Не смей меня касаться. Книга 3

Пролог

Пальчики подрагивали и холодели, тревога перекрывала дыхание, а кожа покрылась липким холодком страха… за него – некогда до беспамятства любимого мной человека. Гад, изменщик, непробиваемо наглый и, как показал наш последний разговор, жестокосердный тип, ты только живи… Живи, черт тебя дери!

Что я делаю?! Зачем бегу сломя голову в больницу, пытаясь узнать хоть какую-то информацию о состоянии мужа моей младшей сестры? Не знаю, не могу иначе… Ведь фотографии с места происшествия, присланные бывшей коллегой по фирме «Эверест», были поистине устрашающими. Александр Иванович, Сашка, Алекс… Мы совершенно чужие… Любовь прошла (наверное, надеюсь) у меня в жизни появился бравый военный Михаил, с которым хорошо, весело, тепло, надежно… и никаких эмоциональных бурь. Все так, только ноги сами по себе принесли меня на крыльцо этого медицинского учреждения, как до этого руки обзвонили все крупные больницы, пытаясь выяснить, в которой из них находится Шувалов Александр Иванович. Мне необходимо убедиться, что с ним все хорошо. Ведь несмотря на множество причин его презирать, а то и ненавидеть, я никогда не желала ему смерти, даже в тот момент, когда вдребезги разбился иллюзорный шарик моей выдуманной идеальной любви. Живи, Сашка, пожалуйста, живи, вдыхай своими легкими воздух, собирай себя по кусочкам, восстанавливайся, оставайся прежним великолепным мужчиной, один взгляд которого поражает наповал неискушенных офисных дев.

Что я скажу в больнице? Кем представлюсь? Вдруг он меня увидит… поймет, что я тоже до сих пор среди поверженных его мужской харизмой. Только ничего не изменилось между нами, он по-прежнему человек, когда-то предавший меня, вывалявший в грязи мое чувство собственного достоинства, разбивший своим потребительским отношением к жизни и женщинам хрустальные замки о счастье в моей голове. Какое достоинство, Таня, когда человек находится между жизнью и смертью.

Пальцы дернули объемную ручку, открывая белоснежную пластиковую дверь больницы…

– Подскажите, пожалуйста, как состояние Шувалова Александра Ивановича? – подскочила я с расспросами к постовой медсестре, чуточку задыхаясь от быстрого бега и волнения.

Возле сотрудницы больницы стояла рыжеволосая девушка, после моего вопроса она подозрительно пристально на меня посмотрела, во все глаза уставилась, довольно интересное лицо осветило выражение некоего узнавания или удивления: «Так вот ты какой, цветочек аленький?» Зачем так пялиться? Мы с ней точно не знакомы, я всегда отличалась хорошей памятью на лица. От такого пристального, причем, кажется, весьма недружелюбного взгляда внутренне ощетинилась. Еще одна женщина Шувалова, которая, не справившись со своими чувствами, бросилась в больницу узнавать о состоянии его здоровья? В теле снова разлилась горечь. Гордячка во мне тут же инстинктивно подняла подбородок повыше. Впрочем, пускай еще одна, главное, чтобы Шувалов был жив-здоров, ведь в России еще столько красоток, которых он может осчастливить.

– Александр Иванович в реанимации, только что прошла операция, – ответила медсестра, – состояние тяжелое.

«Тяжелое»… руки затряслись, моя непомерная гордыня показалась совершенно неуместной, ненужной, даже преступно мелочной… Зачем она мне?! Ведь Сашка в тяжелом состоянии и все равно не сможет оценить стойкость моего характера. Уколоть Алекса не получится. Да и шипы сейчас, кажется, торчат не наружу, готовые в любой момент вонзиться в него, неверного, а нещадно впиваются внутрь моего тела. Ты только живи, Шувалов, и несмотря на все произошедшее, будь счастливым… пусть даже мне назло, живи…

– Есть какие-то подробности о его состоянии? – мой голос неожиданно слезливо задребезжал.

– Девушка, а кто вы такая? – запоздало всполошилась медсестра.

– Сестра его жены, а точнее, женщина, из-за которой Сашка и попал в эту передрягу, – несколько язвительно ответила за меня рыжеволосая девушка.

Ее замечание в цель попало, совесть уже давно противно ныла: «Ах, если бы не твои злые слова, не твоя непомерная гордыня, все могло произойти по-другому и Шувалов не находился бы сейчас при смерти в больнице. Если бы, если бы… бесконечные «если бы» клубились в голове, раня сознание невозможными счастливыми вариантами нашего будущего.

– Девушка, кто личный врач у Шувалова Александра Ивановича? – снова задала я вопрос медсестре, полностью проигнорировав выпад рыжеволосой.

– Никитенко Владимир Константинович.

– Где его можно найти?

– У него сейчас еще одна операция, а потом ищите в ординаторской.

Медсестру отвлекли вновь поступившие больные, которым она начала монотонно, со скучающим выражением на лице, объяснять процедуру прохождения анализов.

– Ты в самом деле красивая, Шувалова можно понять, – снова заговорила рыженькая, все также пристально меня разглядывая. Светло-карие глаза оценивающе прошлись по фигуре.

Гордячка во мне опять вскинула повыше подбородок.

– С кем имею честь разговаривать?

– Я его бывшая жена Милена Завгороднева.

Звучная фамилия для нашего города, кажется, ее отец – хороший приятель губернатора области и еще владелец крупного мясоперерабатывающего комбината. Мясная принцесса и строительный принц, просто идеальная парочка была. Странно даже, почему у них не сложилось?

– Зачем ты пришла? – весьма нелюбезно спросила экс-супруга Шувалова.

В самом деле, зачем? Время нашей с Сашкой любви давным-давно закончилось, как ни крути, делать мне тут совершенно нечего.

– Мы с Александром Ивановичем родственники, – напомнила я рыжеволосой.

Ох, совсем не родственные чувства привели меня в данное больничное учреждение. Сердце не хотело терять связь с другим, бьющимся с ним в такт, истыканным и кровоточащим от моих иголок.

– Послушай, Таня, кажется, так тебя зовут? Не трави ему душу… Уверена, Сашка из-за тебя здесь оказался, измочалила мужика своим благородством. Оставайся верной своим высоким идиотским принципам и, раз не умеешь прощать, отстань навсегда от Алекса… Он мне почти что брат, я желаю ему счастья.

Вот значит, как, бывшая жена Алекса в курсе нашей мелодраматичной истории. Почему-то данный факт, как и понимание правдивости ее слов, был мне неприятен. Надо отстать, забыть его, заняться сексом с красивым-здоровенным танкистом Мишкой, вышибить из своего сердца этот штырь невозможной любви. Так зачем я, черт меня дери, дрожа и задыхаясь, прибежала к Шувалову в больницу?

– Разве за братьев выходят замуж? Разве с мужьями живут в свободных отношениях? – не смогла удержаться от ответного укола.

Светло-карие глаза Милены Завгородневой зло вспыхнули.

– Таким моралисткам, как ты, этого не понять. Мы просто молодые слишком были, нам захотелось сказки, праздника на весь мир. А потом поняли, что поспешили, слишком рано поженились, не нагулялись еще… ни я, ни он.

Стало до жути любопытно, кто в этом «счастливом» браке изменил первым.

– В самом деле, такие высокие братско-семейные отношения мне сложно понять. Кроме того, кажется, Александр Иванович относится к категории тех мужчин, которые никогда не нагуляются.

– А ты большая язва, Таня Лазарева, бедный Сашка, – осуждающе покачала головой рыженькая.

Да, язвить, колоться иголками и высоко задирать свой милый носик я умею как никто другой. Одним словом, феминистка, только тронь, сразу начинаю шипеть.

– Я желаю Сашке счастья, – горячо продолжила рыженькая, – с женщиной, которая будет его действительно любить, ценить, а не носиться с собственным обиженным "Я". Он этого достоин… Ты знаешь, что все работники компании «Стройинвест» чуть ли не боготворят Шувалова, потому что его девиз – социально-ответственный бизнес? Ты знаешь, сколько хорошего он делает для работников своих заводов? И отцом он был бы замечательным…

– Уверена, очень многие женщины, восхищаясь человеческими качествами Александра Ивановича, закроют глаза на его постельную несдержанность, так что его шансы встретить достойную женщину очень высоки.

– Если, конечно, Шувалов останется жив… – вмиг погрустнела Милена Завгороднева.

– Если останется жив, – эхом произнесли мои губа, и голос опять дрогнул, от мандражирущих пальчиков по всему телу побежал холодок.

– В какой палате он лежит? – непонятно к кому обратилась я.

Хочу его видеть, хоть краешком глаза на одну малюсенькую секундочку…

– Только вот не надо проявлять эти псевдородственные чувства… Тем более, родственниками вам осталось быть всего ничего. Надеюсь, совсем скоро Сашка разведется с твоей сучкой-сестрой и вообще, как страшный сон, забудет, свое знакомство с семейством Лазаревых.

– Это было бы здравым решением с его стороны, – как можно более равнодушно произнесла я, а сердце болезненно заметалось внутри, того и гляди ребра проломит. Бедненькое… оно не хотело, чтобы его забывали. Ведь я не могу забыть…ни жар злых шуваловских поцелуев, ни смесь боли и негодования, светящуюся в красивых серых глазах во время нашей последней встречи.

– Ты никогда не любила Сашку, – продолжила обвинять бывшая жена Шувалова, – только себя, свою непомерную гордыню. Ах, как он мог мне изменить, ведь я такая идеальная. Гад такой… Ату его, ату, пинай… до смерти пинай.

– Спешу вас заверить, Милена, я никогда не выступала инициатором общения с Александром Ивановичем.

– В том-то и дело… Он за тобой, как угорь, вился, а ты его пинала. Не любишь ты Сашку, и никогда не любила…

– Любить надо… – осеклась, сделала шаг назад, а внутри меня, перекрывая дыхание, заполняя легкие жаркими песчинками, бесновалось, пузырилась эта «нелюбовь», вызывая слезы на глазах и дрожь в холодных, словно лед, пальчиках.

Мне бы только краешком глаза на него посмотреть.

Глава 1

Раздраженно мерил шагами пространство своего кабинета. Как же она могла, сучка белобрысая?! Как посмела?! Кажется, у моей «ненаглядной» (век бы не смотрел) женушки в голове совсем нет извилин, впрочем, ты несправедлив, Сашка, одна имеется, причем прямая, ставящая свои удовольствия превыше всего, от мозга и прямо в трусы. А вот хитрости да изворотливости у нее в избытке. Блин… Сегодня не сдержусь, прощай, оковы благородства, и раз она не понимает слов, задам женушке хорошую трепку, отхожу ремнем по заднице, так что Юля три дня не сможет сесть на свою миленькую пятую точку. Сука!! Ля-ля-ляшка глупая… Только нет, Сашка, далеко не глупая, в этой сказке именно ты Иванушка-дурачок, а милая Юленька который раз обвела тебя вокруг пальца. Мать твою!.. Прибью гадину!!

– Александр Иванович, – включился коммутатор с моей секретаршей, – подошел водитель вашей жены.

– Отлично, Света. Позови мне еще Андрея Анатольевича и пусть они вместе проходят в кабинет. Для всех остальных я занят.

– Конечно, Александр Иванович.

Устало потер виски, после всех треволнений сегодняшнего дня словно болезненные тиски сжимали мою голову… а еще саднила губа, укушенная Таней Лазаревой. Дотронулся пальцем до припухшей губы, по телу разлилось теплота, даже жар, поскольку мозг прострелили воспоминания нашего поцелуя… Таня Лазарева, до чего ж ты была хороша, там в малой переговорной компании моей хорошей знакомой Елены Сергеевны. Таня Лазарева… как же я тебя хочу. Дико, до хруста в пальцах, до ломоты во всех костях, до стоячего дубиной члена в штанах и красной пелены в глазах. Млять… Не понимаю, почему сестры настолько не похожи? Каким непостижимым образом в интеллигентной семье Лазаревых выросла такая девочка, как светловолосая Ля-ля-ляшка? А быть может, я правда одну из сестер идеализирую, а вторую… вторую терпеть не могу. И по какому-то несчастливому случаю женат я именно на второй. Причем эта мелкая сучка посмела наставить мне рога, подставив под угрозу здоровье нашей дочки. Ну не сука ли?! Впрочем, Юля сама себя принижает, прыгает после минутного знакомства в постель к незнакомым мужикам, будучи беременной, таскается непонятно с кем, да еще и трахается без резинки. А вот представить старшую Лазареву, занимающуюся сексом с кем-либо, кроме себя любимого, воображения не хватало. Бравому танкисту Мишке я член нафиг откручу… если узнаю, что он еб*т мою Розу. Впрочем, до этого он может оторвать мою глупую ревнивую башку. Это тебе, Сашка, не ее бывший очкастый крокодил Гена.

В кабинет вошел Юлин водитель вместе с начальником службы безопасности компании «Стройинвест». Олег выглядел настороженным, конечно, не часто его вызывают на ковер к начальству, да еще в такой весомой компании. А может, чувствует за собой грешок? Вдруг моя блондинистая красотка сука- жена именно с ним развлекалась?.. Конечно, у него молодая супруга, они только поженились, но блин, если тебя соблазняет красивая доступная девушка, не каждый мужик сможет устоять. Я вот… придурок, не сумел держать свой глупый отросток за ширинкой брюк. И теперь непонятно, когда разгребу то зловонное дерьмо, в которое превратилась моя жизнь.

– Добрый день, садитесь, – угрюмо произнес я.

Андрей Анатольевич и Олег опустились в удобные кожаные стулья напротив моего стола.

– Олег, когда я поставил тебя шофером моей жены, мы договорились, что ты внимательнейшим образом будешь следить за всеми ее передвижениями, а также за тем, с кем она общается, а еще условились, что в случаях: упрямства моей жены, посещения ею злачных мест, каких-то подозрительных личностей вокруг, вьющихся рядом парней, ты сразу же будешь докладывать мне. Так скажи, пожалуйста, какого лешего сегодня позвонила лечащий врач моей жены с новостью о том, что у Юли обнаружены заболевания, передающиеся половым путем?!

Андрей Анатольевич протяжно присвистнул…

– Ого, шеф, кажется, твоя женушка наставила тебе рогов… – констатировал начальник безопасности компании «Стройинвест».

Слава богу, в его голосе не было насмешки, иначе бы получил в репу. Видит бог, я сейчас на грани.

– Мистер очевидность… – зло прошипел я, показав Андрею кулак.

– Я-я не спал с нею… – слегка заикаясь, произнес побледневший Олег. – Я что совсем идиот?! У меня жена-красавица, да и понимаю – надо соблюдать субординацию.

Видно было, что Олег чувствовал себя не в своей тарелке, но смотрел твердо, глаза не отводил… Значит, возможно, говорит правду.

– Я не обвинял тебя. Но интересно, почему ты сразу в этой плоскости подумал. Точно не спал?! – повысил немного голос.

– Да чем угодно поклянусь, – уже почти крича, начал оправдываться шофер, – не нужна она мне… Красивая, но моя Ирка не хуже, даже постатнее будет. Я же не мальчик озабоченный, чтобы с женой шефа спать.

– Допустим, я тебе поверил, но на всякий случай тоже сдашь анализы, сегодня же.

– Шеф, может, проблема в тебе?.. – сказал молчавший до этого Андрей Анатольевич и красноречиво посмотрел вниз, туда, где деревянная поверхность стола, скрывала мои мужские причиндалы.

Опять захотелось ему вмазать. Со мной нет никаких проблем, потому что одна прекрасная черноглазая ведьма меня заколдовала, и я теперь, вместо того чтобы трахать реальных женщин, дрочу по ночам, как токсикоман, нюхая пижаму, которую когда-то надевала моя красивая Роза.

– Нет, я не мог ее заразить… Потому что, черт возьми!.. – заткнулся, мое половое воздержание и странные взаимоотношения с супругой подчиненных не касаются, пусть думают все, что взбредет в голову. – Не мог и все тут, – наконец продолжил я. – А ты, Андрей Анатольевич, если будешь умничать, завтра тоже пойдешь сдавать эти гребаные анализы.

– Давай тогда уже всех мужиков фирмы «Стройинвест» пошлем провериться. Возможно, много нового узнаем о своих сотрудниках, – не остался в долгу начальник службы безопасности.

– Андрей, мне ни капельки не смешно… Олег, – обратился я к притихшему водителю, – а теперь давай вспоминай, не видел ли ты рядом с Юлей какого-нибудь хлыща?

– В том то и дело, что никого не видел. Она только с подружкой везде ходит. Алина, кажется, ее зовут. Хотя парни, бывало, смотрели в ее сторону с интересом, возможно, даже сексуальным. Но ведь ничего удивительного, Юля – девочка смазливая. Бля… я все не мог понять, что не так? В общем, от подружки она выходила иногда какая-то странная, раскрасневшаяся, довольная что ли, немного подхихикивала непонятно чему… Сейчас, когда вы мне сказали о ЗППП, как вспышка в голове прострелила, видок у Юли был, словно ее кто-то хорошенько отымел в разных позах и ей понравилось.

Подхихикивала значит, курва! Мгновенно взбеленился:

– Какого хрена ты мне раньше ничего не говорил?!

– Да не понимал я тогда… Ну странная и странная, только сейчас догадался, что к чему.

– Не понимал он… А мне сказать о своих непонятках слабо было?! Вдруг бы я догнал, в чем дело или хотя бы насторожился… раз ты такой непонятливый. Чего молчал, придурок?!

Впрочем, орал я больше на самого себя, меня можно поздравить –заслужил статус главного олуха и рогоносца к тому же. Надо было предвидеть, что, не получив от меня интима, для снятия напряжения Ля-ля-ляшка воспользуется не пальчиками, как ей советовали, а кем-нибудь вполне реальным.

– Идиот, какай я идиот, – голос расстроенно сипел.

Схватился за волосы. Я ведь знал… участвовал в такой ситуации, когда Юлька вела себя, мягко сказать, облегченно, совершенно забывая о нормах морали. Мать твою, это ж надо быть таким простачком, думать, что ребенок ее остановит, что, будучи беременной, она не решиться на глупости, тем более, без контрацепции. Ведь видел же… догадывался – материнских чувств у нее кот наплакал.

– Сука!! – с силой стукнул кулаком по столу.

Когда-нибудь я хорошенько приложусь им по роже козла, посмевшего трахать без резинки мою беременную жену.

– Кажется, мы серьезно оплошали, босс, – сказал, уже без всякого смеха, начальник безопасности компании «Стройинвест».

– Оплошали, Андрей… не то слово – мы откровенные лохи. Один про непонятки не сказал, я, идиота кусок, не предположил, что беременная женщина может творить такое гадство, думать не своей миленькой белокурой головой, а свербящим местом. Хотя знал… какой она может быть сукой.

– Олег, – обратился Андрей Анатольевич к водителю моей прошмадовки-женушки, – за то время, что ты дожидался Юлю, в подъезд много парней заходило? Может, примелькался кто постоянный?

– Блин, если бы мне поставили задачу парней считать, я бы всех до единого пересчитал и сфотографировал на всякий случай. А так… ну идут себе люди, да идут.

– Идут да идут, – передразнил его Андрей.

– Хотя одного запомнил… два раза точно видел, на крутой «бехе» приезжал. Чернявый такой, нерусский, лет двадцати трех, не больше, шел и на пальце брелок от тачки крутил. Я еще подумал, откуда люди деньги берут на такие машины.

– Номера запомнил? –не надеясь на удачу, спросил я.

Впрочем, не факт, что этот нерусский приезжал именно в квартиру, где живет Юлина подружка, там большой многоквартирный дом.

– Не ставил перед собой такую задачу…

– Блин… Ты чего, совсем идиот?! – не выдержал начальник безопасности Андрей Анатольевич, – тебе русским языком сказали за женой присматривать… Значит, надо было иногда не только чисто шоферские обязанности выполнять, но и мозгами шевелить.

– Тройка там, кажется, была в номере, – неуверенно произнес Олег.

– Тройка нам мало чем поможет, – подытожил я, – впрочем, теперь это уже неважно, если ранее наблюдение и затем присмотр ничего не дали, значит, нужно установить прослушку. Скорее всего, этот еб*рь-самоубийца кто-то из института… или из окружения Юлиной подружки.

– Согласен, – вставил Андрей Анатольевич… – хитрая бестия твоя женушка, умеет прикидываться хорошей девочкой.

– Ну какой же я доверчивый кретин, – теперь уже не злился, стонал я, – знал ведь, что она изворотливая как… уж, настоящая лиса, – но думал, надеялся, что во время беременности Юля будет осмотрительной. Она же будущая мать в конце концов. Как только эта шлюха родит, разведусь с ней к чертям собачьим.

– Гм, не хочется тебя расстраивать, шеф, но пока ребенку не исполнится год, развестись по твоей инициативе не получится.

– Да знаю я, уже успел неоднократно изучить данную статью семейного кодекса, будь он неладен. Только мне кажется, после этой истории, если ее правильно зафиксировать, у меня не будет с Юлей проблем по вопросу развода, сама, как миленькая, отдаст ребенка. Сейчас главное, чтобы после ее гулек дочка родилась здоровой…

В комнате повисло молчание.

– Ладно…это будем выяснять с врачами. Тебе, Андрей Анатольевич, нужно подумать, как организовать прослушку…Еще собери полную информацию о подружке моей жены, пробей каждый мужской контакт в ее телефоне. Вот блин! Курва белобрысая под носом трахалась! А я идиот мягкотелый… сам разрешал ей в гости к подружке ходить… я ж типа не зверь, подумаешь, посидят пару часиков, потрещат о своем о девичьем. Надо же ей с кем-то общаться. Натрещалась сучка до ЗППП.

– Самое интересное, – заговорил Андрей Анатольевич, – ты ведь поручал мне проверять телефонные абоненты своей жены, я ответственный парень, каждую неделю отслеживал, с кем она болтает. Так вот, среди них, кроме старшего Лазарева, не было ни одного лица мужского пола, которому бы Юля более-менее постоянно звонила. Да и с отцом, по правде сказать, она разговаривала не так уж часто.

– Значит, все разговоры велись или через подружку, или в институте. Юля далеко не дурочка, как по-видимому не дурак тот, кто ее трахал.

– Проще всего установить жучка ей в сумочку или телефон. Нужна какая-то вещь, которую она постоянно с собой таскает. Можно также установить на мобильный специальную программу-шпион… Только для этого надо завладеть ее телефоном минут на десять-пятнадцать, там, правда, сложность есть одна, сообщения в социальных сетях она не перехватывает. Но поскольку, исходя из распечаток, мужикам Юля не звонила, и они ей тоже, то вряд ли программа даст нам что-нибудь стоящее.

– Устанавливаем везде, где только можно… Правда, к сумочкам моя супруга имеет слабость, их у нее с десяток… Сейчас же бери ребят и дуйте к нам в дом, пусть поставят жучки во все сумочки, которые дома находятся. Но, Андрей, надо действовать очень аккуратно, чтобы моя «милая» женушка ни в коем случае не догадалась о прослушке. Правда, еще останется сегодняшняя сумка… Я смогу прикрепить этот жучок самостоятельно?

– Его желательно закрепить за подкладку… для этого нужно время и скрупулёзность.

– Блин… боюсь, я не справлюсь, – с ожесточением завертел в руках карандаш, того и гляди поломаю. – Давай так поступим, завтра в шесть часов утра пусть твой умелец подъедет к моему дому, я попробую раздобыть ему сумку и телефон, женушка в это время спит как убитая, а домработницы еще нет. Ты, Олег, едешь сдавать анализы, потом забираешь мою «ненаглядную» супругу из института и ведешь себя как обычно. Сейчас можешь идти, и дальше, млять, постарайся быть более внимательным, смотри в оба, если что-то, кто-то покажется подозрительным, сразу же докладывай мне либо Андрею. А самое главное, никому не слова. Вообще никому.

– Конечно, Александр Иванович, я могила.

– Нда, шеф, – заговорил начальник службы безопасности, когда Юлин шофер вышел, – лопухнулись мы конкретно. Накрутил ты с этой женитьбой не пойми что.

– Накрутил, – уныло согласился я. – А вообще хватит мне соль на раны сыпать, ты бы знал, какой бедлам внутри творится, выть хочется, или кому-то по роже настучать… Так вот, если не хочешь, чтобы по фирме «Стройинвест» поползли слухи о том, что генеральный директор избил начальника службы безопасности, давай бери людей, проверенных людей, вот ключи от моего дома, пусть ребята работают. Нужно как можно быстрее узнать, что за мудак трахает мою «любимую» жену. Экономке я позвоню, скажу, чтобы домой ехала.

– Давай, шеф, держись. Любая «ж*па» когда-нибудь заканчивается, – философски произнес Андрей Анатольевич.

Боюсь, моя «ж*па» только начинается.

Начальник службы безопасности вышел, а я снова раздраженно забегал по кабинету… Млять, «милая» сука-женушка преподнесла мне большой-большой сюрприз, причем почти на три месяца раньше положенного срока. Боже, дай мне силы и выдержки не прибить сегодня эту мелкую дрянь. Нельзя, Сашка, нельзя, надо взять Юлю с поличным, чтобы она была пипец какая сговорчивая, ведь ее похождения можно представить в суде как доказательство того, что она никудышная мать. Собственно, что-то подобное я и собирался проделать, но уже после рождения ребенка. Нет, Сашка, не о том просишь… не о том думаешь. Сейчас все это не главное. Боже, прошу тебя, пусть с моей дочкой, несмотря на поведение ее непутевой мамаши, будет все в порядке. Эту маленькую, еще не рождённую девочку я не то чтобы полюбил, но щемящей жалостью к ней уже проникся. Да, Господи, пусть она родится здоровой, прошу тебя. Не уверен, что у меня найдется достаточно благородства воспитывать больного ребенка, да еще от женщины, которую я терпеть не могу. Пожалуйста, это слишком большое наказание… и я не уверен, что смогу его выдержать достойно.