Пророчество о Златовласой принцессе, или Сказка для больших девочек №1
- -
- 100%
- +
На берегу валялись два растерзанных орочьих трупа, а у самых деревьев ровным полукругом сидели две стаи, все… одиннадцать волков. Лета медленно подошла, увидела то, на что они смотрели, и, подломившись в коленях, осела на песок.
– Молчун! Тишина! – зарыдала она, уткнувшись лицом в ладони. – Это я! Я во всем виновата! Это все из-за меня, – раскачиваясь от переполнявшей ее боли, твердила она.
– Солнышко, не надо себя винить, – хрипло сказал Мрак. – Ты ни в чем не виновата!
– Вы защищали меня! Если бы вы ушли, они были бы живы, – простонала Лета.
– Послушай, другая, – бархатный голос Пепла стал мягким и убедительным, – мы слышали твой разговор с эльфами. Они предлагали тебе переждать в безопасности, а ты сказала, что не можешь оставить их. Так почему ты признаешь за собой право решать, а нам отказываешь в нем?! Это был наш выбор, в том числе, и Молчуна, и Тишины. Они хотели помочь, и в том, что они погибли, нет никакой твоей вины.
Все, что он говорил, было правильно, справедливо, но… сердце просто разрывалось от боли. Лета обхватила шеи подошедших к ней вожаков и, сотрясаясь от рыданий, выдавила:
– Как я посмотрю в глаза Занозе, Угольку? – она даже не замечала, что разговаривает с ними вслух.
Песочная волчица поднялась со своего места и подошла к Лете, вожаки уступили ей место, и она, усевшись напротив, положила голову девушке на плечо. Принцесса обняла ее и прижала к себе.
– Солнышко, не казни себя, сестрица, – прошептал в ее голове непривычно печальный голос. – Я чувствую твою боль. И благодарна, что ты скорбишь вместе со мной, но Пепел правильно сказал, мы все знали: на что шли. Мне будет очень не хватать его, но, если ты станешь во всем винить себя, получится, что его гибель была напрасной. Он бы не хотел, чтобы ты плакала. Просто помни его.
– Заноза, спасибо тебе, – стараясь сдержать слезы, прошептала принцесса. – Я буду помнить его всегда. Обещаю, – и она обняла второй рукой подошедшего Уголька.
Серо-черный волк положил ей голову на другое плечо, коротко вздохнул и подумал:
– Ты спасла мне жизнь, помогла Тишине, как мы могли уйти?! – он осуждающе фыркнул. – Запомни, надо уметь не только оказывать помощь, но и принимать ее.
Лета подняла голову и оглядела сидящих возле нее волков.
– Спасибо вам всем, мои родные, – стараясь не всхлипывать, проговорила она. – Вы, конечно, правы. Просто мне очень больно, и я обещаю вам, что они навсегда останутся в моем сердце. И Молчун, и Тишина. И вы знайте, что всегда можете рассчитывать на мою помощь. Мы – одна семья. А теперь давайте лечиться, я же вижу, что многие ранены.
Больше всех досталось волчицам: у Луны был вырван клок шерсти с мясом, Песня прихрамывала на левую заднюю лапу, трое незнакомых Лете – Ласка, Зола и Морось – пострадали от орочьих когтей. Был ранен и незнакомый девушке Гром, бурый мощный волк с зелеными, почти эльфийскими глазами. Ребра были сломаны. Лета помогла всем, ощущая все большее облегчение, освобождаясь от излишка энергии.
Потом с разрешения вожаков, Лета похоронила павших. Она заклинанием приподняла дерн между двумя деревьями, уложила в образовавшиеся могилы тела погибших и прикрыла сверху тем же дерном.
Волки кружили вокруг нее, а Лета нежно обнимала и гладила каждого. Внезапно они насторожились и посмотрели в сторону леса.
Шагах в пяти к реке вышли Энатэль и Картэн и, увидев принцессу в окружении волков, пораженно застыли. Принц, как всегда, отреагировал первым. Окинув взглядом берег и оценив ситуацию, он склонил голову и произнес:
– Приветствую вас, благородные волки. Я – принц Энатэль Виллари, наследник трона Ясневого Града – безгранично благодарен за ту неоценимую помощь, которую вы оказали нам. Если в моих силах чем-то помочь, я всегда буду рад сделать это.
Мрак и Пепел одновременно кивнули. Они сели с обеих сторон от принцессы, и она, глядя на жениха, «перевела»:
– Волки поняли тебя и приняли твою благодарность.
Эльф взволнованно смотрел на нее.
– Стелла, я пришел сказать, что нам пора, – он виновато пожал плечами. – Маги Ковена почувствовали возмущение энергетических полей и прибыли нам на помощь. Из-за нестабильности их выкинуло немного в стороне, но теперь они уравновесили энергетику и готовы отправить нас домой.
Лета грустно вздохнула и обратилась к волкам:
– Мне нужно идти, но я обязательно доложусь, что и как, – сказала она, вставая. – А вы, пожалуйста, передайте Снегу, пусть он успокоит моих братьев. Еще раз спасибо вам за все, – она обвела их взглядом. – До свидания, родные.
Волки, разделились на две стаи и, прощально вильнув хвостами, скрылись в лесу.
Лета встала и подошла к принцу, он тут же обнял ее, прижимаясь щекой к ее макушке. Картэн, посчитав себя лишним, отправился к остальным на поляну.
– Солнышко, твой эльф – самый красивый, – печаль в девичьем голосе сменилась мягкостью. – Береги его. И будь счастлива.
– Спасибо, Заноза. Я люблю тебя, сестрица. До встречи, – стараясь не сорваться на плач, подумала принцесса.
И как только голос в голове исчез, Лета, не сдерживаясь больше, зарыдала в три ручья, чем очень перепугала принца.
– Что с тобой? Ты ранена? – допытывался встревоженный Энатэль.
Девушка, судорожно всхлипывая, покачала головой.
– Нет, со мной все в порядке, – просипела она. – Отвлекая на себя орков, погибли Молчун, жених Занозы, и Тишина, пара Уголька, – она показала в сторону могил. – Волки сказали, чтобы я не винила себя, что это они сами так решили, но я….
Эльф понимающе кивнул и еще крепче прижал ее к себе.
– Они правы, ты не виновата, – он погладил ее по спине. – Но тебе придется смириться с этой потерей. И лучшее, что ты можешь сделать, это хранить память о своих друзьях.
Лета подняла заплаканное лицо с его груди и, по-детски шмыгнув носом, сказала:
– Ты так уверенно говоришь, как будто сам прошел через это.
Принц печально улыбнулся.
– Если вспомнишь, сколько мне лет, то поймешь, что за четверть тысячелетия можно многое успеть, – он вытер слезы с ее щек. – Ну, давай, успокойся, милая, возьми себя в руки, хотя… – явно пытаясь ее отвлечь, он лукаво улыбнулся, – я и сам не против взять тебя в руки.
Лета вздохнула и, слегка просветлев лицом, укоризненно покачала головой.
– Мне, конечно, нужна поддержка, но пока только моральная, – она подергала его за рукав. – Пойдем, а то этим вашим магам надоест ждать, и придется нам идти до Ясневого Града еще целых два дня.
Энатэль притворно задумался и, приподняв угольную бровь, заявил:
– Шикарная идея! Наедине с тобой в лесу, заманчиво!
Лета, не удержавшись, улыбнулась.
– Осторожнее, мой принц, – погрозила она пальцем. – Усмирите полет своей фантазии. Иначе я напомню, что бывает с фантазерами, – она показала на реку.
Эльф поднял руки в знак капитуляции.
– Намек понят, – вздохнул он. – Стелла, нам действительно пора.
Принц и принцесса одновременно посмотрели на небольшие холмики у кромки леса.
– Ты расскажешь мне о них, и мы будем помнить их всегда, – погладив ее по руке, заверил эльф.
Лета кивнула, мысленно прочла заклинание, и разодранные трупы орков тотчас погрузились в песок. Берег реки выглядел теперь так, словно ничего и не было. Тишь да гладь.
Энатэль и Стелла взялись за руки и направились в сторону поляны. Автоматически приводя себя в порядок (не хватало еще показаться всем с красными глазами и опухшим носом!), девушка мучилась ощущением, что она о чем-то забывает. О чем-то очень важном. И вдруг ее осенило.
Браслеты надо спрятать! Пусть думают, что сняла. Совсем из памяти вон! А Карина ведь предупреждала! – спохватилась она, а при мысли о драконессе вспомнился и Светлейший. – И кокон, кокон обязательно!
Принцесса вдруг похолодела при мысли, что эльфийские маги догадаются: куда делась энергия телепорта. Выброс-то был неслабый, а остаточные всплески им удалось погасить довольно быстро, конечно, их заинтересует вопрос: где основная часть. Лета незаметно оглядела себя и облегченно вздохнула, она больше не светилась. Девушка ощущала себя наполненной до краев, но это больше не мешало ей, видимо, энергия, потраченная и лечение Трилона и волков, и была тем излишком, от которого так хотелось избавиться.
Принцесса покосилась на шагающего рядом эльфа и быстро растворила браслеты в запястьях, они стали не просто невидимы, но даже неосязаемы. Карина не зря заставляла ее тренироваться, пара секунд и готово.
Так, энергетические аккумуляторы спрятаны, дело за вуалирующей защитой, – заторопилась Лета, увидев просвет между деревьями.
Уроки драконессы не прошли даром, так что, ступив на поляну, девушка была уже полностью готова к встрече с чем и кем угодно.
Магов оказалось четверо. И они были именно такими, какими рисовало их воображение. Правда, без колпаков, зато в черных мантиях, капюшоны откинуты назад. И, как ни странно, волосы у всех белые, словно обесцвеченные.
При появлении Энатэля и Стеллы, они обернулись, и на их лицах принцесса мгновенно разглядела выражение брезгливого высокомерия.
Вот как! Последователи нашего дорогого шовиниста! Похоже, скучно мне не будет! – усмехнулась про себя девушка.
Но, не желая ставить принца в неудобное положение, Лета, внутренне вздохнув, сняла с головы сетку и ажурная коса, заплетенная Энатэлем, упала ей на грудь.
Лица магов на мгновенье перекосило, как от зубной боли.
– Светлый принц, – поклонился один из них Энатэлю, делая вид, что не замечает стоящей рядом девушки, – по приказу Светлейшего мы прибыли, чтобы препроводить Вас во дворец.
Жених предупредительно повернулся к невесте.
– Ты готова, дорогая? – было очевидно, что ему доставляет удовольствие злить магов.
– Конечно, милый, – в тон ему проворковала Лета, незаметно подмигивая.
Зубовный скрежет пронесся над поляной, но лица магов при этом даже не дрогнули.
Оглянувшись, девушка не обнаружила ни раненного Трилона, ни разведчиков. Энатэль кивнул.
– Они уже дома, и нам пора, – он посмотрел на чародеев.
Беловолосые эльфы разом взмахнули руками, и посреди поляны замерцал голубоватый прямоугольник телепорта. Лета вздохнула и, судорожно сжав ладонь Энатэля, шагнула вслед за ним.
Глава 12.
Вышли они на открытую террасу, увитую виноградом и залитую солнечным светом.
– О! Вот, наконец-то, и вы! – первое, что услышала принцесса
Да, вкус у Карины отменный! Если бы не принц… Теперь Лета смогла рассмотреть Светлейшего вблизи. Правитель Яснего града Элатриэль Виллари был, как выражалась подруга, «чертовски хорош»! Черные, как смоль, волосы, зеленые пронзительные глаза, точеный нос и алые, будто накрашенные, губы, при этом в его красоте не было ни капли женственности, скорее, наоборот, за ней чувствовалась стальная воля и сильный характер.
– Почему-то я был уверен, что все так и будет, – философски усмехнулся он, разглядывая косу принцессы. – И я бесконечно рад, что у мальчика, наконец-то, открылись глаза. Приветствую вас в Ясневом Граде, дети мои!
Светлейший обнял племянника, потом галантно поцеловал ручку смутившейся Лете.
– Не напрягайся, малыш, – похлопал он Энатэля по плечу. – Эта девушка уже сделала свой выбор, и мы с тобой прекрасно знаем – какой. А Вы, моя юная леди, можете быть совершенно спокойны на мой счет. Воля прекрасной дамы для меня – закон. На этом церемонии закончены. Теперь приводить себя в порядок и отдыхать. Энатэль, проводи свою очаровательную невесту в ее покои. Мы с ней вечером поговорим, – он бросил короткий намекающий взгляд на племянника и еле заметно кивнул головой.
Лета, так и не успевшая рта раскрыть, была схвачена за руку и утащена из поля зрения насмешливо улыбающегося Верховного эльфа. Принц торопливо вел ее за собой по коридору, не давая ничего толком рассмотреть.
– Энатэль, я все понимаю, но это ни в какие ворота не лезет. Я даже не поздоровалась, – укоризненно вздохнула принцесса.
– Нет уж, милая, я дядюшку давно знаю, он флиртует на уровне инстинкта, – страдальчески сдвинул брови ее жених, останавливаясь. – Слова своего он, конечно, не нарушит, но умоляю тебя, если тебе дорог мой здравый рассудок и мои нервы, встречайся с ним только в моем присутствии, ладно? – он прижал ее ладошку к своей щеке.
Лета закатила глаза.
– Энатэль, это даже не смешно! Если ты любишь меня, ты должен мне доверять. Иначе все это не имеет смысла, – требовательно глядя на него, сказала она.
– Я люблю тебя и доверяю тебе, – заверил принц. – Но я безумно ревную. Причем я понимаю, что веду себя, как оголтелый собственник, но поделать ничего не могу. Видишь ли, я никого никогда не любил, поэтому как бороться с ревностью, не знаю.
Принцесса погладила его по щеке.
– Давай договоримся, ничего друг от друга не скрывать, – предложила она. – Если тебе покажется, что я обращаю на кого-то особое внимание, так сразу мне и скажи. Ты же знаешь, я выросла в окружении братьев, я не вижу в мужчинах потенциальных поклонников, я смотрю на них, как на друзей. И не надо ждать, что сама догадаюсь. Мне даже в голову не придет, что ты страдаешь, изводя себя несуществующими поводами для ревности. И, кстати, у меня пока не было возможности испытать такое же чувство. Но характер у меня тот еще. Так что увижу, услышу, узнаю. …
Энатэль, глядя в потемневшие синие глаза, поцеловал ее ладонь.
– Договорились, – кивнул он. – Никаких тайн. Только не забывай, мне двести пятьдесят лет, и у меня есть прошлое. И прежде, чем отсекать голову, спроси хотя бы Трилона, например.
При этом имени Лета встрепенулась.
– Ой! Что же мы стоим?! – она завертела головой. – Где он? Куда идти? Надо проверить: все ли с ним в порядке.
Принц обреченно вздохнул и, обняв ее за плечи, потянул за собой. Теперь они шли, не торопясь, и принцесса могла спокойно рассматривать все вокруг. Прекрасные фрески на стенах, цветные оконные витражи, гобелены неимоверной яркости, прекрасные картины, все это слилось в один бесконечный поток красоты и великолепия. Но вот, наконец, они завернули за угол и оказались в тупике, куда выходили пять дверей, по две с каждой стороны и одна в торце.
– Вот здесь и живем. Подальше от официоза, – усмехнулся принц и, показывая на двери, объяснил. – Трилон, я, теперь ты, – он улыбнулся, кивнув на торцевую дверь, – а эти две свободны.
Лете было неловко, но она все же попросила:
– Энатэль, а можно, чтобы в них жили разведчики? – она на миг закусила губу. – Я здесь всем чужая. И не думаю, что мое появление будет встречено бурными аплодисментами, поэтому лучше, чтобы рядом были те, кому доверяешь.
– Да, без проблем, – пожал плечами принц. – Напротив нас будут жить Сантиль и Картэн, а Милар и Ликтан займут ближайшие комнаты по коридору. Не беспокойся, я с тебя глаз не спущу. Ты будешь в безопасности, обещаю.
Он открыл дверь в покои капитана дворцовой гвардии и пропустил принцессу вперед. Сначала они попали в гостиную, которая была пуста. Из нее выходили две двери.
– Все апартаменты построены по одному принципу. Здесь ванная комната, – указал Энатэль налево. – А здесь святая святых: спальня светлого лорда Трилона, – хмыкнул он, подходя к правой двери. – Представь, мой друг считается первым героем-любовником эльфийского двора, но в его спальне не побывала ни одна из его многочисленных любовниц. Мой наставник не берет работу на дом, – усмехнулся принц.
Они зашли в комнату и увидели исключительно трогательную картину. На огромной кровати под балдахином мирно спал Трилон, а в креслах вокруг нее дремали бравые разведчики. При звуке открываемой двери они вскочили, но увидев вошедших, расслабились.
Энатэль жестом усадил их обратно.
– Спасибо, что присмотрели за ним. Тут поступило предложение, – он скосил глаза на Лету, – чтобы вы стали нашими соседями. Кто-нибудь против?
– С чего бы?! – добродушно проворчал Сантиль, переглянувшись с друзьями.
Лета меж тем подошла к кровати, нагнулась над спящим лордом, послушала его дыхание, провела рукой вдоль его тела, затем потрогала лоб. Прикинув в голове время, она оповестила эльфов:
– Он будет спать еще часов десять. Потом проснется голодный, как волк. Запаситесь мясом, если не хотите, чтобы он начал свою трапезу с вас.
– Да, я помню. Много мяса и красного вина, – кивнул Сантиль.
Энатэль взял принцессу за руку и потянул за собой. У двери он оглянулся.
– Дежурьте у него по очереди, – принц взглянул на спящего друга. – Как проснется, сообщите. И располагайтесь, соседи, – хмыкнул он. – Сантиль, ты – напротив меня.
Эльф вывел девушку в коридор и повел в ее покои. Видимо, апартаменты готовили к приему принцессы, потому что в гостиной на круглом столике стояли свежие цветы, ваза с фруктами и графин с вином.
– Как хорошо, что кто-то позаботился, – принц потянулся к нему.
– Не тронь! – крикнула Лета, и эльф испуганно отдернул руку.
Круглыми от удивления глазами он смотрел, как девушка обошла стол, рассматривая натюрморт и наклоняя голову из стороны в сторону.
– Стелла, что случилось? – настороженно спросил он.
Принцесса перевела на него задумчивый взгляд.
– Ты не поверишь, кажется, кто-то решил, что я тебе не пара, – досадливо поморщилась она. – Вино, похоже, отравлено. Надо кого-нибудь из разведчиков позвать, они должны профессионально в этом разбираться, а то вдруг у меня приступ паранойи.
Принц схватил ее за руку, словно боясь оставлять наедине с потенциальной опасностью, и потащил к «соседям». В ближней комнате над своим рюкзаком стоял Сантиль.
– Зайди к принцессе и Картэна позови, – распорядился Энатэль.
Принц и принцесса, взявшись за руки, стояли у окна, когда в дверь постучали и, после приглашения, в гостиную вошли разведчики. Лета тут же высвободила свои руки и направилась к столу.
– Сантиль, ты говорил, что помимо прочего, вы занимаетесь разного рода диверсиями, – она взглянула на воина, тот осторожно кивнул. – Это значит, вы неплохо разбираетесь в ядах, так? – эльф нахмурился и снова кивнул. – Пожалуйста, скажи, что у меня паранойя, и это вино не отравлено.
Разведчики подошли к столику, по очереди наклонились над графином и осторожно понюхали. После этого Сантиль вынул из кармана небольшой пакетик и что-то насыпал в стоящий рядом бокал, потом налил туда же вина и, полюбовавшись ярко синим цветом получившегося напитка, повернулся к хозяевам. Картэн между тем пристально рассматривал фрукты, затем, вынув из ножен кинжал, разрезал яблоко, лежавшее на самом верху, как только металл коснулся сердцевины, мякоть посинела. Воины переглянулись.
– Как видишь, принцесса, о душевных заболеваниях можно забыть, – развел руками Картэн. – Отравлено не только вино, но и фрукты. А на твоем месте, я бы и цветы не стал нюхать. Это синецвет. Умереть, конечно, ты бы не умерла, но желудком промучилась бы долго. Вообще-то, среди наших дам считается, что это самый простой способ обезвредить соперницу. Пока твоя конкурентка безвылазно сидит в ванной комнате, боясь отойти, я извиняюсь, от унитаза, тебе открыты все пути для соблазнения ее любовника.
На Энатэля было страшно смотреть. Его лицо перекосилось от ярости.
– Кто посмел? – сдавленно просипел он, хватая Лету за плечи, и прижимая к себе, будто пытаясь защитить. – Сантиль, найти негодяйку немедленно, – приказал он.
Разведчики дружно насупились.
– Да за принцессу мы сами ее порвем, – буркнул Картэн.
– Только после того, как ее порву я, – рявкнул принц.
Лета переводила взгляд с воинов на жениха и обратно.
– Спокойно, ребята, полегче, – попыталась она успокоить друзей, они хмуро уставились на нее. – Судя по ауре места, это даже не чистокровная эльфийка, я говорю о той, что принесла все это сюда, служанка, наверное. А вот ту, что готовила яд и хотела сделать мне сюрприз, я могу найти и сама.
Эльфы недоуменно переглянулись, увидев, как на лице принцессы мелькнула ехидная улыбочка. Она поиграла бровями, задумчиво посмотрела в потолок, а затем, сладко улыбнувшись, щелкнула пальцами.
– Ну, вот и все. Вечером мы с вами посмотрим, кто так жаждет от меня избавиться, – хихикнула она.
– И как же мы это узнаем? – заинтересовался Сантиль.
Лета просто лучилась добротой.
– Эльфиечки, чем высокороднее, тем темнее, не так ли? – разведчики и принц снова переглянулись, но кивнули. – Вот я пометила всех причастных к этому заговору в темный цвет. Темно-синий. Надеюсь, им понравится.
И тут эльфы все поняли. Они прыснули, а потом разразились громким хохотом.
– Да, Стелла, теперь я понял, что имел ввиду твой братец Док, когда сказал, что ты «можешь колдонуть, мало не покажется», – вытирая слезы, выдавил Энатэль. – Сантиль, забери это безобразие и запри где-нибудь для верности, как улики. Все, парни, уходим, нашей «великой чародейке» надо отдохнуть. Милая, я вернусь через четыре часа. Проверю, все ли с тобой в порядке. Так что, прими ванну и спать.
– Я на дверь заклятье наложу, кто дотронется до ручки, тот приклеится, – предупредила Лета. – Так что стучи погромче.
Разведчики фыркнули. А принц, поцеловав ее в макушку, улыбнулся.
– Мне теперь никогда не будет скучно, у моей невесты прекрасное чувство юмора, – подмигнул он друзьям.
Лета расслаблено откинулась на край ванны. Хорошо-то как. Теплая вода и душистое мыло сделали свое дело. Очень хотелось спать. Девушка вышла из купели и завернулась в огромную простыню. Только сейчас Лете пришло в голову, что ей совершенно нечего одеть на предстоящий прием у Светлейшего.
Энатэля спрошу, – сонно подумала она, забираясь на постель. – Хорошо, что дверь в гостиную открыта, услышу, когда постучит.
Уже почти засыпая, она по привычке поставила защитный купол вокруг кровати…
Проснулась Лета от тревожного ощущения, и, открывая глаза, успела заметить, как за границей активированного контура гаснет голубоватое свечение.
О! Значит, по дворцу ходят не только стационарными телепортами. Стало быть, магов неприкосновенность личного пространства не касается?! – сделала девушка очевидный вывод. – И кто-то из них побывал сейчас у меня. И еще неизвестно, что бы сделал, если бы я не подсуетилась о защите.
Она сосредоточилась и запустила в угасающую голубую точку хитрый поисковый импульс. Ждать пришлось недолго. Принцесса сотворила прозрачную сферу, и вернувшееся заклинание показало ей высокого седовласого эльфа в зеленой мантии, гневно меряющего шагами огромный круглый зал. Лета впервые видела старого эльфа, лицо его было красиво, но все испещрено морщинами. Если Светлейшему тысяча лет, а выглядит он на тридцать, то, сколько же этому? Девушка чувствовала, что от него исходит мощная, но чуждая ей сила.
Что ж, запомним тебя, незваный гость, – решила про себя принцесса.
В этот момент за дверью послышались голоса, а затем в дверь громко постучали.
– Стелла, открой, пожалуйста, – раздался голос Энатэля.
Лета дернулась, было, в гостиную, но вовремя заметила, что на ней только простыня и не более.
– Сейчас, – крикнула она, мечась в поисках одежды.
Наконец, натянув штаны и куртку прямо на голое тело, она распахнула дверь, и мрачный принц поддержал чуть не упавшую скромно одетую полукровку.
– Надеюсь, ты сможешь снять свое заклятье? Иначе ей придется остаться здесь навсегда, – он указал на девушку, держащуюся за ручку двери.
Лета машинально щелкнула пальцами, и девица со слезами на глазах, осела на пол.
Энатэль одной рукой подхватил ее и втолкнул в гостиную.
– Зачем ты пришла? И кто тебя послал? – сурово обратился он к служанке.
– Светлый принц, я ни в чем не виновата, – прижав руки к груди, запричитала та. – Леди Криэль Сорелли-эф велела мне забрать отсюда поднос с вином, фруктами и цветами, который я принесла сегодня днем.
Эльф нахмурился, видимо, это имя что-то сказало ему. Лета поспешила заступиться за невинную жертву.
– Она говорит чистую правду. И она не причастна к заговору. Я это чувствую, – кивнула принцесса.
– Ну, если ты уверена, – недовольно пробурчал Энатэль. – И что нам с ней делать?
Лета обошла вокруг рыдающей от страха девушки.
– Как тебя зовут? – спросила она.
– Камилла, светлая леди, – всхлипнула та.
Принцесса за ее спиной сделала Энатэлю «страшные глаза» и произнесла строгим голосом:
– Я наложу на тебя заклятие правдивости и преданности. Если ты солжешь мне или попытаешься предать, то умрешь в жутких мучениях, – лицо служанки побелело. – Ты останешься здесь и будешь помогать мне. Или я сейчас же отошлю тебя к твоей хозяйке. Выбирай.
Девушка судорожно сглотнула и тихонько попросила:
– Можно, я останусь с Вами, светлая леди? Я боюсь возвращаться, – ее глаза горели такой мольбой.