Дом злых ведьм с холма. Том I

– Мне не нужно платье, мы не посещаем мероприятия, на которых нужна помпезная одежда, – отрезала Скарлетт, продолжая неистово присыпать землей ростки мелиссы.

– Что ты такое говоришь! – завопила возмущенно Франческа. – Конечно, нужно!

– Пусть господин Милон не утруждает себя подобными услугами, мы и сами в состоянии позаботится о себе, – отрезала сестрица.

– Кузина, – неуверенно начал я, без понятия как мне зарыть топор войны, которой я не начинал. – Думаю, вскоре вам придется выходить в свет, и я очень хочу, чтобы ваше одеяние было безупречным и изумительным.

– Я самая младшая, и мне еще не скоро это светит, – упрямилась она. – А так как каждая из нас будет выходить в свет следом за старшей, при условии, если старшая выйдет замуж, то это может продолжаться до старости.

Немного растерявшись, я не сразу нашелся что ответить.

– Почему вы так категорично настроены? Вы все просто красавицы и вскоре все выйдете замуж.

Они переглянулись и расхохотались, чем ввели меня в окончательный ступор.

– Что такого смешного я сказал? – запаниковал я.

– Лично я, – гордо заявила Скарлетт, – не собираюсь замуж. У меня очень много дел, и я не намерена к ним прибавлять заботы о муже. К тому же в округе едва найдется тот, кто будет претендовать на сердце одной из нас.

Она же просто еще не влюблялась и не встречала достойных людей, потому что не выходила ни разу в свет – очевидно?! Она же это не всерьез…?

– А я выйду только за принца или кого-то королевских кровей! – с жаром проговорила Франческа, сжав в кулачок руку с горсткой земли, – он будет настоящим вельможей и подарит мне кольцо с огромным бриллиантом! Он без ума от меня будет, будет кланяться мне в ноги и всегда носить на руках! У нас родится восемь дочерей, и когда я буду умирать в глубокой старости, он прольет океан слез возле моего смертного одра, и так, не смирившись с утратой – умрет от горя вслед за мной! Вот так! А иные мне нужны!

Мне показалось, что мой правый глаз слегка задергался. Принц?! Королевская кровь?! Эти девушки вообще, в какой реальности живут?! Они никогда не были в обществе среди джентльменов – очевидно?!

– Вух, что-то жарко стало, – медленно дыша, я нервно поправил воротник рубашки и присел рядом с кузинами на землю.

– Ах, мне же нужно сообщить новость Филиппе! – воскликнула Франческа, совершенно не замечая моего плачевного состояния, – кстати, где опять Филиппа? Вечно она куда-то убегает! Вот!

На этих словах она всучила мне свои перчатки и грабельки, и, поднявшись, добавила:

– Помогите Скарлетт, а я поищу Фили! Я быстро!

Франческа в противовес истинной леди помчалась куда-то в рощу орешника, а я был одарен самым презрительным взглядом карих глаз.

– Не надейтесь, братец, избавится от нас таким образом, – зловеще усмехнулась Скарлетт, не отнимаясь от своего дела, – едва ли у вас что-то выйдет.

– Я не пытаюсь от вас избавиться! – оскорблено возмутился я, принимая обиженный вид, – теперь я глава рода и мне нужно позаботиться о вас! Еще пару дней назад я прибывал в глубоком горе, пустота заполняла мое сердце от мысли, что я сирота – единственный представитель некогда величайшего клана Альдофин! Но теперь у меня есть шесть прекрасных сестер и тетушка, которую я признаться побаиваюсь, но безмерно уважаю и ценю. Это же подарок судьбы, теперь любые праздники, я смогу проводить в кругу любящей семьи! И когда наша с Мариэль семья станет совсем большой, наш клан будет сильнее прежнего!

Я распалялся с такой искренностью и душевностью, однако мои горячие речи нисколько не произвели впечатления на кузину. Скарлетт равнодушно поглядела на меня, не веря ни единому слову. И не зря, ведь это была чистейшая ложь, без капли правды.

– Вы очень красиво говорите, вам могла бы поверить любая из нас, но только не я, – она поглядела на меня хитрым взглядом, будто видела мои намерения насквозь. – Сегодня вам предстоит лично лицезреть все наше общество в Тихом дворце, не дождусь узреть ваше выражение лица за завтрашним завтраком.

– Мне чего-то стоит опасаться на сегодняшнем приеме? – серьезно спросил я, стараясь держать невинное лицо.

Скарлетт вновь пронзив меня взглядом, тихо прошептала:

– Вам следует опасаться лишь ведьм с дома на холме, но, увы и ах – вы уже тут.

Не успело неприятное чувство расползтись по моему телу, как вернулась Франческа, воинственно вышагивая по тропинке. В волосах ее застряли листья ивы, диадема, что она надевала всегда на голову, вероятно воображая себя принцессой, покосилась.

– Я ее не нашла! – возмущенно проговорила девушка, – куда же она подевалась?

– Наверное, опять экспериментирует с кровью демона, – предположила Скарлетт.

– Нет, она уже давно забросила свое хобби, – Франческа плюхнулась рядом, – а вы о чем беседуете?

– Господин Милон интересуется, кого ему следует опасаться на сегодняшнем приеме в Тихом дворце, – равнодушно пояснила сестрица.

– Ох, там будет куча неприятных личностей! – затараторила Франческа, – сестрички Бетси, зануда Ярузалевский, воображалы графья Русаков с Иваницким, чертовы Беднамы и конечно, – она поджала губы, словно впала в неистовую ярость, и процедила сквозь зубы, – Берти Пай!

– Его не будет, Франческа, – одернула недовольно сестру Скарлетт, – все знают, он учится в Рахатске, а как окончит, приедет лишь на свою свадьбу, после же будет работать в столице.

– Все же если увидите его, то не говорите с ним, – продолжила Франческа, игнорируя нападки, – этот Берти Пай!

Я поглядел на нее настороженно, даже с опаской.

– Премного благодарен за предупреждение, буду обходить его стороной! – я поднялся с земли, безуспешно отряхивая свои брюки, – прошу прощения, но мне надобно идти собираться на прием.

– Удачно вам провести время, – бросила Скарлетт, даже не взглянув на меня.

– И помните, – яростно запричитала Франческа, – Берти Пай!

Я поспешил удалиться, пока Скарлетт нахмурившись, стукнула сестру, и они вновь начали унизительную возню, едва напоминавшую драку.

Истерический смех рвался наружу – меня просто трясло и разрывало. Богини, милые, хорошие мои! Что ж это такое?! Одна хочет замуж за самого кровожадного и жестокого демона, другая за особу королевских кровей, третья вообще настроена против брака, это все мне снится – очевидно?! Такими темпами я никогда от них не избавлюсь, и мне придется жить в вечном заточении с дамами, напрочь игнорирующими правила морали и этикета!

За что мне такие страдания?!

Вечерело. Из окна доносились легким ветерком ароматы ореховой рощи и васильковых полей. Все дышало неким трепетом и торжественностью перед визитом в Тихий дворец. Стояла непривычная для этих стен тишина, что я поначалу даже подумал, может я попал в иной особняк?

Выбрав лучший свой костюм, дабы произвести исключительно положительное впечатление на местные сливки общества, я уже собрался потушить лампу перед уходом, как в мою комнату, словно непослушная тень, прокралась Рири. Она проскользнула в дверь с неизменным огоньком в глазах и игривой улыбкой. Босыми ногами, чуть касаясь пола, девушка приблизилась ко мне.

Столь бесцеремонные вторжения уже ничуть не удивляли меня и к своему ужасу я привык.

– Братец Милон? – ласково позвала она, крутясь возле меня, словно лисица.

– Что, дорогая Ребекка? – с притворным равнодушием отозвался я, смотрясь в зеркало, проверяя при этом напоследок все детали своего безупречного внешнего вида.

– Не боишься идти в Тихий дворец? – она улыбнулась еще шире и уселась на кровать, облокотившись на руки.

– Мне кажется я не в том возрасте, когда стоит бояться столь скучных мероприятий, – пожал я плечами, стараясь изо всех сил ее игнорировать. Мне вовсе не хотелось сближаться с кузиной – но она упорно липла ко мне, нарочно подстраивая провокационные моменты.

– «Скучных»? – она наклонила голову в бок, слегка усмехнувшись, – в Тихом дворце не бывает скучно. Там обычно собирается вся нечисть пригорода.

– В таком случае не подскажешь, кого мне стоит обходить стороной? – я заинтересованно подсел рядом.

Она с непринужденным, но при этом лукавым видом покосилась на меня.

– Правда, хочешь, чтобы я помогла?

– Конечно, я же впервые здесь и мне бы не помешала помощь того, кто осведомлен лучше меня.

– Тогда, – она нежно, по-свойски, провела по воротнику моей рубашки, – будь послушным мальчиком.

А?

В следующий миг, не успел я подумать ничего неподобающего, как Рири повалила меня на кровать и моментально вскарабкавшись, оказалась надо мной. Я только и мог, что ошарашено глядеть на нее во все глаза.

– Рири…? – заикаясь, вымолвил я, тщетно надеясь своим жалким протестом остановить девушку.

Лицо ее было сосредоточенным, брови изогнулись в привычную изящную дугу.

– Эльхан, – тихо прошептала она, сложив указательный и средний пальцы правой руки вместе. С эльфлянского данное слово, насколько мне было известно, переводилось, как «метка». Но в тот момент я совершенно был не настроен на распознавание иностранных фраз.

С этим тихим и емким словом Рири решительно и стремительно впилась губами в мою шею.

«Она никакая не ведьма, она тоже вампирша – я был жестоко обманут, – пронеслось ядовитой стрелой в моей голове».

Ее губы были обжигающе нежными – она покрывала мою шею страстными поцелуями, и я даже раскраснелся, чего ранее со мной никогда не случалось. Длилось это надо полагать недолго, но пока она вот так склонилась надо мной, мне казалось, прошла целая вечность, резко разделившая миг «до» и «после».

Рири медленно отпрянула от меня, на ее щеках горел легкий румянец, губы немного припухли.

– Я сделала, что могла, – проговорила она с довольным видом, будто только что окончила непосильную работу.

Затем она слезла с кровати, так и оставив меня лежать в глубочайшем потрясении.

– Удачно повеселится, – кинула девушка на прощание, и так же незаметно покинула мои покои, как и вторглась в них.

Что это только что было?!

В карете я ехал в полнейшем отстранении от происходящего. Нас вез кучер, который являлся прислугой по найму и появлялся в тот момент, когда барышням требовалось отправиться в центр пригорода за покупками или на светский прием. Но чаще всего в теплые и сухие деньки, что более поразило и одновременно возмутило меня, они предпочитали прогуливаться пешком.

За окном мелькали бескрайние лавандовые поля, еле проглядываемые в подкравшихся сумерках. Шея моя покраснела и немного ныла, беспрестанно напоминая о случившемся, тем самым заставляя беспричинно краснеть мое лицо. Стоило мне вспомнить об этом, как в груди моей жгло, а перед глазами навязчиво всплывали бесстыдные картинки.

– Милон? Вы слышите меня? – донесся голос Мэри. Она сидела рядом со мной – напротив восседали Роберта с Филицией. Дамы выглядели чарующими и божественно красивыми – я был уверен, что все присутствующие в Тихом дворце без исключения будут глядеть весь вечер только на них. Даже Мэри упрямо не изменяя своему излюбленному черному цвету, казалась мне безумно привлекательной и утонченной.

– Что? Простите, кузина, я, кажется, задумался, – растеряно пробормотал я, поймав на себе пристальный взгляд тетушки.

– Ах, кузен! – опять выпалила Мэри это слово, словно оно было некой диковинкой, – кузен, – вновь повторила она, – хозяин Тихого дворца замечательный человек! Вам непременно он придется по душе! Он весельчак и добряк Оливер Тихий, но мы зовем его просто Оли. Он всегда устраивает грандиозные вечеринки с множеством гостей и развлечений! Нередко присутствуют даже люди из столицы – у него всегда так много людей! Ах, люди! Как я их люблю!

– Мэри, – грозно прервала ее Филиция, – не говори подобное, что если бы тебя сейчас услышал отец?

Отец?! В том смысле отец – это Холодный принц?!

– Но его здесь нет, матушка… – пристыжено потупила взор Мэри, словно маленькая девочка.

– Это не меняет сути, все идет к тому, что вампиры совсем скоро захватят полностью власть, и подобные речи будут крайне неуместны или даже опасны.

Филиция нахмурилась, взор ее был тверже стали, от ауры, что воцарилась в карете, у меня вмиг побежали мурашки. Эта женщина внушала мне неподдельный ужас и клянусь, если бы мне довелось встретиться с Черным демоном лицом к лицу, или с кем-то из вампирской верхушки, наподобие Редьярда Больфис или Глена Монтеро, дрожал бы я куда меньше.

– Выходит, Тихий дворец огромное поместье? – решил я продолжить прерванный разговор, дабы избавится от гнетущей атмосферы.

– Больше только во владениях господина Романова, – вступила в разговор Роберта, видя, что сестра ее погрустнела и незаметно отстранилась, – но он очень занятой человек и редко устраивает приемы.

«Ничего, – подумал я, коварство так и распирало меня, – вскоре он обязательно устроит грандиозное празднество по случаю собственной свадьбы».

– Господин Тихий вероятно входит в Совет пригорода? – спросил я вслух.

– Нет, его род не настолько знатный, поэтому он не состоит там, – приятным тоном светской беседы поведала Роберта, – а вот вам, господин Милон, непременно стоит туда вступить.

– Но разве госпожа Филиция уже не состоит в Совете? – нахмурился я.

– Видите ли, туда принимают исключительно мужчин, – пояснила деликатным тоном Роберта.

– Что делает еще более подозрительным их закрытые собрания, – недовольным тоном бросила Филиция, в голосе которой звучали нотки сарказма.

– Данный Совет как-то решает, что предпринимать в отношении тех загадочных нападений, про которые говорил господин Романов? – решил я застать врасплох кузин. Однако девушки не подали виду, сохранив ложное спокойствие.

– Нет, этим занимается только полиция, – с непроницаемым лицом ответила Роберта – я искренне восхищался ее прирожденным талантом! Она действительно имела все шансы стать первой светской леди пригорода. Она продолжила, – но вы можете внести собственные предложения, когда посетите Совет.

– Заодно поведаешь нам, чем там занимаются господа, – сказала Филиция и безжалостно добавила, – надеюсь, они не кутят без продыху в вампирских притонах, а то втянут моего образцового племянника в дурное общество – что же я буду тогда делать!

Как и обычно я слишком долго осознавал удар ниже пояса, чтобы моментально ответить. А карета тем временем въехала в ворота Тихого дворца.

Поместье сияло и звучало, как никогда не заканчивающийся праздник. Тут и там лились фонтаны с вином, бесчисленное количество музыкантов в садах играли веселые заводные мелодии, под которые так и хотелось пуститься в пляс. Столы ломились, пестрея аппетитными блюдами и десертами, всюду слышался смех, неподдельные ликование и восторг. Подобное пиршество я видел лишь, когда учился в Эльфляндии, в тот день у императрицы Зижель родился внук Зите. Развлечениям и забавам на улицах Рахатска не было конца! И тут в скромном пригороде некий господин Тихий грозится переплюнуть изнеженных господ.

– Господин Тихий, – в задумчивости оглядывая увеселение, проговорил я, – видно очень богатый человек, раз устраивает подобные гуляния. Чем он занимается?

– Он сдает свои земли фермерам, у него есть небольшие владения в деревушках, таких как Хартил, – объяснила Роберта, но этого было отнюдь недостаточно, чтобы удовлетворить мои подозрения.

При всем усердии и желании невозможно сколотить себе капитал на сдачи земель фермерам. Да, безусловно, ты станешь достаточно состоятельным, но не более. А господин Тихий, как видно из данных пиршеств и развлечений являет собой неприлично богатого человека.

– Нам тоже придется устроить прием в честь твоего неожиданного появления, Милон, – зловеще подметила Филиция.

– Но разве кто-нибудь захочет прийти? – подала, наконец, голос Мэри. Ее фраза честно признаться немного напрягла меня.

– Сегодня они лишь увидят его и не смогут отказать, – тетушка стрельнула на меня хитрыми глазами, вновь нанося удар неприкрытыми намеками, и добавила, – у нас теперь имеется козырь, так что сделай милость – будь душечкой.

Карета остановилось, и я торопливо спросил, пока кучер неспешно отворял двери:

– Почему это никто не захочет прийти?

– Мы злые ведьмы с холма, разве тебя не предупреждали об этом, пока ты добирался до особняка в день приезда? – спросила слегка удивленно Мэри, в то время как Роберта выходила из кареты.

– Говорили, но… это же просто глупые сплетни? – промямлил я, погружаясь в панические раздумья. Что-то мне это совсем не нравится.

Мэри поджав губки, повела плечами, явно давая понять, что это вовсе не сплетни. Сердце мое нехорошо забилось, а нутро задрожало.

Выйдя на свежий воздух, я сразу почувствовал навязчивый запах шалфея и душицы. Небо окутало серой дымкой облаков, звезды еле проглядывали сквозь нее. Я еще раз оглядел необъятное поместье – трехэтажное здание, отделанное с превеликой роскошью и размахом, так и кричало тебе в лицо о своем небывалом богатстве и помпезности.

Мы проследовали внутрь, поднимаясь по старинным ступеньками парадной лестницы, дабы поскорее вкусить не менее величественную обстановку внутри дома. С горечью, пуская про себя слезу, я не мог не заметить, что данная лестница намного шире, чем моя захудалая комнатка в особняке.

Пока я молча проглатывал унизительные переживания, навстречу нам выбежал юркий и пронырливый на вид мужчина низкого роста и одетого в одежду кричащей расцветки. Его галстук фиолетового оттенка, ярко оранжевые ботинки, желтый жилет и зеленая шляпа не только резали мои глаза, но и в принципе нарушали эстетическое восприятие этого мира!

– Госпожа Филиция Альдофин! – закричал он голосом чересчур радушного хозяина, распахнув широко руки, – как я рад вас видеть! Как хорошо, что вы взяли и Мэри с собой, как давненько я ее не видел! А где ваш тихоня сынишка?

– Здравствуй, Оли! Последний раз мы виделись на Остару, а уже минул Белтейн, – ласковым и тающим голосом заговорила тетушка – и куда только подевалась вся строгость и сталь, что так и метала молнии, пока мы ехали в карете?

– А кто же в этом виноват? – ахнул Оли, – я устал вас зазывать на мои бесконечные вечеринки, но вы все продолжали ранить мое любящее сердце неумолимыми отказами! Раз за разом я получал послания, что были переполнены отклонениями моих щедрых предложений!

– Мы очень виноваты, Оли, – сладко улыбнулась Филиция.

Признаться, я и сам таял от ее обаяния – а в совокупности с дьявольской красотой, острым умом и умением это вовремя подать представляли угрозу и опасность для любого. Да, Филиция Альдофин и правда была великолепна – именно та самая неподражаемая обольстительница, жена Холодного принца.

– Что же послужило причиной, по которой вы в этот раз удостоили жалкого Оли вниманием? – он неприкрыто ворковал возле нее и поначалу казалось, что Тихий так стелиться перед всеми дамами. Однако я был отчего-то уверен, что такой чести он удостаивает лишь Филицию Альдофин, которая в свою очередь намеренно использовала свои сильные стороны, как коварное оружие, что било всегда точно в цель.

– Оли, только вчера мы узнали невероятную новость, которая перевернула всю нашу привычную жизнь! Оказывается, у нашего славного Оскара есть сын, – она мягко потянула меня за рукав, выдвигая вперед, – прошу, познакомься – Милон Оскар Альдофин, мой племянник. Теперь у нас есть глава клана!

– О, боги милостивые! – закричал он наигранно и театрально, при этом хватаясь за сердце не с той стороны груди. – Какое событие!

– О, богини, – поддержал я его, – я тоже очень рад!

– Знакомься, Милон, это Оливер Тихий, и он самый наилучший знаток в настоящих празднествах, – торжественно представила мне его тетушка.

– Какое счастье! – все так же возбужденно кричал хозяин дома, слишком интенсивно тряся мою руку. Я уже стал опасаться за свою правую кисть, ведь мне ею еще создавать шедевры, которые покорят этот мир – нельзя же так непочтительно обращаться с инструментами собственного труда!

– И не говорите! – повторял я за ним, изо всех сил натянув притворную улыбку на свое ангельское лицо. Что ж, мне приказали быть сегодня душечкой и ради чести семьи стоит постараться.

Здесь все безумные? Они принимают траву северных духов или демоническую кровь, от которой происходит нервное возбуждение – очевидно?!

– Мэри, Роберта, мои дорогие, проходите скорее внутрь, прошу – вас там уже все заждались! – бросил сестрицам Оли, наконец, высвободив мою руку из заточения, – а вы, господин Милон, подождите меня в гостиной, я вас представлю своим ближайшим друзьям! Ваши кузины вас проводят!

К моему счастью сцена сердечной и дружеской встречи подошла к концу, и я, взяв своих кузин под руки, проследовал вместе с ними внутрь поместья. Они мне уже не казались такими шумными и бесстыжими по сравнению с этим господином Тихим, фамилия которого явно противоречила его характеру.

– Он милашка, правда? – радостно прошептала Мэри, прибывая, как и всегда в странном состоянии.

Милашка?!

Этот попугай?!

– Ох, Мэри… да, он определенно заслуживает внимания, – сквозь зубы согласился я, и тут же острая мысль молнией полоснула у меня в голове, – а он холостяк?

– Да, он холост и живет тут лишь с прислугой, – ответила равнодушно Роберта.

– А сколько ему лет? – продолжил неприлично любопытствовать я. Если он так нравится Мэри, вполне может подойти в кандидаты, необязательно при этом, чтобы он нравился мне.

– Около сорока или вроде того… – в задумчивости проговорила Мэри.

«Подойдет, – подумал я, – что же, я это устрою».

– О! – воскликнула Мэри, – я оставила свою сумочку у матушки! Я должна подождать ее здесь!

Она тут же встала, как вкопанная, не давая тем самым нам идти дальше. Вокруг было слишком шумно – мы уже вошли в холл громадных размеров, обвешанный старинными портьерами и битком набитым людьми.

– Мэри, но нам нужно идти, мы не можем остаться в этом слишком оживленном месте, – попыталась вразумить ее Роберта.

– Я не могу, я посижу тут возле входа, подожду, пока матушка зайдет, а то я ее не смогу потом отыскать! – упрямилась девушка.

– Что такого жизненно необходимого в твоей сумочке? Ты не можешь обойтись без нее четверть часа? – вздернула бровями Роберта, начиная злиться.

– Я не пойду без сумочки, – замотала головой Мэри, сложив руки на груди, словно маленький капризный ребенок, – ты можешь идти, а кузен посидит со мной, потому что у меня начинается клаустрофобия из-за огромного количества людей.

– О, боги… – только и смогла вымолвить Роберта, силясь не закатить при этом глаза. Она решительно пошла к большой лестнице, направляясь в бальную залу.

Я же, как истинный джентльмен, каким меня воспитывала матушка, остался верным даме, что оказалась в беде. Даже если эта беда была сомнительного качества.

Стройный силуэт Роберты удалялся – она была очаровательна даже в этом несмолкающем хаосе. Люди глядели ей вслед, задерживая на ней свои ядовитые, но в то же время восхищенные взгляды.

Вдруг в толпе, откуда ни возьмись, появился Натаниэль Романов собственной персоной. Он глядел на Роберту, словно хищник на добычу – его ухмылка выражала уверенность и нескрываемое чувство собственничества. С другой стороны от полицейского промелькнул Луи Хитрый – сунув какому-то пареньку, по одежде очевидно официанту, купюру, помощник быстро скрылся, будто его тут и вовсе не было. Этот паренек-официант же убрав деньги в карман, стремительно побежал к лестнице и нарочно задел Роберту, чтобы сбить ее с ног! Не успел я охнуть от такой наглости, как Натаниэль быстро оказавшись в нужном месте, подозрительно быстро, подхватил падающую кузину, чем изумил ее не меньше, чем меня. Он глядел ей прямо в испуганное лицо своими бесстыжими глазами, склонившись над ней и продолжая чуть ухмыляться. Натаниэль аккуратно без лишних движений поймал кузину, надежно обвив ее за талию обеими руками. Его хват был крепким, будто он намеревался ее никогда не отпускать.

– Вы не ушиблись, госпожа Альдофин? – спросил он, продолжая стоять в той же позе.

– Нет… – растерянно глядела на него Роберта, вцепившись в его плечи, – благодарю вас, господин Романов, вы всегда знаете, когда нужно прийти на помощь.

– Такая уж у меня работа, – огоньки вновь заплясали в его глазах, – я не могу позволить, чтобы со столь очаровательной девушкой что-нибудь случилось.

Тут кузина словно пришла в себя и требовательно проговорила:

– Верните меня на место, а то это ставит меня в неудобное положение.

– Как скажите, все что угодно для вас, – с нескрываемым намеком произнес Натаниэль, аккуратно, словно фарфоровую статую, отпуская Роберту.

– Еще раз благодарю, – присела кузина и поспешила скрыться в бальной зале.

Парень неотрывно глядел ей вслед настойчивым взглядом. Луи, преисполненный радостью от проделанной только что шалости, поспешил к своему сообщнику.

– Ну как, босс?

– Отлично, Хитрый, ты молодец.