Химия путешествий. Превращаем эмоции и факты в идеальный маршрут
- -
- 100%
- +
Уже не так наивно, как с другими достопримечательностями, подхожу к Галатской башне. У входа растянулась очередь человек на триста. Зачем-то рассматриваю людей, будто увижу кого из утренней очереди. Лица и правда кажутся знакомыми. К этому моменту я уже вошел в «пешеходный раж», но все-таки занял место – «я за вами» – и побрел дальше.
Это исторический район, основанный еще генуэзцами. Вокруг такое смешение всего на узких улицах, что я все равно оглядываюсь на башню. В одном из старых зданий сейчас находится Музей стамбульских котов. Не уверен, что он вообще нужен, ведь весь Стамбул – музей котов под открытым небом. С тех давних пор, как на финикийских торговых судах стали заводить кошек для отлова грызунов, маленькие хищники крепко обосновались и в крупном портовом городе. Теперь для них это естественная среда обитания с давно сложившимися взаимоотношениями с жителями и туристами. Местные коты приучены ко всему. Но если бы я отвлекался на них, то ни о каких 50 километрах речи не шло бы, даже о десяти.
Незаметно ушел во дворы района Бейоглу, частью которого как раз является старая Галата. Пацаны там гоняют мяч в футболках «Галатасарая», напоминая, откуда родом эта команда. «Галата сарай» по-русски означает «Галатский дворец». Для Стамбула это культовый футбольный клуб. Вспоминаю довольно известный болельщикам факт, что перед входом в гостевой сектор стадиона «Галатасарая» раньше висела вывеска «Добро пожаловать в ад». Это из-за неистовых фанатов, способных морально задавить кого угодно. Болельщики «Галатасарая» и «Бешикташа» (команда играет в соседнем районе) официально признаны самыми шумными среди футбольных фанатов.
На Босфоре все свои, чувствуешь себя как дома
Юные игроки тоже беспощадны друг к другу. Даже я получил от них мимоходом порцию вызывающих выкриков, для меня точно непереводимых. По привычке чуть не ответил так же громко: «Хесап люфтен» (с турецкого «Счет, пожалуйста»), однако просто вытянул ладонь в кулак: московский «Локомотив»! Всем было смешно.
Дружелюбного туриста быстро распознал владелец домашнего кафе. Скучающий силуэт, составлявший с многовековой стеной единое целое, неуловимо отлип от нее: «Привьет! Капуста!» А вот сейчас было обидно: какая я тебе капуста? Но я улыбнулся и пошел дальше. Под крики маленьких футболистов у меня как раз возникла мысль пойти в сторону Бешикташа.
Вид на мечеть Ортакёй во время прогулки на теплоходе по Босфору
Не на стадион, нет – в крепость Румелихисар. Как и Едикале, это оригинальное османское место, а не перестроенное византийское. Башни и стены XV века на берегу Босфора, припорошенные густой листвой деревьев, не оставляют сомнений в древности камней. Главное достоинство открывается, правда, птицам, а не тем, кто проходит по 50 километров в день: говорят, если посмотреть на крепость сверху, то ее контуры складываются в старое начертание имени пророка Мухаммеда.
Удочки – это, пожалуй, главная ассоциация с набережными у Босфора
Вид на Босфор из крепости Румелихисар
Пора выдвигаться обратно, хоть и стала подкрадываться усталость. Но новые впечатления удивительным образом заставляют заткнуть куда подальше нытье ног. Весь путь до Галатского моста по немного извилистой набережной я проделал, наблюдая за рыбаками, за их взглядами, в которых читается понятная, безмятежная, немного тоскливая жизнь. У меня от них стало рябить – или даже «рыбить» – в глазах, а они в такой атмосфере живут каждый день. Кажется, столько удочек за час ходьбы я больше никогда не видел.
Можно идти вслепую и все равно почуять близость бухты Золотой Рог. Точнее, услышать вечерние монотонные, но, черт возьми, громкие крики в мегафон: «Босфор! Босфор!» Для меня они стали предвестниками следующего дня. Нисколько не помешали уснуть (еще бы!) и, видимо, подействовали как гипноз, потому что на следующий день я доковылял до первого теплохода и отправился на прогулку по воде. С особой гордостью глядя на путь, что проделал накануне по набережным, и с восхищением – на Девичью башню на воде, вдохновившую на творчество Ивана Айвазовского.
Возле нее я высаживаться не стал, – ходить совсем не хотелось – а на Галатскую башню накануне все же поднялся. Очередь из сотен туристов, где я зачем-то занимал очередь, к вечеру рассосалась полностью, впрочем, как и солнце. Но мне хотелось в любом случае окинуть взглядом уже темный город, который я прошел. Не весь, конечно, а лишь европейскую его часть, и то далеко не всю.
По улице Истикляль ходит ретротрамвай. В нем, как и во всем Стамбуле, даже поздно вечером масса туристов
На толпу, направлявшуюся к площади Таксим, смотрел снисходительно: куда вам? Два парня подумали, что я ищу компанию, и один из них обратился ко мне на английском:
– Привет! Пойдем с нами смотреть танец живота. Я из Ирана, мой друг из Сирии, мы никогда его не видели. Пойдем, это очень интересно!
Я показал ему на трекер шагов, он присвистнул, похлопал меня по плечу и, не прощаясь, ушел в другую сторону. Подумал, наверное: «Чокнутый».
Действие для читателей
Пройти 50 километров просить не буду, но попробуйте приехать в новый для себя городок и обойти его пешком полностью. Поделитесь впечатлениями.
Глава 3
Правда: какой самый экстремальный поступок ты совершал в путешествиях?
Место: Мурманская область
Я не чокнутый бродяга и не безбашенный авантюрист, хотя по прошлой главе так не скажешь, да? Для адреналиново-дофаминового баланса, по-моему, перчинки во впечатлениях должно быть в меру, с контролируемой остротой. А не как в Китае, когда просишь not spicy – и неподготовленные рецепторы в любом случае обалдевают.
Не все, что со стороны кажется экстремальным или звучит опасно, таковым является. Это вопрос контекста и обстоятельств. Вот смотрите: я спал в трусах на открытом воздухе без палатки и спальника, а еще плавал в Северном Ледовитом океане буквально в течение одного дня. Ни то ни другое я не планировал, так сошлись звезды и циклоны-антициклоны на самом севере Кольского полуострова. Даже больше скажу: на самом севере всей континентальной европейской России.
В тех краях самое модное нынче место – Териберка, маленький поселок на берегу Баренцева моря. О ней знает каждый более-менее активный турист. Там, всего-то в паре часов от Мурманска, можно увидеть китов и северное сияние. Я тоже видел китов, мельком и издалека. И северное сияние, но малого уровня, 2–3 балла по 10-балльной шкале интенсивности aurora borealis.
Но не это я запомнил на Кольском полуострове в первую очередь, совсем не это!
В душу запали полуострова Средний и Рыбачий, заметно севернее и куда как суровее. Два арктических «брата», соединенных перешейком, давным-давно были островами. Потом уровень земли поднялся, добавив им вместе с природным «мостом» приставку «полу-». Оказалось, природа сама себя загнала в ловушку. Китов, проплывавших много лет между островами, подводила, по мнению ученых, генетическая память: гиганты стали выбрасываться на землю. Явление не массовое, но такое бывало в истории. И ведь кто-то же впервые посмотрел на кита именно в таком неестественном положении. Ну вот сложились обстоятельства.
Мыс Немецкий – самая северная континентальная точка европейской части России
Скалы-останцы Два Брата – пожалуй, самая узнаваемая природная достопримечательность полуострова Среднего
Я тоже сначала попал в собственную ловушку, а потом оказался в неестественном положении, возвращаясь к ответу на вопрос об экстремальном поступке. Хотя планы были вполне обычные: переночевать с попутчиками в палатке рядом со скалами-останцами Два Брата, нормальное походное дело. Это сейчас на Среднем есть глэмпинги, а несколько лет назад, кроме спартанской турбазы «Большое Озерко», во всем природном парке на двух полуостровах не было ничего. И настолько мало путешественников, что с кем-либо еще пересекаешься крайне редко.
Хребет Мустатунтури между материком и полуостровом Средним – единственное место на всей территории бывшего СССР, которое немецкие войска во время Великой Отечественной войны не смогли преодолеть с первых дней до контрнаступления. Фронт держался здесь три года. До сих пор кругом прямо под ногами можно найти гильзы, колючую проволоку и фрагменты касок.
С Берега Рыжих Камней на полуострове Среднем красиво наблюдать за закатом. Особенно в полярный день, когда солнце не садится полностью
Край суровый, ветреный, с тяжелыми каменистыми дорогами, пригодными лишь для подготовленных автомобилей. Тут никто не живет, кроме нескольких сотен военных. Но в этот раз все пошло не так. Июль, неделю держится за +30, практически штиль. Жители Кольского, думаю, сразу назовут год, 2018-й, настолько это было аномальное явление для Русского Севера.
Ночью стало едва-едва прохладнее: был полярный день, и солнце никому не уступало место в авангарде небосвода. Вечное тепло свыше давало новые силы. Я проникся культом светила и стал наблюдать, чтобы поверить в его силу окончательно: 23 часа, полночь, час ночи… Садится! 2:30, 2:45… Ну же, еще чуть-чуть до горизонта. Стоп! Оранжевый диск, не медля ни одного мгновения, снова пополз ввысь, наливаясь золотистым светом. «Звезда ты наша всемогущая», – подумал я и практически сразу вырубился.
Сон был коротким и удушливым. В пекле под нейлоном, как ты его ни прячь за скалами, спать невозможно. Палатка превратилась в ловушку, которую я сам же для себя и соорудил. Вылез из нее и улегся в чем мать родила (за маленьким исключением) на мягонький ягель на Береге Рыжих Камней. В первый и единственный раз в жизни я спал практически голышом на открытом воздухе, а чего бы и нет? Любое «ой, ё-ё-ё…» на максимально возможных децибелах даст один результат: «никто не услышит». Ты здесь точно часть природы, доверься ей.
На севере полуострова Рыбачьего высятся острые прибрежные скалы, кекуры. И мыс у нас зовется Кекурским
С утра не хотелось ни подниматься, ни рассматривать снова и снова все вокруг. На уровне земли тундра прелестна, несмотря на кажущееся однообразие. В каменисто-ягельном крае яркими вспышками возникают краснокнижные чудеса, такие как родиола розовая – редчайшее растение. Только ничего не рвать! И не есть незнакомые ягоды, если не уверены. Пощады от севера не будет. На каждом шагу. При каждом обороте колеса.
На Среднем и Рыбачьем есть масса бродов, если чуть отклониться в сторону от пути на мыс Немецкий, и следует сначала убедиться, что не провалишься под крышу. Есть «дороги», которые и вовсе проявляются только с отливом, поэтому надо еще рассчитывать эти циклы гравитационного притяжения. Звучит сложно, но в премудрости вникаешь быстро, если проявлять интерес к природе, по которой путешествуешь.
Краски Севера
Тундра – это не только мох, но и редкие яркие растения вроде родиолы
На Севере удивительное небо. Его цвета и фактуру не забыть никогда
Долгое время на Среднем и Рыбачьем была только одна турбаза с удобствами на улице
Этот же интерес заставил-таки меня поставить галочку «окунуться в Северный Ледовитый океан». Строго говоря, берег Рыбачьего омывает Баренцево море, но дальше только открытая вода до самого Северного полюса, каких-то 2000 километров по прямой.
Когда я был на Рыбачьем на турбазе «Большое Озерко» первый раз, уже начиналась зима и мы собирались порыбачить на этом острове, что звучало логично. Эмчеэсники инструктировали нас перед выходом в открытое море на лодке буднично и монотонно, будто пересказывали рецепт борща.
– Температура в открытой воде +2 градуса по Цельсию…
Я съежился в начале «лекции по ОБЖ».
– Через две минуты начинают отмирать ткани…
Легкий акцент был сделан не на «отмирать», а на «ткани», и понятно почему: отмирает все, и очень быстро.
– Сужаются сосуды…
Не отмирают – уже хорошо.
– Еще через две минуты у вас откажут конечности…
Я уже и сам был готов отказаться от нашей затеи.
– При такой температуре человек живет в среднем шесть минут…
Может, с берега порыбачим?
Для любителей заброшенной эстетики на Среднем и Рыбачьем раздолье: разрушенные посты, севшие на мель корабли, бывшие военные городки
– Поэтому лодку ни в коем случае не покидать, держите сигнальные огни…
Ай, ладно, беру.
Та рыбалка закончилась успешно, и спустя несколько лет в тех же местах я осмелел. Полярный день, +30 в воздухе и целых +5 в море – по местным меркам невиданный курорт. Мне, впрочем, и этого хватило. Я попросил товарища сфотографировать меня с берега, но как только зашел в воду, даже не смог расставить все пять пальцев в приветствии – парочку из них мгновенно свело. «Через две минуты начинают отмирать…» – пронеслось в моей голове. Я выбежал обратно под плеск соленой беспощадной воды. И теперь, когда вижу на рынке или в магазине свежую рыбу, еще барахтающуюся во льду, сразу вспоминаю тот северно-ледовитый нырок. По такой воде лучше «ходить», как говорят моряки.
Баренцево море в середине XX века заселили камчатским крабом, и тот замечательно прижился
Вопрос читателям
А какой необычный поступок в путешествиях вы совершали, о чем даже не могли раньше подумать?
Глава 4
Действие: гулять по воде
Место: Волгоградская область, Карачаево-Черкесия, Карелия
В библейских сюжетах и мифологии многих народов хождение по воде символизирует особую духовную силу. Не будем разбирать Евангелие от Матфея и сталкивать религию с физикой, но это сильный образ, который можно применить и к путешествиям. Для меня выражение «гулять по воде» – про расширение рамок и привычных представлений. Совмещение несовместимых, на первый взгляд, вещей или явлений. Ходить, да по воде? Как это возможно? По воде плывут, по земле ходят, по небу летают. Но моряки неспроста говорят «ходить», а не «плавать» – пусть суеверный, а все-таки символ свободы.
Ты видишь воду на своем пути, машинально ищешь судно или что-либо еще водоплавающее, но его нет, и ты решаешься на этот шаг, не имея полной уверенности, что все будет нормально. Потому что вода скрывает дно и те самые пресловутые подводные камни. А ты идешь. Освобождаешься от ограничений и жизненных предустановок. Шире смотришь на мир и лучше понимаешь возможности, свои и природы.
Да-а-а, далеко в философию, как видите, заводили меня прогулки по воде, и не раз! Путешествия дают такие шансы регулярно. В России хватает уголков, где можно пройти по воде, иногда буквально.
Одно из таких мест – озеро Эльтон в Волгоградской области. Хочешь – пройди его целиком, не вплавь, не ныряя, а ногами! Если, конечно, хватит сил, потому что это самое большое минеральное озеро в Европе площадью 152 квадратных километра. Вокруг сплошная соль, точнее рапа – соляной раствор. Химический состав озера выглядит словно школьный учебник. Хочется, чтобы рядом шел по воде ученый, который будет пояснять по каждому пункту, что значит концентрация брома, бора, магния. А чтобы вы не сомневались в лечебно-курортных возможностях Эльтона, приведу один факт: соленость озера доходит до 500 %. Показателей выше этого значения в мире просто нет. У знаменитого Мертвого моря она в полтора раза ниже.
Золотое место. Кстати, это основная версия происхождения названия, бывшая в ходу еще у первых исследователей: от монгольского Алтын-Нор, буквально «золотое озеро». Интересно, что так же кочевые народы называли и Телецкое озеро на Алтае.
Весной в самых глубоких местах уровень воды в Эльтоне может достигать 1,5 метра и больше. Но это все равно немного, учитывая размеры озера
ФОТО РОМАНА ОВСЕЙЦЕВА
Золотоносным для России Эльтон стал ну о-о-очень давно, в переносном смысле: не золото, а поваренную соль кинулись добывать сюда после того, как Иван-Астрахань-брал-Грозный присоединил южные ханские земли. В XVIII веке этот процесс отладили, и золото полилось в казну. Заодно появились мысли о том, что ходить по воде, оказывается, полезно: библейский символизм нашел отражение в нездоровых телах – раны рабочих удивительно быстро затягивались.
Есть альтернативная версия, что озеро Эльтон получило имя в честь Джона Элтона, участника экспедиции Татищева по степям России
Строительство на берегу озера санатория было лишь вопросом времени, места хватало всем. И сегодня для лечения пациентов здесь роют ямы, как бы двояко это ни звучало. Иначе солевую ванну принять не получится – слишком мелко! В летний сезон глубина озера держится примерно на уровне 5–7 сантиметров, так что по нему действительно можно ходить пешком, это не шутка.
Я попытался, но был май, +10 градусов, поэтому холодная, пусть и целебная, водичка быстро заставила меня пока что полечиться воздухом и в одежде. Или эмоциями от вида красок, которыми Эльтон любит радовать гостей.
Цвет озера меняется, приобретая в том числе красные и золотистые оттенки вдобавок к белой соли и синей воде. Ученые выяснили, что краснеет оно из-за водорослей. Белый, синий, красный – как цвета российского флага. Дружина триколора под солнцем выступает настоящим чудотворцем для души. На закате горизонт зеркально делит разноцветный мир Эльтона на две равные части. И ладно б только оттенки синего, но их тут масса, и кажется, сейчас – ать! – ухватишь за края линию горизонта, перевернешь небо и воду местами (или встанешь на голову) – и ничего не изменится. Мир стабильно прекрасен в любом положении.
В составе солей Эльтона «солируют» хлорид натрия и хлорид калия
Минералогический состав озера и местных грязей помогает быстрее заживлять раны
На участках без воды соль напоминает поверхность Луны; с фотографий, конечно, – не то чтобы я летал к спутнику Земли, этого действия я в нашей трэвел-игре совершить пока не могу. Но на Эльтоне другая ассоциация и не лезет в голову, если смотреть под ноги. Воображение, благодаря причудливым линиям и формам на поверхности, само домысливает скафандр на теле. Хочется глубоко задышать, помахать рукой Нилу Армстронгу, пройти к американскому флагу и проверить, развевается ли он на ветру. Так, я увлекся! А ведь это, казалось бы, просто соль.
Вода в Эльтоне спокойная и вызов не бросает. Горные реки – совсем другое дело. Они не щадят никого и напоминают бешеную атаку в каком-нибудь единоборстве или боях без правил: а ну, иди сюда, давай, че, труханул? Сюда иди! Чем ближе к подножию ледников, тем сильнее сбивают с ног даже маленькие ручейки – тоже своеобразная проверка для сильных духом.
Ох, сколько бродов я преодолел на машине за время путешествий! Особенно на Кавказе. Иногда доверялся судьбе, бросаясь в воду, не зная дна. Иногда исследовал в сапогах-забродниках. Иногда отходил назад, если понимал, что река меня не пощадит и не отпустит.
В горах у бродов не всегда есть объезд. Вынужденная необходимость пересекать реки для местных становится вовсе рутиной. И ладно бы пересечь – на Севере автомобильные маршруты прокладывают порой прямо по морю. Приходится учитывать время приливов и отливов, чтобы попасть в отдаленные точки. Такой маршрут, например, проложен на карельский мыс Бесов Нос, куда ездят за древними петроглифами и северным белоночным спокойствием.
И с реками бывает движение не поперек, а прямо по руслу, как на дороге к Софийским озерам у Архыза, когда внедорожная ее часть в один момент, пусть и довольно короткий, сливается в едином порыве с рекой, и ты то ли уже плывешь, то ли еще едешь, но точно по воде.
В походах это называют забросом. Перед пешим маршрутом ты преодолеваешь на внедорожнике сложности рельефа до тех пор, пока они позволяют. В тот день штурм горных водопадов и озер начался с Софийской поляны. Она напоминает шумную зону прилета в аэропорту, только вместо таксистов с четками – джиперы со взрослыми «игрушками». При звуке двигателя на подступах к поляне вроде бы все оживляются: новый клиент. Но, видя мой автомобиль, теряют всякий интерес: я со своей «игрушкой»!
Часть дороги к Софийским водопадам надо проехать прямо по руслу реки
ФОТО ЕВГЕНИЯ МОСКАЛЕНКО
Она дала мне возможность подъехать к Софийскому ущелью через каменные спуски, подъемы, сложные перекаты и «погулять» по воде, по руслу реки Софии. В этот момент горная «хозяйка» будто сама ведет путешественника и подбадривает: «Я с тобой». И действительно, к Софийским озерам, – тут все Софийское – которые находятся на высоте 2830 метров, можно идти без питьевой воды, совсем, достаточно взять пустую бутылку. Там, еще выше – пространство полной чистоты и свободы от всего чуждого природе, без техники и цивилизации.
Тропа вьется вдоль другой реки, Ак-Айры – забавно, но и такое название на Алтае тоже есть. Как и положено настоящему дитяти гор, маленькая, но гордая кормилица сама питается ледниками. А теперь отведайте ее дара и вы. Никогда в жизни не купить в магазине ничего чище и натуральнее, чем настоящая горная вода. Не бойтесь, жажда не одолеет, хватит на всех.
Софийские озера находятся на высоте 2830 метров
Три маленьких Софийских озера похожи на три блюдца, наполненных до краев изумрудной влагой. О том, что находятся они на высоте 2830 метров, напоминает вечный снег. Хотя вот пожилой мужчина снимает с себя всю одежду и смачно погружается в Большое Софийское озеро. «Сейчас оттуда вынырнет уже морж», – смеется случайный попутчик по восхождению. Нет, вынырнул очень сильный духом человек. Я-то помню те морозные «ванны» в Северном Ледовитом океане, бр-р-р!
Мне показалось, что я снова окажусь в ледяной воде, когда приехал в Карелию зимой во время оттепели. Все слышали о такой машине, как снегоход. Из названия понятно, что она ходит по снегу. А для воды, вообще-то, есть другие средства передвижения, изобретенные человечеством. Так думал и я, глядя на Ладожское озеро в теплые зимние дни. И сидя на снегоходе, пока еще не очень уверенно, на берегу. Потому что над местами невидимым льдом сформировался очень даже видимый слой воды. К местным шхерам, скалистым берегам Ладоги, предстояло ехать по озеру на том, что для воды не предназначено. Не упускать же такую возможность снова погулять по воде! Тем более что личный горизонт я уже как следует раздвинул в путешествиях. Возможно, фразы про сильный дух и расширение границ кому-то покажутся философской болтовней в отрыве от реальности; хорошо, тогда я скажу иначе: «Не ссать!» Как вам такая философия, рожденная опытом и познанием мира?
Кристально чистую воду по дороге к Софийским озерам можно пить прямо из рек и ручьев – их буквально только что напитали ледники
Для легкого снегохода подходящая толщина льда – больше 12 сантиметров, чтобы спокойно ехать, останавливаться и обозревать природу со всех четырех сторон. При температуре –10 градусов такой слой сформируется всего за 10 суток. Однако все меняет резкое потепление после морозов, любопытное время, когда льда на озере еще достаточно, но и воды надо льдом – тоже. Страшновато! Разум и инструктор не то чтобы сильно развеивают а-если-мысли: «Сейчас пересечем залив, будет тонкий лед, держаться строго за мной, скорость не ниже 60 километров в час, а то провалитесь! Ехать прямо, резко не поворачивать!»