Воробушек для дракона

Пролог

Не знаю, как вы, но я терпеть не могу всё внезапное: налоговые проверки без уведомления, гостей без предварительного звонка, какие-нибудь «радостные» сюрприз-сюрпризы. Или вот, когда кое-кто решил воспользоваться моей растерянностью от потрясения, что приёмного отца похитили. Сама я, словно «до кучи», ещё не в себе от встречи с холодным красавчиком-драконом, а тут вместо стандартного бланка договора кое-кто подсунул немно-о-ожечко другой… Ну, как «немножко»… Совершенно другой контракт!

Мы с Принцем поставили подписи, договор стандартно вспыхнул и исчез, но когда кожу на левой руке опалило и появилось непонятное клеймо, я мгновенно пришла в себя и заподозрила неладное. Драконище же даже бровью не повёл, будто так всё и надо. Но я уже поняла: выражение эмоций – не его конёк. Ледышка.

Подозрительно косясь на его равнодушную красивую рожу, я торопливо начертила на именном клейме знак Пресветлых и вызвала договор обратно, собираясь изучить более тщательно. И тотчас меня будто кипятком окатили: «брачный КОНТРАКТ» значилось на нём.

Какого лешего слово «брачный» напечатано таким мелким шрифтом?!! Это же не кредитный договор, вгоняющий в кабалу!

Тут мне стало кристально ясно, что здесь имеет место быть доброхотство. Или, как я ещё называю, изнасилование добром. Данный абьюз зачастую происходит под эгидой «Тебе так будет лучше» и «Мы желаем тебе только хорошего».

В этом месте, таверне «Хромой пёс», водился только один известный мне закоренелый рецидивист, тяготеющий к преступлениям подобного рода. И звали его, а вернее её, Марвена.

То-то мне показалось, что тавернщица как-то странно ухмыльнулась и подмигнула мне, когда принесла магический бланк!

Видят боги, я никогда не позволяла себе повышать голос на кого бы то ни было, ни в этой жизни, ни в прошлой, на Земле. Но мне это и не требовалось: стоило внутри разлиться холодной ярости, как все бросались прочь, унося ноги. Секунда – и в радиусе ста метров около меня пусто.

И сейчас, когда я подняла глаза от злополучного контракта, в таверне, кроме Принца и его дружков, больше никого не осталось. Сам дракон продолжал восседать на стуле, расхлябанно закинув ногу на ногу, и пялиться на меня не мигая. А вот его друзья были не столь непробиваемо спокойны. Здоровяк, оказавшийся перевёртышем, был на грани оборота: скалил появившиеся клыки и буйно покрывался шерстью – вёл себя так, будто почуял во мне альфа-самца, посягающего на территорию. А второй, который помельче и похудее, направил на меня шпагу и острым кончиком едва мне нос не царапал.

– Не нужно истерики, – обманчиво нежным голоском произнесла я, отодвигая пальчиком опасный предмет в сторону. – Я сейчас схожу, пообщаюсь с подругой, и мы решим это досадное недоразумение.

Оборотень зарычал. Принц хохотнул, прикрыв рот кулаком. Паренёк со шпагой ошарашенно покосился на него и вновь направил на меня оружие:

– Стоять!

Перевёртыш начал угрожающе подниматься из-за стола.

– Фу! Сидеть! Плохой мальчик! Нехорошо рычать и скалиться на девочек, мама такому не учила? – бросила я здоровяку и, досадливо поморщившись, вновь убрала лезвие от лица: – А вам, молодой человек, не говорили, что тыкать чем-то в живого человека – как минимум неприлично? – адресовала уже юноше.

Не знаю, что я такого смешного сказала, но дракон заржал ещё сильнее, сотрясаясь плечами и прикрывая ладонью глаза, на которых от смеха выступили слёзы. Но, надо отдать должное, он сумел всё-таки частично оставаться в уме: сделал знак рукой, дозволяя мне идти, и парень со шпагой моментально прекратил в меня тыкать. Отступил, позволяя пройти к барной стойке, за которой супруг Марвены невозмутимо взбивал заказанный кем-то коктейль.

Только вот посетитель испарился из таверны вместе со всеми, но орк не из тех, кто не доводит дело до конца.

– Где она? – коротко поинтересовалась я.

– Не понимаю, кого ты имеешь в виду! – в наигранном изумлении откликнулся Бруг, но мотнул головой в сторону кухни.

Поняв намёк, я направилась туда. Марвены там не оказалось. Взгляд в окно позволил увидеть, что на заднем дворе её тоже нет. Слиняла огородами? Наворотила дел и дала стрекача, трусиха? Ну, ничего-ничего…

Возле кладовки меня будто что-то толкнуло подёргать дверь. Она оказалась непривычно запертой.

– Выходи, не то хуже будет, – зловеще спокойным тоном пригрозила я.

– Не выйду! Ты мне потом ещё спасибо скажешь! – глухо прозвучало изнутри.

Вот про что я и говорила – рецидивистка и даже не раскаивается в содеянном!

– Марвена, можешь не выходить, но только скажи, как разорвать контракт, – попыталась я всё-таки убедить её, что навязывать свою, пусть и добрую, волю людям – плохо.

– Эвалин, ты совсем дура? – послышалось из-за двери. – Любая мечтает выйти замуж за дракона! Тут такой шанс плывёт в руки, а ты нос воротишь! Контракт нельзя разорвать! Поздравляю с замужеством, дорогая! Совет вам да любовь! И детишек побольше! – и мерзко захихикала.

Нет, я её точно прибью! Сейчас разнесу в щепки таверну, выцарапаю её из кладовки и убью!

– Слышала, ты купила новую плиту и духовку? А, да… вижу-вижу… Дорогущие, наверное? – ядовито прошипела.

За дверью охнули, и послышался полный отчаяния крик:

– Не смей к ним подходить!

– Ну, что ты, я же хочу помочь! Добра тебе желаю! Отплатить той же монетой, так сказать… – с садистским удовольствием протянула я. – Для хорошей работы они должны разогреться, ведь так? А для этого их просто нужно заранее включить…

– Не-е-ет!… – взвыли в кладовке.

– Говори, как разорвать контракт, зараза такая! – рыкнула я. – Иначе я сейчас подвешу простой светляк на твоей кухне, а ты знаешь, что после этого случится: конец всем артефактам моментально придёт! Ну?!

Внутри тихонько подвывали, всхлипывали, но, похоже, не сдавались.

– Ну, как знаешь… – процедила я, закипев от злости, и подняла руку, намереваясь привести угрозу в действие.

Но она тут же была перехвачена Бругом. Орк укоризненно покачал головой:

– Эвалиночка, она не со зла, – на моё скептичное фырканье успокоил: – Контракт нельзя расторгнуть, но…

– Не смей ей говорить! – неожиданно заорала Марвена и нещадно забарабанила в дверь, пытаясь перекрыть шумом его голос.

Однако орк наклонился и прошептал всё, что хотел сказать, мне на ухо. От поступившей информации мои глаза округлились, и я в коварном предвкушении потёрла руки: а клыкастенький-то дело говорит!

В благодарность чмокнула орка в щёку и, с трудом пряча под маской расстройства сияющую наружность, направилась обратно в зал к моему с этого момента горячо любимому и дорогому мужу.

Глава 1

Некоторое время назад

Тройкон идеально вошёл в паз, и я с удовлетворением подняла артефакт, позволяя солнечным лучам просвечивать его насквозь и играть золотыми искрами в середине: готово! В этот момент я гордилась собой как никогда.

Кулон, мерцающий в моих руках солнечными и магическими бликами, я нарекла «Артефакт Младшая Сестрёнка».

Когда-то, уже почти целую вечность назад, я мечтала сделать нечто, что позволило бы мне сохранить детское очарование и вызывать в людях умиление, подобное тому, какое они испытывают при виде симпатичных щеночков и котят. Зачем мне это было нужно? Да всё очень просто – я намеревалась коварно воспользоваться открытием, сделанным в поезде по дороге в Усвар, чтобы покорить этот магический мир.

Ладно, пусть и не стать императрицей всея Расцелонна, но весомой фигурой, подобно Серому Кардиналу, – это точно. А как мне в этом поможет артефакт? Тут ещё проще – кто ж в здравом уме способен сказать очаровательному созданию «нет»?

Воображение уже рисовало орды обожателей, при виде меня пускающих слюни от умиления и готовых принести на блюдечке всё, что я могу только пожелать, чтобы «заюшка не расстраивалась». Внутренняя Злодейка восторженно хохотала над этими картинами и в предвкушении потирала загребущие ручонки: кабзда вам всем!

– М-м, какая занятная вещица… Что же такое изобрела моя дочка? – внезапно прозвучало прямо над ухом, и я чуть со стула не свалилась от неожиданности: Эдгар! Зачем же так подкрадываться к людям, тут и до инфаркта недалеко! – Прости, не хотел напугать, – просипел маг, безрезультатно подавляя смешки. – Я звал тебя, но ты слишком погрузилась в мысли. Кажется, рассеяность при увлечении делом всё же заразна… Так что же это?

– Артефакт «Младшая Сестрёнка», – буркнула я, смущённо покраснев: сейчас мне казалось, что он мог подслушать мои не совсем приличные мысли о всемирном господстве. – Призван… эм-м… помогать девушкам избежать агрессии от мужского пола, – фух, выкрутилась! И почти не соврала.

Эдгар понимающе покивал, но предупредил:

– Посещение злачных мест для его испытания запрещаю. Придумай что-нибудь не столь опасное.

А мне и думать было не нужно! Потому что именно на сегодня я запланировала навестить одного старого и очень близкого знакомого. Нашего с папенькой общего заклятого «друга» – Эдмонда Пруору. И стрясти с него всё, что «несветлость» лорд-ректор нам задолжал.

– Я как раз сегодня хотела съездить в Гудзор, составишь мне компанию? – умоляюще посмотрела на приёмного отца. – Заодно испытаем! – покачала кулоном и не удержала предвкушающую улыбку.

– Как я могу тебе отказать, когда ты так на меня смотришь? – благодушно откликнулся он и нежно поцеловал меня в лоб. – Эвалин, даже если кто-то посмеет назвать твоё изобретение пустяковой безделицей, знай, что я уже горжусь тобой!

– Благодарю, папочка! – и со всей искренностью порывисто обняла его. – А ты знай, что ты – самый умный и талантливый маг-артефактор во всём этом мире! Не позволяй никому преуменьшать свою гениальность.

– Боюсь, тяжело следовать твоему совету, когда являешься простым погодным магом в маленьком городке, – печально вздохнул Эдгар и похлопал меня по плечу так, словно успокаивал. Хотя на его лицо набежала тень от расстройства. Ему явно не хватало лабораторного простора для изысканий, и маг скорбел по былым профессорским временам в Магической Академии.

Но я-то знала, что именно сегодня всё изменится: зря, что ли, я к этому событию готовилась больше недели? Но решила не обнадёживать отца раньше срока, пусть будет сюрприз. В конце концов, не у одной меня сегодня должен быть праздник, приёмный отец тоже его заслужил: я стала совершеннолетней, миновав приют и получив вполне достойное магическое образование. С таким багажом знаний не страшно и на вступительные экзамены в Гудзорскую Магическую Академию заявиться.

– Едем испытывать? – хитренько улыбнулась ему, и Эдгар, отвлёкшись от пасмурных мыслей, с готовностью поддакнул: конечно, моего гения хлебом не корми, дай что-нибудь взорвать… э-э… в смысле, испытать, ага.

* * *

Сборы много времени не заняли, поэтому очень скоро мы с Эдгаром выдвинулись в сторону Гудзора. Наш рыжий с лавовой гривой и хвостом конь, Пше́ник, неторопливо катил коляску по Усвару, чтобы мы могли степенно раскланиваться с горожанами.

Первой нам приветливо помахала рукой сестра Мерле, настоятельница приюта, проводившая в столь ранний час зарядку с малышнёй на свежем воздухе. Горожан поразила её способность находить общий язык с ребятишками, и по просьбе родителей при приюте открылся детский сад.

Второй отметилась дира Эйткен, супруга доблестного мэра, спешащая на эти занятия с Нарулом. Её большой живот уже тревожно сигнализировал о том, что Джонатан со дня на день станет отцом, и небо над Усваром раскрасится праздничными огнями, но Тирла наотрез отказывалась хоть немного угомониться и поберечь себя.

За ними череда лиц стала бесконечной, а от поклонов и кивков закружилась голова. Поэтому когда на подножку нашей коляски лихо запрыгнул молодой орк, мы с отцом вздрогнули от неожиданности.

– Эвалин! Ты сегодня прекрасна, как никогда! – отвесил неуклюжий комплимент этот клыкастый красавчик. Он приходился Бругу, супругу тавернщицы, скольки-то-там-юродным племянником, но вот беда, я совершенно позабыла, как его зовут! А спрашивать теперь, спустя столько времени после знакомства, было как-то неловко. – Ты пленила моё сердце, красавица! – растолковал он по-своему мой вежливый кивок и с воодушевлением продолжил вещать хвалебные оды. – Сегодня я снова иду в Срейгрен и победу над захватом нового месторождения посвящу тебе! Меня, кстати, выбрали командиром миссии, поэтому я имею право присвоить ему название… Угадай, какое я уже выбрал? – и самодовольно поиграл бровями.

– Зловещая пустошь Великого Клыка? – улыбнувшись, снисходительно «не угадала» я.

– Пламенное Сердце Эвалин! – гордо вздёрнул подбородок орк.

Оу, как пафосно… Но с «пламенным» он погорячился, конечно. Ледяное и расчётливое – ещё куда ни шло. Ну, на крайний случай, гранитное или каменное. А вот «огонька» в лямурных делах я за собой не замечала. Особенно после предательства Женьки. Нет уж, если мне и предстоит всё же выйти замуж, то это будет грандиозной сделкой века! Ну, вы поняли, никакой любви там быть точно не должно.

Хм, а если… Я внимательнее присмотрелась к орку. Он высокий, сильный, амбициозный – всё, как я люблю. Бугры мышц на руках, плечах и кубики на прессе в качестве приятного бонуса. Даже дураку понятно, что парень в меня влюблён. Но Пламя Войны ещё бурлит по его венам и сверкает красноватым отливом в радужках. Скажи я ему слово, и без наваждения кулона «Младшая Сестрёнка» он принесёт и швырнёт мне под ноги целый мир. Тот же Срейгрен, к примеру.

Буйные джунгли, опасные твари и россыпи срейгреновых месторождений – я буду самой богатой императрицей во всех Соединённых Мирах. Только вот… жить на Срейгрене мне придётся на осадном положении: постоянные атаки агрессивной флоры и фауны этого мира, бесконечные отладки и восстановление всей инфраструктуры по этой же причине… Нет, покрываться пылью и киснуть во дворце, слушая донесения о том, что монстры сожрали очередную служанку, пока клыкастый муж с радостью кидается в каждую битву и называет новое месторождение моим именем, – совсем не для меня.

Прав Бруг, говорящий, что пока в орках бурлит кровь, они совсем не подходят в качестве супругов. В качестве любовников – ещё так-сяк, но как мужья в этот период… полное зеро.

– Может быть, лучше было бы «Хрустальное Сердце Эвалин»? – вмешался в разговор Эдгар, заметив мою кислую натянутую улыбку и верно расценив, что дочку следует немедленно спасать от настырного ухажёра. – Речь же о кристальном месторождении, верно?

Орк задумчиво закатил глаза, тихо несколько раз повторил себе под нос, будто пробуя на вкус, и восторженно приложил ладонью мага по спине:

– А ведь верно, папаня! Очень подходит! «Хрустальное» – такое же хрупкое и нежное, как Эвалиночка… – и посмотрел на меня трепетным телячьим взглядом. Эдгар поперхнулся воздухом, мне же удалось сохранить на лице непроницаемое вежливое выражение. – Бывай, милая моя! Жди меня, и я обязательно вернусь с победой! – и, на моё счастье, не дожидаясь ответа, спрыгнул с подножки коляски.

Эдгар закашлялся во второй раз, а у меня, кажется, несколько раз дёрнулся глаз.

– Доченька, ты знаешь, что во мне нет расовых предрассудков, – немного отдышавшись, просипел отец. – Но, может быть, не стоит пока выходить замуж за этого, без сомнения, прекрасного молодого человека?

Теперь одновременно с глазом дёрнулась щека. Мне потребовалось несколько секунд, чтобы взять себя в руки.

– Папочка, – нарочито ласковым тоном пропела ему, – я не собираюсь ни за кого «взамуж», будь спокоен. По крайней мере, пока не за… – «не завоюю какой-нибудь мир» чуть было не вырвалось с нервов, но я успела исправиться: – Пока не закончу магическое обучение, – и невинно захлопала глазками.

Маг вздохнул с явным облегчением и расслабился:

– Всегда знал, что ты у меня умница! С хорошим образованием, Эвалин, ты вполне можешь рассчитывать на столь же перспективного молодого человека, как и ты сама. Впрочем, я не удивлюсь, если однажды ты выйдешь замуж за дракона… – и мечтательно улыбнулся.

Я же чуть зубами не заскрипела с досады: дались вам всем эти драконы! Власть и деньги – вот истинные ценности во всех мирах! И даже если я не стану императрицей, роль Серого Кардинала меня вполне устроит. А когда все ниточки сойдутся в моих руках, я смогу позволить себе кого захочу. Да что там! Я смогу завести целый гарем из красавчиков: орки, гномы, эльфы и, ладно, так уж и быть, драконы тоже пусть в нём будут.

Соберу настоящую коллекцию! Некоторые, вон, марки собирают, а чем я хуже? Я – ценительница прекрасного, а не женщина с низкой социальной ответственностью, не надо тыкать в мою совесть, потому что её нет. И что, что мечта может сбыться, когда мне будет далеко уже за сто? Это же не мне с собой быть, а им…

Приятные думы заполонили сознание, и в этих сладостных мечтаниях я не заметила, как мы добрались до Гудзора. Как раз успела вовремя опомниться, чтобы перехватить у Эдгара вожжи, направляя Пшеника к Магической Академии. А на вскинутые брови мага пояснила:

– Я знаю одно место, где не столь опасно, нежели в трущобах, испытать артефакт.

– Эвалин, приём в Магическую Академию начнётся только завтра, – со скепсисом буркнул отец, моментально угадав пункт назначения.

– Тем интереснее будет испытание артефакта, не правда ли? – весело откликнулась я, понукая Пшеника прибавить ход, пока Эдгар не раскусил задумку и не спрыгнул с коляски. – А спорим, что мне удастся с помощью артефакта «Младшая Сестрёнка» не только миновать главные ворота, но и попасть в кабинет ректора Академии?

Эдгар молчал, слегка нахмурив брови и задумчиво сверля невидящим взглядом проплывающие мимо дома и деревья. Я уже начала волноваться, как он хмыкнул и азартно блеснул глазами, возвращая себе доброе расположение духа:

– А, давай! Ты права, уж всяко лучше, чем в районах, где полно бандитов. Впрочем, там тоже отребья хватает… но всё же, – я поняла, что сейчас он явно подразумевал Пруору. – Вот тебе моё слово, дочка: если мы хотя бы сможем миновать привратника на главных воротах и беспрепятственно пройдём, пусть половину, территории Академии, и нас не выгонят взашей, то я лично помогу модернизировать твоё изобретение.

– По рукам! – моментально среагировала я и уже со спокойной душой вручила ему поводья: всё-таки управление Пшеником давалось мне с трудом.

Заприметив мальчишку-газетчика, я попросила притормозить и купила три номера свежей Гудзорской прессы. На вопросительный взгляд отца загадочно улыбнулась:

– Пригодится для дела.

Мы доехали до главных ворот Академии и скромно припарковали коляску немного в стороне. Ещё на подъезде я успела оценить хмурого привратника, коим являлся чернобородый гном. Это немного осложняло ситуацию, потому что эта раса паче остальных негативно относилась к аристократам. Метки странника на одежде мне сейчас бы очень пригодились, так как гномы верят, что пэрри приносят удачу, но они перестали проявляться после того, как Эдгар удочерил меня.

Что ж, оставалось только уповать на волшебную силу артефакта и природную харизму.

Заранее надев кулон и спрятав его под одеждой, прихватив сумочку и газеты, я решительно направилась к воротам. Эдгар, чуть приотстав, последовал за мной.

– Приём документов поступающих завтра. Сегодня экзамены у пятикурсников, – монотонно бросил привратник, даже не глядя на меня. Он, сидя на табуреточке у сторожки, читал какую-то книгу.

Я сконцентрировалась и увеличила поток магии, исходящей из меня через кристалл тройкона в артефакте. И молча ожидала, когда появится хоть какой-нибудь эффект.

– Чего стоишь, глухая что ль? – пробухтел гном, оторвался от чтения и посмотрел на меня.

Мягко улыбнувшись, я озвучила цель визита:

– Нам нужно попасть к ректору Эдмонду Пруора.

– Вам назначено?

– Нет, но нам очень-очень надо, – проворковала, продолжая ослепительно улыбаться. – Такой милый гном, как вы, я думаю, обязательно поможет…

– Гхм, – смущённо кашлянул он, и его взгляд на меня потеплел.

Окрылённая, что «Младшая Сестрёнка» уже показывает вполне неплохой результат, я усилила давление и повторила:

– Вы милый.

Привратник порозовел, метнул взгляд на топчущегося рядом со мной невозмутимого Эдгара, затем опять на меня и обронил:

– Возможно, вы никогда не общались с гномами, юная дира… У нас не принято говорить мужчине, что он милый. Гномам всегда говорят «славный»… «Славный гном».

Я понимающе покачала головой, но не согласилась:

– А вы – милый.

Гном окончательно залился краской и конфузливо хохотнул над своим смущением:

– Что ж, не скажу, что меня это оскорбляет… даже наоборот… Кхм, пожалуй, я позволю так мне говорить… – но тут же исправился, строго зыркнув на Эдгара. – Но только вам, юная дира. Остальных за подобное я с удовольствием познакомлю со своим, не менее милым, топором!

Эдгар проигнорировал выпад, равнодушно оглядывая улицу. Я же, продолжая улыбаться, молча ожидала. Вновь повисла неловкая пауза. Наконец привратник вздохнул и сдался:

– Приятно было пообщаться с вами, уважаемые диры, но, к сожалению, мне требуется отойти по нужде. Вот же беда! Некого оставить вместо себя и вход на территорию останется совсем без присмотра… Ай-яй-яй, ай-яй-яй… – кряхтя, встал он с табуреточки и хитро посмотрел на меня.

В ответ я склонилась в благодарном книксене, показывая, что поняла его жирный намёк. Мы с Эдгаром отошли немного в сторону, ожидая, когда привратник оставит пост. И я не удержалась от самодовольного хмыканья: видел? Амулет работает!

– Эвалин, – скептично возразил отец. – Это ничего не доказывает. Трудно отказать красивой молоденькой девушке, которая столь прелестно одаривает комплиментами. Мне кажется, заслуги артефакта здесь не было вообще…

Это заставило меня недовольно поморщиться: в целом, я была почти единодушна с Эдгаром, гном мог уступить не из-за действия «Младшей Сестрёнки», а из-за личного расположения. Но даже если всё-таки артефакт оказал какое-то влияние, то меня совершенно не устраивала сила воздействия: мне что, каждого придётся окучивать вот таким образом?! На гнома ушло почти пять минут – слишком долго! А если понадобится «умилить» толпу? Предположим, агрессивно настроенных Инквизиторов? Да они меня десять раз сжечь на костре успеют.

Нет, «Сестрёнка» нуждается в модернизации, и Эдгар мне в этом поможет. Сейчас, только до Пруоры доберёмся…

Гном с показным безразличием удалился куда-то на территорию Академии, нарочно оставив калитку чуть-чуть приоткрытой. Мы с Эдгаром, с невозмутимым выражением лиц, чинно прошествовали через неё, как ни в чём не бывало: будто просто прогуливались мимо и ненароком не туда свернули.

– Куда идём? – поинтересовался отец, когда первая преграда осталась позади.

– Как договаривались, к ректору, папочка, – весело фыркнула я.

– Может быть, просто немного пройдёмся по территории и назад? – опасливо зыркнул он по сторонам.

– Ни в коем случае! – картинно возмутилась я. – Спор есть спор! Это дело моей чести! Где тут кабинет ректора? Там? Или там? – ткнула я пальчиком на разветвляющуюся тропинку.

Поняв, что моего упрямства не переломить, а наша вылазка в Гудзор всё равно закончится увлекательным шоу в кабинете старого «друга» или в участке стражей правопорядка, Эдгар сдался и, покорный жестокой Судьбе, повёл прямиком к главному административному зданию.

То ли дело было в моей магии удачи-неудачи, то ли в занятости преподавателей экзаменами у пятикурсников, но по дороге нас никто не пытался остановить. Изредка, уткнувшись носами в книги, торопливо пробегали студенты, но даже голов на наши с Эдгаром скромные персоны не поворачивали.

Таким же степенным шагом мы неторопливо добрались до помпезных лакированных дверей приёмной с золотой табличкой «Ректор Эдмонд Пруора».

– Дочка, думаю, мы достаточно повеселились, идём назад, – просипел Эдгар, потирая шею, будто воротничок рубашки стал ему невыносимо жать. – Обещаю, что помогу модернизировать твой артефакт…

– Ну, что за робость, папочка? – фыркнула я, берясь за дверную ручку. – Тебе ли, как изобретателю, не знать, что единственного испытуемого, гнома, недостаточно для статистики? Кто, как не ректор, может стать весомым испытанием для артефакта? – и дёрнула дверь, распахивая настежь.

На нас тут же уставилась секретарша, сидящая за столом напротив входа, и отступать было поздно. Я уверенно вплыла в кабинет, Эдгару ничего не оставалось, как проследовать за мной.

– Вам назначено? – неприветливо взглянула она на нас поверх очков.

– Мы записаны, – кивнула я, с любопытством её рассматривая: впервые мне приходилось видеть химер! Эти создания обладали несколько неприятным обликом – серая в седоватую сеточку, будто потрескавшаяся, кожа; жидкие волосы на голове, к тому же имели поразительную способность принимать облик представителя любой расы соответствующего пола.