Дело о трупах в постели

Глава 8

Убийство, которое было

В приёмной прокурора находилось несколько человек. Табличку с надписью «Михаил Олегович Малгов» подпирала спина Бруталова, который крепко держал наручники, сковывающие обоих владельцев игровых автоматов из Малых Монахов. Неудачливых бизнесменов сторожили четыре милиционера.

–Не успели смотаться, – съязвила Алина.

На звук её фразы повернулась секретарша, увидела Овсова, Новикова и Алину и тут же нажала кнопку на селекторе внутренней связи:

–Михаил Олегович, они пришли.

–Всех ко мне! – грозно рявкнул голос прокурора.

Бруталов немедленно толчками в спину запихнул задержанных в кабинет прокурора и усадил на пол в противоположном от двери углу. Овсову, Новикову и Алине Малгов указал на стулья, а сопровождающим милиционерам приказал ждать за дверью. Которая, впрочем, тут же распахнулась, и влетел взъерошенный зампрокурора.

–Михаил Олегович, это клевета! Такого не может быть.

–Подожди, не суетись, сейчас разберёмся. Бруталов, что за цирк?

–Агейкин Игорь Игоревич, так сказать предприниматель из Малых Монахов, – Бруталов указал на первого задержанного, затем на второго, – а это его телохранитель, Бакалдин Артур Константинович. Они убили Супримова.

–Это ошибка, – торопливым визгливым голосом забубнил Агейкин, – мы никого не убивали!

–Ты ответишь за гнилой базар, крыса, – внушительно произнёс Бакалдин.

–Оставь свои дурацкое жужжание для такой же шпаны, как и ты, – прикрикнул на него Малгов, – не виноваты – отпустим, но тебя теперь уже только через пятнадцать суток. Продолжайте, Сергей Степанович.

–Всё правильно я говорю, обоснованно, – с нажимом продолжил Бруталов, – лично я ничего не знал, но, как оказалось, покойный Супримов вместе с этими гражданами занимался незаконным бизнесом. Агейкин владеет несколькими игровыми автоматами и Супримов, договорившись с Агейкиным, эти аппараты переправил сюда, в областной центр, и устроил подпольный зал игровых автоматов. Но Агейкин не поверил Супримову, в финансовом смысле, и решил его проверить. Вместе со своим телохранителем они приехали на машине и стали следить за Супримовым. Быстро вычислили, где находятся их автоматы, подсчитали количество человек, посещающих подпольное казино, и поняли, что Супримов их обманывает. Затем они установили, что Супримов ночует у своей любовницы, Майнер Раисы Уфимовны и убили их обоих. После этого они немедленно вернулись в Малые Монахи, где Агейкин побывал у друга на дне рождения в ресторане. Я думаю, этим он пытался обеспечить себе алиби, так как в ресторане напился и приставал к женщинам, что и было записано в милицейском протоколе. Наряд вызвали несколько человек, после разбирательств всех отпустили, но Агейкин и Бакалдин провели ночь в камере.

–Бакалдин тоже напился? – уточнил прокурор.

–Нет, но он приставал к женщинам. В этом нет никакого смысла, значит, он старался обеспечить себе алиби.

–В чём нет никакого смысла?

–Приставать к женщинам трезвым.

–Приставать к женщинам не имеет смысла только в том случае, если ты импотент, – насмешливо прокомментировала Алина, – вдруг какая-нибудь согласится.

–Бакалдин, ты импотент? – обратился Малгов к телохранителю.

–Ещё ни одна шмара не жаловалась.

–А зачем тогда трезвым приставал? Если трезвый, то надо взять водочки, или шампанского для твоего контингента, – неожиданно проявил познания прокурор, – никогда не поверю, что ты профан в таком деле.

–Я не приставал, – после некоторой паузы, хмуро ответил Бакалдин, – я для Игоря Игоревича старался. Всё равно он бы скоро уснул и, чтобы прекратить скандал, я пытался хоть кого-то уговорить мне подыграть. Я так уже делал раньше.

–Что значит, делал? – взвился Агейкин, – На что ты намекаешь?

–Я не намекаю, я прямо говорю. Когда Вы напьётесь, то начинаете ко всем приставать и пару раз согласившиеся дамочки были сильно раздражены Вашим храпом без всякого этого, ну, понимаете…– замялся телохранитель.

–Без секса, – подсказал Овсов.

–Да, без него, – продолжил Бакалдин, – мне пришлось им прилично башлять, чтобы они держали язык за зубами. После этого, как только Вы начинали распускать любовные сопли, я старался договориться, чтобы какая-нибудь дамочка сделала вид, что согласна.

–Получалось? – поинтересовался Малгов.

–Да, даже появилась одна, которая за очень небольшие деньги могла быстренько приехать и позажиматься с пьяным боссом, пока он не уснёт.

–А если бы не уснул? – уточнил прокурор.

–Пришлось бы платить больше, – вздохнул телохранитель.

–Ну и что ж ты в тот раз ей не позвонил?

–Не дозвонился, только время потерял.

–Михаил Олегович, – взмолился зампрокурора, – ну о чём мы говорим? Какая к чёрту разница, как пьёт и спит этот проходимец? К чему эти длинные пустые разговоры? Давайте ближе к главному.

–Очень большая разница, – вместо прокурора ответил Овсов, – если бы Агейкин и Бакалдин пытались организовать себе алиби, то не смогли бы ответить на эти вопросы. Бакалдин рассказывает о своей жизни. Ни один преступник до такого додуматься не сможет. Чтобы свою сущность превратить в алиби. В лучшем случае происходит одноразовое действие – напился и подрался.

–А ведь я считал тебя своим другом, а ты, – горько заметил зампрокурора.

–Главное, кем считает тебя Мышкина, – ответил ему капитан милиции, – ты думаешь, почему она стала твоей любовницей? Потому, что ты мужской идеал? Вряд ли. Скорее, чтобы ты её тёмные делишки в случае чего смог от правосудия защитить.

–До Мышкиной мы ещё дойдём, – усмехнулся Малгов и обратился к Агейкину, – где вы оба находились в ночь на двадцать пятое сентября?

–А это когда? – лоб Агейкина напрягся.

–Если верить Бруталову, то на следующий день вы загремели в милицию в Малых Монахах, – подсказала Алина.

–Так это! – обрадовано вскинулся владелец незаконного бизнеса, – Я до утра проводил переговоры с деловыми партнёрами.

–Кто-то может это подтвердить? – прокурор нашёл в небольшой кучке бумаг на столе чистый лист, вытянул карандаш из подставки и махнул рукой Бруталову, – Дай ему, пусть запишет все фамилии и телефоны.

–Только это, – Агейкин смутился, – ну, в общем…

–Говори быстрее, – поторопил его Малгов, – твой десятилетний срок уже почти напечатан в обвинительном заключении.

–Мы очень быстро обо всём договорились. Всю остальную ночь играли в карты.

–На деньги, что ли?

–Да, – совсем тихо подтвердил Агейкин.

–Нашёл, о чём беспокоиться. Потерявши голову, по волосам не плачут. Если ты ещё не понял, то объясняю: не пойдёшь по статье за убийство, значит, сядешь за организацию подпольного казино.

Слегка ошарашенный Бруталов передал бумагу и карандаш Агейкину и стал через его плечо наблюдать за появляющимся списком игроков.

–Что будем делать, Сергей Степанович? – доброжелательно спросил у него прокурор, – Раз он так быстро пишет, значит, алиби у него есть.

–Может, – неуверенно протянул Бруталов, – Бакалдин в одиночку убил Супримова?

–Он всегда со мной, – тут же отпарировал Агейкин и махнул рукой на фамилии, – они все его видели.

–Интересно получается, Сергей Степанович, – улыбнулся прокурор, – а каким боком тогда здесь Мышкина?

–Они занимались подпольными игровыми автоматами вдвоём, значит, скорее всего, она была любовницей Супримова.

–Что?! – мгновенно взревел зампрокурора, – Врёшь! Этого не может быть!

–Почему не может? – спросил у него Малгов, – Ты действительно полагаешь, что ты мужской идеал?

–Нет, – после вопроса начальства у зампрокурора заметно поубавилось гонора.

–Ты не о Мышкиной сейчас должен думать, а о собственной шкуре, – весомо посоветовал ему Михаил Олегович и повернулся к Дмитрию, – теперь выслушаем тебя.

–Подождите, я знаю, кто убил Супримова, – Агейкин дописал список и протянул его Бруталову, – я могу объяснить.

–Почему же ты молчал до сих пор? – удивился Малгов, принимая листок бумаги от Бруталова.

–Если бы я сказал, что Мышкина участвует в нашем деле, то Вы бы мне не поверили, и обвинили в клевете. Раз Вы знаете про Мышкину, тогда всё нормально.

–Говори, – предложил ему прокурор.

–Есть один мент, то есть, милиционер, который хотел перехватить наш бизнес, поэтому и устранил Супримова. Этот милиционер нанял частного детектива, чтобы найти нас и тоже убить. Мы почти сразу заметили, что за нами следят и немного потрясли этого детектива. Он нам назвал фамилию Яблоков и всё про него рассказал. Ну, какой он жестокий и обязательно с нами разберётся. Мы в это время находились в кабинете детектива и в камеры наружного наблюдения увидели, что Яблоков входит в комнату и быстро выбежали через чёрный вход. Через пару дней мы подстерегли Яблокова поздно вечером, чтобы поговорить с ним, а он напал на нас. Наверное, рассчитывал нас сразу прикончить. Но ему не повезло, Артур попал ему ножом в задницу и мы убежали. Еле спаслись. Мы вообще собирались через денёк, другой возвращаться домой.

–Овсов, это правда? – Малгов повернулся к Дмитрию.

–Практически, да, – произнёс капитан милиции и боковым зрением заметил, как Новиков и Алина переглянулись, – у Яблокова очень много любовниц и деньги ему жизненно необходимы. Пару месяцев назад он был у меня в гостях, а в это время к Майнер заходил мужчина. Лицо мужчины показалось Яблокову знакомым, и он спросил меня, кто это. Я ответил, что вроде как из прокуратуры и забыл про этот случай. А Яблоков не забыл. Он вспомнил, где видел это лицо и стал про Супримова узнавать всю подноготную. Скорее всего, он собирался Супримова шантажировать, но, когда узнал о подпольном казино, решил сыграть по-другому. Может всё-таки пытался договориться с Супримовым, мне неизвестно, но он незадолго до убийства сидел у меня в гостях и часто подходил к входной двери, смотрел в глазок. Мне объяснил, что за ним следит жена, и он её пытается поймать. То есть увидеть в глазок и начать скандалить. Он вроде как пьёт чай с другом, а жена думает чёрт знает что. Таким образом Яблоков наблюдал за Супримовым. Место для подобного наблюдения идеальное. Никто ни о чём не догадался. Я, например, вообще никак не связал его визит со смертью Супримова. Затем он действительно нанял детектива, чтобы отследить Агейкина и Бакалдина. Скорее всего, чтобы устранить их, как препятствие. Мне кажется, что он собирался приударить за Мышкиной и разделить прибыль только с ней. И денежки в кармане появились и любовница красивая. Но он недооценил наших парней из Малых Монахов. Они обо всём узнали и рассказали Мышкиной. Та с перепугу не придумала ничего лучше, как позвонить Яблокову и начать ему угрожать. Либо ты сознаешься в убийстве Супримова, либо мы тебя сами грохнем. Теперь испугался Феликс, перед ним замаячил тюремный срок. И он сделал ход конём, позвонил мне и рассказал об этом нелепом звонке. Он понадеялся, что я найду звонившего, но совершил роковую ошибку. Я сопоставил все известные мне факты и догадался, что Яблоков является убийцей. После столкновения Феликса и Агейкина с телохранителем, лейтенант попал в больницу, и я предложил ему переехать в другую палату, чтобы успокоить его. А пока установить видеокамеру, чтобы она записывала всех посетителей, среди которых могут оказаться весьма интересные люди. Разумеется, я никак не ожидал, что Мышкина попытается устранить Яблокова, но, как видно, она всерьёз опасалась за свою жизнь, поэтому решилась на радикальные меры. Мы все собирались вечером посетить нашего друга, проведать, но, если быть точнее, я хотел постараться разговорить его, чтобы он сболтнул лишнее. Когда я поднялся к палате Феликса, то увидел, что Мышкина без сознания лежит на полу, переодетая в старушку, её пытается крепко руками удержать Яблоков, рядом валяется пистолет, ещё чуть поодаль чёрный пакет с вещами. Мышкина проникла в больницу под видом торговки вещами, чтобы её впоследствии не узнали. Я достал наручники и надел на Мышкину. Тут зашёл Новиков и сразу позвонил Вам. Затем приехал ОМОН, забрал неудачливого киллера, затем эксперты, и мы вышли из палаты.

–Где сейчас находится Яблоков?

–В палате напротив той, где было совершено покушение. Он ни о чём не догадывается и никуда не уйдёт.

–Хорошо, – прокурор посмотрел на Алину, – теперь Вы, пожалуйста.

–Я приехала вместе с супругой Яблокова, и мы с ней зашли в палату. Они стали разговаривать о своих семейных делах, но тут Феликс вспомнил, что надо переехать в другую палату. Марина пошла приготовить постель, а я заскочила в туалетную комнату, руки помыть. Как только я закрыла воду в кране, услышала женский голос, который говорил о том, что собирается застрелить Яблокова. Они стали обсуждать убийство Супримова, я сильно перепугалась. Несколько секунд я стояла и думала о том, что делать. Сейчас застрелят Яблокова, а потом найдут меня и уберут как свидетеля. И я решила убежать. Резко открыть дверь, напугав Мышкину, и сразу выскочить в коридор. Но, оказывается, Мышкина стояла совсем рядом, и дверь так сильно толкнула её, что она упала и ударилась головой. Яблоков тут же бросился на неё, чтобы схватить, а я растерялась, и решила ему помочь. К счастью, через несколько секунд пришёл Овсов и всё закончилось.

–Хорошо, – Малгов взял в руки видеокамеру и подключил к своему компьютеру, развернув монитор таким образом, чтобы происходящее на экране увидели все. Затем он промотал видеозапись, нашёл необходимое место и нажал кнопку просмотра.

В палату шаркающей походкой зашла сгорбленная старушка.

–Это не Мышкина! – тут же завопил зампрокурора, – Она такое никогда не оденет!

–Тихо, – прикрикнул на него Малгов.

Через мгновение старушка распрямилась и превратилась в красивую женщину, которая из недр серого полупальто достала пистолет и направила на Феликса. Лицо последнего исказилось, руки затряслись, он стал заикаться. Несколько минут они препирались о том, кто убил Супримова, затем дверь в туалетную комнату распахнулась с такой силой, что Мышкину, словно гигантским тараном отбросило в косяк входной двери. Раздался громкий треск черепа и вопль Алины: «Прыгай на неё!». Яблоков тут же упал на Мышкину, следом на Яблокова кинулась Алина. Через несколько секунд в палату вошла Марина и стала кричать на своего супруга. Ещё через некоторое время в палату влетел Овсов с Шёпотовой. Затем капитан милиции надел наручники на Мышкину и позвонил Новикову. Нашёл глазами видеокамеру и выключил её.

–Овсов, что за девушка с тобой? – прокурор вопросительно посмотрел на Дмитрия.

–Не знаю, просто шла рядом со мной по коридору, услышал шум, и решила посмотреть, что происходит.

–А зачем ты ей указал на туалет?

–Впопыхах, подумал, надо осмотреть.

–Так что ты хотел нам сказать? – Малгов уставился на своего заместителя.

–Ничего, – глухо ответил высокий мужчина.

–Тогда иди в свой кабинет и жди моих распоряжений.

Зампрокурора медленно поднялся и, сгорбившись как его артистическая любовница, вышел.

–Между прочим, – произнёс Бруталов, – нет никаких доказательств, что Супримова убил Яблоков. А вот у Агейкина есть и мотив и возможности. Вполне вероятно, что Агейкин нанял другого киллера, про которого мы ещё пока не знаем. Разрешите проработать этот вопрос, и я его из-под земли достану.

–Что скажешь, Овсов? – усмехнулся Малгов , – Позволим Сергею Степановичу и дальше заниматься эти делом?

–Дело, конечно, Ваше, но Сергей Степанович вообще не занимался расследованием убийства Супримова.

–В каком смысле? – удивился прокурор.

–В самом прямом. С первого же дня он стал следить за мной и появлялся во всех местах, которые я посещал. Можно посмотреть записи видеокамер в больнице в те дни, в которые я приходил к Феликсу. Можно посмотреть записи в торговом центре, куда я забежал буквально на пять минут, но, заметив Бруталова, специально подольше походил по бутикам, чтобы проверить, он здесь случайно, или всё-таки следит за мной.

–И что? – заинтересованно поинтересовался Малгов.

–Я двадцать минут стоял в магазине мужского белья, делал вид, что выбираю трусы для себя. И всё это время Сергей Степанович наблюдал за мной. То ли извращенец, то ли следил за мной.

–Бруталов, ты извращенец? – развеселился прокурор.

–Нет, – Бруталов не сводил с Дмитрия злобного взгляда.

–Тогда зачем тебе эта слежка? – вдруг стал серьёзным Михаил Олегович, – Мы с тобой как договаривались? Ты находишь убийцу, я перевожу тебя обратно в нашу прокуратуру. А ты что творишь? Считаешь, что Овсов занимается расследованием и пытаешься воспользоваться его результатами?

Наступила напряжённая тишина. Как будто заражённый Мышкиной и зампрокурора, Бруталов на глазах превращался в сгорбленного старика.

–Пошёл вон! – заорал прокурор, – Немедленно в Малые Монахи! И приготовься к служебной проверке!

Сергей Степанович пулей вылетел из кабинета и по коридору рассыпался нервный грохот его ботинок. Овсов наклонился к уху Алины и прошептал: «Подожди нас в приёмной. Ни с кем не говори». Девушка кивнула головой и вышла.

–Михаил Олегович, – произнёс капитан милиции и указал на Агейкина и Бакалдина, – нужно допросить этих людей.

–Пожалуйста, приступай.

–Зачем вы ошивались около квартиры, где убили Супримова?

–Да мы туда только один раз подходили, – пренебрежительно махнул рукой Агейкин, – просто посмотреть и всё.

–Вы торчали там несколько дней, то стояли около подъезда, то прятались за углом дома.

Агейкин и Бакалдин вытаращили на Дмитрия глаза и потеряли дар речи. Овсов выдержал длинную паузу и вновь спросил:

–Что конкретно вы хотели найти в квартире любовницы вашего подельника?

Предприниматель и телохранитель стали яростно шептаться. До ушей капитана милиции донеслось:

–Не верю я им.

–У нас нет вариантов, лучше сказать правду, он и так всё знает.

–Правду, – с нажимом произнёс Овсов, – я и без вас знаю. Вопрос лишь в том, сотрудничаете вы со следствием, или нет. С самого начала Супримов про Мышкину вам рассказывать не стал, чтобы Агейкин из денежной цепочки его не выбросил. Но, когда его убили, у хозяина автоматов началась паника и он, прихватив телохранителя, рванул в наш город. Из-за паники, сдуру, вы решили, что в квартире Майнер сможете найти какие-нибудь намёки на последнего члена вашей игровой банды. Поэтому ждали людей, которые зайдут в квартиру Майнер, чтобы соврать им, что вы являетесь родственниками убитого Супримова. И пришли для того, чтобы забрать все вещи покойного. Но в опечатанную квартиру никто не приходил, и вы подумывали ночью пробраться туда и хорошенько пошарить. Кто-то из вас вспомнил, что Супримов оговорился и последнего члена преступной группировки назвал в женском роде. И вот тут я не знаю, то ли вы решили поискать свои игровые автоматы, что сделать в принципе можно, но уж очень долго по времени, а затем дождаться, кто из милиционеров придёт снимать сливки, то ли сообразили, что самым вероятным кандидатом является участковый. На ваше счастье, участковым женщиной оказался только один человек, Мышкина. И вы стали следить за ней и снимать на сотовый телефон. Затем вы заметили, что вас самих пасёт какой-то пожилой мужчина. И не просто наблюдает, а тоже фотографирует. Вы его выследили и пришли с ним в его офис. Мужчина оказался частным детективом и рассказал о том, что его нанял Яблоков, чтобы найти вас. Бакалдин стал угрожать детективу ножом, но он сам стал вас запугивать. Мол, Яблоков всё про вас знает, очень скоро придёт и сделает вам очень больно. В камеры наружного наблюдения вы увидели, что к офису подходит мужчина. Детектив обрадовался и сказал, что это как раз Яблоков пришёл по ваши души, возможно, начнёт отстреливать. Вы испугались и убежали по наружной лестнице. Затем пошли к Мышкиной и объяснили, что по документам хозяином игровых автоматов является Агейкин и если она с вами не продолжит преступное сотрудничество, то вы просто заберёте свои игрушки и уйдёте. Мышкина немного поскандалила, но согласилась. Особенно, после того, как вы ей рассказали о настоящей опасности, об убийце, из-за которого Супримов оказался в морге. Вы с ней стали совещаться. Вы действительно собирались договориться по-хорошему, но Мышкина была настроена гораздо решительнее. Поэтому, не посоветовавшись с компаньоном, вы задумали устранить проблему по-своему. Проследив за Яблоковым, вы напали на него ночью и специально ножом расковыряли ему всю задницу для того, чтобы надолго обездвижить. Вы рассчитывали в скором времени умотать обратно в Малые Монахи. Однако, следователь прокуратуры из вашего города оказался шустрее и сегодня начинается ваша тюремная эпопея.

На лица Агейкина и Бакалдина было жалко смотреть. Наверняка, с этого момента они верили в то, что Овсов умеет читать мысли. Во взорах, обращённых на капитана милиции, метался не просто испуг, а самый настоящий ужас. Едва разжав губы, Бакалдин прохрипел:

–Это не мы напали на Яблокова, а он на нас.

–Имеется свидетель, который видел с балкона, как на Яблокова напали двое мужчин без каких-либо попыток заговорить с ним. Конечно, вряд ли свидетель опознает вас, так как было очень темно, но сам Яблоков узнает вас без сомнения.

–Всё, что сказал Овсов, правда? – вкрадчиво поинтересовался прокурор у Агейкина и Бакалдина.

–Да, – тихо ответил владелец игровых автоматов.

–А ещё они своими угрозами довели детектива до инфаркта, – добавил Новиков, – на записи с камер наружного наблюдения хорошо видно, как Бакалдин прижимает большой нож к спине детектива, заводя его в офис, затем, когда они увидели приближающегося Феликса, то сбежали по пожарной лестнице, а умирающий детектив успел прошептать Яблокову: «Меня убили игровые автоматы». Запись я предоставлю.

–Ого, граждане бизнесмены, – покачал головой Малгов, – вам и без убийства Супримова лет семь-восемь перепадёт.

–Я же говорил, что им верить нельзя, – злобно произнёс телохранитель.

–Это Мышкина во всём виновата, – попытался протестовать Агейкин.

–Они нам ещё нужны? – прокурор повернулся к Овсову.

–Нет.

Малгов вызвал конвой и отправил Агейкина и Бакалдина в разные камеры.

–Михаил Олегович, если Мышкина знала о том, что это не самоубийство, то сказать ей об этом мог только один человек.

–Да, мне уже позвонили и рекомендовали отправить по-тихому любвеобильного зама на пенсию. Возможно, приедет проверяющий и начнётся чистка в нашей прокуратуре.

–Нормально, – усмехнулся Александр Валерьевич, – скорость стука превышает скорость звука, что по законам физики невозможно.

–Как бы ни получилось, что Ваш зам также оказался замешанным в этом деле.

–Ты что, Овсов, сплюнь три раза! – Малгов нахмурился, – Тогда и меня на пенсию отправят.

–И про Бруталова, – безжалостно добил прокурора Дмитрий, – он рассказывал постороннему лицу о том, где я бываю в течение всего рабочего дня на протяжении последней недели.

–Зачем?

–Скорее всего, это был обмен информацией. Но, если это третье лицо не имеет никакого отношения к убийству Супримова, то и чёрт с ним, а если имеет, то…

–Что за лицо?

–Пока я только предполагаю. По тем разговорам, которые до меня доносятся.

–Зря я понадеялся на Бруталова, – вздохнул Малгов, – вы бы слышали, как он меня упрашивал. Надеюсь, плохие новости закончились?

–Нет, Яблоков не убийца.

–Почему-то я так и подумал.

–Когда детективу стали угрожать ножом, он знал, что через несколько минут должен прийти Яблоков, так как договаривался с ним об этом. Поэтому, чтобы избавиться от Агейкина и Бакалдина, сам стал их запугивать. Сочинять на ходу, чтобы спасти свою жизнь. Сейчас, мол, придёт лейтенант милиции, который вас хорошо знает, и он очень жестокий, настолько жестокий, что если вы мне что-то нехорошее сделаете, то он вас на кусочки порежет. А откуда он нас знает? Как откуда, он же про ваш бизнес игровых автоматов всё знает. И на основании такого разговора Агейкин и Бакалдин делают неправильный вывод о том, что Яблоков убил Супримова с целью захватить их подпольный, но сверхприбыльный бизнес. Естественно, они бегут к Мышкиной с воплями о помощи, но только запутывают её окончательно. И у неё появляется бредовая идея напугать Яблокова, позвонив ему и начав угрожать, чтобы он сдался властям. Феликс рассказывает об этом мне. Мы не знаем ни про предпринимателя из Малых Монахов, ни про участкового, но этот звонок создаёт только один вариант развития событий. И он говорит о том, что их преступная шайка к убийству Супримова никакого отношения не имеет. Мы решили подстраховаться и поставить в палате видеокамеру. Заодно перевести Яблокова в другое помещение. Очевидно, Мышкина сильно напугана убийством подельника, либо, что, скорее всего, очень любит деньги, поэтому решила побыстрее устранить конкурента в лице Яблокова. Я поддержал версию о том, что Феликс является убийцей только с одной целью – чтобы Агейкин и Бакалдин сознались в том, что сделали, лишь бы не брать на себя убийство Супримова.