Ученица Ледяного Стража. Избранница Стужи

Глава 1. Нежданный спаситель

Это второй том. Первый том здесь: https://www.litres.ru/71416972/

Я смотрела на рисунок с детской надеждой, что багровый ствол дерева исчезнет с моего запястья. Это герб Аабергов, нет сомнений. Герб рода моего куратора. Неужели все из-за вчерашнего поцелуя? Кажется, скоро шуточки над деканом с последующим отчислением покажутся мне цветочками. Чем мне аукнется вчерашняя глупость?

Пока я лихорадочно натягивала повязку, чтобы скрыть преобразившуюся метку, в голове крутились обрывки вчерашнего вечера. Я прижала руку к груди и с неменьшим ужасом осознала, что… мне понравилось. Этот поцелуй был настолько же потрясающим, насколько запретным.

Холодный и влажный собачий нос прикоснулся к моей щеке, вырывая меня из размышлений. Я резко обернулась и обнаружила, что лежу под теплым боком Свейта. На спине пса была аккуратно разложена наша одежда. Я быстро оглядела байланга, но серьезных ран на нем не обнаружила, только череду царапин на плечах. Я села, придерживая одеяло, и с облегчением погладила белую морду. Пес радостно заскулил в ответ.

В тот же миг раздался голос куратора:

– Проснулась?

Оказалось, он спал с другой стороны от Свейта и теперь поднялся на ноги. Взгляд синих глаз скользнул по моим обнаженным плечам, а я беззастенчиво разглядывала его торс. Вестейн набросил на себя рубашку, подхватил куртку на меху и сказал:

– Одевайся. В седельных сумках есть травяной настой и еда. А я пока осмотрюсь.

Спокойно так сказал, будто между нами вчера не произошло ничего необычного. Правда, привычного холода и равнодушия в его голосе тоже не было. Вышел он без лишней спешки. А я сбросила одеяла и начала приводить себя в порядок.

Одежда высохла на теплой спине Свейта. Вместо завтрака я послушно проглотила горький травяной отвар. Слабость после яда иглоспинов не прошла до конца. Я надеялась, что горькое снадобье поможет мне обрести силы. Плотно закрутив крышку фляги, я села рядом со байлангом и прислонилась к его плечу. Никаких мыслей от него я больше не слышала. Но чувствовала, что пес мне рад. Может быть, вчера мне все привиделось?

Я не удержалась и начала почесывать Свейта за ухом. А сама продолжала думать.

Мысли скакали в голове как бешеные. Метка изменилась, что это значит? И что теперь будет? Меньше всего мне хотелось как-то объясняться с куратором, на душе полный сумбур. Придется пойти в библиотеку и почитать все об этой дурацкой традиции.

Кто знает, какие сюрпризы меня еще ждут? Эйнар утверждал, что метка ничего не значит, потому что ритуала не было. Сигмунд что-то говорил о чувствах. Но теперь я не смогла бы с той же уверенностью ему ответить.

На внезапный замуж я не подписывалась! И отец меня убьет за этот поцелуй, если узнает.

Из размышлений меня вырвал тихий шорох у входа. Я повернула голову, ожидая увидеть куратора, но это оказался не он. У расщелины стоял Багрейн. На нем был черный костюм для полетов. Несколько мгновений он удивленно таращился на меня, а затем хищно улыбнулся.

Так, а этот здесь откуда? Но задать вопрос вслух я не успела. Багрейн почесал шрам на щеке и елейным голосом сказал:

– Гладишь байланга, как своего.

При этом он устремил задумчивый взгляд на повязку, под которой скрывалась метка.

Я тут же вскочила на ноги и выпалила:

– Вам показалось.

Такого наглого вранья Багрейн не ждал и немного опешил. А затем подозрительно огляделся и спросил:

– Ты одна? Где Ааберг?

– Там, – неопределенно сказала я. – А вы что здесь делаете?

Байгрейн вместо ответа двинулся ко мне. Но это внезапно не понравилось Мистивиру. От него пришла волна напряжения. А затем меч, который последнее время вел себя на удивление прилично, вылетел из ножен и попытался стукнуть куратора в лоб тяжелым набалдашником рукояти. Багрейн изумленно отпрыгнул и недоверчиво уставился на клинок. Я поймала меч и прижала к себе.

Глаза чужого куратора стали круглыми, как плошки, и он спросил:

– Откуда это у тебя?

Но ответить я не успела. От выхода донесся голос Вестейна:

– А может быть, расскажешь, что ты здесь делаешь?

Багрейн резко обернулся, а я почувствовала облегчение. Полностью одетый куратор стоял у входа, и в глазах его была угроза.

Багрейн натянуто улыбнулся:

– Спасаю вас, разумеется. Встретил твоих адептов во время облета и помчался на помощь. Все утро искал тебя…

– И забрался в такую глушь? – вскинул бровь мой куратор. – Да еще так быстро нашел нас? Этим убежищем не пользовались уже много лет. Я не был уверен, что магия в озере еще действует.

Ах, он не был уверен? То есть мы прыгали под лед на удачу?! Хотя выхода у нас все равно не было…

– На что ты намекаешь? – с деланым возмущением спросил Багрейн, скрещивая руки на груди. – Ну, решил проверить и это убежище. Ты должен быть благодарен. Горцы могут напасть снова.

– Поэтому мы возвращаемся в Академию, – кивнул Вестейн. – Анна, за мной.

Я тут же сунула меч в ножны и направилась к нему, огибая Багрейна по широкой дуге. А преподаватель бросил мне в спину:

– Как интересно… Отдал девочке древний меч своего рода, возишь на своем байланге.

Лицо Вестейна окаменело.

– Выполняю приказ ректора, – холодно сказал он. – Эта старая железка давно залежалась в семейном хранилище, пора приставить к делу. А о том, что ее не выбрал ни один из байлангов, ты знаешь не хуже меня. В отличие от тебя, я способен уговорить Свейта нести кого угодно. Завидуешь?

Моему куратору удалось задеть своего коллегу. Лицо Багрейна побелело. Он дернул рукой, словно собирался призвать оружие, но тут же расслабился и натянул маску равнодушия. Я первой протиснулась сквозь расщелину на узкий карниз. Стоило Багрейну выйти вслед за нами, как рядом приземлился еще один байланг, поменьше Свейта. Пес показал нам зубы, но Багрейн шикнул на своего питомца и забрался в седло.

После этого Вестейн начал седлать Свейта. Чужой байланг кружил рядом, и я была уверена, что его всадник за нами внимательно наблюдает. Поэтому, прежде чем сесть в седло, я повернулась к своему куратору и тихо призналась:

– Он видел, как я гладила Свейта.

Лицо куратора снова окаменело. А я поймала себя на мысли, что теперь не знаю, чего от него ждать. Очередного наказания? Как мне с ним вообще разговаривать после вчерашнего?!

Вестейн бросил взгляд на парящего над нами байланга и нехотя произнес:

– Багрейн не настолько глуп, чтобы обойти вниманием этот факт. Вероятно, теперь он будет искать подтверждение своим догадкам. И ты… – Он заглянул мне в глаза и продолжил: – Ты не должна давать ему даже повода думать, что он прав. Садись в седло, поговорим по дороге.

Я послушно вскарабкалась на спину Свейта. Куратор занял свое место, и мы взлетели. Высота меня больше не беспокоила: после вчерашней безумной гонки страх отшибло напрочь. А может, я слишком старалась держать спину прямо и делать вид, что между мной и Вестейном ничего не происходит?

Свейт довольно быстро набрал скорость и оставил другого байланга позади. Я попыталась вспомнить, как зовут пса Багрейна, но не смогла. А затем куратор обхватил меня рукой за пояс и потянул на себя. Аккуратно так, будто давал выбор. Конечно, нужно было сопротивляться. Но лететь, вжимаясь спиной в широкую мужскую грудь, было так привычно и спокойно, что я сдалась и позволила ему притянуть меня к себе. Поерзала, устраиваясь поудобнее, и прикрыла глаза. Совесть снова куда-то сбежала.

Но, оказалось, Вестейн сделал это, чтобы поговорить. Я тут же услышала над ухом его негромкий голос.

– Ты же понимаешь, что Багрейн прилетел сюда не для того, чтобы помочь?

Я кивнула:

– Думае… те, искал вас, чтобы добить?

– Вероятно. Или убедиться, что я попал в лапы горцев.

– Багрейн очень удивился, когда увидел меня.

– Потому что тебя здесь не должно было быть, – напомнил куратор. – Я собирался отпустить тебя на бал. И тогда ты бы не пострадала.

– Тогда пострадали бы все, – возразила я и шевельнула раненым плечом. – Если бы я не почуяла змеев, все могло бы закончиться хуже.

– Ничего еще не закончилось, – вздохнул Вестейн. – Я надеюсь, что Сигмунд вовремя доложил ректору, а Эйнар смог застать Йорана. Будь начеку. Не исключено, что на пути нас ждет еще одна засада.

Я кивнула и замолчала. Пейзажи, над которыми мы летели, были совсем незнакомы мне. Совесть проснулась и немного погрызла меня за то, что я продолжаю прижиматься к своему куратору. Но я вспомнила, сколько раз мы так летали до злосчастного поцелуя, и махнула рукой. Вестейн заводить разговор о том, что произошло вчера, не спешил.

Я начала прикидывать: «Не лучше ли и правда сделать вид, что ничего не помню?» В конце концов, на здоровую голову я бы ничего не натворила. Но так и не смогла принять окончательное решение.

На привал мы первый раз остановились в крохотной горной долине, возле горячего источника. Исколотое плечо понемногу давало о себе знать. Раны начали саднить. Пока я спешно жевала бутерброд, нас догнал Багрейн. Его байланг приземлился чуть в стороне от Свейта.

Широким шагом Багрейн подошел к нам и требовательно спросил:

– Что за путь ты выбрал? Нужно вернуться на маршрут патрулей, так мы скорее воссоединимся со своими!

Вестейн скользнул безразличным взглядом по его лицу и отрезал:

– Нет. Мы полетим здесь. Тебе необязательно нас сопровождать.

– Твой байланг ранен, я не могу вас оставить, – попытался вывернуться Багрейн. – Другие пути безопаснее.

Или там нас и поджидает очередная неприятность… Я сразу поняла, почему мой куратор сменил маршрут. Во избежание новых сюрпризов. Да и назвать царапины Свейта ранами можно было с большой натяжкой, так что причину Багрейн явно придумал на ходу.

Тут я заметила, что он снова внимательно изучает мое лицо и повязку. Нужно было срочно отвлечь его от размышлений. Поэтому я проглотила очередной кусок бутерброда, натянула улыбку понаивнее и задала вопрос:

– Можно погладить вашего байланга, господин Багрейн?

Он посмотрел на меня как на идиотку. Я почувствовала, что произвела нужный эффект, но все испортил Свейт. Ему мысль о том, что я буду гладить кого-то еще, категорически не понравилась. Байланг угрожающе зарычал, и Вестейн шикнул на него:

– Тише! Никто тебя больше не тронет.

В глазах Багрейна читались подозрения, но он оставил нас в покое и отошел. Судя по его кислому лицу, стараниями моего куратора мы избежали очередной порции неприятностей. Интересно, что же нас поджидало на «правильном» пути?

Несмотря на предложение Вестейна, Багрейн и не подумал оставить нас. Так и висел на хвосте у Свейта, пока очертания гор внизу не стали знакомыми. Я различила вдали Ржавый пик и вздохнула с облегчением. В этот момент Свейт начал снижаться. Тогда я заметила, что мы прилетели к месту нападения.

Тела каменных змеев все еще громоздились на карнизе. Вокруг них суетились люди и сверкала магия. Я вспомнила, что бронированная шкура ценится. А еще интерес представляли зубы. Интересно, мне разрешат вырвать пару клыков для алхимического кабинета? Вернусь к Бакке с трофеем. И для себя припрячу. В конце концов, их обнаружила я! Должна же я со своего редкого и бесценного дара иметь хоть что-то?

В тот момент, когда лапы Свейта коснулись скалы, я уже алчно поглядывала на зубастые пасти и думала, как добыть себе трофеи. Поэтому не сразу заметила, что куратор выпустил меня и теперь старательно держался подальше. А еще – нас встречали. Я разглядела высокую фигуру ректора, седую бороду декана Холмена и светлую шевелюру Йорана.

Куратор спешился первым и внимательно посмотрел на меня. Но никаких странных ощущений на этот раз не было, и я спокойно сползла со спины Свейта следом за ним. А затем за своей спиной услышала женский голос.

– Надо же, живой. И притащил с собой эту…

Я резко обернулась.

Светловолосая женщина за моей спиной по возрасту годилась мне в матери. На ней был алый костюм для полетов. А на упряжи ее байланга сверкали такие же алые камни. Так, где-то я уже это видела…

Пока я озадаченно разглядывала незнакомку, Вестейн повернулся и холодно сказал:

– Леди Скау – дочь Правящего герцога Запада. Не стоит говорить о ней в таком тоне.

– Внебрачная дочь, – с пренебрежением ответила она. – Бедный герцог Альбин. Признал девчонку с улицы, а она только семью позорит.

Подобные фразы я слышала всю свою жизнь, поэтому не стушевалась. Вместо этого смерила незнакомку оценивающим взглядом и произнесла:

– Не имею чести быть с вами знакомой.

Блондинка оскалилась в ответ:

– А жаль. Я давно хотела с тобой поговорить.

И тут я вспомнила. Утро, когда меня ждали слишком долго, и Свейт, изо всех сил машущий крыльями, чтобы уйти от стражницы в алом. Это что, мамаша Иды?! Вот так встреча. Наверное, узнавание отразилось на моем лице, потому что Вестейн негромко представил нас:

– Леди Анна Скау. Леди Магрит Эллингбоу.

Значит, передо мной та самая Мегера? Поразмыслив, я не стала сдерживаться и спросила:

– А что вы здесь делаете?

Она едва не поперхнулась от такой наглости. Вместо нее ответил мой куратор:

– Планировала устроить пляску на костях, но не вышло.

Леди Магрит тут же возмутилась:

– Да что ты себе позволяешь, мальчишка?

Но ответом ее не удостоили. Вестейн хлопнул Свейта по плечу, приказывая байлангу оставаться на месте. И направился в сторону ректора и декана, которые что-то тихо обсуждали с Йораном.

На лице последнего отразилось облегчение, стоило нам приблизиться. Остальные выглядели достаточно доброжелательно. Я сделала вывод, что эти если не из сочувствующих, то хотя бы пытаются сохранять нейтралитет.

Ректор скупо похвалил:

– Отличная работа, господин Ааберг. Кто-то из вас ранен?

– Анну зацепили снарядом с иглами, – отчитался куратор. – Но мы смогли их вытащить. Хотя обработать раны и принять нейтрализующее снадобье не помешает.

Мужчины обменялись взглядами. Декан Холмен тут же достал из поясной сумки пузырек с зеленоватой жидкостью и вручил мне. Взгляд его при этом был теплым и сочувствующим. Меня жалеют, надо же.

Пока я глотала удивительно противное снадобье, Вестейн коротко пересказал случившееся. После этого ректор с тяжелым вздохом сказал:

– Придется усилить патрули и доложить Правящей герцогине. К счастью, никто из адептов не пострадал.

Значит, мои одногруппники в порядке.

Я отдала пустой пузырек Холмену и начала с интересом оглядываться. Неподалеку я увидела пасть одного из змеев, и в ней торчали те самые клыки, которые я так надеялась добыть.

В этот момент декан сообщил:

– Мы тут нашли кое-что интересное, ты должен взглянуть.

Вестейн кивнул, а затем взглядом указал Йорану на меня. Тот прикрыл глаза, показывая, что все понял. Когда ректор, декан и мой куратор отошли в сторону, блондин остался рядом со мной. И разглядывал он меня как-то уж слишком пристально. Я даже оглядела себя с ног до головы на всякий случай.

За плечами у нас уже было совместное путешествие, поэтому я знала, что старший страж далеко не зануда, любит крепкое словцо и с удовольствием подшучивает над адептами. Даже удивительно, что у него такой друг, как Вестейн. И этими качествами Йорана я решила воспользоваться.

Пока остальные, включая Мегеру Эллингбоу, обсуждали что-то, стоя возле края скалы, я осторожно приблизилась к Йорану и тихо сказала:

– Можно я тут проверну одно дельце, пока все заняты?

Страж закатил глаза.

– Какую авантюру ты придумала на этот раз?

– Никаких авантюр, – горячо возразила я. – Добудем клыки каменного змея для магистра Бакке, он просил!

Йоран недоверчиво уставился на меня, а затем вкрадчиво осведомился:

– Что там у тебя по землеописанию? Кажется, не двойка. Ты его прогуливала в Академии Хранителей?

– Нет, спала на нем, – с досадой ответила я. – А что?

– Ничего, ничего, – усмехнулся Йоран.

Затем он покосился в сторону моего куратора, который в этот момент пикировался с Мегерой, и махнул рукой.

– Пошли, но я помогать не буду. Так, рядом постою. Люблю, знаешь ли, наблюдать, как адепты сами набивают шишки.

Я бросила на него подозрительный взгляд, но отступить и не подумала. Шевельнула плечом, которое продолжало саднить, и направилась к голове ближайшего змея. Похоже, всех тварей убил Вестейн, ударом в глаза – единственную незащищенную часть тела. Рабочие уже ободрали ценные пластины с хвостов. Но головы остались целыми. Из раскрытой пасти торчали вожделенные клыки.

Йоран остановился рядом и теперь с усмешкой смотрел на меня.

– Ну, леди, как будем добывать ваш ценный трофей?

Не знаю, чего он от меня ждал. Но я мелочиться не стала и сложила пальцы в жесте призыва оружия. Со стороны меча пришла волна возмущения, и он остался в ножнах, намекая, что не создан для отпиливания трофейных клыков.

– Ну, пожалуйста! – взмолилась я. – Очень надо! Мы такое зелье сварим, ух!

Клинок нехотя выполз из ножен и как-то лениво ударил в серую десну. В следующий миг передо мной лежали все четыре здоровенных клыка, ровно срезанные под основание. Йоран не поверил своим глазам, а я сунула трофей за пазуху.

Но на этом пришлось прерваться. Я увидела, что в мою сторону идет куратор. Ректор, декан и Мегера шагали за ним. Вестейн остановился в паре шагов от меня, скользнул взглядом по ровным срезам на месте клыков зверя, но заговорил о другом:

– Идем, Анна. Нужно кое-что проверить.

Глава 2. Возвращение в Академию

Леди Эллингбоу скривилась.

– Да что она там может почувствовать? У нее половина магии стражей, и учится без году неделя. Только глупости придумывать и может. Взял какую-то девчонку с улицы из жалости, а моей дочери отказал под предлогом, что ее не выбрал байланг.

Вестейн окатил ее ледяным взглядом.

– Я выполняю приказ ректора. К тому же у Анны больше магии, чем у вашей дочери. Пора смириться, что ваш род вырождается и ни один из ваших детей не унаследовал ваши таланты. Даже светлые волосы достались только Иде.

Лицо Мегеры побагровело и пришло в полную гармонию с цветом ее костюма. Перепалку остановил ректор. Он тихо, но уверенно произнес:

– Думаю, нам следует предоставить леди Анне возможность показать свои способности.

Вестейн молча развернулся и пошел к краю скалы. Я поплелась следом, надеясь, что торчащие у меня из-за пазухи клыки каменного змея никого не смущают.

Йоран догнал нас и шепнул:

– Не дергай ее за хвост. Тебе же это и выйдет боком.

Кажется, тише он еще и выругался. Но куратор покосился на меня и ничего не сказал. Когда мы остановились у обрыва, я обнаружила, что до нас здесь кто-то распахал скалу. И теперь в глубокой борозде проглядывали обломки какого-то чужеродного артефакта.

Я оглядела их и повернулась к своему куратору.

– Что чувствуешь? – тут же спросил он. – Здесь были змеи? Гнездились здесь?

Остальные стражи догнали нас и теперь внимательно смотрели на меня. Так, это что, открытая демонстрация моих редких способностей? Я честно прислушалась к себе и выдала:

– Думаю, нет.

– Да врет она, – скривилась Мегера.

Я не обратила на ее слова никакого внимания и спросила, ни к кому не обращаясь:

– А это что?

– Предположительно артефакт горцев для приманки тварей, – любезно пояснил Йоран. – Но у нас есть некоторые основания полагать, что это всего лишь обманка и гнездились звери в другом месте.

Леди Магрит открыла рот, чтобы возразить. Но ректор заглянул мне в глаза и сказал:

– Хорошо. Тогда скажите, где они были? Откуда змеи пришли?

Сначала я почувствовала растерянность. Но куратор в этот момент смотрел на меня так спокойно, с такой молчаливой уверенностью, что я медленно выдохнула и прикрыла глаза. А затем постаралась найти ответ на его вопрос. Интуиция потянула меня к возвышающейся неподалеку скальной стене.

Стоило мне остановиться перед ней, как голос подал Багрейн:

– Да что она может знать…

Но ректор вскинул руку, приказывая ему молчать. А я, наконец, ощутила то, чего так ждала. Очень слабое неприятное чувство, вызывающее мурашки.

– Здесь, – уверенно сказала я и ткнула пальцем в скалу.

Вестейн усмехнулся, а потемневшие взгляды Магрит Эллингбоу и Багрейна сказали мне о том, что я попала в яблочко.

После этого куратор сделал шаг вперед и коснулся скалы передо мной. Белая вспышка – и часть стены скользнула в сторону, открывая узкий проход.

Магрит Эллингбоу фыркнула:

– Девчонка врет. Не может у нее быть этого дара. Откуда? Даже у Лейфов в этом поколении нет ни одного человека, который бы унаследовал «чутье гор».

Йоран пожал плечами.

– Иногда «чутье» передается через поколение.

– Мы это проверим, – невозмутимо произнес ректор. – Я передам сведения куда положено. Думаю, теперь нам стоит возвращаться. Леди Скау нужно обработать раны и хорошенько отдохнуть. Завтра начинаются занятия.

Спорить с ним никто не решился. Проход в гору закрылся. Стражи один за другим разворачивались и уходили к байлангам. Рядом со мной остались только куратор и Йоран.

– Думаешь, в следующий раз их это остановит? – скептически спросил блондин.

– Заставит быть осторожнее, – ответил Вестейн.

Но его друг только покачал головой и направился к своему байлангу. Куратор повернулся и указал на мой воротник со словами:

– Это что?

– Клыки каменного змея для магистра Бакке, – бодро отрапортовала я. – Он просил. Очень просил!

– И как же ты их добыла? – задал следующий вопрос он. – Не каждый инструмент может их отпилить.

– А Мистивир смог, – с гордостью сказала я, будто участвовала в разделке трофея наравне с мечом.

– То есть ты использовала древний клинок рода Аабергов, которым мой легендарный предок рассекал камни, чтобы достать сырье для алхимической лаборатории?

Он сказал это таким тоном, что мне стало даже немного стыдно.

Я привычно начала канючить:

– Ну куратор Ааберг…

Это произвело неожиданный эффект. Вестейн почти не изменился в лице, но я вдруг поняла, что ему это обращение совершенно не понравилось. Испытывать его терпение и повторять свою вчерашнюю наглость я не стала. Даже скромно потупилась и постаралась напустить на себя покаянный вид.

Он вздохнул, но больше ничего не сказал. Только махнул рукой, подзывая Свейта, и мы снова отправились в путь.

В Академию мы вернулись уже ближе к полуночи. Я даже успела подремать по пути. Когда впереди показался дальний плац, освещенный каменными фонарями, мое сердце забилось чаще. Мы добрались до Академии. Появился шанс обсудить вчерашнее, но так не хотелось им пользоваться, на душе такой сумбур.

Я медленно выбралась из седла, пытаясь изобрести предлог, который позволил бы мне увильнуть от разговора. Но он не понадобился. Как только мы оказались на земле, ректор обратился к моему куратору:

– В мой кабинет, Вестейн. Нужно составить протокол и отчет для инспекции. А вы, Багрейн, проводите леди Эллингбоу в гостевую комнату.

Куратор повернулся ко мне и приказал:

– Возвращайся к себе.

Я кивнула и поспешно ретировалась. Какая удача! Теперь можно упасть в ванную и спокойно рассмотреть изменившуюся метку. Ну и заодно подумать, что с ней теперь делать. Хотя принимать решение лучше утром, на свежую голову.

С этими мыслями я дошла до крыльца своего домика, но там меня ждал сюрприз. Даже два. Хеймир небрежно облокотился на дверной косяк и скрестил руки на груди. Фонарь над дверью освещал короткие светлые волосы. На каменных перилах пристроилась Тира. Только их-то здесь и не хватало…

В следующий миг я заметила, что старшекурсники одеты в черные костюмы для полетов, а чуть в стороне светятся глаза их байлангов. Разве адептам не запрещено ходить после отбоя? Да и псы давно должны быть в загонах.

Стоило мне остановиться перед крыльцом, как Тира легко поднялась с перил и щелчком развеяла заклинание, которое позволяло ей не отморозить пятую точку. Хеймир улыбнулся и отбросил со лба белые волосы.

Навалилась усталость, вести какие-либо разговоры мне совершенно не хотелось. Поэтому я спросила прямо:

– Что вам нужно?

Хеймир немного опешил от моей нелюбезности, но улыбнулся и серьезно ответил:

– Только что вернулись из поисковой миссии. Пытались найти вас. Зоркий почувствовал Свейта на подлете, и тот передал, что ты ранена.

– Царапины, – поморщилась я. – Всего лишь ядовитые иглы.

– Иглоспины? – тут же встрепенулась Тира и начала рыться в поясной сумочке. – У меня есть специальное снадобье и мазь. Я помогу тебе.