- -
- 100%
- +
"Мафия непобндима" – не я сказал,
Это давно и хорошо известно.
В своей книге я лишь показал,
Что сделать было бы уместно.
Но прежде надо всем понять
Такую истину простую
Стандарты надо поднимать
На высоту совсем иную.
Нужны стандарты для людей
Быть на страже качества
Против воровских идей
И разного рода ловкачества.
От автора.
В последнее время наметилась тенденция по дискриминации стандартизации. В законодательных органах и в правительстве все чаще озвучивается тезис о том, что раз стандарты не обязательны, значит, они не нужны. А почему не нужны? Чтобы не мешали воровать. Идеальная стандартизация исключает возможность воровства, а поскольку она не идеальна, но все-таки как-то регламентирует производственный процесс, то для чиновников это излишний ограничитель их безнаказанности. Как работает один из механизмов государственного воровства можно показать на конкретном примере.
В свое время в Украине лесозаготовками и экспортом лесоматериалов занималось министерство лесного хозяйства. В этом ведомстве действовали межгосударственные стандарты на лесоматериалы. Но вдруг появляется проект государственного стандарта на лесопродукцию, который поступает на согласование в отраслевой технический комитет по стандартизации. Специалисты усмотрели в нем грубые нарушения и проект не был согласован.
Трижды перерабатывался проект и трижды не получил согласования. Министр дал команду утверждать стандарт без технического комитета. Но управление стандартов госстандарта, поинтересовавшись причинами отсутствия согласования техническим комитетом, тоже не завизировала проект. Министр пошел к председателю госстандарта, а тот поинтересовался, может ли министр утвердить какой-нибудь документ без визы профильного управления.
Пришлось министру отказаться от идеи узаконить коррупцию в лесном хозяйстве, которой заинтересовалась служба экономической безопасности. Оказалось, что в обход действующих стандартов предприятия торговали древесиной по контрактам с европейскими покупателями. Служба безопасности дала техническому комитету несколько контрактов на экспертизу.
Специалисты обнаружили, что по этим контрактам продается древесина по цене на порядок ниже объективной. Сумма взяток продавцам и их начальству была несоизмеримо меньше ущерба государству, но её хватало для всех задействованных лиц. К сожалению, несмотря на усилия сотрудников службы безопасности, никто не был наказан за явную коррупцию.
Поэтому в этой книге предпринята попытка показать недостатки существующей стандартизации, характерные для всех без исключения стран, и предложить приемлемые методы ее совершенствования. Надо понимать, что за воровство должен быть наказан не только тот, кто украл, но и тот, кто допустил такую возможность, в том числе тот, кто нарушил требования стандарта и, тот, кто его разработал.
Эта книга отличается от многих других тем, что она написана исключительно на основе собственного опыта и серьезных размышлений над сущностью стандартизации и идеализации её теории. В результате этих размышлений возникло понимание, что никто никогда и нигде не позволит никому разработать идеальную систему стандартизации, способную противостоять коррупции. Но надо, чтобы люди знали природу этого негативного явления, а добросовестные чиновники смогли бы хоть где-то хотя бы частично уменьшить это зло современного общества. Книга частично подтверждает классические представления об используемых стандартах, а в основном опровергает официальную точку зрения.
В книге, как выразился один оппонент автора, практически все содержание имеет "вопиющее несоответствие с общепринятыми понятиями". Действительно, это практически так по одной простой причине: в книге автор отреагировал на несоответствие системным принципам общеизвестных догм, защищаемых чиновниками при власти и современной теорией стандартизации.
Автор выражает надежду, что прочтение этой книги вызовет у читателя желание критически оценивать существующее состояние стандартизации и её общепринятые теории, не принимая на веру официальную точку зрения чиновников и мнение авторитетных ученых. Он солидарен с Пуанкаре, который говорил, что нет ничего вреднее в науке, чем авторитеты. Можно добавить: в жизни тоже.
Автор длительное время изучает теорию систем. В результате ему удалось найти единые понятия, свойства и закономерности естественных и искусственных систем, а также дать им всеобщее определение. Это дало возможность видеть в действующей стандартизации недостатки, которые образовались в результате несоответствия принципам системности.
Научный работник, работающий в каком-то научном учреждении, не может излагать иную точку зрения, кроме официальной. Иначе он там работать не будет. В свое время автор, тогда начинающий зав отделом стандартизации, как базовой в отрасли организации, был приглашен на совещание в Госстандарт СССР по вопросу сокращения количества стандартов. На свой вопрос «Как можно определить сколько и каких стандартов должно быть?» директор института стандартизации сконфуженно промолчал, а председатель Госстандарта так весьма неодобрительно посмотрел на неопытного стандартизатора, что ему сразу все стало ясно.
И теперь на склоне своих лет после более тридцатилетней работы в государственной и международной стандартизации автору приходится с величайшим сожалением констатировать, что это было «барахтанье» в зыбком болоте корыстной заинтересованности и махровой бюрократии.
Да, автор имел определенный авторитет в Госстандарте и в ИСО, даже имел ведомственные награды и грамоты, а на его доклады на конференциях люди специально приезжали из других городов, но когда он отсылал свои научные статьи со своими взглядами на стандартизацию в журналы институтов стандартизации, то каждый раз их возвращали с пометкой, что позиция автора не соответствует политике Госстандарта.
Да, автора принимал Генеральный секретарь ИСО и заинтересованно долго слушал презентацию и его предложения по совершенствованию международной стандартизации и даже давал распоряжение своим заместителям рассмотреть проявленную инициативу, но…научный доклад автора на международной научной конференции ИСО так и не был включен в повестку дня.
Да, начальник управления стандартизации союзного министерства извинялась после своего увольнения перед автором, за то, что не поддерживала его предложения, но… «поезд уже ушел». Да, начальник управления стандартизации Госстандарта СССР, утверждал, что понял предлагаемую систему и обещал полную поддержку, но даже он ничего не мог сделать.
Да, автор, будучи секретарем международного технического комитета по стандартизации лесоматериалов, использовал свои теоретические аспекты при разработке перспективных планов комитета и концепции развития, но члены комитета, как представители крупного бизнеса разных стран, не одобрили ни того, ни другого. Вследствие безуспешных попыток внедрить что-то научно обоснованное в работу комитета автор «подал в отставку», отказавшись от должности секретаря комитета.
Показательна в этом отношении ситуация, когда председатель единственного в Украине технического комитета, зам министра лесного хозяйства, уходя на пенсию, достаточно долго уговаривал другого замминистра принять его полномочия, но так и не уговорил. В сердцах он поделился своими эмоциями с секретарем комитета: дескать, им не нужна ни стандартизация, ни имидж страны. Им нужно украсть как можно больше и желательно до обеда, потому что после обеда может измениться ситуация. Сильно сказано, но правдиво.
Теперь автор пенсионер, поэтому может излагать свое собственное мнение, и печатать книги в независимых изданиях. Тем более это стало возможно при наличии такого универсального «инструмента», как теория систем. Это позволило ему изложить очевидную заинтересованность некоторых чиновников и заблуждения официальной науки, показав возможные перспективы стандартизации.
Автор – универсальный специалист лесной промышленности: от лесозаготовок до мебели и деревянного домостроения. Кандидат технических наук, много лет работал заведующим отделом стандартизации Украинского научно-исследовательского института механической обработки древесины. 32 года был председателем национального комитета Украины по стандартизации лесных ресурсов (ТК-18 «Лесные ресурсы»), более 10 лет был секретарем Международного комитета по стандартизации лесоматериалов (ISO/TC-218 «Лесоматериалы»), эксперт шести международных технических комитетов, имеющих отношение к стандартизации древесины, организатор и научный руководитель восьми международных и многочисленных национальных научно-практических конференций по проблемам стандартизации лесоматериалов.
Не претендуя на истину в последней инстанции и математическую строгость, автор излагает собственное понимание причин недостатков и сущности стандартизации на основе гипотезы о физической картине мира. В основе этого понимания лежит хорошо изученная автором логическая система Гегеля, изложенная в его книге «Наука Логики» прижизненного издания и использованная при построении собственной методологической системы стандартизации лесоматериалов.
Что такое технологическая эксплуатация?
Кто-нибудь когда-нибудь слышал о технологической эксплуатации? Вряд ли. Что такое классовая эксплуатация все знают. Карл Маркс в своем «Капитале» подробно рассмотрел, исказил ее, но про технологическую эксплуатацию ничего не сказал. Возможно, тогда она была не столь актуальна. Он обстоятельно объяснил, как капиталисты эксплуатируют рабочих, и в итоге призвал пролетариев объединяться, чтобы взять власть в свои руки. С точки зрения системности неправильно это. И это было главной ошибкой Маркса.
Да, эксплуатировать бедных богатыми недопустимо, но отдавать власть какой-нибудь группе людей нельзя. Государство – это система, в которой все элементы должны быть не равны, а равноправны. Для этого в государстве существует система управления, которая предназначена для того, чтобы соблюсти это равноправие.
Рассматривая государственную систему, начать, видимо, надо с людей, множество которых служит средой существования этой системы. Каждый человек этого множества что-то потребляет, и от чего-то избавляется, даже младенец, которому надо кушать и менять памперсы. Грубо говоря, народ является одновременно и потребителем, и производителем. Иногда то, что он производит, сам и потребляет, но, как правило, он потребляет то, что производят другие. Это называется обменом, который может быть натуральным или товарно-денежным. Задачей государства является создание равноправных условий такого обмена.
Обмен может быть случайным, временным и постоянным. Это фазовые состояния отношений по аналогии с состоянием вещества: газообразное, жидкое и твердое. Для всех этих видов отношений государство обязано создать равноправные условия.
Общество по своим природным особенностям изначально делится на группы с разными уровнями развития, неодинаковыми условиями проживания, различными видами отношений и неравными способностями. Это жители разных возрастных групп от младенцев до глубоких стариков, это население, проживающее в разных географических и климатических условиях, это народ, как производитель и потребитель одновременно, находящийся в разных видах отношений, это интеллигенция, обладающая разным уровнем интеллектуальных способностей.
И все это одни и те же люди, только функции у них разные. Люди образовывают государство, чтобы обеспечить каждому человеку комфортные условия в разных условиях своей жизнедеятельности. В соответствии с этим подразделением людей на группы и государство должно иметь управляемые системы с такими же функциями. Административная система должна заниматься жителями, территориальная система – населением, производственная система – народом, а культурная система – интеллектуальным уровнем людей.
Любая система управления имеет объект управления, информационный, нормирующий и регулирующий органы. Объектами управления являются все элементы системы, в том числе и сама система управления, поэтому ее первичной функцией является учет того, чем надо управлять. Количественный учет начинается с классификации, которая является подсистемой, и отображает все, начиная с самых общих естественных систем и кончая конкретными системами искусственного происхождения.
В данном случае речь идет не о системе классификации, а о системе качества, которая через систему мер (единиц измерения) переходит в систему количества. Любой объект имеет свою систему показателей качества, которую, как правило, почему-то сознательно упрощают.
Поскольку система государственного управления не сбалансирована, то возникают различного рода аномалии типа эксплуатаций в системе производственно-потребительских отношений. В этой сфере не просто существует технологическая эксплуатация, а процветает. Что это такое? Это когда предприятия, стоящие выше по технологической цепочке, эксплуатируют те предприятия, которые стоят ниже. На первый взгляд она не имеет отношения к классовой эксплуатации, но в конечном итоге богатые становятся богаче, а бедные беднее.
Технологическая эксплуатация проявляется, прежде всего, при торговле. Торговые отношения подробно рассматриваются экономистами, и сводятся, в основном, к паре «спрос-предложение». Вроде бы все правильно, но есть одно обстоятельство, о котором экономисты – рыночники предпочитают умалчивать.
Дело в том, что сырьевики и потребители изначально поставлены рыночной экономикой в неравные условия. Сырье – это природные ресурсы, а они имеют разные уровни потребительской ценности, а, следовательно, и качества. Рыночная же экономика ориентирует потребителя на свободные цены предметов потребления. Что это значит?
А это значит, что свободные цены, в разы большие объективных, делают доступными предметами потребления только хорошо обеспеченным слоям населения. Олигархов по сравнению с простыми людьми не так много в стране и им немного нужно предметов потребления, а именно на них ориентированы свободные цены. Производитель, сделав небольшое количество дорогих предметов потребления, получает достаточно прибыли, поэтому ему нет интереса изготавливать дешевые изделия для малоимущего населения.
Получается искусственно организованный конфликт сырьевиков и производителей предметов потребления за счет того, что предложение изначально превышает спрос на высококачественное сырье, а на низкокачественное – спроса вообще нет. И что делать сырьевику в такой ситуации? Чтобы выжить, он вынужден продавать высококачественное сырье за бесценок. Потребитель же, купив по дешевке сырье, изготавливает дорогие предметы потребления, эксплуатируя тем самым поставщиков сырья.
Никто не спорит, тотальная плановая экономика была плоха, а рыночная экономика оказалась еще хуже. При советской власти на каждой сковородке была выбита ее цена, и люди от высоких цен не страдали, а сейчас цены могут в разы отличаться от объективных, и простым людям оказываются недоступны даже предметы первой необходимости.
Каков же выход? А выход в том, что для малоимущих слоев населения надо жестко планировать производство предметов первой необходимости. Спрос на предметы потребления определяется количеством денег у населения. Чем больше денег у населения, тем более высокую цену своей продукции назначают производители. Поэтому от повышения пенсий и зарплат людям жить не становится легче. Любое повышение денежного содержания людей, даже отдельных групп, немедленно влечет за собой повышение цен, которое ухудшает жизнь всех людей. Следовательно, требуется стабилизация цен на продукцию. Но не на всю, а только на ту, которая является предметами первой необходимости.
Свободные цены устанавливаются для самых обеспеченных слоев населения. Количество таких людей определяется таким образом, чтобы количество их денег составляло половину всех денег у всего населения. И общая стоимость первосортных и самых дорогих предметов потребления тоже должна составлять половину стоимости всех товарных ценностей.
Это единственный регулятор свободных цен. Не надо никаких революций, не надо ущемлять олигархов, вызывая их недовольство властью, надо просто тщательно вести учет, и применять этот регулятор. Может изменяться номенклатура предметов потребления со свободными ценами, может изменяться количество олигархов, но равенство суммы товаров со свободными ценами и количество денег у олигархов должно быть неизменным.
Частично регулируемые цены предназначены для людей со средним достатком. Их регулятором должен быть уровень прибыли, не больше половины себестоимости произведенной продукции. А цена устанавливается в этих пределах в зависимости от спроса. При превышении цены установленного предела продукция переходит в разряд продукции со свободными ценами. Производители и сами страдают от высоких цен на предметы потребления от других производителей, и, если им объяснить, что надо позаботиться и о тех, кто не имеют много денег, то, надо думать, они не станут сопротивляться реформам.
Жестко устанавливаемые цены применяются для самых малообеспеченных жителей. Существует такое понятие, как «потребительская корзина» для продуктов. Такую же корзину можно просчитать и для мебели, и для лекарств, и для всех жизненно необходимых предметов потребления. Вот на все эти товары государство должно жестко контролировать цены, которые могут превышать себестоимость изделия не более, чем на 25%.
Если человек имеет доход, не позволяющий купить жизненно необходимых предметов потребления, то государство оказывает ему помощь в виде различных пособий. Если же эти пособия пропиваются, то государство вправе применить к таким людям меры принуждения к нормальной жизни. Вот для такого круга лиц и следует применить «сухой закон», а не для всего населения, как это было не один раз в России по принципу «хотели, как лучше, а получилось, как всегда». Сделать это не так уж и сложно.
Стоимостной учет проводится по существующим ценам в обратном порядке по сравнению с количественным учетом. Сначала определяется стоимость одноименных объектов определенной группы качества, затем определяется общая сумма всех групп качества, затем стоимость суммируется по наименованиям и по сферам потребления. Причем, учет проводится параллельно по стоимости ресурсов, которые подлежат продаже, и по денежным ресурсам у населения. Общие суммы там и там сопоставляются, после чего становятся объектами управления.
Сначала они приравниваются, затем перераспределяются с учетом приоритетов, имеющих значение в данный момент. Распределение покупательной способности населения осуществляется с учетом степени свободы цен. Рановато государство отпустило все цены в свободное плавание.
У нас, как всегда и во всем. Если коллективизация, то повсеместная, если приватизация, то всеобщая, если цены свободные, то на все виды товаров и т.д. В результате страдает простой народ. Это происходит потому, что игнорируется основной физический закон, согласно которому все системы имеют три фазовых состояния: случайное, временное и постоянное. Государство, как система, не является исключением.
И механизм планирования тоже рановато полностью отменили. Если производитель задумал выпускать мебель, то государство должно дать ему такую возможность выпускать любую мебель, но при этом установить ему план выпуска дешевой мебели для малоимущего населения. Определить потребности такой мебели не составляет труда, если известен срок ее эксплуатации. Сейчас, например, для всех стульев такой срок установлен 12 лет, что автоматически требует для их изготовления высококачественной древесины. А где брать большое количество такой древесины, и зачем, например, молодоженам такие стулья, если они захотят поменять себе мебель через несколько лет?
Если ты хочешь выпускать дорогие предметы потребления, то на это нет никаких ограничений, однако при этом, будь добр, выполни план по выпуску низкокачественных товаров. В этом случае появится спрос на низкокачественное и второсортное сырье, а цены станут доступными. Выиграет от этого простой народ.
Еще один вид такой эксплуатации заключается в следующем. Предприятия, изготавливающие какой-нибудь вид продукции, покупает сырье и комплектующие по определенным ценам. В этих ценах уже заложены и налоги, и прибыль. Предприятие же, кроме своих расходов, включают стоимость сырья и материалов в свою себестоимость, и на это накручивает новые налоги, и новую прибыль. Получается двойное налогообложение и двойная прибыль.
Поскольку технологических этапов может быть достаточно много, то получается уже не двойное, а многократное налогообложение и незаработанная прибыль. Чем ближе технологический этап к продаже предметов потребления, тем больше незаработанных денег имеет предприятие, а цены существенно выше их объективного значения.
А цеховые и общезаводские расходы вообще никто не считает. Удобно обходиться процентным отношением к технологическим расходам. Естественно, они выше у сборочных предприятий, чем у сырьевых.
Что, экономисты не знают этих простых вещей? Прекрасно знают. Не зря в советские времена вводилось планирование по нормативно чистой продукции. Как всегда, что-то недодумали, в результате поступления в бюджет сократились, и эксперимент отменили. Но теперь ситуация другая.
Зачем расходовать резерв, чтобы улучшить жизнь людей? Можно обойтись снижением цен. Естественно, поступления в бюджет сократятся, но о повышении зарплат и пенсий можно на некоторое время забыть. Зачем «надувать» бюджет незаработанными деньгами? Кого обманываем, себя или собственный народ?
Термин «технологическая эксплуатация» появился сравнительно недавно, после тщательного анализа евростандартов на объективность применения принципов стандартизации при разработке стандартов. Оказалось, что эти принципы сознательно нарушаются с целью дискриминации поставщиков сырья.
Этот вопрос был рассмотрен на заседании ISO/TK 218 “Timber”. Представители европейских стран категорически высказались против обвинений в сознательном нарушении принципов стандартизации, хотя ни один из приведенных фактов не был оспорен. Только Китайская делегация поддержала эти обвинения. Остальные страны воздержались от комментариев. В Европе никто ничего до сих пор не устранено ни одно из обвинений. Не хотят капиталисты отказываться от дешевого древесного сырья.
Первичная стадия технологической эксплуатации.
Технологическая эксплуатация начинается с неопределенных цен на природные ресурсы. Поскольку эти ресурсы даны природой и принадлежат всем людям страны, то цены на них вроде бы и ничего не стоят, поэтому устанавливаются практически по наитию, и, как правило, минимальные, исходя из тех небольших затрат, которые необходимы для их разведки и учета.
Прежде всего, надо ресурсы учитывать. Для того, чтобы успешно управлять необходим всеобщий учет ресурсов. Количественный учет начинается с классификации, которая является подсистемой, и отображает все, начиная с самых общих естественных систем и кончая конкретными системами искусственного происхождения. Каждый классификационный вид имеет уровни качества, которые имеют собственные единицы измерения. Но такая мера не позволяет сопоставить значимость различных ресурсов, поскольку абсолютные единицы измерения имеют разную природу, потому и разные предельные значения по уровням качества.
Если общее количество каждого из имеющихся ресурсов принять за единицу, то отношение единицы к общему количеству ресурса даст относительную величину значимости этого вида ресурса. По этой величине можно сравнивать степень дефицитности, а, следовательно, цен и налогов для предприятий, в ведении которых находятся природные ресурсы. Этот метод оценки применяется для тех ресурсов, которые не могут быть повторно использованы, например, для энергетических материалов, таких как нефть и газ.
Конечно, прямые затраты надо считать, и они должны облагаться постоянным и одинаковым для всех предпринимателей налогом, причем дважды. В первый раз налог входит в прямые затраты держателя природных ресурсов, а второй раз он добавляется к прямым затратам, но в них не входит, уменьшая прибыль. Этот налог платят покупатели ресурсов. Оставшаяся часть прибыли часть прибыли облагается дифференцированным налогом.
Если природные ресурсы могут быть использованы вторично, изъятые из бывших в употреблении предметов потребления, то цена на первичные ресурсы устанавливается в соответствии с затратами на сбор и предварительную обработку вторичных ресурсов. Но разница между ценами и прямыми затратами может быть существенной, поэтому разница между ценой и себестоимостью может сильно колебаться. Поэтому должен налагаться дифференцированный налог на прибыль, который учтет эту разницу.