Врачебная тайна 4

Глава 1

В тот момент, когда мы с доктором въехали на Дворцовую площадь, в Петропавловской крепости прогремели четыре пушечных выстрела!

— Его Величество встретился с Его Преосвященством, отцом Серафимом, наверное, это была последняя исповедь, чётное количество выстрелов во внеурочный час, это катастрофа, — Маркус очень тихо на выдохе простонал самое ужасное предположение. И я без пояснений всё поняла…

— Мы опоздали? — я словно не поняла сути услышанного и всё ещё цепляюсь за надежду…

— Да…

Закрываю глаза, пытаюсь справиться с нахлынувшей паникой, но не оттого, что царь умер, а от осознания, что была на краю собственной катастрофы, от которой меня не смог бы спасти даже канцлер. У меня не хватило бы сил вылечить царя, а если бы я появилась в его покоях чуть раньше, то навлекла бы на себя ещё больше бед, чем можно себе представить. Мои пальцы сжимают сумочку, с такой силой, что внутри, кажется, пудреница сломалась и раскрошилась. Сейчас, наверное, у всех такое же состояние, как и у меня.

Сквозь звон в ушах слышу слова доктора:

— Это конец, что сейчас будет, понятия не имею. Если Её Величество Анна-Мария выстоит, если объявят цесаревича наследником, то власть не пошатнётся, но может быть что угодно, и мы с вами на своей шкуре испытали козни противников. Анастасия, наше положение очень опасное, и я теперь переживаю за Лилию Леонидовну и детей. Может быть, вам забрать их сейчас? Мне предстоят ужасные часы работы, и я не смогу вам помочь, провожу до кареты, а потом вы сами уезжайте…

Его слова звучат, как заговорщицкая инструкция, похоже, что я чего-то не знаю, и не догадываюсь о настоящем размахе проблем. Голова кругом, пытаюсь рассуждать логически и взять себя в руки, откинуть мысли о второстепенных проблемах с «Приютом ненужных жён», и даже про развод теперь стараюсь не думать. Сейчас важнее всего дети, их и правда, нужно забрать:

— Понятия не имею, как поступить. Цесаревич минуты не может провести без нашей Ирочки, а сейчас у мальчика новое испытание – гибель отца. Но мои близкие, для меня важнее, я не хочу, чтобы племянница Даниила Романовича пострадала. Так что вы правы, я сейчас их заберу…

Уверенности в моём голосе ноль — это скорее рассуждения на тему, ведь я вообще ни в чём сейчас не уверена, какие-то данные улавливаю, но смятение не позволяет сконцентрироваться.

— Мы прибыли, поспешим, надеюсь, сейчас нашим врагам не до нас, и не повторится то, что с нами недавно произошло, — его посттравматический синдром оказался чуть более агрессивным, чем нужно для адекватного поведения. Но сейчас не время для психотерапии, мы, схватившись за руки, пробежали к входным дверям и успели войти во дворец, до того как объявили карантин. Об этом правиле мы и понятия не имели, а в спешке, я не успела считать «предупредительные знаки», а они были, хотя бы караул по периметру, кавалерия у парадного входа во дворец, и, кажется, где-то в толпе магический след встревоженного Аракчеева.

Они сейчас делают всё, чтобы избежать даже намёка на переворот, но главные враги уже давно засели в самом дворце…

Маркуса, как доктора пропустили, меня почему-то тоже. Мы вдвоём пробежали до самой двери в покои, где сейчас расположилась Лилия с детьми. И когда я вошла, то очень удивилась, потому что на широком диване сидит вся троица: Ира, Миша и сам цесаревич, напуганный, но держится молодцом. Наверное, ему ещё не сказали о случившемся.

— Анастасия! Боже мой, я и не ждала тебя, но как хорошо, что ты приехала. Во дворце ввели карантин, никого не выпускают, а нам бы надо уехать, — Лилия подошла ко мне, взяла за руки и так посмотрела в глаза, что я без слов всё поняла, но переспросила:

— Нам надо устроить эвакуацию? Это её приказ?

— Да, я головой отвечаю за детей. Она боится за него…

Мы с Маркусом переглянулись, но, кажется, ужас стал для нас нормой. Всё уже заперто, но у меня вдруг появился план. Двери запирают люди, а где есть люди, там для меня и Ирочки преград нет.

— Маркус, ваша задача сейчас взять на руки Его Высочество, Лиля бери Мишеньку, а я возьму Ирочку, мы с ней будем тараном. Няня и Зинаида – замыкающие с вещами. Надеюсь, мы сейчас не похищаем наследника?

Лиля нервно покачала головой и достала из кармана записку на гербовой бумаге, приказ самой царицы, отправить цесаревича на лечебные воды до того момента, пока наследнику не станет намного легче, по сути, это бессрочная ссылка собственного сына в безопасное место с Лилей.

— Эта бумага всё меняет. Ну-с, предлагаю, начать наш игривый побег. Пётр Александрович, ничего не бойтесь, мы просто играем в разведку, ваша маменька приказала вас вывезти из дворца и показать вам город. Вы готовы?

Пётр Александрович неуверенно пожал плечиками, взглянул на Ирочку и кивнул.

— Вот и чудесно. Поспешим…

Мы как таинственные похитители ценностей, по стеночке прошли по пустынным коридорам нашего этажа, и потом Ирочка показала какую-то странную дверь.

— Сюда?

— Да.

Она же прожила свою коротенькую жизнь с контрабандистами, это её призвание, обходить официальные пути тайными тропами. Я доверилась ей абсолютно, открыла дверь и увидела, что это сортировка для белья. Мы прошли вдоль гладильных столов и вышли на чёрную лестницу, ведущую вниз, там должен быть выход, куда привозят из прачечных чистое бельё, это показалось настолько простым и гениальным планом, как будто мы его неделю продумывали. Внизу всего четверо охранников, они даже вопроса задать не успели, опустились по стеночке и уснули, мне бы такую силу, молниеносный гипноз.

— Они скоро проснутся, надо быстрее, — прошептала Ирочка, и мы поспешили. К сожалению, наша карета осталась с другой стороны на площади, идти за ней – дело, обречённое на провал. Даже сейчас нас непременно заметят, стоит только выйти на набережную, мы быстро прошли до угла под окнами, потом Маркус пронзительно свистнул извозчику на другой стороне улицы и усадил нас всех в дешёвую, слегка потрёпанную жизнью, и совершенно неприметную карету:

— Это было филигранно, но мне нужно вернуться, пока охранники не очнулись. А вы поезжайте и не волнуйтесь, всё будет хорошо,— доктор махнул рукой, и назвал кучеру адрес особняка Аракчеева. Карета плавно тронулась с места, и Лиля вздохнула, она уже переживает за Маркуса, прекрасно понимая, насколько опасно ему возвращаться, но ничего не сказала при посторонних, только губы поджала и отвернулась в окно, чтобы мы не заметили тревоги на её милом лице.

— Всё будет хорошо, не волнуйся. У меня, кстати, новость. И она очень приятная. Мы нашли бабушку Миши, но им пока рано встречаться, надеюсь, что скоро, их семья воссоединится…

— Моего Миши? — Лиля резко повернулась и посмотрела на меня бесконечно удивлённым взглядом, словно я сейчас сказала нечто совершенно глупое или неуместное.

— Да, нашего маленького Миши.

— Но он мой сын, я его вырастила. Я не могу его отдать кому-то, не могу…

Её внезапно проснувшийся материнский инстинкт меня озадачил, если не сказать больше, но я поняла, что поспешила с новостью, хотя…

Она же не любила мальчика, а что вдруг произошло? Но я никогда не была матерью и не могу прочувствовать всю глубину чувств к ребёнку, какого пусть даже не родила, но с младенчества нянчила. Мне снова придётся разбираться в этой непростой проблеме, стать буфером между родной бабушкой и приёмной матерью, чтобы между ними не случилось конфликта.

Дорогие друзья, приветствую вас на страницах четвёртого тома истории Анастасии Сергеевны, буду признательна за поддержку лайками и комментариями, читайте с удовольствием.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.