- -
- 100%
- +
Я уже сама догадалась, вчера к нам кто-то заезжал по дороге в город, и я даже не поняла, кто это был, и не спросила у Мефодия.
Посыльный.
Жду.
— Мой адвокат прислал письмо…
— И?
Судя по тому, что он сейчас говорит, и как говорит, начинаю подозревать две крайности или всё ужасно, или я победила.
Он решился.
— В сделке обнаружились мелкие неточности, но не такие, чтобы можно было решить до суда в чью-то пользу.
— Значит, суд?
— Значит, суд, и мой адвокат советует, не соглашаться на полюбовное, потому что я в таком случае потеряю большие деньги. Я человек состоятельный, однако не люблю, когда на мне пытаются нажиться. Посему суд, и его, скорее всего, назначат на осень. А пока никаких сделок, и адвокаты ищут виновников этого происшествия…
— Значит, я победила? — мои ладони начали гореть огнём.
— Нет, семьдесят процентов успеха на моей стороне, плюс отличный адвокат и средства. У вас, сожалею, никаких ресурсов нет, но на вашей стороне некоторые неточности в проведении сделки, какие суд, вполне вероятно, может счесть незначительными. Не говорил, потому что не хотел вас расстраивать ещё больше.
— Благодарю за заботу. Но тридцать процентов у меня всё же есть. Нельзя недооценивать удачу.
— Если вам так легче, то верьте в лучшее, это весьма похвальное качество личности. До суда я не имею права вас выселить насильно, но хочу напомнить, что совместное проживание со мной под одной крышей крайне негативно сказывается на вашей репутации. Вам стоит об этом подумать.
Выдыхаю, ситуация нервная, я праздную маленькую победу с привкусом горечи, потому что он во всём прав, а у меня есть только отсрочка.
— Моей репутации уже мало что может повредить. Я вдова, обманутая, бездомная, с крошечкой суммой в кармане, какой хватит лишь на месяц жизни. За этим порогом меня ждёт нищета и какая-нибудь ужасная работа. О репутации поздно заботиться, я уже начинаю заботиться о выживании.
Ожившие желваки на его серьёзном лице выдали нерв, по которому я умело прошлась…
— Сменим тему, — вдруг он сам решил уйти от очень непростого разговора, и я ему за это благодарна, но не от всего сердца. Потому что следующий его провокационный вопрос чуть было не стоил мне жизни. — Я заметил эти длинные ящики с землёй, вы занимаетесь ботаникой? Что-то посадили и не спросили моего мнения?
Я чуть было не подавилась, продышалась и с самой невинной улыбкой соврала:
— Цветы! В память о матушке и своём детстве хочу посадить цветы.
— О, женщины, из ничего могут сделать потрясающее блюдо, заполнить пространство цветами, и устроить скандал.
— Я не скандалистка.
— Я на это не делал намёков, но увы, в первый же день вы рыдали так, что небеса замерли.
— Это от невероятной усталости, пять вёрст по распутице и с сумками, не каждый мужчина выдержит, так что добавьте к вашему списку про блюда, цветы и скандалы, ещё выносливость, и терпение. Странно, что вы до сих пор не женаты…
Он всё время проходился по моей личности, и я решила слегка надавить на его эго. И сразу получила отповедь.
— Моя личная жизнь вас не касается.
— Но меня будет пытать Наталья, она уже в вас влюблена, думаете, эта девушка оставит свои попытки вас захомутать? Ей плевать, кто вы по профессии, какой у вас опыт, главное симпатичный, интеллигент, помещик – вы предел её мечтаний. Не завидую я вам в ближайшие недели. Она опытная воительница, и будет брать вашу крепость приступом. Так что ей сказать? Может быть, скажем, что вы женаты?
Он вдруг вилкой с большой тарелки перекинул себе ещё несколько вареников, забрал свою еду и чай и молча вышел.
— Так, так, так. У нас ещё и здесь куча секретеров.
— Мя-я-я-яу! — громко напомнил о себе Василий, жаль, что он ничего не знает о нашем соседе, очень жаль.
Глава 10. Муж?
Дядя Фёдор простил мне слабость к цветам. Лишь однажды заметил, что их подозрительно много, я тут же ответила, что территория большая, посему сделаю несколько клумб.
Видать, в ботанике он профан, — капуста дружно проклюнулась, и скоро уже пикировку бы надо делать, и я сейчас судорожно ищу подходящие ёмкости, но как назло ничего нет. Чувствую, что придётся оставлять как есть, рискую, очень рискую.
За советами пришлось прогуляться в деревню, познакомилась со старостой, и меня очень тепло встретили, угостили чаем, постными ватрушками, мы долго разговаривали о сельской жизни, и я решилась выдать своё коммерческое предложение о «заморских» закусках.
Лаврентий Палыч почесал бородёнку, не сразу поняв, о чём идёт речь, пришлось ему ещё раз объяснить.
— Про капусту-то я понял, но красная, она же не простоит долго? — со знанием дела выставил контраргумент, и его молчаливая жена кивнула.
— Маринад с яблочным уксусом. Главное — наладить торговлю, на рынке бы…
— Слушайте, Вера Степановна, а что мы о пустом, давайте так, у нас на рынке в городке есть человек и место торговое, можем вам отдать овощей-то, ещё есть в запасе, вы свою рецептуру сделайте, а мы попробуем продать. Если народ распробует, то и будет нам ответ на все вопросы.
— А это отличная идея.
— Тогда завтра к вам и завезу на повозке, мимо поеду в городок, может вам ещё чего-то купить?
— Чеснока на посадку, и лук я что-то про них в прошлый раз забыла…
И полезла в карман за деньгами, но староста запротестовал:
— Такая мелочь, особенно ежели ваши соленья пойдут, то у нас же очень торговля оживится. Сами понимаете натуральное хозяйство – дело хорошее, но деньгу оно не приносит, пока не продашь, а продавать надо нечто редкое, чего у других нет. А у нас всего полно, даже вон грибочки солёные.
— Кстати, про грибочки, их же можно в сале на зиму жарить, чтобы на жарёшку или в кашу, не только солёные или сушёные…
— Ох, да вы просто кладезь полезных рецептов, — он довольно улыбнулся.
— А то! Даже не представляете, насколько много у меня всяких интересных задумок, хватило бы сил.
Глаза старосты уже загорелись азартом, чую, что он очень деловой, ему бы развернуться, да идей маловато, он сам на это же и посетовал:
— Силы есть, нам-то дремучесть не позволяет что-то эдакое придумывать. А с вашими фантазиями чувствую, мы далеко пойдём. Мефодий-то вас неустанно нахваливает, уж какие вы кушанья готовите. Мы в вас верим. Не голословные ваши заявленьица, а такие, что и в банк не стыдно сходить. Так что делайте на пробу…
— Мне бы пару, тройку бочоночков, как у нас сейчас под капустой стоит, а то тары нет.
— Привезём, обязательно. Самому теперь любопытно попробовать ваши соленья.
— Первыми и попробуете.
Мы ещё поговорили о разных мелочах, и они мне надавали множество житейских советов, особенно по сельскохозяйственным особенностям местной почвы и вообще климата. И самое важное, договорились, что мне вспашут участок под огород. Про пикировку тоже совет дали, если уж хочу так заморачиваться, то из бересты можно скручивать, лыком перевязывать. Занятие нудное, а куда деваться. Это добро мне тоже обещали подвезти, раз у нас дело общее нарисовывается, то староста с энтузиазмом взял надо мной шефство. А я и не против.
Деревенька мне понравилась, видно, что небогатая, но крепкая не одного дома развалюхи, все заборы целые, никаких картин уныния, кроме хляби на дороге, да и та скоро просохнет.
Воодушевлённая новыми проектами, прошлась через рощицу, по пути постояла на краю того поля, где собираюсь сажать свою капусту, главное, что его не видно из окон дома, и наш Фёдор Григорьевич не сделает мне втык за самоуправство.
Конечно, сделает, кого я обманываю. Но если сам проникнется вкусной едой, то, может, и простит…
Другое печалит, что если он прав и я проиграю, то придётся уезжать, зато у деревенских появится новое направление в бизнесе.
Мелькнула шальная мысль, что если мне придётся уехать, то я же на рынке в столице могу нашими продуктами торговать, пробивной силы мне не занимать, уж такое-то несложное дело поднять, много ума не надо. Да и деньги в столице уже совсем другие.
Даже в этом вопросе, вдруг появилась какая-то надежда…
А воздух уже дурманит свежестью, на проталине вдруг заметила маленькие, нежные подснежники белые, невесомые, на тоненькой зелёной ножке и со струнами-листочками.
— Боже, какая же красота. И сразу вера в счастье проснулась, всё у меня будет хорошо…
Присела, разглядываю и наполняюсь живительной силой природы.
— Мур-р-р! — за моей спиной вдруг послышалось привычное мурканье.
— Васька, а ты-то как сюда попал, до усадьбы ещё далеко, ладно, охранник хвостатый, пошли домой, дам тебе за верность сала кусок, у тебя ведь нет поста?
— Мур-р-р! — задрав хвост, перепрыгивая лужицы и ежеминутно отряхивая лапки, котяра поспешил за мной в усадьбу.
Да уж, у него явно ко мне привязанность образовалась и не хилая, а самая настоящая. А если поверить в то, что коты олицетворяют собой дух дома и места, то, видимо, сам дом меня привечает.
Настроение ещё на чуточку улучшилось. Если бы не грязь, я вприпрыжку как в далёком детстве поскакала бы.
Вдруг ощутила, что это моё место, абсолютное принятие этого факта заставило ускориться. Захотелось отметить новое чувство оладьями.
Стоило подойти к дому, как я услышала знакомый и слегка встревоженный голос:
— Вера Степановна, а куда вы так надолго пропали? — на пороге стоит Фёдор Григорьевич и с таким видом, словно отец ждёт со школы ученицу, а она где-то залипла на ручейке, пуская кораблики.
Улыбаюсь, я сейчас вообще не могу не улыбаться…
Моя жизнь, даже в таких условиях вдруг заиграла весенними красками.
— В деревне и не пропадала, а обсуждали со старостой новый бизнес. Со дня на день начнём новый проект…
— Вы? Бизнес? В смысле предприятие со старостой? — Боже сколько удивлённого сарказма в голосе.
— Да, я, а что в этом такого предосудительного, или женщинам запрещено придумывать идеи и зарабатывать себе на жизнь достойным способом?
— Но это сельское хозяйство, не будете же вы копать огород? — онвыдал крайнюю степень удивления, он уже заподозрил меня в чём-то, догадался, что его подоконники захватили не цветы, а что-то пошлое и деревенское?
Мне пора волноваться?
— А что постыдного в том, чтобы себя прокормить?
— Но это тяжкий труд, а у вас такие нежные руки…
Боже мой, он сказал, и сам же смутился, перевёл взгляд с меня на кота и замолчал.
Я тоже решила не доводить разговор до абсурда. Но его заявление мне вдруг понравилось.
— Пойду на кухню и сделаю своими нежными ручками нежные оладушки. Пока ещё осталась простокваша, больше молока нет, коровы в запуске, теперь уже ждать и ждать…
Прошла мимо него и кот за мной.
— Предатель, я же тебя котёнком из города привёз, а ты… Эх…
Послышалось нам вслед.
Что-то ржу, даже кот понимает, кто в доме настоящая хозяйка…
Умелыми, привычными действиями, словно выросла на этой кухне, собрала всё для оладий. Закинула несколько дровишек в печь, чайник поставила, просеяла муку в тазик и только хотела влить бесценную, последнюю в этом сезоне простоквашу, как в мою медитацию ворвался дядя Фёдор с поразительной новостью, настолько поразительной, что он сам выглядит скорее шокированным, нежели удивлённым.
— Вера Степановна, к вам муж приехал!
— Кто? Муж? Я же вдова! Гоните его, это зомби, восставший мертвец…
— Я не шучу, молодой, весьма привлекательный мужчина, требует вас и утверждает, что он ваш муж.
— Вот тебе и ёжик в тумане, шутите?
— Да нет же… Это выходит, вы меня обманывали.
— Так, стоп, это всё ваши инсинуации, чтобы отобрать у меня последние права на имение. Сейчас я этому мошеннику, а потом и вам, кочергой, чтобы неповадно было.
Я очень разозлилась, взглянула на кочергу, но брать не стала, это явная провокация. Нет у меня никакого мужа.
И тут я понимаю, что воспоминания, могли быть обманом и всё вообще не то, чем кажется. Как была в кухонном фартуке, с мучными руками выбегаю на улицу и на крыльце меня ожидает тот, на кого я вообще не могла бы подумать.
Гл
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.