Служу человечеству

Ты должен понять, что к вершине горы ведёт более чем один путь.

Миямото Мусаси

От автора

Все события и персонажи являются вымышленными.

Детектив Горан

Лил холодный осенний дождь.

Детектив Горан, проклиная длинный дождевик, остановился под козырьком одного из продуктовых автоматов. Трансляторы на главной площади 10-го квартала Геополиса передавали новости.

«Мы продолжаем освещать планы по освоению околоземного пространства. На сегодняшней совместной пресс-конференции Министерства развития, Совета промышленников и рабочей группы, взаимодействующей с глотами, было объявлено о запуске программы по терраформированию астероидов, выведенных за Пояс. Как нам стало известно, одной из первых одобрение получила миссия по обустройству Фаэтона, планетоида, стратегическое положение которого обуславливает приоритетность миссии. В ходе презентации проекта было объявлено об создании на Фаэтоне автономного научного центра, а также инфраструктурных сооружений для его сотрудников. Академгородок, как уже окрестили проект, станет первым открытым землянами институтом, осуществляющим научно-исследовательскую работу, а также подготовку специалистов по фундаментальным и прикладным наукам вне родной планеты. В чём значимость этого события и в чём выгода от реализации данного проекта – через несколько минут обсудим с нашими экспертами».

Приложив к сканеру свой бейдж, детектив, наконец, зажал в ладонях горячий стакан. После блока новостей запустили рекламный ролик об экологической очистке территорий. Видео шло под пронзительный хит, и Горан начал тихонько подпевать: «Нелегкий выдался день…».

На углу остановился служебный автомобиль. Агент Ларин просигналил дважды. Детектив невольно поморщился, одним глотком допил кофе и направился к машине. В ближайшие часы ожидалось приземление нового корабля глотов, поэтому к прилёту гостей следовало обеспечить порядок.

Агент поприветствовал начальника и, не вставая с водительского сидения, открыл дверцу:

– Детектив, снимайте свой плащ, а то испортите весь салон.

– Поезжай, – лишь отмахнулся Горан, усевшись как был, и уставился в окно.

После Кризиса Геополис стал одним из крупнейших городов Земли, её столицей. Густонаселенные до Кризиса территории пустовали, население сократилось в тысячи раз. Кризисом называли последние двести лет: бесконечные войны, связанные и не связанные с ними глобальные экологические катастрофы – изменение магнитных колебаний планеты, землетрясения, извержения вулканов, таяние льдов, подъём уровня Мирового океана, повсеместной потепление, а затем похолодание, загрязнения, эпидемии, и, как результат, упадок морали человечества. В конце Кризиса инопланетная раса глотов сообщила о намерении установить контакт с людьми и выслать на Землю своих послов. Правительство Земли, сформированное в последние годы перед выходом из Кризиса, постановило, что налаживание отношений с пришельцами может послужить дополнительным стимулом к восстановлению морали и духа человечества, и разрешило послам высадиться.

Глоты были гуманоидной расой, как они сами говорили «адамической». С их же слов, перед высадкой они долгое время изучали земную культуру и природу человека.

Они прилетели из какого-то созвездия, находящегося так далеко, что детективу Горану запоминать его название казалось делом не первой важности. И хотя по прилёту глотов восторженное изучение звёздных карт приняло массовый характер, большая часть людей, поначалу скупавших еженедельные их обновления, теперь бы не сказала, как там называлась система глотов и сколько в ней лун.

Глоты прибывали на своих кораблях, зависавших на околоземной орбите. На Земле пришельцев размещали в специальных корпусах при штабе воздушно-космических сил. Эти корпуса были огорожены и тщательно охранялись.

Раз в неделю рабочая группа взаимодействия давала публичный отчет, об информации, полученной от глотов. Речь в первую очередь шла о новых технологиях, истории Солнечной системы и её обитателях, о проектах по освоению космоса.

Машина с детективом остановилась у оцепленной зоны.

Завыла сирена. Из громкоговорителя пошел треск, а затем предупреждение:

«Внимание! Срочно освободить периметр. Космический корабль идет на посадку. Повторяю. Срочно освободить периметр».

Горан выбрался из автомобиля и задрал голову вверх, чтобы рассмотреть спускающийся с орбиты космолёт.

– Ещё один, – детектив постучал правым ботинком о левый, что посреди полевого бездорожья, было более чем бесполезно.

– Босс, у Вас опять портится настроение, – заметил агент Ларин.

– Нам с тобой целый день под кислотным дождем мокнуть, – ответил детектив, – так что давай вместо того, чтоб болтать пройдемся, посмотрим, что там за столпотворение у западного кордона.

Послы глотов высадились на Землю около восьми лет назад. Но люди до сих пор собирались смотреть на прилетающие корабли, как смотрели когда-то на проходящие поезда. Приземление собирало как простых зевак, так и всяких идейных граждан. Как и любое событие, установление контакта с глотами вызывало у людей различную реакцию.

Большинство возлагало на встречу с инопланетными гостями надежды на восстановление баланса на планете, кто-то ждал золотого века просвещения, связывая всё возможные положительные подвижки исключительно с пришельцами. По прошествии нескольких лет такие настроения, правда, сменились более умеренными: хоть глоты и оправдывали часть надежд, всё же изменения в жизнь рядовых людей проникали очень медленно.

Были и другие, кто по разным причинам негативно относился к глотам, например, как к захватчикам или просто носителями неизвестной опасности, повсюду находя подтверждения своим гипотезам.

Излюбленным аргументом последних был инцидент в Капаре, городе-спутнике на востоке Геополиса. Однажды, пара глотов вышла из штаба и направилась на ближайшую ферму, устроив там настоящую бойню. Умертвив всех животных и работников, глоты так и не потрудились объяснить причину своего поступка. Стоило бы отметить, что в условиях экологической катастрофы выращивание растений и скота стало привилегированным занятием. Все фермы были правительственными, поскольку имели стратегическое значение. Однако, после разгрома фермы в Капаре Правительство Земли не предприняло никаких мер. Отчасти данное бездействие можно было объяснить тем, что эскалации конфликта никто не хотел.

Справедливости ради стоит сказать, что не всё конфликты провоцировали глоты.

В этом плане особенно отличились жители Саввата, поселения расположенного к северу от столицы Земли. Савват был приграничной зоной, за которой начинались дикие земли с экологической точки зрения непригодные для проживания людей. В большинстве подобных мест люди были заняты как раз облагораживанием прилежащих территорий, их очисткой и обустройством. Для таких работ годились только крепкие мужчины, которые и составляли костяк поселений. Все приграничные зоны отличались двумя специфическими характеристиками: повышенным уровнем преступности и суеверий. Если первое объяснялось гендерно-возрастными особенностями населения, то второе, как правило, списывалось на близость территорий к диким землям, где чего только не встречалось. В такой атмосфере в определенный момент в Саввате начали пропадать люди. То есть «начали» достаточно условно. Поскольку в диких землях несложно пропасть. Рабочие периодически находили останки неизвестно как оказавшихся там людей, да и некоторые из рабочих бесследно исчезали: то ли уходили, то ли встречали мутантов, то ли просто терялись и не могли найти дорогу назад. Терялись потому что одной из забав в приграничных поселениях является самостоятельное исследование диких земель. Забава состоит как раз в том, чтобы проявить свою смелость и ловкость. Именно среди любителей этой забавы ходило поверье, что по ночам по диким землям бродят глоты, и никакие мутанты их не трогают. Так что, когда в поселении в течение недели пропало трое рабочих, ночной сторож вместе с собакой и двое школьников, по Саввату поползли слухи о похищении глотами людей.

Заказчик работ по экологической очистке, а также по совместительству спонсор, выделяющий городу рабочие места и обеспечивающий инфраструктуру, промышленная компания «Инджениринг», направила в Савват своего управляющего, чтобы провести с работниками разъяснительную беседу и снизить накал страстей. Однако, как и стоило ожидать, рабочие требовали, чтобы им обеспечили безопасность и провели проверку относительно присутствия глотов в диких землях.

Чтобы развеять предубеждения против глотов управляющий привез в Савват делегацию пришельцев. Но собрание работников переросло сначала в спор с управляющим, а затем, в драку, в результате которой делегация была атакована и убита.

Правительству Земли пришлось приложить немало усилий, чтобы успокоить гостей и убедить их не принимать никаких самостоятельных мер и не делать скоропалительных выводов.

Зачинщики драки понесли суровое наказание. Общественность осудила варварское поведение савватских рабочих, заклеймив их «средневековыми инквизиторами». Никаких серьезных действий со стороны глотов не последовало, а прежняя жизнь в Саввате продолжилась.

После этих случаев, а также учитывая статус глотов как послов, в особенности их технологическое превосходство и необходимость каким-то образом регулировать отношения между людьми и глотами, в Вооруженных силах человечества (кратко ВСЧ) было создано подразделение Взаимодействия. Состояло оно из двух отделов: отдела по обеспечению мирного сосуществования и отдела по борьбе с преступлениями против пришельцев. Последний в Геополисе возглавлял детектив Горан.

Добравшись до западных ограждений, Горан снова принялся обстукивать ботинки. Тропинку, проходившую вдоль сетчатого забора к западной оконечности периметра, совсем размыло дождём, и грязь основательно налипла на обувь. Но выбирать не приходилось, потому что модуль глотов уже почти коснулся земли.

Заметив приближение детектива, охранявший периметр агент положил правую руку, сжатую в кулак, на сердце в знак приветствия. В этот самый момент за его спиной из толпы выскочил бородач. В руке он держал топор. Агент всё еще был повёрнут к детективу, когда сзади на него обрушился удар. Бородач толкнул осевшего агента на детектива и, прорубив одним махом дыру в сетке, бросился к посадочному модулю глотов. Детектив подхватил раненого агента и крикнул помощнику: «Ларин, задержи этого отморозка!» Затем он сунул руку в карман и извлёк бейдж: «Это детектив Горан. Врачей и группу захвата к западным воротам!»

Бородач тем временем добежал до севшего модуля и стал со всей силы молотить корпус топором:

– Убирайтесь, исчадия ада!

Не успел он нанести и пары ударов, как его настиг агент Ларин, ловко перехвативший топор и отбросивший его подальше. Бородач был плотного телосложения, поэтому, когда он навалился на агента и стал его душить, выкрикивая «Защищаешь исчадий ада, тварь!», Ларин поскользнулся, и оба они повалились в грязь. Бойцы подоспевшей группы захвата с трудом отцепили пучащего глаза бородача, не перестававшего выкрикивать свои угрозу в адрес «исчадий ада».

Детектив Горан передал раненого агента, охранявшего периметр, врачам. Агент был жив. Лежа на носилках он стонал. Детектив смахнул рукой дождевую воду с лица агента и приложил правую руку, сжатую в кулак, к сердцу.

Этот ритуал был принят во всех подразделениях Вооруженных сил человечества. Он был приветствием, знаком распознавания и клятвой «Служу человечеству!»

Тут же какая-то девица вцепилась Горану в руку.

– Детектив, прикажите Вашим женоненавистникам отпустить меня!

Прежде чем повернуться, Горан закрыл глаза и сделал глубокий вдох. Эту девицу он хорошо знал, поскольку задерживали её не в первый раз.

– Детектив, эти снова выскочили за ограждение и устроили представление с плакатом «Земной парень мне не нужен – мне пришелец будет мужем!» – возмутился агент, сопровождавший нарушительницу.

– Ладно, можете оставить её здесь, я сам составлю акт, – распорядился Горан.

– Как скажете, – с облегчением ответил агент и удалился.

Детектив повернулся к Анне и укоризненно посмотрел на нее:

– Ну, и что это было? – мужчина указал на огороженный периметр, за который прорвались девушки. – Ты вообще когда-нибудь одумаешься? Ты помнишь: еще одно нарушение и тебя отчислят из Университета?

Девушка стояла молча, потупив глаза в землю. Длинные волосы трепал ветер.

– Как тебя такую вообще туда взяли?! – детектив отвернулся.

– Я встречалась с ректором.

Детектив поднял глаза к небу: «Откуда у современной молодежи эта потребность говорить мерзости?»

Анна обошла детектива с другой стороны:

– Ведь Вы это имели в виду? Что девушка сама по себе ни за что не может поступить в Университет?

– Нет, не это, – возразил Горан. – Я имел в виду, что не понимаю, как человек, занимающийся подобными…глупостями, мог поступить в Университет.

– Поступила как призер Олимпиады по естественным наукам, – Анна отвязала с пояса и надела синий джемпер с изображением двойной красной буквы «Д».

«Тоже мне Джейн Доу», – подумал про себя детектив, а в слух сказал:

– Так почему бы тебе не заняться естественными науками? Что это за плакат «Женись на мне» или как там вы придумали?

– Мы хотим показать, что у нас на планете есть мужчины и есть женщины.

– Какое им дело, – бросил в сердцах Горан, – они же андрогины!

– Не с точки зрения биологии, а в аспектах социальных отношений в обществе, – пояснила девушка, собирая волосы в хвост. – К тому же, если они андрогины, это еще не значит, что они не знают, что такое пол, – казалось первоначальное смущение Анны полностью прошло. – Ваш подход к ним мужской: давайте нам технологии, расскажите, как захватить Луну…А мы хотим посмотреть, что у них есть для всех, и для женщин. Чтобы остаться на Земле им нужно убедить не только мужчин!

– То есть, если он женится на тебе, он тебя убедит? – приподнял кустистую бровь детектив.

– Не буквально, конечно. На протяжении всей истории человечества общество недооценивало и угнетало женщин. Почему? Возможно, андрогины-глоты смогут оценить то, что не цените вы?!

– Да-да-да, – закивал Горан, – думаю, уже достаточно. Я составлю акт о совершении мелкого хулиганства. Акт останется у меня в кабинете. Потому что не хочу портить тебе жизнь и лишать Геополис талантливого социолога, – детектив рассудил, что в конце-концов это не Анна напала на космолёт с топором. – Но взрослый человек должен отвечать за свои поступки. Поэтому, если мы встретимся еще хоть раз, акт получит ход, и можешь не рассчитывать на мою снисходительность. А сейчас возвращайся домой, займись учебой и постарайся найти себе земного парня.

– Детектив… – Анна улыбалась.

– Что ещё? – терпение Горана заканчивалось.

– Вы просто супер! – Анна приложила к сердцу кулак правой руки.

– Быстро домой, пока я не передумал! – фыркнул обескураженный Горан.

И она побежала. «Просто супер», – повторила шепотом Анна.

«Тоже мне Джейн Доу», – повторил про себя детектив.

Джейн Доу – имя, которое получил ультрамодный образ, голограмма, перешедшая с рекламных экранов в вечерние шоу. По-хорошему, «Джейн Доу» даже именем назвать было нельзя. Так, нарицательное из докризисных практик, которым обозначали неизвестных. Тем не менее, голограмма стала самым узнаваемым лицом. Проблема состояла в том, что её так никто и не опознал. Горану почему-то из-за этого было её особенно жаль.

Голограммы появились после Кризиса как способ опознать неизвестных погибших. Объемные изображения размещали на остановках транспорта, чтобы как можно больше людей могло их увидеть. Позже им добавили еще одну функцию – реклама. Что плохого в том, что «призрак», которого нужно опознать, подсядет к тебе в ожидании транспорта, а заодно порекомендует что-нибудь? К тому же инициатива стала окупаться. В итоге, очень быстро изначальная функция голограмм была вытеснена коммерческой составляющей. Многие из первых голограмм стали популярнее ныне живущих людей.

На остановке возле Управления ВСЧ прижился Кент. Тоже голограмма. Иногда, возвращаясь ночью домой пешком, Горан беседовал с ним. Кент мог перемещаться из одного экрана в другой. Именно от Кента Горан узнал, как устроен мир голограмм – огромная нейронная сеть. Поведение голограммы полностью обуславливала математическая модель взаимодействия нервных клеток, имевшаяся при жизни у прототипа. У голограмм не было воспоминаний, но записанные нейронные связи обеспечивали идентичность голограммы. Кент не раз намекал Горану, что голограммы загружены не в вакуум, что в сети должно быть много затерянной информации, и, скорее всего даже «пасхальное яйцо».

Пока детектив разбирался с Анной, группа захвата разогнала всех собравшихся. На размокших площадках оставались брошенные вещи и мусор. Люк модуля открылся, когда вокруг уже не было ни души.

После такой триумфальной встречи детектив чувствовал себя отвратительно.

Горан не питал никаких иллюзий относительно работы отдела. Он любил Геополис и еще мальчишкой мечтал стать городским героем. Казалось, возрождавшемуся человечеству нужны новые ориентиры и идеалы. Но вышло, что новые герои – это пришельцы, персонажи-голограммы, всё те же политики и общественные деятели. А он – просто агент ВСЧ, в ежедневной работе которого есть место оскорблениям, боли, жестокости, лицемерию, безразличию, но нет места высокой мечте. Какое-то время детектив злился, пока не надоело. В конечном итоге, быть героем не значит не сходить с экранов телетрансляторов. Задача героя – защищать обычных людей, служить человечеству. Хотел бы детектив Горан хотя бы сам в это поверить.

В ночных новостях, к которым детектив вернулся домой, журналист Ли рассказывал о приземлении:

«Сегодня на космодроме Геополиса совершил посадку очередной космический модуль глотов. Как сообщил представитель пришельцев, в нём прибыли технические специалисты, которые будут заниматься проблемой стабилизации магнитных излучений Земли. Несмотря на столь значимую для человечества миссию, при приземлении модуля произошло сразу несколько инцидентов: сначала на посадочную площадку выскочил «дровосек», выкрикивающий строки из Апокалипсиса, затем выбежали женщины легкого поведения с предложением интимных услуг для пришельцев, и, что естественно, не обошлось без скандирований планетаристов (как теперь модно называть планетарных националистов) против мигрантов. Между последними началась перепалка, закончившаяся потасовкой. Возникает вопрос о работе департамента Взаимодействия – когда мы почувствуем качественные изменения в ситуации и как долго ещё деклассированные элементы нашего общества будут позорить нас перед «старшими братьями»?

Преступление

Детектив Горан взял за правило начинать рабочую неделю с ознакомления со сводками происшествий за выходные. Сводки готовила аналитик отдела Нат. Безусловно её присутствие в отделе было незаменимым. Иногда детектив Горан представлял, как бы они с агентом Лариным справлялись с ежемесячной отчетностью, запросами и чтением всех входящих сообщений, не будь с ними Нат.

Кроме того у аналитика было ещё и дополнительное положительное качество – она увлекалась созданием кондитерских изделий. И конфеты, которые она делала из натуральных продуктов (и никогда из синтетических), уже прочно вошли в рацион отдела. По крайней мере засидевшегося на работе Горана зачастую спасали только они. А Ларин вообще мог постоянно жевать.

– Детектив, Вы смотрели вчерашние новости? Как Вам понравилось высказывание Ли о «старших братьях»? – при появлении Горана в отделе агент Ларин отъехал на кресле от своего стола, приветствуя начальника.

– Кажется, есть кое-что поважнее, – прервала коллегу Нат, оторвавшись от сводок. – У нас мёртвый глот, ребята.

Задорное настроение Ларина сразу пропало. Горан закрыл глаза и сделал глубокий вдох. А Нат продолжила:

– Только что пришло сообщение с разрабатываемых территорий: его нашли в колодце. То ли он сам туда упал, то ли его скинули местные жители – до конца пока не понятно.

Горан и Ларин переглянулись. Их ждал ещё один день в полях.

– Я за машиной в гараж, – сообщил агент, запустил руку в вазочку с конфетами, чтобы взять с собой побольше, и вышел.

Горан ждал Ларина на остановке служебного транспорта. День был ясным. Воздух прозрачным. Думать, о том, что будет дальше не хотелось совсем.

– Осенняя хандра, детектив? – раздался голос из-за спины.

Горан обернулся. Замотанный в длинный шарф и с дымящей чашкой в руках со щита шагнул Кент. Наверняка запустили новую рекламу бионапитков.

– У меня не бывает хандры, – ответил Горан.

– Значит, Вы опять думаете о Джейн Доу? – заключил Кент, и кружка пропала из его рук.

Мужчина не ответил. С голограммами в этом смысле было проще.

– Почему бы Вам не поговорить с ней? Вызовите её под каким-нибудь предлогом в ВСЧ, как вы это умеете…

– Она ничего не помнит о своём прошлом, – Горан сунул руки в карманы пальто.

– Какая разница? Расскажите ей о Вашей работе по её идентификации, пригласите её на какой-нибудь следственный эксперимент…

– Она всего лишь голограмма!

– Она единственная голограмма, история которой Вас занимает, – Кент закинул руки за спину и встал, наконец, перед Гораном. – Перестаньте уже это отрицать.

Кент замолчал, заранее зная, что Горан ничего не ответит.

– Детектив, а по моему профайлу нет новостей? – по голограмме пробежала рябь. – Не хотел лишний раз напоминать.

Когда-то Горан попросил Кента проверить, нет ли в нейросети какой-нибудь зацепки, которая может помочь разгадать тайну Джейн Доу. В обмен Кент попросил детектива посмотреть его собственный профайл.

Горан знал, что означала эта просьба. Ни живые ни мертвые голограммы болтались по рекламным щитам, пока их не сменяли другие. Но даже в этом случае, голограммы оставались в каталогах и за счёт нейросети продолжали существовать. Самые настоящие призраки. Самое настоящее подобие вечной жизни. Единственным выходом из нейросети была идентификация. Если кому-то удавалось опознать голограмму или раскрыть тайну её гибели, дело закрывали и голограмму удаляли.

«Но если я раскрою тайну твоей предыдущей жизни, ты потеряешь обе жизни сразу», – предупредил его детектив, – «И обратного пути не будет».

«Так устроен мир», – сказал ему тогда Кент.

Что ж, это был его выбор. Попытка сделать выбор.

– И это у меня осенняя хандра? – покачал головой детектив.

Кент криво усмехнулся.

Раздался шум двигателя, и из подземного гаража показалась служебная машина. Агент Ларин остановился перед Гораном:

– Что, детектив, осенняя хандра?

– Просто отвали, – отмахнулся Горан.

Когда он забрался салон и посмотрел в окошко, Кент уже исчез.

Разрабатываемые земли также называли «дикими». Что вполне соответствовало их содержанию. Дикие земли могли быть пустынными или наоборот заваленными буреломом, они могли фонить от радиации или источать токсичные испарения, в них могли водиться разные твари или никто не жить, но все дикие земли объединяло одно – в них магнитное поле не было стабильным. А это означало, что в них не было цивилизации. Современные технологии давали приборам некоторую устойчивость к магнитным аномалиям, но все знали, что дикие земли были покрепче современных технологий.

Глота нашли на северных разработках, за Савватом. Горану это сразу не понравилось. Было бы смешно думать, что расследование выйдет простым. Детектив был отлично знаком с делом о нападении на глотов в Саввате. На допросе местные устроили круговую поруку и добиться от них чего-либо не удавалось. Они были враждебно настроены по отношению к ВСЧ, Правительству и глотам. Единственное, что их сдерживало – это угроза прекращения финансирования со стороны Совета промышленников.

– Давай первым делом осмотрим место происшествия, – предложил Горан сидевшему за рулём агенту. – Уверен, вслед за нами уже едут представители глотов, которые сразу же увезут сородича. И сомневаюсь, что его отдадут на обследование нашей лаборатории. Поэтому единственный шанс взглянуть на погибшего – сейчас.

Агент Ларин согласился.

Машина остановилась у выезда из Саввата. Детектив задержался на минуту у КПП и попросил у дежурного списки тех, кто входил и выходил в дикие земли за последние несколько дней. От КПП детектив и агент Ларин пошли пешком вдоль по расчищенной полосе в сторону столпотворения. Уже через пару минут ходьбы по разработкам Горану стало казаться, что кожу на лице странно жжёт. И ему очень захотелось поскорее тут всё закончить.

Детектив с агентом начали с того, что наведались в сторожку. Там они нашли вызванного на место происшествия патрульного.