- -
- 100%
- +
– Ну что говнюк, кто-то сейчас ответит за свои слова! – блондин хрустнул костяшками пальцев и сплюнул на землю.
Вдруг послышался голос со стороны женской половины.
– Эй, уроды, а ну ка быстро отвалили от моего парня!
Блондин немного охренел от услышанного и повернулся.
– Чего? Слышь, овца, свали-ка нахер.
Кел понимал, что драки не избежать, ну а раз так, то надо использовать преимущество.
Девушка держалась пальцами за сетку и строго смотрела на Енота с дружками.
– Сам ты овца! Вы чмошники, решили напасть вчетвером на одного? Да вы просто позорники, – она презрительно посмотрела на остальных. – А вы будете сидеть и смотреть на это? Вот уроды!
– Сука, закрой рот, пока я не нашел, чем тебе его заткнуть. Он сам нарвался. Твой парень, говоришь? Ну смотри, как мы его сейчас отмудохаем.
Келвин присел так низко, почти касаясь земли, как пантера перед броском, оценивая четверых противников и отмечая самого опасного: «Так, значит сначала лысый с татуировкой – положение его ног выдаёт в нём бойца. Затем тощий с огромной щелью между зубов, который скалится и наматывает кожаный ремень на руку. Третьим надо выключить головастика в бандане и, наконец – Енот… если не испугается и не убежит».
Пыль с песком вырвалась из-под подошв кроссовок, парень сорвался с места. Секунду назад он находился далеко и вот уже стоит вплотную к высокому поджарому парню с татуировкой дракона на плече. Удар коленом между ног и тот уже крючится на земле, зажимая руками отбитые яйца.
Минус один.
Тут же развернулся, присел, пропуская руку, с намотанным на неё ремнём, над головой, и обратным ударом подкосил ноги зубастого парня в панамке. Тот, потеряв опору, перевернулся в воздухе и рухнул на землю, влетев лбом в скамейку. Зарычал, поднялся, пошатнулся, размазал рукой кровь от раны, но Голубоглазый не дал ему время, чтобы перевести дух, он замахнулся, вкладывая и концентрируя в одном ударе всю энергию тела. Кулак точно попал в солнечное сплетение, выбивая из противника весь воздух. Слюни вылетели изо рта, зубастый согнулся, затем упал, схватился за живот и завыл.
Минус два.
Третий, с непропорционально большой головой, в красной бандане, испуганно, встал в стойку, свёл кулаки вместе, странно выставив блок и на прямых ногах пошел на мелкого.
– Ты чего, девочка? – усмехнулся Келвин. – Я думал все парни знают, или, хотя бы раз в жизни видели, как правильно надо защищать лицо. Да ты даже кулаки не так сжимаешь. Ты серьёзно? Зачем ты большие пальцы внутрь засунул? Они же при ударе могут сломаться. Над стойкой тоже поработать придется.
Келвин перевёл взгляд на Енота и подмигнул покрасневшему блондину. Два шага и голубые глаза мелькнули возле противника – удар ладонью в ухо и ребром ладони в кадык. Бандана слетела и головастик, захлёбываясь, замычал, опустился на четвереньки и пополз куда-то в сторону.
Минус три.
Енот, удивленно открыл рот, поворачиваясь, и тут же получил прямой удар в нос. Следом еще один в тоже место. Келвин не был силён, но грамотно использовал основное преимущество – скорость. Еще удар в нос. С каждым ударом голова блондина смешно вздрагивала и волосы взлетали в разные стороны. Енот упал на колени, отворачиваясь, одной рукой зажимая нос, из которого текла кровь, а другой пытался отгородиться от мелкого, смотревшего сейчас сверху яркими голубыми глазами.
Стоявшие в стороне ещё четверо парней из клана, переглянулись и потерялись, на лицах было удивление; да все присутствующие были в шоке, слишком неожиданно и быстро всё произошло какой-то коротышка избил четверых крепких парней.
Блондин пришел в себя, приложил платок к носу и завопил:
– Чего стоите? Мочите его!
Парни переглянулись и набросились все разом.
Мелкий уворачивался от ударов, пригибался, отскакивал, кулаки мелькали со всех сторон и все мимо. Парень не пытался атаковать, тратя все силы на защиту, но вот Голубоглазый пропустил удар в бровь, скорость стала меньше, сзади прилетело по голове, затем кто-то ударил ногой в спину, и парень упал. Сразу посыпались удары: били в живот, голову, его топтали ногами. Столько злости было в этом, все смотрели, и никто не пытался заступиться. Дынька кричала и била маленькими кулачками по сетке, её подруги звали на помощь. Добряк стоял в стороне, опуКел голову. Ему было стыдно, но он так и не сдвинулся с места.
Из дверей на площадку выскочил Тоскер, с идеально уложенной причёской, как у японских воинов, выругался, схватил за шкирку двоих парней и дёрнул назад. Те завалились и покатились по песку. Третьему ударил ногой в живот и оттолкнул. Последний увидел, кто перед ним и поднял руки вверх, все знали, что не стоит связываться с Самураем.
– Эй, парень, как ты? – Тоскер присел около Келвина: лицо разбито, щека порвана, глаз заплыл, но продолжал гореть синим. Парень не двигался, только грудная клетка слегка поднималась. «Дышит,» – Тоскер посмотрел на мнущегося рядом Добряка. – Ну что смотришь? Не вступился за друга? Трус.
– Да я не дерусь…
– А мне плевать, дерешься ты или нет, ты должен был заступиться за него, даже ценой жизни. В этом и есть смысл дружбы, а ты жалкое ссыкло! Бери его и неси в медпункт.
Патрик бережно поднял парня, прижал к себе, пачкая светлую кофту кровью, и понес в школу. Люди расступались, тоже чувствуя себя виноватыми. Тоскер поднялся и громко сказал.
– Какие же вы слабаки… Запомните, бой – это искусство, он должен быть честным. Вот этого мальчишку сегодня избили ВЫ! – Тоскер водил указательным пальцем по толпе, направляя на каждого. Тот, на кого указывал палец, стыдливо опускал голову. – И победил он честно, – самурай встретился глазами с Дынькой, девочка пыталась сдержать слезы. Он подошел к забору и тихо сказал, чтобы слышала только она.
– С ним все будет хорошо, хочешь, что-нибудь ему передам?
Голос у нее дрожал, да и понятно, девочка была на грани, чтобы не разрыдаться.
– Да, скажи ему, что меня зовут Мия.
Тоскер улыбнулся кончиком губ, подмигнул ей и пошел внутрь здания.
Последствия
Енот зажимал платком нос и ждал, когда Тоскер повернется к нему и что-нибудь скажет, но парень просто проигнорировал его, даже не взглянув, это было еще больнее и обиднее: «Лучше бы он наорал на меня или ударил, ненавижу это чувство», – блондин пытался вытеснить чувство вины злобой: «Вот же мелкий гадёныш, опять выставил меня слабаком, я отомщу, он еще будет валяться у меня в ногах и просить прощения, сучёнок. Я устрою ему ад!»
Блондин встал, отряхнул одежду, завязал шнурок и стараясь ни на кого не смотреть пошел в комнату. Он поднялся по лестнице, проверил, никто ли за ним не идет, на цыпочках прокрался по коридору, еще раз проверил слежку, постучал в дверь учительской и не дожидаясь приглашения, вошел. Мисс Райли поливала цветы, когда увидела побитого племянника, банка выпала и разбилась, она схватилась за сердце,
– О, нет, Брайн, что случилось? Кто тебя так?
– Тетя, я увидел, как Келвин Кейн перелезает через забор со стороны женского общежития. Я просто сказал, что должен доложить тебе, а он ударил меня. Я закрывал лицо, но он сошел с ума, он бил и кричал, что убьёт меня, если расскажу.
– Вот зараза, а я ведь знала, что от него стоит ждать неприятностей, его выгнали из прошлой школы за драку. Где он сейчас?
– Друзья увидели, как меня избивают и помогли, мы справились с ним только вчетвером, сейчас он в медпункте.
– Не переживай, дорогой, когда он оттуда выйдет, сразу отправится на чердак, а я подниму вопрос о его исключении. Молодец, что рассказал все, ты же мой любимый племянник, – женщина погладила блондина по голове. – А сейчас иди в столовую, возьми лед и приложи к носу.
– Спасибо тетя, – белобрысый прижался к женщине и крепко обнял.
Добряк нес мальчика и в первый раз в жизни испытал это чувство, злость, злость на самого себя, Добряк говорил вслух.
– А ведь правду сказал Тоскер, я трус, прости меня, Келвин. Мальчик то приходил в себя, то снова отключался, он лежал на крепких руках здоровяка, руки и ноги безжизненно болтались. – Я просто испугался, если бы я был смелее, то, возможно, ты сейчас был в порядке, – Добряк перематывал в голове этот момент, представляя, как бы он поступил, если бы можно было вернуть все назад. – Я бы встал и сказал:” Эй уроды, отвалите от моего друга, кто поднимет на него руку, будет иметь дело со мной! Вам понятно? Да вот так бы я и сказал».
Патрик донес парня до медпункта и ногой постучал в дверь, послышалось движение, и медсестра в белом халате открыла, увидела мальчика и сказала.
– Быстро клади его на кушетку и выйди.
Добряк сразу послушался и не стал спорить.
– Дети-дети да что с вами не так? Откуда в вас столько злобы? – Одри начала разрезать одежду, неизвестно, сломано что-то или нет, нужно минимизировать движение. По всему телу были, начинающие темнеть, гематомы и кровоподтеки, девушка набрала из раковины теплую воду и аккуратно начала смывать кровь. «Столько старых шрамов, кто же тебя так?»
Медсестра Одри
Парень пришел в себя и открыл глаза.
«Никогда не видела такого голубого цвета,» – подумала медсестра.
– Тихо, мальчик, лежи и не двигайся, меня зовут Одри, мне надо понять, сломано что-то или нет, понимаю, что больно, но это важно. Попытайся оценить, что болит сильнее.
Келвин понимающе моргнул и стал анализировать свое состояние. Сначала он пошевелил пальцами рук, кистями, слегка согнул в локте, дальше ноги, кажется, ничего не сломано. Парень облизнул сухие губы, и медсестра тут же налила воды в стакан, приподняла голову и влила немного в приоткрытый рот.
– Спасибо.
Он говорил тихо. – Кажется, ничего не сломано, голова только кружится.
– У тебя сотрясение, организму нужен полный покой, закрой глаза, – Одри аккуратно начала вытирать лицо, затем обработала раны обеззараживающим средством и заклеила ссадины пластырем. Когда все было сделано, дала парню успокоительное и Келвин уснул. Одри, уставшая вышла из кабинета, на полу, рядом с дверью, облокотившись на стену сидел огромный парень.
– Доктор, как он?
– Сложно сказать, сейчас он спит.
– Можно я с ним посижу?
– Нет, нельзя, иди к себе и приходи завтра, – Одри быстро направилась к директору и столкнулась возле кладовки с мисс Райли, та была в бешенстве, говорила отрывисто, не скрывая отвращения,
– Где он? Медсестра поняла, кого имеет в виду Грымза, так девушка называла смотрительницу про себя, и наоборот, приторно сладким голосом, ответила,
– Вы, наверное, про бедного мальчика, которого избили? Если да, то я обработала ему раны, дала ему успокоительное и он сейчас спит. Я понимаю, что вы переживаете, но через несколько дней, думаю, он поправится. А пока что, распорядитесь, чтобы ему приносили еду в медпункт и побольше жидкости.
Грымза противно оскалилась.
– Вы не смотрите, что он невысокий и щуплый, этот злой мальчик напал на беззащитных учеников, угрожал им, а потом побил. Как только он поправится, то отправиться на чердак. Передайте ему это, – мисс Райли ударила каблуками, развернулась, как солдат, и ушла обратно в свой кабинет.
Вечером
Вечером, после ужина у учеников было свободное время, и многие сегодня собрались в комнате отдыха, пообщаться и посмотреть фильмы. Это было просторное длинное помещение со столами вдоль стен, большим цветным телевизором и мягкими креслами возле него. За эти места всегда была борьба, некоторые даже оказывались в кабинете директора из-за спора.
Сейчас в них удобно расположились: Морти, глава Демонов – Шейх, красавчик с бронзовым загаром и черными глазами, Кислый со своей дурацкой ухмылкой и маленькими бегающими глазками и Тоскер с причёской, как у самурая. Сегодня целый день все обсуждали две новости: ночное убийство и вчерашнюю. Кислый достал щипчики для ногтей и начал подстригать.
– Я тут, случайно услышал от чего умер Ла Вега, ему оказывается горло прокусили, вырвали кусок зубами, и он истек кровью. Еще у него были переломаны пальцы и прикиньте, это же сделал кто-то из нас.
– Точно не я, – поржал Шейх. – Я в тот день около девяти улёгся спать.
Морти подозвал невысокого парня, попросил переключить канал на телевизоре, затем широко зевнул и сказал.
– Вот ты уснул, а твой сосед вышел из комнаты и убил Ла Вегу, а сегодня ночью тебе голову отрежет. А, кстати, кто твой сосед?
– Бульдога от меня отселили за травку, теперь я живу с Мексикашкой этим, Муэртэ Оурхи… Забыл, как его зовут, я дал ему кличку – Начос. А вообще он нормальный парень, из водки и каких-то трав делает такую вкуснятину, потом, как-нибудь, дам попробовать. Его недавно приняли в клан Изобретателей.
– А я бы не отказался сейчас выпить, – присоединился Тоскер. – Может есть у кого в заначках?
– Недавно Грымза шмон проводила, все запасы конфисковала, – сказал Морти. – Надо наведаться к Железному, у него в баре точно есть.
Шейх сразу ожил.
– А погнали сейчас! Сегодня он дежурит, отвлечем его и немного позаимствуем.
Парни переглянулись. – Соображайте уже быстрее, скоро отбой, кто со мной?
Морти потянулся и хрустнул шеей.
– Все равно по телеку хрень какая-то. Я за.
Да, конечно, никто не был против. В итоге четверо парней пошли за коньяком.
План был такой, чем-то отвлечь мистера Лоуренса, а в это время другие проберутся в его кабинет, взломают шкафчик и возьмут самую невзрачную бутылку, чтобы тот не заметил. Они стали тянуть спички, в итоге было решено: Тоскер с Кислым отвлекают Железного, а Морти с Шейхом пробираются в кабинет.
Парни поднялись на второй этаж, разошлись и заняли позиции. Морти на цыпочках подошел к кабинету, заглянув в замочную скважину. Мистер Лоуренс сидел в кресле, закинув ноги на стол и слушал радио. На столе стояла его любимая фляжка. Парень подал сигнал подняв большой палец вверх, и они с Шейхом спрятались за углом. Кислый с Тоскером находились в другой стороне крыла и ждали. Кислый продумывал план: сейчас они будут шуметь и потом должны спрятаться, парень посмотрел по сторонам выбирая место, но не успел. Тоскер схватил со щита пожарное ведро и кинул в конец коридора, отчего то начало очень громко и греметь. Кислый видел, как парень убегает в женский туалет и почему-то посчитал это место ненадёжным. На самом деле он просто не ожидал и не был готов к этому. Парень видел, как открылась дверь кабинета железного и осветила дальнюю часть коридора. Из нее вышел мистер Лоуренс, держа в руке яркий фонарик. Ближайшая к Кислому была дверь вела в подсобку, обычно её всегда закрывали, но парень просто потерялся. Он побежал по кратчайшей траектории и дёрнул ручку двери на себя. Как же он обрадовался, когда понял, что та не заперта. Парень резко вбежал, закрыл её за собой, замер и стал слушать.
– Отлично, Железный ушел, – Морти выглянул из-за угла и помахал Шейху. Быстрое перемещение и они в кабинете. Средняя откидывающаяся полка огромного серванта была закрыта на ключ, Морти достал из заднего кармана скрепку и разогнул, – Шейх стой на шухере, я открою. Шейх кивнул, взял со стола открытую бутылку виски, сделал глоток, затем подошел к двери и стал наблюдать.
Морти понадобилось несколько секунд, чтобы открыть примитивный замок, он откинул дверцу и облизнулся: виски, коньяк, русская водка, было ещё что-то, но нужно было взять самую неприметную. Он аккуратно раздвинул бутылки и залез рукой вглубь, пальцы нащупали обычную круглую крышку, аккуратно приподнял и медленно стал вытаскивать, чтобы не задеть другие бутылки. И вот наконец напиток у него в руках, это был джин.
Парни уже выходили из кабинета, когда услышали стук, потом какой-то шум, что-то падало и вдруг громкий крик прокатился по этажу. Морти с Шейхом осторожно вышли в коридор. Дверь в подсобку открылась, из неё выбежал Кислый, не прекращая кричать. Железный направил на парня фонарик и попятился назад: парень весь был в крови: одежда лицо руки. Кислый орал, свет фонаря слепил глаза и, не понимая куда бежать, парень врезался в Лоуренса и оба повалились на пол. Из женского туалета выскочил, ничего не понимающий Тоскер. Кислый продолжал орать, он стоял на коленях показывая пальцем на дверь в подсобку и пытаясь что-то сказать, но что именно, было непонятно, он размазал рукой кровь на лице ещё сильнее, живот напрягся и парня вырвало на пол. Смотритель ударился коленкой и сейчас тер её руками, фонарик валялся рядом.
Тоскер, не спрашивая поднял его, подошёл к двери и посвятил внутрь. Весь пол был залит кровью. Парень не выдержал и отвернулся, он часто дышал, борясь со страхом, затем нашел в себе силы, встал в проеме двери, пытаясь рукой нащупать выключатель и вот у него получилось.
Люминесцентная лампа заморгала и загорелась не сразу. Мистер Лоуренс, держась за стену поднялся, хромая подошел и встал возле Тоскера.
Сзади заговорил кислый, он несколько раз повторил одно и то же.
– Это не я, это не я, он уже был там, вы же верите мне?
Тоскер резко и зло оборвал его причитания.
– Кислый, заткнись! Верим.
На полу лежало бледное скрюченное голое тело в страшных порезах от ногтей, кровь была повсюду. Тоскер зажал рот рукой и поймал себя на мысли: «интересно, сколько в теле человека литров крови? Надо будет спросить у медсестры». Забрызгано было всё: стеллажи, зеркало, старая стремянка, на двери засыхали следы от рук, но самое страшное было другое – у тела отсутствовала голова.
– Кто это? – спросил железный. Тоскер больше не мог тут находиться. Он вышел и облокотился руками на стену.
– Я не знаю, но кажется кто-то из учеников. Тело то молодое. Эй, Кислый, ты как?
Парень сидел у стены, поджав колени и смотрел на испачканные в крови руки. Губы дрожали. Тоскер подошел, слегка пнул его. – Кислый! Как там тебя по имени, Ронни, ты нормально?
Наконец тот поднял голову и посмотрел вверх.
– Ты дурак, Тоскер? Какой нормально? Я забежал в ту комнату, поскользнулся, и упал на него. Посмотри на меня, я весь в крови, я даже во рту чувствую этот вкус. Я сначала не понял, что-то липкое, холодное, а потом посветил зажигалкой… да я теперь без психиатра уснуть не смогу, а ты спрашиваешь нормально ли я?
Лоренс достал из внутреннего кармана фляжку и протянул Кислому.
– На, парень, пей! Успокаивать не умею, прости. Понимаю, что ты испытал, но главное – ты жив. Здоровый молодой организм, ну несколько дней попереживаешь, а потом забудешь. Меня беспокоит другое – кто это сделал и где его голова? Если первое убийство ещё могло быть случайностью, то это уже перебор. Я не буду спрашивать, что вы тут делали и так все понятно, но, чтобы эта была последняя бутылка, которую вы у меня стащили.
Морти и Шейх сначала не решались подходить, но любопытство победило, они подошли и заглянули в комнату. Какое-то время все стояли и просто молча переглядывались, тишину прервал голос Лоуренса,
– Короче, я пошёл звонить директору и в полицию, можете побыть здесь? – не дожидаясь ответа, смотритель пошёл в кабинет, хромая на левую ногу.
Морти посмотрел ещё раз.
– А где голова? Интересно, чем ее отрезали? Кислый опять сдержал рвотный порыв.
– Да какая разница чем! – ответил Тоскер. – В нашей школе завёлся маньяк. Вот, кто бы в нормальном состоянии стал отрезать голову? – Тоскер проверил не растрепалась ли причёска и начал ходить по кругу. – Короче, парни, надо быть осторожнее, это реально уже не шутки. Копы нихрена не работают, а я умирать еще не хочу.
Разговор прервал, повторяющийся скрип с другой стороны коридора. Все напряглись, Морти вытащил из-за спины бутылку джина и взял за горлышко, как оружие. Кислый пополз в противоположную сторону. Шейх начал бубнить, что это он идет за ними, убийца! Тоскер вглядывался в темноту и вот, в свете от открытого кабинета директора, появилась силуэт с тележкой. Колесо противно скрипело и шаталось.
– Твою мать, – выругался Морти. – Это же миссис Маргарет, нашла тоже время, – парень выдохнул и вытер вспотевший лоб. Из двери вышел Лоуренс и остановил ее, они о чем-то поговорили, уборщица развернулась и укатила в другую сторону.
– Вряд ли миссис Маргарет смогла бы отрезать голову, – пошутил Тоскер. – Кислый, ползи назад.
Вот к ним вернулся мистер Лоуренс, уже изрядно поддатый.
– Ребята, мои хорошие, сюда едет полиция, и, кажется, сегодня никто не уснет. И лучше не пейте, потому что миссис Райли тоже скоро будет тут, а вы знаете, какой у нее нюх на спиртное.
Через час в школе было полно народу: полицейские и в форме, и в штатском, эксперты с фотоаппаратами, какие-то люди с папками ходили, записывали, опрашивали всех. Отдельно выделили кабинет для следователя, был составлен огромный список учащихся, с прикреплёнными к нему личными делами. Всех вызывали по одному, сверяли по фотографии и тщательно допрашивали. Кто? Что? Где был? Что слышал? Заставляли раздеваться, проверяли на наличие царапин и крови на одежде, смотрели под ногтями, тщательно обыскивали все комнаты. Тоже самое творилось и в женской половине школы. Этой ночью никто не спал.
Необычный сон
Енот зашел в комнату, сел на край кровати и включил ночник. Комнату озарил тусклый тёплый свет. Парень посмотрел в окно, на улице шёл сильный дождь. Он встал, дошлёпал до подоконника, потрогал рукой батарею – холодная. Блондин вытянулся, закрыл плотно форточку и задвинул шторы. Снял, аккуратно сложил одежду на стуле и лег в кровать. Под подушкой лежал плеер. Енот открыл крышку, достал кассету, посмотрел на пленку, перевернул другой стороной и вставил обратно. Надел наушники, нажал «Play» и расслабился.
Заиграла его любимая песня – Джеймс Браун «The boss». Брайн любил танцевать под нее. Раньше он часто пересматривал живой концерт музыканта и копировал движения. Сейчас просто болтал ногой и смотрел в потолок. Батарейки садились, и кассета начала крутиться тяжелее, искажая музыку.
Ливень пошел ещё сильнее. Даже через наушники было слышно стук капель по металлическому карнизу. Уснуть никак не удавалось. Брайн посмотрел на соседа, тот уже во всю спал, укрывшись с головой под одеяло и сопел во сне. Блондин представлял, как будет мстить голубоглазому сученку и это его успокаивало.
Так он потихоньку и уснул.
И приснился ему очень странный и страшный сон:
Енот лежал в кровати, как вдруг дверь медленно со скрипом отворилась. В комнату проник сквозняк. Стало холодно, по позвоночнику прошел лёгкий озноб. Блондин поежился, перевернулся на спину, открыл глаза и вжался в кровать… Над ним нависал тёмный силуэт с двумя горящими красными зрачками. Парень попытался дернуться в сторону двери, но даже пошевелиться не получилось. Он зажмурился и открыл рот, пытаясь закричать, но не смог. В голове раздался голос.
– Молчи!
Енот понял, что не может ослушаться этого приказа и от этого стало еще страшнее.
Брайн чувствовал дыхание, холодное, до костей пронизывающее дыхание темного существа. Почему-то парень не мог назвать его человеком, это было на подсознании. И самое ужасное – его словно привязали к кровати ремнями. Енот прилагал все усилия, но пошевелиться так и не получалось, ремни сжимались все сильнее, сдавливая сосуды и не давая крови поступать к голове, отчего мысли путались.
Вот он снова поднял веки в надежде, что ему померещилось, но жуткие глаза продолжали на смотреть, внимательно, изучая и пробираясь все глубже в подсознание. Губы таинственного гостя разошлись, демонстрируя белые длинные клыки. Бедный парень почувствовал, как на лицо капнула слюна, а затем сильная холодная рука взяла его за подбородок и резким движением повернула голову в сторону, так, что он услышал хруст собственных костей.
Енот ощущал рядом с ухом тяжелое дыхание. Ужас и беспомощность парализовали тело. «Нет! Это просто сон! Пожалуйста, пусть это будет сном!»
Енот пытался проснуться, но не получалось. Капельки пота стекали по спине и подмышкам, все тело было напряжено.
Затем жуткий низкий голос произнёс:
– Ты же хочешь отомстить? Чувствую что хочешь. От тебя просто несёт жаждой мести. И мне это нравится, очень нравится. Не бойся, больно не будет, ты даже ничего не почувствуешь.
Холодные губы коснулись шеи и клыки очень мягко проткнули кожу и вошли в артерию. Существо впрыснуло в кровь парня особое вещество, содержащееся в железах, глаза парня начали закатываться, чувство было сравнимо с действием наркотика. Енот не сопротивлялся, он слышал противные чавкающие звуки, они словно отдалялись и вот уже они раздаются их, откуда-то сверху. Разум затуманивается, тело расслабляется… темнота…