- -
- 100%
- +
1 Глава.
Утро перед балом. Комната Миры, залитая мягким светом, дышала трепетным ожиданием. Мира, словно зачарованная, всматривалась в своё отражение в зеркале, а её мать, маркиза Хантли , колдовала над её причёской, завершая приготовления.
Мира перевела взгляд на лежащее на кровати платье и вздохнула.
– Оно восхитительно, мама, но… я волнуюсь. А вдруг я останусь без приглашения на танец?
Маркиза нежно коснулась щеки дочери.
– Милая, это твой первый бал. Просто будь собой. Уверена, ты не останешься незамеченной.
Мира передёрнула плечами, словно пытаясь сбросить груз навалившихся переживаний.
– Я не хочу привлекать внимание только как выгодная партия. Я не готова к замужеству!
– Я понимаю, детка, – сочувственно ответила мать. – Но брак – это благополучие, стабильность. Твой отец и я лишь хотим, чтобы ты была счастлива и нашла достойного мужа.
– Счастье не в замужестве, мама! – воскликнула Мира с непривычной для неё решимостью. – Я мечтаю исследовать мир, заниматься тем, что мне по-настоящему нравится!
Маркиза Хантли вздохнула. Она знала, как нелегко придётся её дочери в чопорном обществе, где царят свои строгие правила и предрассудки. Ведь они с маркизом растили Миру в любви и свободе, она выросла открытой, любознательной девушкой.
– Мира, в нашем мире это не приветствуется. Девушки твоего круга должны думать о будущем и о семье.
– Но, мама! Мой будущий муж должен любить меня за то, какая я есть, а не за мою внешность и приданое.
Маркиза Хантли подошла к дочери и обняла её.
– Я лишь хочу, чтобы ты не осталась одна, – тихо проговорила она, потом, немного помолчав, добавила: – Давай просто получим удовольствие от этого вечера и посмотрим, как всё сложится.
Спустя час Мира была готова предстать перед светом. Она замерла перед зеркалом, любуясь своим отражением. Комната в стиле рококо, согретая мягким светом свечей, казалась уютным коконом. Платье, словно лунный свет, струилось по её фигуре, а чёрные кудри были искусно уложены в элегантную причёску. Голубые глаза искрились на фоне фарфоровой кожи, бледной, как слоновая кость. Алые, чувственные губы подчёркивали аристократизм облика. Она робко улыбнулась своему отражению и, собравшись с духом, вышла из комнаты.
Мира плавно спускалась по мраморной лестнице, каждый шаг отдавался тихим эхом. Мягкий свет люстр ласкал её фигуру, делая её похожей на видение. У подножия лестницы её ждал отец.
Маркиз Хантли с гордостью и нежностью смотрел на дочь.
– Ты восхитительна, Мира! Как быстро ты повзрослела…
На лице Миры появилась лёгкая, благодарная и немного смущённая улыбка.
– Спасибо, папа.
Отец подал ей руку, и она с радостью приняла её, сходя с последней ступени.
Маркиза Хантли с шутливой улыбкой подошла к ним.
– Дорогая, сегодня ты разобьёшь не одно сердце!
Они рассмеялись, и все вместе направились к выходу. Мира взяла из рук дворецкого элегантную шаль и накинула её на плечи.
Маркиза Хантли заботливо поправила шаль на плечах дочери, словно завершая её преображение. Отец, наблюдая за этой трогательной сценой, испытывал гордость и безграничную любовь к своим девочкам.
Двери распахнулись, и они вышли в вечернюю ночь, полную таинственных ожиданий и заветных мечтаний.
***
Замок, озарённый тысячами огней, утопал в звуках музыки. Карета Миры и её родителей остановилась у украшенных гирляндами ворот. Лакеи в элегантных ливреях замерли в ожидании, а сам замок сверкал, словно сошедший со страниц волшебной сказки.
Лакей распахнул дверцу кареты.
– Добро пожаловать!
Маркиз и Маркиза вышли первыми, за ними последовала Мира, ощущая, как бешено колотится её сердце. Она ступила на мраморные ступени, чувствуя, как каждый шаг приближает её к неизведанному.
Дворецкий, сдержанно и торжественно, распахнул двери замка и бережно принял шаль у Миры и её матери.
– Добрый вечер, Маркиз, Маркиза, юная леди, – произнёс он с почтительным поклоном. – Позвольте мне проводить вас в бальный зал.
Они прошли в просторный вестибюль, где глашатай с серебряной тростью в руке был готов возвестить о прибытии новых гостей.
Он распахнул двери в бальный зал и трижды ударил тростью о пол.
– Внимание! Маркиз Хантли, Маркиза Хантли и их дочь, леди Мира Блэк!
По залу пронёсся шёпот, взгляды обратились к новоприбывшей семье. В этот момент к ним подошли хозяева бала – Герцог и Герцогиня Норфолк.
Герцог склонил голову перед дамами, одаривая Маркиза приветственной улыбкой.
– Добро пожаловать на наш бал! Мы рады приветствовать вас в нашем доме.
Маркиз Хантли ответил учтивым поклоном.
– Благодарю за приглашение.
Герцогиня Норфолк улыбнулась.
– Что вы, маркиз, мы всегда рады видеть вас и вашу семью на нашем балу.
Семья вошла в бальный зал, и Мира замерла, поражённая открывшимся великолепием. Хрустальные люстры, словно россыпь звёзд, отражали свет свечей, создавая волшебную атмосферу. В воздухе смешивались тысячи ароматов цветов, сплетаясь в пьянящий букет.
– Это… потрясающе, – прошептала Мира, не в силах оторвать взгляда от происходящего.
Она огляделась, и её большие голубые глаза засияли. Дамы в роскошных платьях всех цветов радуги кружились в танце, смеялись и непринуждённо беседовали. Каждое платье казалось произведением искусства, а атмосфера была пронизана радостью и предвкушением.
Музыка, то нежная и плавная, то задорная и быстрая, заполняла зал, приглашая в вихрь танца. Мира робко огляделась, ища взглядом знакомое лицо, но вокруг были лишь незнакомые аристократы, одетые в лучшие наряды. Она чувствовала себя маленькой и потерянной в этом море великолепия.
Внезапно к ней подошел молодой человек в элегантном костюме. Он учтиво поклонился.
– Леди Мира Блэк, позволите ли вы мне пригласить вас на танец?
Мира смущенно кивнула, чувствуя, как краска заливает ее щеки. Она положила свою руку на его, и они закружились в вальсе. Молодой человек оказался приятным собеседником, и Мира быстро расслабилась. Они говорили о музыке, о погоде и о последних новостях, и Мира почувствовала, как ее страх и неуверенность отступают.
Вечер пролетел незаметно. Мира танцевала, смеялась и беседовала с разными людьми. Она узнала много нового о жизни аристократии и почувствовала себя частью этого мира. Бал оказался не таким страшным, как она себе представляла. Наоборот, он был полон волшебства и возможностей.
***
Грандиозный зал, украшенный для бала, жил своей жизнью. Герцог Брэндон стоял в тени, наблюдая за танцующими. К нему подошёл его лучший друг, Александр, виконт де Рош.
Александр протянул Эмиру бокал с бренди и с улыбкой произнёс:
– Ты, как всегда, мрачен, словно сама тень! Может, стоит вырваться из этого плена скорби и насладиться великолепием вечера?
Эмир пригубил бренди, и на его лице появилась кривая усмешка.
– Насладиться? Ты же знаешь, что всё это – лишь игра, полное лицемерие. Каждая дама здесь мечтает лишь о моём титуле и богатстве, а не о моей душе.
Друг отбросил шутливый тон и серьёзно возразил:
– Возможно, но не стоит забывать, что среди них может быть та, кто искренна. Ты ведь не всегда был таким… закрытым.
– Я был другим, пока война не оставила на мне этот шрам, – с натянутой улыбкой продолжил Эмир. – Война изменила меня, моё восприятие мира. Я больше не могу видеть лишь блеск платьев и фальшивые улыбки.
Виконт де Рош с сочувствием посмотрел на друга.
– Я понимаю. Но ты не можешь оставаться один на один со своими мыслями. Ты не знаешь, кто ждёт тебя за пределами этого бала…
Эмир вздохнул.
– Я всё ещё надеюсь. Возможно, именно сегодня я увижу её – ту единственную, кто сможет понять мою тёмную сторону и примет меня таким, какой я есть.
Он отвернулся, осушил бокал и поставил его на поднос, который в этот момент проносил мимо официант.
– Я выйду на балкон, подышу свежим воздухом, – бросил он и направился к выходу.
Виконт де Рош проводил друга взглядом, размышляя о том, как из весёлого и жизнерадостного человека Эмир превратился в мрачную и неприступную глыбу.
Холодный воздух ночи обдал лицо Эмира, когда он вышел на балкон. Внизу, в саду, мерцали огоньки, похожие на блуждающие души. Он закрыл глаза, пытаясь унять ту боль, что терзала его изнутри. Воспоминания, как острые осколки, врезались в память, заставляя сердце сжиматься от тоски.
Внезапно он услышал тихий шорох. Обернувшись, Эмир увидел девушку, стоящую в тени колонны. Она была одета скромно, без вычурных украшений, и ее глаза, казалось, светились в полумраке.
2 Глава.
В бальном зале, искрящемся светом и утопающем в волнах музыки, Мира, словно экзотическая птица, затерялась среди пёстрых платьев и звонкого щебета дам. Первоначальная робость отступила, когда она заметила рой поклонников, словно мотыльки на пламя, слетающихся к ней. Улыбка расцвела на её лице, и она с удовольствием принимала приглашения на танец, кружась в вихре вальса. Вскоре взгляд её упал на миловидную девушку с копной рыжих волос, которая также не знала недостатка во внимании кавалеров.
– Здравствуй! Я Элизабет Стюарт, – первая заговорила рыжеволосая красавица, одаривая Миру приветливой улыбкой. – Кажется, мы обе сегодня в центре внимания!
– Привет! – ответила Мира, чувствуя, как тепло её улыбки согревает душу. – Да, признаться, я напрасно волновалась, что проведу вечер в одиночестве.
Элизабет залилась звонким смехом, словно колокольчик.
– О, это тебе точно не грозит! Ты выглядишь восхитительно. Твоё платье словно соткано из лунного света, создано для этого бала!
– Спасибо! – Мира с удивлением взглянула на свою новую знакомую. – Но я всё равно немного нервничаю.
Элизабет понимающе кивнула, её глаза искрились сочувствием.
– Понимаю. Я тоже ужасно волновалась на своём первом балу. Но не переживай! Всё будет хорошо, я рядом.
Она на мгновение замолчала, словно собираясь с мыслями, а затем с любопытством спросила:
– Давай поговорим о приключениях? Что интересного произошло с тобой в последнее время? Уверена, в твоей жизни найдётся немало захватывающих историй!
– Давай лучше я сначала послушаю тебя! А потом поделюсь своими, – с улыбкой предложила Мира, чувствуя, как её сердце наполняется теплом дружелюбия.
Вскоре Элизабет, оживившись, перешла к светским новостям, её голос звучал заговорщически.
– Ты знаешь, слышала о герцоге Россе? Он самый завидный жених этого сезона. Говорят, он вернулся с войны с шрамом на лице, словно печатью храбрости. Многие девушки мечтают привлечь его внимание, пасть к его ногам. Ты должна его увидеть, он где-то здесь!
– Шрам? А как он выглядит? – с невольным любопытством поинтересовалась Мира, представляя себе героя с обложки рыцарского романа.
– Он такой мрачный, но именно это придаёт ему особый шарм, – прошептала Элизабет, прикрыв глаза в мечтательной полуулыбке. – Словно тень, подчёркивающая его мужественность.
Мира задумалась о герцоге. Её воображение рисовало образ сурового, но притягательного молодого человека, закалённого в боях и отмеченного печатью трагической судьбы. Ей стало любопытно увидеть его, разгадать тайну, скрытую за этой маской.
В этот момент к ним подошёл молодой человек с уверенным видом, излучающий обаяние и лоск.
– Леди Элизабет Стюарт, позвольте представиться вашей очаровательной подруге, – произнёс он с вежливой улыбкой и изящным поклоном.
Элизабет присела в реверансе, соблюдая все правила этикета.
– Сэр Хамфри, позвольте представить вам леди Миру Блэк.
Хамфри галантно взял руку Миры и коснулся её губами.
– Рад знакомству, леди Мира. Не окажете ли честь, пригласив вас на танец?
Мира кивнула, принимая приглашение, и они, скользя по паркету, присоединились к танцующим.
– Вы потрясающе танцуете, леди Мира, – заметил сэр Хамфри с искренней улыбкой. – Что вы думаете о бале?
– Я в восторге! – весело ответила Мира, чувствуя себя героиней волшебной сказки. – Это мой первый бал, и всё здесь кажется таким волшебным, сотканным из грёз и надежд.
После нескольких танцев, устав от шума, мелькания лиц и фальшивых улыбок, Мира выскользнула на балкон, чтобы вдохнуть свежего ночного воздуха. В тени колонны она заметила высокий мужской силуэт, одиноко застывший в полумраке. Испугавшись, что нарушила чьё-то уединение, она торопливо извинилась:
– Извините, я не хотела вас беспокоить…
Незнакомец медленно повернулся и вышел на свет, словно древний дух, пробуждающийся от вечного сна.
– Вы меня не побеспокоили, – его голос звучал как бархатный шёпот ночи, обволакивая её слух.
Лунный свет и отблески огней бального зала выхватили из темноты его черты: смуглое лицо, обрамлённое чёрными волосами, словно крылом ворона, и пронзительные зелёные глаза, в которых, казалось, скрывались древние тайны, целые эпохи. Шрам на щеке, словно высеченный рукой судьбы, лишь подчёркивал его загадочность и некую демоническую красоту.
Мира мгновенно поняла, кто перед ней стоит – сам Герцог Росс, окутанный аурой трагизма и величия.
Она подошла ближе, ведомая неведомой силой, и, глядя ему прямо в глаза, тихо произнесла:
– Вы выглядите… таким одиноким.
Герцог Росс слегка усмехнулся, и эта усмешка была полна горькой иронии.
– Да, это правда. Порой, даже на самых шумных балах, меня не покидает это гнетущее чувство одиночества, словно я – изгнанник, обречённый вечно скитаться в поисках пристанища.
– Почему вы здесь? – с любопытством спросила Мира, пытаясь проникнуть в глубину его души. – Все танцуют, наслаждаются вечером, кружатся в вихре веселья.
Эмир отвернулся от неё и посмотрел в даль, словно погрузившись в пучину своих мыслей, в мир грёз и воспоминаний.
– Порой, среди всех этих улыбок, так сложно найти настоящую связь, искренность, что-то, что тронет сердце. Думаю, мне просто нужно время на размышления, чтобы отдохнуть от этой мишуры.
Она неслышно скользнула к нему, и в голосе её звучало искреннее сочувствие, словно эхо его печали.
– Я понимаю вас, герцог. И я чувствую себя немного потерянной в этом лабиринте взглядов, где каждый смотрит, но никто не видит, где за масками скрываются истинные лица.
Герцог Росс обернулся, окидывая ее взглядом, который задержался на её платье, словно оценивая её, как редкий экспонат.
– Но ваше платье, леди, говорит само за себя. Оно притягивает внимание, даже если вы не стремитесь к этому, словно магнит.
Миру залило краской смущения, её щеки вспыхнули нежным румянцем.
– Благодарю вас. Но, быть может, истинная привлекательность кроется не только во внешнем облике, в этих шелках и кружевах.
Эмир подался вперед, заинтересованный её словами.
– Весьма мудрое замечание. И что же скрывается за этим платьем, позвольте узнать? Какую тайну вы храните?
Мира с улыбкой присела в изящном реверансе, демонстрируя безупречное воспитание.
– Леди Мира Блэк к вашим услугам. Я могу быть забавной, если вы пожелаете. Но предупреждаю: я немного… непредсказуема, как бурный поток.
Эмир с легким смешком склонил голову, принимая её вызов.
– Эмир, герцог Росс. Я готов к любым неожиданностям, леди Мира. В конце концов, кто знает, какие жемчужины таятся в неприметных раковинах? Какие сокровища скрыты в глубине души?
Они рассмеялись, и смех этот, затихнув, оставил их взгляды сплетенными, словно нити судьбы, связывающие их воедино.
– Вы кажетесь таким… грозным, неприступным, но в этой неприступности есть своя сила, своё очарование. Вам не кажется, что светская жизнь порой утопает в поверхностности, словно в зыбучих песках?
Эмир с любопытством наклонил голову, словно оценивая её смелость.
– Вы первая, кто осмелился произнести это вслух, не побоявшись нарушить правила. Да, действительность часто разочаровывает своей пустотой, мимолётностью. Но, возможно, именно в этой кажущейся поверхностности и скрываются истинные сокровища… Нужно лишь уметь их разглядеть.
Мира едва заметно улыбнулась, чувствуя, как между ними возникает некая связь, нечто большее, чем просто светская беседа.
– И вы готовы искать их, герцог? Или предпочитаете оставаться в тени?
В его взгляде мелькнула надежда, словно луч света, пробивающийся сквозь мрак.
– Если есть хотя бы шанс, что одна из этих жемчужин способна рассеять окружающую меня тьму… я готов рискнуть и отправиться на поиски.
Мира сделала еще один шаг, наклонив голову в доверчивом жесте, и в глазах ее заплясали искры любопытства, подталкивая его к откровенности.
– А что, если эта жемчужина уже стоит рядом с вами? – прошептала она, словно раскрывая давний секрет.
Эмир на мгновение застыл в замешательстве, поражённый её смелостью, но затем лицо его озарилось догадкой, словно проблеском озарения.
– Вы…?
Он шагнул навстречу, и между ними на миг повисло напряжение, сотканное из несбывшихся надежд и робких желаний, словно натянутая струна, готовая оборваться.
Мира отвела взгляд, смущенно пробормотав, пытаясь скрыть своё волнение:
– Возможно, это лишь мои грезы, плод моего воображения.
– Мечты – это тот компас, что указывает нам путь вперед, ведёт нас к цели. Я… не верю в случайности, – мягко ответил Эмир, его голос звучал ободряюще.
Мира подняла глаза, и их взгляды встретились, пронзая друг друга искрами, словно два огонька, разгорающиеся в ночи.
– Тогда давайте мечтать вместе, герцог, – прошептала она, словно заключая тайный договор.
– Быть может, это именно то, чего мне не хватало, – с облегчением выдохнул Эмир, чувствуя, как на душе становится легче.
Пауза. Звуки музыки с бала напомнили о себе, возвращая их внимание в зал, к танцующим парам, кружащимся в вальсе.
– Может быть, нам стоит вернуться в этот океан поверхностной бесконечности? – спросила Мира, словно испытывая его.
Эмир улыбнулся, и протянул ей руку, приглашая в этот танец жизни.
– Да, я бы этого хотел. И начнем мы с этого танца, леди Мира?
Она с легким смущением вложила свою ладонь в его, чувствуя тепло его руки, словно огонь, согревающий её душу.
– Я… с удовольствием, – прошептала она, принимая его приглашение.
Эмир бережно взял ее руку и, ведя ее в зал, вплел в круговорот танцующих пар, словно унося её в волшебный мир. Он вел ее уверенно и грациозно, словно опытный капитан, ведущий свой корабль сквозь бурные волны.
– Вы прекрасны. Словно луч света, пробивающийся сквозь эту фальшь, словно звезда, сияющая в ночи, – прошептал Эмир, любуясь её красотой.
– Вы слишком щедры на комплименты, Герцог, – зарделась Мира, чувствуя, как её сердце начинает биться чаще.
В танце Эмир был настолько искусен, что Мира чувствовала себя в его руках в полной безопасности, словно хрупкая птица, обретшая надёжное гнездо.
– Танец – это ведь тоже разговор, не так ли? И, смею надеяться, мы ведем весьма увлекательную беседу, – произнес Эмир, глядя ей прямо в глаза, словно пытаясь прочесть её мысли.
– Да, и я надеюсь, что этот разговор не закончится слишком скоро, – ответила Мира с улыбкой, словно намекая на продолжение их знакомства.
Они продолжали танцевать, погружаясь в атмосферу бала и друг друга, словно два корабля, встретившиеся в море. Мир вокруг словно перестал существовать, остались только они и музыка, кружащие их в бесконечном вальсе.
3 Глава.
Мира вернулась домой, когда ночь уже плотно укутала город своим бархатным покрывалом. В своей комнате, прильнув к прохладному стеклу подоконника, она
погрузилась в воспоминания о прошедшем бале. Взгляд ее блуждал в непроглядной темноте, а пальцы нежно касались застывшей глади окна.
– Первый бал…– прошептала она, и легкая улыбка расцвела на ее губах, словно робкий бутон. – Это было… волшебно. Я встретила его… герцога Росса.
Внезапно вскочив, она начала беспокойно мерить шагами комнату, тихо бормоча себе под нос:
– Он так… притягателен. Да, в нем есть мрачность, но какая-то магнетическая. Он словно… загадка, написанная тенями.
Остановившись перед зеркалом, она пристально вгляделась в свое отражение.
– Я хочу разгадать все его тайны. Его имя Эмир… звучит как древнее заклинание Может быть, за этой ледяной маской скрывается огонь?
Она опустилась в постель, но сон не спешил в ее объятия. В голове роились обрывки фраз, мимолетные взгляды, невесомые прикосновения. Она ощущала тепло его
руки, все еще живущее на ее ладони, видела его зеленые глаза, в глубине которых таилась задумчивость и, возможно…надежда. —"Мечтать вместе…"—эхом прокатилось ее собственное предложение. Неужели она осмелилась предложить Герцогу, человеку, стоящему на такой высоте и окруженному аурой тайны, разделить с ней свои мечты? И почему именно он пробудил в ней это жгучее желание раскрыться, показать свое истинное "я"? Ночь постепенно растворялась в предрассветной дымке. Мира, наконец, уснула, унося с собой в сновидениях образ
герцога Росса.
***
В это же время, в родовом поместье Россов в стенах его личного кабинета, сам Герцог, неподвижно застыв, устремил свой взгляд в танцующие языки пламени камина. В руке его покоился бокал с янтарным бренди «Леди Мира Блэк… Неожиданно.. Вечер оказался… интересным.
И все благодаря одной… очаровательной леди. Впервые за долгие годы он почувствовал не просто мимолетный интерес, а нечто большее – волнующее предвкушение. Предвкушение возможности узнать эту девушку. ближе.
Эмир сделал медленный глоток бренди, ,погружаясь в глубину своих размышлений. В кабинете царила звенящая тишина, нарушаемая лишь тихим потрескиванием дров в камине
***
Рассветное кружево, сотканное из тумана и робких лучей солнца, нежно окутывало парк, когда Эмир, облаченный в безупречный сюртук цвета воронова крыла, словно тень, скользнул из своего дома. Взлетев в седло могучего вороного коня, он отправился на утреннюю прогулку – глоток вольной стихии, долгожданное бегство от удушающей фальши светской жизни.
С легкой усмешкой, игравшей на губах, он, словно мимолетное виденье, проносился мимо редких прохожих, позволяя мыслям блуждать в лабиринтах прошлого. В памяти, словно в заколдованном зеркале, вновь возник образ Изабеллы, его бывшей невесты, предавшей его из-за шрама, который она сочла «обезображивающим». Воспоминание о ней – словно заноза, впившаяся в сердце, болезненным эхом отзывалось в душе, терзая осколками былого счастья. Но сквозь пелену утраты, подобно лучу надежды, пробивался другой образ – Миры, и этот свет был сильнее любой боли.
Как же разительно они отличались: Изабелла – надменная льдинка, эгоистичная и расчетливая, жаждущая власти и социальных высот, и Мира – воплощение доброты, открытая и искренняя, с глубоким, завораживающим светом в бездонных глазах. Внутренний конфликт терзал его душу, лишь усиливая решимость: он не позволит никому диктовать ему свои условия, он сам – хозяин своей судьбы.
По возвращении в лондонский дом его ждал обжигающий крепкий кофе и утренние отчеты из поместья. В одном из писем настойчиво требовалось его немедленное присутствие для решения неотложного дела – бремя ответственности, которое он нес с достоинством. Лицо его оставалось невозмутимым, словно маска, но в душе бушевал шторм, готовый вот-вот вырваться на свободу.
***
Утро нежилось в шелковых объятиях комнаты. Мира, словно драгоценный камень в строгой оправе, сидела за столом, окруженная родителями. Фарфоровый сервиз звенел хрустальным перезвоном, робко нарушая утреннюю тишину, пока материнский голос не заполнил пространство:
– Ну, Мира, как же твой первый бал? Ты затмила все звезды, а бальная книжка была исписана до последней строчки!
Мира одарила мать улыбкой, в которой трепетал невысказанный восторг, словно пойманная бабочка:
– О, это было волшебно! Я и представить не могла, что бывает такое великолепие.
Отец, с неизменной серьезностью, скрывавшей в глубине глаз огонек гордости, проницательно спросил:
– А был ли кто-то, кто привлек твое особое внимание?
Мира зарделась, словно утренняя заря, и опустила взгляд в чашку, будто ища там ответ.
– Или, быть может, кто-то покорил твое сердце? – с лукавой искоркой в глазах подхватила мать.
– Нет, просто… мне понравился бал, его атмосфера, общество. Я встретила несколько весьма интересных людей и даже нашла новую подругу.
– Я видел твой танец с герцогом Россом, – с ноткой скрытой гордости произнес отец. – Весьма достойный человек, военный, с безупречной репутацией.
Мира подняла глаза, и в них промелькнула тень задумчивости:
– Да, я танцевала с ним. Он… довольно сдержанный.
– Герцоги – это всегда исключительная партия, – с нажимом произнесла мать. – Не упускай такую возможность, дорогая.