Светлое Время. Начало. Книга первая

Жизнь свою дорогой назвал —

Пути извилисты…

С поднятой головой шагаю,

Уверенной походкой, не спеша, с остановками.

Что пойму, а что – нет,

Жизнь при этом набирает разбег.

Где границы окончания пути?..

Дойду – и расскажу.

А пока иду на Свет —

Туда, куда зовет меня душа.

Пролог

Тени воспоминаний сгущаются вокруг меня, как туман над рекой перед рассветом. Я пишу эту книгу не чернилами, а собственной кровью – каждой клеткой помня, каждый нервом ощущая то, что довелось пережить. Это не просто рассказ. Это – исповедь души, выжженная в реальности огнём мистических озарений, падений и восхождений.

Я видел слишком много, чтобы молчать.

Я пишу не как автор, а как проводник. Моя жизнь – извилистый путь от тьмы к свету, где каждая развилка хранит урок, а каждый встречный – учитель. Здесь не будет притворства. Только правда, острая, как лезвие, и глубокая, как ночное небо. Я делился ею с теми, кто приходил ко мне в поисках ответов – шёпотом у костра, в долгих беседах под звёздами, в те редкие моменты, когда судьба сводила нас на перекрёстках жизней. Теперь пришло время сказать это вслух.

Мои слова – не теория. Они пропитаны потом, болью и светом, который иногда пробивался сквозь тьму. Я не философ, не гуру – просто человек, который ходил по краю и возвращался, чтобы рассказать, что там есть.

Опыт, который не сотрётся

Я не вёл дневников. Моя память – это лоскутное одеяло из мгновений:

Запах полыни в степи, возле дороги, в пыли проезжающих машин.

Хруст снега под ногами в ту ночь, когда я понял, что некоторые двери открываются только после полуночи.

Тихий смех женщины, которая знала мои мысли, прежде чем я их осознал.

Города и даты могли стереться, но осталось главное – ощущение прикосновения к чему-то большему. К той силе, что вела меня сквозь лабиринты судьбы, иногда мягко, а иногда – рывками, будто выдёргивая из привычного мира за волосы.

Реальные люди. Настоящая магия

Все, о ком я пишу – существовали. Их руки касались моих плеч, их слова прожигали дыры в моей реальности. Я изменил имена, но не суть – они знают, кто они. И если однажды эта книга попадёт к ним в руки… пусть узнают себя. Пусть вспомнят.

Были среди них те, кто светил, как маяк в шторм. Были и те, кто толкал в пропасть – но даже им я благодарен. Без них я не научился бы видеть сквозь ложь.

Почему сейчас?

Потому что пришло время.

Не моё – их. Тех, кто уже слышит шёпот собственной души, но боится поверить. Тех, кто ищет не инструкцию, а подтверждение: да, такое бывает. Да, ты не сошёл с ума. Да, за гранью привычного есть нечто большее.

Я пишу так, как видел. Без прикрас. Без страха.

Готовы ли вы это принять?

Часть первая.Глава первая. Продолжения пути.

Тайлаган. Шаманский праздник.

О Наблюдении…

Мир как-то сразу изменился, будто время остановилось на мгновение,

И всё застыло под давлением фраз, и действие уводит нас в мир забвения…

Какой-то смерч, невидимый для глаз, разметает всё, что создано не раз

Для нас и нашими руками, принося боль прозрения…

7 августа 2022 года. Число семь.

С самого утра воздух вибрировал особым образом, будто предупреждая о важности этого дня. Мы с товарищем заняли место среди зрителей, но я пришёл не просто смотреть. Праздник проходил всегда между Хужиром и малым Хужиром, на острове Ольхон. Мои глаза, закалённые годами духовных поисков, жаждали увидеть не просто действие – его суть.

Шаманизм никогда не был моей страстью. Пара прочитанных книг, несколько прослушанных лекций – не более чем интеллектуальное любопытство. И все же… Во всех культурах мира прослеживалась одна и та же нить: звери -проводники, духи природы, врата между мирами. Теперь мне предстояло увидеть это своими глазами.

Но самое интересное началось, когда я перестал быть просто наблюдателем.

Число семь. Моя судьба отмечена этой цифрой с рождения 7 марта. Семь лет обучения. Семь ключевых посвящений. И вот теперь – седьмого августа – мне предстояло пережить опыт, который перевернёт все моё понимание реальности.

Когда зазвучали первые удары бубна, я почувствовал, как что-то во мне откликается на этот ритм. Это было похоже на давно забытую, но такую родную мелодию. Моя способность видеть за гранью обычного – плод многолетних магических практик – вдруг обострилась до предела.

Я наблюдал не просто за шаманами. Я видел, как пространство вокруг них начинает искривляться, как воздух наполняется чем-то… живым. Но самое удивительное – я осознал, что кто-то или что-то наблюдает за мной в этот момент. Этот незримый свидетель моего пробуждения словно подталкивал меня к чему-то важному.

В тот день я пришёл на праздник как зритель. Ушёл – изменившимся навсегда. Число семь снова выполнило свою работу. Но это было только начало…

Шаманы заняли свои места в священном кругу, окружённые ритуальными атрибутами, которые казались мне одновременно древними и вечно новыми. На столиках лежали предметы силы – пожелтевшие кости, пучки засушенных трав, камешки необычной формы. Но моё внимание привлекли пиалы с мутноватой жидкостью – дверьми в иные состояния сознания.

Когда началось камлание, воздух застыл. Шаманы лили молоко особыми движениями, бормоча слова, смысл которых ускользал от моего понимания, но отзывался где-то в глубине души. С каждым новым действием их облачения обрастали новыми деталями – перьями, бубенцами, лоскутами цветной ткани. Казалось, они не просто одеваются, а постепенно превращаются в кого-то другого.

За огороженным пространством виднелась берёзовая рощица – живой алтарь тюркских духов. На стволах трепетали разноцветные ленточки, каждая – как завязанная молитва. Шаманы закружили вокруг берёз посолонь, их бубны выбивали ритм, который входил в резонанс с моим сердцебиением.

Именно тогда я почувствовал первые изменения. Тонкий дождь, начавшийся внезапно, казалось, был не водой, а сгустившимся временем. Воздух стал вязким, белесо – синим, как молоко, смешанное с чернилами. Он давил на грудь, затрудняя дыхание, но шаманы и их помощники двигались легко, будто для них законы физики перестали действовать.

Когда они сели на табуретки и начали бить в бубны, что-то во мне сломалось. Ритмы, сначала разные, вдруг слились в один пульсирующий поток. Я почувствовал, как снизу, от земли, поднимается волна жара, а сверху, с неба, струится ледяной поток. Они двигались навстречу, сжимая меня в тисках.

Внезапно пространство вокруг моего тела исказилось – золотистые лепестки энергии закружились, образуя защитный кокон. Но защита ли это? Или что-то совсем иное? Моё сердце бешено колотилось, пытаясь вырваться из груди, а в ушах стоял гул, в котором я с трудом различал удары бубнов.

Воздух дрожал от тихого гула бубнов, а дым священных трав стелился по земле, словно живой. И вдруг – будто с самых небес – сквозь дырявое покрытие начали просачиваться капли… но не воды, а чего-то иного: прозрачно -белых, светящихся изнутри, как слезы луны. Они падали сверху медленно, словно пушинки, но целенаправленно – прямо в темя каждого сидящего шамана.

Проникая внутрь, эти жемчужные капли растекались по жилам, наполняя тело тёплым, пульсирующим светом – будто вливали в плоть саму душу ветра. А те, что не нашли своего пути, не исчезли… Они опустились у берёзовой рощи, мерцая, как зимний иней на солнце. Их становилось все больше – сотни, тысячи, – и вот они начали сливаться.

Сначала это была просто бело-серая дымка, но затем… Затем она обрела форму. Нет, не одну – множество. Вот проступили очертания волков с изогнутыми спинами, вот замерли совы с распахнутыми крыльями, вот извились рыбы с чешуёй, словно отлитой из серебра. Деревья, которых не было в этой роще – искривлённые сосны с корнями -щупальцами, гигантские папоротники, цветы с лепестками, как языки пламени. А еще… что-то иное. То, чего никто никогда не видел: то ли тени существ, забытых временем, то ли лики тех, кто ещё не пришёл в этот мир.

Они шевелились без звука, переливаясь, как вода в забытом озере, и от них веяло чем-то древним – таким, от чего сжималось сердце.

И тогда случилось немыслимое – взгляд шаманки, той самой кудрявой женщины в очках, пронзил меня насквозь. В тот же миг встречные потоки энергии столкнулись в районе солнечного сплетения, и мир взорвался светом.

Столкновение энергий ударило по мне, как удар молнии. Моё тело выгнулось в неестественной судороге, кости затрещали, будто готовые разлететься на части. Из горла вырвался хриплый крик, который я не мог контролировать – голос, принадлежавший не мне.

Перед глазами поплыли видения:

–Бескрайняя степь, пронизанная молниями

–Стая воронов, кружащая над священной горой

–Древний старец с глазами, как две полные луны

Я чувствовал, как что-то входит в меня через макушку – поток золотистого света, наполняющий каждую клетку. Одновременно из стоп в тело вливалась тёмная, густая энергия земли. Они смешивались в районе сердца, создавая вихрь невероятной силы.

Шаманка не отводила взгляда. Её губы шевелились, но слова тонули в грохоте бубнов. Я вдруг понял – она не просто смотрит на меня. Она видит меня. Настоящего. Того, кто прячется за слоями повседневности.

Моё тело начало двигаться само по себе – резкие, порывистые движения, будто кто-то дёргал за невидимые нити. Руки сами сложились в странные жесты, язык произносил незнакомые слова. Я стал проводником для чего-то древнего и могущественного.

Вдруг все прекратилось. Тишина.

Я стоял, обливаясь потом, дрожа всем телом. Шаманка улыбнулась и отвернулась, будто ничего не произошло. Бубны продолжали бить свой ритм, но теперь он звучал для меня иначе – как знакомый напев, который я знал всегда, но только сейчас смог услышать.

А где-то в глубине души уже звучал зов новой дороги…

И вдруг – тишина.

Абсолютная. Глубокая. Будто мир замер в ожидании.

Когда я пришёл в себя, первые слова, которые я услышал:

–Вы шаман?

Я не нашёл что ответить. Подняв голову, увидел шаманов – их глаза, скрытые под традиционными повязками, горели белым светом. Не просто белки – чистый, слепящий свет, будто за веками скрывались маленькие солнца.

Тело успокаивалось постепенно. Жажда была невыносимой – две бутылки воды исчезли мгновенно, выпил жадно их, но не принесли облегчения. И так же внезапно, как появилась, жажда прошла.

Уходя, я чувствовал странную смесь опустошённости и заполненности. Как будто что-то старое умерло, а что-то новое только родилось. Этот опыт стал важной вехой на моем пути, начатом ещё в 2017 году в Украине – пути Стяжания Духа Святого.

Но самое главное – я понял, что это только начало. Дверь открыта. И кто знает, какие ещё откровения ждут впереди…

Когда мы уходили с праздника, товарищ спросил:

–Ты в порядке? Ты странно выглядишь.

Я лишь покачал головой. Как объяснить то, что не понимаешь сам? Одно я знал точно – этот день разделил мою жизнь на "до" и "после". Число семь снова проявило свою магию.

Откровение небес

5 августа 2023 года стало поворотной точкой моего пути. Дата пришла ко мне во сне – голос, знакомый до мурашек, тот самый, что когда-то сказал: "Возвращайся, тебе ещё не время". Теперь он шептал: "Пятое августа. Тайлаган. Твой путь продолжается там".

Каждый год, когда луна достигает определённой фазы, между Хужиром и Малым Хужиром происходит нечто необъяснимое. На поляне 150 на 100 метров, огороженной верёвкой, шаманы проводят Тайлаган – праздник, где стирается грань между мирами. Две вековые сосны стоят как немые стражи этого места.

Я снял комнату в Хужире у женщины ."Остров либо лечит, либо добивает", – сказала она, вручая мне ключ. Её слова оказались пророческими.

В ночь на 30 июля мир рухнул. Алина кричала, швыряя наши фотографии нашей с ней жизни – тот день на в лесу , вечер у костра, утро на рыбалке. "Ты выбрал духов вместо меня!" Её голос резал, как ледяной ветер. Я молча собирал осколки нашего счастья.

На следующий день я закрыл торговую точку. Замок щёлкнул с окончательностью приговора. Светогор должен был приехать к празднику, но его телефон молчал.

Я бродил по острову, как тень. Рыба не клевала – будто Байкал отвернулся от меня. В лесу попадались только червивые грибы. Даже солнце, обычно ласковое, теперь обжигало кожу.

Утро 5 августа. Я пришёл первым. Две сосны -великана стояли, упираясь вершинами в низкое небо. Вдруг знакомый голос:

"Опоздал на паром?"

Светогор. Его выгоревшие на солнце волосы, потрепанный рюкзак, улыбка, в которой читалось: "Я знал, что ты здесь будешь".

Первый удар бубна прозвучал, как выстрел. Шаманы начали движение – резкое, порывистое, будто ими управляли невидимые нити. Главный шаман, маленького роста, с седой бородой, вывернутой мехом наружу, повернул к нам своё морщинистое лицо.

"Пришло время", – прошептал Светогор.

Мы договорились держаться рядом, но не мешать друг другу. Я попросил его быть начеку – после того, что случилось в прошлом году, мне нужна была подстраховка. Светогор только кивнул, его глаза блеснули странным блеском.

Праздник начался с рассказа ведущего о традициях Тайлагана. Пятьдесят – семьдесят шаманов заняли свои места за священной изгородью, отделяющей наш мир от их мира. Я приготовился к повторению прошлогоднего опыта, но Вселенная приготовила другой сюрприз.

Когда началось облачение шаманов в ритуальные одежды, моё внимание привлёк один из них – высокий мужчина в серой шелковой рубахе, сидевший у самого входа. Над его головой внезапно возникло свечение.

Это не было похоже на прошлогодние видения. Над шаманом, на высоте трёх -пяти метров, зависла горизонтальная светящаяся труба. Она переливалась цветами утренней зари – золотым, алым, белоснежным. Внутри чётко просматривались геометрические фигуры – квадрат, прямоугольник, другие формы, которые я не успел разглядеть.

От основания трубы к темечку шамана тянулся светящийся треугольник, словно канал связи между мирами. Все это длилось не более трёх секунд, затем видение растворилось в воздухе, оставив после себя лишь лёгкое дрожание пространства.

Я замер, чувствуя, как по спине бегут мурашки. Светогор, стоявший рядом, судорожно сжал моё плечо.

– Ты это видел? – прошептал он.

Я только кивнул, не в силах вымолвить слово. В этот момент главный шаман ударил в бубен, и праздник продолжился, но я уже знал – сегодня произойдёт что-то важное. Что-то, что изменит все.

В тот момент, когда помощники облачали его в ритуальные одеяния, наши взгляды встретились. В его глазах – нечеловеческая глубина, будто за ними стояли целые поколения шаманов, наблюдающих за мной сквозь время.

Бубны забили чаще. Ритм проник в кровь, в кости, заставил тело двигаться помимо воли. Я раскачивался, чувствуя, как сознание начинает плыть.

Шаманы один за другим входили в транс. Тот, в серой шелковой рубахе, задвигался первым – его движения стали резкими, угловатыми. Помощники едва поспевали подавать ему ритуальные предметы.

Когда он развернулся ко мне, мир перевернулся.

Его глаза горели белым светом. Буквально – из глазниц лился золотистый свет, как из раскалённой печи. В тот же миг моё тело содрогнулось в судороге.

Внутренняя дрожь началась с солнечного сплетения, мгновенно охватив все тело. Кожа горела, будто меня действительно выворачивали наизнанку. Из горла вырвались странные слова – язык, которого я не знал, но который понимал.

Я застыл в неестественной позе:

–Ноги выпрямлены в струну

–Спина выгнута дугой

–Ладони впились в колени

–Тело тряслось с такой силой, что кости стучали друг о друга. Казалось, ещё немного – и я развалюсь на части. Но странное дело – в этом состоянии я чувствовал защиту. Будто невидимые руки держали меня, не давая упасть.

А в голове…

В голове вспыхивали образы:

–Дорога во Владивосток – каждый поворот, каждая выбоина

–Мой проект – теперь ясно видимый до мельчайших деталей

–Люди, которых мне предстоит встретить – их лица, голоса, даже запахи.

Все это было настолько живым, что затмевало реальность. Я видел своё будущее – не как туманную возможность, а как готовый путь, который оставалось лишь пройти.

Когда удары бубнов стихли, меня отпустило мгновенно – как будто кто-то перерезал невидимые нити. Я очнулся, но с кристальной ясностью в голове.

Светогор, бледный, протянул мне руку:

– Ну что, шаман? Понял, куда идти?

Я кивнул. Теперь знал.

Я отошёл от толпы, делая глоток тёплой воды из бутылки. Прошлогодний опыт научил меня – после таких видений нужно дать себе время прийти в себя.

И тут она появилась.

Белая. Совершенно белая, как первый снег. Шерсть – мокрая, будто только что вышла из Байкала, нос – розовый, почти красный. Я даже достал телефон, снимая это невероятное создание – настолько оно казалось нереальным.

Собака, которой я никогда не видел в Хужире. На ошейнике – заламинированная бирка с цифрами. Чья-то? Или…

Она свернулась кольцом вокруг моих ног. Тёплая, живая. Потом переползла к левой ноге и легла, будто охраняя. Три минуты тишины в эпицентре шаманского буйства.

Когда мы встретились глазами – её янтарные зрачки смотрели сквозь меня. Не на меня – в меня. Как будто проверяла: "Ты понял? Ты готов?"

Потом встала и растворилась в толпе, будто её и не было.

Я вошёл в хоровод вокруг священного огня, бросая в пламя приношения – пряники, печенье. Три круга – и душа наполнилась непривычным покоем.

Мы остались до конца, пока шаманы не начали хлестать желающих берёзовыми вениками, смывая с них груз мирской жизни. Но я уже был чист – белая вестница сделала своё дело.

– Поехали? – Светогор тронул моё плечо.

Так же, как и пришёл пять лет назад – с рюкзаком за плечами, я покидал Ольхон. Пять лет. Любовь. Боль. Потери. Обретения. Целая жизнь, уместившаяся между двумя паромами.

Алина… Благодарю тебя .

Машина тронулась, и в зеркале заднего вида на миг мелькнуло что-то белое. Но когда я обернулся – там была только пыльная дорога, убегающая к священному озеру.

Отступление…2024 год застал меня снова на Ольхоне. Остров, будто живое существо, не отпускал – тянул к себе невидимыми нитями. Тайлаган ждал меня в третий раз, и на этот раз я пришёл не как наблюдатель, а как искатель истины.

Мыс Бурхан в утреннем тумане напоминал спящего дракона. Я стоял у его подножия, чувствуя, как древние знания медленно просачиваются в сознание:

Третий Тайлаган – последнее испытание

Благословение духов Сибири – не подарок, а ответственность

Дорога на Владивосток – лишь начало пути.

Во время обряда произошло нечто странное. Когда шаманы начали бить в бубны, я увидел, как от священной берёзы отделилась тень и двинулась ко мне. Не испугался. Знал – это не дух смерти, а вестник.

"Ты утвердишь забытое", – прошептал ветер. Я понял – речь о древней вере, о Роде Всевышнем, о той истинной Любви, что создала миры. Не о религии, а о знании, которое было до религий.

После обряда, когда последние звуки бубнов затихли, я вышел на берег Байкала. Вода была холодной, но я вошёл в неё, чувствуя, как:

Прошлое смывается, как песок с ног

Настоящее становится чётким, как утренний воздух

Будущее раскрывается, как цветок папоротника

Мой проект, моя миссия – не просто слова. Это коны мироздания, которые должны вернуться на землю Святой Руси. Не слепая вера, а знание, пережитое в каждой клетке.

Благословение духов

Твёрдое знание пути

Силу, чтобы нести Любовь и Добро

Моя же дорога вела вперёд – через тайгу, через годы, через испытания. К той России, что должна возродиться из пелена забвения.

Путь во Владивосток.

15 августа 2023 года. Утро встретило меня хрустальным воздухом, напоенным ароматом пробуждающейся тайги. Я вышел из Иркутска налегке, хотя мой рюкзак весил все 17 килограммов. Путь лежал к Слюдянке, а оттуда – к заветному пику Черского. Этот маршрут я вынашивал в мыслях долгими зимними вечерами, как драгоценный камень, что теперь предстояло огранке.

Слюдянский вокзал встретил меня переливами утреннего света на мраморных стенах. Белый камень сиял, словно первый снег, а красный – дышал теплом земных недр. В зале минералов я замер у витрины с лазуритом – его глубокая синева напомнила мне глаза Байкала в предрассветный час. На экране плавно сменяли друг друга кадры: нерпа, скользящая в толще вод, кедры, качающиеся на ветру, облака, бегущие по гребням Хамар -Дабана.

К полудню я уже ступал по тропе, ведущей к пику. Солнце играло в каплях на молодой хвое, рассыпая по пути алмазные брызги. Каждый шаг открывал новую грань пробуждающейся природы:

Родники, будто серебряные змейки, выскальзывали из-под камней и убегали вниз по склону

Горная речка переливалась всеми оттенками голубого – от нежного аквамарина до глубокого индиго

Мох на валунах мягко светился изумрудным бархатом, маня прикоснуться

Встречные путники обменивались скупыми, но тёплыми приветствиями. Мы не говорили много, но в этом молчаливом братстве странников было больше понимания, чем в тысячах слов.

Последние километры дались нелегко. Рюкзак, казалось, налился свинцом, а ноги превратились в каменные столбы. У болота, где воздух звенел от весенних ручьёв, я встретил группу детей из Омска. Их смех, чистый и звонкий, как горные ключи, внезапно вернул мне силы. Они показали дорогу, и я двинулся дальше.

На повороте тропы меня ждала неожиданная встреча – лошадь, вышедшая из чащи. Её тёмные глаза смотрели с бездонной мудростью, а грива переливалась на солнце, как струящийся водопад. Рядом стоял метеоролог, работник станции. Без лишних слов он понял мою усталость и проводил до места.

Место для ночлега оказалось удивительным – мягкий ковёр из мха и черники, где каждая ягода в свете фонаря превращалась в крохотный рубин. Пока я устанавливал палатку (впервые в жизни, ведь купил её всего четыре дня назад), дождь начал стучать по тенту, словно природа убаюкивала усталого путника.

Ужин из полупачки пряников и горсти ореховых конфет показался мне царским пиром. В спальнике, под монотонный шум дождя, я открыл блокнот. И вдруг… вспомнил. Тот случай из прошлого, что теперь обрёл новый смысл.

Воспоминания…2012 год. Два месяца непрерывного стресса. Два месяца боли, когда я ушёл от них – от крошечной дочки и гражданской жены. Но больше всего ранило не расставание, а страх в её глазах. Она боялась меня. Не понимала.

Мои слова странным образом материализовались сразу же или через несколько дней. Я касался её висков – и головная боль исчезала. Проводил рукой по спинке ребёнка – и через полминуты он затихал, погружаясь в сон.

Память моего рода медленно просыпалась во мне. Я чувствовал это – как будто что-то древнее и забытое шевелилось в глубинах сознания. Я был готов. Но к чему?

Начались метаморфозы.

Если меняется внутреннее – меняется и внешнее. Мир обретал новые краски, новые измерения. То, что прежде казалось цельным, теперь распадалось на глазах, растворяясь в метафизической реке из атомов. Чем плотнее была форма, тем сильнее хотелось разобрать её на части, понять изначальную суть.

Дома, люди, машины, деревья – всё становилось вязким, податливым. Мои мысли проникали сквозь поверхность вещей, достигая самой их сердцевины. Это пугало.

Я ловил себя на мысли: "Я схожу с ума?"

Но нет.

Мир не изменился.

Изменялся я.

И теперь всё вокруг было другим.

Дневник восхождения

От базы до пика – всего пять километров. Казалось бы, рукой подать. Но с вчерашней ночи дождь стучит по ткани палатки, не переставая. Уже полдень шестнадцатого, а он всё льёт и льёт. Смс -оповещение предупреждало: «15-16 числа в Приангарье – дожди, усиление ветра».

Рад, что палатка не протекает. Уютный кокон посреди размокшего мира. Жду. Жду, когда небо разомкнёт объятия, чтобы совершить восхождение. Дойти до места, где ещё не ступала моя нога. Исполнить первый этап в Стяжании Духа Святого…

Сегодня не получилось. Но завтра – обязательно. Договорился с мужиками оставить у них рюкзак, пойду налегке. Пять километров – не шутка, особенно по извилистой тропе. А сил мало – еды с собой почти нет. Вокруг палатки насобирал горсть черники, но это не еда, а так – отвлечение для вкуса.

Мужики позвали на чай. Сергей, тот, что постарше, накормил рисом с грибами и тушёнкой. Говяжьей, кажется. Я и забыл, какая она на вкус. Вчера он уже звал, но мне было неловко принимать помощь. Я редко прошу. Только когда совсем припрёт – когда понимаю, что сам не справлюсь.