Блуждающая по венам ярость

14

Смотрю на него широко раскрытыми глазами. Наблюдаю за едва виднеющимися золотыми искрами в его глазах. Вот же недавно они светились ярче солнца…

Весь мой настрой сошёл на нет, и теперь я даже не могла попросить его отпустить меня. Открывала рот, словно рыбка, выброшенная на сушу. А Крэйвен издевался, игрался. Наклонил мою голову набок, и начал вести носом от виска, по шее, к ямочке над ключицей, что была видна из-под ворота толстовки. И ощущение у меня было, словно это затишье перед бурей.

Сглотнула, опустив на него взгляд, замечая, как он смотрит на мою шею, приподнимает уголок губ.

Вот же придурок!

– Извращенец!

Я и сама не поняла того, что только что произошло. Кажется, мои голосовые связки ослушались мозг, ведь говорить что-то такое ублюдку Крэйвену равно стать его врагом. Тем, кого он так изощрённо избивал в той аудитории на третьем этаже. А если учесть, что он ещё не забыл ведро мутной воды, хоть и забылся почему-то, начиная вытворять лютую дичь… В общем, мне не жить.

И вот я смотрю в обшарпанную кирпичную стену красноватого грязного цвета, что в немногих местах поросла плющом и разными цветущими вьюнами. Расслабляюсь, умиротворяюсь и вообще, делаю всячески вид, словно я тот самый Каспер.

В то время рука Рэя напрягается, до боли сжимая хрупкую шею. Один миг и прозвучит хруст. Паника давит на меня, страх быть задушенной отрезвляет, даёт сил на сопротивление.

Я сжимаю его кисть, царапаю его. Вижу, как его глаза снова загораются, а на лице появляется отвращение. И когда я выкидываю руку, готовая вцепиться в его высокомерную морду, Рэй резко отпускает меня, так, что я падаю на задницу, а после уходит. Хлопает за собой дверью, заставляя вздрогнуть и вместо писка издать испуганный хрип.

– Вот же урод… – шепчу, потирая больную шею. – Ненавижу…

Немного приходя в себя, я почувствовала несильный ветер, из-за чего, будучи во всём мокром, я начала дрожать. Подскочила с каменного пола и побежала в академию, по дороге проклиная этого мудака. Да чтобы он в аду горел!

– Так-то лучше… – передразниваю его слова противным голосом, когда поворачиваю на пролёте с лестницы на лестницу. Нос к носу сталкиваясь с Харди. – Ой! – хватаюсь от страха за сердце. Подумалось вдруг, а что если бы тут сейчас стаял Крэйвен? Фух…

– Дак это и правда ты? – удивлённо тянет Харди, упирая руку в перила, тем самым перекрыв мне проход. Улыбается, наклоняя голову вбок.

– Отвали от меня, – зло выплёвываю, руками обнимая себя за плечи. Мне всё ещё безумно холодно. Ещё и ледяные слипшиеся пряди волос касаются щёк. – Сейчас же, – добавляю, потому что вижу, что этот Харди совсем безмозглый. Весь его ум сосредоточен в штанах. Исключительно в том, как и чем управлять. Фу, бабник…

– Ари, давно же не виделись, – удивляется он и строит невинную мордаху. – Не будь такой злыдней, улыбнись, – и тянет свои клешни к моему рту, вероятно, чтобы помочь с улыбкой.

Отодвигаю голову назад, не давая ему притронуться ко мне. И эта его «Ари» вызывает дежавю. Он всегда меня называл так. И вроде никто из друзей черноволосого и синеглазого засранца не общался со мной, но вот Харди был исключением. Нет, он не защищал меня, куда там… Мог утешить, когда видел меня в слезах, принести шоколад… Я тогда злилась на него, ведь я ныла из-за «толстухи», а он мне тут шоколад носит. Говорю же – безмозглый. Вечно улыбался и переключался с одного на другое. Ветреный и ненадёжный.

– Да отстань ты от меня! – кричу, хватая его за руку. Дёргаю чуть на себя, а затем перекручиваю. И вот теперь он упирается животом в перила, пока я заламываю ему руки.

– Воу, полегче, женщина. Я вообще-то по делу приходил. Не путай меня со своим зверем, – теперь его голос становится серьёзным.

– Чего?

Я не успеваю ничего больше сделать, поскольку в один миг всё меняется. Теперь я прижата к перилам, а дурацкий Харди шепчет мне на ухо:

– Не стоит играть со мной, малышка Ари. Я по-хорошему хочу посотрудничать. Зачем провоцируешь на ненависть?

Делаю глубокий вдох, понимая, что я полная дура. Харди Аллер – хищник. И с ними со всеми лучше не шутить. И да, я ненавижу его, но видимо, ему лучше пока не знать об этом. Не в этой ситуации.

– Я не играла, – устало отвечаю.

Он усмехается, а затем отпускает меня. Тут же оборачиваюсь к нему. Харди поправляет запонки на своей рубашке. Серьёзное лицо вновь растягивается в прежней улыбке, только вот глаза остаются холодными. Отмечаю, что они всегда были такими. Оу, так он никогда не делает это искренне?..

Закончив с запонками, он суёт руки в карманы брюк. Из одного в итоге достаёт упаковку шоколада и, взяв мою правую ладонь, кладёт в неё.

Хлопаю глазами, а затем хмурюсь. Вопросительно приподнимаю бровь. Как-то разговаривать мне больше с ним не хочется.

– До завтрашнего вечера у меня должен быть номер телефона той дикой кошечки с розовыми коготками.

Из меня вырывается смешок ещё до того, как он произнёс последнее слово.

– Что, прости?

Харди тоже издаёт смешок под стать моему. Вот же га-ад…

– Ну той, в розовеньком, – продолжает с пластмассовой улыбкой.

В розовеньком?..

Барби?!

О, боже, чёртов идиот! Решил, что я сдам ему свою будущую лучшую подругу?! Иди к чёрту, Аллер!

Не говоря ни слова, отрицательно качаю головой, протягивая ему шоколад назад.

– Ох, Ари. Ты уже приняла плату за дружескую услугу. Время – завтрашний вечер, – он с ненормальной до ужаса улыбкой стучит по своим дорогим часам и уходит.

Твою мать!

15

Рэймонд Крэйвен

Спускаюсь по лестнице, не обращая внимания на оклик друга, что как раз появился на лестничном пролёте. Игнорирую его, продолжая спускаться вниз – подальше от душащего запаха этой глупой девчонки, который засел во мне словно яд. Раздражает.

Выхожу из академии и направляюсь к парковке, мрачно взирая на каждого, кто загораживает мне дорогу. У меня сейчас точно глаза светятся, нагнетая моё состояние. Подхожу к тачке и открываю спортивную сумку, доставая оттуда чёрную футболку. Скидываю мокрую рубашку и переодеваюсь.

Эта дура совсем с головой не дружит. Не боится меня, раз решилась на такой опрометчивый шаг, отвлекая меня от разминки с тем ублюдком, что плохо выразиться о моей сестре – дочери моей тёти Лины, что сейчас заведует этой академией.

Стискиваю челюсти, борясь с желанием вернуться за ней и продолжить то, на чём я остановился.

Едва сдержался, чтобы не причинить ей ещё больше боли. Рука на её шее сомкнулась инстинктивно, я даже не помню, в какой именно момент это сделал. Ещё этот тошнотворный запах химии, которой она обмазалась с ног до головы, сорвал мне крышу. Хотелось очистить её и вернуть её запах, тот, что в детстве мне показался приторной карамелью, которую я ненавидел.

Впервые я почувствовал его в наше первое знакомство. Мы играли на пляже, ковырялись в песке. Всё было нормально, пока она не подошла ко мне совсем близко и не нагнулась, чтобы помочь высыпать песок из ведёрка. Тогда мне в нос ударил этот запах, от которого у меня закружилась голова и хотелось уткнуться в её кудрявые волосы и хорошенько понюхать… В силу своего возраста я не понимал, что со мной происходит, и почему я так бурно реагирую на эту девчонку. Мне это не нравилось, и я злился. Пытался избавиться от этого странного чувства внутри. Раздражался каждый раз, когда она оказывалась рядом.

Только к восемнадцати годам я понял, что со мной происходит. Отец мне подробнее рассказал о хищниках, и как они реагируют на понравившегося им человека. И я не мог поверить, что эта кудрявая дура мне нравится.

Такие, как она меня раздражают. Слишком шумная, улыбчивая. У неё же на лице все эмоции написаны. Ещё плакса, из-за которой её отец разбирался с моим батей. Ну, подумаешь, обозвал «толстухой» и «вонючкой». Если это так на самом деле, то чего так реагировать?

Да и мама моя тоже мне весь мозг вытрепала своими нотациями. В голове как раз всплывают её слова, которые она мне сказала, после одного из таких инцидентов:

«Если ты родился с ДНК хищника, то это не значит, что можешь вести себя так плохо с теми, кто слабее тебя. Ты должен быть защитником для своих близких и тех, кто тебе не безразличен. Никогда не обижай девочек, Рэй!»

Я очень люблю и уважаю маму. И правда, старался не трогать её в школе. Даже не подходил и делал вид, что не замечаю её, но эта глупая девчонка сама ко мне постоянно лезла. Прибегала ко мне, чтобы поздороваться. Будто мы друзья какие-то! А мои кореша все на неё пялились и говорили, что Ариэль красивая. Слюни свои пускали, а меня это ещё больше бесило. И я не понимал, чего они так на неё смотрят все. Сейчас-то я понимаю, и сам смотрю на неё также или даже хуже.

В глубине души я знал, что она очень красивая, и каждый парень хотел бы завладеть её вниманием. А когда увидел её в купальнике на том грёбанном пляже у виллы её тётки Алекс, то злился ещё больше, понимая, что она мне нравится.

Совершенно не в моём вкусе. Мне нравятся глупые стройные блондинки, от которых не ждёшь какой-то заумной речи. Так проще с ними время проводить. Главное, чтобы делом была занята. А Ариэль полная противоположность. Тогда она была слегка в теле, но меня привлекало в ней всё. Но запах, что она пыталась скрыть под тонной химозных средств, раздражал сильнее.

Как и сейчас. Обливается всей этой хренью, думая, что сможет скрыть от меня свой запах? И что за мода у девчонок такая…

На крыше я не собирался душить её. Просто напугать, чтобы держалась от меня подальше. Но в моменте едва сдерживал себя, чтобы не набросится на неё, наблюдая за тем, как вода стекает по её лицу и шее. Тем более, батя её уже успел мне вынести весь мозг, когда узнал, что и я тут учусь. Да и родители очень просили не трогать Ариэль.

Я, правда, сделал всё, что в моих силах. Теперь уже поздно. Процесс запущен. Стоило мне к ней прикоснуться и вдохнуть её крышесносный запах, обратного пути больше нет.

Я уже не ребёнок, как и она. Ей ведь уже восемнадцать?..

Улыбаюсь довольно, прикрывая багажник тачки. Стук каблуков привлекает внимание. Мелиса подходит ко мне, состроив недовольную рожицу.

– Почему ты меня игнорируешь? Я звонила тебе!

– Занят был. И я сказал уже тебе, чтобы искала себе другого парня.

– В смысле другого? Но мы же…

– Я разве изначально не предупреждал тебя о наших отношениях?

– Предупреждал, – обиженно поджимает губы.

– И? Чего ты хочешь? – сую руки в карманы брюк.

– Ничего…

Больше не обращаю внимания на блондинку и устремляю взгляд на Ариэль, что вышла из академии вместе с тем долговязым ублюдком, что уже какой день вертится рядом с ней, и смеет трогать моё.

Пора бы уже обозначить территорию. И предупредить паренька, чтоб держался подальше от неё.

16

Боже! Только приехала в академию, а уже начинаю ненавидеть её. Точнее тех, кто тут обитает. А именно – хищников!

Вернувшись в аудиторию, я собираю свои вещи в рюкзак. Все, находящиеся тут одногруппники поглядывают на меня шокировано.

Ну конечно, вся мокрая и дрожащая, словно лист на ветру. А всё из-за ублюдка Крэйвена!

Не обращаю внимания даже на Барби, что застыла в неестественной позе, стоило мне появиться в аудитории.

Может мне всё же не думать о дружбе с ней?.. Аллер тогда не сможет заставить меня вычислить её номер телефона… Ну нет! Буду я ещё слушать этого чокнутого бабника! Что он мне сделает? Ничего!

– Я ушла, – сухо произношу, накидывая рюкзак на плечо и крепче сжимая плюшевого кота, а затем выхожу в коридор.

Всё равно учиться в таком состоянии не смогу.

Уже на лестнице я упираюсь в преграду. Снова. Поднимаю мрачный взгляд, чтобы испепелить того, кто посмел загородить мне путь, но натыкаюсь на улыбающегося Гаспара. Он окидывает меня взглядом, и с каждой секундой его милая улыбка гаснет.

– Ариэль? Что с тобой? – спрашивает, протягивая ладонь к мокрой ткани толстовки. И когда уже почти прикоснулся к ней, резко отдёргивает руку. Впивается в меня непонимающим и сочувствующим взглядом.

Какой же он хороший… Моя ярость гаснет от его спокойной энергетики.

– Всё нормально, – улыбаюсь ему в ответ, крепче удерживая лямку рюкзака.

– Точно? – заглядывает в глаза, чуть наклоняет голову. – Ты сейчас домой?

– Да, – на выдохе произношу, оглядывая себя. – Это последняя пара, так что уже не вернусь, – пожимаю плечами.

– Можно проводить тебя? – спрашивает Гаспар и трогает Чеширца за ухо.

Молча киваю, поджимая нижнюю губу. Сдерживаю дурацкую улыбочку.

– А у тебя разве нет пар? – уже когда мы выходим из академии, я спрашиваю об этом Гаспара. А вот взгляд мой падает прямиком на хищного идиота, что стоит, открыв дверь свой машины и пялиться на нас. Вот придурок…

– Я принёс задание на сегодняшнюю тему и меня освободили от занятия, – он пожимает плечами, а его щёки невольно краснеют.

Милаха…

Смотрю под ноги, чувствуя себя неловко рядом с ним сейчас. Словно чего-то стесняюсь, что мне совсем не свойственно. Это влюблённость?..

Раньше я думала, что когда-то мне нравился Рэй. Ещё в школе, я заглядывалась на него. Даже пыталась наладить наши отношения. Выявляла, когда он в хорошем настроении и улыбается друзьям. Делала вид, что прохожу мимо и здоровалась с ним. Но каждый раз наступала на одни и те же грабли. Натыкалась на одни и те же его эмоции и слова. Полная дура. И я понимала, что мне это совсем не свойственно, но поделать ничего не могла. Наверное, поэтому я и решила заняться своим телом и запахом. Хотела, чтобы грёбаный Крэйвен взглянул на меня иначе. Мечтала поменять его мнение обо мне. Но чёрт…

Неожиданно на мои плечи ложится сухая и теплая ткань. Ветровка Гаспара.

– Ты вся трясёшься, – тихо говорит он, плавно отпуская свою вещь. Оставляет её на мне.

Невольно провожу параллель между ним и желтоглазым придурком. Дикая разница просто.

Мысленно даю себе пощёчину из-за таких глупых мыслей.

Ариэль! Совсем спятила?!

– Как назовёшь? – голос Гаспара справа врывается в моё сознание.

– А? – непонимающе поворачиваюсь к нему.

– Я про кота, – кивает на Чеширца.

– А-а… Пока не думала об этом, – улыбаюсь и поднимаю игрушку на уровень глаз перед собой. – Но завтра он точно будет не безымянным, – подмигиваю Гаспару, прижимая кота к груди.

Надо будет подумать над именем. Хочется что-то особенное. Чтобы это ассоциировалось с Гаспаром и Диего. А ещё с академией, ведь это точно будут воспоминания на всю жизнь.

Проходя очередной коттедж и оказываясь между ним и соседним, на нас вдруг дует сильный ветер. Так, что парень рядом со мной не в силах устоять на ногах, летит в меня. Упирается в мой бок, чуть двигая меня в сторону. На пару метров. Мокрые волосы поднимаются вверх, загораживая обзор, а из горла вырывается внезапный вскрик.

Я резко оборачиваюсь, пошатываясь на ногах, чтобы песок не попал в глаза и рот. И замечаю знакомый внедорожник, что плавно катится в нашу с Гаспаром сторону.

Крэйвен…

Ублюдок! Мечтает продолжить начатое?..

Собирая всю волю в кулак, я разворачиваюсь снова и беру Гаспара за руку. Ещё пару метров и теперь от ветра нас прикрывает другой коттедж.

– Ну и погодка. Сильно ударил? – спрашивает он, поворачивая ко мне голову.

Крепче сжимаю его ладонь, не в силах противостоять тяжелому взгляду хищника. Теперь, знаю, что он за нашими спинами, я ощущаю то, что он на нас глазеет.

– Нет. Всё в порядке. Пошли скорее, – тяну его за собой.

Мы останавливается у моего коттеджа. Я не оборачиваюсь, чтобы не портить своё настроение. Надеюсь, что Рэй уехал. Зачем бы ему вообще смотреть на меня?.. На «толстую» и «вонючую»?

Я переминаюсь с ноги на ногу, в точности, как и Гаспар.

– Спасибо, что проводил, – говорю, смотря на кота в руке и закусываю щеку.

– Ариэль, – произносит он тихо, а затем резко наклоняется, целуя меня в щёку.

Тут же поднимаю голову, но он отпускает мою руку и быстрым шагом уходит, оставляя меня улыбающуюся на крыльце.

Всё же он очень стеснительный.

Кидаю на него взгляд, смотрю на удаляющуюся спину и замечаю чёрный внедорожник, что, резко газанув, развернулся и поехал прочь. Показываю средний палец.

– Придурок, – произношу я и захожу домой.

17

Скинув в прихожей рюкзак, я сажу Чеширца на диван в гостиной, а затем топаю в душ. Избавиться наконец-то от этой мокрой одежды, что доставляет жуткий дискомфорт.

Швыряю толстовку в стиральную машину, а потом ещё и джинсы туда же. Чувство ярости во мне бурлит, стоит вспомнить хватку этого ублюдка на моей шее.

– Вот же псих!

Делаю несколько глубоких вдохов, стараясь думать не о нём, а о милом Гаспаре, который поцеловал меня. Улыбаюсь, поджимая губы, пока набираю себе горячую ванну. А когда мой взгляд натыкается на тюбик парфюмированного лосьона, я вдруг задумываюсь.

Зачем Рэй меня облил водой, ещё и понюхал, а потом сказал, что так лучше?..

Что он имел в виду?..

Ой, да какая разница? Мне просто следует меньше пересекаться с этим чокнутым. У него явно проблемы с башкой.

Принимаю ванную в тишине. Слышно лишь шипение пузырьков лавандовой пены, что расслабляет мышцы, а её запах успокаивает нервы. То, что мне сейчас нужно. Наслаждаюсь моментом, прикрыв глаза. Хочу стереть сегодняшний день из памяти. Забыть про двух хищников, что не дружат с головой. Не стоит мне больше вмешиваться в разборки, где фигурирует Крэйвен.

Спустя час я вылезаю и, обмотавшись пушистым полотенцем, возвращаюсь в прихожую за рюкзаком. Уже из коридора слышу приглушенную мелодию. Ускоряю шаг, а после присаживаюсь рядом и достаю телефон из заднего кармашка на молнии. «Мама».

– Да, мам, привет, – произношу, приняв вызов.

– Ариэль! Почему не отвечаешь? Я уже начала нервничать, – голос мамы испуганный.

– Мам, ну я же не маленькая. Вдруг у меня сейчас лекция, и я не могу взять трубку. Или я в библиотеке, например, и телефон на беззвучном. Не переживай, всё хорошо, – закатываю глаза, вставая и беря рюкзак в руку. Иду в комнату, оставляя за собой мокрые следы на паркете.

– Да что ты говоришь, милая? Я знаю твоё расписание, а в библиотеке и сообщение написать можно. Просто… не заставляй меня нервничать. Я ведь уже час пыталась тебе дозвониться. Чем ты была занята?

Она явно злится на меня. Ох…

– В ванной, мам, – говорю очевидное.

– А… – до неё наконец доходит. – И как я не догадалась, – теперь её голос смягчается и успокаивается. – Ариэль, я звоню тебе сообщить о семейном ужине в субботу. Папа заберёт тебя примерно в три. Будь готова заранее, пожалуйста. Хорошо, дорогая?

Семейный ужин?

– О, здорово! Я уже немного соскучилась по вам. Конечно, мам, я буду готова, – радостно отвечаю, входя в комнату.

– Хорошо. Как учёба?

Мы говорим ещё минут двадцать. Всё это время я сижу на кровати. Она рассказывает про Деймона и его успехи в конкурсе изобретений. Оказывается, что его прибор для определения уровня бодрости работает и вообще занял первое место среди учувствовавших подростков со всего города. Брат всегда был слишком умным и его интересовало почти всё в этом мире. Он постоянно спрашивал родителей обо всём на свете. Папе пришлось многое самому искать в интернете, чтобы рассказать сыну.

Этот конкурс был запущен год назад, куда Деймон записался одним из первых, даже не задумываясь. В его мечтах было создать прибор определения истинности задолго до меток и запахов. Он не очень общителен со многими ровесниками и особенно девочками. И вообще у него взгляд такой, будто ему не одиннадцать, а все двадцать. Он поделился со мной своей мечтой, но для каких целей, так и не сказал. Подозреваю, что ему кто-то нравится. Наверняка решил пойти сложным путём, в этом весь Деймон.

Только вот с прибором определения истинности всё было сложно, и брат последнее время ходил особенно хмурым. И когда сроки подходили к концу, он за пару дней создал то, что в итоге и пошло на конкурс. Ещё и занял первое место. Невероятно.

Думаю, его мечта всё же не для городского конкурса, а гораздо больше. Возможно даже для международного. Но я верю в него и думаю, что в будущем он обязательно создаст то, чего ещё никто не придумал. Точнее, не изобрёл.

После разговора с мамой, я переодеваюсь и иду готовить себе ужин. Пока он готовится, я звоню брату и поздравляю его. Знаю, что ему приятна моя похвала, хоть и слышу в ответ его сухое «спасибо».

Поужинав, я наливаю себе чашку зелёного чая и с ней иду на балкон. Сегодня снова пасмурно и солнца совсем не видно. Разглядываю окрестности, пока слабый ветер играет с моими волосами. Огромная чёрная туча зависла прямо над академией. И хоть сейчас только начало сентября, но едва пожелтевшие листочки уже появились на деревьях, а некоторые и вовсе слетели на землю от сильного ветра.

Делаю глубокий вдох, согревая руки о горячую чашку в руках. Локтями опираюсь на перила, неотрывно глядя на чёрный внедорожник, что снова заехал на территорию академии. Вижу, как к нему подбегает блондинка.

И зачем вообще я наблюдаю за Рэем?.. Будто тут больше смотреть не на что.

Девушка блондинка, которую он к счастью не прикончил, когда я наблюдала за ними сквозь большой цветок, затормозила у дверцы машины, после чего нахмурилась и отошла. Дверь открылась и оттуда вышел… Харди? Он закурил сигарету, смотря прямо перед собой, туда где сейчас шла… Барби?

А дальнейшее произошло всё слишком быстро. Харди, откинув недокуренную гадость, хищно улыбнулся и направился к ней. Набросился на неё сзади и поволок к машине. Барби такое явно не понравилось. Она тонким каблуком вонзилась в его ногу. Он чуть ослабил хватку, дав ей возможность развернуться, после чего она пнула его коленкой прямо по его достоинству. Харди вообще пополам согнулся, а Барби ещё и сумкой его ударила по голове, а потом убежала к домику, что находится через один от меня.

Так вот где она живёт…

Я улыбнулась её выдержке и тому, что она может постоять за себя. Сделала глоток чая, с улыбкой смотря на Аллера, который тоже почему-то улыбался и уже закуривал другую сигарету.

– Ну уж нет, бабник. Можешь засунуть свою улыбочку куда подальше. Барбару тебе не поиметь.

18

На следующий день я больше не видела Крэйвена. Его будто бы вовсе не было в академии, чему я была очень рада. Даже дышать стало легче! Утром на первой лекции меня и Барбару поставили в паре готовиться к проекту, потому что я наглым образом расположилась рядом с ней. Другие мои одногруппники меня так не привлекали, как она. Они все хотели со мной подружиться, подходили и говорили со мной. Одна Барби была со мной настоящей. Без этих милых улыбочек…

По группе прошёлся слух, что я дочь хищника, и что мой младший брат также является носителем превосходной ДНК, поэтому все хотели со мной подружиться. А мне это совсем не нравилось.

В столовую я пришла практически последняя и к своему удивлению не обнаружила Гаспара за нашим столиком. А ведь я сегодня нарядилась для него. Надела чёрную плиссированную юбку и белую рубашку. Но мой обед стоял на прежнем месте. Наверное, Гаспар куда-то вышел…

– Привет! – плюхаюсь рядом с Диего. Друг улыбается и кивает мне, а Барби ковыряет свой салат в тарелке. – А где Гаспар?

– Он приболел. Не пришёл сегодня на учёбу, – отвечает Диего с натянутой улыбкой. Будто бы не искренней, что ли…