Импульс смерти

Ночь.

Внутри просторной комнаты, освещенной лишь слабым светом яркой луны, виден грязный кровавый след, начинающийся у входной двери и ведущий в кабинет к массивному письменному столу, расположенному в углу комнаты.

Жертва, мужчина пятидесяти лет, сидит на стуле, его глазные яблоки отсутствуют. Жизнь покинула несчастного еще тогда, когда пуля оказалась во лбу. Он даже и не догадывался, что именно сегодня ночью ему придется платить за свои грехи.

Слово «крыса» было неосторожно вырезано складным ножом на широком лбу. Это мрачное послание будет для тех, кто посмеет предать.

Сделав снимок своей работы и аккуратно положив глаза в пакетик, покидаю территорию дома так же тихо, как и попала на нее.

***

Алая кровь вперемешку с водой утекала в слив душевой. На душе полное опустошение. В который раз задумываюсь о смерти. Ни один человек не может предугадать свою кончину. Кому-то суждено умереть от старости, болезни, несчастного случая, а кому-то от чьей-то руки.

Завернувшись в полотенце встала на коврик. Зеркало запотело, как всегда. В квартире бардак, холодильник пуст. Некогда заниматься бытовыми делами, учеба и «работа» забирают все время.

Нужно спешить на занятия.

Друзей у меня нет. Только два раза в месяц по выходным выбираюсь из города. Полное одиночество. Знакомые в универе не считается. За стенами учебного заведения ни с кем не общаюсь. С моим образом жизни оставаться лучше в полном одиночестве.

Сегодня мне исполнилось двадцать шесть, а для всех остальных двадцать три. Только с годами понимаешь, что выглядеть младше своих лет – это огромный плюс. Если я выгляжу молодо, то морально ощущаю себя очень старой. Такое чувство, что прожила полжизни. Иногда так больно от осознания всего происходящего. Годы уходят, а ничего не меняется.

«Не смей реветь! Слезы – признак слабости!» – эту фразу на протяжении многих лет вкладывали в мою голову.

Все-таки человеческий мозг – очень сложный механизм. Вот понимаешь, что сказанные ими слова не всегда правда. Но я до сих пор, как запрограммированная, не могу плакать.

– Стаська! Стась!

Иду прямо, не обращаю внимания на крики нашей старосты и по совместительству соседки по парте.

– Да стой же ты! – дернула она меня за руку.

Повернулась к ней и вытащила из уха неработающий наушник. Всегда так делаю.

– Привет, Юль. Сколько раз говорила не дергать меня так?

– Прости. Я звала тебя, а ты, как всегда, на своей волне.

– Что случилось? Сегодня ты более чем перевозбужденная.

– Ты разве не слышала новость?

Покачала отрицательно головой и взглянула на наручные часы. Через десять минут начнется пара, а Юля забивает мою голову очередной ерундой.

– Да весь универ гудит. Макар Швецов вернулся из-за границы. Охренеть! Ты прикинь? Почти все девчонки нарядились, как на показ мод.

Что-то припоминаю о парне с фамилией Швецов. Еще тогда все девчонки ссали кипятком. Не понимаю подобного поведения, ведь супер-мачо его не назовешь. Всего лишь смазливая мордашка.

– И для чего мне эта информация?

– Точно! Совсем забыла, что ты у нас замужняя дама.

Три года назад пришлось «выйти замуж», ведь ненужное внимание от противоположного пола было мне неинтересно. И «муж не разрешает» – очень хорошая отговорка.

– Да ты и раньше не интересовалась Швецом. Но девчонки говорят, что он сильно изменился и стал еще привлекательнее.

– Соколова, ты же прекрасно знаешь, что меня, кроме моего любимого мужа, никто не интересует.

– Тебе никто не предлагает с ним мутить, мы просто сходим и поглазеем.

– Он не Мона Лиза, чтобы на него пялиться, как на знаменитую картину.

– Ой, да ну тебя! Ты как всегда! Зануда занудная.

– Уж простите, какая есть. И вообще, пойдем на пару, а то Анатольич и на порог не пустит.

Практически все девчонки на взводе, а парня лишь закатывают недовольно глаза. Последний год, и я распрощаюсь со всем, как и с этим городом. Начнем нормальную жизнь.

Мне кажется, я очень быстро забуду все и начну с чистого листа. Возможно.

Первая пара закончилась скандалом, ведь Анатольич никак не мог угомонить возбужденных девчонок и спорящих с ними парней. Даже у меня разболелась голова. Так еще из-за этих индивидов придется на следующем практическом занятии сдавать устный и письменный тест. Эх, а я так хотела просто поваляться на своем диване. Но, видимо, не судьба.

Только собрались выходить из аудитории, как на пороге появился наш куратор.

– Здравствуйте, следующая пара у вас будет совместно с группой 67-52 в старом корпусе в 402 аудитории.

Такого девичьего визга я еще никогда не слышала. А что спровоцировала это, мне уже сказала Юля, когда мы направились в старый корпус.

– Сбылась мечта идиота.

– Блин, ну это же круто, что у нас пара с группой, в которой учится Швецов.

– Юль, ну это конкретный идиотизм. Сама посуди, нормально ли вообще на подобное так реагировать?

– Стась, не было бы у тебя мужа, то посмотрела на тебя.

– Ты вообще представляешь меня в рядах этого идиотизма? Я вот нет.

– Ой, ну тебя!

– Ага, – закатила глаза и продолжила путь к аудитории.

Как и предполагала, около аудитории собралась толпа девчонок, ожидающих своего «красавца».

Мест осталось очень мало. Мое привычное было занято, пришлось сесть чуть ли не на галерке. Сегодня навряд ли пара пройдет нормально, поэтому можно заняться чем-нибудь другим.

– Двигай зад, это мое место, – надменный голос раздался над головой.

– Мой зад неподъемный, найди другое место, – ответила, несмотря на того, кто стоял над душой.

В одно мгновение в аудитории образовалась гробовая тишина.

– Что-то новенькое.

Я подняла голову и уставилась на парня. На мое удивление Швец из смазливого худощавого паренька превратился в довольно хорошо подкаченного парня. От смазливого личика почти ничего не осталось. Черты лица заострились и стали более мужественные.

– Стась, давай пересядем, – тихо прошептала Юля, пихая меня в бок.

– Сиди на месте, – зыркнула на нее. – Мы первые сели сюда. Рядом и ниже нас имеются свободные места. Либо садитесь рядом, либо шуруйте на ряд ниже.

– Швец, тебя послала какая-то моль, – гоготнул какой-то парень.

– Заткнись, Юрец, – отправил он недовольный взгляд своему дружку. – Слушай, как там тебя, свали по-хорошему?

– Ой, знаешь, как я не люблю повторяться, но для тебя сделаю исключение. Рядом с нами есть свободные места, есть на ряд ниже места, ты выбери либо рядом, либо ниже. Тебе еще понятней как-то объяснить?

– Ну…

– Швецов! – раздался строгий голос Натальи Яновны. – Сегодня твой только первый день, а ты уже здесь черт знает чем занимаешься. Живо сядь на свободное место, а девчонок оставь в покое!

Наталью Яновну боятся все, даже вышестоящее руководство. Гробовая тишина только на ее парах, а если что-то ей мешает вести лекцию, то с аудитории бегом выгоняет. Швец, видимо, тоже не исключение, кто побаивается эту женщину. Он и его приятель сели на ряд ниже.

– Стась, ты совсем дура, что ли? Нас теперь троллить будут, – прошептала плаксиво моя соседка.

– Не неси чепуху, – отмахнулась от нее.

На второй полупаре у меня заурчал живот, да так громко, что кто сидел рядом, прекрасно услышали. Швец и его дружок Юрец не исключение. Пришлось уткнуться в тетрадь, делая вид, что это не у меня.

Последний раз ела вчера утром, и то это было последнее яблоко. Нужно сегодня подзатариться, а то с голоду помру.

– Светлицкая Станислава, задержись на минутку, – сказала Наталья Яновна после того, как прозвенел звонок с пары.

Сегодня у нас две пары, поэтому Юля попрощалась со мной и направилась на выход. Когда в аудитории стало пусто, женщина заговорила. Она предложила себя в виде научного руководителя для написания диплома. Этой женщине отказывать себе дороже. Поэтому согласилась. Да, с ней у меня диплом будет сильной, но соки она из меня выжмет конкретно.

Вышла из аудитории и направилась в сторону туалета. Домой еще часа полтора не попаду. Стоило мне выйти из кабинки туалета, как заметила сидящего на подоконнике Швеца.

– Напор мочи у тебя мощный, видимо, страстная девка.

– А ты у нас, как я посмотрю, спец в напорах мочи, – вымыла руки и уставилась на него.

– Очень интересное сочетание: внешность серой мыши и гонор стервы.

– Очень интересное сочетание: внешность мужика, а все признаки мелкого пацана.

– Не перегибай, а то по кукушке можешь схлопотать.

– Адьес, – махнула рукой и направилась к двери.

Вот только я не рассчитывала, что он дернет меня за руку. Зря это, конечно, рефлекс у меня моментальный. Вой и трехэтажные маты полились рекой, когда зарядила ему по яйцам.

– Больше так не делай. Рефлекс – дело непредсказуемое. И извиняться я не собираюсь. Над входом в туалет висит камера, будешь чушь нести – скажу, что ты пытался меня изнасиловать. И поверь, у меня репутация намного лучше твоей.

Вышла из туалета и направилась на выход.

Глава 2

До метро пешим ходом двенадцать минут, путь до моей станции шестнадцать минут, от метро до дома еще десять минут. Почему не сниму квартиру ближе? Все элементарно: мне нравится тот район, в котором я живу. Он не так богато обустроен, как современные новостройки, но в этом весь и шарм. Как будто время застыло, и я все так же в возрасте десяти лет играю с подружками на детской площадке.

Да, прекрасное было время, но у всего есть конец, и приходится слишком быстро взрослеть в таком юном возрасте. Тот злополучный майский день я запомню на всю жизнь.

Поздно ночью я проснулась от криков мамы и шума, доносящегося из коридора. Я знала, что должна была сделать.

«– Анюта, ты знаешь, что в нашем огромном мире есть злые и добрые люди. К сожалению, злых сейчас намного больше, и наступит такой момент, когда в нашу жизнь ворвутся именно такие люди. На такие случаи папа придумал для тебя тайную дверь, которая защитит тебя от злодеев. Когда ты спрячешься, никому не открывай дверь и очень крепко закрой уши, – однажды за ужином сказала моя мама. – Знай, мы тебя очень любим».

Точно не знаю, сколько я сидела в шкафу за тайной дверью, ведь еще была маленькой. Но мне показалось, что прошла целая вечность. Даже сквозь закрытые уши я слышала недолгие крики мамы, а затем, что в моей комнате происходит какой-то шум, мне было очень страшно. Но я сидела и не издавала звука.

Когда все же решила покинуть свое укрытие, то в полнейшем шоке застыла на пороге зала. На полу в огромной луже крови лежали мои родители. Я не могла пошевелиться, в горле застыл немой крик.

Смотрела на все это, как на какой-то кошмарный сон, который вот-вот закончится, но это был не сон.

Из мыслей меня вывел звук уведомления. Тяжело вздохнув, встала с дивана и подошла к прикроватной тумбочке, где лежал телефон.

«Все данные скинул на почту. Аванс уже на счету».

Уже пять лет получаю одно и то же сообщение.

Открыла полученный файл и начала знакомиться с очередным заказом. Не хилая рыбешка, так еще и в день его рождения. И опять этот же круг. В последнее время заказчикам хочется шоу. Чем их не устраивает обычный способ – пуля в лоб? Нет же, нужно оставлять какие-то послания.

***

Утро добрым не бывает. На улице с самого рассвета льет дождь, хотя ничего подобного синоптики не передавали. Синоптики и проститутки чем-то похожи. Синоптики звездят о погоде, а проститутки о своем целомудрие.

Иду не спеша к универу и не парюсь, в отличие от некоторых. Девочки-припевочки на высоких шпильках и с изящными зонтиками обходят все лужи, а я как таран пру по ним, ни о чем не заботясь. И мне глубоко начхать, что на мне дождевик ниже колен и резиновые сапоги. Я за комфорт.

– Я думал, только деревенские бабки ходят в подобном наряде, – из ниоткуда появился Швец.

– Я выгляжу моложе своих лет, – начала снимать с себя свое одеяние. – Но тебе скажу по секрету, я уже давно на пенсии, внучок.

– Хм, что-то новенькое. Никогда не думал, что захочу выебать бабку.

– Можно сказать, что ты теперь в рядах Прохора Шаляпина и Гогена Солнцева.

– Кто это такие?

– Погугли, – надев второй кроссовок, направилась в сторону аудитории.

– Постой! – схватил он меня, как и вчера, за руку.

Я повернулась к нему и посмотрела на наши руки, а затем на него.

– Ты забыл вчерашний инцидент?

– Я хотел перекинуться парой фраз насчет вчерашнего.

– Никогда так не делай, – произнесла чуть ли не по слогам. – Хотя бы ради своего будущего потомства, – выдернула руку и продолжила свой путь.

– Вообще-то я ждал от тебя извинений.

– Бегу и спотыкаюсь. Царь и Бог хренов. Мне не за что извиняться.

– Ладно, давай по-другому. Я извиняюсь за то, что схватил тебя вчера за руку неожиданно.

– Засунь свои извинения себе в задницу. В твоих словах нет ни капли раскаяния.

– Ну и язык у тебя. С виду такая тихоня и серая мышь. А у самой язык как помело.

– Шел бы ты лесом, Швецов. Вокруг тебя столько красоток и поклонниц – бери любую. Хоть белую, хоть черную, хоть красную, хоть зеленую и так далее.

– Если ты знаешь меня, то, значит, тебя можно тоже в ряд поклонниц записать.

– И не надейся. О тебе я знаю, потому что все девчонки о тебе только и жужжат. Швецов это, Швецов то, – начала кривляться. – Боже, он такой красавчик, у меня уже трусики мокрые! А правда, что у него большой? Говорят, его семья очень-очень богатая, было бы неплохо с ним замутить. Но больше всего мне нравится, как говорят о тебе адекватные люди: Швецова отправили за границу, чтобы не позорил свою семью. В семье не без урода, – с меня так и лилась желчь.

Макар стоял уже не с ухмылкой на лице, а с каменным выражением. Ударила по самому больному, видимо. Иногда таких выскочек нужно ставить на место.

– Да что ты знаешь, идиотка недоделанная? Вы, бабье, только сплетни умеете собирать. Тоже мне, нашлась принцесса, – красный как рак от злости, Швец направился в противоположную сторону.

За все время, которое обучаюсь в этом университете, это первый случай, когда привлекла такое внимание к своей персоне. Теперь слухи расползутся, как плесень в сырой квартире.

Зашла в аудиторию и села на свое место. Соседки по парте еще не было, как и половины группы. И не факт, что на этой паре будет весь состав. К Петру Игнатьевичу приходит вся группа только на зачет. Ему вообще по барабану, кто на паре, но зачеты он принимает со всей строгостью.

Юлька опоздала на десять минут из-за погоды, которую она проклинала первую полупару. Как и предполагала, не вся группа соизволила посетить занятия. Я бы тоже на половину пар не ходила, но образ отличницы необходимо поддерживать.

– Охренеть! – пробормотала Юля. – Стась, что ты ему сказала?

– Ты о чем?

Одногруппница поворачивает экран своего телефона ко мне. На нем издалека кто-то снимает нас со Швецом.

Вот так и знала, что подобное не останется без внимания. Вот же черт!

– Он мне докучал, а я дала ему понять, что в его внимании не нуждаюсь.

– Ну да, ты же у нас замужняя девушка. А если бы не муж, замутила бы с ним?

– Нет. Парни такого типа мне не интересны.

– Но все равно он красавчик.

– На любой товар найдется свой купец.

– С тобой совсем невозможно говорить. Не посплетничаешь нормально.

– Терпеть не могу сплетни. И тебе советую завязывать с этим, – сказала ей тихонько и продолжила делать пометки в тетради.

Соколова дулась на меня две пары, но потом все-таки не выдержала и начала читать мне комменты под видео:

– «Что он в ней нашел?» «На кого-то получше не посмотреть?» «Это Станислава, мы учимся в одной группе. Она замужем. Видимо, поэтому она отшила его.» И множество других завистливых комментариев, – выключила она телефон. – Ты теперь у всех на слуху. Кто-то завидует, а кто-то восхищен тобой. Такую популярность бортанула.

– Юль, вместо чтения всякой ерунды занялась бы подтягиванием математики, – вздохнула тяжело и продолжила наслаждаться самым вкуснейшим чизкейком в приуниверситетском кафе.

– Да не понимаю я этот предмет, хоть тресни! Не мое это! Не хочу учиться. Выйти бы замуж за миллиардера и в ус не дуть.

– Редко когда встретишь молодого состоятельного мужика. Найди старого пердуна, который вот-вот кыкнит, заставь его написать на тебя наследство, и тогда будешь жить припеваючи.

– Не-е-е… Я хочу по любви. Чтобы раз и навсегда.

– Быть тебе старой девой всю жизнь.

– Вот ты замуж рано выскочила, даже не беременной, а это значит, у вас любовь, – мечтательно заулыбалась Юлька.

Да, если бы она знала всю правду, то не говорила так.

– Главный плюс замужества – можно заняться сексом в любое время и не нужно никого искать для этого.

– Секс – не главное.

– Еще как главное. Женщины без секса становятся дурными. По себе знаю. А вот ты всегда ходишь спокойная, значит, муженек удовлетворяет тебя.

Как же ты, Юленька, ошибаешься по поводу секса. Восемь лет прошло, когда во мне был мужской член в последний раз.

Глава 3

Восемь лет назад.

– Марьяна! Марьяна, мать твою!

– Да что тебе! Дай мне отдохнуть!

– На том свете отдохнешь, – сказал Мот, стаскивая меня за ногу с кровати.

– Ты забыла, какой сегодня день?

– Не напоминай!

– Ты дольше всех девчонок с нами задержалась. Мне кажется, Владлен держит тебя для себя.

– Зачем я ему, сам подумай?

– Только дурак не видит, как он смотрит на тебя. И этот взгляд совсем неотцовский.

– Он был другом моего отца. Видимо, поэтому заботится обо мне.

– Только я о тебе забочусь с самого первого дня в «Формалине».

Этот восемнадцатилетний парень – просто обаяние. Когда он улыбается, свет отражается в его светло-серых глазах, которые кажутся полными страсти к жизни.

Длина его волос не превышает нескольких миллиметров, но это даже не имеет значения. Волосы такого светлого оттенка, словно солнышко целовало их каждое утро. Короткая стрижка позволяла увидеть контуры идеальной формы его лица, выделяя мужественные черты. Но самое удивительное – это небольшая родинка под его правым глазом. Она кажется такой маленькой и незначительной, но привлекает внимание, добавляя его облику таинственности и загадочности.

Его присутствие рядом со мной создает особую энергию в воздухе. Невозможно не заметить его харизму и не погрузиться в его глаза. Но за всем его обаянием скрывается будущий профессионал своего дела. Как и большинство здесь людей, и я не исключение. Почти.

– Матвей, а если меня вот так заберут, как остальных девчонок?

– Я не дам этого сделать. Если потребуется, мы сбежим. Ты мне как родная сестра.

– Твои слова меня трогают. Но сбежать у нас не получится. У нас нет выбора.

– Выбор есть всегда, – посмотрел так, что мне стало жутко. – И вообще, хватит унывать, вообще-то тебе сегодня восемнадцать. Детство кончилось.

– Детство у нас всех кончилось, когда оказались в «Формалине».

– Тут и не поспоришь.

Каждые полгода в нашу академию, – если ее так можно назвать, – приезжают потенциальные покупатели, чтобы приобрести товар. А товаром являются парни и девушки, которые обучаются в этой академии.

Формалин – место, где сироты-дети, далеко еще не достигшие зрелости, отправляются на путь, полный опасностей и изнурительных тренировок, чтобы стать наемными убийцами. Все ученики подвергаются жестокому физическому обучению, непрерывным тренировкам боевых искусств, тонкой атаке и защите, а также стратегическому мышлению. Но не только навыки и физическая сила становятся основой обучения. Также в академии изучают искусство маскировки, шпионажа, и оружие становится их самым верным другом.

Основная роль в «Формалине» отводится опытным наставникам, сами являющимися бывшими убийцами. За годы накопленного опыта они способны передать будущему поколению убийц свои знания, к которым они пришли.

Не все ученики успешно добиваются статуса наемных убийц. Многочисленные тренировки выдержать не в силах многие из них, и они лишь добавляются к списку неудачников. Чтобы выжить и добиться успеха в этом темном мире, необходимо обладать исключительной смекалкой, умением принимать быстрые и правильные решения. Не только физические навыки, но и умение видеть союзниками и распознавать врагов также важны в пути от жизни к смерти.

Семнадцать парней и две девушки от семнадцати до девятнадцати выстроились в две шеренги, словно солдаты, – кем мы и являемся, – стояли по струнке, задрав подбородок повыше.

– Перед тем, как вы встретитесь с нашими гостями, хочу поздравить с днем рождения одну из ваших сестер. Марьяна, сегодня ты стала совершеннолетней. Ты выросла привлекательной девушкой и ко всему прочему еще и очень талантливой. Твои родители гордились бы тобой, – сказал Владлен, сверля меня своим проницательным взглядом.

Я уже давно не оплакиваю родителей, хоть и очень скучаю.

«Покупка» проходила очень быстро. Покупатели знакомились с каждым по имеющемуся досье. В этот раз было только двое мужчин, а это значит, заберут только двоих из нас.

– Анастасия Головина, – произнес командным голосом один из мужчин.

– Никита Федоров, – заговорил другой.

Настя и Никита подошли к своим покупателям и стали рядом с ними. Разобрали всех девчонок. Осталась одна я. Настя намного привлекательнее и способна в разы больше меня. Я низкая, худая через чур, так еще и выгляжу немного моложе своих лет.

– Остальные свободны! – покомандовал Владлен.

В нашем графике свободного времени практически не имеется – заняты с самого утра до самого вечера. Физические тренировки и множество других занятий уже на протяжении долгих лет часть моей жизни. Я даже забыла, как это отдыхать и заниматься тем, чем хочешь.

***

– Звали, Владлен Игнатьевич? – заглянула в его спальню.

– Проходи, Марьяна. И наедине можно просто Влад.

Владлен довольно привлекательный мужчина, чуть выше среднего. Его осанка говорит о силе, достигнутой с годами. За каждым его движением можно увидеть элегантность и самообладание, позволяющие ему занимать прочное место в любой обстановке. Он обладает таким изысканным стилем, который сочетает в себе классическую элегантность и небрежный шарм.

– Вы просили зайти к вам.

– Садись, – указал он мне на свою кровать.

– Нет, спасибо, постою.

– Да расслабься ты. И садись уже.

Я выдохнула и села на край кровати. Спальня у Владлена просторная и стильная. Ничего лишнего нет. Все сдержанно в серых тонах, как, впрочем, и во всей академии. Вот только в наших комнатах односпальные кровати, а у него огромное место для сна. Вот бы на такой хоть ночку поспать.

– Ты с каждым годом все больше и больше становишься похожа на свою мать, – сказал он негромко, наливая в бокалы вино. – Можно сказать, ты ее точная копия в юности. Я был в нее влюблен с самого подросткового возраста, но… сердцу не прикажешь. Мария полюбила твоего отца. Свят знал, что я неровно дышу в сторону твоей матери, – протянул мне бокал с вином. – Она была самой красивой из девушек в «Формалине».

Мои брови поползли вверх от удивления.

– Да, твои родители бывшие ученики «Формалина».

– Но…

– Они подстроили свои смерти, будучи уже выпускниками академии, – сел рядом со мной на кровать. – Ты пей, пей! Не каждый день исполняется восемнадцать лет.

Это первый мой алкоголь, который пробую. Мне всегда казалось, что любой спиртной напиток на вкус ужасно горький. Но когда я наконец сделала первый глоток, моя осторожность сменилась удивлением. Вино оказалось нежным и ароматным, его вкус мягко расплывался на языке, оставляя послевкусие фруктов и ягод. Чувство тепла, которое оно наполнило меня, оказалось совершенно новым и приятным.

Владлен подливал мне вино и наблюдал за мной очень внимательно, что немного напрягало. Но каждый глоток заставлял меня ощущать себя чрезмерно спокойной и наслаждаться моментом. Неизвестно, когда мне так повезет.

– Мария… – провел пальцем по моей шее. – Ты так прекрасна.

Я посмотрела на него своими затуманенными глазами от выпитого алкоголя, который подозрительно быстро подействовал на меня.

– Влад…

– Ш-ш-ш, – приложил палец к губам. – Будь послушной девочкой.

Сглотнув образовавшийся ком в горле, попыталась от него отодвинуться, но мужчина вцепился в мою коленку.

– Владлен Игнатьевич…

– Тише, девочка моя. Я тебя не обижу. Все сделаю для тебя, моя любовь.

Даже с мутным сознанием понимала, что он несет ахинею.

– Я сделаю тебя своею, и в этот раз мне никто не помешает.

Мужчина дернул меня на себя и впился в мои губы. Я попыталась от него отбиться, вот только он держал меня крепко. Пришлось укусить его за губу. Вкус металла моментально почувствовала во рту.