комнате. Впрочем, несмотря на постоянные баталии друг с другом, Рада и Жасмин отделывались лишь незначительными царапинами и синяками на ногах. А вот их рефери доставалось гораздо больше: Ася спустилась к ужину с огромным кровоподтеком под глазом.
За ужином к ним за стол подсели еще несколько мальчиков: Максим, на носу которого были смешные очки с толстыми линзами; Илья, спустившийся к ужину, жуя булочку с маком, чем очень рассмешил Жасмин. Последним пришел задумчивый Семен.
Поздней ночью приехали еще трое мальчишек и одна девочка, которую тихо привели в спальню обе кикиморы и уложили спать. Вера, которая спала очень чутко на новом месте, проснулась, и, как только за кикиморами закрылась дверь, она села в кровати и шепотом спросила, как зовут новую девочку.
– Зоя, – тоже шепотом, привстав с кровати, ответила девочка. – Я только что приехала!
– А я Вера.
– А я Маша.
– А я Нана.
– Я Ася, слева Рада, а сразу за ней Жасмин храпит!
Как оказалось, в эту ночь никто, кроме Жасмин, и не спал. Все были так сильно возбуждены приездом в новую школу, что просто не смогли заснуть.
Разговаривали о прежней жизни, о старых школах и друзьях, с которыми пришлось расстаться.
– Мы жили в доме на конце села, – начала рассказывать Ася, – нас в семье шестеро детей. Мы с девочками старшие, а еще у нас есть двое братиков, но они еще маленькие для школы, не умеют читать, и Кощей запретил им учиться, сказал, что заберет их через пару лет. А они так просились уехать с нами, плакали даже! Но это-то понятно: кто ж не хочет научиться колдовать! Наши мама и папа совершенно не знают никаких заклятий, только бабушка Зара умеет гадать на картах и кофейной гуще!
– А еще по руке! – вставила Рада.
– Подожди, а как тогда Жасмин попала, ей же нет десяти?! Она сама сказала, что ей вчера только восемь исполнилось! – всполошилась Мария.
– Так она же читать умеет! Тут какое главное условие? Чтоб дети имели дар волшебный и читать могли, а Жася у нас вундеркинд! Она с пяти лет читает, танцует и гипнотизирует! Это благодаря Жасмин Кощей и узнал о нас! Она попыталась загипнотизировать одного из учителей на торговой площади… А он, не будь дурак, схватил ее за руку, увидев в ней дар магический, и велел вести домой, с родителями знакомить. Они ж у нас нигде не зарегистрированы, и никто про нас и не знал. И мы не знали, что рода чародейского, который нам от прапрабабки достался! Представляете, этот учитель, довольный тем, что нашел одного незарегистрированного ребенка, уже, наверное, в мыслях премию от Устава получил, приходит в наш дом, а нас еще пять детей – и все волшебники! Ему от счастья чуть голову не снесло!
– Как не представить, если девочек в этом году только десять, и четверо из них из одной семьи! – ответила Зоя. – А я знала, что мы волшебники, я могу с закрытыми глазами все-все видеть! А еще могу предметы передвигать! Но мои родители не хотели меня отпускать, целых два года удавалось прятать от учителей! Родители-то мои зарегистрированы! И бабушка тоже!
– И у меня бабушка ведьма, – вставила Маша, – у нее есть шар волшебный, погоду предсказывает! Никогда не ошибается!
– Подумаешь, шар! У моей бабушки такое колено, всегда к дождю ноет! И тоже никогда не ошибается! Хотя моя бабуля единственная не волшебница в семье! – хвастаясь, произнесла Лиза. – А уж все остальные – настоящие мастера своего дела: маме порчу навести – раз плюнуть, а папа любой сглаз враз снимет!
«Интересно, а что умели делать мои родители? – размышляла Вера, лежа в кровати. – И кем они были? Были ли оба волшебниками или кто-то один из них был чародеем, а второй – простым человеком? А может быть, они были как родители Рады, Аси и остальных девочек: будучи чародеями, сами не догадывались об этом. Ах, как же хочется знать, кто мои папа и мама! Баюн уверяет, что кровь у меня сильная и, скорее всего, я происхожу из древнего рода очень сильных колдунов. Но не могли же одни из самых сильных колдунов не знать, что они не такие, как все… И как тогда, имея большую магическую силу, они могли потерять ребенка?»
– А наша бабушка как карты раскинет, так сразу всю правду и расскажет! – стала хвалиться своей бабушкой Ася.
– Да-да. Заливай больше! – отозвалась со своей кровати Лиза. – Цыгане – правду! Да вам соврать – как раз плюнуть!
– Чего это сразу как цыгане, так сразу вруны? Мы честные люди! По крайней мере, мы лучше всяких там вампиров, которые кровь у живых существ высасывают! – заступилась за свою семью Рада.
– Да уж, вампиры и вурдалаки – это вообще мрак! – сказала Зоя. – Я их боюсь до жути!
– Тогда приготовься дрожать как осиновый лист! С нами в классе будет учиться самый настоящий вампир, из Трансильвании! – нагнувшись к ее кровати, проговорила Лиза.
– Врете! Не могут они учиться с обычными детьми: вампиры и вурдалаки днем спят в своих гробах, а на охоту выходят среди ночи и бродят, выискивая свою жертву, до первого крика петуха! Если здесь и правда есть вампир, то проснемся завтра, а половина из нас уже перекусана! – категорично заявила Зоя.
– Чепуха! – заявила Вера. – Он еще ребенок и ест обычную еду, сама видела! И он не спал весь день: сначала мы на маршрутке вместе ехали, а потом обедали и ужинали вместе! Он ел то же самое, что и мы!
– Но бледный, как сама смерть! – продолжала настаивать Лиза.
– Ты ее видела, что ли? – возмутилась Вера. – Просто светлый мальчик, зато очень воспитанный!
– Все равно это не дело – учиться вместе со всякими отбросами! Я думала, что это школа для элитных волшебников из самых знатных семей, наподобие моей! – настаивала Лиза.
– Да где ж их столько возьмешь? – удивилась Ася. – Волшебников с каждым годом становится все меньше! Теряем мы свои навыки и способности! Видели бы вы, как наша бабушка радовалась, что мы и правда колдуны! Ей, когда она еще маленькой была, на ушко дедушка сказал, что ведьма она, так его за это всем табором ругали и даже побили маленько! А потом другие родственники уверяли, что дед просто пошутил! Представляете, как трудно быть цыганкой, так еще и чародейкой! Сожгут же дом к Сениной матери! Вот и прятались родственники и не регистрировались – репессий боялись!
– Репрессий, – поправила ее старшая сестра, – это наказание такое, когда тебя посылают в другой город жить на очень долго, на несколько лет!
Девочки еще болтали о прошлой жизни среди обычных людей, смеялись, вспоминая, как они обрадовались, когда узнали, что могут творить настоящее волшебство.
– А меня прятали почти два года! – опять заявила Зоя. – Меня не хотели отпускать, говорят, что Кощей войной на людей идти собирается, поэтому и детей волшебников сам обучать будет!