- -
- 100%
- +
Глава 1 Плохие новости
Горная местность с валунами, покрытыми мхом. Редкие деревья, солнце в зените, передвигаться с автоматом и снайперской винтовкой, в шлеме и бронежилете тяжело. Я раскрыла карту, зона сужается. Кольцо из силового поля подгоняет. Любой, кто останется в нем больше чем на минуту, погибнет. Мы не идем друг за другом, так делают лишь новички. Я заняла левый фланг, стараясь держаться на высоте, то и дело останавливаясь и просматривая округу в прицел винтовки. Гога – наш фронтмен, класс «защитник», в случае столкновения в лобовой атаке выставит щит, который на несколько секунд ослепит противников спереди, но он подставится, если враг зайдет со спины. На этот случай левый фланг держит Рамон, он идет чуть позади нас, прикрывая тыл. У него есть «сокол» – летающий дрон, который сканирует местность неподалеку, его класс «разведчик». Моя задача – вовремя убрать снайпера и предупредить о вражеской группе впереди, класс «ниндзя» – бесшумное передвижение и автоматический крюк, который позволяет забираться даже в самые труднодоступные места. Эту тактику мы придумали вдвоем с Марком, который года два назад ушел в Мифист; игру с эльфами, волшебниками и прочей бредятиной, которую я ненавижу всем сердцем.
Один матч на целый час, участвуют 50 команд, в каждой по четыре человека, правда, наш новобранец, убив одного врага, не восстановил здоровье и побежал от зоны, но не успел, силовое поле убило его за 10 секунд. Похоже, придется объявлять о наборе в команду. Когда-то в те времена, пока нас было четверо, мы всегда побеждали. Первые места в рейтинговых боях и турнирах, а сейчас…
– Мира, – раздался веселый голос Рамона в наушнике. – Просвети 135 градус, кажется, за нами хвост.
– Принято.
Перебегая трусцой по горному хребту, я добралась до высшей точки и приняла позицию лежа.
Достала снайперскую винтовку, оружие нагрелось под солнцем, от оптики исходил жар, закрыв левый глаз, я начала осматривать местность в указанном градусе. Два дома, один трехэтажный, деревья, небольшой загончик, несколько валунов. Внезапно на третьем этаже я увидела фигуру, которая быстро пробежала в окне.
– Вижу одного, он в доме на третьем, – нажав на наушник, дала отчет я, но на этом осмотр не закончила и взяла чуть левее. Ниже заметила еще одного врага в оранжевых очках, он нагнулся, забирая что-то с трупа, стоит так, словно на прогулку вышел, очередной нуб, похоже. – С ним еще один, они подбирают наши объедки.
– Рамон, бери левее, – тихо проговорил Гога, – Мира, прикрываешь. Я пойду вперед, у нас десять минут, не управимся за это время, окажемся вне зоны.
– Принято, – с усмешкой сказал Рамон.
– Принято, – сухо ответила я.
Гога и Рамон побежали вперед. Им нужно перебраться через речку, обогнуть холм, и там в низине они вступят в бой. Напарники передвигались легкой трусцой, через несколько минут они уже были на вершине холма. Противник в окне еще мельтешил, а второй в оранжевых очках и вовсе присел над трупом. Скоро силовое поле накроет их, почему они не убегают? Да и ведут себя откровенно нагло.
– Гога, – не отрываясь от прицела, прошептала я.
– Слушаю.
– Тут что-то не… – Договорить я не успела, раздались шаги и что-то упало.
Не прошло и трех секунд, как рванула граната. Мне повезло, что враг кидал наугад, иначе бы уже умерла, а так осколками снесло всего треть здоровья, боль пронзила левую ногу. Бросив винтовку, я перекатилась вправо и достала старый макаров. Сдернула затвор, раздался щелчок, который выдал мое местоположение, противник тут же начал вести огонь, ориентируясь на звук. Вдалеке началась перестрелка. Пристав, я заметила голову в шлеме, видимо, враг перезаряжался, самое время. Не раздумывая, спрыгнула вниз, попутно стреляя в противника. Несколько пуль попали прямиком в жилет, одна в плечо. Приземлилась я в пяти метрах от врага, который кувырком попытался уйти от огня.
– Мира, – раздался гневный голос в ухе. – Их трое, прикрывай!
Ответить времени не было. Я побежала прямиком на раненого, уходя в подкате и стреляя в упор. Враг выдернул чеку слеповухи и бросил в меня, едва увернувшись, достала нож и метнула наугад, так как пришлось зажмуриться, чтоб не ослепнуть. Неудача. Противник навалился сверху и замахнулся ножом, поймав его руку над самым глазом, ударила в челюсть и тут же коленом в копчик. Нападающий дернулся вперед, это дало возможность вывернуться и дотянуться до глока, затвор, щелчок и выстрел в упор. Горячие капли крови вперемешку с мелкими осколками костей упали на лицо.
– Мира! – разрывался в ухе голос Гоги. – Прикрывай.
– Сейчас, – задыхаясь, произнесла я, вытягивая руку в сторону возвышенности.
Левая нога болела, а кровотечение медленно высасывало полоску жизни.
Крюк с тросом выплюнуло вверх, зажав кнопку, меня потянуло к креплению. Несколько секунд, и я заняла позицию, навела прицел. Гога в зеленом хаки придерживал щит, за ним прятался Рамон в сером, он время от времени выстреливал, но все безуспешно. Слева заходил игрок в оранжевых очках, справа еще один в маске, а третий вел огонь прям из окна, не давая возможности даже носа показать.
Сердце после стычки все еще колотило, легкие судорожно сжимались. Ребята оказались в западне. Те двое являлись приманкой, третий, видимо, прятался за домом, а четвертый обогнул и зашел с тыла. Поймав в прицел голову врага, который обстреливал из окна, я взяла чуть выше. Глубоко вдохнула, один удар сердца, второй, и перед тем, как сердце стукнуло в третий раз, выдохнула и зажала спусковую скобу. Раздался грохот, отдача ударила в плечо. Минус один.
– Сверху чисто, – доложила я. – Они заходят с двух сторон.
Рамон выбежал вперед, не задумываясь, я бы даже сказала, подставляясь. Он стрелял очередью и не контролировал разброс. Его противник, тот, что в оранжевых очках, даже испугался от такой наглости, он попытался спрятаться за валуном, но одна пуля все-таки нашла его голову. Гога же, выставляя щит, направился на того, что в маске, отстреливаясь одиночными выстрелами, но те все были в цель. В ногу, в торс и последний в голову.
– Чисто, – прохрипела я, нажимая на наушник.
– Мира, почему не доложила, что их больше? – перезаряжая автомат, спросил недовольно Гога.
– Ко мне гость заходил, – перекидывая ремень винтовки, ответила я, на ходу вкалывая адреналин.
Пока ребята бежали обратно, я обыскала труп убитого, забрала несколько обойм с патронами и парочку гранат. Мы снова выдвинулись вперед, зона подступала. Я взглянула на статистику, по числу убийств мы лидировали, осталось еще три команды – одиннадцать человек. Через пятнадцать минут кольцо силового поля сожмется до двухсот метров, и, как показывает практика, выиграет тот, кто успеет занять лучшую позицию. Открыв карту, я увидела, где будет происходить главный «замес».
– Ускоряемся, – нажав на наушник, сказала я.
Мы побежали трусцой, впереди показался небольшой городок, кажется, сегодня буду отстреливаться с крыши.
– Чисто, – послышался голос Рамона.
– Заходим, – откомандовал Гога.
Калашников в руках внушал уверенность. Я зашла в первый дом, дверь легко открылась. Поднялась на второй этаж и едва успела спрятаться за стеной от автоматной очереди. Чертовы кемперы, выбирают себе домик поуютней и сидят в нем, поджидают незваных гостей. Работают всегда с глушителями, забежит так какой-нибудь зевака, и все, как говорится, дозевался, выстрел в голову, и приехали. Тактика, конечно, работает, но где динамика и экшен? Разве не за этим заходить в «Битву Героев»?
В этот раз не повезло бедняге, я бросила ослепляющую гранату и отсчитала несколько секунд. Крохотный взрыв, яркая вспышка света, послышался крик брани, не раздумывая, вышла из укрытия и угостила свинцом крысу.
Собрать с трупа нечего, разве что глушитель неплохой. Я подошла к окну с выбитым стеклом и направила руку с крюком на крышу соседнего дома. Проделав так несколько раз, я выбрала самую высокую точку – церковь. Старый колокол и ветхие веревки, прикрепленные к нему. Достала винтовку, сейчас начнется самая жара. Установив стойку, начала осмотр местности. Противники не заставили себя долго ждать.
– Гога, 253-й градус, – зажав наушник, проинформировала я. – Двое, одного успею снять.
Стрелять из винтовки по двигающейся цели лет пять назад казалось неосуществимым, а сейчас как раз плюнуть. Противники бежали, потом уходили в подкат на колене и подпрыгивали. Эта тактика позволяет остаться в живых, когда в тебя целится снайпер, но не сработает с опытными игроками. Закономерность в повторении движения и выработанное чутье позволяет убрать противника практически без проблем. Я дождалась очередного прыжка, взяла чуть выше. Стук сердца, выдох – враг подпрыгивает, и бум. Грохот и отдача. Минус один. Кажется, он даже не понял, откуда в него стреляли. Ну ничего, увидит потом в повторе своей смерти. Второй тут же скрылся за небольшим камнем, видимо, принял позицию лежа, но это его не спасет, к нему приближался один из самых топовых киллеров. Гога зашел справа, он гуськом начал пробираться к цели. Черт, не завидую этому парню. Тим-лидер – опасный противник, в особенности при столкновении в лоб. Гога тоже прилег. Думаю, прятавшийся даже не заметил его появления. Раздалось два выстрела из дробовика.
– Чисто, – прошептал Гога, вставая и направляясь галопом обратно к домам. – Мира, прикрывай, я возвращаюсь.
– Сокол заметил четверых на 86 градусов, – радостно сообщил Рамон. – Я выдвигаюсь к ним, кину пару дымовух.
– Погоди, – ковыряясь в сумке, зашипела я. – Мне нужно установить тепловой визор.
Чертов Рамон всегда такой. Вечно рвется в бой, ему волю дай, так он и против целой армии в одиночку пойдет. Совершенно не думает о тактике, но надо отдать должное, ему всегда везет, то пуля срикошетит прям в голову противника, то граната в ноги врагу. А один раз он летел на вертолете, увидел целую команду и, дабы не заморачиваться с приземлением, просто спрыгнул с него. Вертолет упал и взорвался прям на команду, а его даже осколками не задело, так только брови подпалил, вот такое у нас вышло первое знакомство.
Пока я возилась с визором, раздалось тихое шипение, за ним другое, едва я закончила, как указанный градус весь в дыму. Устроившись поудобней, прицелилась. Это команда новичков, по крайней мере двое из них точно, потому как второй бежит прям за первым. Нужно дождаться момента, когда их головы сойдутся, как парад планет. Стук сердца, выдох, выстрел. Грохот и отдача. Пуля пробивает черепушку одного и тут же другого. Еще два кила в мою копилку. Тем временем Рамон издевается над врагами, его фигура кружится вокруг них, он стреляет то тут, то там. Двое оставшихся противников в замешательстве, судя по тому, как их подсвеченные сканером тела крутятся из стороны в сторону. Кажется, Рамон достал нож. Он тихо крадется к первому, заходит со спины, зажимает рот одной рукой, второй держит его руку. Раздаются выстрелы, и несколько пуль влетают в своего же союзника. Одно движение, и лезвие ножа разрезает горло. Фонтан крови светится красным, затем оранжевым и желтым, а Рамон вприпрыжку возвращается.
– Чисто, – веселым голосом отчитывается он.
– Не расслабляйтесь, – раздается в ухе серьезный голос Гоги. – До победы еще одна команда. Мира, осмотрись!
Я перемещаюсь, просвечиваю округу и замечаю одного врага, он сидит за камнем, выглядывая и просматривая местность. Без лишних слов снимаю его.
– Еще трое, но их пока не видно, – отрапортовала я, попутно перемещаясь влево.
Минуты тянуться, отсчет до сужения зоны 30 секунд. Сейчас кольцо из силового поля сожмется до 100 метров, кто не успеет зайти в зону, тот умрет в считаные мгновения. Черт, никого не видно.
– Кажется, на 347, – раздается голос Рамона.
Я тут же разворачиваюсь, нахожу нужный градус и вижу двух игроков внутри маленького домика, и едва успеваю заметить блик справа. Раздается грохот, плечо прорезала жуткая боль. Вражеский снайпер занял позицию лежа на крыше двухэтажного дома.
– Меня ранили. – Задыхаюсь от боли и стараюсь остановить кровь, зажимая входное отверстие. – Снайпер, 10 градусов, желтый дом, крыша.
– Попробую снять, – слышу веселый голос Рамона.
– Он мой, – хриплю я, сжимая челюсть от боли. – Займитесь теми, что прячутся в доме.
Плечо горит, руки потряхивает. Встаю на колени, доведу дело до конца любой ценой. Стараюсь держаться ниже. Устанавливаю винтовку на нужный градус, снимаю шлем и на дуле автомата поднимаю вверх. Раздается выстрел. Бросаю оружие и тут же припадаю к прицелу, упираюсь прикладом в раненое плечо. Две секунды, и враг на мушке. Стук сердца, выдох, нажимаю на скобу. Грохот и отдача.
Я падаю на спину и пытаюсь нащупать рукой адреналин. Плечо буквально раздирает, кровь уже пропитала рукав куртки и залила шершавый деревянный пол.
– Сняла? – спрашивает Гога.
– Да, – сжав зубы, отвечаю я, пытаясь остановить кровь.
Вколов в плечо последний шприц адреналина, я услышала звуки перестрелки. Несколько секунд затишья, последний выстрел, и перед глазами всплывает надпись:
«Внимание, боец, Битва Героев завершена! Место в рейтинге 1/50».
Сознание переносит в лобби нашей команды. Плечо больше не болит, и не из-за адреналина. Мы появились как новенькие в своей штаб-квартире, выводим статистику, в ней указанно количество убийств, рядом количество ранений и показатель точности. У меня, как всегда, самый высокий. Не сговариваясь выключаем трансляцию.
Да, мы зарабатываем на играх. Победы в турнирах и удерживание рейтинга, а также онлайн трансляция игры и прочий мерчендайзинг приносят нам деньги, и немалые. Рамон направился к холодильнику. Его аватар – это кудрявый светловолосый юноша. Худощавый, с широкой улыбкой. Гога среднего роста, поджарый мужчина с бородой и хмурым выражением лица.
– Хорошо отыграли, – почти поет Рамон и бросает банку пива, я ловлю ее, попутно приземляясь на кожаный диван.
– Это ты называешь хорошо? – угрюмо спрашивает Гога. – Нас чуть не убили! Мира, это твоя вина, ты должна была просветить их на визор.
– Эй, Гош, не кипятись! – вступается Рамон. – Мы ведь выиграли.
– На меня напали, – спокойно произношу я, сжимая холодную черную кожу дивана. – Мне пришлось отбиваться, скажи спасибо, что вообще живы остались.
– Ты забываешь, Мира, эта игра нас кормит! Впереди региональный чемпионат, а мы так легко попались сегодня. – Гоша никогда не кричал, но сейчас его голос звучал громче, чем обычно, он свел руки на груди. – Не будет побед – не будет спонсоров, а у меня, между прочим, семья, это ты живешь в свое удовольствие.
– Ну так и ты живи, – спокойно произнесла я и отпила глоток шипучего горького пива, которое совсем не похоже на настоящее.
Мы часто вступали в подобные словесные перепалки с тех пор, как ушел Марк и Гоша стал лидером. Я не желала больше выслушивать претензии и, махнув рукой, ушла в свою комнату.
Сенсорная дверь раскрылась. Синие стены приятно расслабляли глаза. Огромная двуспальная кровать с балдахином. Я подошла к шкафу. Посмотрела в зеркало. Ни ран, ни капли крови. Одежка чистая, без дыр от пуль. Темно-каштановые волосы высоко собраны и заплетены в тугую косу. Серые глаза выглядят пустыми и усталыми. Мой аватар – это точная копия меня, разве что губы чуть больше сделала и нос тоньше.
Я поплелась к кровати. Одеяло на ощупь больше напоминает размятый картон. Открыла почту. Множество писем от фанатов и хейтеров. Немного спама. Стоп. А это еще что?
«Здравствуй, Мирослава, это мама! Кое-что случилось, как только прочтешь, дай знать! Я еще не разобралась, как тут всем пользоваться, но нам нужно срочно поговорить!»
Какого черта? С матерью я не общалась уже больше пяти лет, с тех пор как мне стукнуло восемнадцать и я ушла из дома, но она-то ушла еще на пять лет раньше. Конечно, она множество раз пыталась наладить общение, в отличие от отца. Вот только в последний год мать бросила эту затею, видимо, потому что вышла замуж. Ее внезапное письмо, да еще и в игре, насторожило не на шутку. Палец на несколько мгновений задержался над иконкой вызова, но, собрав остатки мужества, я все-таки нажала на звонок. Три длинных гудка и звон колокольчика, оповещающий о том, что соединение установлено. В комнате начала материализоваться голограммная фигура. Пара секунд, и вот передо мной стоит мама. Несколько новых морщин у глаз, похудевшая, но в целом выглядящая все такой же красивой, как я ее запомнила.
– Рада видеть тебя, – улыбнулась она нежно. – Как твои дела?
– Дела идут, а ты все никак не можешь уйти из моей жизни, – безразлично произнесла я, устраиваясь удобнее на кровати.
– Милая…
– Говори, что хотела, у меня следующая игра через полчаса. – Терпение быстро заканчивалось.
– Подожди, – голограмма матери подошла к кровати, ее рука потянулась к моей щеке, но прошла сквозь нее. – Я понимаю твою злость и обиду, но сейчас это не главное…
– Не главное, – повторила я спокойно. – Тогда что главное? Ты бросила меня, это можно считать главным?
– Понимаю, – опустив голову, горько улыбнулась она. – Ты все еще злишься, что я ушла.
– Нет, – перебила я. – Я злюсь не потому, что ты ушла, а потому что ты не взяла меня с собой. Ты оставила меня с отцом и его дурацким «Мифистом», пока эта чертова игра не запустилась, он даже не замечал меня! А после запуска игры он все время посвящал работе, совещания, постоянный контроль серверов, да я видела его только когда он забегал домой, чтоб принять душ и переодеться! На шестнадцатилетние он подарил премиум подписку своей дурацкой игры и капсулу со словами: «Надеюсь, ты оценишь!» – Несмотря на длинную запутанную речь, голос оставался совершенно спокойным. – Я не желаю ничего слышать о нем и его…
– Твой отец умер, – перебила меня мама, опустив голову.
– Умер? – Пытаюсь рассмотреть ее лицо, но мне не удается увидеть его, когда я произношу следующую часть. – Для меня он уже давно умер.
Голограмма отвернулась, кажется, она смахнула слезу. Жаль, я не смогла насладиться ее болью, это принесло бы мне удовольствие.
Отец мертв. Но я ведь еще два дня назад видела новости, он рассказывал про обновление, которое должно запуститься через несколько месяцев. Отец выглядел уставшим, но вполне здоровым. Голограмма матери повернулась, теперь она выглядела осунувшейся женщиной, плечи согнуты, словно целый груз мира несла на них.
– Это несчастный случай, – тихо прошептала она. – Взрыв в серверной, говорят, напряжение скакнуло… Произошел пожар, он пытался затушить его, но сервера взорвались. Это произошло сегодня утром. Через три дня будут похороны. Если тебе нетрудно забыть про свои обиды на этот день, приезжай, думаю, он был бы признателен тебе.
– Признателен? – напустив безразличный вид, произнесла я. – Ему уже плевать…
– И все же… – Голограмма попыталась снова дотронуться до моей щеки, но я быстро нажала на кнопку сброса.
Призрачная фигура матери исчезла, а я пыталась вдохнуть, словно меня перенесли в вакуум. Раздалось протяжное гудение системы, перед глазами побежали строчки:
Внимание! Запущено аварийное отключение капсулы! Пожалуйста, завершите все дела в «Битве Героев»! Отключение от системы произойдет через: 30… 29… 28…
Что за?.. Я живу одна, некому запустить аварийное отключение! Что происходит? В голову сразу же полезли самые жуткие мысли, неужели меня грабят, а может, пожар? Нет, при изменении давления или температуры капсула не отключается, а наоборот, предупреждает о возникновении чрезвычайной ситуации и не выпускает пользователя, пока не прибудут спасатели. Тогда что происходит?
3… 2… 1…
Я готовилась к самому худшему варианту, но то, что увидела, когда крышка с тихим гудением отъехала, заставило меня просто замереть.
Черное и холодное дуло глушителя уперлось в лоб. Аккуратно причесанный мужчина с затемненными очками кивнул, призывая выбраться из капсулы. Я машинально подняла руки в сдающемся жесте и нервно закусила губу. В спальне находились еще несколько мужчин бандитского телосложения и один худощавый старик, сидевший за столом, в руках он держал небольшой кейс из коричневой кожи.
– Добрый вечер, Мирослава, – хриплым голосом заявил старик.
– Не такой уж он и добрый, раз вы здесь, – медленно выбираясь из капсулы, произнесла я спокойно.
Тот, что угрожал пушкой, ударил по ноге, и я тут же упала на колени. Я сотни раз умирала от пулевых ранений, а сколько раз в меня целились, уж и не сосчитать, но то было в игре. Сейчас же дуло пистолета упиралось в затылок в реальной жизни. Руки начало потряхивать, пришлось с силой сжать кулаки и впиться ногтями в кожу, боль отвлекает от паники. Старик по-доброму улыбнулся, видя, как меня начинает потряхивать.
– Не волнуйся, – прохрипел он, открывая кейс и доставая какие-то бумаги. – Как только ты подпишешь эти документы, мы уйдем! – Толстая стопка белых листков упала предо мной.
– Что это? – поднимая с пола белые листы, спросила я, не сводя взгляда со старика.
– Отказ от наследства. – Старик протянул черную ручку старой морщинистой рукой. – Всего три подписи, и мы исчезнем, как тьма на рассвете…
Глава 2 Спасение?
– Какое еще наследство? – недоумевала я, глядя на старика. – Неужели умерла троюродная бабушка в Швейцарии?
Болезненный удар обрушился на мой затылок, и я рухнула на блестящий холодный линолеум, сжимая голову.
– Чувство юмора в столь неприятной ситуации весьма похвально, – бросив ручку, подытожил старик. – Но не советую затягивать с подписанием, мы своего добьемся в любом случае, а вот остаться целой и невредимой – это в твоих интересах!
Сознание помутилось, противный звон застыл в ушах. Что происходит, о каком наследстве они говорят, в конце-то концов?
Отец! Среди мечущихся в хаосе мыслей всплыло верное слово. Мать сказала, что он умер сегодня утром… Значит… Ну, мозги, работайте, хватит разбрасываться картинами смерти!
Контрольный пакет акций на «Мифист» принадлежит отцу, если он умер, значит теперь по праву прямого наследника акции достаются мне? Если это так, то старик хочет, чтоб я отказалась от прав на «Мифист». Проклятье!
Сжав челюсть до скрежета, я с вызовом глянула на старика:
– Значит, пожар в серверной не случайность? Это вы подстроили его смерть?
– Кто знает, – лукаво улыбнулся он, и мелкие морщины пролегли под его глазами. – Подписывай. – Удар в живот выбил воздух из легких, и я закашлялась.
Дотянувшись до ручки, с силой сжала ее, словно рукоять ножа, мечтая как минимум выбить глаз этому вредному старику, но где-то в прихожей заскрипела дверь. А это еще кто? Один из шайки бандитов опоздал на разборки? По встревоженным лицам поняла, что это не так. Гостей эти люди не ждали. Зализанный мужик в затемненных очках кивнул одному из напарников, призывая того проверить.
– Ты кого-то ждешь? – задумчиво спросил старик, поглядывая, как скрывается за дверью один из бандитов.
– Да, разносчика газет, – огрызнулась я. – Должен зайти с минуты на минуту и принести весть о том, что я ничего не собираюсь подписывать.
В прихожей раздался грохот, удар, и что-то громоздкое рухнуло на пол. Зализанный мужик тут же схватил меня за волосы и приставил дуло к виску. Старик резво вскочил и спрятался за накачанным бандитом. Через несколько секунд дверь в спальню тихонько скрипнула, и тут же бандиты начали стрелять, превращая дерево в решето.
– Хватит дырявить мою дверь! – закричала я, пытаясь вырвать волосы из лап зализанного.
Все, что осталось от двери, тихо отъехало в сторону, на пороге стоял обстрелянный напарник бандитов, через секунду его тело грузно опустилось на колени, а за ним жилистый мужчина с повязкой на лице. Еще до того, как кто-либо в комнате опомнился, он выстрелил в голову в зализанного, затем сделал кувырок и наделал дырок в двух оставшихся амбалах, оставив старика напоследок. Подойдя вплотную к злому дедуле, он наотмашь ударил его рукоятью пистолета и, как только тот свалился, выстрелил в сердце.
Я стояла посреди кучи трупов, обрызганная кровью зализанного бандита, и готовилась тоже получить пулю в лоб, но мужчина снял повязку с головы и по-дружески улыбнулся. Коротко остриженные волосы и острый пытливый взгляд карих глаз.
– Ну что, в бой? – кивнул он на остатки двери.
Все еще не смея пошевелиться, я смотрела на забрызганные кровью стены спальни, продырявленную дверь и не могла понять, что происходит. Видя мое состояние, мужчина потер щетину, надул щеки и на выдохе продудел какую-то мелодию. Взяв меня за руку, он быстрым шагом поспешил к выходу. Очнулась я только на улице, когда предо мной открылась дверь черного джипа. Может, это свежий воздух так подействовал, или то, что я покинула квартиру с трупами, но сознание в момент прояснилось.