Обезьянья лапа

© С. Тимофеев, перевод с английского, 2019

Чёрное дело

– Мне очень не хотелось его брать с собой! – сказал капитан Габсон, указывая на клетку с попугаем, висевшую на грот-мачте. – Настоял на этом дядюшка, который утверждает, что морское путешествие превосходно отразится на его здоровье.

– Но теперь, кажется, всё идёт хорошо! – сказал штурман, посасывая указательный палец. – По-моему, он в великолепном настроении. Какой забавный!

– Он, действительно, достаточно забавен! – согласился шкипер. – Старик принимает в нём большое участие…

– Приласкайте попочку! – крикнул попугай, ударяя клювом по жёрдочке. – Приласкайте бедного попочку!

Он вытянул голову за решётку и стал ждать ласки, которую считал лучшим удовольствием на свете. Впервые он усомнился в этом, когда штурман погладил его концом трубки. Это было для него настолько неожиданно, что он взъерошил крылья и забился в угол клетки.

Общественное мнение было против пришельца.

Все были уверены, что дикая ревность, бушующая в сердце корабельного кота, рано или поздно прорвётся наружу, – и тогда не миновать беды.

– Не любит его старый дьявол! – сказал повар, покачивая головой. – Смотрите, как он всё время вертится вокруг него. Такой злой скотины я ещё никогда не видел. Никогда!

– Вот помянете моё слово: раздоры неминуемы! – сказал старый Сэм, главный покровитель кошки.

– Ставлю на попугая! – тихо и конфиденциально произнёс один из присутствовавших. – У него крепкий клюв, – что поделает с ним кошка?

– Плакали ваши денежки! – возразил Сэм.

Весь экипаж был очень привязан к коту, который ещё маленьким, слепым котёнком был принесён на корабль женой шкипера.

Но не меньше интереса возбудил и попугай, которого в первые два дня чуть не закормили до смерти. Но на третий день, пользуясь случаем, что клетку забыли в каюте на столе, кот подкрался к попугаю и, уступая настоятельным просьбам птицы, «погладил» её по голове.

Первым обнаружил несчастье шкипер.

Он поднялся на палубу и объявил новость голосом, наполнившим трепетом все сердца.

– Куда девался чёрный дьявол? – завопил он.

– Случилось что-нибудь, сэр? – боязливо спросил Сэм.

– Пожалуйте, я вам покажу! – ответил шкипер и повёл его в каюту, где штурман и несколько матросов уже собрались вокруг попугая.

– Ну, что скажете? – яростно спросил шкипер.

– Скажу, что слишком много сухой пищи… – после некоторого раздумья произнёс Сэм.

– Слишком много чего? – прорычал шкипер.

– Сухой пищи… – настаивал Сэм. – Серые попугаи любят больше жидкой пищи, иначе они линяют. Слишком много сухой пищи! – повторил он.

– Слишком много кошки! – яростно произнёс шкипер. – Вы отлично знаете это, и вот что меня больше всего возмущает…

– Не поверю, чтобы это было дело кота! – вставил кто-то. – Он слишком добр и мягок для этого.

– Заткните глотку! – багровея, воскликнул шкипер. – Вам кто это позволил сюда явиться?

– Я только говорю, что кот здесь не при чём! – упорно продолжал тот.

Шкипер промолчал, поднял с пола перо и положил его на стол. После этого, в сопровождении команды, поднялся на палубу и ласковым голосом стал звать кота. Но так как осторожный зверь не выражал желания показаться, Сэму было предложено поискать его.

– Нет, сэр! В этот деле я не принимаю участия! – сказал старик. – Во-первых, я слишком люблю кота… А затем, я не хочу быть причастным к убийству чёрного кота.

– Ерунда какая! – возразил шкипер.

– Пусть ерунда, сэр! – пожимая плечами, произнёс он. – Вы, конечно, больше моего знаете… Вы – человек с образованием, и можете себе позволить смеяться над такими вещами… А я знаю человека, который убил чёрную кошку, а затем сошёл с ума. Уверяю вас, что и в нашей кошке есть что-то такое…

– Во всяком случае, она знает больше нас! – сказал один из матросов и покачал головой. – Пока мы бегаем безостановочно взад и вперёд, она часами сидит на одном месте и чего-то выжидает… В неё есть что-то дикое…

– А обратили ли вы внимание на то, какая стоит замечательная погода, и какие удачные переезды совершили мы с тех самых пор, как у нас поселился кот? – спросил старый Сэм. – Вы, конечно, скажете, что всё это чисто случайно вышло, но я-то больше вашего знаю…

Шкипер колебался.

Он был суеверен, – это знали все, как знали и то, что он верит во все самые грубейшие россказни и басни про привидения. Он всегда прекрасно разбирался в предзнаменовании, и его истолкования снов снискали ему прочную и широкую известность.

– Всё это вздор! – сказал он, наконец, после неловкой паузы. – Я хочу быть только справедливым. Ничего плохого и зловещего в этом акте правосудия я не вижу, но не хочу лично принять участие в казни. Джо, привяжите коту кусок угля на шею и вышвырните его за борт!

– Я этого не сделаю! – вздрогнув, ответил повар. – Ни за что на свете я не сделаю этого. Я не хочу, чтобы мне являлись привидения.

– Сэр, попугаю стало лучше! – сказал кто-то, пользуясь наступившим замешательством. – Смотрите, он уже приоткрыл один глаз.

– Хорошо! – заметил шкипер. – Я хочу быть только справедливым… Торопиться нечего… Но, уверяю вас, если птица околеет, кот будет за бортом.

Против всех ожиданий, попугай был ещё в живых, когда пришли в Лондон. Он жил и в тот день, когда вышли в открытое море. Но, видно было по всему, что он слабеет с каждым часом.

Экипаж, предвидя печальный конец, собрался обсудить имеющее создаться положение.

Обсуждение дела было прервано появлением повара, который держал себя так таинственно, что скорее походил на члена тайного и преступного сообщества, чем на полезного соучастника корабельной кампании.

– Где капитан? – хрипло спросил он, усевшись на ящик и сжав между колен принесённый мешок с хлебом.

– В каюте! – ответил Сэм, подозрительно глядя на повара. – А что такое случилось?

– А как по-вашему: что у меня здесь? – спросил повар, поглаживая мешок.

Так как все понимали, что в хлебном мешке может и должен быть только хлеб, никто не ответил.

– Эта мысль пришла мне внезапно! – продолжал повар срывающимся шёпотом. – Я только, было, купил хлеб и собрался уходить, как вдруг вижу чёрного кота, ну точь-в-точь, как наш. Я остановился, чтобы погладить его, – и тут-то меня и осенило.

– Бывает! – вставил один из моряков.

– А я иначе думаю! – с превосходством гения произнёс повар. – Я подумал так: «Кот, ты совсем-таки похож на нашего Сатану. Вместо него пусть капитан лучше убьёт тебя…» И в ту же секунду схватил его за шею и сунул в мешок…

– Как?! В мешок с хлебом?! – спросил жалобно тот же моряк.

– Да не обращайте на него внимания! – крикнул в восторге Сэм. – Вы – молодчина, повар, – и больше ничего! Настоящий молодчина!

– Конечно, – скромно начал повар, – если кто-нибудь может предложить что-нибудь лучше, то…

– Не говорите глупостей, повар! – воскликнул Сэм. – Выньте вашего кота!

– Только бы нам не смешать их! – предусмотрительно сказал повар. – А то потом не будем знать, какая настоящая, какая наша…

Он осторожно приоткрыл мешок и вынул пленника, которого тотчас же все стали сравнивать с Сатаной.

– Точно два куска угля! – медленно произнёс Сэм. – Господи Боже мой, хотели посмеяться над стариком, да не удалось. Надо рассказать штурману, это порадует его…

– А что будет, если попугай не издохнет? – заметил какой-то пессимист. – И хлеб весь изгажен, и две кошки на борту…

– Подумайте, пожалуйста, о том, что говорите! – отозвался Сэм. – Дубина вы, и больше ничего… Сейчас мы проделаем дырки в ящике юнги и посадим туда Сатану… Вы как думаете, Билли?

– Конечно, так! – сказал Билли.

Сэм принёс бурав и начал делать дырки в ящике юнги. Коты, воспользовавшись свободным временем, подрались.

– Надо что-нибудь тяжёлое положить на ящик! – предложил Сэм. – Пока мы будем стоять у берега, в ящике будет новая кошка… Не то она ещё удерёт…

Возле Лимхауза нового кота выпустили, а вместо него в ящик посадили Сатану. Новый кот с жалким видом бродил по палубе, жалобно мяукал и с грустью смотрел на всё удаляющийся берег.

– Что это происходит с Сатаной? – спросил посвящённый в тайну штурман. – Что-то с ним неладное творится! Взгляните на него: он сам на себя не похож.

– Чувствует, что скоро у него вокруг шеи что-то будет! – угрюмо произнёс шкипер.

Это мрачное предположение оправдалось ровно через три часа.

Через три часа шкипер появился на палубе с мёртвой птицей в руках. Он с жалостью смотрел на попугая, который, благодаря своим фонетическим талантам, являлся гордостью родного города.

Молча бросил он дохлую птицу за борт, и так же молча схватил за шею бедную, ни в чём неповинную кошку, которая в надежде на поживу, следовала за ним.

Он прикрепил к веревке кирпич и той же верёвкой обвязал кота. Экипаж, которого втайне очень забавляли приготовления шкипера, бурно запротестовал.

– На «Жаворонке» никогда больше такой кошки не будет! – с выражением произнёс Сэм. – Она приносила счастье кораблю!

– Оставьте меня в покое с вашими бабьими сказками, – грубо отозвался шкипер. – Хотите удержать кошку, поймайте её!

И с этими словами он бросил кошку в воду.

Два-три пузыря показались на поверхности воды, и всё было кончено.

– Баста! – обернувшись, сказал шкипер.

Старый Сэм покачал головой.

– Никто ещё без последствий не убил чёрного кота! – мрачно проговорил он. – Вот помянете моё слово!

Шкипер, у которого было много других дел, скоро забыл про казнь, но на следующий день кое-что произошло.

Ветер посвежел, и закапал мелкий дождичек. Весь экипаж в непромокаемых клетчатых пальто был на палубе. Совершенно случайно и к непередаваемому своему ужасу, повар заметил, что кот каким-то чудом вышел из темницы и прогуливался по палубе.

Миновав благополучно юнгу, который тотчас же пустился вдогонку, кот направился к шкиперской каюте. Старый Сэм, заметив кота, немедленно, несмотря на геройскую защиту, сунул пленника под пальто.

Шкипер, разговаривавший в это время со штурманом, услышав кошачий визг, поспешно повернулся и начал дико озираться вокруг.

– Дик! – воскликнул он. – Вы слышали? Кошачий визг…

– Кошачий визг! – с величайшим удивлением переспросил штурман.

– Да… Мне послышалось… – в замешательстве сказал шкипер.

– Обман воображения, сэр! – твёрдо произнёс Дик, как вдруг, совсем близко, из-под пальто Сэма, послышалось жалобное мяуканье кота.

– Вы слышите, Сэм? – спросил шкипер.

– Что, сэр? – почтительно, но не поворачиваясь, спросил Сэм.

– Ничего! – сказал шкипер, овладев собой. – Ничего… Ладно… Ладно!..

Старый Сэм, в восторге, пошёл дальше и передал кота юнге.

– Ну, что? – ехидно спросил штурман. – Вам всё ещё слышится кошачий визг?

– Это останется между нами, Дик! – таинственно произнёс шкипер. – Но уверяю вас, что это не был обман воображения… Я слышал мяуканье так ясно, словно мяукала живая кошка.

– Мне приходилось, и не раз, слышать о подобных вещах, – сказал Дик, – но до сих пор я не придавал им никакой веры. Вот штука-то будет, если вдруг ночью появится на корабле кот с кирпичом на шее.

Шкипер уставился на него и долгое время молчал.

– Послушайте, – вкрадчиво сказал штурман, – если вы что-нибудь услышите ночью, сейчас разбудите меня… Меня это очень заинтересовало.

Шкипер, не видя и не слыша в этот день кошки, решил, что всё было игрой его несколько расстроенного воображения.

Но всё же ночью, когда он стоял у штурвала, ему было очень покойно и приятно сознавать, что рядом с ним, на носу, сидит юнга. А юнга был очень польщён тем, что шкипер несколько раз окликал его, и даже заговаривал о вещах, не имевших непосредственного отношения к управлению кораблём.

Стояла тёмная ночь.

Лишь изредка из-под тяжело нависших облаков выглядывала луна.

– Боб! – вдруг вскрикнул шкипер.

– Есть! – испуганным голосом отозвался юнга.

На палубе, освещённая выглянувшей луной, стояла кошка и томно вытягивала свои стройные, затекшие члены. После удушливого запаха тюрьмы, свежий ночной воздух был восхитителен.

Но шкипер ещё не видел кошки.

– Боб, это вы мяукали? – грозно спросил шкипер.

– Что, сэр? – переспросил юнга.

– Я спрашиваю: вы мяукали? Вы мяукали, как кошка?

– Нет, сэр! – обиженно произнёс юнга. – Зачем же я стал бы мяукать?

– Не знаю! Как же я могу знать? – боязливо оглядываясь, сказал шкипер.

Луна снова спряталась за облака.

– Дождь усиливается, Боб! – после большой паузы промолвил шкипер.

– Да, сэр! – отозвался Боб.

– Много дождей было за это лето! – не спеша сказал шкипер.

– Да, сэр! – согласился Боб и вдруг воскликнул: – Парусное судно слева!

Разговор прекратился, и шкипер стал следить за массой парусов, то освещаемых луной, то исчезающих во мраке. Он так увлёкся созерцанием парусов, что совершенно не заметил, как подошла к нему кошка.

За всё время кошка достаточно натерпелась от всех, за исключением шкипера и штурмана, и нынешнее её поведение относительно шкипера можно было рассматривать, как своего рода выражение благоданости.

Она прижалась к ногам шкипера и начала сильно и ласково тереться головой об его ноги.

Малые причины порождают большие последствия. Шкипер подскочил на четыре ярда вверх и испустил дикий вопль, который ещё долго после того обсуждался на прошедшем мимо парусном судне.

Когда юнга подоспел к шкиперу, тот весь дрожал, склонился на бок и не был в состоянии вымолвить единое слово.

– Случилось что-нибудь, сэр? – спросил юнга, подбежав к штурвалу.

Шкипер овладел собой и вплотную подошёл к юнге.

– Можешь мне верить или не верить! – сказал он медленно и дрожащим голосом. – Но уверяю тебя, что только что мне явился дух бедной кошки, которую я убил, и которой теперь я ни за что не убил бы… Дух этот только что тёрся о мою ногу…

– О которую ногу? – спросил Боб, которого интересовали все подробности.

– На кой чёрт тебе знать, о которую ногу? – воскликнул шкипер, чувствуя нервное потрясение всего организма. – Смотри! Смотри!

Юнга взглянул по указанному направлению и ужаснулся, увидев пробирающуюся вдоль борта кошку.

– Я ничего не вижу! – сказал он упрямо.

– Я знаю, что ты не можешь его видеть! – меланхолически произнёс шкипер, когда кот исчез. – Только я могу видеть его… Я не могу больше оставаться здесь. Я пойду вниз… Ты не будешь бояться до прихода штурмана?

– Я не из боязливых! – ответил Боб.

Шкипер спустился вниз и, разбудив спавшего и бурно протестовавшего штурмана, рассказал ему обо всём происшедшем.

– Очень жаль, что меня там не было с вами, – проворчал штурман.

– Да? – сказал шкипер, выждав паузу, после которой он снова стал расталкивать засыпающего штурмана. – Что вы скажете?

– Что я скажу? – спросил тот, протирая глаза. – Ничего я не скажу… Относительно чего сказать?

– Относительно кошки! – настаивал шкипер.

– Кошки? – переспросил штурман и снова завернулся в одеяло. – Относительно какой кошки?.. Спокойной ночи!

Тогда шкипер, не долго колеблясь, сорвал с него одеяло и, раскачивая его из стороны в сторону, неторопливо разъяснил, что он себя очень плохо чувствует, должен напиться виски и остаться в каюте, – а штурман пойдёт на вахту.

С этого момента шутка, затеянная экипажем, потеряла для штурмана всякую прелесть.

– Выпейте, Дик! – сказал шкипер, предлагая виски мрачному, как ночь, медленно одевающемуся штурману.

– Всё это вздор! – выпив, сказал штурман. – Всё равно от привидения вам не убежать. Оно вас отыщет в кровати так же легко, как в другом месте. Спокойной ночи…

Он ушёл, и оставил шкипера в раздумье над последними словами. Оставшись один, шкипер самым внимательным образом оглядел каюту, затем быстро вскочил на кровать и через несколько минут забыл про все свои злоключения.

Уже было светло, когда он проснулся и вышел на палубу. Море ярилось, и шхуну бросало из стороны в сторону.

Восклицание шкипера, которого обдало волной, разбившейся на палубе, заставило штурмана повернуть голову.

– Как?! Вы вышли наверх? – с деланным удивлением спросил он.

– А почему же нет? – злобно сказал шкипер.

– Идите лучше вниз! Напейтесь чаю и закусите.

– Благодарю вас, Дик! – сказал шкипер, ударившись о колесо и удержавшись за него. – Ваша очередь отдохнуть. Вам, вероятно, было не очень приятно, когда я разбудил вас, – но иначе я не мог поступить. Идите вниз и отдохните немного.

– Иду! – пробормотал смягчившийся штурман.

– А вы ничего не видели? – спросил шкипер, став у колеса.

– Решительно ничего! – ответил тот.

Шкипер озабоченно покачал головой, через минуту снова покачал ею, и в это время его обдала волна.

– А знаете, Дик, мне очень жаль, что я утопил кота! – сказал он, несколько погодя.

– Вы его больше не увидите! – произнёс Дик с видом человека, готового на всё, – лишь бы сбылось его пророчество.

Он ушёл, а шкипер стал смотреть на повара, который с блюдами в руках, проходил по палубе и для сохранения равновесия проделывал самые головоломные эквилибристические упражнения.

Несколько времени спустя, его сменил у колеса старый Сэм, а он спустился вниз завтракать. За завтраком, невольно смущая повара, он рассказал про свои ночные приключения.

– Надеюсь, сэр, что вы больше не увидите кота! – нерешительно произнёс повар. – Я думаю, что он пришёл и тёрся об ваши ноги с тем, чтобы сказать вам, что прощает вас.

– Надеюсь, он догадается о том, что я понял его намерения, и не станет больше надоедать мне.

Он молча закончил завтрак и снова поднялся на палубу.

Ветер подул ещё сильнее.

Экипаж занимался тем, что в одно место сносил разбросанные по всей шхуне тюки. Один из матросов неловким движением опрокинул ящик, в котором помещался кот, и тот, едва живой от страха, выскочил в открывшийся верх и, как угорелый, стал метаться по палубе.

На глазах остолбеневшего шкипера он три раза обежал палубу и собирался это сделать в четвёртый, как вдруг на него упал тяжёлый тюк и прищемил хвост.

Послышался непередаваемый визг.

Первым на выручку бросился старый Сэм.

– Стой! – вдруг завопил шкипер.

– Но, ведь, я должен поднять… – начал Сэм.

– Видите вы, что лежит под ним? – хрипло спросил шкипер.

– Под ним? – с помутившимися глазами, в свою очередь, спросил Сэм.

– Да, под ним! Кот?! Вы видите кота?

Сэм несколько секунд колебался, а затем покачал головой.

– Ящик упал на кота, на кота! – сказал шкипер. – Я ясно вижу кота.

Шкипер, не рискуя, мог бы сказать, что и слышит кота, потому что Сатана визжал изо всех отпущенных ему Богом сил.

– Позвольте, сэр, поднять тюк, – сказал один из команды. – Может быть, тогда видение исчезнет…

– Не трогайте его… Дайте мне его разглядеть. Днём это легче сделать. Это удивительная вещь. Ничего подобного я никогда не видел. Неужели вы ничего не видите, Сэм? А, Сэм!

– Я вижу тюк, сэр! – медленно и осторожно проговорил Сэм. – Вижу ещё кусок старого, ржавого железа. Уж не железо ли вы принимаете за кота?

– А вы, повар, тоже не видите кота? – спросил шкипер.

– Может быть, сэр, мне только кажется… – заикаясь, начал повар. – Но мне чудится какое-то туманное пятно… Вот оно и исчезло.

– Ошибаетесь! – воскликнул шкипер. – Дух кошки всё ещё здесь. Тюк придавил ему хвост… Разве вы не слышите, как воет дух кота?

Люди прилагали все усилия к тому, чтобы поддержать своё удивление, а несчастная кошка, не в силах лично освободить хвост, невыносимо визжала.

Неизвестно, сколько ещё времени продержал бы суеверный шкипер кота под ящиком, но вдруг на сцене появился штурман, не знавший последних деталей дела.

– Какого дьявола вы мучаете несчастное животное? – крикнул он, бросаясь к коту.

– Значит, и вы видите, Дик? – с большим выражением сочувствия спросил шкипер и опустил руку на плечо штурмана.

– Вижу ли я его? – спросил Дик. – Что ж, по-вашему, я – слеп? Да разве же вы не слышите, как он визжит?

– Да я-то слышу…

Тут только штурман сообразил, что он наделал. Пять пар глаз ясно говорили ему, что он – идиот… А глаза юнги были слишком выразительны для того, чтобы не понять их.

Оглянувшись, шкипер увидел юнгу, и точно какой-то свет озарил его.

Но этого ему было мало.

Он захотел знать всё, и с этой целью обратился к повару.

Тот, смутившись, сказал, что всё это была шутка, поправился и сказал, что это вовсе не была шутка; так он поправлял себя несколько раз и, в конце концов, совсем потерял способность выражаться членораздельными звуками.

Пока шкипер смотрел на него в упор, штурман высвободил кота и нежно расправлял ему хвост.

Добрых пять минут шкипер никак не мог освоиться с положением. Окончательно он всё понял, когда ему показали продырявленный ящик юнги. Тут сознание его прояснилось; он схватил несчастного юнгу за шиворот и всыпал ему, что называется, по двадцатое число.

Безусловно, это было наиболее остроумным выходом из создавшегося положения вещей. Во всём виновником оказался юнга. Но он получил должное наказание, и не терпящая уклонений дисциплина была восстановлена. Юнга получил практическое доказательство того, к каким опасным последствиям часто приводит обман.

А для того, чтобы он впоследствии не выдал настоящих виновников, матросы подарили ему несколько мелких монет и сломанный перочинный ножик.

Провожатый мисс Банкер

Трудовой день закончился, и Матильда вышла на порог дома.

Видно было по всему, что она кого-то поджидает. В доме, кроме неё и старой служанки, никого больше не было.

Вот хлопнула калитка. Послышался характерный шорох приближающихся шагов, и вскоре показался маленький человек в фуфайке, синем пальто и низко надвинутой, круглой, жёсткой шляпе.

– Добрый вечер, мисс Банкер! – сказал он, медленно подходя ближе.

– Добрый вечер, капитан! – ответила леди, которую все ошибочно принимали за даму.

– Свежий ветер! – произнёс человек в круглой шляпе. – Если так пойдёт дальше, мы вовремя прибудем в Ипсвич.

Мисс Банкер выразила солидарность.

– А на реке-то как хорошо теперь! – нерешительно начал шкипер. – Всё кажется таким, знаете, красивым… очень красивым… Вот бы, мисс, вы решились и поехали вместе с нами… Отведём мы вам большую каюту, и к вашим услугам услугам будут… будем мы все… Уверяю вас, мисс Банкер, что спать на шхуне вы будете, как колода…

– Как колода? – несколько недовольно переспросила леди.

– Извините, мадам, я хотел сказать, как дерево… Но не в этом дело. – Он продолжал с усиливающимся жаром. – Ну, право, что вам стоит приехать!.. Мы будем ждать вас. Раньше девяти часов мы не отчалим.

– Не знаю, как быть! – сказала мисс Банкер. – Я спрошу тётушку… Если она позволит, я соберу вещи и в девять часов буду на корабле.

– Хорошо! – с сияющей улыбкой произнёс шкипер. – Мы с Билли до того времени здорово выспимся. Так долго ждать!

– Долго? – не без кокетства спросила Матильда.

– Долго! – повторил влюблённый шкипер и ушёл. Пройдя несколько шагов, он оглянулся, бросил обжигающий взгляд на пышную блондинку и сплюнул в сторону.

Часы на ближайшей колокольне отбивали девять, когда Матильда в сопровождении ночного сторожа, ковыляющего под тяжестью багажа, подходила к пристани. Шхуна была совершенно готова к отплытию.

– Возьмите багаж! – сказал Билл, обращаясь к штурману. – Да осторожнее. Там приданое!

Ему так понравилась собственная шутка, что он сам втащил сундук и, усевшись на него, стал бросать на капитана и леди самые недвусмысленные взгляды. Те притворялись, будто ничего ровно не понимают.

Пакеты были слишком велики и многочисленны, чтобы поместиться в одной каюте, – и это обстоятельство дало повод к целому залпу новых насмешливых взглядов.

– Добро пожаловать, мисс Банкер, на «Сэр Эдмунд Лонг»! – торжественно произнёс шкипер, помогая Матильде перейти на шхуну. – Будьте желанной гостьей… Эй, Билл! – обратился он к штурману. – Прогони собаку!

– Что вы сказали?! – воскликнула Матильда. – Не следует трогать собаку… Это мой провожатый!

– Ваш?.. Как вы сказали? Я не расслышал.

– Мой провожатый!

– Позвольте… У нас, на «Сэр Эдмунд Лонг», собаки не допускаются…

– Билл! – воскликнула Матильда. – Снесите мои вещи на берег… Без собаки я не еду.

– Позвольте! – заторопился капитан. – Но почему такая любовь?

– Это лучший друг мой, который сопровождает меня повсюду…

– Ах, так!

– Да, так… Согласитесь, что крайне неудобно совершать довольно далёкое путешествие с тремя мужчинами… и без провожатого…