Главная Злодейка

Глава 3

Я едва успела перекинуться парой слов со служанкой, преданной Силиции. В этом мне помогла драгоценная пуговица, разве что «с мясом» не оторванная от платья. Сопровождающий слуга намётанным взглядом оценил инкрустированные в неё камни и сделал быстрый знак рукой, показав три пальца.

Три минуты? Обдиралово!

– Моя королева… – заныла было служанка, когда мы остались одни. – Моя бедная-бедная девочка… Как же так…

– Фирра, уймись! Меня не казнят! – строгим шипением оборвала я её причитания. – Скажи, те вещи, они ещё у тебя?

– Да, госпожа, всё в надёжном месте… – влажными ресницами ошалело захлопала служанка.

– Тогда слушай и запоминай, – подхватила её под локоток и отвела подальше от дверей. – Завтра, когда все будут заняты лицезрением моей казни, ты найдёшь на конюшне самого резвого коня. Уложи те вещив седельные сумки, и как можно скорее тот конь должен оказаться на постоялом дворе «Тёплый кров», что находится на торговом тракте, ведущем в сторону границы с империей…

– Ваша Лазурь не подойдёт? – понятливо покачала головой Фирра.

– Верно, – любимая кобыла Силиции была редкой голубовато-жемчужной масти. Второго коня настолько редкого окраса сложно было найти. Брать её всё равно, что лично мишень себе на лбу нарисовать. – Подбери скакуна привычного цвета: рыжего или гнедого. Особо голову не ломай, в королевской конюшне они все ходкие. К вещам добавь два комплекта мужской одежды: штаны, рубаху, пояс и сапоги. Пару простых платьев, запас провизии…

– Вы планируете бежать с… казни?.. – прижав ладонь ко рту, прошептала служанка.

– Меня не казнят, а помилуют. Его Величество тот ещё тупица, но не совсем дурак, – ухмыльнулась я. – Лучше скажи мне, как я могу с тобой связаться? Есть проверенные люди, которым ты доверяешь?

– Да, есть… Это… – мне пришлось накрыть ей ладонью рот, пока она не проболталась, и её не услышали не те уши.

– Хорошо, положи записку с их контактами в мои вещи. И ничего больше не пиши и не клади такого, по чему можно было бы понять, что я – это я. Поняла?

Служанка активно закивала, и я убрала руку от её лица.

– Время! – важно известил слуга, широко распахнув двери.

Вот же мерзость! Три минуты ещё не кончились!

– Госпожа… – разразилась слезами Фирра, когда я её обняла.

– Будь сильной, – прошептала ей на ухо.

В покои вошли стражники, силком оторвали от меня женщину и вывели её, плотно притворив за собой двери.

Всё стихло.

Было слышно лишь, как громко отмеряют время тиканьем напольные часы.

Я огляделась, проходя из одной комнаты в другую. Большие покои…

Но тогда, когда они были наполнены фрейлинами и слугами, Силиции они казались невероятно маленькими. Намного меньше, чем были её комнаты в отцовском императорском дворце. А она ведь была пятнадцатым ребёнком!

Открыв двери в гардеробную, я окинула равнодушным взглядом ряды платьев. Многие из них Силиция надевала лишь раз: моветон, если королева не может себе позволить новый наряд! Поэтому большинство не задерживались здесь, их Силиция дарила лебезливым фрейлинам: баронессам и маркизам, не считавшим зазорным донашивать за ней. Тем более что драгоценности с нарядов никто не отпарывал перед отдачей.

Какое расточительство!

А вот те, что тут висели, были украшены и расшиты каменьями так, что их в казну под охрану отправить было не грех…

Кстати! Прежде, чем я доберусь хотя бы до начала запланированной мной операции, мне же нужно на что-то жить? Вон как слуга лихо сцапал пуговицу…

Ни Вилла, ни Джонатан не обеднеют, если отпорю украшения с нескольких платьев: всё равно новая королева не наденет их после бывшей.

Только вот… Мне требовалось орудие, которым можно было бы совершить сей факт вандализма. Вспомнив про нож для бумаг, я вернулась в комнату-приёмную, где стоял красивый секретер. Ножа там не было. Как не оказалось и маленького кинжала в одном из ящиков.

Силицию обезоружили. Наверное, из страха, что она нападёт на кого-нибудь и сделает с собой что-нибудь, испортив палачам завтрашнее удовольствие.

Что ж, пуговицы придётся отрывать так, руками.

Вот только от жутко затянутого платья и корсета ещё избавиться бы!

Я прошла в спальную, повернулась спиной к большому зеркалу и попыталась развязать завязки. Но, как и ожидалось, лишь туже затянула узлы.

Вот что за невезение!

Однако стоило этой мысли проникнуть в голову, как я обнаружила на кровати Силиции кинжал и записку.

«Используйте его с умом», – гласило послание.

Как интересно… Ничего такого в книге я не планировала. Что хочет сказать этот анонимный доброжелатель? На что намекает? Предлагает Силиции убить Джонатана, беременную Виллу или себя?

Впрочем, это не столь важно, потому сейчас, когда фокус повествования смещён на главных героев, вполне могло случиться нечто подобное, но Силиция просто не воспользовалась этой явно подставой.

Умная девочка!

А мир-то, оказывается, у меня получился своенравный… весь в меня!

Я взяла клинок в руки и осмотрела его. Острый. И наверняка пропитан ядом. Если помыть, станет отличным орудием для срезки пуговиц. Но чистить им фрукты лучше поостеречься.

Сбором сокровищ я занялась незамедлительно. Прошла в купальню и тщательно вымыла кинжал. Вытерла полотенцем и прошествовала с ним в гардеробную, расплываясь в по-детски счастливой улыбке: ща развандалю тут всё!

* * *

Пуговиц и маленьких украшений набралось прилично, полный мешочек. Кажется, придётся его половинить, иначе честно добытое будет тяжело спрятать в декольте. А я ведь брала с каждого платья чуть-чуть!

Даже поныла от жадности немного… А потом сдалась и высыпала половину награбленного в уголок, где эту кучку не сразу заметят. Сам мешочек с оставшимися ценностями спрятала под подушку на кровати: так надёжнее. Всё равно служанки ко мне не придут минимум до завтрашнего утра, так что….

Встала перед зеркалом, задумчиво взвешивая кинжал в руке: если изловчиться, получится им завязки на спине перерезать? По-другому это платье-то не снять…

– Ваше Величество! – заставил меня испуганно подпрыгнуть громкий возглас, а из рук хлёстким ударом магии выбили клинок.

– Лорд Энгрин… – зло прошипела я, оборачиваясь. – Вы с ума сошли?! Что вы делаете?!

Эльф окатил меня холодным презрением:

– Это я у Вас хочу спросить. Зачем Вам кинжал?

Честно признаться, я даже немного зависла. Посмотрела на валяющееся наполу оружие, взглянула на красивую, но каменную морду эльфа, снова перевела взгляд на кинжал… И только тут до меня дошло, что Риан вполне мог решить, что я надумала покончить жизнь самоубийством. Красиво и пафосно, прямо напротив зеркала…

– Видите ли, глубокоуважаемый лорд, – тщетно сдерживая улыбку, пояснила я. – Трудами Его Величества я осталась без служанки. Хотела принять ванну, но этот наряд сложно снять самой без посторонней помощи. Поэтому решила просто разрезать завязки. А раз уж вы оказались здесь, не поможете своей пока-ещё-королеве?..

Повернулась обратно к зеркалу и оглянулась на эльфа, чуть поведя плечом и затрепетав ресницами.

Риан нахмурился, кашлянул, подошёл ближе и опустил взгляд, осматривая завязки. Я отвернулась, но продолжила цепко наблюдать за его лицом через зеркало. Судя по нему, там всё было крепко-накрепко перепутано.

– Попробуйте ртом… – томно произнесла и моментально насладилась вытягивающимся лицом мужчины, настолько двусмысленно это прозвучало. – Или тем клинком, который вы прячете… в штанах…

Фу, какая я пошлячка! Аж самой стыдно…

Вру, нисколечко не стыдно, ах-хах!

Брутальный мужчина, краснеющий, подобно юной девице… встречали такое? Нет? Жаль, весьма будоражащее зрелище. А этот ещё и красавчик-эльф, м-м… непередаваемый эндорфиновый коктейль!

Несколько дёрганым движением Риан выхватил из-за пояса короткий нож и парой взмахов вспорол платье.

– А не боитесь… – рыкнул было он, но я его перебила:

– Чего? Что ваша рука неловко соскользнёт и вы «случайно» перережете мне горло? – и тут же весело отмахнулась: – Нет, нисколько. Вы же понимаете, что если Виллочка лишится завтрашнего зрелища, она вас со свету сживёт? – эльф досадливо засопел, и я перевела тему: – Ещё корсет вспорите, пожалуйста…

Риан подчинился, а я не сдержала громкого стона наслаждения, когда эти проклятые тиски перестали сжимать мои бока. Лёгким движением рук сбросила с себя пыточные орудия, позволив платью и корсету соскользнуть к ногам.

– Ваше Величество!.. – в смущении воскликнул эльф и торопливо опустил голову, когда я осталась в одной нательной сорочке, длиной едва доходящей мне до бёдер. Такой тонкой и невесомой, что сквозь неё прекрасно были видны полушария груди с напрягшимися сосками.

О да, Силиция была красоткой! Не чета этой Вилле…

– В чём дело, лорд Энгрин? Что естественно, то не безобразно, – хохотнула я, наслаждаясь его реакцией. – И вы, и я давно уже не девственны, чтобы стыдиться обнажённого тела… Или я о вас чего-то не знаю?

С удовольствием подколола, прекрасно зная, что в самом начале книги Риан активно отбивался от одной из фрейлин, будто бы беременной от него. Вывести на чистую воду лгунью ему, кстати, помогла Силиция…

Но кто ж теперь об этом вспомнит?

– Вы замужем… – глухо пробормотал он, убирая кинжал обратно за пояс и нарочито не глядя на меня.

– О, вам ли не знать, насколько это временное явление? – не удержалась от плевка ядом. Риан благоразумно промолчал. Я указующе протянула руку в сторону кресла: – Подайте, пожалуйста, халат.

Эльф подошёл, взял его и помог мне облачиться, всё так же не глядя на меня.

– Я собиралась купаться, – запахнув полы и завязав пояс, я повернулась и посмотрела Риану прямо в глаза. Из-за того, что я стояла очень близко, а его рост превосходил мой, ему не удалось спрятать взгляд. – Не желаете потереть мне спинку? – состроила милое личико и невинно улыбнулась.

А он…

– Простите, Ваше Величество, мне пора.

…банально сбежал.

Чего приходил-то, спрашивается?

* * *

Впрочем, вечером лорд Энгрин посетил мою скромную обитель ещё раз.

К этому времени уже стемнело, и покои наполнила промозглость. Используя магию, я зажгла камин и свечи, что до сих пор стояли в качестве украшений в канделябрах. Магические светильники включать не хотелось: на улице заморосил дождь, стуча мелкими каплями в окна, а тёплый подрагивающий свет от пляшущего огня наполнял комнату уютом.

Я сидела в кресле, попивала лёгкое вино, самым безобразным образом закинув ноги на секретер, и читала письма Силиции.

А интересная получалась вещь! Пока фокус повествования был сконцентрирован на главных героях, здесь, во дворце, персонажи не вставали «на паузу», а продолжали жить. То есть события развивались как бы автономно, без пригляда автора-бога.

Не значит ли это, что после того, как история получит законный «хэппи энд», я потеряю статус создателя? Что станет с моей магией? Сейчас я владею всеми стихиями, как и положено божеству, уже проверяла, а что потом?..

Он ворвался без стука и даже без предварительного объявления.

– Ваше Величество!.. – проговорил и запнулся, остановившись и оглядываясь, будто налетел на невидимую стену. – К Вам кто-то заходил? – строго осведомился.

– Нет, с чего вы взяли? – откликнулась я, даже не подумав принять более-менее приличную позу.

И я нисколько не кривила душой: никого не было. Все будто про меня забыли, даже еду не приносили. Слава богам, я додумалась изначально сотворить в этом мире нормальный водопровод и канализацию, иначе бы до кучи ко всемутут стоял невыносимый смрад из-за полного ночного горшка.

– Камин и свечи, – эльф жестом обвёл комнату. – Кто их вам зажёг?

– Сама, – пренебрежительно дёрнула плечами. – Лорд Энгрин, пусть для вас это не станет открытием, но камин вполне возможно развести одной спичкой. От этого огня зажечь свечу и от её пламени запалить остальные… Можете представить себе такое колдунство?

Эльф пропустил издёвку мимо ушей и кивком указал на бумаги:

– А это что?

– А это, дорогой Риан, – вздохнула я, – подтверждение моей редкостной глупости и наивности… Которое годится теперь лишь на то, чтобы растопить камин… А вы зачем пришли? Решили воспользоваться моим предложением потереть спинку? Разочарую, вы опоздали, я уже помылась.

Слишком уж нарочито не глядя на мои ноги, Риан шагнул к столу, протянул бумаги и кошель:

– Его Величество просил передать Вам.

А, муженёк исполняет свою часть сделки… Хорошо.

– Я думала, он попросит Виллу, а не вас, – вновь не удержалась от колкости. – Ей ведь наверняка не терпится с кем-то поделиться счастьем. С кем же ещё, как не со мной? Мы ведь с ней спали с одним и тем же мужчиной…

Я замолчала, заскользив по строчкам глазами.

Тильда Свин… Вдовая крестьянка.

А Джонатан-то — мстительный говнюк! Сам имя выбирал или зазноба подсказала? Документы на владения тоже ничего мне не говорили: дом и надел в два акра…

Ну да, куда крестьянке давать графство или баронство?

Впрочем, я на его подачку надежд и не возлагала.

Однако любопытно было бы взглянуть… Вот верну себе карту, она-то и покажет мне эту «усадьбу».

– Полагаю, вам должно быть понятно, почему Его Величество оберегает свою суженую от встреч с вами, – сказал Риан, едва я закончила читать и швырнула бумаги на стол к прочим. – Вы подсылали к ней убийц…

– Видите ли, дорогой лорд Энгрин, я только имела намерение на убийство, а вы и король Джонатан убивали. Если мне не изменяет память, Маливилла тоже успела обагрить ручки в крови по локоть. Намерения против действия – чувствуете разницу? Только вот же ирония судьбы, завтра судить будут не кого-то из вас, а меня…

Да, всё так. Силиция пару раз подсылала наёмников, но из-за неспокойной обстановки на окраинах страны нападений на героев было больше. Во время одной из потасовок в таверне перепуганная Вилла, не разобравшись в ситуации, пырнула парнишку ножом. Не наёмника. Обычного подростка, решившего, что он уже взрослый и что можно выпить и ввязаться в спонтанную драку со взрослыми дядьками. Тем более в тех местах подобное – обычное дело: других же развлечений нет.

А тут, на его несчастье, наша боевая травница. С ножом. Который ей дал Риан. Для самообороны, а не чтобы нападать на кого-то с тыла.

М-да… бедный пацан…

Автор – сволочь.

Но иногда приходится добавлять раненых котят с перебитыми лапками, ползущих к мёртвой маме-кошке, когда читатели начинают явно скучать. Это просто троп, ничего личного.

Эльф хотел что-то возразить, но я сделала жест, повелевая ему молчать.

– Не нужно, лорд Энгрин. Я понимаю, война – такое дело: победителей не судят. Кто прав, кто виноват – всегда решают после… Я проиграла, и по законам жанра судить будут меня, даже если на моих руках как раз-таки ни капли крови… Но гнетёт сейчас меня не это, а то, что я была наивна и слепа, пока мной беззастенчиво пользовались и нагло лгали…

Я потянулась и взяла из стопки бумаг листок. Чуть повернулась к огню от камина, чтобы удобнее было читать:

– Вот, послушайте: «Дорогой супруг мой, я давно не получала от Вас вестей, и меня тревожат мысли о том, как Вы там? Всё ли с Вами хорошо? Здоровы ли Вы? Здоров ли лорд Энгрин? Удалось ли подавить мятеж, о котором он мне писал»…

Замолчав, я посмотрела на эльфа. Ложное донесение о вспыхнувшем восстании придумал он, чтобы успокоить Силицию и прикрыть зад Джонатану, встретившего свою истинную и позабывшего обо всём на свете. Королева никак не могла взять в толк, из-за чего её супруг не возвращается в столицу и не отвечает на её письма. Она уже намерилась собрать войско и явиться сама, и тогда верный пёс пошёл на ложь, чтобы успокоить рогоносицу…

А сейчас, буквально пару десятков минут назад, горячо любимый хозяин пса указал своему Барбосу на выход…

Эльф опустил глаза и молчал. Действительно, что тут скажешь? Теперь он от меня недалеко ушёл: я обменяла казнь на ссылку, а его сослали за верную службу…

– Теперь это всё годится лишь для растопки камина… – проворчала и швырнула листок в огонь.

– Вы его любили… – пробормотал Риан так тихо, что мне подумалось, что послышалось.

– Любила? – переспросила, и он едва заметно кивнул. – Не знаю… Сейчас, когда во мне кипят негативные эмоции, сложно судить, любила ли я Джонатана тогда… Но пока неоспоримо лишь одно: я сожалею, что в тот момент преступно мало любила себя.

Глава 4

Дождь шёл всю ночь и не утихал. В книге он стал мрачным символом душевных терзаний героини: страхом, что если помиловать Силицию, однажды она вернётся и всё-таки убьёт её. И в то же время Вилла, узнав, что беременна, хотела, чтобы череда смертей вокруг неё прекратилась…

Во мне эти размышления порождали лишь циничное хмыканье: когда любишь зверюшек, не нужно устраиваться на бойню. То же самое было и с королевским двором. Платья, драгоценности и балы – лишь красивый фасад, а на деле всякий дворец похож на могильный склеп: каждый день новые трупы. Те же слуги, что пробуют пищу на яд, мрут пачками…

Пришедшие утром служанки принесли платье, больше подходящее какой-нибудь монашке: грубое коричневое сукно и ни грамма украшений. Однако отражение в зеркале явило, что Силиция даже в нём оставалась редкой красавицей. Вот что значит порода!

Эта попытка унижения была всё равно что запрячь породистую кобылу в старую телегу: её красота и стать никуда не делись, несмотря на все старания. И служанкам оставалось только раздражённо шипеть и цыкать себе под нос.

Улучив минутку, я достала из-под подушки мешочек с честно награбленным и сунула его себе за пазуху. Бумаги и кошель с монетами от Джонатана положила в карман платья уже открыто, никого не стесняясь: королевская печать на них удержала служанок от прикосновения к ним, иначе магия сильно покарала бы за это.

К месту «казни» я прибыла на чёрной карете и как раз к тому времени, когда там уже все собрались. Поднявшись на эшафот, равнодушно оглядела дыбу, гильотину и висельницу: палачи, не зная, какое наказание ждёт бывшую правительницу, перестраховались и подготовили всё сразу.

Джонатан восседал под специально построенным навесом, укрывающим знатных особ от дождя. Место Силиции рядом с ним теперь занимала Вилла. И её голову, вопреки тому, что она ещё не является его женой, уже украшал королевский венец.

При моём взгляде девушка побледнела и нервно вцепилась в руку своего любовника. Джонатан сжал её ладонь и с вызовом посмотрел на меня, мокнущую под дождём. Я ответила ему кривой ухмылкой, и он напрягся.

Излишне резко прикрикнул на жреца, чтобы тот начал бракоразводный процесс: по законам страны нельзя судить венценосную особу. Сначала корону с головы долой, а потом уж можно и саму голову с плеч. Мол, так боги не прогневаются.

Ага, держите карман шире!

Бог у вас один, и он, вернее она, уже очень-очень в гневе!

Спасает этих гадов лишь то, что я их уже в книге всех покарала. Вот грянет громкими фанфарами хэппи энд — и всем тварям наступит конец… Да простят меня читатели за тавтологию!

Джонатан хлебнёт по полной с беременностью истинной, а та неожиданно осознает, что принц на картинках в книжке и реальный король – вещи, далёкие друг от друга…

Пока священник возносил заунывные песнопения богам, я оглядела собравшуюся публику. Белоснежной шевелюры Риана видно не было. И даже не знаю, подарило ли это мне в тот момент облегчение или разочарование…

Ясное же дело, что верный пёс не посмел перечить хозяину и ещё вчера отбыл в сторону Гиблых земель.

Жаль… А я не отказалась бы с этим «пёсиком» ещё немного поиграть… Ради такого дела даже задержалась бы в этом мире на пару дней подольше…

Но, видимо, не судьба, и мой любимый персонаж мне больше не встретится… Обидно.

Ладно, чего уж там… Насмотрюсь на него дома: у меня сохранилось много визуалов эльфа. А там уж, за компьютером и в цивилизации, уж всяко спокойнее, чем здесь. Того и гляди, кто-нибудь пронюхает, что я – автор всего местного беспредела, и меня наверняка изобьют. Не единожды и каждый раз ногами.

Наконец, жрец закончил церемонию, священные предметы в руках служек полыхнули магией, сообщая, что боги подтвердили развод. К запаху озона и сырой земли присоединился резкий запах магии. Похожий на смрад от перегоревшего провода.

Оглянувшись, я успела заметить, как Вилла с облегчением выдохнула. Но в следующее мгновение напряглась пуще прежнего: я улыбнулась ей такой торжествующей улыбкой, чтобы этой дурочке сразу стало понятно: обряд развязал мне руки! Девушку в прямом смысле заколотило от страха.

– Заканчивайте быстрее! – рявкнул на главного прокурора король, скинув с плеч плащ с меховым подбоем и укрыв им Виллу.

Мужчина в напудренном парике сбивчиво взялся читать обвинения, предъявляемые Силиции, и вопрошать, подтверждает ли она участие. Я с честным лицом отвечала на всё «нет» и чуть не обхохатывалась, когда артефакт правды показывал, что я не лгу. Силиция совершала, но я же не она. Так что всё правильно.

Главный прокурор, косясь то на артефакт, то на багровеющего с каждой секундой короля, продолжал этот балаган, за которым, затаив дыхание, наблюдали сотни пар глаз людей, собравшихся на площади. По толпе даже пошёл шепоток: мол, на бывшую королеву клевещут, пытаются оболгать принародно!

Виллу затрясло ещё сильнее. У бедняжки было такое лицо, что она вот-вот хлопнется в обморок от ужаса.

Доведённый до белого каления, Джонатан дал знак, и артефакт правды накрыли покрывалом. Главный прокурор вздохнул с облегчением, а ропот в толпе лишь усилился.

Скомкано договорив и не дожидаясь моих ответов, прокурор передал слово королю. Тот долго и пафосно вещал, старательно запутывая подданных вычурными фразами и витиеватыми выражениями. Такой огород нагородил… не разгородить! А в конце, выдержав короткую паузу… величественно помиловал Силицию и дозволил ей, то есть мне, удалиться в женскую обитель до конца дней своих.

Ой, прямо-таки великий благодетель!

Интересно, я одна так и не услышала сути того, в чём меня, её, всё-таки обвиняли? Любопытно, что в книге я не стала дословно передавать этот витиеватый словесный понос, а обмолвилась лишь, что Силицию помиловали. Поэтому этот гейзер изо рта Джонатана — исключительно его личное творение.

Ладно, скорее всего, на героя повлияло то, что я считала его редкостным придурком. Так чего теперь-то придираться?

Окатив напоследок короля и его травницу волной презрения, я, как и подобает королеве (пусть и бывшей), величественно сошла с эшафота. Где прямо возле ступеней меня уже ожидала другая карета. Тоже тёмного цвета.

Стражники запихнули меня внутрь, и кучер сразу тронул карету в путь. Из-за этого я потеряла равновесие и довольно неуклюже хлопнулась на сиденье. Чуть зад себе не отбила!