LUNA: Эхо Новой Жизни

На кухне её уже ждала Лира. Она сидела за столом, лениво листая голографический журнал, но стоило Стейси войти, как девушка тут же расплылась в улыбке.

— О, наконец-то! Садись, всё остынет.

Стейси буркнула что-то невнятное и, подойдя к столу, по-хозяйски, широко расставив ноги в свободных пижамных штанах, рухнула на стул, собираясь потянуться за гренками. Лира замерла. Её взгляд медленно опустился под стол, оценивая эту максимально развалистую, истинно мужскую позу Стейси, а затем она со вздохом подняла глаза.

— Стейси...

— Чего? — недовольно отозвалась та, набивая рот едой.

— Ты в пижаме, конечно, но сидишь так, будто под тобой боевой глайдер, а в руках крупнокалиберный пулемёт. Поскромнее нельзя?

Стейси замерла с куском хлеба в руке. Медленно сообразила, как глупо выглядит со стороны её привычная «пацанская» посадка в тонком девичьем теле, и поспешно сдвинула колени вместе. Парень внутри неё в этот момент готов был пробить ладонью собственный лоб. Будь на ней юбка — вообще был бы позор на весь особняк.

— Спина затекла, — буркнула она, пытаясь оправдаться.

Лира мягко усмехнулась, отпивая кофе. За прошедшие сутки Лира оказалась единственной, кто не требовал от Стейси безупречности каждую секунду. Все остальные в этом огромном доме Наксория — от молчаливых слуг-андроидов до вечно строгих наставников — смотрели на девятнадцатилетнюю девушку исключительно как на лицо рода, которое обязано быть идеальным.

— Ты главное перед главой дома так в час дня не сядь, — полушутя заметила Лира, но в её глазах мелькнула тень серьёзности. — Обед будет официальным. Кузены, старейшины, все ветки рода соберутся.

Стейси внутренне поморщилась. Женщина, которую прежняя Стейси считала матерью, принадлежала к одной из старших ветвей Наксория и официально числилась её приёмной опекуншей. Но над всеми ветвями стоял единый глава Дома — человек, перед которым даже она не смела спорить.

Оставшиеся до обеда часы потянулись для Стейси как изощрённая ментальная пытка. Огромный, напичканный технологиями замок Наксория буквально давил своим пафосом. Системы умного дома то и дело сбоили, реагируя на её резкие, угловатые движения. Пытаясь налить воды из сенсорного крана, Стейси слишком грубо дёрнула рукой — и умная панель, распознав «агрессивное намерение», выдала струю ледяного пара, заставив её отскочить с глухим ругательством.

Шкафы, двери, тренировочные терминалы — всё требовало плавности и аристократического изящества, которого у парня-попаданца не было и в помине.

«Если эта семейка продолжит меня дрессировать, я сойду с ума раньше, чем разберусь во всем этом дерьмище», — мрачно думала Стейси, разглядывая в зеркале свои новые тонкие пальцы. Чужое тело казалось неудобным костюмом, который жал в плечах, а удушающий контроль старших только подливал масла в огонь. Лира, замечая её раздражение, как могла сглаживала углы и помогала разбираться с капризной техникой.

В 12:50 Стейси, облачённая в дорогой, строгий брючный костюм свободного кроя — благо, Лира помогла отвоевать у портных брюки вместо ненавистных платьев, — стояла перед массивными дверями главного обеденного зала.

Ровно в 13:00 створки с тихим шипением разъехались.

За колоссальным столом из тёмного монолита, который тянулся через весь бесконечный зал, сидело не меньше восьмидесяти человек. Вся элита, кровь и абсолютная власть рода Наксория: влиятельные старейшины, высокомерные кузены, главы дочерних корпораций и наместники секторов. Мужчины и женщины в роскошных багрово-золотых одеждах замерли, и эта огромная толпа — восемьдесят пар ледяных, сканирующих глаз — одновременно уставилась на вошедшую Стейси.

Воздух в зале был настолько тяжёлым от пафоса, скрытой политической борьбы и векового высокомерия, что казался осязаемым. В самом торце стола, восседая на массивном кресле словно на троне, расположился глава дома. Его взгляд прошивал насквозь, как лазерный сканер, не прощая ни единой ошибки.

Стейси сделала глубокий вдох, заталкивая внутреннюю панику поглубже, и сделала первый шаг вперёд, чеканя его по-мужски твёрдо. Под прицелом целой армии родственников ей предстояло отстоять право называться наследницей. После удочерения старшей ветвью и подтверждения её необычного магического потенциала Стейси получила статус одной из возможных наследниц Дома — именно поэтому кузены годами пытались оспорить её положение.

Тем же утром, несколькими часами ранее, на другом конце Нео-Аркадии...

Июньское утро в спальном квартале Среднего сектора началось как обычно — с дребезжания старого холодильника на кухне и далёкого гула автобусов за окном. Юи открыла глаза и недовольно поморщилась, сдув с лица упавшую золотисто-русую прядь. Восемнадцать лет, девичье тело, а утренние привычки всё те же — пацанский менталитет внутри до сих пор бунтовал при каждом пробуждении.

Голова после вчерашнего марафона в кабинете профессора Араки была тяжёлой, а мышцы слегка ныли. Юи помнила, как буквально приползла домой в одиннадцатом часу ночи, наспех скинула блузку и отрубилась, едва коснувшись подушки.

Она скинула простое байковое одеяло и села на кровати, оглядывая свою комнату. Здесь всё было обставлено под её настоящий характер, без намёка на приторную женственность. На рабочем столе, расталкивая конспекты по прикладной архитектонике, громоздились разобранные системные блоки, старый паяльник и мотки изоленты. Ноутбук до сих пор стоял на зарядке, а на стене висела распечатанная схема распределительных сетей их района.

Юи подошла к висящему над комодом маленькому квадратному зеркалу, чтобы просто пригладить растрёпанные волосы. Из отражения на неё глянуло симпатичное девичье лицо с розовато-янтарными глазами. Вспомнив вчерашний технический спор с Араки, Юи до сих пор удивлялась тому, как легко формулы и сложные схемы сами вспыхивали в её мыслях. Ей тогда на секунду показалось, что в глазах промелькнул странный бирюзовый огонёк, а по вискам разлилось непонятное тепло. «Точно пересидела за голограммами, аж в глазах рябит», — решила она, отвернувшись от зеркала.

Из шкафа Юи решительно выудила тёмно-серые летние брюки свободного кроя, простую белую футболку и старую светлую куртку, которую завязала рукавами на поясе. Никаких платьев, которые настойчиво предлагала мама, — пацанская натура требовала практичности, особенно после вчерашней стычки с роботом во дворе. Обув уже знакомые белые кеды, она сразу почувствовала себя увереннее.

На столе звякнул модифицированный её собственными руками смартфон в чехле со звёздным узором. На экране загорелось уведомление от мессенджера: [Заказ ожидает выдачи. Склад 42. Энергетический стабилизатор типа "Альфа-9"].

Это была критически важная деталь. Вчера профессор Араки ясно дал понять, что её идею с адаптивными цифровыми каркасами нужно срочно развивать в курсовой. Если она не заберёт этот стабилизатор сегодня, работа встанет.

Взгляд Юи случайно упал на старый значок с логотипом элитной Академии «Алазиум», сиротливо валявшийся на полке среди радиодеталей. В памяти тут же всплыло далёкое детское воспоминание прежней Юи: как она, будучи маленькой девочкой, заворожённо смотрела на парящие шпили Верхнего сектора и мечтала учиться там, среди великих магов, гениев и золотой молодёжи Нео-Аркадии. Парень внутри неё лишь мысленно усмехнулся этому эху чужого прошлого. Академия «Алазиум»? Ну уж нет. Обычной девчонке из панельной девятиэтажки Среднего сектора, у которой за душой нет ни связей, ни признанных способностей, туда путь был полностью закрыт. Да Юи об этом сейчас и не думала. У неё были куда более приземлённые и важные задачи — сдать сессию в своём обычном институте и не вылететь.

Автобус Среднего сектора, дребезжа всеми незакреплёнными деталями обшивки, лениво тащился по загруженному проспекту. Юи сидела на потёртом сиденье у самого окна, подперев кулаком подбородок. За стеклом мелькали привычные, монотонные пейзажи: одинаковые серые коробки девятиэтажек, небольшие круглосуточные магазинчики с тусклыми голографическими вывесками. В салоне пахло нагретым на солнце дешёвым пластиком и чужим потом.

Юи до сих пор ловила себя на мысли, что сидеть в этом теле непривычно — центр тяжести сместился, а ноги в тёмно-серых брюках казались слишком лёгкими.

«Ладно, хоть штаны нормальные надел, а не то кружевное недоразумение, что мама приготовила, — мысленно усмехнулся он, поправляя край белой футболки. — В платье я бы точно запутался в собственных ногах прямо на остановке».

Старый пазик с шипением затормозил у конечной остановки. Юи вышла на улицу. Промзона Среднего сектора дышала грязью и металлом. Справа высился бесконечный бетонный забор складского комплекса, а прямо за ним открывался колоссальный провал Нижнего яруса, затянутый ядовитым неоновым смогом.

«Ух... Ну и дыра, — Юи поёжилась, провожая взглядом грязный курьерский дрон. — Прежняя Юи от одного этого запаха масла в обморок упала бы. Ладно, мне туда спускаться не надо. Заберу заказ — и сразу домой».

Она поправила ремешок сумки и уверенно пошагала по рифлёному металлическому настилу. Её белые кеды глухо стучали по железу. Вокруг не было обычных людей — только редкие хмурые рабочие в испачканных комбинезонах.

Чем ближе она подходила к нужному ангару, тем сильнее внутри нарастало странное предчувствие. У Юи слегка зачесались ладони, а в ушах появился едва уловимый, тонкий зум, похожий на писк комара. Она решила, что просто переутомилась после учения с профессором Араки.

Массивная герметичная заслонка склада 42 оказалась странно перекошена и приоткрыта настежь. Никакого ровного гула погрузочных платформ. Полнейшая, мёртвая тишина.

Юи уже собиралась развернуться, но из глубины ангара донёсся короткий болезненный стон и какие-то голоса. Она попыталась вызвать службу безопасности, однако экран смартфона показал подавление сети. Уйти теперь означало оставить раненого человека внутри.

Зажав в руке лямку сумки, Юи бесшумно проскользнула внутрь склада и сразу же спряталась за высоким штабелем пустых грузовых контейнеров. На складе пахло сыростью и гарью. Из глубины помещения донёсся тяжёлый, глухой удар, а следом — грубый мужской хохот.

— Слышь, дед, ты мне зубы не заговаривай, — раздался вальяжный, наглый голос. — Твой терминал теперь под «Ржавыми цепями». Хватай коробки, пацаны, валим на Нижний.

Юи осторожно заглянула в щель между контейнерами. На грязном полу сидел старик-кладовщик, прижимая ладонь к разбитому лицу. Под разорванным воротом его рабочей куртки тускло блеснул старый металлический жетон с почти стёртой эмблемой похожей на «Алазиума». А над ним стояли трое парней в кожаных куртках с символикой банд трущоб. Самый плечистый амбал с кустарными кибернетическими проводами на шее небрежно крутил в руках прозрачный пластиковый кейс. Её энергетический стабилизатор.

«Там моя деталь... — внутри Юи мгновенно вспыхнула яростная досада. — Эй, я из-за этой железки всю ночь над схемами горбатился! Не отдам. Старика вон вообще в кровь избили, уроды».

Юи была доброй девушкой, она всегда старалась избегать конфликтов, но её технарская натура сейчас требовала справедливости. Вызвать полицию? Сюда патруль будет ехать часа два. Нужно было как-то незаметно подобраться к распределительному щитку на стене. Юи замерла, просчитывая шаги, и вела себя абсолютно бесшумно.

Но её подвёл собственный гаджет. Смартфон продолжал активно опрашивать складскую сеть в поисках терминала выдачи, посылая усиленные пакеты каждую секунду.

Вожак банды, лениво державший в левой руке потрёпанный портативный сканер частот, вдруг нахмурился. Прибор в его руке противно и резко запищал, замигав красным светодиодом.

— Опа... — вожак замер и посмотрел на экран сканера, который чётко уловил усиленный сигнал нелегально модифицированного смартфона. — Гляньте-ка, пацаны. Чужая частота. Причём совсем рядом, прямо за ящиками. У нас тут крыса завелась.

«Блин! Мой телефон! — Юи мысленно отвесила себе сокрушительный щелбан. — Сам же выкрутил мощность передатчика на максимум, когда прошивку менял! Идиот!»

Юи испуганно сжалась, ещё сильнее прижимаясь спиной к холодному контейнеру и едва смея дышать. Сердце колотилось так бешено, что казалось, бандиты вот-вот услышат его стук. Выходить? Ни за что. Страх сковал девичьи ноги, превратив их в вату. Она была обычной студенткой, которая никогда в жизни не дралась.

— Эй, крысёныш, выходи давай! Всё равно найдём! — крикнул один из отморозков.

Послышались тяжёлые, неторопливые шаги. Юи зажала рот ладонью, а в её мыслях парень лихорадочно умолял: «Только не сюда, пожалуйста, только не сюда...»

Но шаги приближались. Железный контейнер, за которым она пряталась, со скрежетом пинком сдвинули в сторону. Прямо перед Юи выросла массивная фигура бандита с сальной ухмылкой на лице.

— Опа, гляди, босс, тут девка! — заржал он, протягивая к ней огромную, испачканную в мазуте руку. — Какая миленькая...

— Отвали от меня! — в панике вскрикнула Юи своим тонким, срывающимся голосом.

Она попыталась рвануться мимо него, проскочить под рукой, но второй бандит, стоявший чуть подальше, среагировал мгновенно. Он наотмашь выбросил руку вперёд. В полумраке склада зловеще блеснуло выдвижное лезвие кустарного наручного импланта.

Юи попыталась уклониться, но девичье тело оказалось слишком медленным. Острая, обжигающая боль мгновенно полоснула по левому предплечью. Острое лезвие с лёгкостью распороло белую футболку и глубоко рассекло кожу.

— А-а-ах!.. — Юи вскрикнула от боли, падая на грязный пол и намертво зажимая рану правой рукой. Сквозь её пальцы тут же толчками хлынула горячая, багровая кровь.

Она сидела на полу, забившись в угол между стеллажами, задыхаясь от кашля и подступивших слёз. Ей было дико, невыносимо страшно. Руки тряслись, в глазах всё плыло от боли, а бандиты медленно обступали её, сужая кольцо. Вожак с проводами на шее лениво подошёл ближе, поигрывая плазменным резаком, который с противным шипением выплёвывал зелёные искры.

— Ну и чё мы тут забыли, дура? — нагло спросил он, наводя резак прямо ей в лицо. — Сейчас мы тебе вторую руку подровняем, чтобы не совала нос куда не надо.

«Нет... Нет, я не хочу умирать... Я не сдамся им, не сдамся!» — внутри Юи от дикого ужаса, боли и ярости парня что-то окончательно надломилось. Этот эмоциональный кошмар, зажатый в угол, стал детонатором.

Она закрыла глаза, судорожно всхлипнув, и в эту секунду внутри её головы, прямо у основания черепа, раздался отчётливый, оглушительный треск, похожий на взрыв высоковольтного трансформатора.

Мир вокруг Юи мгновенно потерял свои реальные краски. Всё пространство склада погрузилось в глубокий монохромный полумрак, а время словно вязко замедлилось — капли крови, срывающиеся с её раненой руки, зависли в воздухе, превратившись в медленно падающие рубиновые бусины.

Сознание Юи ускорилось настолько, что окружающий мир показался мучительно медленным.

Розовато-янтарные глаза Юи распахнулись. Из них больше не текли слёзы. Они вспыхнули ровным, глубоким и пугающим бирюзовым неоном.

Сквозь дикую боль в предплечье её разум словно подключился к колоссальной сети. Реальные стены склада подёрнулись тончайшей цифровой сеткой. Сквозь толщу бетона для её взора проступили пульсирующие, ярко-голубые вены высоковольтных кабелей. Прямо в воздухе соткались полупрозрачные строчки кодов, частота процессоров автоматики и сигналы распределительной сети.

«Я вижу... я всё вижу... — сквозь страх и боль пронеслось в его мыслях. — Ломайтесь, твари... Ломайтесь все!»

Юи не смеялась, не злорадствовала. На её бледном лице застыл чистый, первобытный ужас напополам с упрямым желанием выжить.

Ближайший бандит, который только что ранил её, в замедленном времени продолжал тянуть к ней руку. Юи ментально ухватилась за линию питания распределительного щитка прямо над его головой.

Бум!

Световая панель оглушительно взорвалась. Сноп раскалённых искр и брызги пластика обрушились на отморозка. Мужчина с диким воплем отпрянул, закрывая лицо руками и падая на спину.

— Ах ты блять, сука ебаная! У неё скрытый пульт! Руби её нахуй! — взревел вожак, нажимая на спуск резака.

Зелёный луч плазмы полоснул по воздуху. Юи, превозмогая жуткую боль в порезанной руке, рванулась в сторону, катясь по грязному полу. Пламя в сантиметре оплавило металл контейнера. Её взгляд зацепился за тяжёлый кран-манипулятор под потолком. Разум Юи, ведомый адреналином, ворвался в его систему, сминая защитные коды за долю секунды.

«Перехват управления!» — отозвалось в её мыслях.

Она вскинула дрожащую, окровавленную руку вперёд и сделала рубящее движение ладонью вниз. Многотонная железная «лапа» со скрежетом сорвалась с рельсов и рухнула прямо между Юи и вторым бандитом, с корнем вырывая куски бетона и намертво заблокировав его в проходе.

Юи забилась под верстак, судорожно хватая ртом воздух. Её левое предплечье горело от пореза, футболка стремительно пропитывалась багровым. Вожак банды, яростно перемахнув через завал из ящиков, уже заносил плазменный резак для удара. Зелёное пламя зловеще подсветило его оскал.

Внутри Юи при виде занесённого лезвия, при запахе собственной крови и ощущении полной безысходности сработал первобытный инстинкт. Животный страх выжег все связные мысли парня. Осталось только одно:

«Умри. Умри. Сдохни».

Её бирюзовый взгляд намертво вцепился в шею амбала — в кустарные провода импланта, грубо вживлённые вдоль позвоночника и уходившие под кожу к основанию черепа.

Разум Юи не просто перегрузил устройство. Она ментально рванула цифровой узел на себя, сорвала защитные ограничители и выкрутила напряжение силовой сети склада до предела, направляя весь поток прямо в нейросеть вожака.

Имплант на его шее взорвался с сухим, мясистым треском.

Кожу разорвало вокруг раскалённых контактов. В стороны брызнула кровь, осев тёмными каплями на полу, верстаке и белой футболке Юи. Высоковольтная дуга прошила тело амбала, заставив его дёрнуться всем корпусом. Изо рта вырвался короткий захлёбывающийся хрип, но крик так и не успел оформиться.

Мужчина рухнул у её ног тяжёлой бесформенной массой. Из обугленного провала на шее торчали оплавленные провода, между которыми ещё несколько секунд проскакивали голубоватые искры. Кровь быстро растекалась под его головой, смешиваясь с грязью и машинным маслом, а воздух наполнился густым запахом горелой плоти.

Мысленные нити интерфейса оборвались с такой силой, будто Юи на полном ходу врезалась в бетонную стену. Время вернуло свой ход.

И в ту же секунду пришла плата за силу.

Откат ударил по её собственному организму с калечащей, безжалостной жестокостью. Внутренний щелчок выключения отозвался такой разрывающей болью, что у Юи на мгновение полностью пропал слух и ослепли глаза — мир превратился в сплошную серо-белую рябь. Её выгнуло от судороги. Из левой ноздри и из уголков глаз на бледную кожу поползли струйки тёмной крови. Сахар в крови упал ниже критического минимума. Желудок сжался в рвотном позыве, руки затряслись так сильно, что пальцы не слушались. Она не могла кричать. У неё физически не осталось воздуха в лёгких, чтобы издать хоть какой-то звук. Она просто безмолвно открывала рот, хрипя и задыхаясь на полу.

Двое оставшихся бандитов, скуля от ужаса, даже не посмотрели в её сторону. Увидев, во что превратился их вожак, они, спотыкаясь и бросая оружие, в панике ломанулись к приоткрытой заслонке склада, бросив своего мёртвого босса.

Юи медленно опустилась прямо на грязный бетон, прислонившись спиной к перевёрнутому ящику. Свист ветра за разбитым окном склада и далёкий гул сирен казались какими-то ненастоящими, глухими. Она опустила взгляд на свои ладони. Пальцы до сих пор мелко дрожали, а на рукаве некогда белой футболки темнело несколько капель чужой, уже подсыхающей крови.

«Я только что... убила человека».

Эта мысль не пришла с криком или паникой — она навалилась ледяной, мертвенной тяжестью. В голове не было суетливого страха, там воцарилась звенящая, пугающая пустота. Абсолютное оцепенение. Мир вокруг не рухнул, железо ангара не раскололось, но внутри неё что-то безвозвратно изменилось. Юи сделала судорожный вдох, пытаясь согреть заиндевевшие лёгкие, и крепче сжала кулаки, пряча дрожь и опустошённо глядя перед собой. Пути назад больше не было. На плечи давила неподъёмная, свинцовая усталость.

Старик-кладовщик остался сидеть на полу. Его лицо перекосило от неописуемого, дикого шока. Он переводил взгляд с дымящегося трупа на хрупкую блондинку, которая сейчас сама выглядела едва живой. Наконец, дед тяжело сглотнул, пересиливая сковавший его страх. Он ведь понимал: если бы не она, эти ублюдки забили бы его до смерти.

Кряхтя и держась за ушибленный бок, старик поднялся. Он подошёл к Юи, осторожно опустился рядом на колено и протянул руку.

— Тише, дочка, тише... Всё закончилось, ушли они, — его голос дрожал, но в нём была искренняя забота.

Он аккуратно помог ей сесть удобнее, оперев спиной о верстак, и достал из кармана чистую техническую ветошь. Старик мягко вытер кровь с её лица и прижал плотный кусок ткани к её глубоко порезанному предплечью, останавливая кровотечение.

Старик осёкся. Его глаза округлились, а руки замерли. Он посмотрел на лицо девушки, подмечая знакомый разлёт бровей и форму губ, которые до этого просто не успел разглядеть в темноте и суматохе боя.

— Наоми?.. — тихо прошептал он, назвав имя её матери. Сердце болезненно сжалось.

Старик вздрогнул с мыслями. Сердце болезненно сжалось.

Юи... Господи... Это действительно ты... Как же ты выросла...

Он медленно выдохнул, пряча нахлынувшие эмоции за усталой улыбкой.

— Ты... Ты вообще как здесь оказалась? Зачем тебя занесло-то в эту дыру, в такое опасное место? Видишь же, какой тут контингент отирается... Живой бы не ушла, если бы не... это.

Юи слабо, едва заметно шевельнулась. Слух постепенно возвращался, зрение обретало чёткость, но дикая мигрень всё ещё раскалывала череп. Её голос прозвучал тихо и бесцветно:

— Я просто за деталью пришла. Для курсовой... Мне стабилизатор «Альфа-9» нужен был.

Дед на секунду замер, а потом вдруг тихо, хрипло рассмеялся, качая головой. Страх в его закопчённых глазах окончательно сменился щемящей болью и какой-то горькой жалостью.

— Понятно тогда... — он поправил воротник своей рабочей куртки. — И вправду, к нам часто такие захаживают. Студенты-технари, подпольные мастера... Ведь официальные маркетплейсы туда, в Средний сектор, конечно, доставляют любые товары. Да только оригинальный стабилизатор с лицензией Верхнего яруса стоит столько, что тебе, дочка, пришлось бы копить на него несколько лет. Жизни бы не хватило.

Старик сплюнул кровь из разбитой губы на пол и покосился в сторону завала:

— Вот этот приграничный склад сорок второй для вас, бедолаг, и остаётся единственным шансом достать редкие компоненты за бесценок. Сюда ведь, в обход налогов и таможни Среднего сектора, контрабандой из Нижнего яруса привозят «серые», списанные партии железа. Место паршивое, опасное... Но вишь как обернулось. Тебе уходить надо, срочно.

Старик поднялся, подошёл к поваленному контейнеру, возле которого валялся выпавший из рук вожака прозрачный пластиковый кейс, и поднял его.

— Твой, значит. Держи, — он аккуратно протянул стабилизатор Юи, а затем помог ей уложить его в сумочку. — Ты уходи давай, девочка. Сейчас я полицию вызову, им тут прибраться надо. А тебе тут светиться со своей силой нельзя — копы лишних вопросов задавать не любят, а Верхний ярус живо тебя запеленгует. Беги.

Когда девушка скрылась за воротами склада, старик достал из внутреннего кармана потёртый кристалл связи. На его поверхности вспыхнула давно не использовавшаяся эмблема Академии.

— Код снабжения семьдесят два. Обнаружена Юи Кирасава. Требуется медицинская эвакуация и проверка потенциала.

К тому времени, пока на пыльных улицах Центрального транспортного узла Среднего сектора блондинка, шатаясь, пыталась переварить шок и перевести дыхание, в Верхнем ярусе уже начался семейный обед Дома Наксория.

Там, в Верхнем ярусе, не было удушливого запаха гари, дешёвой смазки и закипающей на бетоне крови. Там воздух, пропущенный сквозь сотни мощнейших ионизаторов и фильтров глубокой очистки, пах альпийской свежестью и тонкими, едва уловимыми нотами дорогого парфюма. Здесь, над вечным смогом, царила безупречная, стерильная тишина, нарушаемая лишь мягким шелестом частных глайдеров и тихим жужжанием автоматики.

Каждый шаг Стейси по зеркальному паркету зала отзывался гулким эхом под высокими сводами. Восемьдесят человек молчали, но это молчание давило на барабанные перепонки сильнее взрывной волны. Стейси шла вперёд, чувствуя, как взгляды родственников буквально препарируют её: оценивают фасон брюк, чистоту линий, её осанку и, самое главное, степень её страха. Кузены в багровых одеждах едва заметно переглядывались. Они ждали, когда она споткнётся.