Принцы-воины. Невидимое вторжение

Глава первая

Узник

Рук знал, что все идет не по плану.

Он прыгал с балки на балку, таща за собой товарища – узника, которого он только что освободил.

– Скорее! – наполовину прошептал, наполовину крикнул он, хоть и знал, что это не поможет.

Ноги узника были закованы в металл, и сочленения заржавели без использования. Хотя его руки все еще были человеческими, и это немного облегчало Руку задачу: за них было проще ухватиться.

– Я не могу, – пропыхтел узник. – Мне… Нужно… Отдохнуть…

Рук приостановился, опасно балансируя на узкой балке, перекинутой через пустоту. Под ними простиралась черная бездна, а над головой тянулась вверх спутанная масса стальных рельсов, будто перекрученный скелет, закрывающий бо льшую часть клубящегося красным неба.

Рука подташнивало от того, что он снова в крепости Хаоса – черном замке на границе Скотоса, вотчины Понероса, врага. Рук не так давно вырвался отсюда, спасенный группой ребят, доставивших ему сообщение: «Освобожденный свободен всегда».

Он вернулся, чтобы передать это сообщение другому пленнику. И принес ключ.

Ключ.

Он открывал тюремные двери. Ребята забрали его у врага. Рук потянулся к карману и нащупал кончиками пальцев длинный блестящий предмет с закрученной ручкой, убеждаясь, что он по-прежнему на месте. Что бы ни произошло, он не должен потерять ключ.

– Сюда! – позвал он товарища, указывая на балку.

Ботинки Рука цеплялись за сталь, точно резина, и он был уверен, что не поскользнется. Но металлические ноги узника жутко скользили по перекладине, от чего волосы Рука поднимались дыбом. Он слишком хорошо помнил, каково ему самому было ковылять на железных ногах, которые теперь вновь стали человеческими благодаря тем ребятам. И Руваху – тому, кто послал их.

«Если бы только я тщательнее все продумал», – сказал себе Рук. Попасть в крепость было легко, слишком легко. Узкий луч света из его нагрудника указывал ему дорогу на каждом шаге. Никто не пытался его остановить. Поддельщиков – полностью механических солдат армии зла, собранной Понеросом, – нигде не было видно. И все же Рука не оставляло ощущение, что за ним следят. Возможно, энты – те мерзкие железные насекомые, что любили выдавать себя за бабочек. Наверное, они прятались где-то рядом и не сводили с него взгляда своих красных лазерных глазок.

Руку следовало бы придумать что-нибудь получше, а не пытаться просто уйти тем же путем, каким он пришел. Но он так страстно желал освободить чью-то душу и выбраться из этого кошмарного места по возможности скоро, что не предпринял должных мер предосторожности. Он думал, что знает дорогу. А крепость, казалось, постоянно двигалась, трансформировалась, и путь исчез, а все известные ему выходы оказались заблокированы.

Хаос. Смятение. Вот они, охранные системы Понероса.

Балка под ними задрожала, вынуждая беглецов остановиться. Воздух вокруг наполнился грохотом – звуком тяжелых шагов, разнесшимся эхом по лабиринту стальных рельсов.

– Это они, – душераздирающе тонким голосом проскрипел узник. – Они идут.

Поддельщики, подумал Рук. Это ловушка. Теперь враги схватят и его, и пленника.

– Как твое имя? – спросил Рук.

– Фи… Финн, – дрожа, выдавил узник.

– Что ж, Финн, нам нужно дойти до конца этой балки. А потом… Что-нибудь придумаем, – Рук надеялся, что в его голосе не звучит отчаяние, которое он испытывает.

Он медленно двинулся дальше по узкой опоре, одной рукой держа руку Финна, чтобы тот не потерял равновесие и не полетел в пропасть.

Прошла, казалось, вечность, когда Рук наконец дошел до конца балки и вцепился в вертикальную опору, торчащую из пустоты. Финн тоже ухватился за нее. Вся конструкция тряслась и вибрировала от шагов приближающихся поддельщиков. В чернильной тьме вокруг появились красные светящиеся диски, и они приближались.

– Куда? – шепнул Финн.

– Наверх!

Голос, казалось, раздался прямо с неба. Почти детский. Голос девочки.

Рук и Финн подняли головы, силясь разглядеть, кто это сказал. Они не могли разглядеть ничего, кроме небольших рваных клочков красного неба, проглядывающих сквозь путаницу балок, и… Звезд. Казалось, сквозь перекрученную паутину балок над ними просачивалась россыпь маленьких огоньков. Не звезд… А Искр – крошечных сверкающих комочков света, которые обретались в Пещере. Рук почувствовал, как внутри него забил ключ облегчения. «Рувах пришел!» Но голос точно не принадлежал Руваху. Определенно, к ним обращалась девочка.

– Ну, давайте – вы идете? – поторопил их голос.

Рук едва мог рассмотреть очертания человека, стоящего на балке, на фоне клочков неспокойного красного неба.

– Сюда! Лезьте!

Как вообще эта девочка сюда забралась? Может, это какая-то хитрость. Понеросу они хорошо удаются. Обман – его стиль.

Но все равно – разве у них был иной выбор, кроме как послушаться? Неожиданно Рука охватили необъяснимая уверенность и глубокое спокойствие. Он посмотрел в наполовину человеческое лицо Финна, в глазах которого плескался страх:

– Ты видел?

Огромный поддельщик, сжав металлические кулаки и готовясь ударить, прыгнул на балку, с которой только что сошли беглецы. Когда поддельщик приблизился, Рук выхватил меч и, рубанув по железной руке, отсек ее. Поддельщик взвыл, его красные глаза завращались от ярости, а отрубленная рука рассыпалась на куски и обратилась в пыль. Враг попятился, споткнулся и упал с балки в темную пустоту. Но вскоре на его месте оказался другой. И третий.

– Замечательно, – буркнул Рук себе под нос.

– Вы идете или как? – настаивал голос.

– Да как я должен…

– Используй ремень!

Ремень!

И вдруг Рук понял. В ту же секунду, как очередной поддельщик кинулся к ним, Рук сорвал с себя ремень – широкий гладкий белый пояс без какой-либо видимой застежки. Воин подбросил один конец вверх. Ремень удлинился в несколько раз, и его конец обмотался вокруг балки. Тонко натянутый ремень загудел, словно гитарная струна.

– Держись за меня! – воскликнул Рук и подпрыгнул.

Ботинки вознесли беглецов в воздух как раз тогда, когда на них бросились еще несколько поддельщиков. Рук перекинул одну ногу через балку, вокруг которой обмотался ремень, затаскивая себя и Финна наверх.

– Плевое дело, – едва дыша, выговорил он, посылая Финну слабую ободряющую улыбку.

Финн попытался улыбнуться в ответ своим полуметаллическим лицом.

– Вы слишком медленные! – прокричала девочка, которая успела взобраться еще выше.

Девчонка начинала действовать Руку на нервы.

Он глянул вниз и увидел, как поддельщики карабкаются по стальным балкам. «Для таких больших и неуклюжих железяк они довольно проворны», – подумалось ему. Рук отвязал ремень, перекинул второй конец через балку повыше и снова подпрыгнул, крепко держа Финна.

Теперь Рук видел девочку гораздо лучше. Она карабкалась к верхушке крепости, где торчащие концы голых балок упирались в тревожное пурпурно-красное небо. Огненно-рыжие волосы девочки разметались вокруг лица на кусачем ветру. Она держалась за балку одной рукой, оглядывая горизонт:

– Да поднажмите вы уже!

Рук снова подскочил, Финн вцепился в него, и ремень поднял обоих. Поддельщики внизу продолжали взбираться на балки, буравя тьму красными глазами. Куда, ради всего святого, направляется эта девочка? Похоже, она ведет их в ловушку.

Когда наконец Рук и его полуживой груз оказались на вершине, девочка с рыжими волосами приветствовала их тяжелым вздохом.

– Долго же вы, – процедила она.

– Слушай, попробуй сама тащить наверх стокилограммового железного бугая! Без обид, друг, – Рук бросил извиняющийся взгляд на Финна и снова повернулся к девочке.

Отвязав ремень, он снова надел его, убедившись, что меч по-прежнему в ножнах. У девочки, как заметил Рук, меча не было – лишь ремень, нагрудник и ботинки. Как у тех, других, ребят, вспомнил он. Тех, которые его спасли. Но этой девчонки среди них не было, в этом он вполне уверен. И снова Рук подумал, не ловушка ли это, – что, если девочка работает на Понероса?

– Кстати говоря, кто ты такая? Тебя послал Рувах? И как мы собираемся отсюда выбираться?

– Собираемся прыгнуть, конечно!

– Что? – Рук моргнул, надеясь, что неправильно ее расслышал.

Балка, на которой они стояли, начала раскачиваться от вибрации, которую создавали лезущие наверх поддельщики.

– Сейчас же! – воскликнула девочка с каким-то восторгом в голосе. – Вперед!

Прежде чем Рук успел среагировать, она схватила его за руку и подпрыгнула прямо в бушующее небо, таща беглецов за собой.

Глава вторая

Дождь

Эван сидел в школьном автобусе и смотрел на дождевые капли, стекающие по окну. Ему нравилось то, как они бежали прямо вниз, а потом внезапно поворачивали друг к другу и сливались в каплю побольше, которая катилась по стеклу еще быстрее. От этого зрелища Эван задумывался: почему капли так делают? Соединяются, а потом падают. Интересно. Они хотят быть вместе? Им так веселее?

Автобус заполнялся, дети перешучивались и смеялись, расслабляясь после долгого школьного дня. Ребята постарше направились прямиком назад, младшие сидели спереди. Эван пристроился где-то посередине. Он не отрывал взгляда от окна, наблюдая за каплями. Уж лучше так, чем видеть лица других ребят, которые оглядывали его, а потом проходили мимо.

Эван провел в четвертом классе своей новой школы уже целый месяц, но так и не завел настоящего друга. Ребята в начальной школе Сидар-крик дружили группками – и новые участники этим группкам не требовались. Дети здесь были не такие, как в городе, где он ходил в школу раньше. Большинство из них выросли по соседству и знали друг друга целую вечность. Новенькие появлялись в школе не так часто.

«Дай им время», – сказал ему отец. Эвану было интересно, сколько же займет это самое «время».

Он услышал хихиканье и посмотрел через проход. На него глазели две девчонки, ухмыляясь и перешептываясь. Наверное, смеялись над ним из-за прически. Мама намазала ее чем-то, чтобы пригладить волосы в день школьных фото. Школьные фото. Худший день во всем учебном году. Приходится надевать рубашку с воротничком, который впивается в шею, и давать маме обещание весь день не пачкаться. Хвала небесам, этот день прошел.

Эван посчитал на пальцах – восемь месяцев до того, как вернется лето. Кажется, целая вечность.

Рядом с ним уселся маленький мальчик – наверное, второклассник. Из носа у него текло, как и у большинства второклассников. Мальчик провел под носом ладонью, а потом обтер ее о спинку сиденья. Эван отвернулся. Гадость. Потом пацан принялся подпрыгивать на месте, словно не мог дождаться, когда же автобус поедет. Бесит. Мелкие никогда не могут сидеть спокойно.

– Как тебя зовут? – спросил пацан.

– Эван.

Эван намеренно не стал спрашивать имя мальчишки, давая понять, что ему нет дела, как того зовут. Да, ему отчаянно нужны друзья, но уж точно не из шилозадых сопливых второклассников.

– Я Чарли, – заявил пацан. – А где ты живешь?

– Недалеко, – отрезал Эван.

Может, до пацана дойдет, что он не особо настроен болтать.

Наконец автобус тронулся, Чарли прекратил подскакивать и переключил внимание на что-то другое. Эван откинулся на сиденье. До дома было двадцать минут езды. Может, удастся провести их в тишине и покое.

Он вытащил из рюкзака мобильник и включил. Сегодня была очередь Эвана пользоваться трубкой, которой с ним делился старший брат, Ксавье, – хотя, кажется, Ксавье она доставалась гораздо чаще.

Эван запустил свою любимую игру «Квест в королевстве». Он ее обожал. Эван играл даже лучше брата, но сейчас застрял на шестом уровне. Игроку нужно было использовать блоки разных форм и размеров, чтобы построить замок до того, как на него нападут ледяники – что-то вроде армии существ изо льда и снега, которые появлялись и уничтожали недостроенный замок. На каждом уровне нужно было строить все более сложный замок. А для того, чтобы добыть блоки, требовалось пройти серию квестов – например, одолеть племя троллей или расшифровать тайный свиток. Эван был без ума от таких штук. Ему не разрешали пользоваться телефоном в школе, но он решил, что школьный автобус уже не считается.

Несколько минут Эван увлеченно играл, но так и не успел достроить замок до прихода ледяников. Он вздохнул и нажал на кнопку перезагрузки. По крайней мере здесь можно начать все сначала. И он знал, что в конце концов выиграет – и перейдет на следующий уровень, где его ждут новые квесты.

Чем-то эта игра напоминала Агоратос – реальный, но невидимый мир, в котором Эван дважды побывал с Ксавье и друзьями. Каждый раз препятствия там усложнялись, но, если ребята следовали инструкциям из Книги и слушались своего проводника, Руваха, они справлялись. А лучше всего было то, что, даже если провалишься, всегда получаешь второй шанс. По крайней мере так было до сих пор.

Эван подумал о друзьях: Леви, Брианне и Мануэле – его товарищах, принцах-воинах. Хотел бы он ходить на уроки с ними, но они учились в средней школе. А могли бы тусоваться все вместе, обедать, болтать о своих приключениях в Агоратосе и не ловить на себе такие взгляды, словно они чокнутые. Когда Эван похвастался перед одноклассниками, как прокатился на водопаде, сражался со злобными бабочками и летал на драконе, на него посмотрели как на ненормального. Как будто он все выдумал.

Может, так и есть. Со дня последнего путешествия Эвана в Агоратос прошло больше месяца. Может, это был просто сон. Хотя Ксавье тоже там был, а разве один и тот же сон может сниться двум людям одновременно? Эван в этом сомневался.

И все же с того дня, как они спасли узника Рука и сбежали из крепости Хаоса в Скотосе, никто из них не слыхал ни словечка от Руваха. Может, он поехал в отпуск или решил как следует отоспаться. А может, ему просто больше не нужны принцы-воины.

Может, все это произошло лишь у Эвана в воображении.

Может, они никогда туда не вернутся.

Но они должны вернуться! Хотя бы потому, что так и не получили полный комплект доспехов. Только ремень, нагрудник и ботинки. А настоящему воину нужно куда больше. Ему требуются щит, шлем и меч. Меч – вот чего на самом деле хотелось Эвану. Настоящий прекрасный магический меч. Тот, которым можно сразить поддельщика.

Будь у него меч, те две девчонки даже и не подумали бы насмехаться, а смотрели бы на него в восхищении.

Автобус остановился у спортцентра – то есть у Центра спорта и досуга Сидар-крик. Большинство детей, включая Чарли с его текущим носом, сошли на остановке. В другой день Эван тоже вышел бы здесь. Ксавье и его друзья наверняка уже там, играют в баскетбол. Но Эвану не хотелось играть в колючей рубашке на пуговицах, а взять сменную одежду он забыл. Поедет-ка он лучше домой и попросит маму подбросить его до спортцентра.

Когда автобус со скрипом затормозил на нужной остановке, Эван поднялся, заталкивая телефон в рюкзак. Он быстро прошел к передним дверям, которые разъехались, выпуская мальчика. Дождь еле капал, но Эван все равно натянул капюшон. Путь до дома был неблизкий: мощеная пешеходная дорожка ныряла к мостику через ручей, а потом поднималась на другой холм. Эвану нравилось представлять, что он снова в Агоратосе, бежит по лесу, перепрыгивает через пропасть, которая отделяет Скотос, темную сторону Агоратоса, от остальной части золотого королевства. Мальчик любил воображать, что мост вырастает из воздуха под его шагами – как это было в прошлый раз. Невероятное ощущение – шагать прямо в небо, пока каменные ступеньки возникают из пустоты под твоими ботинками…

– Будешь просто стоять и любоваться видом?

Эван обернулся на голос мисс Лоис, водителя автобуса. От ее улыбающихся глаз расходились морщинки. У мисс Лоис были короткие седые волосы, торчащие острыми прядками, и обильно намазанные красной помадой губы; она напоминала Эвану добрую гаргулью-бабушку.

– Извините, – пробормотал он, спрыгивая с подножки.

– Береги себя, Эван, – сказала мисс Лоис, закрывая двери, и автобус отъехал.

Эван смотрел, как он катит прочь, подскакивая на выбоинах и разбрызгивая из-под колес грязную воду.

«Едет автобус, крутятся колеса…»

Интересно, почему ему на ум пришла эта детская песенка? Наверное, из-за этого шмыгающего носом пацана, Чарли. «Соберись, – сказал себе Эван. – Ты же теперь принц-воин, так? А не мелкий мальчишка».

Дождь усилился, так что, натянув капюшон поглубже, он уже собирался спуститься с холма, но тут вспомнил: почта. Из-за того, что идти от дома до дороги было так далеко, мама просила их с братом проверять по пути почтовый ящик. Ксавье обычно забывал об этом, но Эван был не против забирать письма. В некотором роде у него как бы появлялась работа. А работа давала дополнительные очки по части печенек от мамы, которой нравилось, когда он не забывает что-то сделать без сотни напоминаний.

Эван подошел к почтовому ящику, приютившемуся в пучке высоких коричневатых стеблей, которые мама называла травой. На взгляд Эвана траву это ничуть не напоминало, но у мамы имелось множество чудны́х названий для разных вещей. Он потянул дверцу ящика. Ту, как обычно, заклинило, так что Эван дернул сильнее. Ящик оказался полон. Понедельник – по понедельникам почты всегда много.

Эван доставал письма и журналы, балансируя, чтобы не уронить ничего на мокрую землю.

Он выгреб все, сложил журналы, обернув ими письма, и тут услышал что-то – шипение и щелчок, как от электрической искры. Сперва Эван подумал, что в провода над его головой попала молния – хотя никакой молнии он не видел. Шел дождь, но грозы не было.

Мальчик поднял голову к проводам, натянутым между столбами вдоль всей дороги, и уголком глаза увидел вспышку. Но не на проводах. Что-то вспыхнуло в доме на другой стороне улицы.

Прищурившись, Эван посмотрел на дом. Дом Мануэля. Для Эвана было большим сюрпризом узнать, что Мануэль живет прямо через улицу. Вообще-то, дома у него Эван не был – в основном потому, что друг ни разу его не приглашал. Бо льшую часть времени Мануэль держался особняком: наверное, изучал влияние фотонных потоков на божьих коровок или строил антигравитационный аппарат у себя в комнате.

Снова вспышка. Может, Мануэль возится с чем-то похуже антигравитации. (Эван толком не знал, что такое антигравитация, но звучало это как что-то опасное.) Пару мгновений мальчик стоял неподвижно, не понимая, что следует предпринять. Но третья вспышка была еще длительнее, и Эван уверился в том, что происходит что-то очень неправильное. Вдруг там… пожар?! Он стиснул почту под мышкой, как мяч для регби, и рванул через улицу – к крутой дорожке, ведущей к дому Мануэля.

Эван не заметил, что одно из писем, ярко-красный конверт, выскользнуло и упало в заросли высоких стеблей под почтовым ящиком. На лету оно ярко сверкнуло. Но Эван не увидел и этого.

Глава третья

Побег

«Сейчас мы погибнем».

Эта и другие безотрадные мысли захватили разум Рука, когда он с Финном и рыжеволосой девочкой понеслись к скалистой земле внизу. Плотный туман клубился вокруг почерневших деревьев. Голые горные пики выстроились подобно огромным шипам, готовые пронзить беглецов.

Рук закрыл глаза. Он не хотел смотреть на то, во что вот-вот врежется.

Вдруг он обо что-то ударился и ощутил, как желудок подскакивает к горлу. Но это что-то, на что приземлился Рук, двигалось, словно он продолжал лететь.

Открыв глаза, Рук почувствовал, как в лицо ему бьет ветер, и всмотрелся в неспокойное красное небо. Он свалился – точнее, все трое свалились – на что-то скользкое и чешуйчатое и очутился между крупных шипов…

Таннин!

Осознав, что они сидят на спине старого друга, летающего дракона и морского чудовища с размахом крыльев как у «Боинга-747», Рук громко рассмеялся. Рыжая девочка вторила ему.

– Могла бы предупредить! – Рук постарался перекричать рев ветра.

Таннин заложил вираж, уклоняясь от небобрюха – одного из множества огромных серых объектов, паривших в зловещих небесах.

– Тогда не получилось бы так весело! – откликнулась девочка, и ее крик едва не унес ветер. – Кстати, я Айви!

– О, я Рук! А это Финн, – Рук кивнул в сторону полуметаллического узника, прильнувшего к одному из шипов Таннина.

Сам Финн, казалось, окаменел и не мог ничего сказать.

– Ага, я знаю. Рувах сказал. Держитесь!

Дракон пикировал в долины и кренился, огибая горы. Рук знал, что Таннин вытворяет это, по большей части, для развлечения. Ему не слишком часто доводится выбираться из воды.

Бросив взгляд вниз, Рук увидел серое облако, несущееся прямо на них.

– Энты! Внизу! – крикнул он Таннину.

Тот повернул голову и выпустил струю голубого пламени.

Большие насекомые из металла, похожие на механических бабочек, тревожно заверещали – словно тысяча ногтей царапнули по тысяче школьных досок. Люди сморщились от мерзкого звука, не в состоянии заткнуть уши: приходилось крепко держаться за шипы Таннина. Но залп огня из пасти расчистил дракону путь сквозь рой энтов.

– Хороший мальчик! – крикнул Рук, когда опасность миновала.

Рой энтов пытался преследовать беглецов, но не мог тягаться с Таннином: разогнавшись, дракон набирал скорость беркута, пикирующего на добычу.

По мере того как они пересекали пропасть, отделявшую Скотос от остального Агоратоса, небо из красного делалось золотым. Мост Слёз – единственный мост над расселиной – превращался из спутанной охапки черных металлических балок в затейливый каменный мостик, покрытый мхом. Пейзаж тоже менялся: горы выглядели уже не угрожающими, а скорее величественными, леса из непривлекательно черных становились зелеными и колышущимися. Яркими сполохами на волнистых зеленых лугах появились цветы. Беглецы уже достаточно отдалились от крепости, и Рук расслабился, наслаждаясь поездкой.

– Что… это… такое? – прокричал бывший пленник Руку, словно только сейчас пришел в себя в достаточной мере, чтобы заговорить. – Похоже на… дракона…

– О да! – выкрикнул Рук в ответ. – Таннин – в некотором роде дракон, но не совсем. Он не опасен. По крайней мере для нас.

– А еще с его помощью хорошо жарить маршмеллоу! – смеясь, прибавила Айви.

Они сделали круг над большой и очень высокой горой, вершина которой терялась в облаке. Пиков выше в Агоратосе не было. Рук обернулся поглядеть на восхищенное выражение лица Финна.

– Что… это… за гора? – выдохнул узник, у которого в голове никак не укладывались такие масштабы.