КАА, или Клуб Анонимных Астрологов

Предисловие

«Однажды кто-нибудь посмотрит на тебя так же, 

как ты смотришь на звезды». 

Неизвестный

«Astra non mentiuntur sed astrologi bene mentiuntur de astris» 

(лат. Созвездия не лгут, но астрологи хорошо лгут о созвездиях)

Валерий Брюсов. Огненный ангел 

«Добро пожаловать в КАА – Клуб Анонимных Астрологов!

Правила клуба:

Занятия начинаются, если записавшихся участников окажется не меньше 5.

Сессии проходят 1 раз в неделю, по пятницам в 19 часов.

Длительность групповой сессии – 2,5 часа.

Полный курс – 12 недель, с последующими контрольными встречами 1 раз в месяц.

Клуб не несет ответственности за итоговый результат, если участники пропускают занятия. 

Запрещается спрашивать у Координатора группы его знак зодиака, дату и место рождения и любимый цвет (он все равно вам этого не скажет).

Я заблокировала экран телефона, и объявление исчезло, погребая под собой сотню непрочитанных сообщений в мессенджерах. Потом закрыла глаза, задрала голову и сделала глубокий вдох.

И как только я до этого докатилась.

Колени подкашивались от волнения, желудок скручивало, а сердце билось, как у кролика. Впервые за последний год я не понимала, что меня ждет. Наверное, ничего хорошего. Но отступать я не могла. Только не сейчас.

Подойдя к невзрачной двери, я легонько постучала и взялась за ручку, молясь, чтобы оказалось заперто. Но нет, дверь бесшумно открылась, приглашая пройти внутрь. Поправив сползающую с плеча клетчатую рубашку, я сделала шаг в неизвестность.

Что ж, все могло быть и хуже. 

Комната оказалась небольшим помещением-лофтом с кирпичной кладкой и большим, почти во всю стену, окном. В центре полукругом стояли аккуратные серые стульчики с мягкой обивкой, напротив – белая маркерная доска, а по углам в качестве декора расположились кадки с фикусами. Вечернее солнце пробивалось через окно, а частички пыли медленно танцевали в его теплых лучах. Все выглядело так, словно я пришла на курсы по ораторскому искусству, а не в клуб болезненно зависимых людей.

А чего я ожидала? 

Честно, я до конца не верила, что кто-то действительно создал такой клуб. Впервые прочитав объявление, я представила себе темную комнату с тусклой лампочкой, одиноко свисающей с обшарпанного потолка, которая освещала ряд неудобных железных стульев, располагавшихся в плотном кольце. Я представляла, как меня хватают и привязывают к одному из стульев, а мужчина в белом халате с кровожадной ухмылкой потирает руки, приговаривая:

– Как здорово, что вы зашли в наш клуб. А знаете что? Лекарства от астро-зависимости не существует! Поэтому нам придется сделать вам лоботомию. Но тогда гарантирую, вы точно избавитесь… от всего, ха-ха-ха…

– Ты тоже на терапию?

От неожиданности я вскрикнула, прикусив изнутри щеку. Надо ведь предупреждать!

Обернувшись, я заметила, что в помещение вошла девушка примерно моего возраста. На ней было струящееся платье в пол, длинные русые волосы заплетены в аккуратные дреды, а голубые, как будто кристального цвета, глаза, смотрели на меня открыто и беззащитно. От нее пахло чем-то цветочным. Ах да. Еще я заметила лунные камни в ее огромных серьгах и кулоне. Она мягко улыбалась мне, вся сотканная из света и тепла.

Наверное, Близнецы. Или Рак. Нет, точно Близнецы, я таких за версту вижу.

Помотав головой, прогоняя наваждение, я криво улыбнулась в ответ.

– Да. Это ведь правильное помещение? – я неуклюже переминалась с ноги на ногу и наконец вытянула руку. – Я Стефания, кстати. Можно просто Стеф.

Девушка ответила на рукопожатие; ее кожа была мягкой и бархатистой.

– Красивое имя. Я Аня. Просто Аня, – она оглядела меня с ног до головы. – Хм… Скорпион или Стрелец?

– Стрелец, – тут же выпалила я. – Вернее, я на стыке… А вообще, нам можно об этом говорить?

– Наверное, можно, пока не началось занятие, – пожала плечами Аня, хлопая своими длинными светлыми ресницами. – Пойдем, смотри, вот и остальные подтягиваются.

Я прошла за ней следом, заняв самый крайний стул, поближе к стене. Пока Аня порхала по помещению, знакомясь с другими участниками, я быстро оглядела входящих в кабинет людей.

К стулу по центру подошла полная миловидная женщина с короткой стрижкой и в очках в роговой оправе. В руках она держала сумочку, которая (и я не шучу), была вышита знаками зодиака и планетами. Не удивлюсь, если она сделала это сама.

Потом к ней рядом сел мужчина лет за пятьдесят. Что он тут делал? Худой, с седыми волосами и острым лицом, он был больше похож на астронома, чем астролога. Но, видимо, жизнь и с ним сыграла злую штуку. Его тонкая седая бородка подрагивала в такт ноге, которая без остановки отбивала мелкую чечетку по полу.

Через минуту в помещение зашла еще одна женщина. Я удивленно вскинула брови. Строгий черный костюм, жемчуг в ушах, золото на руках и декольте. Полные губы подведены красной помадой. Она выглядела на миллион рублей! Может, она пришла сюда по ошибке?

К ней тут же подбежала Аня, с которой я познакомилась чуть раньше. Лесная нимфа, эльф. Ей бы на женские практики, а не в клуб зависимых чудиков.

И я. Стефания. С копной длинных рыжих волос, забранных в высоких хвост, в черной майке, рваных джинсах и рубашке, с подведенными стрелками на глазах и оранжевым лаком (это был благоприятный цвет для этого месяца).

Наша странная компания. Хотя, если этот клуб действительно хотел избавить нас от зависимостей, им бы не помешало свериться с положениями планет. Только-только начался ретроградный Меркурий. Ясно же, что их затея обречена на провал!

– Все добрый вечер! – из-за боковой двери вышел улыбающийся молодой человек в белой рубашке и синих джинсах, с копной темных волос и бейджиком на нагрудной кармане с именем «Константин». Ну просто лучший работник года. Или изгонитель нечисти. – Как вы себя чувствуете? Вам комфортно?

Мы переглянусь между собой, и я неосознанно сцепила руки на груди.

– Что ж, понимаю, в первый раз все стесняются, – улыбнулся Константин, нисколько не смутившись. – Нам предстоит долгий путь, но методика, которую я лично придумал и протестировал, обязательно сработает! – Он с энтузиазмом поднял палец вверх. – Поэтому приготовьтесь взять контроль за жизнь в собственные руки!

Я фыркнула. Слишком пафосно.

Константин тут же повернулся в мою сторону.

– Ага! А вот и первый желающий, – с этими словами он указал на меня ладонью. От неожиданности я округлила глаза и сползла со стула, наблюдая, как еще четыре пары глаз повернулись в мою сторону.

– Эм… а что мне нужно делать? – промямлила я, переводя взгляд с одного участника на другого.

– Для начала можешь представиться и рассказать немного о себе, – предложил Константин. – Ради этого мы здесь и собрались.

– Всем привет, – промямлила я и помахала рукой. – Я Стефания, мне двадцать четыре и… что в таком случае говорят? – сбилась я. – Как в фильмах? «И я астрозависимая?»

– Мы здесь не ставим диагнозы, – мягко ответил Константин. – Но поможем, если ты расскажешь причину, которая привела тебя сюда.

– Это будет очень долго, – возразила я. – Может, кто-нибудь другой начнет? Женщина с сумочкой?

– Между прочим, ручная работа, – улыбнулась та. – Хотите, сделаю вам такую же?

Я сглотнула.

Мне тут совсем-совсем не нравилось.

– Давай, Стеф, – вдруг подала голос небесноподобная Аня. – У тебя наверняка Луна в Рыбах, так что мы все проникнемся твоей историей!

Я лишь открыла и закрыла рот, удивившись, как быстро она меня просчитала. Неужели это было написано на моем лице? Может, астрология все же не так плоха, как мне казалось? Может, стоит вернуться в свой комфортный, понятный мир и продолжать жить по звездам?

Но тут на ум мне снова пришел тот вечер. Вечер, в который я все испортила.

Мне нужно было что-то изменить.

Я откашлялась и выпрямилась на стуле.

– И сколько у меня времени на рассказ? – спросила я.

Константин посмотрел на часы на своем запястье и улыбнулся.

– Мы никуда не торопимся.

Что ж. У этой зависимости точно есть начало. И сейчас я вам о нем расскажу.

Глава 1. Асцендент во Льве

«Мои мысли – это звезды, которые я не могу собрать в созвездия».

Джон Грин. Виноваты звезды 

Год назад…

Я нажала на кнопку завершения сеанса и встала из-за стола, сладко потянувшись. За последние три часа я почти не вставала, и явственно ощущала, как моя пятая точка превратилась в уродливый квадрат. Солнце уже заходило за горизонт, но его лучи все еще были видны в отражении окон одной из башен Москва-Сити, стоявшей напротив офиса. Я медленно убирала вещи в черный рюкзак, пространно глядя перед собой. Мои мысли были где-то далеко.

Внезапно на рабочем столе завибрировал телефон. Взглянув на экран, я отпрянула, и рюкзак выпал у меня из рук.

Ну что за растяпа!

Мне писал мой парень. Вернее, бывший парень. Вернее, бывший парень, который еще не знает, что он бывший. Потому что я не имела ни малейшего понятия, как с ним порвать.

«Стеф, ты не отвечаешь! Что случилось? Я что-то не так сделал? Ответь!»

После последовал звонок (спасибо, что он помнил мое правило и звонил только после окончания рабочего дня). Я заглушила звук и опасливо огляделась по сторонам, словно он мог внезапно выскочить из-за угла, увидев, что я не отвечаю. Но это невозможно. Мы на тридцать пятом этаже. И все же я подошла к огромному, от пола до потолка, окну, и посмотрела вниз, на парадный вход. Так, что это за знакомая куртка?

Я включила камеру и сделала максимальное приближение. Сердце ушло в пятки.

Блин, это реально он. Мой бывший-не-бывший. Он стоял у главного входа и караулил меня после работы. Его можно понять, я бы также сделала, если бы мне не отвечали четыре дня подряд.

На телефоне опять высветился его номер. Экран заполнила фотография, на которой он улыбался мне, сощурив глаза от яркого света. Да, это фото мы сделали в клубе, когда ходили слушать одну андеграундную группу. Совсем не его стиль. Но ради меня он два часа морщился, затыкал уши и делал вид, что так ему лучше слышен бас. Я потом долго смеялась, потому что он оглох и все время переспрашивал меня по дороге домой.

Эх. Хорошо же было. Да и сейчас ничего не изменилось. Ладно, кое-что изменилось – мой бывший (опять я его так называю) предложил мне с ним съехаться.

Съехаться.

Нет-нет-нет. Спасибо. Одно дело встречаться, ходить по клубам и кафе, целоваться под уличным фонарем или зависать на его квартире. Другое – перевезти в эту квартиру щетку, домашние тапочки и сотню рубашек в клетку. Серьезные отношения не для меня. Даже если парень классный. Очень-очень классный.

Почему, спросите вы? А я спрошу в ответ – а что, если он «не тот самый»? А что, если через месяц проживания вы вдруг поймете, что вам не суждено быть вместе? Нет-нет-нет. Может, я буду готова к этим бытовым испытаниям потом. Но не сейчас.

Я отключила звонок и вернулась к рабочему столу, чтобы положить в рюкзак выпавшие вещи, которые беспомощно распластались на полу офиса. Надо уходить. Я и так последняя осталась в офисе. Выключив свет, я прошла по стеклянному коридору, зашла в лифт и, секунду подумав, вместо первого этажа нажала на минус первый.

Глупыш. Как будто он не знал, что башни Москва-Сити соединены между собой подземными переходами. Но все равно я ощущала себя, словно воровка, которую вот-вот схватят за руку. Пробежав по переходу, я вышла на поверхность в метрах ста от главного входа в башню. Оглянувшись, я позволила себе на секунду остановиться, чтобы посмотреть на моего парня в последний раз.

Ведь я, наверное, его больше не увижу. Напишу ему смс. Объясню как-нибудь свои чувства. Или просто заблокирую. Возможно, так ему будет легче меня забыть.

Тем более, у меня уже было запланировано свидание на этот вечер, которое я совсем не хотела пропускать.

Почти через час я была на месте. У метро я зашла в несколько цветочных магазинов, пытаясь найти белые розы, которые почему-то везде закончились. После пятнадцати минут безуспешных попыток я обнаружила совсем маленькую лавочку с подарками, где кое-как выбрала восемь штук. Цветы были дохлыми, уставшими и смотрели на меня с мольбой поскорее забрать их отсюда. Ну что ж, главное, что я их нашла. Лучше так, чем с пустыми руками. Разве можно ходить на свидание без подарка?

Прижав их к груди, я прошла по тротуару и свернула к воротам Даниловского Центрального Кладбища. На входе меня остановил охранник.

– Мы закрываемся через полчаса, – сказал он.

– Я ненадолго, – с этими словами я показала ему букет. – Жалко ведь будет их выбрасывать?

Охранник помедлил, но все же пропустил меня внутрь. Поблагодарив его, я прошла за железные ворота и направилась в сторону часовни, чтобы оттуда свернуть налево и пройти еще пару метров. Вечерний ветер холодил мои голые ноги. Да, я все еще носила ботинки, но, насмотревшись американских фильмов, комбинировала их с коротким платьем в цветочек и уютным темно-синим кардиганом. Я знала, что синий очень идет моим рыжим волосам и сочетается с белыми розами, которые я несла для дорогого мне человека.

Наконец, зацепив взглядом нужную могилу, я нахмурилась. Рядом с ней кто-то стоял. Я подошла ближе и громко кашлянула. Мужчина поднял голову, и я встретилась с такими же зелеными, как у меня, глазами.

– Стеф, – только и сказал он.

– Папа, – холодно произнесла я.

– Восемь роз, – произнес он, посмотрев на цветы в моей руке.

– Да, – ответила я. – А ты опять ничего не принес.

Отец стал неловко переминаться с ноги на ногу (всякий раз, когда я это замечала, то непроизвольно морщилась, понимая, что мы во многом были похожи, особенно в части дурацких привычек), а потом глубоко вздохнул.

– Я, пожалуй, пойду. Знаю, что тебе хочется побыть с ней наедине. – Он достал из кармана какой-то странный сверток и протянул его мне. – Нашел на днях в коробках на антресолях.

Передав странный предмет, он мимолетно коснулся надгробия и пошел прочь. Я слышала позади себя его шаркающие шаги, но не оглянулась.

Сбросив рюкзак и сверток в сторону, я подошла ближе, медленно возложив цветы у основания памятника. Отойдя на пару шагов назад, я присела на ограду, мысленно прося прощения у своей пятой точки, которая теперь из квадрата превратится в квадрат с рассеченной линией посередине. И глубоко вздохнула.

– Привет, мама.

Ответом была тишина. Я перекинула волосы через плечо и начала методично перебирать их, пытаясь собраться с мыслями.

– Вот и еще один год прошел. Мы условились, что я буду приходить к тебе каждый раз в один и тот же день, и держу свое обещание. Хотя на пути к тебе меня чуть не перехватил мой бывший.

Ветер легонько касался нежных белых лепестков роз, и мне казалось, я видела, как она мне улыбалась.

– Да-да, я знаю, ты скажешь «опять бывший? Стефания, остепенись!» Но у меня не получается, мам. За этот год я встречалась с… – я с задумчивостью стала зашибать пальцы. – Один, два, три… С четырьмя парнями. Все она вроде были ничего. Но в сердце не екает. Потому что я не знаю…

Я сглотнула.

– Не знаю, каким должен быть человек, чтобы с ним хотелось быть постоянно. Ведь вы с папой разошлись.

Где-то на ветке каркнула ворона, прервав ход моих мыслей. Я нахмурилась. Я приходила сюда каждый год и каждый год пыталась произнести вслух то, что так долго держала в сердце. Каждый год по капле. Но этот поток никогда не иссякал. Ведь столько всего я не могла рассказать отцу. А он не видел, какой потерянной я себя чувствовала. Из-за этого я была на него зла. Очень зла…

– Конечно, я злюсь до сих пор, – ответила я вслух своим мыслям. – После того, как ты нас покинула, он пытался воспитывать меня сам. Но ты знаешь, он совершенно не понимал, о чем думает пятнадцатилетний подросток! Мне некому было рассказать, что я чувствовала. Некому было указать дорогу. Некому было показать, как правильно себя вести. Как и угловатой девчонки и косичками стать… стать настоящей девушкой.

Я вздохнула.

– Он правда старался, как мог. Но делал только хуже. Ведь он – это не ты.

Я подняла глаза и оглядела могилу, вспомнив, сколько денег отец потратил на то, чтобы похоронить маму здесь, а не за пределами МКАДа. Видимо, пытался загладить свою вину за то, что его не было рядом, когда ее не стало.

Ей очень шло это место. Она покоилась рядом с филологами, искусствоведами и театральными критиками. Я вспомнила, как мама увлекалась астрологией, и ее размышления о звездах были похожи на заумные речи ученых. Жаль, что при ее жизни я ее не слушала.

А потом стало слишком поздно.

Я встала с ограды, сморщившись от боли. Потом подошла ближе и присела у основания могилы.

– Давай не будем о грустном. За этот год я много что успела сделать! Взяла пару уроков живописи маслом, правда, потом забросила. Потом пошла на курсы лепки и даже сделала пару тарелок и чашек, но подумала, что это не принесет мне миллионы в будущем. Стреляла из лука. Ходила в бассейн, записалась в секцию по тайбоксу. Я даже решила пойти на флориста, но поняла, что цветы не выдержат рядом со мной и часа. Посмотри на эти белые розы, кажется, они уже жалеют о том, что их забрали из магазина.

С этими словами я дотронулась до шипа, с силой надавив на него подушечкой пальца. Боли не было. Просто пусто.

– Если бы ты могла мне подсказать, что делать… Какую дорогу выбрать… Я абсолютно потеряна. Я не знаю, чего хочу и в чем мое призвание. Дай мне знак, чтобы я поняла… Чтобы Вселенная ответила мне хоть что-нибудь…

И Вселенная действительно ответила. Прямо в ухо.

– ДЕВУШКА! Мы закрываемся! – охранник каким-то образом нашел меня на территории кладбища и теперь стоял у ограды, грозно сверля взглядом. – Вы сказали, полчаса и не больше!

Я разочарованно вздохнула, молча встала и поправила платье. Еще раз оглянулась на памятник.

«Раиса Вечная. 1975 – 2015».

Я подняла с земли сверток и засунула его в рюкзак, а потом прошла мимо охранника.

– Можно было так не кричать, я не глухая, – произнесла я, а потом с издевкой отвесила ему реверанс, подняв края платья. – Доброе вечера.

Оставив недоумевающего охранника с красным лицом так и стоять истуканом, я вышла за ворота кладбища, набрала знакомый номер и приложила телефон к уху.

– Лана, привет! Ты свободна? – спросила я. – Как насчет того, чтобы сходить в клуб? Напитки с меня.

– Ты хочешь тусить после полной рабочей недели? – укоризненно произнесла в трубку Лана. – Оно тебе точно надо?

– Да, сегодня точно.

На какой-то момент в телефоне воцарилась тишина, перекрываемая шумом автомобилей, мчащихся мимо меня в их прекрасное светлое будущее.

– Ладно, встретимся через полчаса в нашем обычном месте.

– Йеееее, – протяжно произнесла я и отключилась, успев услышать, как Лана засмеялась.

Пружинистыми шагами и направилась к метро. После двух коктейлей я точно смогу написать своему бывшему и хоть этим внести немного определенности в свою жизнь.

* * *

Не очень хорошей идеей было идти в клуб пятницу вечером. Кажется, сюда стеклось пол Москвы. Не могли найти себе другой клуб? Их же десятки по всему городу!

Лана стояла у входа в подвал, из которого раздавалась громкая музыка. Кажется, она не успела переодеться после работы и так и пришла в черных брюках, пиджаке и белой футболке. Волосы собраны в тугой пучок, между бровей пролегла складка.

– Эй! – я подошла к ней и крепко обняла. – Улыбнись! Ты как будто на экзамен пришла!

– Посмотри на меня, – произнесла она, отойдя на шаг и разведя руки в сторону. – Я выгляжу, как училка! Или родитель, который пришел проверить, чем вечерами занимается его чадо!

– Ничего страшного, надо всего лишь немного это поправить… – с этими словами я помогла ей снять пиджак, перевязав на талии, а потом дернула за торчащую шпильку. Ее черные волосы тут же упали на плечи красивыми волнами. Розовые огни, вырывающиеся из подвала, попадали на белую футболку, делая ее неоновой. – Вот теперь ты не просто училка, а тайная мечта всех шестиклассников. Пойдем, покажу тебе, как нынче развлекается молодежь.

Она улыбнулась и легко толкнула меня в плечо. Лана всегда быстро отходила. Взяв подругу под руку, я повела ее за собой в подземное царство музыки и свободы.

– А Кирилл придет? – спросила я, когда мы спускались вниз. – Ты меня с ним так и не познакомила.

Лана фыркнула.

– И не познакомлю. А то ты его у меня уведешь.

– Я? – я театрально приложила ладонь ко лбу. – Да разве я могу? Мне бы со своими бывшими справиться.

– Бывшими? – Лана перешла на крик, потому что мы уже входили в зал. – Когда тот парень успел стать бывшим?

Я внимательно посмотрела на часы.

– Мммм… два часа и пятнадцать минут назад.

Лана укоризненно покачала головой.

– Наверное, предложил съехаться…

– Так точно, – не дала я ей договорить и, выпустив его руку, прошла к бару. – Тебе как обычно?

Лана кивнула и направились к сцене, пока я заказывала в баре напитки. Веселое выражение тут же слетело с моего лица, как опавший лист, вырванным порывом ветра. Я знала, что в глазах друзей казалась легкомысленной. И я поддерживала этот образ как могла. Все лучше, чем прослыть унылой ханжой.

Забрав напитки и расплатившись, я прошла к сцене. Мы любили с Ланой стоять в первом ряду. Местные бармены нас даже запомнили. Мы не тусили в прямом смысле этого слова – мы приходили сюда, как в место, где нам все знакомо и понятно. Где под неоновыми прожекторами, в полутемной помещении, можно отбросить все притворство и раскрыть душу навстречу музыке. А играли здесь действительно классные группы. Именно из этого клуба выходили восходящие звезды, а мне нравилось наблюдать за их ростом. Как с каждым разом на их выступления приходило все больше и больше людей, как их репертуар становился сильнее, а аплодисменты – громче. И как они понимали, чем хотели заниматься? Как выбирали это место, полное незнакомцев, которые могли их оскорбить и прогнать со сцены? Откуда они знали, что добьются успеха?

Об этом я думала, когда очередная группа свернула выступление, и на сцену вышли новички. Я решила присмотреться – может, вскоре билеты на их концерт будут мне не по карману. Станет ли сегодняшнее выступление поворотным моментом, или их звезда погаснет, не успев засиять?

В группе был ударник, бас-гитарист и гитарист, который подошел к микрофону. Классика: и играет, и поет. Я сделала глоток из стакана, продолжая следить за ним взглядом. У парня были черные, чуть вьющиеся волосы, почти до мочек ушей. В самих ушах я заметила сережки (достаточно смело, похвально). Белая футболка, синяя рваная джинсовка, цепочка на шее и много браслетов на запястье. Вроде бы клише, таких, как он, я видела здесь десятки. Он нервничал, и, поправляя микрофон, посмотрел вниз, перед собой, встретившись со мной взглядом.

Я протянула коктейль в его сторону и громко произнесла:

– Зажгите, ребята!

Раздался одобрительный гул. Парень на сцене смущенно улыбнулся, и вокруг его темно-карих глаз появились морщинки.

Он был таким… добрым. В его взгляде было много тепла. А может, мне просто стало радостнее после того, как я почти за минуту осушила свой коктейль?

– Схожу тебе за вторым, – бросила Лана и пошла сквозь толпу. – Не вздумай найти себе нового парня, пока меня не будет рядом!

Смешная она. Я повернулась и снова посмотрела на красавчика на сцене. И невольно улыбнулась. Не подумайте, что я западала на всякого симпатичного парня, который улыбался мне в ответ. Мне нравилось внимание. Но я совершенно не понимала, что с ним делать, когда дело принимало серьезный оборот. Видя, как разошлись мои родители, я поняла, что даже самый близкий человек может тебя предать, и не могла заставить себя сделать следующий шаг.

Но меня это не сильно расстраивало. Ведь я все еще могла строить глазки незнакомцу без особых последствий.

Наконец, барабанщик задал ритм, и музыка из динамиков разнеслась по залу. Ребята начали очень драйвово. Публика восторженно зааплодировала, а красавец с курчавыми волосами выдохнул и начал петь.

У него был сумасшедше притягательный голос. Оглянувшись, я заметила, что так думала не одна я. Девушки в клубе раскрыли рты и забыли про своих парней, устремив глаза и камеры телефонов на солиста. Парень неловко улыбался, продолжая петь, став от этого еще более привлекательным.