- -
- 100%
- +
Конечно, Айк недолюбливал отчима, однако был готов терпеть присутствие Малтагара, лишь бы провести время с матерью. Но он так давно не оставался у них ночевать, что, если бы вдруг решил это сделать, предупредил бы Айви.
И пусть когда она в последний раз проверяла телефон, сообщений не было, хотелось верить, что она просто пропустила их — ведь рядом маячили другие, куда более устрашающие перспективы. Что если с ним что-то случилось по дороге? Вдруг он наткнулся на одичавших? Или упал и ударился головой?
Дрожащими руками Айви вытащила смартфон и впилась глазами в экран. Среди уведомлений не было ни одного от Айзека.
Не глядя смахнув их, она принялась звонить.
— Не знаю, что на меня нашло. — Голос Фреи тщетно пытался пробиться через шум пульса в ушах Айви. — Я.. Прости. Прости меня, — она положила руку подруге на плечо, но та нервно отмахнулась, вслушиваясь в особенную тишину в динамике, с которой схлопывается расстояние и устанавливается связь. — Это я виновата. Я будто провалилась в себя и не видела ничего вокруг..
Фрея что-то говорила, а в ушах Айви гремел приговор, вынесенный механическим голосом: «Запрашиваемый абонент недоступен». Потерянный и испуганный взгляд устремился в пространство. Но уже в следующее мгновение она открывала список контактов.
Айви занесла палец над номером, который не набиралась с тех пор, как стала жить самостоятельно, когда Фрее наконец удалось пробиться через стену ее паники:
— Стой. За ним ведь должны были приглядывать!
Айви будто вытащили на поверхность — а она и не замечала, что тонула.
— Приглядывать? — резко вскинула голову она. — Кто?
Фрея подлетела к окну в кухне, выглянула на улицу, подозвала Айви и указала на ту самую машину, которую она уже видела у клиники. Она была припаркована через дорогу и частично нарушала границу соседского участка. Мистер Коул, всегда строго следивший, чтобы все жители Мапл-лейн следовали Правилам совместного проживания, еще не успеет продрать глаза, как его пальцы уже будут набирать номер службы эвакуации.
— Это люди Ноа, — поспешно сказала она, полностью разделяя тревогу Айви. — Я знала, что он кого-нибудь к нам приставит.
Почему она воспринимала это как должное? С такой же легкостью Роури соглашался с Фернвиком. Насколько же крепко он держал их за горло? Но углубляться в эту тему Айви не стала. Ее разум совершил очередной вираж — и сердце с новой силой рванулось из груди.
Что если те люди, которые гнались за ними вчера, схватили Айзека?
Перед глазами возникла красная пелена. Ярость позволила Айви ненадолго перестать быть собой и повести себя как кто-то смелый и решительный. Разговаривать с людьми из Найтхол было чистым безумием, но именно это девушка и собиралась сделать. Не обращая внимания на просьбы Фреи подождать, она выбежала наружу.
Прохладное дерево сменилось острыми камешками гравийной дорожки. Каждый из них отчетливо впивался в голые ступни — Айви не потрудилась обуться. Позади нее хлопнула входная дверь, заглушив лай бросившихся следом собак.
Но не успела она преодолеть и половину пути к воротам, как позади раздался веселый голос:
— Куда-то спешите, дамы? — Айви развернулась и увидела незнакомого альфу, развалившегося в плетеном кресле на крыльце. Стоило им встретиться взглядами, как с него слетела маска вальяжной расслабленности. Он рывком поднялся. Даже в своем безумном состоянии Айви первым делом впилась глазами в шрам, из-за которой его лицо выглядело слегка перекошенным. Уродливый след тянулся от кончика брови, чудом избегая глаза, к левому уголку рта, ветвился на скуле и рассекал желобок над верхней губой. Казалось, тому, кто его оставил, наскучило вести прямую линию, и он принялся беспорядочно кромсать всю щеку — но его явно прервали. — Что-то случилось? — спросил оборотень.
«Вы случились, задери вас всех Первоволк!» — хотелось заорать девушке, но вместо этого она собралась и направила свой гнев в нужное русло:
— Что с моим братом?
Альфа сжал губы, будто проглотив слова, которые собирался произнести.
Заминка позволила Айви понять, что он обо всем осведомлен, но удивлен, что и она в курсе.
— А что с ним? — наконец спросил мужчина, быстро взглянув на Фрею.
— Он не ночевал дома!
— Загулял. С кем не бывает, — миролюбиво сказал он и изобразил нечто, напоминающее улыбку. Но взвинченная до предела Айви увидела издевательский оскал.
— Его схватил кто-то из вашей группировки! — оскалилась она, дав волю остаткам звериной натуры и накинулась на застывшую изваянием Фрею: — Понятия не имею, во что вы с Роури ввязались и кто этот громила, но клянусь, если я не узнаю все прямо сейчас, то пойду прямо к Охотникам!
— Группировки? — растерянно переспросил оборотень. Просто нелепо! Он выглядел как типичный бандит: черные джинсы заправлены в армейские ботинки, серая вельветовая куртка не скрывала развитую мускулатуру и подозрительно бугрилась с левой стороны, словно там была кобура. Но при этом бездарно пытался изображать непонимание. Увидев, что его актерские потуги не возымели успеха, он сменил тактику: — Уверен, что мы сможем договориться без участия копов. Не стоит волноваться.
Тон был почти добродушным, но карие глаза предупреждающе метали молнии.
— Я сейчас закричу, и полицию вызовут соседи, — пообещала Айви, гнев которой достиг такой температуры, что чужая аура, подбираясь к ней, с шипением испарялась.
Конечно, будь воздействие сильнее, она не смогла бы ему противиться, но альфа просто пытался успокоить ее — как будто это было возможно — и сразу же отступил, выставив обе руки перед собой.
— Держи свои феромоны при себе, — прорычала Фрея, встав между ним и Айви.
Они замерли в напряженных позах, источая враждебность. Фрея могла бы задержать оборотня, чтобы она выбралась на улицу. Правда, в машине мог быть кто-то еще — и тогда это теряло всякий смысл. К тому же он не спускал с Айви глаз и как будто обращался лично к ней, говоря:
— Мой приказ — не дать вам и шагу ступить за пределы двора. Я бы не хотел применять силу, но если понадобится, то прибегну к этому, — его взгляд переместился на Фрею. — Просто предупреждаю.
Это было последней каплей, переполнившей чашу терпения.
— Какой еще приказ? — вспыхнула Айви, от бессилия стиснув кулаки. Повисшее молчание прерывалось только приглушенным лаем из-за двери. — Я не собираюсь идти ни в какую полицию, потому что не дура и понимаю, что они не имеют влияния там, где дело касается клановых конфликтов! — Говоря, она чеканила шаг в такт словам. Ступени крыльца протестующе застонали от того, с какой злостью Айви вдавливала в них ступни. Она остановилась рядом с Фреей, показывая, что не нуждается в защите и может за себя постоять. — Мой брат не ночевал дома. Это происходит после того, как я узнала, что вы с Роури водитесь с альфой из Найтхол! И не с одним, — Айви скользнула глазами по оборотню, который, слушая ее, напоминал каменную глыбу и фигурой, и лицом. — Вы вообще в курсе, что удерживать кого-то в неведении считается пыткой?
На лице альфы отразились смешанные эмоции. Он будто не ожидал такой настойчивости от омеги. Но уже в следующий момент он отгородился: приказ важнее.
— Как замечательно, что, в отличие от Малха, я не собираюсь подчиняться ничьим командам, — едко сказала Фрея, а потом заговорила совсем другим тоном, обращаясь к Айви: — Я тебе все расскажу..
— Лысого хвоста Одичавшего ты это сделаешь, — он допустил в голос рычащие нотки, призванные добавить убедительности его точке зрения, и толкнул дверь, показывая готовность воплотить свои угрозы в реальность.
Арчи и Таро тут же выскочили из дома, но остановились как вкопанные, отфыркиваясь от смеси феромонов.
— Ты мне помешаешь? — оскалилась Фрея на Малха и дернула подбородком, подначивая. — Попробуй — и я задушу тебя твоими же кишками. Просто предупреждаю, — ввернула она то, что ранее сказал ей он.
— Войдите в дом, — повторил Малх.
Собаки оправились и обнажили зубы, но никто, кроме Айви, этого не заметил. Она проскользнула между альфами и, схватив Арчи за ошейник, перехватила его прямо в прыжке и попыталась затащить в дом, одновременно бесцеремонно подталкивая Таро ногой в том же направлении.
— Чтобы тебе было легче нас стеречь? — фыркнула Фрея. — Еще чего. Я не собираюсь упрощать тебе жизнь. Отрабатывай зарплату, которую тебе платит Фернвик.
С трудом затолкав собак внутрь, Айви заперла дверь и на всякий случай прижалась к ней спиной.
— Именно этим я и занимаюсь.
Ничто не могло поколебать Малха.
Это взбесило Фрею еще сильнее.
— Или ты просто хочешь приватно позвонить хозяину и доложить обо всем? — она окинула его уничижительным взглядом. — Ведь именно так поступают благодарные песики, которых подбирают с улицы.
Айви так плотно прильнула к холодному металлу, что ощутила каждый позвонок в отдельности. За подобное оскорбление любой альфа вцепился бы в глотку. Не раздумывая ни секунды. Но на лице Малха не дрогнул ни один мускул.
— Очень рад, что ты наконец вытащила голову из задницы и не собираешься проводить еще один день, пялясь в одну точку и страдая. Жаль только, она у тебя исключительно для красоты. Включать мозги ты не собираешься, да? — ядовито спросил он у Фреи, во взгляде которой боролись уязвленное самолюбие и смущение — она осознавала, что переборщила, и была не меньше Айви удивлена отсутствием соответствующей реакции. Малх отвернулся, давая понять, что закончил с ней, и серьезно посмотрел на Айви. — Я знаю, ты не доверяешь мне. Но нужно немного подождать, пока все не прояснится. Не знаю, утешит ли тебя это, но Ноа совершенно уверен, что в данный момент Айзеку ничего не угрожает.
Нельзя сказать, что Айви успокоилась. Но у нее не было других вариантов, кроме как вернуться в дом. Нужно как минимум обуться, прежде чем что-то предпринимать.
Малх остался снаружи: видимо, действительно собирался связаться с Ноа. В голове мелькнула идея подслушать, но Айви тут же отбросила ее, особенно когда Фрея, остановившись в прихожей и мгновение подумав, сообщила в проем:
— Предупреди, что я буду рассказывать то, что касается непосредственно меня.
Альфа ничего не сказал — только окинул ее прохладным взглядом, прижимая смартфон к уху.
Глава 5
Глава 5
— Позавчера я предала клан, — напряженно начала Фрея.
— Позавчера тебя засекли, — поправил Малх, пряча телефон в карман.
Она метнула в него свирепый взгляд.
В отличие от Айви, Фрея не обратила внимание, как он невзначай перекрыл им выход из кухни, встав в проеме. Альфы никогда не беспокоятся о подобном.
Их зрительное противостояние превращало комнату в подобие ринга. Напряжение висело в воздухе, смешиваясь с неподвижными пылинками в падающем из окна солнечном луче. Даже Таро грелась в пятне света в более настороженной позе, чем обычно. Ее уши напоминали радиолокационные локаторы, перехватывающие сигналы агрессии.
Они с Арчи присмирели, когда альфы отозвали феромоны, но не теряли бдительности.
Пес подпирал собой стул, на котором обычно сидела хозяйка. Полные немого вопроса глаза были прикованы к ней: он ждал знака — взгляда или жеста, который указал бы, как себя вести с чужаком.
Сама Айви стояла, прислонившись поясницей к посудомойке, обняв себя руками и крепко сжав пальцами локти. Каждая секунда ощущалась, как упущенное время.
Стоило Фрее перевести на нее взгляд, и ее острые черты смягчились, а лед в глазах растаял.
— Прости. Мы не должны были втягивать тебя. Или нужно было все рассказать. Сразу. Но я думала, обойдется. — Она закусила губу, не зная, что еще сказать. Айви стиснула зубы. Сожаления были искренними, но несвоевременными. — Иногда хорошие намерения оборачиваются плохими последствиями, — виновато заключила Фрея.
Последние надежды — те, что еще теплились в ней, будто угольки под слоем пепла, — погасли с тихим вздохом, который вырвался из груди Айви.
— Вы знаете, где он? — резко спросила она.
— Есть одна догадка, — ответил Малх.
Обе девушки вскинулись на него: одна — удивленно, другая — с надеждой.
— Где?
— Люпус-хилл.
Айви вся поникла. Эту версию она уже забраковала. Посещая логово Фривинда, Айзек всегда возвращался домой. Но прежде, чем она успела сообщить об этом, вмешалась Фрея:
— Они забрали его?
Кто — «они»? Враги Фернвика? Разве он конфликтовал с кем-то из Фривинд? Обрастая подробностями, ситуация становилась все менее понятной.
Нужно позвонить матери, как Айви и планировала изначально.
Выбегая из дома, она бросила телефон обратно в сумку. Чтобы добраться до него, придется пройти мимо Малха. Айви уже выпрямилась, готовая отвоевывать право на звонок, когда он сказал:
— Нет.
Она замерла в ожидании продолжения. Но его не последовало.
— Тебе положена премия за количество сэкономленных слов? Если отвечаешь — так отвечай нормально! — рявкнула Фрея, чем переполошила Таро.
Чихуахуа застучала когтями по плитке по направлению к Айви. Увидев это, Арчи отреагировал и тоже двинулся к ней. Она наклонилась и похлопала глухого пса по шее, показывая, что все в порядке, но глаза при этом были направлены на Малха.
— За Айзеком присматривали наши люди, — с непоколебимым спокойствием сказал альфа. — Он, наверное, заметил слежку и сбежал прямо во время урока через стадион.
— То есть он ушел сам? — уточнила Айви.
— Мы полагаем, что так.
Они с Фреей переглянулись.
— Наверное, обиделся, что ты воспринимаешь его ребенком, и решил выяснить подробности из первых уст, — предположила девушка.
Айви обреченно кивнула и скользнула по лицу Малха, стараясь не задерживаться на шраме. Он сказал, Айзеку ничего не угрожает. У Айви не было причин доверять человеку, выглядевшему, как гангстер, кроме того, что ему незачем было обманывать. Сомневаться в его осведомленности не приходилось. С первой минуты она поняла, что он информирован гораздо лучше Фреи. Кажется, она была не меньшим заложником ситуации, чем Айви.
— Подождите. Здесь какая-то путаница. Пусть он пошел туда сам. Но почему тогда не вернулся? — дрогнувшим голосом спросила она.
Старые страхи всплывали в сознании в виде ярких, тревожных образов. Айви в красках вообразила, как Айзек крутит педали по окружной дороге в направлении Роузвелли — и вдруг откуда-то вылетает грузовик.
Визг тормозов. Грохот столкновения. Встречная полоса.
Катастрофа.
— Его не выпустили из логова, Айви, — сочувственно посмотрела на нее Фрея.
— Предварительно мы пришли к такому же выводу, — нехотя согласился Малх.
— Что значит не выпустили?
Не иначе как нотки подступающей истерики в голосе Айви, все еще находящейся под впечатлением от своих видений, заставили Фрею произнести:
— Кажется, пришло время добавить контекста.
— Было бы неплохо, — не удержавшись, вызывающе произнесла Айви.
Она вздохнула, провела рукой по волосам, не зная, с чего начать, и вдруг спросила:
— Ты ведь в курсе, чем я сейчас занимаюсь?
— В смысле? — сдвинула брови Айви, а затем недоверчиво их изогнула: — Вчерашнее связано с твоей работой?
Фрея кивнула.
Она была биохимиком в Исследовательском центре анатомии и физиологии оборотней — одном из ключевых подразделений корпорации «Price House», семейного бизнеса Прайсов, или, вернее, клана Фривинд.
После того, как дедушка Айви раскрыл бактериологическую природу Обнуления и болезнь удалось полностью искоренить, он выгодно продал права на производство вакцины и вложил полученный капитал в покупку убыточной фармацевтической фабрики. Но Конри Прайс не просто приобрел автоматизированную линию и помещения — он заложил основу для масштабных изменений во всем Ноксе.
С первого дня фабрика стала позиционироваться как предприятие, изготавливающее медикаменты исключительно для оборотней. Это спровоцировало громкий скандал в городе, который стремился к объединению двух видов.
Ключевое слово — стремился.
Физиология оборотней нуждалась в изучении. Это было делом жизни дедушки. Но позволить им автономию в вопросах здравоохранения звучало как шаг к равенству — настоящему равенству.
Конвенция о совместном проживании была подписана почти три века назад, однако ее положения и в настоящее время соблюдались избирательно — а тогда дела обстояли еще хуже.
Но Прайсы действовали постепенно. Вместе со своим старшим братом Уайлдером дедушка организовал для оборотней выпуск и реализацию собственных лекарств. Так они получили огромный рынок сбыта без единого конкурента, и бизнес принес сверхприбыль. Препараты являлись дженериками человеческих, но это были не просто таблетки — это был первый шаг к возвращению права на самоопределение для целого вида.
Со временем дедушка достиг главной цели: на территории фабричного комплекса возник Исследовательский центр анатомии и физиологии оборотней, в котором зародилась и получила развитие анобиология и в котором теперь трудилась Фрея.
— Связано, — кивнула она и сжала пальцами спинку стула, на которую опиралась вытянутыми руками, до того крепко, что побелели костяшки. Слова девушка будто выдавливала — ей не доставляло удовольствия их произносить: — По правде говоря, в PH давно не производится ничего инновационного. За исключением пары препаратов — все, что делает фабрика, это фасует человеческие лекарства.
— Я знаю, как это работает, — с долей нетерпения произнесла Айви, глядя мимо Малха, привалившегося к косяку, в коридор — туда, где только что мелькнула серая тень. Теперь было очевидно, почему Айрис вела себя странно — ее основной хозяин не вернулся домой. Все еще думая об этом, она перевела глаза на Фрею: — В ветеринарии их тоже используют. Разрабатывать лекарства с нуля слишком дорого. К тому же они и так действуют — пусть и с меньшей эффективностью и не для всех болезней.
Многообещающие инициативы дедушки Айви, подхваченные ее отцом, сейчас находились в упадке. Фрея стала невольной жертвой этого процесса.
Она устроилась в Центр, надеясь на передовую практику. Но от высокотехнологичного научного комплекса остался только огрызок в виде пары производственных лабораторий, работавших на нужды фабрики.
— Ты же знаешь, мне хотелось заниматься наукой, а не ерундой, с которой мог бы справиться любой лаборант. Проклятое самомнение альф, — прищелкнула языком Фрея. — Поэтому, когда мне предложили одно многообещающее исследование, я пришла в восторг. Тот проект был связан с проблемой увеличения возраста переброса.
Первое превращение, или инициация, являлось поворотным моментом для каждого оборотня. Это событие воспринимали как второй день рождения, хотя назвать его праздником можно было разве что с натяжкой. Переброс всегда сопровождался некоторыми неудобствами — однако в первый раз боль была невыносимая. Чтобы пройти через нее, следовало созреть и морально, и физически.
У Айви так и не вышло.
Но она отлично разбиралась в теме, ведь вскоре инициация предстояла Айзеку.
— Разве это проблема? — спросила Айви с долей нетерпения. Она приказала себе не терять нить разговора, хотя не видела в словах Фреи никакого смысла.
— Многие считают, что да, — дернула плечом она. В жесте было столько пренебрежения, что становилось очевидно: сама Фрея не относилась к числу этих людей. — На цель этого исследования мне, если честно, было плевать. Ну важно кому-то ускорить инициацию на пару месяцев — мне-то что? Идиоты не изучали наследственную изменчивость и не понимают, что это нормальный процесс. Жизнь стала комфортнее, у детей есть время развиться, — осознав, что ее заносит, Фрея тут же вернула себя в нужное русло: — Но для нашего вида как такового это важный вопрос. А я просто хотела совершить какой-нибудь прорыв..
Малх демонстративно вздохнул, прерывая ее. Все это время он выводил что-то в блокноте, прикрепленном магнитом к холодильнику.
— Долго еще будешь распыляться насчет своих карьерных амбиций?
— Я хочу, чтобы Айви все поняла правильно, — нахмурилась Фрея.
— Ты хочешь оправдаться перед ней. Или, может, перед собой. Но раздутое самомнение мешает сделать это в открытую. Уверен, Айви сейчас не до твоего самобичевания. Как хороший друг, могла бы заметить, — сказал Малх, не подумав смягчать пилюлю критики.
— Все нормально, — примирительно сказала Айви.
— Давай уже про малум, — махнул рукой он, и грифель вновь зашуршал по бумаге.
Малум?
Она впервые слышала это слово, но тело отреагировало на него, как на угрозу, и покрылось мурашками.
Изящные ноздри Фреи затрепетали от гнева, но она совладала с собой.
— Вряд ли ты следишь за криминальной хроникой города. Я немного введу тебя в курс дела, — сказала она, обращаясь к Айви, словно Малх испарился из комнаты. — В последнее время преступность в Ноксе возросла. Жестокие кровавые драки, самоубийства, недавняя мотоциклетная авария, в которой погиб сын министра.. Много смертей. Исследуя трупы, полиция обнаружила у них в крови следы какого-то неизвестного вещества. Естественно, встретив его несколько раз у разных людей, они предположили, что это наркотик. — Заметив, как подруга открыла рот, собираясь задать вопрос, Фрея отмахнулась: — Не спрашивай, откуда я все это знаю. Позже поймешь.
— С каждой минутой я все дальше от понимания, — пробормотала Айви, растирая предплечья через ткань толстовки, чтобы избавиться от леденящего чувства. Сначала Центр, затем инициация, а теперь и криминальные сводки. Куда Фрея вела? — Ты будто тянешь время.
— Думаешь, я заодно с этим? — оскорбилась Фрея. — Нет. Просто чтобы выбраться из этого лабиринта, нужно следовать за нитью до самого ее начала.
В любой другой ситуации такое сравнение из ее уст повеселило бы Айви, но сейчас мимические мышцы девушки словно окаменели. Она и правда ощущала себя жертвой на заклание, брошенной на произвол судьбы в лабиринте Минотавра и онемевшей от страха.
— Мы никуда не спешим, — сказал альфа, недвусмысленно подтвердив, что и правда караулит их. — Но я проведу для Фреи мастер-класс по сжатому изложению информации. Мне часто приходится делать доклады, — он посмотрел на нее с налетом иронии, показывая, что роль подчиненного его вполне устраивает. — В таких ситуациях обычно стремятся в первую очередь заполучить само вещество. Охотники тайно наведались в один из рассадников этого дерьма. Но не успели они доставить его в лабораторию, как получили первую зацепку.
На этих словах лицо Фреи приняло мрачное выражение, не предвещавшее ничего хорошего.
— Синяя крышечка капсулы, а внутри — не обычный порошок, а микрогранулы идеальной сферической формы, — пояснила она.
Казалось бы, мелочь, но Айви сразу поняла, в чем кроется загвоздка: такую палитру для оболочек использовали на фабрике Прайсов.
— Мы не единственное фармацевтическое предприятие в городе, — сразу попыталась найти логичное объяснение она. — Многие закупают у нас субстанции и расходники. Это обычное дело для предприятия с такими производственными мощностями..
— Дело в самих гранулах, Айви. Промышленная линия для их создания стоит миллионы. Во всей стране такое оборудование для сферонизации есть только у нас, — отрезвила ее Фрея. — Но именно такие доводы я и приводила им, чтобы от меня отстали. Однако других зацепок у Охотников не было, поэтому они ухватились за эту — так мы с Роури и оказались втянуты.
Почему-то Айви стало легче. Уж лучше помощь полиции, чем представителю другого клана. Это не вызывало в ней такого сильного диссонанса.
— Значит, вы помогали Охотникам. Но причем здесь Найтхол?
Фрея поморщилась.
— Может, Фернвику стало скучно, и он решил поиграть в героя?
«Скорее преследует какую-то выгоду», — мысленно возразила Айви. Она не верила в альтруизм таких людей, как Ноа Фернвик.
— У тебя была возможность спросить у него лично, — сказал Малх, вернув карандаш в держатель.
Со своего места Айви попыталась рассмотреть, что он наваял под списком витаминов для животных, но не сумела разобрать детали наброска.
— Тяжело вести беседы с тем, кто тебя шантажирует, — от тона Фреи температура в комнате упала на пару градусов.
— Брось. Тебе просто показали другую точку зрения. Все остальное ты решила сама, — отмахнулся оборотень, пересекая кухню, затем развязно уселся, игнорируя напряжение, державшее обеих девушек в вертикальном положении.
— Если ты не знал: за склонение к преступлению тоже предусмотрена уголовная ответственность, — надменно протянула Фрея и, намеренно громко скрипнув ножками по полу, отодвинула стул.
Сев напротив, она как бы обозначила права на пространство, в котором Малх чувствовал себя слишком уж комфортно. И ее ничуть не волновало, что он был закован в свою одежду, словно в броню, в то время как ее тело едва прикрывал тонкий хлопок.
Малх хмыкнул — то ли на ее слова, то ли на ее действия.
— Тебе эту фразу Фрост подсказал? Используй ее на суде, если не повезет там оказаться.