Странствия Души. Философско-фантастичный роман

Редактор Елена Милиенко

Корректор Анна Асонова

© Оксана Джексон, 2025

ISBN 978-5-0067-5573-4

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

От автора

Здравствуй, дорогой читатель!

Я написала эту книгу для тех, кто ищет себя, для тех, кто чувствует, что проживает не свою жизнь. Моя книга не для всех, и не все сочтут её вдохновляющей, но она найдёт отклик у тех, кто погружается в мир самопознания и стремится к улучшению себя и качества своей жизни.

Этот фантастическо-философский роман обращается к тем, кто стремится к прекрасной жизни и абсолютной, безусловной любви. Кому интересны философские подходы к повседневности. Кто-то просто прочтёт эту историю, кто-то задумается над ней, а кому-то она сможет изменить жизнь.

Конечно, моя книга – это выдумка и мистика, но в ней есть моменты, когда мне хотелось бы показать, что может быть по-другому. Я хочу рассказать о выборе, любви, жизни через переживания героев – их любовь, слёзы, сомнения, действия.

Мне хочется, чтобы ты погрузился в мир, где реальное переплетается с неземным, где есть место мечтам и вере в себя. Чтобы ты замечал знаки вселенной, когда ищешь ответы. Полагался на свои силы, но и не отвергал возможности и подсказки, которые она тебе шлёт.

Я верю, что мир прекрасен, в нём стоит жить, стоит стремиться к целям, стоит принимать смелые решения и рисковать. Ведь это именно то, что делает нас живыми.

Добро пожаловать в реальный мир нереальной сказки!

Пролог.

Призыв звёзд

Мария чувствовала это с самого детства в каждом моменте своей жизни, который она помнила. Ощущение, что этот мир ей слишком тесен, преследовало её постоянно. Словно кожа, которая больше не подходит по размеру, которую хочется сбросить. Словно невидимая клетка из мягких прутьев, в которой она оказалась заперта против своей воли. Прутья в этой клетке были податливыми, но любое движение – и они сжимали её тело, как тиски. Каждый день, просыпаясь в своей квартире на окраине города, она ощущала глубокую уверенность, что находится не там, где должна быть, что живёт не свою жизнь.

Иногда ей казалось, что она пришла с другой планеты, из мира, существующего за пределами человеческого понимания. Даже воздух, которым дышали все вокруг, казалось, не мог наполнить её лёгкие. Она часто задыхалась без видимой причины, особенно в моменты тишины, когда ничто не отвлекало, когда не было белого шума и привычной суеты.

В глубине души Мария помнила что-то другое – мир, где тени были живыми и касались кожи с неземной нежностью. Мир, где воздух пах космической пылью, звёздами и кометами, пролетающими сквозь пустоту Вселенной. Там её руки были длинными, словно лучи рассвета, способными дотянуться до самого горизонта. Эти воспоминания приходили к ней как наваждение, оставляя чувство разочарования и невосполнимой потери. Она часто видела, что летает, но это были мечты, фантазии. Полёты длились недолго, и приходилось возвращаться в реальность.

Но здесь, на Земле, её удерживало нечто гораздо более сильное, чем физические законы этой планеты. Её держало сердце – не только её собственное, но и маленькое сердечко, которое нежно называло её мамой. Крошечные пальчики, которые цеплялись за её ладонь с безграничным доверием. Детский голос, нежно зовущий её. Звонкий смех, который заставлял улыбаться и проступать слезам умиления. Ясные глаза, в которых светилось такое чистое доверие и тепло, что иногда Мария не могла смотреть в них, не отводя взгляд.

Но вдруг появились они, те, кто не принадлежали этой жизни. Они появились бесшумно, как будто всегда были здесь. Высокие фигуры, лёгкие и невесомые, казалось, были сотканы из чистого света. В их присутствии воздух стал более осязаемым, вокруг них он стал гуще, а вдали совершенно растворился. Мария знала, кто они, ещё до того, как они заговорили. Её истинные родители – те, кто любил её безвременно. Её единственный, который ждал её веками.

«Ты должна идти с нами, – произнёс один из них голосом, который звучал одновременно внутри неё и в пространстве вокруг. – Ты не принадлежишь этому миру. Мы долго искали тебя, но наконец нашли. Ты готова всё вспомнить?»

Мария медленно закрыла глаза. Глубоко внутри что-то отозвалось на их зов, что-то древнее и могущественное, что влекло её вперёд, к звёздам. Но её собственное сердце билось слишком быстро, слишком громко, заглушая этот зов. В этом сердцебиении был ритм земной жизни – школьные утренники, детский смех, первые шаги дочери, её первое слово. Все эти моменты, которые казались такими мимолётными, далеко ушедшими, но при этом оставались неимоверно важными.

Она не могла понять свои мысли и осознать свои чувства сквозь происходящее. Голос внутри упрямо шептал: «А что если она будет искать меня? А что если её детские сны наполнит пустота? А что если я растерзаю её маленькое сердечко своим уходом?»

Мария стояла на пороге выбора, который определит не только её судьбу, но и судьбу её дочери. Два мира тянули её в разные стороны, и решение, которое ей предстояло принять, эхом отзывалось через пространство где-то далеко в галактике.

Глава 1. Серые утра

Каждое утро Марии начиналось одинаково. Проснуться. Посмотреть в потолок. Сделать глубокий вдох. Но воздух не наполнял лёгкие, и она не получала ожидаемой лёгкости. Снова этот серый свет, пробивающийся сквозь шторы – мягкий, глухой, безжизненный. Она ещё не поднялась с кровати, но уже ощущала усталость, навалившуюся на плечи. Тяжесть мыслей. Тяжесть рутины. Тяжесть сегодняшнего дня, который, она знала, станет лишь повторением вчерашнего. День ещё даже не начался, а она уже не могла дождаться его завершения.

В груди не было ни надежды, ни даже намёка на улыбку. Только глухая пустота, к которой она почти привыкла. Мария механически поднялась, накинула домашний халат и пошла готовить завтрак. Обычный, как всегда, – по инерции, без вдохновения. На кухне уже сидел муж, перелистывая новости в телефоне и какие-то бессмысленные рилсы в социальный сетях. Между ними звучали глухие, ничего не значащие фразы – вежливые, но давно лишённые смысла.

– Хорошо спала? – спросил он, не отрывая глаз от экрана.

– Да, – солгала она, как делала это всегда.

Чай медленно остывал в чашке, пока она делала вид, что слушает его монолог о работе, о планах, о каких-то проблемах. Но что именно он сказал минуту назад? Она не помнила и не могла заставить себя сосредоточиться. Они жили под одной крышей, делили одну постель, но давно не были рядом по-настоящему.

Глядя на его привычный профиль, Мария пыталась вспомнить: когда они в последний раз смеялись вместе? Когда их руки тянулись друг к другу не по привычке, а от настоящего желания? Когда она в последний раз чувствовала себя по-настоящему живой рядом с ним? Эти воспоминания растворились во времени, оставив после себя лишь серую пелену повседневности. Порой казалось, что время, когда, когда они смеялись вместе, – оно никогда не существовало, что оно было выдумано ею самой.

Работа, счета, бесконечное «нужно», «надо», «должна» – её жизнь превратилась в список обязательств. Где-то глубоко внутри она кричала, но этот крик был беззвучным. Она сама перестала его слышать. Её не понимали другие, да что там другие, самое страшное – она не понимала себя.

В редкие моменты тишины Мария пыталась вспомнить, когда же последний раз она улыбалась. Не потому что от неё ожидали улыбки, а потому что ей хотелось, потому что улыбка шла изнутри, от сердца. Когда её последний раз охватывала искренняя радость или любовь? Умеет ли она вообще чувствовать что-то настоящее? Ну или чувствовать что-либо вообще?

Она знала лишь одно наверняка – как жить через боль, как маскировать страдания, как подавлять раздражение и ненависть к своей унылой жизни. Как притворяться. Как не быть собой. Как быть той, кому завидовали подруги, глядя на её безукоризненную оболочку: карьера, семья, работа. Сама она казалась сильной, властной, не терпящей поражений, все могли на неё положиться – всегда поможет, всегда спасёт. Но за этой оболочкой скрывалась пропасть – Мария жила не свою жизнь, ведь она не могла быть собой, а какую-то чужую, навязанную обществом, обстоятельствами, страхом перемен.

Только ночью, когда тяжёлая темнота обволакивала спальню и муж засыпал, отвернувшись к стене, она позволяла себе плакать. Глубоко в подушку, чтобы не разбудить его, чтобы никто не услышал этот тихий плач отчаяния. Чтобы даже стены не узнали, как ей больно. Никто не знал о её состоянии – ни муж, ни родители, ни друзья. Зачем их расстраивать своими проблемами? Они всё равно не поймут – все привыкли к тому, что она никогда не жалуется. Она должна быть сильной. Для них, не для себя.

А как же она сама? Себя Мария потеряла давно, где-то между юношеством, свадьбой и первым повышением на работе, между рождением дочери и её первым днём в детском саду. Она превратилась в машину, робота, который безупречно запускает код встроенного внутреннего языка программирования – выполняет все каждодневные задачи без лишних раздумий, без каких-либо чувств.

«Если это и есть жизнь, то в чём её смысл?» – этот вопрос преследовал её постоянно, не давая покоя. Как люди умудряются быть счастливыми? Где они находят эту загадочную магию, которая заставляет их искренне улыбаться по утрам и радоваться новому дню? И главное – неужели это всё? Неужели вот так и будет до конца, день за днём, год за годом, до самой смерти?

Она начала искать ответы. Долго. Глубоко. Отчаянно. Постоянно, каждый день, каждую свободную минуту. Мария искала выход из этого тупика везде: в интернете, прочитывая статьи о самореализации, в книгах по психологии и духовному развитию, на курсах личностного роста, которые обещали трансформацию и новую жизнь.

Вечерами, когда домашние дела были завершены, она закрывала глаза, включала музыку для медитаций и пыталась погрузиться в себя, найти ответы внутри. Но тишина в душе была слишком громкой, пустота внутри слишком глубокой – ничто не могло заглушить этой оглушительной внутренней тишины.

Следуя советам из очередной книги о позитивном мышлении, Мария рисовала карты желаний, заполняя их яркими картинками из глянцевых журналов. Успех, путешествия, гармония, любовь, счастье – все это оставалось лишь красками на бумаге, чужими мечтами, никак не становившимися её реальностью.

В отчаянии она обратилась к эзотерике – ставила свечи, проговаривала намерения, просила у Вселенной знак, который указал бы ей путь. Но Вселенная молчала, не отвечала на её просьбы.

«Почему ты молчишь? Почему не отвечаешь мне?» – злилась она, глядя в ночное небо. И тут же жалела о своём гневе, испытывая чувство вины за эту вспышку. Отчаянная и разочарованная, Мария снова и снова приходила к пониманию, что ответов не будет. «Их не будет никогда – смирись с этим», – говорил внутренний голос, который она все больше ненавидела.

С каждым днём внутренняя клетка становилась теснее. Невидимые оковы не падали, а становились тяжелее. Тупик преследовал её, куда бы она ни шла. Куда ни сверни – везде стена, и направление даже не было важным. Все пути вели в никуда. И даже никуда начинало становиться теснее.

И что дальше? Может, действительно нет никакого смысла? Может, пора прекратить эти бессмысленные поиски?

Она искренне старалась изменить свою жизнь, но ничего не получалось. Руки опускались, ещё не успев подняться для настоящего действия. В глазах снова появлялись слезы и пустота, ставшая её единственным верным спутником.

И в этот самый тёмный миг, когда Мария почувствовала, что земля уходит из-под ног, когда весь её мир вновь начал рушиться – окончательно, совсем, навсегда – что-то произошло. Всё вокруг пошатнулось, поплыло, словно реальность вдруг сжалилась над ней.

«Вселенная, услышь меня! – закричала она внутренним голосом, который впервые за долгое время звучал ясно и сильно. – Один лишь шанс, прошу, только один!» – это была не просто просьба, это была мольба, идущая из самой глубины души. Она сломалась, она упала на колени в неимоверном отчаянии, в конвульсии тела, которое больше не могло и не хотело сдерживать себя и казаться сильным.

И впервые за долгие годы Мария просила не для кого-то – для себя. Впервые она позволила себе признаться, что ей нужна помощь, что она больше не может нести этот груз в одиночку.

И что-то дрогнуло – не только во внешнем мире, но и глубоко внутри неё самой. Будто в стене тупика появилась малюсенькая, тонкая трещинка, через которую пробился изящный луч света – слабый, едва заметный, но настоящий. Первый проблеск надежды за долгие годы беспросветного существования.

Глава 2. Встреча

Обычный серый день давил на плечи Марии невидимым грузом. За окном монотонно барабанил дождь, словно отсчитывая секунды её бессмысленного существования. Даже погода, казалось, отражала состояние её души – такая же серая, промозглая, безрадостная.

Она взяла отпуск на работе, надеясь, что сможет хоть как-то порадовать себя, расслабиться, отдохнуть.

«Надо выбраться из четырёх стен», – мысль пульсировала в висках, пока Мария бесцельно бродила по квартире. Здесь всё давило: стены, потолок, воздух, пропитанный тихим отчаянием. Она буквально задыхалась в этом пространстве, которое когда-то называла домом.

Странно, но рядом с собственной семьёй – мужем, дочерью – она ощущала себя ещё более одинокой, чем наедине с собой. Они давно перестали быть семьёй в истинном смысле этого слова. Да, они жили под одной крышей, делили быт, но не приносили друг другу радости. Не смотрели в глаза. Не касались друг друга. Даже воздухом, казалось, не делились – каждый дышал своим, отдельным.

Вечера превратились в молчаливое сосуществование – все сидели по своим углам, увязая в экранах телефонов и других гаджетов, создавая иллюзию занятости, иллюзию жизни. «А может, так и лучше? – иногда думала Мария. – Не нужно носить маски и притворяться. Хотя бы так можно быть собой».

Но кем была эта «она сама»? Мария не задавала себе этот вопроса, потому что на него не было ответа.

Каждое утро она не могла дождаться, когда все разойдутся по своим делам, чтобы остаться одной, но, когда это происходило, это совершенно не приносило радости. Она ненавидела одиночество, она его боялась.

«И чем сегодня заняться?» – подумала она. Одной оставаться не хочется, но и дома сидеть невозможно. Решила обзвонить подруг, но, услышав в очередной раз, что у всех свои планы и никто не может бросить всё по первому зову, лишь расстроилась. Это подтвердило, что она никому не нужна. «Я нужна только тогда, когда им что-то надо», – проносилось у неё в голове. Её вновь захлестнула очередная волна обиды, разочарования и никчёмности, и она даже обзвонила тех, с кем не хотела встречаться, но тоже услышала слово «нет». Тогда наступил следующий шаг, когда заполнение пространства всё равно какими людьми приводило к краху.

Решение пойти по магазинам было не осознанным выбором, а бегством. Бегством от тишины, от пустоты, от невыносимой лёгкости несуществования. Бессмысленные покупки приносили мимолётную радость – на пять минут, не больше. А потом приходила пустота, ещё глубже, чем прежде. И в квартире появлялась очередная вещь, захламляющая пространство.

Мария стояла в очереди, механически сжимая в руке очередную ненужную вещь, которая должна была заполнить её пустоту внутри. Мысли текли хаотично, но лениво – безрадостные, несвязные, отчаянные. Что дальше? Куда идти? Зачем всё это?

Внезапное прикосновение к плечу вернуло её из этого отчаянного оцепенения. Она даже немного подпрыгнула от неожиданности.

– Простите, это ваше?

Мария медленно обернулась, как будто концентрируясь на происходящем. Перед ней стояла женщина, и первое, что бросилось в глаза, – её лицо. Оно буквально светилось изнутри, словно под кожей пульсировал мягкий, тёплый свет. Незнакомка протягивала Марии кошелёк с такой открытой улыбкой, что на мгновение она подумала, что это наверняка розыгрыш.

– Это вы обронили? – спросила женщина ещё раз, и её голос прозвучал как музыка – чистая, звонкая, успокаивающая, словно всегда знакомая, но забытая.

Мария посмотрела на протянутый предмет. Действительно, её кошелёк. Она даже не заметила, когда успела его выронить. Состояние рассеянности стало её второй натурой.

– Спасибо вам! – искренне пробормотала Мария, протягивая руку. Их пальцы соприкоснулись, и что-то странное произошло – в душе что-то ёкнуло, дрогнуло, сдвинулось с мёртвой точки. Мария не могла понять, что именно, но ощущение было таким ярким, таким неожиданным, что сердце забилось чаще.

Эта странная незнакомка вызывала тёплые чувства, словно пробуждала что-то давно спящее внутри. Как будто это была забота, та настоящая, искренняя забота, которую Мария не ощущала уже долгие годы. Ей казалось, что они давно знакомы, хотя виделись впервые. В глазах женщины было что-то гипнотическое – глубина, понимание, принятие.

– Даже не знаю, как вас отблагодарить, – сказала Мария, удивляясь, что не хочет, чтобы этот разговор закончился.

– Не стоит, – улыбнулась незнакомка, и от этой улыбки, казалось, вокруг стало теплее. – Я рада, что кошелёк нашёл свою истинную хозяйку.

От неё веяло чем-то магическим, загадочным. К ней тянуло с необъяснимой силой, словно к источнику света в кромешной тьме. Происходящее не поддавалось логике, выходило за рамки обычного опыта Марии. И, вероятно, именно поэтому случилось то, что случилось дальше.

– Может быть, чашечку кофе? – предложила Мария, сама удивляясь произнесённым словам. Она, всегда замкнутая, всегда держащая дистанцию, вдруг пригласила незнакомку на кофе. Что с ней происходит? Зачем она это сделала? Зачем она это сказала? Она сейчас чувствовала, что выглядит полной дурой в глазах этой незнакомки.

– А вы знаете, почему бы и нет, – с той же лучезарной улыбкой ответила женщина, и её глаза блеснули чем-то похожим на маленькое приключение. – Давайте встретимся в кафе через полчаса? Мне ещё нужно забежать в банк, пока он не закрылся на обед.

– Отлично! – И Мария почувствовала, как уголки её губ поднимаются вверх в искренней улыбке – первой за долгое, очень долгое время.

– Меня Еленой зовут, – представилась женщина.

– Мария.

– Очень приятно.

– Мне тоже.

Они разошлись, договорившись встретиться в маленьком кафе неподалёку. Мария была в недоумении: что только что произошло? Почему она, всегда такая осторожная, так легко согласилась на встречу с незнакомым человеком? Более того, почему она инициировала эту встречу? А зачем Елена согласилась? Миллионы вопросов крутились вихрем в голове, когда она пытаясь анализировать происходящее. Но сердце радостно стучало в ожидании, как будто предвкушало что-то важное, что-то незабываемое. А ведь это просто встреча за кофе.

«А если она не придёт?» – мелькнула тревожная мысль, и паника начала охватывать её. «Ну и что самое худшее что может произойти? Выпью кофе и уйду, – успокоила себя Мария. – Всё равно просто коротаю время».

Но глубоко внутри она чувствовала, что эта встреча для неё имела какое-то особое значение. По непонятным причинам она хотела этой встречи, и данный факт не поддавался никакой логике. Она ожидала её с нетерпением, как в юношестве ожидается свидание, первая поездка без родителей, когда бабочки порхают в животе. Может, это потому, что вовлечены чувства, те, которые идут из глубины души?

А ещё Мария никогда не верила в случайности. Сегодня, когда встретила Елену, она почувствовала, что что-то внутри неё щёлкнуло, как ключ в замке. Она тянулась к этой женщине, как цветок тянется к солнцу, как жаждущий тянется к воде в жаркий знойный день, как ученик – к учителю за мудростью и советом.

Мария зашла в кафе – тихое, уютное место, наполненное запахами свежесваренного кофе, сиропов и выпечки. Мгновенно её взгляд нашёл Елену. Та помахала ей рукой, и Мария направилась к столику, чувствуя, как притягивается к её энергии словно магнитом.

Взгляд Марии наткнулся на взгляд Елены – глубокий, понимающий, словно пронизывающий насквозь. Это был взгляд, который будто знал её веками, видел насквозь до глубины души, через все слои защиты, все маски, всю боль.

Елена сидела у окна, и мягкий дневной свет обрамлял её силуэт, создавая почти нимб вокруг головы. Она была красива – не вызывающей, кричащей красотой раскрашенной косметикой модели с обложки, а той глубокой, внутренней красотой, которая идёт изнутри и не увядает с годами.

Густые волосы мягкой волной струились по её плечам, создавая естественное обрамление для лица. «Какие у неё шикарные коричневые волосы», – подумала Мария, невольно касаясь своих, тусклых и безжизненных.

Её взгляд – спокойный, но проницательный – словно видел то, что скрыто даже от самой Марии. Глаза – глубокие, бездонные, завораживающие – притягивали и не отпускали. В них было что-то гипнотическое, что-то древнее и мудрое. «Наверное, вот так Каа смотрел на свои жертвы», – пронеслось с усмешкой в голове Марии.

Фигура Елены казалась сошедшей с картинки – не просто идеальная, а гармоничная, целостная, живая. Каждое её движение было наполнено грацией и осознанностью, словно она танцевала сквозь жизнь, а не просто существовала в ней.

Язык тела – открытый, дружелюбный – создавал ощущение безопасности и располагал. Елена улыбалась так, словно давно ждала этой встречи, словно они были старыми друзьями, случайно потерявшими друг друга и вновь обрётшими спустя годы.

– Привет, Мария! – Голос Елены был мягким, обволакивающим, тёплым и чарующим.

– Привет, Елена! – улыбнулась Мария, снова удивляясь, как легко и естественно это получается рядом с этой женщиной.

– Если удобно, то можно просто Лена.

Мария не знала, почему её сердце бьётся чуть быстрее обычного, почему в груди ощущение чего-то важного, интересного. Они только встретились, но казалось, будто разговор между ними начался давным-давно, просто сейчас они вернулись к нему, подхватили прерванную нить.

– Ты давно ищешь себя, да? – внезапно спросила Елена, отпивая глоток кофе.

Мария замерла, чувствуя, как кровь отливает от лица. Улыбка сползла с её лица в недоумении, и брови немного нахмурились от напряжения. Эти слова попали точно в цель, словно Елена читала её мысли, её душу.

– Что?.. – только и смогла выдавить она.

– Искала ответы. Но всё казалось не тем, – продолжила Елена спокойно, глядя ей прямо в глаза. – Что бы ты ни пробовала – всё будто уходило как вода сквозь пальцы.

– Да… – Мария наконец выдохнула, чувствуя странное облегчение от того, что кто-то наконец видит её настоящую, видит её боль. – Как вы…

– Просто знаю. Я вижу это в тебе. – Елена слегка наклонила голову, изучая лицо Марии. – Может, перейдём на «ты»?

– Да, конечно, как вам… тебе удобней, – улыбнулась Мария, ощущая, как напряжение начинает отпускать. Странное чувство доверия к этой женщине росло с каждой секундой.

– Мы встретились не просто так, верно? – спросила Мария, решив быть откровенной.

– Ты не веришь в случайности? – ответила вопросом на вопрос Елена, и в её глазах промелькнул интерес.

– Нет, не верю, – согласилась Мария, качая головой.

«Может быть, эта встреча и есть тот шанс, о котором я так просила Вселенную?» – пронеслось у неё в голове. Тот самый последний шанс, о котором она молила в отчаянии, когда казалось, что всё потеряно.

– Послушай, я могу помочь тебе, если ты готова к этому, – предложила Елена, и её голос стал глубже, серьёзнее. – Интересно?

– Очень. – Мария робко села на стул, чувствуя, как внутри неё разливается тепло.

Это и правда знак, встреча судьбы. Это было не просто так.

Елена начала говорить, и её слова попадали в душу Марии, словно она ожидала их всю свою жизнь. Она рассказала, что есть место, где всё становится ясно. Где нет масок, нет страха, где можно услышать свою душу, свой истинный голос.

Остров Кауаи – один из Гавайских островов. «Не даром его называют „Райским островом“», – сказала Елена, и её глаза засветились внутренним огнём.

– Это то место, где изменится твоя жизнь, где ты найдёшь себя. Где природа дарует смысл и начинает вести вперёд, – голос Елены звучал как обещание, как пророчество.

Перезагрузка жизни, сознания. Новый шанс в жизни. Эти слова отозвались где-то глубоко внутри Марии, словно начали играть на инструменте, который раньше молчал. Мария не знала, что может её ожидать на этом острове, но чувствовала, что очень хочет попробовать. Может быть, это окажется именно тем, что она ищет, и станет самым важным в её жизни. Впервые она хотела сделать что-то не для кого-то, а для себя.

Наступила пауза. Тишина между ними была наполнена чем-то осязаемым, почти материальным. Мария смотрела на Елену, а внутри поднималось что-то странное – словно воспоминание, которого нет в её памяти, но которое живёт в сердце. Как будто часть её души всегда знала эту женщину, всегда ждала этой встречи.