Дилогия «Королевство ледяных сердец»

Глава 1

И столкнулись миры

В воздухе густо пахло табаком. Я поставила кружку безалкогольного эля на деревянный, отполированный до блеска стол.

Небольшая таверна, находившаяся недалеко от центра города, была полупуста: посетителей в такую ужасную погоду не сыщешь. В самом сердце от пола до потолка обшитого светлым деревом зала таверны стоял бар с разнообразными напитками и затейливо подвешенными стеклянными бокалами. Местный бармен то и дело поглядывал в мою сторону, игриво улыбаясь.

Ирис – много лет назад спасенный мной от хулиганов пес – тихонько лежал у меня в ногах, виляя пушистым белым хвостом.

– Что-нибудь еще? – прервала поток моих мыслей миленькая официантка с коротко остриженными розовыми волосами.

– Нет, спасибо. – Я качнула головой, готовясь вставать из-за стола.

Скрипнув дверью, в таверну вошли двое, впуская внутрь промозглый воздух Ситки. Ирис навострил уши. Один парень был высоким, с рыжими кудрявыми волосами, а вошедший следом смуглокожий мужчина был чуть ниже ростом, но зато более коренастый. Оба сразу двинулись к барной стойке. Проходя мимо моего столика, рыжеволосый парень задержал на мне заинтересованный взгляд.

Я склонила голову, позволяя длинным черным волосам ширмой закрыть мое лицо. Эти двое были мне незнакомы. В нашем маленьком городке на периферии Аляски все друг друга знали, а новички здесь – явление редкое. Рука непроизвольно метнулась к кинжалу, спрятанному за поясом темно-синих джинсов. Я всегда ношу оружие с собой – на случай, если однажды по мою душу нагрянут друиды.

Незнакомец, словно почувствовав от меня угрозу, тут же отвел взгляд и устремился к своему дружку, оживленно беседовавшему с барменом.

Судя по фотоаппарату, висевшему у коренастого на шее, они – всего лишь туристы. Я шумно выдохнула, убрав вспотевшие от напряжения пальцы с рукоятки кинжала.

Сунув небольшие чаевые в кожаный переплет чек-листа, я двинулась на выход. Ирис весело взвизгнул, предвкушая вечернюю прогулку до дома, и побежал впереди меня.

На улице капал мелкий дождь. Ботинки противно хлюпали по слякоти местных неасфальтированных дорожек. Путь от центра Ситки до нашего дома тянулся тонкой тропой вдоль густого, пахнувшего сыростью и хвоей леса.

Скоро с работы должен вернуться Артур, неплохо было бы опередить его и приготовить ужин, а то он снова начнет ворчать, что я ничего не делаю и целый день просто слоняюсь.

Наш дом располагался на самой окраине маленького, богом забытого городка, рядом не было ни соседей, ни парков – лишь непроходимая тайга Аляски. Артур специально выбрал для нас такое жилище, скрытое от лишних глаз: много лет мы с братом живем в бегах, стараясь не привлекать к себе лишнего внимания.

Ирис трусцой бежал впереди меня, периодически оглядываясь и проверяя, успеваю ли я за ним. Сгущался сумрак. Обветшалые ботинки изрядно натерли мне ноги, но другую обувь я себе позволить не могла. Нашу немногочисленную семью содержал мой старший брат. Постоянные переезды из города в город, из страны в страну опустошали наш и без того небольшой семейный бюджет, поэтому просить у брата денег на новые вещи мне было совестно.

Я глубоко вздохнула.

Если и дальше хочу оставаться в тени, не попадаясь на глаза друидам, я должна беспрекословно следовать правилу брата: «Не высовывайся, если хочешь жить». А значит, никакой работы, телефонов, долгих романтических связей и друзей, иначе люди заметят, что я не старею. Вот и приходится переезжать с места на место и менять свое окружение каждые семь лет.

С неба посыпал мелкий снежок, кружась, он ложился на остывшую землю. Мои руки начали мерзнуть. Я выдохнула в сложенные ладони, выпуская изо рта клубы пара, в отчаянной попытке согреть озябшие пальцы.

«Надо обязательно сказать Артуру, чтобы в следующий раз выбрал дом где-нибудь поближе к солнечному югу», – проходя мимо целующейся парочки, размышляла я.

До нашего неприметного, но довольно уютного домика из серого кирпича с деревянной мансардой оставалось совсем ничего, когда Ирис вдруг замер. Собачьи глаза-бусинки несколько секунд внимательно вглядывались в темноту леса, а потом пес ощетинился и злобно оскалил зубы. Он издал утробный рык, и я вздрогнула от испуга.

Я осторожно подошла к нему, прислушиваясь к окружающим звукам. Мои слух и зрение были острее, чем у обычных людей. Я старалась уловить, что так всполошило Ириса, но ничего, кроме завывания ветра и потрескивания веток в лесу, так и не услышала.

– Идем, – хриплым голосом велела я Ирису, потянув его за ошейник в сторону дома.

Но он не двинулся с места. Вдруг пес громко залаял, и лай эхом отразился между кронами деревьев.

– Пошли, там ничего нет, – не унималась я, чувствуя, как в груди растет волнение. Неожиданно Ирис сорвался с места. Вывернувшись из моей хватки, он пулей бросился в гущу непроходимой тайги. Недолго думая я устремилась вслед за псом. Ирис всегда был для меня добрым другом, и я очень любила этот пушистый метеор.

– Ирис! – громко кричала я, пробираясь сквозь чащу.

В лесу стояла непроглядная тьма. Солнце давно село, а лунный свет практически не проникал, блокированный густыми кронами деревьев. Я бежала вслепую, а точнее – на запах Ириса.

Ветви деревьев больно хлестали по лицу и рукам, царапая бледную кожу. Ноги утопали в грязи осеннего леса и перегное опавших листьев.

– Ирис, глупая ты псина, стой! – кричала я во все горло. И он остановился. Мой пес, будто и не было никакой погони, сидел посреди небольшой, окруженной со всех сторон высокими деревьями поляне.

Злая, я вылетела из леса и, не замечая ничего вокруг, подбежала к Ирису и схватила его за шкирку. Он жалобно заскулил.

– Ты сдурел? – Ирис тяжело дышал, вывалив розовый язык набок. – Останешься без ужина, – пригрозила я, отряхивая руки и лицо от грязи.

Я осмотрелась, соображая, в какой стороне остался дом, и только сейчас поняла, что на поляне достаточно светло, хотя всю округу давно поглотила вечерняя тьма. В нос ударил едкий, приторный запах, и я сморщилась.

– Магия, – еле слышно пробормотала я.

Мои слова подействовали словно спусковой крючок. Вокруг нас вспыхнул яркий свет вперемешку с оглушающим ревом. Схватив пса под мышку, благо он весил не более пяти килограммов, я бросилась за ближайшее дерево, чтобы спрятаться.

Рев нарастал и становился невыносимым, я зажала уши руками. В глаза бил ослепительный свет, превращая поляну в сияющее пространство. И все. Все закончилось так же быстро, как и началось.

Я боялась открыть глаза – а точнее, боялась того, что увижу на этой проклятой поляне. Набравшись смелости, я осторожно выглянула из своего укрытия.

В самом центре сиял проход, напоминавший горизонтальный водоворот белого света, словно его зазубренным мечом прорубили прямо в воздухе. Безмолвно ахнув, я снова спряталась за дерево.

Портал! – но это невозможно. Пятьдесят лет назад друиды запечатали практически все проходы, связывавшие мир людей и мир фейри. Их могли открывать только древние артефакты и верховные старцы, но последние поклялись защищать людей, чтобы фейри больше не дурманили и не порабощали смертных.

С поляны послышались странные, хрипящие, шипящие голоса.

Ирис приник, поджав хвост. Его маленькое тельце начало трясти от страха, а мое сердце словно упало в пятки.

Свободной рукой я выхватила кинжал из-за пояса, крепко сжав деревянную рукоять. На поляне стояло два омерзительных существа, похожих на летучих мышей-переростков с рылами вместо носов, острыми клыками и когтями.

Гибридные монстры из мира фейри – веспертио. Когда-то я читала про них в Книге Вечности, оставленной нам мамой.

Меня замутило от страха и исходившего от них зловония, напоминавшего тухлые яйца, облитые помоями. Они стояли рядом с обморочной, лежащей в их ногах, а точнее – в когтистых лапах, фигурой человека. Или не человека, полностью накрытого белым плащом со странной, вышитой серебром эмблемой снежного барса.

Разглядеть лицо или пол бедолаги мне не удавалось, веспертио закрывали обзор своими отвратительными перепончатыми крыльями.

– Давай сожрем его, – хрюкающим голосом с сильным акцентом предложил один.

Наверное, мой слух научился воспринимать речь монстров – это одна из магических особенностей существ, принадлежавших к миру фейри. Поэтому они без труда могут общаться с иноязычными смертными.

– Тебе было ясно велено – можно покалечить, даже сильно ранить, но Александру он нужен живым, – прошипел второй.

«Он».

Я внимательно вслушивалась в их разговор, стараясь даже не дышать, чтобы эти твари меня не заметили. Паника волнами растекалась по моему телу. Артур обучал меня искусству ближнего боя, и у меня неплохо получалось, но за свою жизнь я ни разу не сражалась по-настоящему. Если дело дойдет до драки, сомневаюсь, что смогу их одолеть, даже с магией, хотя…

– Тогда давай сожрем его руку или ногу, ну или хотя бы палец. У гаденыша все равно их двадцать, подумаешь, одним больше, одним меньше, – не унимался первый.

– Нет, – шипя, гаркнул на него собрат. – Он – добыча короля. – Их голоса были похожи на скрежет плохо смазанных петель старой двери.

Я лихорадочно искала выход из сложившейся ситуации с минимальными для себя потерями. У меня было не так много вариантов. Первый – остаться сидеть в импровизированном укрытии, уповая на удачу, что монстры просто исчезнут, вернувшись туда, откуда пришли, не заметив меня. Второй – броситься бежать и молить всех известных богов, чтобы звери меня не поймали.

Я тряхнула головой, направляя мысли в нужное русло. Оба варианта были до абсурда нелепы. Если хочешь жить, удача – не самый надежный соратник.

Но был еще и третий – пойти ва-банк, броситься в атаку. На моей стороне был эффект неожиданности и смертельное для фейри оружие из рябины и железа – мой кинжал. Так я смогу защитить себя и это странное тело, лежащее ничком в грязи. А вдруг это человек? Смогу ли я спокойно жить, зная, что позволила ему погибнуть от лап чудовищ?

Опустив Ириса на землю, я беззвучно, одними губами, скомандовала ему:

– Фас, – и пес, вдохновившись моей решительностью, бесстрашно кинулся на смердящих существ, отвлекая их внимание.

Завидев белый комок шерсти, несущийся к ним на всех парах, веспертио омерзительно зашипели, оскалив зубы. С их обнаженных клыков капала вязкая зеленая слюна.

В то время как Ирис играл роль живой мишени, пронырливо шныряя в ногах монстров, я обошла их с другой стороны, сделав выпад на ближайшего ко мне крылатого веспертио.

Вонзив оружие ему в плечо, я содрогнулась, когда из зияющей раны хлынула непривычная для меня черная кровь с запахом гнили. Желудок свело от разящей вони.

Когтистая лапа двинулась в мою строну, стремясь вспороть мне грудь; с трудом уклонившись от атаки, я снова подалась вперед. На этот раз мой кинжал вошел в его плоть чуть выше сердца. Веспертио завизжал, издавая клокочущие, хлюпающие звуки подступившей к горлу крови. И снова, не теряя времени даром, я нанесла удар, теперь прямиком в грудь.

Ирис отчаянно отвлекал второго монстра от нашего смертельного танца с его сородичем. Пес то кусал его за лапы, то просто водил за нос, шустро перебегая с одной стороны поляны на другую.

Выдернув кинжал из груди противника, я ударила раненого ногой. Злобно крякнув, он закатил черные как уголь глаза и упал замертво.

Не успела я отойти от первой схватки, как сзади меня схватили и больно сдавили уродливые лапищи второго веспертио; я громко завизжала. Внутри меня все оборвалось.

Собравшись с духом, я развернулась и ударила локтем в горло своему обидчику. Он закашлялся, но не выпустил меня.

С силой я нанесла новый удар затылком по его носу. В этот раз монстр разжал свои «объятия», обхватив мерзкое рыло лапами. Я смогла вырваться, но в последний момент он успел поймать меня за капюшон куртки и, дернув на себя, повалил. Удар когтистой лапы пришелся в землю, я успела откатиться и встать.

Теперь нас разделяло несколько метров. Он вряд ли подпустит меня к себе, а парировать его атаку, если он решит прыгнуть на меня, я не смогу: не хватит ловкости и сноровки.

Расслабив кандалы, сдерживающие мою магию внутри сознания, я позволила ей заструиться по венам.

Шквальный порыв ветра врезался в крылатую спину смердящего существа, подтолкнув его ко мне. От неожиданности веспертио даже не стал сопротивляться. Как только он оказался на расстоянии вытянутой руки, я, воспользовавшись моментом, вонзила свое смертельное оружие ему прямо в глаз.

– Кхто… ты… такая? – ошарашенно прохрипел он, и его взгляд остекленел. С последним вздохом веспертио осел в грязь, заливая землю чернильной кровью.

– Если бы я знала, – выдохнула я в тишину.

Глава 2

Зуб за зуб

Оглядевшись по сторонам в поисках Ириса, я обнаружила его сидящим возле тела незнакомца, скрытого плащом.

Портал исчез. Видно, его поддерживала магия веспертио. Я осторожно подошла к лежавшему в грязи телу, мое сердце пропустило удар, когда я заметила растекающуюся под ним алую лужу крови.

Загадочное существо не подавало никаких признаков жизни, я даже не могла понять, дышит ли незнакомец.

Потянувшись к нему, я откинула перепачканный кровью и грязью белый плащ. Мои глаза округлились, тело напряглось, и я громко выругалась.

– Феец, – прорычала я, отскакивая от него. Он был без сознания, лица незнакомца я не видела: его закрывали совершенно белые волосы, как снег или бумага, а кончики его ушей были заострены – отличительная особенность всех фейри.

Сделав пару глубоких вдохов, я успокоилась и присела рядом с ним на корточки. Мне необходимо было знать, жив ли он, чтобы потом совесть не мучила меня перед сном из-за того, что я бросила еще живое существо умирать в лесу.

Прощупав пульс на запястье, я облегченно выдохнула. Сердце незнакомца билось, но очень слабо, с каждым ударом оно будто замирало – феец умирал.

– Нужно перевернуть его и осмотреть рану, – обратилась я, сама не зная к кому, чтобы успокоить нервы. Тишина изрядно угнетала.

Ирис тихо проскулил, словно понимая меня. Я удивленно вскинула бровь.

– Или, может, бросить его здесь? Все равно за ним кто-нибудь придет, – продолжила я рассуждать вслух и громко фыркнула: – Да кто за ним придет? И доживет ли он до этого момента?

Злобно топнув ногой, я принялась нарезать круги рядом с умирающим блондином. Неожиданно феец тихо застонал и попытался приподняться. В панике я отскочила от него на добрый метр. Он судорожно втянул ртом воздух, должно быть, незнакомца пронзила острая боль, его руки затряслись, и он снова обмяк, рухнув на землю.

Лицо фейца больше не скрывали белоснежные волосы. У меня пересохло во рту. Надо же, как он невероятно красив! Каждая черта его мужественного, острого лица была словно высечена изо льда: бледная кожа, длинные густые ресницы, обрамляющие миндалевидные глаза, высокие скулы, квадратная челюсть, изящные губы.

Его глаза были плотно зажмурены, скрывая от меня свой цвет. Но даже с изнеможенным, испачканным кровью лицом незнакомец был прекрасен. Все фейри отличались неземной красотой, но он был неотразим, как ожившая ледяная статуя самого Аполлона.

Грудь фейца вздымалась все реже, алая кровь непрерывными струйками продолжала стекать на остывшую, покрытую листьями землю, в воздухе витал тошнотворный запах железа.

Набравшись смелости, одним резким движением я подняла край его серебристого камзола, чтобы лучше осмотреть рану.

Фейца ранили в правую часть живота, чуть ниже ребер. Ранение выглядело устрашающе и не предвещало для блондина ничего хорошего. Должно быть, его пырнули мечом: рана имела рваные края, и из нее обильно хлестала кровь. Если я сейчас же ничего не предприму, он умрет от ее потери.

«Что же мне делать?» – тревожно думала я.

Ирис тыкал мокрым носом в лоб распластавшегося на земле фейца, стараясь привести его в чувства, но тот никак не реагировал.

– Артур с нас три шкуры спустит, – качая головой, сказала я псу. Ирис в ответ лишь прижал уши.

Должно быть, я сошла с ума, раз решила притащить в свой дом фейри. Даже если смогу избежать всепоглощающего гнева своего брата и уговорить его не убивать бедолагу, как я его донесу? Незнакомец высок и атлетично сложен, а я – миниатюрная девушка.

Ирис смотрел на меня в упор своими преданными, любящими глазами, виляя пушистым хвостом, словно подбадривая.

Конечно, я уже знала ответ на терзающий меня вопрос – магия. Обхватив плечи руками, я тяжело вздохнула. Каждый раз, когда приходилось прибегать к наследию фейри, я чувствовала себя ужасно – чудовищем, которому не место среди людей.

Но сейчас выбора у меня особо не было. И пусть после того, что случилось с мамой и отцом Артура, я должна ненавидеть и бояться фейри – тяжелые воспоминания болью отозвались в сердце, заставив меня сжаться, – но все же незнакомец был еще жив и не заслуживал одинокой смерти в холодном лесу.

Погрузившись в сознание, в уголок, где крепко-накрепко удерживала магию в кандалах разума, я позволила ей вырваться наружу.

Взмахнув рукой, я снова призвала ветер. Он окутал незнакомца, создав вокруг его тела невидимый воздушный кокон, и поднял его над землей. Феец парил; ветер трепал белые волосы и раздувал плащ.

Нахмурившись, я почувствовала исходившие от него запахи крови и грязи, но неожиданно во всем этом смраде проскочил тонкий аромат морозной свежести с ноткой корицы – так пахнет теплый зимний вечер в кругу родных.

Поглубже втянув воздух в легкие, я упивалась его ароматом, который пробуждал во мне самые добрые чувства и воспоминания.

Вновь поведя рукой, я направила поток воздуха в сторону парившего над землей незнакомца, мысленно приказав ветру нести его за мной.

Я чувствовала, как магия пропитывает каждый миллиметр моего тела, как она впивается своими острыми когтями в разум, циркулируя по организму.

Сердце гулко стучало, ударяясь о ребра. После смерти матери я годами сдерживала кровь фейри, не позволяя себе даже думать о ней, а сейчас магия лилась из меня, грозясь поглотить целиком, подчинить себе.

Я владела магией воздуха и дерева – подарок от моего биологического папочки. Из-за него друиды лишили нас с Артуром семьи и шанса на нормальную жизнь.

Шагнув к лесу, я мысленно велела ему расступиться. Деревья послушно освободили мне путь от переплетенных корней, ветвей и листьев, образуя что-то наподобие тоннеля через непроходимую чащу. Ирис кинулся вперед, семеня короткими лапками, он принюхивался к земле, ведя нас домой.

– Если ты сейчас же не уберешь это остроухое отродье из нашего дома, я вспорю ему глотку железом, и с моей стороны это будет акт милосердия! – не унимаясь, орал Артур, эмоционально взмахивая руками. В это время я бегло скидывала весь ненужный хлам, включая посуду, с кухонного стола, чтобы уложить на него незнакомца.

– Артур, если мы ничего не сделаем, он умрет и без твоей помощи, – огрызнулась я.

– Ты хоть понимаешь, во что ввязалась и как рисковала, принеся его сюда? Люди могли заметить, как ты пользуешься магией. А что еще хуже – вас могли обнаружить друиды, уловив всплеск силы, исходящей от портала.

– Не волнуйся, свидетелей не было. Веспертио мертвы, блондин все это время был без сознания. – Я махнула рукой в сторону лежавшего на столе тела. – А если бы друиды обнаружили портал и напали на мой след, мы с тобой сейчас не разговаривали бы.

Подходя к нашему дому на самой границе леса, я – а точнее, магия – тихонько опустила фейца на землю. Загнав ее обратно в недра сознания, я помчалась за Артуром. К слову, он и втащил незнакомца в нашу гостиную и помог мне взгромоздить его на стол, чтобы люди случайно не наткнулись на странное существо рядом с нашим жилищем.

Артур схватился за голову и протяжно выдохнул, а я принялась осторожно расстегивать камзол незнакомца, чтобы облегчить себе доступ к его ранению.

– Агнес, друиды могут в любую секунду почуять фейри в нашем мире, и они придут сюда за ним, за тобой… – Голос Артура сорвался на крик. – Ты ведь знаешь, что их главная цель – уничтожить любые следы волшебного народа в мире смертных, включая таких, как ты, – полукровок. Я не могу тебя потерять…

– Не драматизируй, Арти, они ничего не узнают. Феец слаб, от него практически не исходит никакой магической энергии. Тем более после смерти мамы мы ни разу за двадцать лет не видели и не слышали ни об одном друиде. Может, они все вымерли или просто забыли о моем существовании, – предположила я, пожав плечами.

Артур подошел ближе к столу и, прищурившись, взглянул на колотую рану блондина. Зашипев сквозь зубы, он протянул мне полотенце, которое я тут же прижала к кровоточащей ране незнакомца, а потом прочистил горло и сказал:

– Не тешь себя надеждой, дорогая сестренка. Мы не натыкались на друидов столько лет лишь потому, что умело прячемся…

Нашу перепалку прервал еле слышимый стон фейца, он попытался приоткрыть глаза, на мгновение его веки затрепетали, но он тут же снова провалился в забвение. Кровь незнакомца быстро пропитала полотенце, кончики моих пальцев окрасились в алый, а к горлу подступил болезненный ком.

Блондин дышал настолько медленно и поверхностно, что каждый его вдох обещал стать последним.

– Артур, – взмолилась я, заглянув во взволнованные глаза брата. – Феец умирает. Прошу тебя, давай поможем ему, я не смогу жить с еще одним трупом на руках.

Артур раздраженно цокнул, развернулся и стремительно вышел из комнаты. Я проводила его недоумевающим взглядом, спустя минуту он вернулся с тазиком теплой воды, аптечкой и бинтами.

– Вот, держи, нужно промыть рану, – объявил брат стальным голосом.

Я тут же схватила бинты и принялась за работу. Чем тщательнее я обрабатывала рану от остатков одежды и грязи, тем больше убеждалась в ее серьезности и глубине. Кровь все не останавливалась; заливая стол, она стекала на пол багровыми струйками.

Громко выругавшись, я отбросила бинты и тряпки в сторону.

– Что ты делаешь?

Пропустив вопрос Артура мимо ушей, я бросилась к небольшой квадратной двери, вырезанной в светлом полу гостиной. Она вела в пахнущий сыростью и плесенью подвал, там мы с Артуром хранили мамины вещи – точнее, то, что от них осталось после нападения друидов.

Шустро сбежав по скрипучим ступенькам ветхой лестницы, перила которой были сплошь покрыты паутиной, я принялась искать на пыльных полках старый расписной сундук.

Мои глаза быстро привыкли к темноте, и вскоре я нашла то, что искала. Извлекая книгу из сундука, я контролировала каждое движение, чтобы ненароком не испортить древние пожелтевшие страницы. Зеленый переплет украшала золотая роза с шипами. Ее лепестки были богато усыпаны драгоценными камнями – знак того, что книга когда-то принадлежала знати фейри.

Вернувшись в гостиную, я в ужасе замерла и чуть не выронила Книгу Вечности из рук. Артур склонил кудрявую голову над грудью незнакомца, вслушиваясь в удары его сердца.

– Он… – начала я и замолчала.

– Феец жив… Пока, – поспешил успокоить меня брат.

– Закрой все окна и задвинь шторы, – быстро скомандовала я, слегка успокоившись.

Артур бросил задумчивый взгляд на книгу в моих руках и предупреждающе оскалился:

– Нет, Агнес, даже не думай об этом. – Брат предостерегающе погрозил указательным пальцем. – Я не позволю тебе снова использовать магию, не позволю разрушить все, к чему мы шли двадцать лет.

Я сильнее прижала мамину книгу к груди. Ирис лежал на мягком коврике возле камина. Прижав уши к голове, пес внимательно наблюдал за нами.

– Ты не видишь, насколько серьезна его рана? Бинты и теплая водичка тут не помогут, а отвезти фейца в больницу мы не можем. Как только люди поймут, что он не из нашего мира, то закроют его в клетку и станут проводить над ним опыты.

– Ты пересмотрела блокбастеров, – укоризненно покачав головой, парировал брат.

Я подошла вплотную к столу. Бледная кожа незнакомца начала отливать синевой, цвет его губ сравнялся с тоном прекрасного лица.