Городской Мямлик

Мямля, мямлик – нерасторопный и нерешительный человек. Употребляется как порицающее или бранное слово.

Толковый словарь Ефремовой.

Глава 1. Сын родился, мальчик!

Алексей с огромным букетом, даже не букетом, а скорее с охапкой цветов мчался по улице. Он весь светился от радости. Что же за радостное событие случилось и куда так торопится? Несколько минут назад Алексей узнал, что стал папой! У него – сын! У него – мальчик! И сейчас бежит в роддом к своей дорогой Леночке и сыну.

Год назад молодой и талантливый инженер-физик остался без работы – из-за серьезной аварии закрыли институт, где он работал. Алексей пошел работать дворником в городской парк. Почему талантливый физик и вдруг – дворник? Кроме дворника нет другого подходящего места для физика? Может быть, и есть, но Алексей хотел работать только физиком! А иначе для чего учился… В родном городе инженеры-физики не требовались, уехать же не мог, ведь неподалеку в деревне жили престарелые родители, и нельзя их оставить. В одной из школ обещали место учителя физики, но смогут оформить лишь в конце августа. Надо ждать… Бездельничать Алексей не хотел, не хотел и устраиваться на серьезную работу только лишь до конца лета. Да к тому же помнил поговорку: «Обещать, не значит жениться». «Возьмут учителем – отлично, не возьмут – не беда, найду работу», – так рассуждал Леша и пошел работать дворником в городской парк, который находился рядом с домом.

Алексей молод и здоров, ему несложно мести дорожки и поливать газоны. Он целый день на свежем воздухе. «У меня оплачиваемый отпуск», – шутит бывший инженер-физик, и метет дорожки, тротуары, тропинки, поливает газоны так, будто делать это будет всю жизнь. Алексею нравилось раннее утро, поэтому начинал работать чуть ли не с рассветом. В это время в парке тихо и немноголюдно, птицы поют, к тому же нежарко, и пыль, прибитая росой, не летит во все стороны. «Физик» успевал подмести дорожки до того, как в парке показывались первые люди. Это днем будут неспешно гулять мамы с малышами, и степенно прогуливаться пенсионеры, а «ранние люди» через парк почти бежали – спешили на работу или по каким-то другим срочным и важным делам.

Многих Алексей запоминал в лицо, а кого-то знал раньше, когда был инженером, поэтому всегда здоровался. Но люди кидали на дворника недоумевающий взгляд и молча пробегали мимо. Молодой человек, бывший перспективный физик, шутил с проходившими девушками, но и они не замечали и смотрели сквозь него. Тогда Алексей понял, что для этих людей он только дворник, человек-с-метлой. Дворник им не нужен, на него они и не посмотрят. Это сначала удивляло, ведь не знают, кем был раньше, не знают, какой он человек! Что же такого, если в парке с метлой? Ведь ещё вчера был инженером-физиком, очень перспективным, и девушки сами старались знакомиться. Кем будет завтра – не известно. Но девушки бегут мимо и не узнают вчерашнего физика, а сегодня человека-с-метлой. Но Алексей отнесся к этому философски, такие девушки самому не нужны. Встретит ещё свою единственную.

В парке Алексей и познакомился с Леночкой. Он обратил внимание, что на скамейке в дальнем углу парка, куда, кроме дворника, никто не заходил, сидит одинокая девушка. Лицо было печальное, глаза потухшие, иногда прикусывала верхнюю губу. Чувствовалось, что пытается понять тяжелый, мучащий ее вопрос и никак не может. «Какое-то горе случилось у этой девушки», – подумал Алексей, проходя с метлой мимо скамейки.

Увидел эту девушку и на следующий день, она все также сидела на скамейке и, казалось, со вчерашнего дня никуда не уходила. Проходя мимо девушки, он улыбнулся только губами, не раскрывая рта, и поздоровался: «Здравствуйте!» И на третий день девушка сидела на той же скамейке, но Алексею показалось, что усилилось страдание, добавилась безысходность, пожалуй, и отчаяние. Он не смог пройти мимо одинокой страдающей девушки и подошел к ней: «Здравствуйте, я могу вам чем-нибудь помочь?»

Девушка чуть приподняла голову и посмотрела сквозь Алексея невидящим взглядом, ну а тот постоял около скамейки, и не видя реакции девушки, пошел дальше. Через пару часов, закончив работать, возвращался опять мимо этой скамейки. Девушка сидела на том же самом месте. Молодой человек остановился. Он смог найти для страдающей девушки нужные слова. Поговорив с ней минут пять, Алексей увидел, что жизнь стала возвращаться в несчастную девушку.

Подошел к девушке и на следующий день. Но в этот раз задержался немного дольше. Уходя, посмотрел ей в глаза и увидел в них жизнь. Теперь стал останавливаться около девушки дважды в день. Прошло несколько дней, и однажды Алексей увидел, что незнакомка его узнала и, пожалуй, рада видеть, хотя по-прежнему сидела молча.

– Здравствуйте! Не возражаете, если я сяду? – поздоровался Алексей.

Девушка промолчала, но, как показалась Алексею, по ее лицу скользнула улыбка. Он сел на скамейку рядом с девушкой, но неожиданно подошла мастер Гузель.

– Вас взяли в парк работать, а не сидеть на скамейке с девушками! Идите и займитесь делом! – сделала она выговор.

Ответ был прост и краток – Алексей передал мастеру метлу и халат.

– Принесите, пожалуйста, мне расчет, включая сегодняшний день! Я подожду на этой скамейке.

Через пятнадцать минут пришла директор парка.

– Алексей, произошло недоразумение! Гузель вас перепутала со слесарем, ваш халат висит в раздевалке. Кстати, вот вам премия за сверхурочную работу, – директор протянула конверт с деньгами. – Жду вас завтра утром в парке.

– Спасибо, до завтра.

Впервые девушка посмотрела на своего соседа осмысленно, протянула ладошку.

– Лена.

– Алексей, – молодой человек аккуратно пожал девушке руку.

– Алексей, проводите меня, пожалуйста, до выхода из парка. Разрешите, я возьму вас под руку, а то голова кружится.

Так познакомились в парке студентка-журналист и бывший инженер-физик, а сейчас человек-с-метлой. Познакомились они летом, а осенью и поженились.

Беременность протекала легко, Леночка была счастливой и радостной, чувствовала, кончилось облако бед и наступает в жизни светлая полоса. Но Лёша был настроен пессимистично, хоть и вида не показывал. Ему казалось, что не может быть счастлив, и обязательно случится какая-нибудь беда. Все эти долгие девять месяцев, казавшиеся бесконечно длинными, он ждал неприятности. И хоть заранее было известно, что родится мальчик, и ещё до рождения назвали его Димой, в память о дедушке, но Алексею было неважно, кто родится – сын или дочка, лишь бы ребёнок и Леночка были в порядке.

Но вернёмся к молодому папе. Вчера вечером он отвёз Лену в роддом, и уже через час звонил и спрашивал, не родила ли? Перед сном позвонил ещё раз. Не родила… Позвонил рано утром и уже с волнением спрашивал врача: «Почему так долго не может родить?» Врач, привыкший к волнению «молодых пап», успокаивает: «Не волнуйтесь, с вашей Леной всё в порядке. Родит в срок. Не переживайте, пожалуйста, никаких осложнений нет, я вам сам позвоню, когда родит». Городок небольшой, рожениц мало, доктор имеет возможность сам звонить «молодым папам», тем, у кого только первый ребёнок.

Утром Лёша идёт на работу в школу, кабинет надо «оформить», и просто счастье, что были каникулы. В рассеянности, волнуясь за Леночку, половину портретов выдающихся физиков повесил кверху ногами и не заметил этого. Трудно представить, что с ним произошло, когда позвонил доктор: «Поздравляю, папочка, у вас – сын!» Алексей в это время стоял на лесенке и вешал портрет Ньютона. Услышав такую новость, едва не упал – спас великий физик! Ведь в руках был его портрет, и уронить Ньютона Алексей никак не мог, хоть тот и «изобрел» тяготение. Итак, повесив портрет, молодой папа умчался из школы в роддом, забыв запереть кабинет и не заметив, что портрет физика висел как-то наискось, лишь на одном гвоздике.

От школы до роддома минут пять на автобусе, двадцать – пешком, поэтому молодой папа пошел на автобус. На остановке был маленький рынок, там дачники продавали цветы и выращенный урожай. Купил у бабульки-дачницы цветы для своей дорогой Леночки. Какие нужны в роддом – не знал, поэтому спросил «букет цветов».

– На свидание торопишься, сынок?

– Сын у меня родился, мать! Мальчик у меня!

Бабуля собрала изящный букет, но Алексею цветов мало – собирается одарить весь женский персонал больницы.

– Мать, добавь, пожалуйста, ещё цветочков!

– Держи, папа, – и бабуля добавила.

Собрал Алексей огромный букет – в нем длинные колоски лиатрисы с розовыми, лиловыми и белыми цветками; розовые, красные, белые анемоны; белые и голубые ирисы. До автобуса оставалось около пяти минут, но молодой папа не захотел ждать. Сияющий от радости, он помчался в роддом, забыв взять сдачу.

– Сынок, деньги возьми, сдачу! – бабулька едва успела отдать деньги.

Прохожие, улыбаясь, смотрели на бегущего молодого человека, и даже оборачивались вслед. Одна девушка, в которую Алексей едва не врезался, поздравила, было видно, что у молодого человека большая радость. «Спасибо, девушка! Сын у меня родился! Мальчик!» – поблагодарил Алексей и подарил букетик анемонов.

Придя в роддом, Алексей проникся серьёзностью обстановки: тщательно вытер ноги и надел бахилы. Затем спросил бактерицидное мыло – помыть руки. Аккуратно надел халат, спросил, не надо ли надеть шапочку и стерильные перчатки. Работники роддома, привыкшие к разным посетителям, смотрели на «папу», не скрывая улыбок – такого серьёзного встречали впервые. Узнав номер палаты, Алексей побежал по коридору, на ходу раздаривая цветы всем встречным работникам. Перед дверьми, за которыми лежала Леночка, остановился, ещё раз оглядел себя: не порвались ли бахилы, не сбился ли халат – опасался нечаянно занести какие-нибудь вирусы. От охапки цветов у Алексея остался небольшой красивый букет, который держал в руке, словно знамя – это для Леночки. Алексей стоял перед дверью, не решаясь войти, и сколько бы так стоял – не известно, но проходившая мимо медсестра улыбнулась и открыла дверь: «Проходите, папа!» Войдя в палату, увидел свою Леночку. Она лежала в кровати, как показалось Лёше, немного бледная.

– Леночка, дорогая, как ты себя чувствуешь?

– Спасибо, Лёша, хорошо, не волнуйся. Мы в полном порядке.

– А во сколько принесут кормить нашего мальчика? – молодой папа очень хотел взглянуть на сына.

– Димулька будет со мной всё время, но тебе, любимый, к нашему мальчику пока нельзя. Приходи завтра, я тебе в окошко покажу. Придёшь, дорогой мой?

– Приду, моя хорошая, обязательно приду! Но как же ты здесь будешь совсем одна с Димочкой справляться?

– Не волнуйся, мне помогает медсестра. Спасибо тебе за прекрасные цветы. Иди отдыхай, а то у тебя вид уставший. Завтра я покажу тебе нашего сыночка! Иди, Лёшенька.

Лёша нежно поцеловал Леночку, вздохнул, ведь он не увидит сегодня своего мальчика, и пошёл из больницы. Но в коридоре к Алексею подошла медсестра и сказала, что покажет ему сына в окошко, пусть подождёт в саду. Молодой папа обрадовался и даже хотел расцеловать медсестру, но побоялся инфекцию занести. Прибежав в сад, встал под окном детской палаты и стал ждать. Вскоре медсестра поднесла к окну его сыночка, его Димульку. Алексей постоял, полюбовался, а когда медсестра унесла мальчика, пошёл к себе в школу, чтобы продолжить оформлять кабинет. Ведь директор школы пообещал отправить его в отпуск до начала учебного года, как только «сдаст кабинет». «Пусть это будет отпуск по уходу за ребёнком», – пошутил тот.

Состояние мамы и малыша было хорошее, поэтому папу пустили к сыну уже на третий день, а ещё через день Лену с ребёнком выписали домой. Женившись, Леша переехал к Леночке – ведь она не могла оставить маму совсем одну. У Лены хоть небольшая, но четырёхкомнатная квартира – ее папе был необходим кабинет. У малыша с первых дней была своя комната, ему отдали комнату мамы, бывшую детскую. Так, Димочка поселился в доме, где когда-то жил его дедушка – знаменитый физик Дмитрий Иванович. На доме не висела мемориальная доска, но все жители города знали этот дом.

«Я рождался не в муках, не в злобе; девять месяцев – это не лет…» (В. Высоцкий «Баллада о детстве» – прим. автора). Часто теперь вспоминал Алексей эти строчки касательно своего мальчика, своего первенца. С самого рождения Димочка был окружен любовью, он буквально купался в любви, поэтому рос добрым, отзывчивым и впечатлительным.

Глава 2. В первый класс

С раннего детства лето Дима проводил в деревне у дедушки с бабушкой, но не потому, что дома жарко и душно, нет, Городок утопал в скверах, парках и бульварах, а дом был окружён зеленью. Просто родители летом работали, а бабушке Томе справляться с ребенком было тяжело, здоровье стало слабое. «Деревенские» дедушка с бабушкой вдвоем справлялись с внуком без всяких проблем.

Но все же главная причина была в том, что мальчик очень любил деревню. Утром одеваться не надо и можно гулять в трусах, если на улице тепло. В деревне было поле, лес и речка – неглубокая, с песчаным дном. В ней мальчишки не только купались, но и рыбу ловили.

Дом окружен зеленью

На речку Дима ходил с дедушкой, а когда подрос, то стали отпускать с «большими» мальчиками – для пятилетки и школьники из «началки» кажутся большими. После купания хорошо погулять в поле, играть в салки или гонять мяч с друзьями, нарвать цветы и принести бабушке букет. В лес за грибами Димочка, пока был маленький, ходил с дедушкой, а когда подрос, стал ходить с друзьями. Все времена года были хороши для мальчика, все любил, но больше всего – лето в деревне.

Любил Димок дедушку, не меньше любил и бабушку, и бабушка любила внучонка. Пекла ему вкусные блинчики, плюшки и пирожки. Вечером, когда мальчик, нагулявшись, ложился спать, бабушка рассказывала ему удивительные истории и сказки.

Многие из Диминых друзей, городские и деревенские, уже ходили в школу. Спрашивал и он родителей, когда пойдет в школу. Но сначала отвечали «нескоро», потом «на будущий год». А вот теперь говорят, что пойдет в школу этой осенью, чему очень рад. Ведь станет школьником, значит – уже «большой»! Наступило для Димы последнее лето перед школой.

– Когда в школу пойдёшь? – спрашивает Петя, соседский мальчик.

Он уже большой, в четвертый класс перешел и даже успел в третьем классе на второй год остаться. Дошкольнику очень лестно дружить с таким большим мальчиком.

– Осенью!

– Значит, последнее лето гуляешь, – важно, тоном знающего человека, заметил Петя.

– Как – последнее? – испугано спросил малыш.

– А так! Теперь будешь летом учиться – на осень оставят и дадут на лето задание. Вот тогда и будешь летом в школу ходить, а в конце ещё и переэкзаменовка. Так что, гуляй, пока свободен, пойдёшь в школу – уже не погуляешь.

Задумался Дима. Выходит, не так и хорошо в школу идти, если летом будет учиться. Пете хорошо, живет в деревне, а ему придется все лето жить в городе. Торопится нагуляться в последнее лето: и на речку просится, и за грибами, и в поле! Везде чуть ли не сразу надо успеть. С утра бежит на речку ловить рыбу, вернулся, толком не поел, а уже просится с дедушкой в лес. Вернулся из леса, пообедал и бежит в поле с мальчишками играть. На вечерней зорьке опять надо на речку – теперь вечерняя рыбалка. И так каждый день.

– Димуль, что случилось? Почему торопишься всё сразу успеть? – спрашивает дедушка.

– Ну как же, деда! Ведь последнее лето!

– Почему же последнее?

– Ну, дед! А школа? И летом уроки, и осенью перееза… преизо… – не может мальчик «переэкзаменовка» произнести, и слово такое не знает.

– Ах, вот в чем дело! – наконец дедушка понял. – Димуль, не переживай! В школе летом каникулы, ты учиться не будешь.

– Петя говорит, что и летом учатся… – сомневается мальчик.

– Мало ли чего Петька скажет.

– Ну как же, он в школу ходит и даже в третьем классе два раза учился. Значит – знает!

– Петька твой лентяй и бездельник. Весь год на уроках бездельничал, поэтому ему дают работу на лето, а осенью – переэкзаменовка. Если на уроках не лениться, ворон не считать, то летом отдыхать будешь. Это и есть каникулы.

– Я не буду лениться и ворон считать! Деда, а в каникулы можно будет к тебе приезжать?

– Конечно, мой хороший! Я ведь всегда рад тебя видеть! – дедушка обнимает внука.

Успокоился, не так уж и страшно в школе, раз можно летом к дедушке приезжать. Каникулы… Новое слово, странное, но красивое.

Домой в город Дима вернулся рано, родители забрали за неделю до начала учебы, а обычно весь сентябрь проводил в деревне. «Тебе надо привыкнуть к дому и цивилизации, а то в деревне совсем одичал!» – объяснили мальчику родители. Попрощался с дедом и бабушкой, и уехал домой в город. Дома, оказывается, уже все друзья собрались, их тоже родители заранее привезли. Встретились, обсудили, как лето провели, повздыхали, что оно так быстро прошло.

Мама отвела своего мальчика в школу, с учительницей познакомиться. Понравилась учительница – молодая, красивая, добрая… Уже хочется скорее идти в школу, тем более родители форму купили. Не совсем, чтобы «форму» – просто новые брючки, рубашку, пиджачок и даже галстук. Бабушка Тома подарила к школе новую курточку. Сестренка Анюта нарисовала кошечку Мурку, которая живет в деревне у бабушки с дедушкой, чтобы братик в школе не скучал. А дедушка Саша с бабушкой Лисо́й подарили красивый рюкзачок. Конечно, бабушку звали не Лиса́. «Лисонька» звал ее дед, но не в честь лисы. Бабушку звали Елизавета, а в просторечье – Лисавета, а уменьшительно-ласкательное, соответственно, Лисонька. Подражая дедушке, Димочка звал бабушку Ли́са», а когда подрос, стал звать «бабушка Лиса́», но это за глаза, а так обращался «бабуля».

Но вот наступило 1 сентября. Дима проснулся рано – волнуется, хочет на линейку раньше других прийти, ведь тот, кто придет первым, будет держать табличку «1А». Сам торопится и провожающих торопит – опоздать боится. Провожать в школу пошли, кроме родителей и сестренки, баба Тома, баба Лиса́, деда Саша. До школы не спеша идти, так минут десять хватит, Димочка вышел за полчаса до начала линейки. Торопится, хочет табличку «1А» держать, а папа останавливается, фотографирует.

– Пап, ну, пойдем! – волнуется первоклассник.

– Хорошо, сейчас идем, – но задерживается и фотографирует.

К школе подходят – музыка играет. Дети идут с цветами. Праздник. Перед школой на площадке, где линейка проходить будет, Дима увидел свою учительницу, а рядом… светловолосого мальчика с табличкой «1А»! «Опоздал!» – с досадой подумал он и укоризненно посмотрел на папу. Но вдруг засомневался, может быть, мальчик класс перепутал или школу? Ведь первый класс только один, боялись, что и один не наберут – детей с каждым годом становится меньше. Учительница точно его, а мальчика этого первый раз видит. Дима знает всех ребят, кто пошел в первый класс, и кто во второй. Даже в третьем классе у него есть друзья! Этого же мальчика раньше не видел.

Около учительницы стоял и разговаривал с ней какой-то мужчина. Рядом с мальчиком стояла бабушка и мужчина в военной форме. Дима заинтересовался «военным». Черный с золотом мундир… Якоря… Кортик! Да это же моряк! Может быть – адмирал! «Раз папа – адмирал, – подумал Дима, – то могли совсем недавно приехать в город. Папа, наверное, был в дальнем плавании».

Дима поздоровался с учительницей, подарил букет. Потом подошел к мальчику, поздоровался и с ним:

– Привет, тебя как зовут?

– Максим. А тебя?

– Дмитрий. Максим, а это, – тихонько спросил Дима, кивнув в сторону «моряка», – твой папа?

– Нет, это – дядя Костя, папин друг. Он – капитан. Папа с Любовью Александровной разговаривает.

– А ты в Городок недавно приехал?

– Летом. Я до этого за городом жил.

Так и стояли рядышком Максим и Дима, о чём-то разговаривали, обсуждали какие-то свои новости. Даже, казалось, что табличку «1А» держат вдвоем. Дима, имевший много друзей и в новых не нуждающийся, чувствовал, что-то его притягивает к этому высокому, светловолосому мальчику. Подходили к Диме здороваться друзья, он машинально здоровался, часто и не замечая, с кем. Максим тоже, казалось, забыл о папе, был весь занят новым товарищем. Робкий и малообщительный, с Димой чувствовал себя легко и свободно.

Но вот началась торжественная линейка. Приветствовала учеников директор школы, затем выступал кто-то из учителей, старшеклассники, которые учились последний год. Паузы занимали аниматоры, наряженные мультяшными героями, играла веселая музыка. Чувствовался праздник, но праздник какой-то особенный, по крайней мере, так линейку воспринимал Дима. Наконец, пригласили пройти в школу первоклассников. Учительница взяла за руку Максима, остальных ребят взяли за руки одиннадцатиклассники и повели 1А класс в школу. В классе учительница рассадила ребят, причем не так, как они сначала уселись, а как ей казалось удобнее. Но Диму оставила с Максимом. Так они и сидели вместе, к обоюдному удовольствию.

К школе Дима отнёсся настороженно. Хоть дедушка и успокоил, что летом не учатся, но вдруг учительница сейчас скажет – будут учиться летом. Поделился сомнениями с Максимом.

– Нет, точно тебе говорю, летом в школе не учатся. Даже самые ленивые и те не ходят в школу. Им дают задание на лето, а осенью устраивают экзамен. Учителя ведь летом отдыхают, – ответил, улыбнувшись, Максим.

– А ты откуда знаешь? Ведь не учился ещё, – продолжал сомневаться Дима.

– Мне бабушка Маня рассказала. Она давно живет в этом городе, даже родилась в нем, и все о городе знает.

– Ну да, пожалуй, права. Раз родилась в городе, то, конечно, знает.

– Дмитрий и Максим! Будете разговаривать – рассажу! – учительница сделала мальчикам замечание.

Мальчики сразу замолчали и сели «смирно». Учительница с трудом сдержала улыбку. Ведь папа Максима предупреждал, что мальчик робкий, и склонен к одиночеству, и вдруг у него «любовь с первого взгляда» к Диме! В первом классе началась дружба Дмитрия и Максима, прошла она через все школьные годы. Пока же за одной партой сидят два первоклассника и внимательно слушают учительницу.

Любовь Александровна была молодой учительницей, только окончила институт и работала в школе первый год. Этот класс был её самым первым, поэтому работать ей было интересно, с детьми-учениками была доброй, но строгой. Дети любили свою учительницу, а Любовь Александровна любила учеников, как своих детей, тем более своих детей у неё не было. Лена, приведя Диму в школу, рассказала учительнице об особенностях своего мальчика, также сделал и Сергей, папа Максима, приведя в школу своего мальчика. Любовь Александровна, зная мальчиков «заочно», удивлялась их дружбе, очень уж они разные. Даже внешне! Смуглый, темноволосый и черноглазый Дмитрий был спокойным и усидчивым. Светловолосый и голубоглазый Максим, наоборот, был подвижен, он и на уроке с трудом сидел не вертясь.

Дима имел способности к рисованию, и родители отдали его в «кружок» ещё в первом классе. Рисовал Дима постоянно, даже на уроках, иногда забывая, что надо слушать учительницу. Максиму очень нравились рисунки друга, но, хоть и смотрел, как тот рисует, не забывал следить за уроком. «Сынок, чем бы не был занят, всегда следи, что происходит вокруг. Так ты сможешь избежать многих опасностей», – учил папа. Так Максим и делал. Смотрит, как рисует друг, однако учебник открыт на нужной странице. Дима мог увлечься рисованием и за уроком не следить, но если спрашивала учительница, и не знал, что ответить, то Максим успевал подсказать.

В первом классе Максим был робким, стеснительным, давало знать, что в город приехал лишь летом – чувствовал себя «чужим», и мальчишки стали его задирать. Хоть не был слабаком, мог за себя постоять, но почему-то в школе обидчикам дать отпор боялся.

Дима как-то спешил на урок – ходил к друзьям из третьего класса, и увидел, что Максима два мальчишки прижали к стене и что-то требуют.

– Эй, парни, оставьте Макса!

– Тебе-то что? Ступай, куда шёл!

– Я тебе пойду сейчас! Быстро оставили моего друга!

Мальчишки для приличия похорохорились, но Максима оставили, с двумя связываться уже не хотели.

Любовь Александровна, вчерашняя студентка, как-то незаметно привязалась к Максиму и Диме. Она знала, что Максим растет без мамы, и его было жалко. Дмитрий тоже выделялся из общей массы детей – добрый и мягкий. Мальчики чувствовали любовь учительницы и платили ей взаимностью.

Диме нравилось в школе. Мальчик, умный от природы, учился легко и с удовольствием. Оценка у него на уроках почти всегда «высокий уровень», правда, были проблемы с каллиграфией и «технологией». Писал без ошибок, но неровно, буквы зачастую «прыгали». С «технологией» были похожие проблемы: делал работу быстро и точно, но при этом неаккуратно, нарушал технику безопасности и на столе был беспорядок. Любовь Александровна неоднократно говорила, что рабочее место надо держать в чистоте и технику безопасности соблюдать тщательно, но – безрезультатно. Но эти проблемы были только в первом классе. Летом дедушка научил мальчика работать аккуратно и безопасно, а мама – более или менее красиво писать.