Демон-посыльный

Глава 1

Кристина уже третий час сидела в библиотеке. Некоторые говорят, что в современном мире библиотеки уже не имеют никакой практической необходимости и важности, но Кристине просто очень нравилось сидеть в уютной тишине большого, тихо поскрипывающего здания, окутанного тёплым светом старых люстр и пропитанного приятным запахом старой пожелтевшей книжной бумаги.

Девушка завела привычку приходить сюда по субботам после обеда и сидеть в читальном зале почти до самого закрытия. Кроме неё сюда часто наведывались две пожилые дамы, которые, как ей казалось, не были знакомы друг с другом. Они молча занимались каждая своим чтением на абсолютно не пересекающиеся темы (одна из них обычно брала книги по садоводству, вторая же предпочитала читать что-то историческое), но всегда за одним столом, и раз в пару недель заходил такой же мужчина в возрасте, который всегда почтительно приветствовал каждую из этих женщин, а те легонько улыбались ему в ответ и кивали головой.

Но сегодня произошло кое-что весьма неожиданное – в читальный зал вдруг проскользнул молодой парень и сел за стол прямо напротив Кристины.

Кристина вскинула было бровь от удивления, но тут же спохватилась и постаралась придать лицу своё обычное, серьёзно-сосредоточенное выражение лица. Она повадилась ходить сюда немного меньше полугода назад, в самом начале хмурой и ветреной зимы, и готова была поклясться, что видела этого товарища здесь впервые.

Парень был высокий, худощавый и слегка неуклюжий. Казалось, будто его смущал и тяготил собственный рост и неудобная широкая спина. Каждый раз, когда ему приходилось вставать, чтобы отлучиться в туалет или взять другую книгу, он словно прижимался к стенам и медленно полз вдоль них, стараясь никого и ничего не задеть. Кристине это казалось забавным, и иногда она не справлялась с собой и еле заметная ухмылка всё-таки проскальзывала на её веснушчатом смуглом личике. И каждый раз она отчаянно надеялась, что для него самого это оставалось незаметным.

У паренька были странные, постоянно бегающие каре-зелёные глаза, непослушные вьющиеся тёмно-каштановые волосы и довольно светлое, но всё же заметное родимое пятно на лбу, у самой линии роста волос. Кристина неоднократно замечала, как он старался прикрыть его, прижимая своей большой ладонью кудрявую челку ко лбу и то и дело безуспешно приглаживая её. Глаза на неё или кого-либо ещё он почти не поднимал. Всё время передвигался, уставившись в пол перед собой.

Так прошло четыре недели.

Лето уже вовсю разыгралось, и город накрыла невыносимая жара. Разумеется, администрация библиотеки не могла себе позволить установить в здании кондиционеры, но они любезно открывали окна в читальный зал настежь, а чуть позже кто-то из работников поставил там большой напольный вентилятор, направив его в сторону посетителей, а не к столу полностью седой бабушки-библиотекарши в больших очках в роговой оправе. Иногда Кристина даже жалела её, но та всегда сидела в серой вязаной жилетке, надетой поверх летней, полупрозрачной, весьма потрёпанной кремовой блузки с коротеньким рукавчиком и на беспокойства других людей отвечала, что прекрасно себя чувствует и жара её вовсе не изматывает.

Шёл уже пятый час, а Кристина вновь и вновь перелистывала книгу о лесных духах, которую, в общем-то, она уже дочитала ещё в прошлом месяце и уже законспектировала всё возможное. Но почему-то ей всё ещё казалось, будто она упустила что-то очень важное. За окном раздавалось недовольное чириканье уставших от зноя воробьёв, которые кое-как устроились в тени крыши под водосточной трубой, с которой иногда так кстати скатывались мутные, зазеленевшие капли последнего короткого дождя.

Все эти дни долговязый паренёк стабильно посещал библиотеку по субботам, приходя всего на полчаса позже Кристины, но обязательно покидая зал в то же самое время, что и она – то есть в последние минуты перед закрытием. Однажды Кристина даже забеспокоилась, что в один прекрасный момент вполне может так случиться, что им будет нужно пойти в одну сторону, и тогда им (возможно) придётся наконец заговорить, но к счастью, этого ещё ни разу не произошло. А иногда даже ей думалось, что это вполне себе неплохое развлечение – наблюдать за ним, отвлекаясь от постоянных поисков истин в книгах и научных (и не очень) журналах, но при этом её не покидало стойкое ощущение, что она не хочет «пересекать границу» и знакомиться с ним. Нет. В этом было что-то… тревожное.

Но в этот раз она случайно заметила то, что больно кольнуло её сознание, а в ушах начал раздаваться негромкий, но весьма навязчивый гул.

Дело в том, что в этот день в своих карикатурно крупных ладонях парниша зажимал ту же самую книгу, что лежала на потёртом столе и перед самой Кристиной. От осознания этого, Кристине резко стало не по себе, и она ощутила резкий приступ тошноты. Что-то здесь было определённо нечисто. Её организм настойчиво сигнализировал ей о некоей опасности, исходящей от этого хмурого и нелюдимого парня.

Оставшееся время до закрытия библиотеки Кристина только изображала, будто внимательно вчитывается в текст каждой из страниц, но на самом деле она была слишком ошарашена и просто сидела вот так, в состоянии шока, стараясь не подать виду, а буквы решительно рассыпались перед её глазами, поэтому в любом случае она не смогла бы теперь осилить и строчки. Без пяти минут шесть, она как всегда встала, собрала свои тетради с конспектами, подошла к столу бабули-библиотекарши, чтобы отдать книгу, и на ватных, готовых вот-вот сдаться, ногах вышагнула из зала и помчалась куда глаза глядят.

В следующую субботу, придя даже раньше обычного, она первым делом подошла к старушке за столом библиотекаря и тихонечко спросила:

– Здравствуйте, а вы мне не подскажете, та книга, которую я недавно читала, «Мировые легенды о лесных духах», она у вас в библиотеке во скольких экземплярах?

– В одном экземпляре, душечка, – ответила бабуля.

У Кристины что-то оборвалось внутри. Она медленно повернула голову налево, затем – направо, и, убедившись, что его ещё не было в зале, выбежала из библиотеки, потными ладонями вцепившись в лямку своего маленького лимонного рюкзачка.

«Всё, Кристина, придётся тебе забыть о библиотеке и своих бессмысленных поисках неясно чего. Сюда ты точно больше не вернёшься», твердила девушка про себя, пока сворачивала с улицы по направлению к автобусной остановке. Она никак не могла успокоиться и поэтому постоянно крутила головой, боясь, что столкнётся с ним прямо здесь, на улице, а нутро подсказывало ей, что этого никак нельзя было допустить.

Казалось, будто прошла целая вечность, прежде чем к остановке наконец-то подъехал нужный Кристине автобус, и та, почти совсем обезумевшая от испуга и собственных мыслей, проскочила в него первее всех, не пропустив перед собой даже дрожащего от усилий ходьбы лысого дедушку с тростью и маму с двумя маленькими капризничающими детьми-дошкольниками.

Купив билет, она быстро прошмыгнула в конец автобуса и села на одиночное сиденье у заднего выхода. Кристина закрыла глаза, медленно выдохнула, пытаясь придти в себя, при этом всё же непроизвольно прислушиваясь к бестолковым шумным разговорам в переполненном автобусе.

Водитель закрыл двери, и автобус тяжело тронулся с места. Возможно, стоило ещё посидеть вот так с закрытыми глазами, дав себе возможность отдохнуть от постоянно поступающей в мозг (такой порой обманчивой) визуальной информации, но от чего-то Кристина вдруг широко раскрыла свои большие синие глаза. И увидела, как через несколько сидений от неё, прямо напротив, сидел он. И упрямо смотрел на неё, ни отвлекаясь и совсем не моргая.

Что нужно делать в подобной ситуации? Кричать и звать на помощь? Показывать на подозреваемого пальцем и прилюдно обвинять его в домогательствах? Выбегать на ближайшей остановке? Звонить в полицию? Кристина от ужаса даже забыла, как дышать.

Время словно застыло, и девушка больше не ощущала постоянных скачков скрипучего расшатанного автобуса, несущегося по разбитым и ухабистым уличным дорогам, не слышала детских раздосадованных криков и не видела в пыльных окнах дрожание нагретого на раскалённом солнце воздуха. Кристине казалось, словно в мире не осталось ничего, кроме её неудержимого страха и никого, кроме этого безумно пугающего её неотёсанного долговязого парня. На какую-то долю секунды ей даже почудилось, что на этом месте сидел вовсе и не он, а какое-то невероятное багровокожее создание с узкими ярко-жёлтыми змеиными глазами и уродливым шрамом, проходящим прямо по лицу от одного уха до другого, который таким образом превращался в не менее уродливую, вечную ухмылку. Сердце девушки пропустило несколько ударов.

Она моргнула, и всё вернулось на свои места. На сидении всё ещё сидел этот гад и не отрывал от неё глаз. Кристина медленно повернула своё окаменевшее от ужаса лицо к автобусной двери и в этот момент осознала, что она открывается. Автобус затормозил на очередной остановке. Она бросила взгляд на паренька – он всё ещё сидел на том же самом месте и всё ещё сверлил её своим холодным, нечеловеческим взглядом. И не успев подумать что-либо ещё, Кристина машинально бросилась к выходу. «Может быть это ошибка», проскользнуло в её воспалённом разуме, но ещё одно мгновение и вот она уже стоит снаружи на сдающихся, словно резиновых ногах.

Она услышала, как автобусные двери громко захлопнулись, и водитель надавил на кашляющую педаль газа. Поднялась пыль. Автобус отъезжал. Кристине всё ещё было чертовски страшно, но она нашла в себе силы и повернулась к проезжей части лицом. Разноцветные машины сердито гудели и безразлично пролетали мимо безликой грязной остановки. Рядом с Кристиной стояла весёлая компания загорелых мальчишек и девчонок, которые задорно хохотали и отнимали друг у друга телефоны, стараясь найти в них что-нибудь особенно смешное и компрометирующее. На разрисованной скамейке под синим козырьком автобусной остановки сидела угрюмая пожилая пара с мешком картошки и старой, изнеможённой таксой. Но нигде не было его. Кристина звучно выдохнула и сгорбилась, обняв себя руками. От перенапряжения и стресса у неё дрожали веки и губы.

Она почувствовала, что у неё сильно ноет ладонь, в которую, как оказалось, она ненароком вогнала свои длинные ногти с уже неприлично отросшим мятным маникюром. Она медленно разжала её и к своему несчастью разглядела в самом центре своей ладони странную кроваво-черную отметину, напоминающую рогатую козлиную голову.

Глава 2

Артур просидел на этой разноцветной скамейке почти целый день, впившись своим пустым безжизненным взглядом в отцветший сиреневый куст, растущий напротив. Уже смеркалось.

Скамейка находилась возле детской площадки, и некоторые мамочки, проходившие мимо Артура с колясками, звучно вздыхали и сердито косились в его сторону, но парень словно был в каком-то трансе и ни на что не реагировал. Странно, что дело не дошло до стычек и драк с чьими-нибудь отцами или до встречи с полицией – ясное дело, странно видеть, как молодой парень просто сидит здесь и ничего не делает. Но как только небо покрыл ярко-малиновый закат, Артур моментально встал с насиженного места и уверенным шагом направился прочь из двора. В конце концов, он даже не жил в этом районе.

Словно в какой-то необъяснимой спешке, паренёк домчался до метро, запрыгнул в полупустой поезд и вышел на станции «Главная площадь» в центре города. Там жизнь шла своим чередом: работающие допоздна кафе и бары, из которых раздавалась громкая музыка, сливающаяся в нечто хаотично-единое, шумные компании тут и там, вылезшие, словно грибы после дождя, а также воркующие влюблённые парочки, медленно шагающие в одну ногу и непременно обнимающиеся.

Артур поднял было голову, пытаясь перевести дух и отдохнуть от дурацких пестреющих вывесок и неприятно мерцающих огоньков в окнах и витринах, и тут же столкнулся с уличным попрошайкой, без устали бормотавшего что-то о неотложной и обязательной помощи местной музыкальной группе, обещающей через год-другой «стать главными звёздами всей страны», а «может даже и выйти на мировой уровень».

– В таком случае и рубль пригодится, – клянчил рыжий паренёк в затёртой байкерской куртке с бесконечными нашивками, на которых, возможно, эта рассыпающаяся куртка только и держалась, – любая мелочёвка, брат.

Артур в мгновение ока пришёл в ярость, он ещё плохо умел контролировать собственные эмоции, но всё же он смог сдержаться, и в итоге только схватил рыжего за шиворот и грозно посмотрел ему в глаза. А затем разжал ладонь. Тот еле смог удержаться на ногах, в конце концов, Артур приподнял его в воздух, так как разница в росте у них была не меньше двадцати сантиметров.

– Да остынь ты, чувак, – неуверенно пропищал рыжеволосый, – классные линзы, или что у тебя там…

А Артур уже пробирался по улице дальше, сквозь только увеличивающийся с каждой минутой поток из человеческих непрестанно шагающих тел.

– Почему в этот раз она? Как и остальные, не выполнила условия договора? – неуверенно спросил Артур, глядя на фотографию Кристины на мониторе старенького компьютера, сидя в своей комнате в полной темноте, со старательно зашторенными окнами.

– Не совсем, – последовал неспешный ответ в наушниках, а дальше – обыденное потустороннее шипение вперемешку с реальными помехами связи.

– Я так понимаю, мне снова не удастся узнать никакой более или менее веской причины для очередного убийства? – голос тёмноволосого парня предательски дрогнул.

– Артур, ты же прекрасно знаешь, что тебе никогда не приходится никого убивать, – мрачно хмыкнул собеседник, – ты просто доставляешь послания нужным адресатам, не более. Не строй из этого драму.

– Ну да, конечно, – внезапно бросил парниша, и даже испугался на секунду, что его машинальный сарказм может очень Ему не понравиться.

Но Он отнёсся к этому очередному проявлению слабости, как к какой-то доброй шутке двух старых приятелей, понятной только им двоим, и раскатисто и неестественно захохотал в ответ.

– Просто помни, ради чего ты этим занимаешься, – строго напомнил голос, – и всё встанет на свои места.

Артур ещё немало прошёл, остановившись только возле моста, пролегающего через речной канал. Вдоль этого моста располагались низкорослые, пёстро выкрашенные зданьица, в которых находились бесконечные закусочные, бары и торговые лавки. Он внимательно осмотрелся по сторонам и нырнул за тёмную деревянную дверь, увенчанную моргающей неоновой жёлтой вывеской с малоговорящим названием «Яблоко Раздора».

Внутри было прохладно и пахло пивом. Сумерки слегка разгоняли развешанные по стенам и декоративным балкам жёлтые и белые фонарики. Парень сел за барную стойку из тёмного дерева и без особых приветствий обратился к бородатому, татуированному бармену:

– Двойной эспрессо.

– Парень, ты точно не хочешь чего-нибудь покрепче? – по-доброму усмехнулся бородач, натирая белой тканевой салфеткой только что вымытые стаканы.

– Ты же знаешь, что нет, – недовольно протянул Артур, протирая уставшее лицо ладонями, – да и ночь снова будет длинной.

– Относись к этому проще, – тяжело выдохнув, посоветовал массивный бармен.

– Так себе совет, если честно, – угрюмо заявил Артур.

– Эх, а вот пиво или сидр, возможно, помогли бы тебе последовать и такому «так себе» совету, – закачал головой бородатый, – и стало бы легче, поверь.

На это Артур промолчал и, получив свою чашечку с обязательным вечерним кофе, просидел за стойкой около пятнадцати минут, неспешно потягивая горький напиток, и смотря в одну бессмысленную точку на двери в кухню. Больше в баре никого не было. Шёл одиннадцатый час.

Когда парень выполз наконец на улицу, уже стало довольно прохладно. Но такой расклад устраивал Артура гораздо больше невыносимой дневной жары, так что вместо того, чтобы застегнуть свою чёрную ветровку, парень наоборот снял её и закинул на плечо, оставшись в одной футболке в чёрно-красную полоску. Прохладный ветерок слегка раздувал волосы, но сейчас, в фонарных полутёмках, не было смысла всё время придерживать чёлку, скрывая уродливое пятно на лбу. Да и людей на улице попадалось всё меньше.

Сегодня оставалось отыскать ещё троих и передать им «сообщение». Артур уже успел выследить их и разузнать их обычные выходные маршруты, нужно было только решить, к кому пойти сначала. С двумя всё решается гораздо проще – можно подбросить монетку. С тремя же сделать выбор всегда оказывалось гораздо проблематичнее. Каждый раз, решая таким образом судьбы несчастных заплутавших душ, Артур думал о том, что же такого они могли попросить у Него, что действительно могло бы стоить подобного договора. Деньги? Власть? Красота? Талант? Желанная женщина или мужчина?.. Неужели эти блага стоят того, чтобы решиться продать свою душу и согласиться на все эти ужасающие условия, которые нужно было соблюдать взамен?

В итоге сначала Артур направился к тому несчастному, который просто был ближе территориально. «Центральный Парк Культуры и Отдыха» пронеслось у него в голове, и через полчаса он уже проходил через главные ворота.

«Адресат» сидел на высоком бордюре одной из асфальтированных дорожек парка, вдрызг пьяный. Он обнимал гитару и медленно перебирал струны, которые издавали жалобный скулящий звук. Длинные, но уже редкие, светлые, спутанные волосы ниже плеч, скрывали мутные глаза мужчины средних лет, который к моменту встречи с Артуром, явно потерял всякую надежду на чудо и давно прекратил свои тщетные попытки выбраться со дна своего весьма незавидного положения.

Подходя к нему, Артур засунул руку в задний карман своих джинсов и извлёк оттуда красный, потёртый медиатор. Он приблизился к почти заснувшему мужчине и хладнокровно бросил медиатор к ногам неудачника-гитариста. Мужчина тут же поднял голову и его глаза в один миг прояснились и наполнились неудержимым ужасом.

На самом деле, в такие мгновения Артуру всегда хотелось сказать что-то ободряющее, но он каждый раз одёргивал себя, когда невольно обращал внимание на ауру всех этих людей, которым было суждено получить «чёрную метку». Она всегда оказывалась смолянисто-чёрной и словно проржавевшей по краям. Это означало только одно: при жизни люди с подобной аурой явно успели сделать мало чего по-настоящему хорошего, и слишком уж много нечеловечески отвратительного.

Глава 3

И это было самое первое, что проскользнуло в голове Артура следующим днём, когда он через силу открыл глаза в третьем часу дня. «Её аура».

Он вдруг осознал, что настолько привык игнорировать собственные способности, что вовсе и не обратил своё внимание на то, какой же была аура у той девчонки. У Кристины. Неужели такая же ржавая и чёрная, как и у остальных? Или же… или же он её и вовсе не видел? Вот дела…

Он подскочил с кровати и быстрым шагом направился в ванную. Умывание холодной водой порой помогает отвлечься от подобных размышлений. Но, увы, в этот раз этого не произошло. Он нутром чуял: что-то здесь было не так.

«Он велел доставить ей сообщение. Я доставил. Он никогда не ошибается. Или просто до этого момента Он ещё никогда не ошибался?.. Чёрт. Но теперь поздно… метка уже у неё». Артур почти уже бился в истерике. Ему и так было очень и очень непросто контролировать себя и собственные эмоции, но эта «утренняя» мысль будто окончательно выбила его из колеи.

«И что я теперь могу?», отчаяние овладело им, и он скатился по стене на пол, схватившись руками за голову.

– По крайней мере я могу её проверить, она ещё в мире живых, – произнёс он вслух, – Да. Я так и сделаю.

Он поднялся, кое-как оделся и направился на улицу.

* * *

Кристина проснулась в холодном поту. Ночью её мучили кошмары, и она чувствовала себя настолько ослабевшей и опустошённой, что не могла бороться с этим и заставить себя проснуться. Казалось, этому ужасу не будет конца и края.

Но вот её красные опухшие веки наконец поддались и медленно раскрылись. Кристина попыталась сглотнуть, но её рот и горло были высушены, словно она наглоталась пыли или песка. Её накрыл безудержный кашель. Спустя несколько минут она смогла сесть на кровати и посмотреть на электронные часы на письменном столе напротив кровати. 06:13. На трясущихся ногах, держась по пути за стены, она добрела до кухни, и, не имея более сил и терпения, открыла кран и начала жадно пить холодную воду. Чайник и кувшин с кипячёной водой стояли немного дальше, но она уже и не надеялась добраться до них.

«Возможно, стоит выйти на свежий воздух», подумалось ей. Ей всё ещё было довольно тяжело, но она всё-таки доплелась до ванной, затем вернулась в комнату и натянула на себя чёрные леггинсы и небесно-голубую футболку оверсайз. На макияж или какую-либо причёску сил у неё уже совсем не осталось. Она и так вместо привычных пятнадцати-двадцати минут потратила на сборы больше часа. И за это время она только умылась и оделась. «Вероятно, я подхватила какой-то вирус», убеждала она себя, дабы не поддаваться поспешной панике.

На улице снова стояла стабильная душная жара, и, выйдя из подъезда, Кристина даже испугалась, что возможно сейчас она всё же упадёт в обморок. Но потихоньку она смогла добраться до скамейки под раскидистым вязом во дворе дома. Очень кстати у скамейки была спинка, и девушка обессилено упала на неё всем своим весом. Глаза непроизвольно закрывались. Всё было в тумане. Ей стало трудно дышать. По шее и спине побежали струйки пота.