Дельфинёнок Марти и его друзья

© Наталья Детская, 2024

ISBN 978-5-0062-3515-1

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Глава 1. Утро в Подводном Городе

– Ма, ну я поплыл! – дельфинёнок Марти подхватил аппетитный зелёный колобок из морской капусты. Мама Дася с помощью своих ласт и длинного носа ловко умела их закручивать из полезных водорослей.

Наверное, ты очень удивился: ведь дельфины едят рыбу! Однако должна сразу предупредить: в Подводном Городе, в котором жил наш Марти со своей мамой, вообще никто никогда никого не ел, а все жители питались водорослями. Таков был строгий закон Города! Те, кому он не нравился, уплывали в открытый океан. Однако жить в светлом, обустроенном Городе было куда безопаснее и приятнее, чем в тёмных мрачных глубинах, поэтому, несмотря на жёсткие правила, многие здесь оставались.

Марти всегда завтракал наспех, на ходу, потому что любил понежиться в своей ласковой волне-постельке до самой последней возможной минуточки.

– Смотри, как бы ракушка с завтраком не открылась! – забеспокоилась мама Дася. – Мне её устрица Дусти подарила, но предупредила, что затворка слабовата.

– Всё в порядке, мама, я проверил, нормально закрылась!

Марти сунул ракушку в школьный рюкзак, ловко закинул его за спину и, чмокнув маму в щёку, стремительно поднялся на поверхность моря, чтобы вдохнуть и запастись воздухом на следующие пять-десять минут.

Затем он плавно опустился на Главную улицу Города.

Там уже было достаточно светло. Солнечные лучи с раннего утра свободно проникали в эту не глубокую часть Подводного Города. Как обычно по утрам здесь царила суета.

Рыбьи ребятишки спешили в школу или в детский сад. Самые маленькие держались ближе к мамам и бабушкам, потому что пока не очень хорошо знали правила движения в Городе, им всё нужно было объяснять. Зато школьники с рюкзаками за спинами самостоятельными стайками уверенно сновали по всему проспекту.

Размахивая гигантскими клешнями, огромные морские раки-полицейские регулировали уличное движение. Утром, когда на Главной улице Подводного Города полно детишек, они были особенно бдительны и в любую секунду готовы предотвратить любую неприятность.

Не всем, конечно, ограничительные порядки нравились. Раки-отшельники, например, были недовольны, когда их тормозили, чтобы пропустить первоклашек – нетопырят1, крабчат, малышей морских звёзд, улиток и другой, по их мнению, бесполезной мелюзги, не спеша парами переползавших и переходивших проспект.

Отшельники высовывались из своих передвижных домиков-раковин и сердито шевелили длиннющими усами. А их постоянные спутницы актинии2, расположившиеся на крышах их удобных жилищ, нервно расправляли свои прекрасные, похожие на лепестки цветов, щупальца. Однако, несмотря на родственные связи с раками-регулировщиками, для раков-отшельников не делалось никаких исключений, правила были общие для всех. И приходилось безоговорочно подчиняться, никому не хотелось быть оштрафованным.

Вот и сейчас, когда сельди, скумбрии, ставриды, трески и другие рачительные хозяйки торопились по своим неотложным утренним делам, рак-регулировщик приостановил их, чтобы пропустить дельфинёнка Марти и его товарищей. Рыбы демонстративно шумно пропустили воду через жабры, сердито выпучили глаза, однако ослушаться рака-полицейского с внушительно приподнятыми клешнями не посмели и, замерев на месте, лишь слегка шевелили плавниками.

Глава 2. Друзья

– Дуди! Стой, подожди, вместе поплывём! – Марти догнал притормозившего закадычного друга осьминожка Дуди.

Дальше, через проспект, они поплыли бок о бок.

Дуди был младше Марти на год, учился в 3 «А», а Марти в 4 «Б», но были они очень дружны, повсюду их видели вместе.

Впереди, плавно шевеля полупрозрачными искрящимися хвостами, мелькнула золотистая стайка. Это золотые рыбки с серебристыми рюкзачками на спине, державшиеся всегда вместе, тоже спешили в школу. Они весело смеялись, что-то оживлённо обсуждая, и ни на кого не обращали ни малейшего внимания.

– Вот воображалы, думают, раз красивые, так особенные. Вредины! Вчера просил списать задачку на контрольной по математики у Ольмии, так надула щёки и сделала вид, будто не слышит, – пожаловался Дуди другу, моментально из коричневого сделавшись красным. Осьминоги всегда, когда злятся, такими становятся. – Из-за неё мне двойку за работу влепили!

– Не-е-е, в нашем классе Луся, старшая из сестер золотых рыбок, так она хорошая. Никогда не вредничает и всем, кто просит, помогает.

– Да… знаю, Луся добрая и умная… и среди них, конечно, бывают… – согласился Дуди, вновь становясь своего обычного коричневого цвета.

Друзья прибавили ходу, чтобы не опоздать в школу. Правда, Марти приходилось довольно часто, каждые пять-десять минут, подниматься на поверхность моря, чтобы вдохнуть воздуха, однако он не отставал от своего друга, свободно дышавшего под водой.

Вдруг наперерез потоку школьников метнулась стая серо-коричневых, неприметных на первый взгляд, рыбёшек, но их тут же остановили раки-полицейские:

– Стоп! Подождите, видите, ребятишки в школу плывут!

Стайка приостановилась, выставив острые шипы на спине и нетерпеливо подёргивая хвостами.

– Стоп, стоп… – недовольно процедила сквозь мелкие острые зубки одна из серых рыбок. – Возитесь с этой мелюзгой! Дай нам волю, мы бы… – Но, взглянув на здоровенную клешню рака-полицейского, замолчала.

– Морские дракончики3! – предупредил Марти. – Кто не знает, ни за что не поверит, какие они опасные! Хотя на вид совсем небольшие, а не зря их так зовут. Если уколют своими ядовитыми шипами, долго потом болеть будешь. Да и зубы у них острые, как бритвы!

С опаской поглядывая на неприветливую стайку, друзья быстро проплыли мимо.

– Верно! – кивнул осьминожек. – Это прислужники злобной Мурены, её нора недалеко за городом. Сама-то она далеко не уплывает. А вот дракончики в город иногда наведываются… Правда, никого здесь не трогают, боятся ракам-полицейским попасться. Гм… Интересно, зачем сегодня они приплыли в самый центр города? Не спроста это…

Дуди озадаченно поскрёб щупальцем пожелтевшую вдруг макушку, которая всегда становилась такой, когда осьминожек начинал думать:

– Не иначе как Мурена прислала их что-нибудь разведать, может, какую-нибудь пакость затевает… – предположил он.

– А зачем ей это нужно? Ну, эта самая пакость? Фю-и-ить?! – Дельфинёнок в недоумении свистнул. Он всегда свистел, когда сильно удивлялся.

– Злится, что её царицей моря не признают, все только и шарахаются от неё. Да и не мудрено, ведь она, кто бы мимо её жилища не проплывал, хватает своими зубищами и съедает. К тому ж ещё и страшилище несусветное, на рыбу не похожа, а больше на змеюку… Кто ж такую царицей выберет? А вообще-то, в нашем море никогда никаких цариц или царей и не было, у нас полное равноправие!

…От золотой стайки отделилась самая красивая, с пышным переливающимся хвостом, рыбка. Это была одноклассница Марти золотая рыбка Луся:

– Марти, Дуди, подождите меня, я с вами!

Она догнала друзей:

– Марти, ты не забыл: сегодня у нас первый урок – Сушеведение! И тема такая интересная: затонувшие старинные корабли! Директор школы Осётр Осётрович говорил, что, к сожалению, именно благодаря ним мы так много о людях знаем… Я видела несколько таких кораблей у нас дне, когда с сёстрами на прогулку далеко за Город плавала…

Луся взглянула на свои изящные часики на левом плавнике:

– Ой, через пять минут звонок! Скорей, а то не успеем на урок!

И друзья поспешили в школу. Ни Марти, ни Дуди, ни тем более Лусе, которую часто ставили в пример другим ученикам за прилежание и хорошее поведение, не хотелось, чтобы директор написал замечание в дневнике…

Глава 3. Урок Сушеведения

– …Итак, дети, – директор школы Осётр Осётрович, преподававший в 4 «Б» Сушеведение, строго обвёл взглядом класс, – вы знаете, что в городском Историческом музее хранятся бесценные артефакты4, тем или иным образом попавшие к нам с Суши. Многие из них были смыты с неё морским прибоем, то есть прибрежными волнами и даже, что ещё хуже, цунами! Вы знаете, что это такое… о цунами, как и о штормах, мы говорили на прошлом занятии.

– Да, да, цунами – это гигантские морские волны, возникшие в результате подводного или прибрежного землетрясения, которые разрушают всё на своём пути. Они несут гибель всему живому на Суше! – вспомнила Луся, поднимая свой правый плавничок.

– Молодец, Луся, ты внимательно слушала прошлый урок, всё именно так! Так… так… – Осётр Осётрович невольно засмотрелся в окно, за которым переливающиеся красно-зелёными огоньками морские коньки5 устроили соревнования: они раскачивались на упругих водорослях, резко отталкивались от них и с весёлым ржанием пулями разлетались кто-куда. Кто дальше отскакивал, тот считался победителем, и его все поздравляли. – Гм… гм… так… так на чём мы остановились?

– На цунами! И как в наш Подводный Город попали разные предметы с Суши! – выпалил с ходу Марти, глотнувший на поверхности воздух и вновь, как ни в чём ни бывало, усевшийся за свою парту.

– Верно, дети! Ну, с цунами, я вижу, вам всё ясно. А вот насчёт этих самых предметов с Суши… Гм… гм… Представьте, не все они были смыты морскими волнами! Да, да! Многие из них люди побросали в море сами, то есть просто-напросто швырнули с берега или с корабля в море… волны подхватили их, а потом затопили, так они оказались у нас на дне… Н-да…

Осётр Осётрович недовольно поморщил свой длиннющий нос:

– Правда, пока не совсем понятно, зачем они это делают… Над этой загадкой бьются наши учёные… Но… – Он приподнял свой правый плавник: – Особая статья – это предметы с затонувших кораблей!

Осётр Осётрович сокрушённо вздохнул, в волнении длинные волоски под его носом шевельнулись:

– Да, да, это великая беда для людей – гибель корабля в нашей морской пучине! К сожалению, море бывает непредсказуемо… И мы искренно им сочувствуем!

Он печально замолчал, задумчиво всплывая над учительским коралловым столом, но тут же вновь опустился на своё место:

– Так вот, уходя в кругосветное плаванье, команда корабля брала с собой все необходимые для жизни предметы. На этих кораблях перевозились и различные ценные грузы, иной раз настоящие сокровища! И вот, благодаря кропотливой работе наших крабов-археологов, бережно извлекающих их из-под многолетнего слоя ила и песка, мы можем достаточно полно представить себе жизнь людей.

Весь 4 «Б» затаил дыхание. О! Уж они-то наслышаны от своих бабушек и дедушек, мам и пап об удивительных сокровищах с затонувших кораблей! Втайне многие из них мечтали стать кладоискателями и вместе с крабами-археологами совершать удивительные открытия!

А воодушевлённый взволнованным вниманием учеников Осётр Осётрович сказал:

– Сейчас мы отправимся в Исторический музей! Там развёрнута экспозиция находок крабов-археологов за несколько последних лет. Также вы познакомитесь с новой картиной нашей великой художницы каракатицы Луирии «Старинный корабль на дне моря». На ней запечатлён корабль «Бесценный», затонувший триста лет назад недалеко от Города. К нашей гордости картина успела приобрести огромную известность во всех уголках мирового океана!

Осётр Осётрович в восторге крутнул своим длинным хвостовым плавником и уточнил:

– Экскурсовод расскажет вам об особенностях знаменитой картины, а также прочитает загадочную запись в судовом журнале, который отыскали на корабле неутомимые крабы-археологии, а учёные дельфины-лингвисты6 перевели с языка Суши на наш Подводный язык.

– А как же этот журнал сохранился, мне мама рассказывала, что за долгие годы бумага, из которой они сделаны, в воде гниёт и ничего от неё даже не сохраняется, а если что-то и сохраняется, то всё равно чернила, которыми эти бумаги написаны, смываются водой.

– Луся, ты ведь не дослушала до конца! Судовой журнал прекрасно сохранился потому, что был герметично закупорен в единственном уцелевшем на судне рундуке7 из удивительно прочного, не поддающегося гниению дерева, произрастающего на Суше – из лиственницы. К тому же, едва журнал был извлечён, морские улитки покрыли его листы своей защитной слизью. Так что теперь этот документ сохранится в нашем Подводном музее на веки вечные: чернила никогда не размоются, а бумага не сгниёт!

– О, извините, учитель, я ничего ещё об этом не слышала! – смутилась Луся.

– Не переживай! – улыбнулся Осётр Осётрович. – Для того мы и проводим наши занятия, чтобы вы знали как можно больше.

И он продолжил:

– Думаю, в минуту опасности кто-нибудь из команды журнал запрятал в этот ящик в надежде, что корабельный дневник когда-то всё же найдут и прочитают! И вот… его нашли наши поисковики… Н-да…

Осётр Осётрович замолчал и вновь грустно задумался. Но на него смотрело, не отрываясь, двадцать пар пытливых глаз и, взяв себя в руки, а точнее в плавники, учитель продолжил:

– Да… Как это ни печально, но благодаря именно таким ящикам, в которых хранились не только личные вещи команды, но и наиболее ценные карты, глобусы и книги, наши учёные достигли значительных успехов в изучении загадочной Суши!

Осётр Осётрович подплыл к выходу из класса:

– Сейчас построитесь парами! В музее соблюдать порядок и, конечно, не шуметь!

Глава 4. В Историческом музее

Ребята дружно, парами, выплыли на улицу. Музей находился на Главной улице, в Центральной городской коралловой скале. Вход для школьных экскурсий здесь всегда был свободный, бесплатный. Поэтому просторные залы в нём никогда не пустовали. Но, едва попадая сюда, шумные стайки озорников тут же примолкали, и под просторными коралловыми сводами слышны были лишь их восхищённые возгласы и вдохновенные голоса экскурсоводов.

Благодаря огромным окнам в музее было достаточно светло, однако специально приглашённые из глубоководной части Подводного Города кальмары-светлячки дополнительно подсвечивали каждый экспонат, медленно плавая вокруг него. И ярко-синий свет, излучаемый ими, создавал ту особую таинственно-завораживающую атмосферу, которая всегда царила в Историческом музее.

В углу каждого зала на коралловых стульчиках сидели смотрительницы музея малые креветки. Несмотря на крошечные размеры, они были очень бдительны и строго следили, чтобы посетители ничего не трогали щупальцами, плавниками или усами. Ведь экспонаты здесь были невероятно ценные, вернее, даже просто бесценные для всех морских обитателей. Каждый из них нёс важнейшую информацию о жизни на Суше.

***

Особой гордостью подводных музейщиков была коллекция сокровищ, обнаруженных крабами-археологами на затонувших старинных кораблях и возле них: золотые слитки монет, тончайшая посуда, странные сосуды с изображениями обитателей Суши, столь непохожих на морских обитателей, дорогие украшения – кольца, серёжки, браслеты, броши и даже старинное оружие.

Но не меньшую ценность для науки представляли и предметы попроще. Их выкапывали из-под ила по всему дну и с огромным трудом доставали из расщелин подводных скал. Чего здесь только не было! Новенькие и дырявые кастрюли, пустые консервные банки, автомобильные покрышки, помятые самовары, перегоревшие электрические утюги, устаревшие смартфоны и даже башмаки, просящие каши, – всего и не перечислишь.

Представьте, сколько сил, знаний и умения приложили учёные Подводного Города, чтобы определить назначение этих ранее совершенно незнакомых им предметов! Сколько предположений и гипотез было высказано, чтобы разгадать их названия!

Порой достоверные сведения о них приносили дельфины, побывавшие хотя бы раз в гостях у людей. Так, мама Марти, целую неделю выступавшая в дельфинарии в аттракционе «Наши друзья – дельфины», поведала, что большой круглый предмет, похожий на большую белую ракушку в коллекции музея, называется «миской», люди приносили в таком же дельфинам угощение и так его называли вслух.

Но всё же многие экспонаты представляли собой пока настоящую головоломку для учёных Подводного Города. Например, назначение и название пляжного зонта, найденного в густых зарослях каулерпы8, в местной научной среде до сих пор оставалось нераскрытым, несмотря на неутомимую работу исследователей. То же можно сказать о самоварах, утюгах, смартфонах и некоторых других артефактах.

Однако всё равно каждый из них был ухожен, тщательно протёрт и вычищен до блеска. Служители прилагали немало усилий, чтобы экспозиции музея были интересны посетителям и расширяли их кругозор.

Глава 5. Загадка картины великой художницы

Внимательно осмотрев замечательную коллекцию музея и выслушав подробнейшие комментарии экскурсовода – степенной морской черепахи Адель, ученики плавно переместились в соседний зал, где демонстрировалась картина знаменитой художницы каракатицы Луирии «Старинный корабль на дне моря».

В переливающейся перламутровой раме она, как ценнейшее произведение искусства, висела в зале одна. Окна здесь были наполовину прикрыты шторами, сплетёнными из кокетливых желтовато-оливковых саргассовых водорослей. Четыре морских пера9, известных своей способностью светиться, висели по четырём сторонам картины и через каждые несколько секунд то загорались, то гасли. А медузы-люстры под самым потолком беспрестанно вспыхивали разными цветами и менялись местами. Всё это создавало эффект движения и реальности происходящего на картине…

И действительно, казалось, будто любопытные рыбы на ней, окружившие остов накренившегося на дне корабля, движут плавниками и хвостами, галька под его килем перекатывается под напором течения, и что-то мерцает в глубине полуразрушенной палубы…

Вот к этой удивительной картине и направился притихший 4 «Б».

Извинившись, черепаха Адель поднялась на поверхность, чтобы запастись очередной порцией воздуха. Затем, внимательно взглянув на каждого, начала обстоятельный рассказ.

– Итак… эту картину талантливейшая художница каракатица Луирия создала совсем недавно и оказала нам большую честь, подарив музею. На ней запечатлён корабль «Бесценный», затонувший в море три сотни лет назад… Имя корабля помог определить судовой журнал, но о нём позже…

Адель любовно обвела картину ластой и продолжила:

– Как видите, художнице удалось создать атмосферу печальной таинственности покоящегося на морском дне старинного судна. Сразу видно: не одну сотню лет пролежало оно на этом месте, постепенно врастая в ил и покрываясь мелкими ракушками и водорослями…

Тут Адель печально вздохнула, и даже сквозь толщину стёкол её огромных очков все увидели, как глаза её погрустнели. Но преодолев себя, она продолжила:

– Для создания этого шедевра художница использовала самые разнообразные материалы: водоросли, всевозможных форм и размеров ракушки, разноцветные морские губки10, жемчужины, а также краску своего собственного изготовления, так называемые чернила. Нужно заметить, что жемчужницы11 с удовольствием дарят ей свои белые, голубые, розовые, фиолетовые, золотистые, шоколадные, зелёные, сиреневые и чёрные жемчужины. Как видите, именно благодаря им фон картины столь богат множеством оттенков!

Адель вновь приблизилась к картине, указывая на нежные, переливающиеся в воде, блики заходящего солнца и яркие цветовые пятна, передающие рельеф дна.

– Губки и водоросли тоже добровольно сотрудничают с Луирией: вот смотрите, они прикрепились в нужном месте картины, что позволило художнице запечатлеть на ней всё богатство пейзажа наших родных окрестностей.

– Да, да, ребята, всё верно! – восторженно откликнулась розовая губка, изображающая вместе со своими подругами морское дно на картине. – Для нас сотворчество с непревзойдённой Луирией большая честь!

Однако под строгим взглядом экскурсовода тут же умолкла. Ведь по договорённости с художницей разноцветные губки на картине необходимы были для воплощения её художественного замысла, а вовсе не затем, чтобы болтать с посетителями музея.

– Однако… самое замечательное и даже загадочное в этой картине… – Тут Адель таинственно понизила голос, – это… изображение… древней статуэтки, которую на самом корабле ещё не обнаружили, но упоминание о коей имеется в судовом журнале, прочитанном и переведённым на наш подводный язык дельфинами-лингвистами! Представьте, силой своей фантазии художница изобразила не найденный ещё чудесный артефакт! Самое интересное, специалисты говорят, что загадочная статуэтка с Суши и в самом деле может оказаться именно такой, какой её изобразила художница! О, нередко художники бывают прозорливее учёных!

Трепетной ластой Адель дотронулась до золотистого пятна, поблескивающего на картине в глубине полуразрушенной палубы:

– Вот она, та самая статуэтка!

Все придвинулись к картине ближе, стараясь получше рассмотреть нарисованный на ней таинственный предмет.

И хотя он был весьма мал, но столь чётко прорисован, что, обратив на него внимание, все сразу же хорошенько его разглядели.

– Ах, какая красивая, просто удивительная! – ахнул 4 «Б» во главе с ужасно разволновавшимся Осётром Осётровичем.

Статуэтка изображала странное существо золотистого цвета – с круглой головой, небольшими острыми ушками, довольно длинным хвостом, изящным изогнутым телом и огромными зелёными искрящимися глазами. Между подушечек лап были едва видны сверкающие кончики острых коготков.

Тут Адель, прищурившись через свои толстые очки, особенно внимательно взглянула на полотно:

– Мне кажется, если прибавить немного света, картина будет смотреться ещё интереснее! – обратилась она к морским перьям и люстрам-медузам, освещающим зал.

Те перемигнулись, на мгновение погасли и засветились ярче прежнего. И вот в этот миг, во всяком случае так показалось зрителям, искрящиеся глаза нарисованной статуэтки вспыхнули ярче, сверкающие коготки полностью высунулись из подушечек лап и вновь спрятались, а хвост, изобразив вопросительный знак, тут же принял прежнее положение, обвив лапы золотистого существа.

– Ох! – от неожиданности ребята отпрянули от картины, а Осётру Осётровичу показалось, будто в глаз ему попала соринка и исказила зрение.

На Адель, однако, это не произвело ни малейшего впечатления:

– О, не волнуйтесь, это просто световые эффекты музея, – улыбнулась она, – мы к ним привыкли!

И действительно через мгновение на картине всё уже было по-прежнему, только морское дно, усеянное водорослями, губками и кораллами да жемчужные оттенки проникающего в воду солнечного света заиграли более сочными красками.

Все облегчённо вздохнули. А любознательная Луся, которая в будущем собиралась стать если не искателем сокровищ, то журналистом, освещающим новые открытия, обратилась к экскурсоводу:

– Расскажите, пожалуйста, уважаемая Адель, подробнее об этой статуэтке, какое именно существо Суши она изображает и кому принадлежала?

Экскурсоводу Адель была приятна неподдельная заинтересованность школьницы, и она с воодушевлением продолжила свой рассказ:

– В прочитанных дельфинами-лингвистами записях судового журнала сообщается, что это статуэтка священного египетского животного – кошки, в древности принадлежала одному из фараонов, так назывались древние правители Египта. По описанию в том же журнале – статуэтка золотая, с изумрудными глазами и едва видными между подушечками лап кончиками бриллиантовых коготков. Такой её и изобразила Луирия на своей картине, хотя сама она описания не читала!

Четвероклашки – маленькие бычки, дельфинята и китята, зубатки, корюшки, ставридки, салаки, трески, морские черепашата и угри и даже маленький акулёнок – стали в недоумении шептаться и вопросительно поглядывать на своего учителя.

– Гм… гм… простите, что я вас перебиваю, уважаемая госпожа Адель, – деликатно вставил Осётр Осётрович, – но я должен пояснить: ребята, золото, это один из самых любимых людьми металлов на Суше, а изумруды и бриллианты – очень дорогие драгоценные камни, в основном употребляются там для украшения предметов искусства. Египетский, значит, из государства Египет, на уроках Сушеведения мы уже упоминали о нём, как и о фараонах, древних правителях Египта.

Глава 6. Морские дракончики

– О, да! Вы совершенно правы, уважаемый Осётр Осётрович! – согласилась госпожа Адель и продолжила: – В Научной библиотеке мне предоставили возможность даже выписать несколько строк из судового журнала затонувшего корабля.

Она тщательно протёрла очки зелёным бархатистым шариком12, вытащила из-под панциря широкую светлую водоросль и прочитала:

«…Шторм сломал мачты, мчимся в неизвестном направлении… гигантские волны… сильный северный ветер несёт нас на рифы…»

– На этом запись обрывается… Очевидно, она была сделана капитаном в самую последнюю минуту… – Адель печально вздохнула.