Заноза для профессора, или Возвращение в «Ост-Драгон»

Я покосилась на него, а он, не замечая того, что сказала что-то не то, продолжал стенать. Остановил его все тот же громогласный голос.

– Рад, что вы меня дождались.

Лорд-дракон или теперь профессор Рем, прошел вперед, отпер обычным, немагическим ключом дверь, и прошел внутрь. Мы по одному заходили, сначала заглядывая, оценивая степень проблемы и только потом делая шаг внутрь. Помещение было небольшим, но для пятерых учеников и преподавателя должно было хватить. Все было заставлено швабрами, старыми столами, сломанными стульями. В воздухе медленно плавала пыль, напоминая о том, что время здесь остановилось надолго.

– А теперь, дорогие мои адепты, ваша задача – убрать аудиторию до блеска.

– Нет, – заныли теперь мы все хором. – Завтра же поездка в деревню, мы не хотим ее пропустить. Вы же обещали короткую консультацию. Ну, профессор, ну, пожалуйста.

Но Рем был непримирим, он достал себе единственный свободный стул, магически подправил его, сделав целым, поставил около единственного окна и сел, сложив руки на груди.

– Изучение магических аномалий требует большого терпения и усидчивости. Это первое и самое важное качество исследователя. Поэтому я буду смотреть, есть ли в вас трудолюбие и терпение.

В этот момент я поняла, что этих качеств у меня точно нет, как и желания работать в заслуженные каникулы. Хотите меня мучать, профессор, делайте это в учебное время.

– Адептка Квински, вас это не касается?

Оказывается, все уже приступили к работе и вовсю занялись уборкой.  Какие послушные.

– У меня астма. – Быстро нашлась я. – Не могу находиться в пыльном помещении. Чихаю. Есть у людей такая аномалия.

Профессор сверкнул глазами, поднялся со своего стула и протянул мне валяющуюся на полу тряпку.

– Тогда ваша задача – вымыть коридор перед кабинетом. Там пыли нет.

Я вырвала у него из рук тряпку. Вот же мужлан и солдафон, там мучить адепток в свои законные каникулы. Подхватила ведро и вышла в коридор, специально громыхая им как можно громче. В мои планы на каникулы совсем не входила уборка и постоянные встречи с лордом-прародителем-всех-драконов.

Если быть честной, я собиралась устраивать разборки с Мишей и его мамой, с Альбиной и начальством на работе. Но, раз уж я всего этого лишилась, то планировала отдыхать и приглядывать за Сифией. Хотя судя по лицу новенькой Эмилии, ей всю жизнь нравилось проводить время со шваброй. Конечно, если рядом сидит новый симпатичный профессор.

Мои мысли унеслись дальше, я остановилась около окна и засмотрелась на заснеженную улицу и крыши корпусов, застланные тонким слоем первого снега. Именно здесь я видела это белое, мохнатое чудовище, которое скалило зубы совсем не из благих намерений. И на удивление быстро рядом оказался профессор Рем, который оттащил меня от того места. Интересно, он видел его? И если видел, почему ничего не сказал. Как лорд-дракон, он должен был знать всех тварей, живущих в академии. Но ни в одной энциклопедии, ни на одной лекции я не встречала упоминания о таких существах. Нужно бы расспросить Варлиусориуса, знает ли он о том, что это за зверь.

Мимо пробежал один из адептов, странно поглядывая на меня. Да, не забыли еще мой позор в бассейне. Одни смотрят с пренебрежением, другие с опаской. Конечно, сколько опасностей может принести обычный человек дракону? Меня ж бояться надо! Я усмехнулась и вошла в комнату для хозяйственников-домовых, отвечающих за чистоту академии.

– Дяденька домовой, – вспомнила я правила общения с домовыми, – не будете ли так любезны дать мне воды для того, чтобы вымыть полы в коридоре.

Тут же над моей головой что-то зашевелилось, и по стене сполз огромный шестилапый паук.

От вида огромного многоногого насекомого у меня затряслись колени. Нет, я не в первый раз встречалась с домовыми академии. Но, воспитанная на «Домовенке Кузе», мой мозг напрочь отказывался воспринимать вот такого домового. Поэтому весь первый семестр я старалась держаться от хозяйственных помещений подальше, дабы не встречаться с хранителями очага академии. Кто придумал сделать домовыми пауков – ума не приложу, но у него явно были лишние ноги, которые я бы с удовольствием оторвала. Зажмурившись, я протянула ведро.

– Воды, говоришь, – с придыханием заговорил паук. Вот умеют они так говорить, будто тишину пугают. – Зачем же такой красавице вода? Во время каникул?

– Пол мыть.

Я так и продолжала стоять с закрытыми глазами и вытянутой рукой. Но ведро не шевелилось, никто его не забирал, и вода в него не лилась. Да и звуков больше не было никаких. Осмелившись, я открыла глаза. Три огромных глаза смотрели на меня с мохнатого лба. От страха я затараторила как ненормальная.

– Новый преподаватель сказал привести в порядок аудиторию для занятий, пока учебный семестр не начался.

Все три глаза моргнули одновременно.

– Это какая же аудитория осталась неубранной? Мы тщательно следим за чистотой во всех аудиториях.

Сердце стучало как бешеное, было жутко страшно и очень хотелось уйти. Только вот Рем не пустит меня без воды и придумает еще какую-нибудь работу.

– Я же говорю, это новый преподаватель, он только сегодня к нам приехал, поэтому кабинет приготовить не успели.

– Новый?

Паук мне попался болтливый и совсем не собирался наливать мне воды.

– Да, будет вести факультет магической аномалии.

– Странное название. – Паук начал ходить вокруг меня. – За всю жизнь не слышал, чтобы драконы интересовались аномалиями. Обычно всех недоразвитых отправляют в пансионы.

– Ага. – Выдохнула я, едва держась на ногах. – А этот решил отменить правило и изучать такие случаи, чтобы делать драконью династию сильнее. Водички можно?

Паук кивнул, и передо мной запрыгали множество его глаз, одной лапой он выхватил ведро, залез наверх и подвесил его к крану, прикрученному на потолке. Вот почему во всех хозяйственных комнатах все наоборот.  Надо подать идею, провести кран вниз, чтобы не беспокоить достопочтенных пауков.

– Драконы будут против. – Неожиданно прервал звук текущей воды голос паука-домового.

– Против чего?

– Изучения слабых драконов и таких недраконов, как ты.

– Почему? Разве они не хотят, чтобы у них не рождались слабые драконы? Если понять, отчего появляются аномалии…

– Они будут против. За всю историю «Ост-Драгон» был лишь один дракон, который хотел взять у других рас лучшее. И то плохо кончил.

– И что это за дракон?

Мне стало любопытно, да и любитель поговорить паук уже не казался таким страшным. Во мне снова взыграла жажда к приключениям и разгадыванию загадок. И я точно знала, что хорошо это не закончится.

– Лорд-дракон. – Паук повернул кран и протянул мне ведро, сам же стал подниматься наверх, откуда пришел.

– Я думала, что прародитель драконов был первый, кто хотел очистить расу от чужой крови, – крикнула я в спину пауку, но услышала лишь тихое подсмеивание.

Подхватив ведро, я потащила его по коридору. Ведро было большое, я маленькая, а желания мыть полы не было вовсе. Именно поэтому я не заметила профессора Рема и врезалась в него на полном ходу. Покачнулась и уже собралась падать, но профессор одной рукой поймал меня, второй ведро, и нас двоих поставил на пол.

– Вы не торопитесь.

Его карие глаза были совсем не такие, как у других преподавателей, все время пытались найти во мне что-то, разглядеть. Но и не такие, как у Драко, от голубизны глаз которого я млела первое время.

– Ведро слишком тяжелое.

– Так попросили бы налить наполовину, – пожал плечами профессор, будто это было само собой разумеющееся – указывать огромному пауку, сколько наливать воды.

Рем подхватил ведро и зашагал по коридору. Я же плелась следом, не совсем понимая, как он здесь оказался: ну не меня же пошел искать, честное слово.

– Вы очень долго ходили. – Будто прочитал он мои мысли. – Все адепты уже ушли.

Я вошла за ним в аудиторию и удивилась преобразованиям, которые там произошли, пока меня не было. Парты выглядели как новые, со стен не свисала паутина, а наоборот, они были покрашены в цвет морской волны. В целом аудитория располагала, здесь было, действительно, приятно находиться.

– Как они это успели за столь короткое время? – Открыла я рот от удивления. – Починить парты только вагон времени заняло бы!

Рем усмехнулся и поставил ведро в центре аудитории.

– А магия зачем? Академия и создана для того, чтобы обучать адептов хотя бы азам магии.

Я скептически посмотрела на него. Знаю я эти правила обучения. Бытовую магию никогда не преподавали ни боевым магам, ни научникам. Это только артефакторики корпели над созданием разных артефактов для ускорения уборки или стирки белья. Но профессор даже глазом не повел, указал мне на ведро.

– Вам оставили мытье полов.

На ведро я смотрела скептически: магией воды я первый и последний раз пользовалась случайно в кабаке, когда окатила водой двух дерущихся драконов. А после моего позорного заплыва, когда вся академия узнала, что я недаркон, с водой у меня сложные отношения.

– Давайте, вы же водный дракон.

– Никакой я не дракон, и вам это прекрасно известно, – фыркнула я, взяла тряпку и опустила ее в воду. – Я лучше по старинке.

– Ну уж нет, – Рем отобрал у меня тряпку и просто растворил ее в воздухе. – Я разговаривал с Кираем старшим и знаю, что у вас есть способности к магии драконов. Это доказывает даже то, что на вас метка истинности, а ее недракон получить н может.

Я потерла рукав в том месте, где была метка. Ведь почти забыла про этот позорный для меня рисунок. Так нет же, Драко проболтался и отцу, и профессору. Интересно, сколько людей в академии знают о том, что я могу, что нет.

Профессор подошел ко мне и наклонился довольно низко, чтобы я чувствовала его дыхание на своем виске.

– Адептка Квински, вы не понимаете серьезности своего положения. Я не обладаю полностью всеми своими возможностями, поэтому не могу оценить вашу связь ни с миром драконов, ни со мной лично. Но могу сказать одно: если вы не научитесь владеть магией этого мира, с вами произойдет то же самое, что с племянником Видгарда.

Быть бестелесной субстанцией, прячущейся под капюшоном, мне не хотелось. Насмотрелась я в свое время на то, что происходило с Маллом, быть бестелесной я не планировала. Посмотрела в темные глаза профессора и поняла, что другого пути у меня все равно нет.

– Хорошо, – я потерла ладони друг о друга, – что нужно делать?

Рем сел на свой стул в центре комнаты и рассмеялся, запрокинув голову. Мне стало неуютно, что такого в том, что я не знаю, как владеть магией? Нет, Драко мне показывал основы: как перекидывать шарик я знаю. Под смех профессора вспомнила все, чему учил меня мой бывший истинный, сложила руки и создала огненный шар. Что с ним делать, я не представляла, поэтому просто запустила его в ведро с водой. А как иначе взаимодействовать с водой, если не воздействовать на нее магией?

Эффект получился полностью противоположный ожиданиям: словно на раскаленную сковороду вылили воду. Все содержимое ведра в один момент выплеснулось наружу и окатило профессора с ног до головы.

– Простите, – пролепетала я, когда Рем встал, абсолютно мокрый.

По его лицу стекали капли грязной воды, вся ткань намокла и сидела на нем в облипочку. Так, конечно, было намного лучше видно, что профессор за сотни тысяч лет, проведенные в магическом сне, не растерял своей физической формы. Выпуклый рельеф бицепсов, трицепсов и других псов выпирал, показывая подготовку профессора.

Одно движение руки, и он был полностью сухой, даже волосы были аккуратно уложены. Мне бы такое умение, я бы с утра с душем возилась гораздо меньше. Только сейчас я заметила на его руке металлический серебристый браслет с черной полосой посередине. Видимо, его и имел в виду ректор Видгард, когда говорил об артефакте, накапливающим энергию.

– Как я вижу, обучение вы проходили у огневиков, что очень прискорбно. Видимо, это Кирай-младший осмелился испортить ваше обучение?

Вопрос стоял так, что и отвечать на него мне не пришлось. Конечно, кто же еще занимался моей магией, если другим до нее и дела не было, лишь бы экзамены проводить, ничему не научив.

– Проблема в том, что сила огневиков и водников сильно разнится, – профессор вытянул вперед руку и на ней зажегся огонек зеленого цвета. – Все виды драконов созданы так, что их магии отличаются. Вы, как водный дракон, не можете взаимодействовать со своей магией на том же уровне, что огневик.

– Почему? – я так же вытянула руку и зажгла на ней слабый фиолетовый огонек. – У меня же получается.

Профессор сжал ладонь, и огонь погас.

– Если вы водник, это не значит, что вы не сможете вызвать огонь. Но истоки магии идут совсем не оттуда.

– А вы какой дракон? – неожиданно ляпнула я вопрос. – Наверняка огневик.

Профессор склонил голову и с интересом посмотрела на меня.

– С чего ты это взяла?

– Ну, как же? Везде лорд-дракон предстает как самый сильный дракон всех веков. А как известно, огневики – самые сильные, из них делают огнеборцев и магическую гвардию.

Рем достал платок и устало вытер лоб.

– До чего же опустилась академия, что вы элементарных вещей не знаете?

Мне стало даже обидно. Я все-то один семестр отучилась, в этом мире три месяца провела, а меня сразу упрекают в том, что я элементарных вещей не знаю. Посмотрев на меня, профессор тут же поправился.

– Я не имею в виду вас, адептка. Как я понял за сегодняшний день, мода на огнеборцев сейчас велика. Но, поверьте мне, они сами назначили себя первыми и лучшими. В любом драконе, подчиняет он силу воды или воздуха, таится сила, равная любой другой. Просто ее нужно развивать. А у вас водников в редких случаях берут в спортсмены, на соревнованиях выступать, а воздушников и вовсе сплавляют в артефакторику или в науку.

– Вы не ответили на мой вопрос, – я сложила руки на груди и изобразила крайнее упрямство, – какой стихией управляете вы? Ни за что не поверю, что лорд-дракон может подчинить только воздух.

Я была полностью уверена, что уж кто-кто, а самый страшный и ужасный дракон, которого спрятали маги, не может управлять слабой стихией. Но профессор удивил меня и на этот раз. Он щелкнул пальцами, и вокруг меня завертелся вихрь, растрепал волосы, потянул за рукав. Тут же он перебрался к ведру, часть воды по капельке стала подниматься, и вот я уже стояла в центре дождя, льющегося снизу вверх. И когда капли достигали уровня глаз, они вспыхивали ярким светом, и к потолку поднимались маленькие яркие огоньки.

– Вы управляете всеми тремя стихиями! – Восторженно выпалила я. – На лекциях по истории «Ост-Драгон» говорили, что ни один дракон не может управлять даже двумя стихиями.

Огоньки достигли потолка, какие-то распались, а другие попали в пожарную систему. От восторга я совсем забыла, что в каждой аудитории проведена магическая противопожарная защита. Сделано это было для того, чтобы молодые огневики не спалили академию дотла. Благо прецедентов было немало. Профессор хотел что-то ответить, но над нашими головами взвизгнула технологическая система, и с потолка потекли струи воды.

– Это что еще такое?

Профессор щелкнул пальцами, потом еще раз, но вода не собиралась останавливаться.

– Сигнализация против пожара, – я схватила Рема за рукав и вытащила в коридор. Теперь мы оба были мокрые до нитки. – Она не остановится, пока сам ректора не выключит ее.

– Ужасные правила, – профессор Рем щелкнул пальцами, и я вмиг стала сухой. Волосы, одежда, даже нижнее белье высохло за доли секунды. Потом он проделал то же самое с собой.

– Современные нравы мне, конечно, не понять, но система образования скатилась дальше некуда. Каждый дракон может развить в себе все три стихии. И учтите, адептка Квински. – Он погрозил мне пальцем. – Не мы управляем стихиями, а они дают нам силы для свершений. Основой все равно остается ваша природная магия.

– Но у меня нет никакой природной магии, – насупилась я. – Я же не дракон, а обычный человек.

Профессор лишь усмехнулся и показал на аудиторию, заливаемую водой.

– Вы вполне справились с тем, чтобы вылить на меня ведро воды.

– Я случайно, – я почувствовала, как щеки заливает алый румянец.

– Что здесь происходит?! – Со всех ног к нам бежал ректор Видгард. – Рем, это ты устроил?

– Когда он был маленьким, с ним было намного проще, – прохрипел профессор и подмигнул мне.

– Небольшая авария, ректор. Вы же все исправите?

– Конечно, исправлю. – Видгард метнул взгляд на Рема, потом на меня. – А вы, адептка, можете идти в комнаты. Не забудьте, что завтра отъезд в Даггивиль в десять утра.

Я только кивнула, оставила ректора и профессора разбираться с потопом, и отправилась в свою комнату.