Ответственная за негодяя

– Встаю!

Сборы были быстрыми, чай с бутербродами, черные джинсы с белым свитером. Я несколько раз проверила все ли положила в сумку: паспорт, несколько ручек, бланк участника, шоколадку в дорогу, воду. Мама тоже суетилась вокруг, папа молча сидел с чашкой кофе, но я видела, как он нервно постукивает пальцем по столу.

– Не волнуйтесь, я готова, – сказала я больше сама себе.

– Мы не волнуемся, – одновременно ответили родители.

Общий сбор был возле нашей школы, у крыльца уже стоял заказной автобус – большой, белый, с тонированным стеклами. Вокруг толпились ученики – участники олимпиады с других школ, их родители и друзья. Всех пересчитывали по списку.

Я нашла взглядом своего директора и завуча. Мария Ивановна, увидев меня помахала рукой, подзывая.

– Соня, быстрее!

– Иду!

Но перед тем, как подойти, я оглянулась. Родители стояли чуть поодаль, мама помахала рукой, папа улыбнулся и показал, что будет держать за меня кулаки. Ко мне подбежала Ника, и быстро обняла, выговорив за пол секунды весь словарный запас поддержки.

Я уже собралась идти к автобусу, как вдруг краем глаза заметила знакомую фигуру. Он стоял дальше всех, у стенки, в своей черной куртке, с руками в карманах, и смотрел прямо на меня. Кирилл. Сердце пропустило удар, он пришел. После всего, что было, после отстраненности, моих слов – он пришел меня проводить. Наши взгляды встретились, я не знала, что делать, помахать, или проигнорировать, но Кирилл все сделал за меня. Он чуть заметно кивнул. Всего один раз, будто говорил: «Все будет хорошо». А потом развернулся и пошел в школу.

– Соня, ты идешь? – окликнула завуч.

– Да, иду.

Я забралась в автобус, села у окна, и долго смотрела на то место, где стоял Кирилл. Автобус тронулся, а я все думала, зачем он пришел, и о том, почему у меня до сих пор колотится сердце.

В соседнем городе нас встретили организаторы и развезли по комнатам местного университетского общежития. Мне досталась комната на двоих. Когда я зашла, то там уже была девочка из другой школы. Настя – улыбчивая и дружелюбная, с соседкой мне повезло.

– О, привет, ты Соня, да? Я из 58 школы, ты откуда?

– Из лицея, – я кинула сумку на кровать и села, разглядывая мои новые апартаменты на ближайшие сутки: две кровати с удобными матрасами и свежими простынями, один довольно большой шкаф, и по прикроватной тумбочке для каждой. Ничего лишнего.

– Круто. У вас, говорят сильная программа. Я дико волнуюсь, если честно, а ты? – Настя тараторила без остановки, но ее диалог не казался навязчивым, скорее располагающим к общению.

– Волнуюсь, – призналась я. – Хоть и достаточно хорошо подготовилась.

– Вот и отлично, будем волноваться вместе. Ты как, есть хочешь? Тут внизу есть столовая, с виду довольно приличная, – она посмотрела на наручные часы, – у нас еще есть время до начала первого этапа, поэтому предлагаю сбегать и перекусить.

Я улыбнулась. С Настей оказалось просто, она могла говорить за двоих, и не требовала ничего взамен, не задавала неловких вопросов. Мы сходили в столовую, обсудили предстоящие задания, и к обеду я почувствовала, что волнение немного отступило.

За пол часа до начала я проверила телефон. Сообщения были только от мамы: «Как устроилась? Не волнуйся, ты справишься!», и от Ники: «Подруга, держу за тебя кулаки! Обязательно напиши, как все пройдет». Сообщений от Кирилла не было.

Я ответила обеим, и долго сидела и смотрела в экран, пока Настя не подсела ко мне и не ткнула локтем в бок.

– Сонь, нам пора, ты готова?

– Да, думаю да.

Первый этап – алгебра.

Мы сидели в большой аудитории, я чувствовала, как от волнения немеют пальцы. Передо мной был только листок с заданиями, листок для черновика, две ручки, бутылка воды, и целых четыре часа времени, чтобы справиться со всеми примерами.

Первое задание – пошло, второе – тоже. Третье заставило немного задуматься, но я вспомнила материал, который мы разбирали с репетитором как раз на эту тему, четвертое, пятое…

Время пролетало незаметно, под конец, я вошла во вкус, и когда оставалось пятнадцать минут до конца, я уже переписывала ответ в чистовик. Я сделала это, я решила абсолютно все и могла гордиться собой по праву.

Я вышла в коридор, и на меня тут же налетела Настя со счастливым визгом.

– Ты как? Все решила? Я, кажется, одно задание запорола, но в целом все гуд.

– Вроде все решила, – ответила я, и сама удивилась тому, как спокойно это прозвучало.

– Молодец! А теперь пошли затаримся печеньками, и будем пить чай в нашем логове.

Вечером мы сидели в комнате, пили чай и обсуждали завтрашнюю геометрию. Настя говорила, что боится стереометрии, а я призналась, что мне всегда с трудом давалась планиметрия.

– Слушай, – вдруг сказала Настя. – А у тебя парень есть?

Я поперхнулась чаем.

– Что?

– Ну, парень. Ты все время в телефон смотришь, будто ждешь звонка или сообщения, а взгляд при этом такой мечтательный. Я сразу поняла.

Я не знала, что ответить, и как это назвать, когда с тобой то общаются нормально, то отталкивают, и ты понятия не имеешь, что на самом деле к тебе испытывает человек.

– Не знаю, – честно призналась я. – Все чуть сложно.

– А-а-а, – понимающе протянула Настя, – у меня тоже так было, вроде все хорошо, но в тоже время и не понятно. Но знаешь, потом как-то само все рассосалось, или нет, в общем мы все равно разбежались, но чувство того, что может все-таки зря осталось.

Я улыбнулась, с ней было легко. Перед сном я снова посмотрела в телефон, отчиталась родителям, поделилась восторгом с Никой, и так хотелось написать Кириллу, как тогда, когда я заметила, что он следил за мной. Но в тот раз меня просто возмутил его поступок, сначала говорит, чтобы была осторожна, и сам же следит за мной, не понимаю. Вот и не удержалась. А сейчас, какой смысл писать, ему от этого будет не горячо не холодно.

Но внутри почему-то крутилось ощущение, что он думает обо мне, где-то там в нашем городе, лежит у себя в комнате и думает. Иногда такие вещи ощущаешь слишком сильно, кажется, что у вас с человеком ментальная связь, но это просто то, во что нам хочется верить.

– Спи, Королева, завтра геометрия, – прошептала я сама себе, и провалилась в сон без сновидений.