Главная Злодейка. Северные земли

Я расслаблено откинулась в кресле и прикрыла глаза, слушая наполненную магией речь шамана: мы с Рианом – одно целое… Впрочем, я всегда это знала…

Оракул вещал и вещал о том, что наш союз с князем станет началом эры достатка и благополучия для северных земель. Приоткрыв глаза, я посмотрела на возлюбленного. Он ответил мне взглядом, полным обожания. Спрятал под ресницами обещание пылкого бесстыдства и предвкушения: скорее бы уже…

Сколько можно?! Да-да, мы в курсе, что связаны богами, судьбой и чёрт знает чем ещё! Благословляйте нас уже, желайте детишек побольше, да мы пошли! Сразу в спальню, конечно же, куда ещё? Или здесь детишек как-то по-другому заводят?

Наконец то ли оракул потерял контроль над телом, то ли магия в шамане закончилась, но он устало осел на пол и умолк. В образовавшейся тишине было слышно, как потрескивают угли в успокоившихся жаровнях, распространяя приятный аромат масел и трав, из которых состояли горючие снадобья.

Неотрывно ласково и нежно улыбаясь, мы смотрели с Рианом друг на друга: вот, кажется, и всё? Мы победили…

– Что ж… – прочистив горло, произнёс старейшина Ворон. – Мы услышали мнение богов и обязательно примем его во внимание при вынесении решения…

Я гневно зыркнула на мужчину: ч-чего?! Приоткрыла рот, чтобы высказать всё нахалу, но успела заметить успокаивающий жест Риана: подожди, всё хорошо, и, доверившись ему, промолчала. Может быть, тут так принято? Обязательно совещаться, прежде чем огласить то, что и так уже всем понятно?

Ладно, подождём.

Выдохнула и расслабилась, дав знать возлюбленному, что чмырить несчастных Воронов более того, чем уже успела, не буду.

– Стойте! – прозвучало из рядов зевак. Посмотрев на источник, увидела того самого мужчину, что утверждал, будто лошади наёмников споткнулись. – Я, Брамдур Врантас из рода Чёрных Воронов, претендую на леди Лиатею Ролан!

– Ч-чего?!! – взревел Риан так, словно являлся, по меньшей мере, драконом.

Мы с ним гневно уставились на наглеца и буравили его глазами. Мужчина судорожно сглотнул, метаясь между нами испуганным взглядом. Однако нечто, что было сильнее страха, заставило его гордо расправить плечи, упрямо выпятить подбородок и повторить:

– Я, Брамдур Врантас из рода Чёрных Воронов, претендую на леди Лиатею Ролан!

Ну, всё, пернатенький! Хана тебе!

* * *

Выйдя из здания совещаний на улицу, я отошла в сторонку, чтобы не загораживать путь выходившим, вдохнула полной грудью морозный воздух, медленно выдыхая его обратно столбом пара. Мысленно представив, что это вытекают из меня негативные эмоции, освобождая саднящую голову и не позволяя ей лопнуть от негодования.

Нет, каков наглец! Ему же явно не я сама понравилась, а надоумили на этот шаг сородичи! В пику Риану! Неужели этот глупец в самом деле думает, что может противостоять ему?!

Или… это просто тайм-аут, чтобы Вороны успели подготовить другие подлянки более тщательно?..

А ведь похоже на то! Совет старейшин, услышав заявление этого – уж воистину! – Брамдура, отложил вынесение решения. Срок озвучения назначили на следующий день после дуэли между Рианом и этим придурком… Не значит ли это, что с Рианом могут что-то сотворить? Опоить чем-то, как опоили меня, чтобы в нужный момент – бам! – магия не сработает, и князь умрёт от пустяковой раны…

Проклятье…

Вполне может быть, если учесть, как буквально только что Вороны чуть не отправили его на плаху, буквально рогами упёршись, мол, было похищение, и всё тут! Спасло от выдвинутого обвинения, что я притянула за уши всю дружину. В которой, помимо Воронов, находились наследники родов тех старейшин, что составляли оппозицию клану. А пернатые лелеяли надежду перетащить их на свою сторону… Как это сделаешь, если собственными руками отправил на плаху их деточек?..

Вот именно.

– Светлейшая, позвольте вас украсть на минутку? – прозвучало сзади, и я недоумевающе обернулась.

За моей спиной стоял… шаман. Перевела взгляд на двери. Из них всё так же выходили люди, но Риана пока было не видно. Скорее всего, задержали старейшины, чтобы обсудить накопившиеся дела. Зато Гарран собственной персоной крутился невдалеке. О чём-то разговаривал с тем воином, что поддержал нас с Рианом, но при этом не сводил с меня глаз. Я подала ему знак, что собираюсь пойти с шаманом, и воин, как ни странно, одобрительно кивнул.

Думаю, от того, кто напророчил нам с Рианом столько хорошего, действительно, не следует ждать подлянки…

– Хорошо, идёмте, – ответила смиренно ждущему предсказателю. – Только недолго: я устала с дороги…

Говоря это, я немного слукавила: пройтись немного мне хотелось и самой. Что может быть лучше для успокоения нервов, чем разогнать кровь на свежем воздухе?

Городок приятно поразил меня чистотой улочек. Что ни говори, а северяне в понятиях личной гигиены и необходимости наличия канализации по сравнению со столицей, видимо, шагнули далеко вперёд.

Двухэтажные мастерские, домишки в стиле фахверк – поселение словно воплотилось из какой-то книги фэнтези. Если бы я взялась придумать для себя идеальное место, то это было бы именно оно.

Только вот… Как-то тут бедненько…

Впрочем, вскоре я замерла с открытым ртом, не в силах совладать с собой: прямо в скале, к которой прижалось поселение, был вырублен величественный замок… Да нет, дворец! Почему я не заметила его сразу? Хотя не удивительно: колонны посерели от времени, их, как и окружающие камни, покрывал толстый налёт из мха и лишайников. Желтовато-бурая стена увядшего плюща, свисая плотной массой, скрывала былое великолепие…

В моём сознании, точно под заказ, очень живо представилось, как выглядел бы дворец: оттёртые добела колонны, сочная зелень аккуратно подстриженного плюща и буйно цветущие растения, ниспадающие каскадами и украшающие резные арки и балюстрады… Величественное великолепие, вздымающееся к самому небу, и мимо, хлопая крыльями, пролетали бы стаи белоснежных голубей…

Почему Риан предпочёл жить в доме, а не в нём?..

– Это храм, Обитель Весты. Он заброшен, – точно подслушав мои мысли, пояснил шаман. И поторопил: – Идём.

Со вздохом я подчинилась. Ничего, теперь я тут надолго, всё узнаю, рассмотрю и потрогаю своими любопытными загребущими ручонками. Надо будет, и на зуб попробую!

Дом шамана мало чем отличался от соседних. Разве что более скособоченный, и древесина потемнела от времени… Чувствовалось, что ему не хватает мужской руки. Неужели шаман так занят?..

Впрочем, всё встало на свои места, как только мы вошли в дом. Где, скинув шкуры, передо мной вместо мужчины предстала девушка. Молодая, со знакомой хитринкой в глазах.

– Ну, что светлейшая? Что будем пить за встречу? Чай? Или, может быть, сразу начнём с баньки и настоечки?

О! Веледа!

* * *

– Вот такие дела, – подвела я итог своему нытью и опрокинула стопку. Поморщилась, когда после приторной сладости обожгло горло. Закусила кислым яблоком и поделилась: – Мне нужно срочно выучить северное наречие! А то они галдят, не затыкаясь, а я даже понять не могу, о чём…

Ведьма повторила мой жест с опрокидыванием настойки, прижала ладонь ко рту и повела плечами, преодолевая потряхивание. Выдохнула, шмыгнула носом, встала, подошла к одной из тумбочек. Что-то некоторое время искала по ящикам, пока, наконец, не выудила оттуда маленький камешек и швырнула мне. Я рефлекторно его поймала.

– Этот амулет помогает понимать иноземную речь. Носи его, и то, о чём говорят, перестанет быть для тебя тайной, – сказала Веледа, усаживаясь обратно за стол.

Я поднесла артефакт к глазам. Крохотный камешек, похожий на оранжевый янтарь или сердолик. Совсем как тот, что ведьма использовала для изменения тембра голоса: поэтому-то я сразу и не смогла определить, кто скрывался под шкурами. Только свой она закладывала себе за щеку, и голос менялся.

Камешек был тёплым на ощупь и переливался внутри медовыми искорками, как леденец. Так и просился, чтобы его попробовали! Как это говорить, когда у тебя во рту вот такое? Недолго думая, я сунула его в рот, проворчав при этом:

– Не пойму, почему к Риану такое отношение? Что с его предшественником было не так, не знаешь? Кого ни спрошу, ответ один: болел да болел… А конкретно никто ничего не говорит…

Веледа язвительно хмыкнула:

– Отчего же, знаю, – взяла бутыль с настойкой и наполнила стопочки. – Дурачок он был. Хоть и магически одарённый, а всё же… блаженный. Как дитё трёхлетнее. И зимой, и летом предпочитал голозадым бегать. Говорят, его уж и силком в штаны обряжали, а он… – махнула рукой в оконце. – А он всё одно: скидывал их и бегал, писулькой своей тряс, баб пугал, радовался… Да и скрути такого бугая! Мозги у таких детские, а силы-то немерено!

От таких новостей я захлебнулась воздухом, шумно вздохнула и почувствовала, что камешек, про который я от шока совсем позабыла, скользнул в горло, да и застрял там. Закашлялась, стуча в грудь, подруга подскочила, заколотила по спине. Камешек – скользь! – да и провалился в пищевод.

– Твою ж… Чуть в третий раз не померла… – просипела, утирая ладонями выступившие на глазах слёзы. Хлебнула морсу, смачивая саднящее горло.

Писулькой тряс… М-да… Теперь мне многое понятно. Особенно то, что не скоро такое позабудется. Нужно совершить что-то действительно из ряда вон выходящее, чтобы перекрыть былое…

Я-то думала, что он, как Илья Муромец, тридцать три года на печи парализованный валялся! А тут вон оно что…

И, кстати, отчего столько сарказма? Писулька? Видела я ту «писульку», всё там у Риана в порядке, есть чем баб попугать, не надо мне тут…

– Балбесина! – возмущённо воскликнула Веледа, усаживаясь обратно за стол. – Я его тебе дала для того, чтобы на шею повесить, а не глотать! Помрёшь ещё, действительно, и нам с Гарраном счастья не видать!

Я вопрошающе приподняла бровь, косо глянув на неё: а действительно! Ладно, мы с Рианом, Вороны костьми лягут, чтобы не допустить нашего союза. У этих-то что приключилось?

– Оказалось, тут бытует закон, что нельзя тому, чьими устами говорит оракул, сочетаться узами брака, – положив ладонь себе на грудь, пожаловалась Веледа. Даже носом шмыгнула, жалеючи себя: – Я как очнулась, оказалось, девчонка, что была до меня, уже прошла половину обучения у старой пердуньи. Ну, я и решила закончить, пока милёнок мой не сыщется. Закончила, карга, на мою радость, померла, тем более что Вагран нашёлся… Тут-то всё и выяснилось, когда уже поздно стало… – вздохнула, выпиланастойку, помолчала, медленно выдыхая, и резюмировала: – Вся надежда только на тебя, светлейшая… Сами мы законы эти дурацкие перебороть не сможем…

Я тоже выпила, мрачно размышляя, что Веледа права: менять тут нужно всё под самый корень. Сносить и заново строить. По нормальному, а не так, как сейчас навалено абы что…

И ещё Риан…

* * *

– Чёрный во-о-орон… Что ж ты вьё-о-ошься… – по тридцатому кругу зудела на языке прилипшая песня.

Умолкла, настороженно оглянулась, но вроде бы никого не заметила. Темно, хоть глаз выколи! Неужели так сложно организовать ночное освещение? Предательница Веледа потерялась ещё в самом начале, хотя мы с ней договаривались идти к Риану вместе и проворачивать придуманную диверсию…

Ладно, буду надеяться, что она к своему ненаглядному слиняла, а не упала и не убилась в каких-нибудь кустах…

Но! Главное, заветные пузырёчки у меня были с собой! А это значило, что хоть подруга и пала смертью храбрых, главный боец, то бишь я, ещё в строю, и в нашей войне ещё не всё потеряно!

Крепче прижав к себе бутылки, не особо твёрдой походкой я продолжила путь к терему Риана. Так… Какие там его окна, Веледа говорила?.. Считать-то откуда?..

Надеясь, что мне повезёт, я максимально скрытно (в душе́ полагая, что всё-таки не как слон в посудной лавке), пробралась к дому. Встала под единственными сияющими тёплым светом окнами на втором этаже и позвала:

– Фить! Риан! Выходи! – потом осознала, что мой пьяненький шёпот звучит слишком громко, настроилась на более нежный тембр и повторила попытку: – Рапунцель, детка, сбрось свои косоньки!.. – тут голова отчаянно закружилась, и к горлу подкатила тошнота от понимания, что мне по этим волосам ещё куда-то лезть… Или пусть даже по верёвочной лестнице… И я умоляюще просипела: – А лучше спускайся сама, я туда к тебе сейчас… ик!.. не долезу…

– Кхе-кхе! – громогласно прозвучало сзади, я от испуга шарахнулась, благополучно запуталась в длинном подоле платья, которым после банки облагодетельствовала меня Веледа, и неуклюже упала в сугроб.

Попутно я успела увидеть, что это был Риан собственной персоной, выдохнула с облегчением и укорила:

– Напугал! Мог бы предупредить в окно, что спускаешься…

Он хмыкнул:

– Да я давно уже за тобой таскаюсь. Забеспокоился, когда тебя слишком долго не было, пошёл проверить и увидел, что, к счастью, всё нормально: мир другой, а собутыльники всё те же, – ухватил меня за локоть, помогая подняться.

– Ты только меня на плечо не закидывай, а то меня уже и так укачало… – проникновенно заверила, самым безобразным образом заваливаясь на него. – И нести меня так нельзя, у меня во! – продемонстрировала свою добычу.

– Это ты себе на опохмел прихватила? – Риан не удержался от хохота.

Я сделала вид, что обиделась:

– Это для дела! – потом осознала, что из нас двоих самый трезвый он, горячо прошептала: – Любимый, из всех бойцов в строю остался только ты один! Как моя пара, ты не можешь отказаться и бросить меня в беде…

Риан легко подхватил меня на руки и понёс, наигранно проворчав:

– В комнате расскажешь, чего вы там с подружкой удумали…

– Родина тебя не забудет! – искренне заверила я. – Главное, пузырьки не перепутать…

– Ох, чувствую, это действительно самое важное… – фыркнул он, с трудом пряча улыбку.

* * *

В голове шумело, а глаза отказывались открываться. Давала же себе зарок! Как говорится, никогда не было, и вот опять… Разве я виновата, что Веледа делает такую вкусную, мягкую настоечку, которая столь жёстко бьёт по голове? Вот точно мухоморы добавляет!

– Выпей, тебе сразу полегчает, – Риан поднёс к моим губам кружку с каким-то отваром.

Послушно глотая горькое варево, с тоской думала, какая же я всё-таки дура: мы с ним всю ночь в одной постели, а я даже и не пристала к этому красавцу ни разу! Это надо же было так надраться…

Неужели даже пяткой не пощупала?

Ничего не помню…

Окинула себя взглядом и увидела, что вместо сорочки обряжена в его нательную рубаху, доходящую мне до середины бедра. Он же сам меня переодевал? И ничего не было?.. Совсем-совсем?.. Как же так… Вот засада!

– Набодяженное вами зелье я вылил, куда и просили, – по-своему расценил он мой расстроенный вид.

Удивительно, но после отвара в голове сразу стало стремительно проясняться. Проглотив последнюю каплю мерзкого пойла, я окончательно почувствовала себя человеком: ох, благодать-то какая!

– И что? Кто выпил? – заинтересованно посмотрела на Риана, рефлекторно облизнув губу после питья.

Он посмотрел на мой рот, его взгляд потемнел, выдав потаённые желания, но Риан тут же торопливо отвернулся. Хотя я была вовсе не против начать день с приятной постельной гимнастики… Наверстать упущенное, так сказать! Потому что княжеские хоромы в наличии, белоснежные простыни тоже, отговорки больше не принимаются…

– Все, кто пришёл поглазеть на дуэль, – ответил Риан, оглянулся, зловеще ухмыльнулся: – Я приказал подать гостям квас. Слуги выставили три бочки. Ту самую, с «подарком», уже выпили… – и самодовольно поиграл бровями.

Вот блин! Точно! Дуэль же… Хочешь не хочешь, а «гимнастика» отменяется…

О! Вот это я понимаю диверсия! И докажи теперь, что это князь или кто-то из его слуг подлил: бочки стоят на улице, и к ним имеет доступ любой желающий… Как продумано! Не зря, не зря говорят, что муж и жена одна сатана… А мы ведь с ним ещё даже не женаты! Вот народ-то вздрогнет, когда мы исправим эту досадную оплошность…

– Так кто всё-таки? – я была не в силах сдержать любопытства и взялась перечислять: – Старейшины? Вороны? А Брамдура́шка?

На каждый вопрос Риан с улыбкой кивал, а на последнем изменился в лице и взревел:

– Кто-о?! Брамдура́шка?! Какого… – шагнул к постели, крепко ухватил меня за щиколотку и резким движением подтянул к краю. Навис надо мной, с силой впихнув колено между моих ног и не позволяя их свести.

Какой ревнивец!

Дыхание перехватило от исходящей от него силы. Потемневший то ли от злости, то ли от вожделения взгляд Риана заставлял и во мне кровь бежать скорее. Сердце так застучало, вот-вот — и выпрыгнет!

Очень возбуждающе… Оу! Ничего не могу с собой поделать! Как не дёргать этого тигра за усы?..

Риан не успел ещё толком одеться, и моему взору предстало всё великолепие его сильного тела. Покатые грудные мышцы, поджарый живот с кубиками пресса… Мужские соски́, сжавшиеся от напряжения в крепкие горошины… Так и манящие облизать, сжать губами и слегка прикусить их зубами…

Кажется, все пошлые мысли отразились на моём лице, потому что дыхание Риана тоже сбилось. Чтобы немного остыть, перевела взгляд на его руки, которыми он упёрся в постель, заключив меня в ловушку. Но вздувшиеся на них вены только распаляли воображение ещё больше: ох, знаю одно место, где эти жилы точно также восхитительно вьются и пульсируют…

С каждой секундой атмосфера стремительно раскалялась. Или дело в наших разгорячённых телах? В том жаре, что источала кожа, едва уже сдерживающая беснующееся внутри пламя?..

– Как ты его назвала?.. – прищурился Риан, демонстрируя негодование. Но хрипотца, наполнившая его голос, предательски выдавала истинные чувства с головой.

– Брамдура-а-ашка… – издевательски протянула я. Не удержалась и предвкушающе прикусила губу: что станет делать?

Он хмыкнул и плотоядно окинул меня взглядом. Рубашка, когда он подтаскивал меня ближе к себе, смялась и эффектно обтянула мои выпуклости. Риан подчёркнуто медленно провёл пальцем от моей шеи к груди, вырисовывая замысловатую линию вокруг напрягшегося и натянувшего ткань соска, вынуждая мучительно желать прикосновения. Я рефлекторно сжала колени, подавляя призывный стон, но его нога мешала свести их полностью, и он прекрасно чувствовал дрожь, охватившую моё тело.

Ох! А бельишка-то на мне совершенно нет!..

Риан усмехнулся и издевательски поцокал языком:

– Не-а, даже не пытайся улизнуть… Я хочу услышать ответ на вопрос: не боишься вот так, глядя мне в глаза, выказывать расположение к другому мужчине?.. – наклонился к моей шее, опалив кожу горячим дыханием, пробормотал: – Что будешь делать, если я из ревности откручу ему голову?..

Я выгнулась навстречу ему, открывая простор для действий и показывая, как сильно желаю его. Но этот невыносимый мужчина отклонился, избегая прикосновений. А когда я разочарованно заныла, легонько подул мне в ямочку над ключицей, порождая этой незамысловатой лаской россыпь колких мурашек.

– Ты будешь грустить по этому Брам-дураку?.. Заплачешь?.. Что скажешь мне в тот миг?.. – шептал, заставляя меня окончательно потерять голову.

Судорожно сглотнув, промачивая пересохшее горло, я просипела:

– Скажу… В тот миг скажу: любимый, от трупа нужно избавиться, пока Брам-дурака не хватились… Давай… Давай, сделаем это вместе?..

Риан хрипло хохотнул:

– Пожалуй, это лучшее, что только можно услышать в жизни… – тотчас припал губами и в награду оставил на моей шее и груди дорожку из коротких жарких поцелуев. Бесстыдно нырнул рукой между моих ног и нежно скользнул пальцами по изнывающей влажной плоти…