Добро пожаловать в Сеул!

Глава 1. Ошибка

– Говорю же, я в порядке! Долетела хорошо. Правда, ноги немного затекли, но это пустяк, – придерживая плечом телефон, громко докладываю матери, которая осталась в родном Нью-Йорке, за тысячи километров от Сеула. – Номер забронировала! И такси тоже вызвала! – останавливаюсь, перехватываю телефон освободившейся от багажа рукой и, капризно топнув ногой, не выдерживаю: – Я уже взрослая! Даже по корейским стандартам я считаюсь совершеннолетней. Так что хватит меня донимать. Всё будет хорошо. Напишу, когда доберусь до отеля.

Сбрасываю звонок и, тяжело вздохнув, снимаю с плеча маленькую чёрную сумочку – «ключницу», как называет её мама, – и запихиваю в неё телефон. Но надеть сумку обратно не успеваю: кто-то с силой толкает меня в спину. Сумка выпадает из рук, и незнакомец в чёрном с ловкостью мартышки подхватывает её с раскалённого асфальта и уносится прочь. Да так быстро, что я не успеваю даже возмутиться.

– Серьёзно? – только и могу произнести я спустя несколько секунд. Страна, где на каждом шагу камеры и строгие правила, всегда казалась мне куда безопаснее свободолюбивой Америки. Но, видимо, здешние воры не брезгуют мелким иностранным добром. Один из проходящих мимо зевак, видевший случившееся, на очень плохом английском советует мне обратиться в полицию. Что я, собственно, и делаю.

Детектив, к которому меня приводят, – молодой и довольно привлекательный мужчина с яркой южнокорейской внешностью. Одет в серую форменную куртку и такого же цвета штаны. На широкой груди слева красуется узкая нашивка: «Детектив Пак Чон Су».

– Назовите ваше полное имя, – начальственно требует он с сильным корейским акцентом.

– Сара О’Шэйн.

– С какой целью вы прибыли в Южную Корею?

– Я востоковед. Окончила Корнеллский университет в Итаке, штат Нью-Йорк, – бубню на корейском, с удовлетворением наблюдая, как узкие глаза детектива округляются от неожиданности. – А цель моего пребывания – ближе познакомиться с культурой и искусством вашей страны, – ещё несколько месяцев назад это было бы правдой, но теперь мои слова звучат как наглая ложь, от которой слегка крутит живот.

– Каков срок вашего пребывания в стране? – уже народном корейском интересуется детектив.

– Три месяца.

– Так много? – вскидывает густые брови детектив Пак.

– Я хочу погрузиться в ваш мир с головой. Понять, каково это – быть южнокорейским гражданином. И, – выдерживаю интригующую паузу, – может быть, написать книгу, – что опять-таки ложь.

– Но вы не гражданка Республики Корея, – возмущённо напоминает детектив.

– Да, точно, – выдавливаю смущённую улыбку и меняю тему: – Так что насчёт кражи моей сумочки?

– Ваше дело займёт какое-то время, – неуверенно отвечает он, постукивая по столу карандашом. – Оставьте контакты или адрес отеля, где вы остановились. Мы свяжемся, как только что-нибудь выясним.

– Оставлю адрес отеля. Телефон-то я ещё не успела купить, – парирую под внимательным взором ледяных глаз.

Когда выхожу из полицейского участка, на улице уже вечереет. Разочарование от случившегося тяжёлым грузом виснет на моей шее и тянет вниз. И лишь лёгкий прохладный ветер, приятно обдувающий лицо, помогает держаться на ногах. Без телефона я не могу вызвать такси, поэтому решаю ждать. Вскоре на парковку рядом с участком подъезжает оранжевый седан с наклейками по бокам. Как кошка, высматривающая зазевавшуюся птичку, я с нетерпением наблюдаю, как он паркуется. Стоит пассажирам покинуть салон, как я выскакиваю из своего укрытия и бросаюсь к машине. Рывком открываю переднюю дверь и на корейском обращаюсь к сидящему там мужчине:

– Мне нужно в отель «Четыре сезона», рядом с площадью Кванхвамун.

Тонкие губы водителя искривляются в усмешке.

– Отчего же не подвезти такую красивую барышню?! – щурясь, говорит он, явно подсчитывая в уме сумму чаевых, которые сможет с меня содрать.

Я знаю, что в Корее не принято оставлять чаевые. Ночеловек, сидящий за рулём, всем видом показывает, что не прочь подзаработать сверх установленной счётчиком суммы. Ему явно не хватает на жизнь.

– Спасибо! – чопорно отвечаю я и направляюсь к багажнику с чемоданом.

Всю дорогу он бросает на меня любопытные взгляды через маленькое зеркало на лобовом стекле. Видно, что ему не терпится о чём-то спросить. Но я усиленно делаю вид, что не замечаю его интереса и задумчиво изучаю мелькающие за окном здания.

Ожидания водителя оправдываются: он получает шесть тысяч вон по счётчику и ещё две сверху – и, сверкая, как начищенный чайник, укатывает на очередной вызов, оставляя меня с пятью тысячами в кармане.

– Добро пожаловать! – склонив голову, приветствует меня миловидная девушка за стойкой у входа в отель.

– Спасибо, – устало тяну я, склонившись над чемоданом. Расстёгиваю молнию и, погрузив по локоть руку, обшариваю вещи в поисках паспорта. – Да где же он?.. – нервно шепчу себе под нос.

– Всё в порядке? – беспокоится девушка. Она здорово смахивает на IU[1], и это спасает её от гневного: «Не твоё дело!»

– Да, – натянуто улыбаюсь, всё ещё надеясь найти паспорт. И в тот же миг меня обдаёт холодом, а в голову врывается чёткое, неприятное осознание. Паспорт, водительские права, кредитная карта и телефон – всё осталось в злосчастной сумке, которую украли несколько часов назад. Я бросаю на двойника IU растерянный взгляд, она, уловив мою тревогу, быстро клацает по клавиатуре и, уставившись на экран своего лэптопа, спрашивает:

– На какое имя забронирован номер?

– Сара О’Шэйн, – робко отвечаю я, понимая, что без документов не смогу это подтвердить.

– Вот вы где! – громкий визгливый голос раздаётся у меня за спиной. – Мы ждём уже сорок минут! Разве вас не предупреждали, что за опоздание грозит порядочный штраф?! – незнакомый голос растягивает окончания, из-за чего гневная речь больше походит на песню.

Оборачиваюсь и утыкаюсь взглядом в коричневые кожаные туфли, примерно десятого размера по американским меркам. Из них выглядывают и стремятся вверх тонкие ноги в прямых чёрных брюках, а над ремнём нависает округлое брюхо с болтающимся на груди бейджем: «Менеджер Ким Дон Сан». Маленькие красные глазки смотрят на меня с укором, а на загорелом лице проступают крупные капли пота, словно его владелец только что пробежал стометровку.

– Поторапливайтесь, дамочка! – рявкает он так неожиданно, что мы с «IU» подскакиваем на месте. – Эта девушка – участница реалити-шоу «Вместе со звёздами». Её номер забронирован на имя компании, – тыча в меня указательным пальцем, объясняет он «IU» и надменно добавляет: – Распорядитесь, чтобы её вещи доставили в апартаменты.

«IU» с услужливой улыбкой подзывает коридорного, и тот, схватив мой багаж, скрывается из виду так же стремительно, как появился.

– А вы, – метнув суровый взгляд, обращается ко мне менеджер, – следуйте за мной!

– Это какая-то ошибка… – начинаю оправдываться я, но тот жестом обрывает меня на полуслове.

– Ошибкой было взять вас из тысячи других претенденток! – укоризненно бросает он и демонстративно шагает в сторону лифта.

В мгновение осознав, в какую ситуацию попала, я принимаю, пожалуй, единственное разумное решение и семеню за пузатым господином. Местная полиция обязательно найдёт вора, а пока мне нужно позаботиться о себе.

– Сейчас поднимемся к парням, чтобы вы могли их поприветствовать, – говорит менеджер, когда мы заходим в блестящий, увешанный зеркалами лифт. Он нажимает кнопку восьмого этажа. – Прикасаться к парням строго запрещено! Это прописано в договоре, который вы непременно подпишете. Так что держите свою фанатскую любовь при себе, – его палец застывает в дюйме от моего носа, и этот нравоучительный жест вызывает во мне раздражение. Ругательства подступают к горлу, и я едва сдерживаюсь, чтобы не выпустить их на господина Кима.

Мысленно вспоминаю, что у меня есть всего пять тысяч вон и в лучшем случае неделя без документов и кредитки. Делаю глубокий вдох, выдыхаю, повторяю эту мысль ещё несколько раз, пока не раздаётся звуковой сигнал и двери лифта мягко разъезжаются в стороны, выпуская нас наружу.

Цок-цок-цок – стучат каблуки моих туфель по мраморному полу, начищенному до зеркального блеска. Стены выкрашены в скучный светло-бежевый цвет с золотистыми вкраплениями. Мебель вдоль коридора такая же светлая и безликая. Даже люстры, висящие по всей длине потолка, сделаны из тончайших хрустальных лепестков с позолотой – в лучших традициях чопорной Англии. И всюду витает этот ненавязчивый запах дороговизны. Тот самый, что обитает в бутиках вроде «Гуччи», проникает в ноздри и настраивает на покупки.

– Наша компания выкупила этот этаж, чтобы проводить здесь съёмки, – хвастливо делится менеджер Ким, видимо, чтобы заполнить навязчивую тишину.

– Здорово! – безучастно отвечаю я. – И как называется ваша компания?

– GD Entertainment! GD значит «Good Day», – ни капли не удивившись моему неведению, поясняет он.

– «Хороший день»… – тихо повторяю, отмечая про себя, что мой день едва ли можно назвать хорошим. Но быстро ободряюсь, подумав о том, что ещё не вечер – и всё ещё может наладиться.

Останавливаемся у номера 823, и менеджер объявляет, что мы пришли. Распахнув дверь, жестом приглашает меня войти.

– Только поприветствовать. Никаких объятий, – сквозь зубы напоминает он. Его губы растянуты в широкой фальшивой улыбке, словно кто-то стянул кожу на затылке.

– Менеджер Ким! – раздаётся восторженный мальчишеский голос. – Вы пришли!

С диванчика в центре комнаты вскакивает высокий худощавый парень с белоснежной кожей. На вид – не старше двадцати. Одет в широкие светлые джинсы и пёструю толстовку на молнии. На голове – шапочка лимонного цвета, из-под которой, прикрывая часть лба, выбиваются выбеленные пряди волос.

– Она – наша пара? – округлив миндалевидные глаза, бесцеремонно спрашивает он, указывая на меня пальцем. Тут же, словно по команде, над спинкой дивана появляются ещё четыре головы с такими же округлившимися от удивления глазами.

– Пара? – теперь и я в недоумении.

– Это Сара! – представляет меня менеджер, игнорируя вопросы.

– От… откуда вы знаете?.. – голос срывается на испуганный шёпот.

– Са Ра? – певуче повторяет парень в лимонной шапочке.

– Не Са Ра, а Сара! Дубина! Она же иностранка, – взрывается менеджер, орошая слюной свои коричневые туфли, а затем ехидно добавляет, поворачиваясь ко мне: – Дубина в шапочке – наш барабанщик, Он Тэ Кван.

Тэ Кван дружелюбно машет мне рукой и отвешивает лёгкий поклон головой.

– Тот, что в кожанке, – соло-гитарист Гу Ха Ра, – продолжает господин Ким.

Парень в кожанке неспешно поднимается, тряхнув аккуратно уложенными кудрями, и почтительно кланяется.

– Рад познакомиться, – вежливо произносит он, расплываясь в добродушной улыбке. Гу Ха Ра заметно старше Тэ Квана – должно быть, мой ровесник.

– А этот, – менеджер указывает на парня с огненно-красными волосами, в костюме-двойке розового цвета, – наш басист Ли Мин Джу.

Парень окидывает меня ленивым взглядом и, приложив к виску два пальца, отдаёт что-то вроде военного приветствия.

– Следующий – Ким Ын Джи – клавишник.

Узкие чёрные джинсы с рваными коленями, рубашка в бежево-коричневую клетку, прямая белая футболка и тонкое серебряное кольцо в правом ухе. Он встал в спонтанно образовавшуюся шеренгу и неловко склонил голову в знак приветствия. Я тоже кивнула в ответ и заметила, как его губы дрогнули в лёгкой улыбке.

– Меня зовут Ким Джи Хун, я солист и лидер группы H. I. M., – нетерпеливо выпаливает высокий парень в толстовке. Он буравит меня подозрительным взглядом, вынуждая сложить руки на груди в знак протеста. – Но тебе это и так известно. Ты ведь наша фанатка! – язвительно бросает он, нарочно делая акцент на слове «фанатка», и переводит тяжёлый взгляд на побледневшего менеджера. Тот рассеянно ослабляет петлю галстука и нравоучительно фыркает:

– Лидер группы, а терпения – как у трёхлетки.

В маленьких глазках менеджера блестит растерянность, и на мгновение мне становится его жалко. А вместе с жалостью приходит и чувство вины – именно оно и толкает меня на необдуманный поступок. Я решаю вытащить нас из словесной трясины, прежде чем она окончательно засосёт.

– Конечно же, я ваша фанатка! – мило улыбнувшись, заверяю ребят.

– Что-то мне не особо верится, – отмахивается Джи Хун.

– Это ещё почему? – наигранно обижаюсь.

– Если ты наша фанатка, тогда скажи, где и когда состоялся наш первый концерт, – не отстаёт короткостриженный, поднимая во мне волну неловкости и гнева.

– Эм-м-м… – растерянно хлопаю ресницами, бросая взгляд на менеджера. Мне кажется, или капелек пота на его лбу стало ещё больше?

– Как называется наш последний альбом? Сколько лет участникам? Кто тебе больше всех нравится? – выплёвывает вопросы Джи Хун.

– Милашка Тэ! – наугад выпаливаю я, надеясь, что мой ответ прозвучит убедительно.

– Смотри-ка, она и прозвище моё знает! – довольно улыбается барабанщик Тэ Кван. – Ты тоже мне нравишься, нуна[2]! – он складывает большой и указательный пальцы в форме сердечка.

Мы с менеджером медленно выдыхаем.

– Господин Ким, – обращается к менеджеру изящная молодая женщина в пиджаке и узких форменных брюках. Её короткие волосы, аккуратно убранные назад, подчёркивают идеальное маленькое личико V-образной формы с высоким лбом и широкими чёрными бровями. – Всё готово. Можем начинать, – сообщает она, нервно подёргивая бейдж на шее.

– Начинайте, госпожа Чхве! – с готовностью подхватывает менеджер. Его елейный голос журчит, как горный ручеёк, выдавая, как сильно она ему нравится.

– Тогда готовность – пять минут.

– Пять минут! Вы слышали, парни? Госпожа Чхве сказала: пять минут! – хлопая в ладоши, во всю глотку кричит господин Ким.

Группа H. I. M. во главе с лидером встречает эту новость шумным улюлюканьем, а я чуть не теряю сознание от резкой нервной встряски.

Глава 2. Договор

Меня усаживают на диван рядом с Тэ Кваном. Он принимает моё соседство с добродушной улыбкой. В его поведении и одежде чувствуется та детская непосредственность, с которой обычно прощаются к годам восемнадцати.

– Тебе удобно, Са Ра? – заботливо интересуется он.

– Да, спасибо, – отвечаю, стараясь прикрыть руками голые колени, которые меня жутко смущают. В Америке короткое платье – норма, до которой никому нет дела. Самовыражайся как душе угодно, лишь бы это не нарушало закон. В Корее же всё иначе. Мои открытые колени и юбчонка, едва прикрывающая попу, могут вызвать бурю критики. А если учесть, что рядом пятеро известных парней, эта буря рискует превратиться в цунами и не утихнет, пока я не покину страну.

– Готовность – две минуты! – выкрикивает госпожа Чхве, и я начинаю нервничать сильнее прежнего, судорожно ища позу, которая если и не спасёт меня от позора, то хотя бы сделает его не таким катастрофичным. И в эту самую секунду на мои колени ложится мягкая рубашка в бежево-коричневую клетку.

– Ын Джи… – с благодарностью выдыхаю. В моих глазах этот стеснительный парень вырастает до рыцаря в сверкающих доспехах.

– Так будет лучше, – шепчет он и, сжав руки в кулаки, вскидывает их вверх: – Удачи!

– Удачи! – повторяю его жест.

– Готовность – пять секунд! – громоподобным голосом вещает госпожа Чхве, заставляя нас вздрогнуть. – Пять, четыре, три, два, один… Начали!

– Всем привет! В эфире реалити-шоу «Вместе со звёздами», и я его ведущая Ким Е Чжин, – раздаётся мелодичный голос из соседнего кресла.

Я так переживала из-за одежды, что даже не заметила, как слева от меня оказалась миловидная телеведущая с длинными, уложенными в кудри волосами. В её ушах блестят серьги с крупными красными камнями, а на безымянном пальце левой руки красуется увесистый бриллиант. Похоже, госпожа Ким замужем.

– Давайте узнаем, как зовут счастливицу, которой выпал редкий шанс: оказаться на нашем шоу в компании знаменитостей, – предлагает она. И хотя её губы растянуты в дружелюбной улыбке, глаза мечут молнии.