Сломай меня, если сможешь. Дилогия
- -
- 100%
- +
– Да, вы что, спятили оба?!
– Это же весело, Лер. – Ответил Денис, на мою недовольную реплику.
– Это не весело, останови машину!
– Что? – Спросил парень, даже не посмотрев в мою сторону, ни разу.
Я видела, как изредка, он ухмылялся, делая вид, что их «игра», действительно веселая.
– Я сказала, останови машину.
– Не говори глупостей, на улице дождь.
– Мне плевать, останови машину! – Я крикнула, ударив рукой по панели машины. Я раньше так не делала, но мне понравилось, быть настойчивой, кричать, это принесло облегчение, в какой-то степени и еще, это, наконец, привлекло внимание Дениса, который остановил автомобиль на первом ближайшем месте, где это было разрешено, хоть в этом случае, он последовал правилам дорожного движения.
Брюнет смотрел вперед и ничего не говорил, на протяжении нескольких секунд, а потом повернул голову в мою сторону.
– Я не знал, что ты боишься скорости, извини.
– Пф.. Я не боюсь, но ты думаешь это весело?
– Да это, весело, мы часто так делаем.
– Делайте это сколько угодно, но я не хочу в этом участвовать.
Я резко дернула ручку и покинула машину, хлопнув при этом дверью, мне кажется, это уже вошло в привычку. В ту же самую секунду, как я вышла на улицу, я почувствовала себя полной идиоткой, дождь лил, без какого-либо намека на прекращение, я стояла уже вся промокшая до ниточки и продрогшая, не май месяц все-таки. Я надеялась, что Денис выйдет из машины и насильно затолкает меня в нее, но этот парень не оправдал моих надежд, он просто завел автомобиль и уехал, а я лишь, проводила его взглядом. Что ж, отлично, лучше не бывает. Повернув голову в обратную сторону, пытаясь разглядеть и тормознуть хоть какой-нибудь транспорт, на котором можно было добраться до дома, я увидела, не совсем, то, что ожидала. В пару метрах от меня стояла Романовская тачка. Он что меня там стоит, ждет? О, ну уж нет, я не пойду к нему в машину. Черт, я мокрая, я замерзла и мне не на чем добраться до дома, я чувствовала себя полной дурой, в данный момент. И что же мне делать? Черт, черт, ладно, я сделаю это, это же так просто. Ох, нет, это совсем не просто, но я все же пошла в сторону машины Кирилла, молча открыла переднюю дверь и присела на кресло. Это было жутко неудобно, и не в плане физической не комфортабельности, а в плане того, что я сейчас перешагнула через себя и наглым образом залезла в эту идиотскую тачку. Я сделала это быстро, молча и с надменным взглядом, будто так и положено, скорее всего, это выглядело смешно и глупо, но мне плевать, я просто замерзла.
– Кхм.. Могу я поинтересоваться, что ты здесь забыла?
Я медленно повернула голову в сторону Кирилла, оставляя при себе все тот же надменный взгляд.
– Ну, ты едешь домой, а мне не на чем добраться, все сходится.
– Сходится, что, Ермакова?
– Ты что и правда, такой тупой? Заводи машину, я замерзла.
Я и правда очень замерзла, моя одежда и волосы были мокрыми, насквозь, пальцы на руках слегка дрожали, и все о чем я сейчас мечтала, так это снять с себя все и укутаться в теплое одеяло.
– Ты вообще офигела, дегенератка? Выйди из машины. – Лицо Кирилла выглядело довольно-таки, серьезным, и я не думаю, что он шутил, произнося это.
– Пошла, отсюда вон. – Спокойным тоном, сказал Романов, глядя мне в глаза.
На это раз, я решила не отступать, я не буду выходить, пусть думает, что хочет, пусть я буду выглядеть жалкой, но я не выйду отсюда. Я сократила расстояние между нашими лицами почти до минимума, и ответила на его злобный, прожигающий, взгляд.
– Я не выйду отсюда, если только ты не вытолкнешь меня сам.
Его глаза сузились, но не прекращали смотреть на меня. Расстояние между нашими лицами было настолько маленькое, что я ощущала теплое дыхание Кирилла и он, вероятно, мое тоже, хотя сейчас, я уже в этом сомневаюсь, потому что мне кажется, что в какой-то момент я перестала дышать.
– Ты бросаешь мне вызов?
– Да.
– Зря ты это сказала, тупица. – Романов резко отстранился и, открыв свою дверь, вышел из машины. Быстро, обойдя ее спереди, он распахнул дверь с моей стороны и схватил меня за руку.
– Что ты делаешь? – Возмущенно прокричала я.
– Ты настолько не блещешь умом, что думала, я не смогу тебя вышвырнуть? – Он дернул меня за руку, со всей силы, тем самым, вытащив на улицу.
Дождь все также продолжал лить, мы с Кириллом стояли на обочине, возле машины, теперь, оба мокрые насквозь. Он стоял так близко, смотрел на меня устрашающим взглядом, а потом резко отпустил мою дрожащую руку, которую до сих пор сжимал в своей ладони, и ускоренным шагом, направился в сторону водительской двери своей «мазды».
– Я действительно думала, что ты этого не сделаешь.
Романов остановился, но не обернулся, он стоял полу боком, словно замер на месте.
– Я надеялась. Даже не из-за того, что я сильно замерзла, а просто потому.– Я замолчала, потому, что я чувствовала, что к моему горлу подступает комок горечи, разочарования и боли, да еще и дождевая вода заливалась мне в рот. – Потому что, я надеялась, что ты не такое дерьмо, каким пытаешься себя выставить. Ты ведь не такой, ты не такой, каким пытаешься быть. Я знала, тебя другим, это не можешь быть ты.
– А может ты меня и не знала вовсе? Эта мысль никогда не залетала в твою тупую голову? – Кирилл обернулся и, кажется, смотрел на меня, хотя я не была уверена, из-за этого дождя, расстояния между нами и пелены слез, застилающей мои глаза. Сейчас, я была как никогда, рада этому дождю, потому что если я вдруг расплачусь, это будет хотя бы незаметно.
– Я такой, какой я есть, ты совсем не знаешь меня. То, что я делаю, доставляет мне удовольствие, потому что я – это я. – Его голос повышался, и я слегка вздрагивала от того, как он произносит каждое слово, по отдельности, выделяя и обрамляя негативом.
– Это не правда.
– Да заткнись ты уже! Почему я вообще тебя слушаю?
– Без понятия, тебе лучше знать.
Кирилл взял свою голову обеими руками и, наклонившись, прислонился лбом к крыше автомобиля.
– Ненавижу тебя, тварь, – пробормотал он и, подняв голову вверх, взъерошил свои мокрые волосы.
– Взаимно. – Сказала я, и Кирилл, посмотрев на меня в последний раз, залез в машину, громко хлопнув дверью, что заставило меня содрогнуться. Буквально, через три секунды, я уже провожала серебристую «мазду» взглядом, наполненным слезами. Мне хотелось плакать, кричать, бить, колотить, топать ногами, но все, на что я сейчас была способна, это стоять еще какое-то время, как вкопанная. Как я могла в нем сомневаться? Каждый раз, когда он делал какую-то гадость, у меня была надежда, надежда на то, что где-то внутри этого зверя, все еще есть тот мальчик Кирюха. Я, наверное, действительно глупа, раз цеплялась за эту надежду. Я не могла ненавидеть его, потому что я ждала, что произойдет, что-нибудь хорошее, я искала любой повод, чтобы отказаться от этой ненависти, потому что я не хотела его ненавидеть, но теперь ненавижу, я действительно испытываю это ужасное, мучающее меня чувство. Каждое хорошее воспоминание о Романове, не заслуживает иметь место в моей голове, сегодняшний день это доказал. Я должна была это понять еще в тот момент, когда он сорвал браслет с моей руки или еще раньше, когда он сломал мой велосипед, или выбросил свой, а потом прославил меня шлюхой, на половину универа, наверное, теперь стоит сказать ему спасибо, за то, что меня больше не обзывают. Когда я порезала ногу, и Кирилл пришел мне на помощь, я почувствовала, что достучалась до него, пробила брешь в его стене ненависти ко мне, но я ошиблась, больше я на это не, куплюсь, пусть катится ко всем чертям. Я действительно ошиблась в нем, я совершенно не знаю, что это за человек.
Дождь немного поутих, и я, наконец-то, поймала такси и поехала в сторону дома, в который мне совершенно не хотелось возвращаться, но я настолько продрогла, что уже было, почти плевать.
Глава 9
Возможно, когда-то было время, когда бы я пожертвовал собой.
Когда-то в прошлом, мне было наплевать.
Но вот мы здесь, так что ты хочешь от меня?
(Adam Lambert feat. Pink – What do you want From Me?)
– О, господи. Лера, ты вся дрожишь, тебе нужно переодеться, иди скорее в ванную, я принесу тебе сухую одежду.
– Я знаю, мам, просто дай мне пройти, наверх.
– О-у, извини, милая, конечно.
Мама отошла в сторону, а я побежала вверх, по лестнице. Войдя в ванную, я быстро стянула с себя всю одежду, включила горячую воду и, завесив шторой ванну, погрузилась в теплую воду, наполняющую керамическую емкость. Это настоящее блаженство, быть в тепле, так расслабляет. Я закрыла глаза и, задержав дыхание, погрузилась под воду, с головой, почти на целую минуту. Я была измотана, опустошена и расслаблена, в данный момент, мне казалось, будто я находилась между небом и землей, какое-то не реальное ощущение пустоты и полного безразличия, но вот пришел момент, когда пора было спуститься на землю, вернуться в реальность и осознать всю степень своей никчемности.
– Я оставила теплые вещи у тебя на кровати, милая.
– Хорошо, мам, спасибо.
Войдя в комнату, я улыбнулась, увидев на своей постели, красную махровую пижаму с лягушками, которую подарила мне бабушка, не задолго, до смерти, и теплые шерстяные носки в тон к пижаме. Я сбросила с себя влажное полотенце и натянула данный наряд. Вообще то, раньше я не носила эту пижаму, берегла, потому что это был подарок бабушки, и сейчас мне в нем особенно тепло.
Спустившись вниз, я забрала сумку, которую в спешке, бросила у выхода, и достала оттуда свой телефон, как ни странно, ни одного пропущенного звонка, но висело одно смс.
– Ты обещала позвонить, когда будешь дома. Неужели, все еще катаешься с этим красавчиком?
Ух, Лизка, я совсем про нее забыла. Ага, знала бы она, как я покаталась, да еще и этот красавчик, козел. Ну, конечно, что еще можно ожидать от друзей Кирилла? Хотя, я сама виновата, в случае с Денисом, наверное, я дура, потому что не позволила ему довезти меня до дома.
– Алло.
– Лера, я ждала твоего звонка.
– Извини, я так замерзла, что придя домой, сразу побежала в ванную.
– Да, ладно не извиняйся. Ну, что? Вы целовались? Как он?
– Эм.. Что? С кем? Нет!
– С кем, с кем, с Денисом конечно, не с Кириллом же.
– Нет.
– Жаль, он красавчик, и ты ему нравишься, я сразу заметила.
– Ага, я так ему нравлюсь, что он оставил меня одну на трассе, под проливным дождем.
– Что? Ты шутишь?
– Не-а.
– Вот, придурок. Как ты?
– Я нормально, а ты?
– Да, я то, что, у меня все как всегда, все хорошо, скучная однообразная жизнь. Слушай, Лер, моя соседка по комнате пришла, нужно помочь разобрать пакеты с продуктами. Общий холодильник, и все такое.
– Я понимаю, до завтра.
– Пока.
Подойдя к двери своей комнаты, я услышала монолог Кирилла, доносящийся из его спальни, скорее всего это был диалог, видимо он просто говорил по телефону, раз я слышала только его голос. Сейчас мне кажется, что подслушивание чужих разговоров, уже вошло в мою привычку. Я подошла чуть ближе и решила остановиться у двери в ванную комнату, чтобы не рисковать и на случай чего, заскочить туда.
***
– Да, конечно… Нет, правда, все в порядке… Ты мне не доверяешь?.. Если бы ты хотела, то приехала… Отец на работе, как всегда… Да, мы справляемся… Почему мы говорим о нас? Как ты? Как Америка?.. Здорово, я рад за тебя… Я смогу приехать на каникулах… Отец не может мне запретить… Нет, мам, у меня нет девушки, да и вообще это личное… Она в порядке, почему ты спрашиваешь?.. Нет, мам, если у меня и появится девушка, в ближайшее время, то это точно будет, не она… Я не кричу, просто сейчас, у нас не лучшие отношения… Я знаю, мам, но это сложно… Нет, мы не ссорились, почему столько вопросов о ней? Хочешь разговаривать о ней, звонила бы ей, а не мне… Хорошо, прости, я просто не хочу обсуждать это…
Это было то, что я услышала, потом, я решила, что нужно уйти, иначе, рискую быть пойманной.
Он говорил с мамой, я давно не видела ее, мне кажется, она расспрашивала обо мне, не знаю почему, но я так думаю. Спокойный тон Кирилла, каждый раз сменялся агрессивным, как только речь заходила, вероятно, обо мне. Эх, снова я лезу не в свое дело, любопытство меня погубит. Ну да ладно. Значит, он собирается в Америку на каникулах? Хм, а может мне стоит подумать о том, как сорвать этому гаду поездку? Черт, тогда получается, я сделаю гадость не только ему, не хочу расстраивать теть Наташу. Да и что я могу придумать?
Решив отвлечься, мне захотелось послушать музыку, я открыла верхний ящик своего комода, чтобы достать диск с коллекцией любимых песен, и спустя несколько минут поисков, я обнаружила, что его нет. Куда он мог задеваться? Он всегда лежал на одном и том же месте, между чистыми листами для рисования и «Великим Гэтсби», я не могла положить его в другое место. Измеряя комнату, мелкими шагами, я вспоминала события прошлых дней, а точнее, тех моментов, когда я проводила время в комнате и брала этот диск. Когда я дошла до двери, продолжая гулять по комнате, я услышала музыку, звук которой, набирал обороты. На минуту я остановилась, чтобы послушать. Звуки, которые становились все громче и громче, доносились из комнаты Кирилла, а я продолжала слушать дальше. Этого не может быть, нет, он бы не посмел. – Хах, ну конечно бы, он посмел, – фыркнула я, себе под нос.
Сначала я подумала, что это просто совпадение, что у Романова, точно такая же музыка, может он записал себе диск или слушает ее на компьютере, но спустя некоторое время, я поняла, что это не может быть совпадением. Сначала «In This Moment – Blood», потом «Bring Me The Horizon – Can You Feel My Heart», а теперь «Lana Del Rey – Hit And Run». Да еще и в точно таком же порядке, я помню каждую песню на этом диске, и, черт возьми, он ненавидит песни Ланы. – Это, точно мой диск, – с этими словами я вылетела из своей комнаты и ворвалась в комнату Кирилла, как ненормальная. Я совсем забыла, что на мне была все та же пижама с лягушками и носки в тон, но мне было плевать, я была жутко зла и, возможно, не потому что он взял мой диск, а потому что, он шастал по моей комнате, и почему она вообще не закрывается?
В тот момент, когда Кирилл увидел меня, играла композиция Адама Лэмберта в дуэте с Пинк «What do you want from Me?», Да уж, как раз вовремя, «Что ты хочешь от меня?» именно об этом, наверное, сейчас и думал Кирилл, и я почти угадала. Романов стоял у окна, в пол оборота, когда вновь начался припев песни, Кирилл полностью развернулся лицом ко мне, сделав два шага вперед, он остановился у боковой части своей кровати, заправленной синим покрывалом, в тон обоев на стенах. Синий – любимый цвет Кирилла, он ассоциируется у него с небом, а небо – со свободой, по крайней мере, это он мне так говорил, именно поэтому наши браслеты и бейсболки, были синего цвета. Ехидная улыбка, сверкающие, наглые глаза и "What do you want from Me», фраза, которую я прочла по его губам, это все, что я сейчас могла видеть перед собой.
Yeah, it's plain to see. – Да, все ясно.
That baby you're beautiful. – Что, ты прекрасна, милая.
And it's nothing wrong with you. – Дело не в тебе.
It's me – I'm a freak. – Дело во мне – я чудак.
But thanks for lovin' me. – Но спасибо, что любишь меня.
Cause you're doing it perfectly. – Потому что ты делаешь это прекрасно.
Я знала, эту песню наизусть, как в принципе все, на этом диске, но ни одна из них не звучала, как-то по-особенному, как звучала эта, на данный момент. Мой английский оставлял желать лучшего, но только не для этих песен, я знала слова и перевод каждой из них, в этом мне помог интернет и, конечно же, Кирилл, который и записал мне этот диск и помогал с изучением английского, с которым у него было все отлично, в отличие от меня.
– Я не люблю тебя, – еле слышно, сорвалось с моих губ, после того, как закончился куплет.
– Что? – Кирилл рассмеялся, и то, что я сделала в следующий момент, было совершенно сумасшедше глупым и в какой-то степени, отчаянным поступком. Я набросилась на Романова и, завалив его на кровать, начала колотить его кулаками в грудь. Он пытался убрать мои руки, не причиняя при этом особой физической боли, но я вцепилась одной рукой в его волосы, а другой продолжала колотить, и уже не в грудь, а куда попало.
– Ты, придурок! Ты взял мой диск, ты стащил его, вор!
– Эй, успокойся ненормальная! – Пытался выговорить он, пока я сжимала его рот своей рукой, это выглядело странно, и мне даже хотелось рассмеяться, в какой-то момент, но я была слишком зла.
Кирилл заломил мне руки, и завел их мне за спину, крепко сжимая своими, но мои ноги еще были свободны и поэтому я начала брыкаться ими.
– Ты что совсем одичала, Ермакова?! Я сделаю тебе больно, если ты не прекратишь дергаться, как уж на сковороде.
– Обычно, ты не предупреждаешь, когда собираешься, делать мне больно. – Прошипела я сквозь зубы, и поняла, что сейчас самый подходящий момент, сделать что-нибудь не решительное. Я продолжала брыкаться, и когда самовлюбленный индюк попытался зажать мои ноги, между своих, чтобы я не дергалась, я со всей силы, с которой только могла, ударила его в одно чудесное место, которое запомнит этот удар, наверняка надолго. Кирилл громко закричал и разжал свои руки и ноги, при этом отпустив меня. В этот момент, я услышала мамин голос и резко подскочила с кровати, а точнее с Кирилла, на котором я лежала.
– Что вы здесь устроили, молодые люди?!
– Он украл мой диск! – Она избила меня! – Так получилось, что мы с Романовым, корчившимся от боли, на кровати, произнесли это, в один голос. Я сделала насмешливое выражение лица и посмотрела на Кирилла, при этом фыркнув, после чего я подошла к его компьютеру и вытащила диск из дисковода. Я снова подошла к кровати и слегка нагнулась, уставившись глазами в глаза этого придурка.
– Это принадлежит мне. – Сказала я, покрутив диск у него перед лицом.
– Лера! – Крикнула мама.
Я молча развернулась и направилась к выходу. Да, мама действительно была не в восторге от увиденного, видимо, она так перепугалась наших криков, что прибежала с кухни с половником в руках, которым, вероятно, ей хотелось меня стукнуть, когда я выходила из комнаты.
Глава 10
Возвращаясь в комнату, я увидела, что мама следует за мной.
– Маам, кухня дальше.
– Заходи и закрывай за собой дверь, Валерия Александровна.
В этот момент, я поняла, что меня ждет разговор, и это не что-то в стиле «Лера, ты забыла вымыть посуду», а гораздо серьезнее. Когда я слышу от мамы свое полное имя, я уже знаю, что должна к чему то готовиться. Мама присела на кровать и жестом, указала мне, чтобы я присела рядом, но я решила, что лучше возьму банкетку и устроюсь напротив.
– Что происходит, Лера?
Голос мамы был встревожен, и мне стало не много не по себе, не люблю, когда мама расстроена или обеспокоена чем-то, поэтому чаще всего, я стараюсь не огорчать ее и не посвящать в неудачи своей жизни.
– О чем ты?
– Ты знаешь.
– Он трогал мои вещи, мам.
– Я не об этом, Валерия.
– Мам, давай не будем, пожалуйста. Сейчас я хотела порисовать, и еда на плите уже должно быть подгорела.
– У меня на плите уже ничего нет, и ты не рисуешь, причем давно.
– Откуда ты.?
– А как ты думаешь, кто убирается в твоей комнате? Куда деваются все скомканные листы бумаги, которые ты швыряешь в угол? Совсем свинарник развела, но сейчас не об этом. Нужно быть сдержанней, милая. Я не знаю, что у вас с Кириллом, и что вы не поделили, но со временем это пройдет. Как вы справлялись раньше? Переходный возраст, такое ощущение, что вы оба, только что вступили в стадию его развития.
– Это не переходный возраст мам, просто один из нас не может справиться с кое-чем, а именно со своим прогрессирующим идиотизмом, и ты наверно догадалась, что я имею в виду не себя.
– Лера!
– Что? Мам, что?
– Ничего, я просто хочу, чтобы вы смогли стать семьей, настоящими братом и сестрой, кем вы были раньше.
– Мы никогда не были братом и сестрой и никогда не будем ими.
– Я надеюсь, это вопрос времени.
Я фыркнула и отвела глаза в сторону.
– Ты разговаривала с отцом? -Спросила мама, спустя минуту молчания, и по моему телу пробежала дрожь, мне до сих пор было больно осознавать, что родители развелись.
– Да, эмм.. Я звонила ему, однажды, он был слишком занят, и мы толком не поговорили. Он сказал, что работает в Москве, у его друга процветающая строительная фирма, папа помогает ему, он много работает. – Я говорила это маме не только для того, чтобы она знала, что у папы все в порядке и он теперь в Москве, и наверняка, неплохо зарабатывает, я говорила это, скорее для себя, чтобы осознать всю степень того, что он настолько занят, что ни разу не позвонил мне.
– Хорошо, он молодец, он справится.
– Я знаю, но это не изменит того, что ты его бросила.
– Лера, пожалуйста.
– Извини, мам.
– Ну что, я пойду, отдыхай. Я, надеюсь, у тебя получится, нарисовать что-нибудь, в этот раз, и мне не придется, снова, собирать твои бумаги. – Сказала мама, вставая с кровати, и мы обе засмеялись.
– Мам.
– Что?
– Ничего, – улыбнулась я, и мама скрылась за дверью моей комнаты.
На самом деле, я хотела, снова завести тему, проживания в студенческом общежитии, но потом подумала, что возможно, сейчас и не хочу этого так сильно, как в первые дни учебы. Да и к тому же, не хотелось расстраивать маму и ссорится с ней. Я уже взрослая, я должна справляться со своими проблемами сама, а не бежать от них или впутывать маму.
Мысли путались в моей голове, сменяя одну за другой, я валялась на кровати и слушала музыку, вспоминая сегодняшнюю стычку с Кириллом, и я даже, снова пыталась рисовать, думаю, большая лужа грязи, не совсем то, что нужно, но уже прогресс есть. Мысли, мысли, мысли, они переполняли мою голову. Многие скажут, это нормально, что человек думает, но не тогда, когда восемьдесят процентов этих мыслей, занимает идиот, отравляющий тебе жизнь, и самый главный вопрос, мучающий меня с того самого дня, когда мы с Кириллом впервые встретились, после двух недель игнорирования и избегания, так это «Что я ему сделала?». Самый разумный ответ, который приходил в мою голову, так это то, что Романов спятил, потому что, я прокручиваю в своей голове, каждый момент тех ушедших дней, и я не могу вспомнить, чего-то плохого, что бы, я могла сказать или сделать по отношению к нему.
В начале лета, я узнала, о том, что отец Кирилла и моя мама встречаются, это было для меня, мягко говоря, шоком. Я помню, как Кирилл приехал ко мне в тот самый день. Я, как обычно ждала его на лужайке, чуть выше сада, моего дома. Я жутко нервничала, я не знала, знает ли он, и какова его реакция, если он уже знает, и как он теперь поведет себя со мной.
Все было довольно странно, Кирилл не выглядел особенно, расстроенным, он как всегда улыбался, и его глаза, казалось, не излучали никакого огорчения, обиды, или еще чего-то плохого. Признаюсь, это подняло мне настроение и избавило от чрезмерного волнения.
– Ты знаешь? – Спросила я, опустив голову вниз.
– Да, я знал еще вчера, – спокойно ответил Кирюха.
– Что? И ты не сказал мне? – Я улыбнулась и слегка двинула его в плечо.
– Они просили не говорить, твоя мама боялась тебя расстроить, да и я не хотел, чтобы ты узнала, что наши родители кхм.. Ну, ты понимаешь, от меня.
– Эй.– Я снова двинула его, и он двинул меня тоже, а потом мы оба рассмеялись.
– Ты выглядишь расстроенной.
– Мама сказала, что скоро мы переезжаем к вам.
– Эй, я не понял. Ты не рада, что мы будем жить в одном доме, и мне не придется вставать в пять утра и крутить педали до твоего дома?
– Я рада, просто, я расстроена из-за папы.
– Я понимаю, Лера. Мои родители тоже развелись, ты же помнишь, было тяжело, но я справился, ты помогла мне, и ты справишься, потому что я помогу тебе.
– Ты сильный.
– Ты тоже, – ответил он, и снова двинул меня в плечо. – Я бы с тобой не общался, будь это, иначе. Ты сильная, Лер, все будет хорошо, вот увидишь.
Это был последний день, когда мы вот так вот разговаривали. Последующие три дня, я все так же ждала его, на той же самой лужайке, но Кирилл так и не приехал, ни на третий, ни на четвертый день, ни на все последующие. Я звонила ему, но он не отвечал на мои звонки, в итоге я решила, что должна поехать к нему домой.
Владимир Николаевич, встретил меня, как всегда, тепло, правда раньше, я отвечала взаимностью, но сейчас, я вела себя немного скомкано и раздраженно.