Ви и Ро. История одного романа

Предисловие

Это вымученная книга, над которой я работала в очень тяжёлый период жизни. Писала её в течении полутора лет во время самоизоляции. По большей части находилась тогда одна со своими мыслями, переживаниями, эмоциями. Это откровенная история об отношениях из реальной жизни. Здесь воспоминания перемежаются переписками в социальных сетях и записями из личного дневника.

Кое-какие главы давались мне особенно трудно. Во время описания некоторых эпизодов всплывали яркие картинки, сердце сжималось от боли, к горлу подкатывал ком, глаза застилали слёзы. Я прерывалась, давала волю эмоциям и через некоторое время возвращалась к книге снова. Когда приступила к редактуре, старалась глядеть на историю со стороны. Словно я являюсь лишь наблюдателем за жизнью самого близкого мне человека. Улыбалась, вычитывая забавные моменты, радовалась за главную героиню, гордилась ей, сопереживала, мысленно поддерживала, крепко обнимала. А в конце мне действительно удалось абстрагироваться от тех событий.

Эта книга является одним из моих инструментов терапии – отдать эмоции бумаге, погрузиться глубоко в воспоминания, прожить всё, что было не прожито, переосмыслить опыт и отпустить.

Глава I

Знакомство на фестивале

Она оказалась там спонтанно. Подруга заболела и отдала ей свой билет взамен на статью о музыкальном фестивале.

Горнолыжный курорт. Поздний августовский вечер. Ясное звёздное небо. С «Мейна» – главной сцены фестиваля – приглушённо доносился псай-транс. Ей грустно. Допила вино, сидела и ждала чего-то. Хотелось обниматься именно с мужчиной. Так сильно хотелось, что думала попросить обнять её кого-то из парней в лагере. Но не смогла это сделать. Парни были малознакомыми. Только сутки назад первый раз их увидела и не всех ещё успела запомнить. Вообще всего двух людей из лагеря знала до фестиваля: молоденькую подругу, с которой только этим летом начала общаться и бодрого 70-летнего тусовщика. Оба к тому времени уже ушли спать. Подруга – в палатку. Бодрый старик завернулся в свой гамак.

Она замёрзла. Пересела ближе к костру, вокруг которого расположилось несколько парней. Ей хотелось веселья. Сидела и ждала в надежде, вдруг что-то интересное начнётся.

Вскоре появился он. Взбудораженный. Очень высокий, в капюшоне. Лица почти не видно. Вытаращив глаза и активно жестикулируя руками, рассказал, как он и ещё четверо ребят катались на лодке. Трое пьяных её раскачивали. Он боялся, что могли перевернуться. Она оживилась.

Кто-то заговорил о собаках.

– Я больше кошек люблю. Они сами по себе, почти не пахнут и их не надо выгуливать. А собаки слюнявые, воняют псиной и ещё эта их безграничная преданность, – заявила она и изобразила собаку, согнув кисти рук и высунув язык.

– Мне тоже больше нравятся кошки, – произнёс он.

– У меня в детстве был пёс – боксёр Джек. Хороший, но очень слюнявый. Мне хватило этих вынужденных прогулок в любую погоду. Он умел говорить «мама». Мой отец научил. Выдрессировал собаку с помощью блинов. Держал перед носом пса блин, повторял по несколько раз: «Джек, скажи ма-ма, ма-ма». И награждал Джека, когда он басом отчётливо произносил «ма-ма». Отец даже морскую свинку выдрессировал, чтоб она запрыгивала в ящик, в котором жила, – поделилась она своими воспоминаниями. Рассчитывала этим рассказом вывести всех, а в особенности его, на эмоции. Обрадовалась, разглядев на лицах ребят интерес и удивление.

Все общались на разные отвлечённые темы. Но он больше обращался к ней. Разговаривать им было неудобно – кто-то из ребят загораживал обзор. Приходилось отклоняться, чтоб поймать зрительный контакт.

Он спросил, есть ли у кого-нибудь JBL. Один из парней принёс из палатки колонку. Он воткнул через провод свой телефон, включил музыку. Ей понравился один трек. Хотела переписать название в блокнот. Но он сказал, что лучше перешлёт его куда-нибудь. Так они задружились в социальной сети.

Он поинтересовался:

– Кто какую музыку слушает?

Пара человек ответили, но не особо охотно, как ей показалось. У неё же загорелись глаза. Музыка – её любимая тема. Ей нравилось задавать этот вопрос и отвечать на него. С удовольствием перечислила любимые стили.

На «Мейне» вот-вот должно было начаться выступление британца. Ей не нравился псай-транс. Считала этот подстиль примитивным. Но, поскольку ей предстояло написать статью, нужно было заценить одного из хедлайнеров фестиваля. И, кроме того, ей было интересно узнать, отличается ли британский псай-транс от русского.

Все ребята, сидевшие у костра, собирались идти на танцпол. Каждые пять минут подрывались:

– Ну всё, сейчас пойдём.

Но с места не двигались. Ей в глубине души хотелось пойти только с ним вдвоём. В итоге так и вышло.

Уже совсем похолодало, а на нём лишь тонкая ветровка. Ничего не придумал, как нацепить на себя спальник. На ногах кеды за 15 кэсов. Так он сказал. Переживал, как выглядел в спальнике. Её это умилило. На ней – зимняя парка со сломанной молнией, джинсы, которые не жалко, старые потёртые ботинки.

– Да нормальный у тебя прикид. Да и вообще сейчас темно, – успокаивала она его.

Они выбрались из кустов, отделявших их лагерь от главной лесной тропы. На одной из веток в качестве опознавательного знака висела старая игрушка. По дороге говорили о музыке, литературе. Он задавал ей разные неожиданные вопросы:

– Хочешь иметь детей?

– Не знаю. Как получится.

– А я не хочу детей в этом мире. Веришь в Бога?

– Да. Но у меня своя Высшая Сила. Она не относится ни к какой религии. А ты?

– А я не верю.

В лесу была кромешная тьма. Особенно остро это ощущалось, когда они проходили мимо подсвеченных разноцветными огоньками инсталляций, лотков с вегетарианской, веганской и обычной едой, напитками, украшениями, дизайнерской одеждой и аксессуарами с яркими принтами. Отовсюду доносились приятные запахи благовоний, расслабляющий чиллаут и регги. У некоторых палаток парни и девушки с дредами и светившимся в темноте макияжем стучали на барабанах.

– Книги читаешь? – поинтересовался он.

– Давно не читала книг. В основном посты в социальных сетях и всякие статьи. А ты?

– Слушаю аудиокниги.

Рассказал о книге, которую тогда слушал.

– Мне трудно воспринимать информацию на слух. Я кинестетик. Вообще больше сама пишу.

– Что пишешь?

– Посты, рассказы. Сейчас книгу заканчиваю.

– Круто! О чём книга?

– Ну это нон-фикшн.

– Что такое нон-фикшн?

– Нехудожественное произведение.

Она вкратце изложила содержание первой книге, над которой тогда работала.

Когда череда лотков закончилась, снова наступил мрак. Она ничего не видела. Фонарика с собой не было. Телефоны у обоих разрядились. Шли почти на ощупь за людьми. На мгновенье она потеряла его из вида. Встревожилась, что не найдёт его и останется одна. При этом ей казалось, что ему-то, наверное, всё равно: что с ней, что без неё. Но, когда кто-то из шедших навстречу людей подсветил дорогу, она заметила его. Увидела, как он озирался по сторонам, разглядел её и подошёл. Она поняла, что заблуждалась и успокоилась.

Главный танцпол находился в болоте. Об этом ей поведал он и продемонстрировал наглядно. А она и не заметила прошлой ночью, когда ходила туда с подругой. Большой шатёр в центре психоделично светился так мощно, что сменявший друг друга свет белых, красных, жёлтых, зелёных, синих, фиолетовых огней распространялся над лесом на пару–тройку километров. На экране за диджейским пультом воспроизводились кислотные картинки. Несколько фаерщиц в нарядных топах и широких штанах, извиваясь под музыку, ловко жонглировали огненными снейками, металлическими веерами и чашами.

Они перешли деревянный мостик, постояли пару минут немного в стороне от танцпола. Британец не впечатлил. Разницы между его творчеством и русскими псай-транс исполнителями, она не уловила. Объявила:

– Всё, я уже наслушалась. Может пойдём?

– Пойдём.

Вернулись к центральной части фестиваля, где располагались лотки. Он заказал по шоту лимончелло. Предложил спуститься на пляж к озеру. Она охотно согласилась. Старалась быть сдержанной, не показывать вид, что ей кайфово и любопытно: что же будет дальше. Внутри же всё кричало от восторга.

На пляже почти никого не было. Они остановились на песке на волейбольной площадке. Он постелил свой спальник. Кое-как устроились на нём. Лёжа пялились на ясное звёздное небо, болтали. Вдруг начался звездопад. Каждый раз, когда падала очередная звезда, она собиралась загадать желание, но не успевала. Он шутил, она смеялась. Укутывал её ноги краем спальника. Боялся, что могла замёрзнуть. Ей была приятна и удивительна забота незнакомца. Всё казалось слишком динамичным и нереально романтичным.

– Ты замужем?

– Да, но мы разъезжаемся. Уже месяц жду, когда муж съедет.

– У меня давно не было девушки.

В тот самый подходящий момент он еле слышно произнёс:

– Я не решусь тебя поцеловать… или решусь.

Она повернулась к нему, посмотрела в глаза. Они одновременно потянулись друг к другу и поцеловались. Он обнял её, начал ласкать её тело губами, руками. Она была не против, закрыла глаза. Почувствовала, как набухли соски, как горячо и влажно стало между ног, как по всему телу поползли мурашки. Он полез к ней в штаны. Смочил свой палец слюной, а затем медленно и аккуратно засунул в попу.

– В порнухе насмотрелся.

Она ещё сильнее возбудилась, тихо застонала от удовольствия. Он предложил пойти к нему в палатку. Она согласилась не раздумывая, не только потому, что ей хотелось продолжения. Прошлой ночью теснилась в крохотной палатке вместе с подругой, а он один – в большой пятиместной.

По дороге с пляжа он взял её за руку. Она улыбалась, наслаждалась моментом.

В лагере она перенесла большую часть своих вещей к нему в палатку. Когда расстелили её пенку и спальники, выяснилось, что он отдал свои презервативы другу, который жил в другом лагере. А друг унёс их в машину, припаркованную на холме за пределами фестиваля.

– Я сгоняю. Подождёшь?

– Хочу пойти с тобой.

– Хорошо.

Подумала, что будет скучно, тревожно ждать. Да и знала, что поход мог затянуться надолго.

Он позвонил другу, тот попросил купить ему шаверму. Заказали её в одном из лотков. Ждали, пока приготовится минут двадцать или больше.

Лагерёк, в котором обитал его друг, располагался в крайне неуютном месте посреди поляны между двумя танцполам. Друг вылез из палатки, перекинулся с ним парой фраз и ушёл наверх. Его возвращения им пришлось ждать очень долго. Стояли у костра. Парни в том лагере вызвали у неё отвращение. Внешне казались противными, помятыми и энергетика их её отталкивала. Один подошёл к ним, спросил у неё с ухмылкой и хищным взглядом:

– Как дела?

Ей стало не по себе, вздрогнула. Внутри всё сжалось в комок. Промолчала. Он будто почувствовал её испуг, взял за руку, и хищник отстал.

Когда вернулись в свой лагерь, уже начало светать. Забурились в его палатку. Страстные поцелуи, торопливое раздевание. Она, наконец-то, разглядела его лицо: симпатичное и очень молодое. Спросила, сколько ему лет. Удивилась, что он на несколько лет младше неё.

– Как думаешь, сколько мне?

Один из немногих почти угадал её возраст, всего год убавил. Обычно ей меньше лет давали. Снова удивилась, что он так спокойно назвал это число, словно для него такая разница в возрасте была обычным делом. «Oго! Это что-то новенькое. Почему он ровесницу не выбрал? Их же тут полно. Да пофиг», – промелькнуло у неё в голове.

Она почувствовала его волнение, которое передалось и ей. Секс так и не удался. Презервативный квест оказался напрасным. Орально удовлетворить друг друга у них тоже не получилось. Ей было очень приятно, на грани. Но люди у костра мешали своей болтовнёй. Она не могла стонать в полную силу, сдерживалась, поэтому полностью расслабиться не вышло.

Ей понравилось его тело, нежная кожа. Хотя он сетовал, что грязный, что мечтал о том, чтоб помыться, его запах возбуждал её. И целоваться с ним было кайфово: ощущать его мягкие пухлые губы, подвижный язык.

После нескольких неудачных попыток удовлетворить друг друга, они, наконец, сдались. Улеглись каждый в свой спальник.

Всё это время музыка какофонично доносилась до них с двух танцполов – с Мейна и Техно-сцены. Спать под гулкие басы дарк-транса было тяжело даже в бирушах. К тому же она была перевозбуждена от всех событий бурной ночи. Так и не заснула, ворочалась до утра. Он тоже не спал.

Рано утром она услышала звук шагов и шуршанье у палатки. Мужской голос позвал его. Он вылез, застегнул молнию. Это были знакомые его друзей, которые накануне просили, чтоб он приютил их у себя. Отказал им, объяснив, что не один. Она еле расслышала неприятные реплики, сказанные парнями в её адрес. Их слова её задели. Ей хотелось, чтоб он её защитил, дал отпор. Но он никак не отреагировал на это, из-за чего она почувствовала досаду.

Когда солнце было уже высоко, она услышала голос подруги. Та не могла её найти, звала её по имени. Спрашивала у всех в лагере о ней. Но ей не хотелось откликаться. Да и в целом не было желания выходить к людям, ощущала ежеутреннюю социофобию.

Они лежали в обнимку, нежно гладили друг друга. Она периодически выхватывала из общего гомона куски эпических рассказов бодрого старика о путешествии по Таиланду. Смеялась. Он удивлялся, как ей удавалось что-то расслышать.

Позже он встал, оделся.

– Пойду до друзей.

Обещал, что они вместе отправятся искать душ на пляже, когда он вернётся. Она предложила спуститься на пляж на подъёмнике, добавив:

– Хочу целоваться в кабине.

Он улыбнулся, надел кеды и ушёл.

Она ещё повалялась. Затем встала, надела голубую майку и короткие джинсовые шорты, поскольку стало жарко. Неторопливо позавтракала. Не знала, как убить время до его прихода. Сходила до Техно-сцены, потанцевала. Заметила его у палатки с едой. Несколько минут колебалась прежде чем подойти к нему. Он заявил, что придёт позже. Она вернулась в лагерь, пообедала. Ждала его, маялась от скуки. Подруга к тому времени уже уехала вместе с бодрым стариком.

Он вернулся с парой друзей ближе к вечеру. Расстелили пенку у его палатки. К ним подсели ещё несколько ребят из лагеря, накурились. Она налила красное вино в бокал, легла в гамак, висевший поодаль. Валялась и наблюдала за ним, рассматривала. Он казался потерянным. Постоянно озирался по сторонам. Вроде бы смеялся над шутками, но был как будто отстранённым. В глубине души она чувствовала обиду из-за того, что он не выполнил обещание и даже не подошёл к ней. Но не позволяла себе обижаться. Ей казалось, что она не имела на это права.

Красиво лежать со стаканом вина в гамаке у неё не вышло – облила майку. Пришлось переодеться снова.

Когда друзья свалили, она направилась к его палатке. Намеревалась забрать свои вещи и надеть на себя что-то тёплое, поскольку солнце уже садилось и постепенно начало холодать. Когда увидела, как он аккуратно, бережно складывал её одежду, обомлела и растаяла. Залезла внутрь, надела леггинсы. Он лёг поперёк. Она положила голову ему на живот. Ей нравилось, что он немного разговаривал. Сама не любила пустую суетную болтовню. С ним она чувствовала себя комфортно, спокойно и безопасно. Попробовали ещё раз заняться сексом, но и эта попытка оказалась неудачной.

Оделись, полежали ещё немного и начали собираться. Помогли друг другу заталкивать спальники. С большим трудом запихнули его огромную палатку в чехол. Ей понравилось делать это вместе с ним, почувствовала сближение. Хотя обычно укладывание вещей вызывало у неё раздражение.

Закончив сборы, они и ещё несколько человек сели греться у костра, доели остатки еды. Ждали, когда парень, вызвавшийся развозить ребят из лагеря, вернётся после первой ходки, чтоб доставить их с территории фестиваля до шоссе. Её там должен был встретить муж на машине, а его – такси.

Он сначала рассчитывал уехать в город вместе с остальными, но все места в машине были заняты. Стал искать в приложении такси. Ценник на поездку оказался очень высоким. У неё мелькнула мысль предложить ему поехать с её мужем на машине, но тут её же отсекла.

Через несколько часов водитель вернулся. Перед тем, как сесть в авто, она подумала, что потом, возможно, им не удастся попрощаться. Подошла к нему и крепко обняла. Вновь почувствовала тепло.

Когда проехали КПП, он вышел. Она тоже хотела выйти, ещё раз попрощаться, но не решилась. Осталась в машине и наблюдала, как он грузил вещи в багажник такси.

Глава II

Переписки

По дороге домой она включила мобильник, увидела вчерашние сообщения от него с парой треков. Воткнула наушники, прослушала. Послала эмодзи с воздушным поцелуем. Он ответил обнимательным эмодзи.

На следующий день с раннего утра у неё возникло сильное желание написать ему. Хотела продолжить общение, увидеться ещё. Долго думала над словами, переписывала несколько раз фразу и, наконец, отправила:

– Привет! Хочу ещё с тобой встретиться. Закрыть секс-гештальт (ухмыляющийся эмодзи).

Она не могла сидеть на месте, слонялась из угла в угол. Внутри всё будто горело и пульсировало. В голове крутились мысли: – «Может зря написала? Надо было что-то другое или вообще не стоило ничего писать. Не нужно было этот дурацкий эмодзи вставлять. Наверняка он посчитает меня навязчивой и отвергнет предложение. Что, если я вообще ему больше не интересна?»

Она часто проверяла телефон: не заходил ли он в сеть, не написал ли. Он долго не появлялся. Несколько раз в течение дня она замечала, что он был онлайн, но сообщение не открывал. Её тревога нарастала. И только вечером, когда он, наконец, ответил, она немного успокоилась.

– Привет! Я не против, но у меня негде.

– А что-то придумать?

– Если только номер снять.

Она размышляла, взвешивала: приемлемо ли для неё встречаться в каком-то съёмном жилье и действительно ли она именно этого хотела. Через час написала:

– Да.

– Поищи варианты.

– Хочу, чтоб это сделал ты.

– Хорошо.

Договорились встретиться на выходных. На следующий день он прислал ей трек, поинтересовался у неё:

– Как продвигается твоя книга?

– Ну так (эмодзи со сжатыми зубами). Пытаюсь успеть отредактировать в срок.

Ей было приятно его внимание. Удивилась, что он помнил, о чём она рассказывала ему на фестивале.

Позже он прислал пару селфи с голым торсом в зеркале. Написал, что недоволен своим телом.

– А мне нравится твоё тело.

– Я не особо критичен к себе. Но объективно оно дряблое.

Скинул фото в профиль.

– А так?

– Да всё у тебя отлично. Я раньше постоянно акцентировала внимание на изъянах во внешности, не умела воспринимать свой образ в целом. Не принимала себя. А теперь я больше себе нравлюсь. И знаю, что красотка.

– У тебя есть музыкальное образование?

– Нет. Училась пару лет играть на гитаре. Потом надоело. Вокалом немного занималась, но тоже бросила. А у тебя?

– Учился в музыкалке по классу фортепиано. Но закончил с трудом.

– Круто!

Затем он отправил ей отрывок записи электронной музыки, который сам сочинил.

– Мне понравилось. Сама мечтаю сочинять электронику с собственным вокалом.

– Ну сочинять не так сложно. Гораздо труднее воспроизводить.

– Предполагала, что всё это непросто.

«Спустил с небес на землю», – с досадой подумала она.

Посреди недели у него был выходной. Днём написал:

– Разобрал сумку с фестиваля (эмодзи, демонстрирующий бицепс)

– Мой рюкзак так и стоит неразобранный. 1:0 в мою пользу по прокрастинаторству (эмодзи с одним закрытым глазом и высунутым языком).

Позже он спросил:

– Где удобнее снять апартаменты?

Она жила за городом. Предложила искать недалеко от железнодорожного вокзала.

– Ок. В какое время сможешь?

– Думала про вечер. Но как-то странно планировать секс на определённое время. У меня не было такого опыта.

– У меня тоже. А на ночь тебя отпустят?

– Ну я взрослая девочка. Могу и на ночь. Главное придумать, что соврать, чтоб убедительно звучало.

Он скинул ей вариант. Там стояла другая дата – через месяц.

– Это же сентябрь!

– Дату забыл поменять (смеющийся эмодзи). Ищу отель на отпуск.

– Куда собираешься?

– На Кипр с друзьями.

– Круто! Завидую. Давно на море не была.

– В первой хотели с семьёй поехать.

– В первой?

– Ага. Но старший брат не смог.

Спросила, потому что смутило словосочетание «в первой». Раньше не слышала такого. Но его ответ про брата вызвал больше любопытства.

– Сколько у тебя братьев, сестёр родных?

– Два брата. Я средний.

– У меня две сестры. Тоже я средняя (улыбающийся эмодзи).

Позже прислал другой вариант на нужную дату. Она одобрила.

Ей хотелось его заинтриговать, поделиться своим творчеством и самое главное – получить похвалу.

– Хочешь почитать мой эро-рассказ?

– Давай, я как раз накурился.

Её это встревожило.

– Часто накуриваешься?

– Зимой нет. Летом чаще.

Она вспомнила, как в его возрасте и сама летом часто накуривалась. Рассказала про компанию алко-нарко друзей из района, с которыми раньше много пила и периодически употребляла наркотики.

– А после переезда за город перестала с ними видеться. И не тянет.

– Потому что они плохие?

– Не-а. Вообще считаю, что нет таких понятий «хорошо» и «плохо», «правильно», «неправильно». Главное, как человеку самому от того, что он вытворяет или не вытворяет.

– Кстати, об эгоизме. Хочу твой эро-рассказ.

Отправила. Он оценил положительно, ей это польстило.

Через некоторое время задал вопрос:

– А ты ничего не теряла на фестивале?

– Вроде нет. А что?

– Обнаружил в палатке женские трусы. Возможно это девушки брата, но не уверен.

– Ну я вполне могла забыть. Может фото пришлёшь?

– Лень вставать.

Тема с наркотиками не давала ей покоя. Уточнила:

– Собираешься пыхать перед встречей?

– А что?

– Если да, то можешь отменить бронь.

– Ок.

– На счёт чего ок?

– Пока не знаю.

На следующий день она спросила:

– Ну что там с трусами?

– Девушки брата оказались.

– Забавно (улыбающийся смайлик с открытым ртом).

– Почему ты не хочешь, чтоб я накуривался?

– Не хочу и всё.

Его этот ответ не устроил. Настаивал, чтоб она объяснила, что её на самом деле беспокоило. Она не хотела отвечать прямо, но и соврать не могла. Сказала только часть правды:

– Ну блин, в прошлый раз секс не получился. И вообще хочу быть на одной волне.

– Ок.

Она опасалась, что он чересчур инфантильный из-за пристрастия к гашишу и молодого возраста. Пыталась не воспринимать его всерьёз. Предполагала, что с ним возможно только лёгкое общение и телесный контакт. В тот момент искала потенциального партнёра для секса на сайте знакомств, чтоб после разъезда с мужем было с кем удовлетворять сексуальное желание. В ближайшее время не хотела серьёзных отношений. Но с каждым днём всё сильнее тянуло к нему.

Накануне свидания он спросил:

– Во сколько встретимся?

– Не знаю. А во сколько можно заселяться?

– В 14:00. Там почти на сутки бронь.

– Ого!

– Может встретимся днём, погуляем?

– Может.

Она желала побыть с ним подольше. Но боялась, что что-то могло пойти не так. Боялась, что встреча могла не состояться. Боялась, что он мог пропасть внезапно. Боялась, что могло быть скучно. Хотя общение шло легко. Обсуждали литературу, кино, сериалы, секс. По большей части интересы совпадали.

Он закидывал её музыкой. Многие треки пришлись ей по вкусу. Её друзья, знакомые слушали в основном популярных исполнителей, она же предпочитала малоизвестную качественную электронику. Когда-то даже написала пост о своих музыкальных пристрастиях, о том, что хотела найти единомышленников, с которыми могла бы обмениваться годными треками. Но откликнулся только один странный парень, который вскоре пропал. Теперь же радовалась, что появился тот, с кем можно делиться любимой музыкой.

– Твои истории по стилю написания напоминают Маккарти Кормака. А конкретно «Дорогу».