Необыкновенная история обыкновенного времени

Танец – «Кукольный вальс»

Голос за кадром

Рассказчик: Друзья, если вы пришли посмотреть волшебную историю о мальчике и оживших куклах, то вы опоздали примерно на пять лет. А если вы любите истории о людях, путешествиях во времени, и потусторонних силах, то оставайтесь, располагайтесь и приятного просмотра. Ах, чуть не забыл. Прежде чем вас оставить мне нужно познакомить вас с героем нашего повествования. Миссия не из приятных и сейчас вы поймете почему.

Через зал к сцене в пушке идет Икабод Браун.

Рассказчик: Знакомьтесь, Икабод Браун. Это не человек, а кремень. Да, он был холоден и тверд, как кремень, и еще никому ни разу в жизни не удалось высечь из его каменного сердца хоть искру сострадания. Душевный холод заморозил изнутри старческие черты его лица. Самая лютая метель не могла быть столь жестока, как он, самый проливной дождь не был так беспощаден. Непогода ничем не могла его пронять. Ливень, град, снег могли похвалиться только одним преимуществом перед Брауном – они нередко сходили на землю в щедром изобилии, а Брауну щедрость была неведома. Ни один ребенок не решался спросить у него, который час, и ни разу в жизни ни единая душа не попросила его указать дорогу.

Рассказчик: А вы думаете, это огорчало Брауна? Да нисколько. Он совершал свой жизненный путь, сторонясь всех, и те, кто его хорошо знал, считали, что отпугивать малейшее проявление симпатии ему даже как-то сладко.

Икабод поднимается на сцену. На сцене стоит, пританцовывает женщина и играет на флейте. На экране изображения городской улицы. Пробегают молодые люди, поздравляя всех с наступающим праздником. Бросают в чашу для подаяния монет, поздравляют нищенку и пробегают дальше, нищенка благодарит их в след, и с улыбкой говорит, что у них все будет хорошо в этот светлый праздник. Группа молодых людей натыкается на Брауна. Встают в линию, пропуская героя. Браун останавливается. Смотрит на них. Буркает: «Олухи!» и проходит дальше. Молодые люди, сторонясь, проходят за кулису. Икабод проходит мимо женщины, та подходит к нему ближе. Немного преграждая ему дорогу.

Женщина: Сделайте пожертвование в такой светлый день для…

Икабод: Чем сегодняшний день так отличается от остальных? Или вы клянчите деньги только в особо светлые дни? И от чего вы так веселы? Вы попрошайка! Вы пытаетесь нажиться на благо состоятельных гражданах! Вы бездельники! И от этого веселитесь? Поправьте если я не прав.

Женщина: Господин, мы не попрошайки, мы собираем деньги для бездомных, брошенных животных.

Икабод: А, на кой черт вам это?

Женщина: Животные не могут сами о себе позаботится в городских условиях, и тем более они помогают нам проявить свои самые хорошие качества, принося радость в наши сердца.

Икабод: А, что приютов у нас нет? Или в вет. клиниках закончился «сонный раствор»? Или службы по отлову закрыли?

Женщина: Нет. Все это есть.

Икабод: Вот и отлично, ведь я грешным делом подумал, что все это вмиг упразднили.

Женщина: Но это жестоко, да и жизнь в приютах тяжела. Животные там гибнут.

Икабод: Ну и пусть! Нам они без надобности. Живности у нас и так в большом избытке.

Женщина в ужасе отпрянула от Икабода.

Икабод: Всех благ! И прошу более на моем пути не вставать!

Женщина говорит в кулису куда только, что ушел главный герой.

Женщина: И когда ты стал так жестокосерден, Икабод Браун. Ну, ничего. Ты еще вспомнишь сказанное. Помяни мое слово.

Свет на сцене мерцает. Женщина исчезает, на экране туман. Свет гаснет.

Рассказчик: Вы бы хотели, чтобы мы рассказали вам о женщине спасающей бездомных животных, или о беззаботных молодых людях. Но спешу вас огорчить, главный герой нашего рассказа Икабод Браун. И с этого момента начинается эта необыкновенная история обыкновенного времени.

Набор света. Изображение на экране «комната с камином». На сцене стоит один стул. Танец «Кошки – Мышки».

Танец – «Кошки – Мышки»

В халате входит Икабод.

Икабод: А ну брысь отсюда! Что вы тут устроили?! Дармоеды! (Кричит в кулису) Я ваших кошек под корень изведу!

Икабод подходит к стулу, садиться. Достает счетную книгу, бурчит и записывает долги своих заемщиков.

Икабод: Вот вы у меня, где все. Все должники. Все свое добро заложите, но по долгам рассчитаетесь.

Икабод зевает. Его одолевает сон. Бормочет и засыпает сидя на стуле. Свет гаснет. Икабод в луче. Нарастающая тревожная музыка. Справой стороны сцены тянется дым. Сцена подсвечивается рампой. В луче света, справа, появляется женщина с площади. Звук грома. Стробоскоп. Икабод просыпается, пугается, и прячется за стул.

Икабод: Кто ты? Что тебе нужно?!

Снимается стробоскоп. Свет меняется на мертвенно зеленый или белый. Голос Брауна дрожит и срывается. Женщина поднимает руку и пальцем указывает на Брауна.

Женщина: Спроси лучше за кем я пришла, Икабод Браун!

Икабод: За кем?

Женщина: Я здесь из-за тебя! Ты черствый кровопийца! Ты тянешь из людей все жили, в угоду своей непомерной алчности. В твоем сердце ни осталось и толики сострадания. Ты проходишь, свой мирской путь в полной мгле, и любой малейший проблеск радости заставляет тебя наброситься на него и как можно скорее уничтожить. Моя миссия возвестить тебе, что твой час пробил Икабод Браун!

Икабод: Помилуй, жуткое видение!!! Умоляю, не губи!

Женщина: Вселенной ведомо сострадание и от того у тебя остался последний шанс.

Икабод жмётся к стулу, вытягивая голову из-за спинки.

Женщина: Тебе явятся два духа. Первого ожидай завтра, как только пробьет час пополуночи.

Икабод: А не могут ли они прийти все сразу? Чтобы уж поскорее с этим покончить.

Женщина не обращает внимания на стоны Брауна.

Женщина: Ожидай второго на следующую ночь в тот же час. Может, еще свидимся, Браун. И смотри, для своего же блага запомни твердо все, что произошло с тобой сегодня.

Раздается грохот, стробоскоп, затемнение. Икабод вскрикивает и падает, прижимая голову к полу, затыкает уши. Звучит стук секундной стрелки. Раздается бой часов. Сцена наполняется слабым театральным светом. Икабод озираясь, приподымается, не отпуская руки от спинки стула.

Эпизод 2

Икабод: Померещилось? Причудилось, аль приснилось?

Браун уже явно осмелев отходит от стула, уперши руки в бока.

Икабод: Фу, какая, чу…!

Браун не успевает договорить, раздается последний удар часов. Икабод запрыгивает на стул. Затемнение. Стул высвечивается пушкой. С правой кулисы в темноте выходит фигура в белом одеянии. Высвечивается пушкой, больше чем Брауна. Звуковой акцент. Икабод дрожащим, преходящим на писк голосом говорит.

Икабод: Не показалось. Соберись. (Говорит он сам себе) Кто вы, сэр? Не тот ли вы Дух, появление которого было мне предсказано?

Лахезис: Да, это я. Я Дух прошлых лет.

Икабод: Каких прошлых? Очень давних?

Лахезис: Нет, на твоей памяти.

Икабод: Что привело тебя сюда?

Лахезис: Забота о твоем благе.

Икабод: Мне было бы благостно сейчас выспаться. В такую холодную ночь. Да и простыл я чего-то. Насморк.

Лахезис: Забота о твоем спасении, в таком случае. Берегись! (Берет Икабода за руку) Следуй за мной!

Икабод: Зачем ты ведешь меня к окну?! Я же смертный и могу упасть и разбиться!

Дух приложил руку к груди Брауна.

Лахезис: Дай мне коснуться твоей груди. Это поддержит тебя, и ты преодолеешь и не такие препятствия.

Набор белого света. Персонажи уходят за кулисы. Затемнение на экране видео полета среди облаков. Голоса персонажей.

Икабод: Ой, как высоко. Ой, как страшно! Волнительно! Превосходно!

Лахезис: Возрадуйся, ибо немногим из живущих выпадала возможность парить средь облаков, не имея крыльев.

Видео сменяется картинкой домика в зеленом поле. Набор света.

Танец – «Ирландия»

Танцевальный коллектив покидает сцену. Через покидающих сцену участников студии на сцену выходит Икабод и Дух.

Лахезис: Ты узнаешь это место?

Икабод: Да как не узнать?! Это же мой старый дом. Здесь жила моя бабушка. В раннем детстве родители много работали, и я жил с ней. Она называла меня Пирожочек. И ребят, что веселились на этой поляне, я тоже знаю. Я был самым младшим в их компании, но они всюду таскали меня с собой. А еще мы часто ходили на птичий двор. Смотреть на породистого западного петуха. Очень он был забавный.

Лахезис: Ты все замечательно запомнил, Икабод.

Лахезис берет Икабода за руку и на сцене появляются участники студии «Тиара», а герои уходят за кулисы.

Танец – «Птичий двор»

Выходят герои.

Икабод: Как нам было здорово здесь, пока…. Призрак, а у тебя есть имя?

Лахезис: Да, меня зовут Лахезис.

Икабод: Скажи, Лахезис, а не могу ли я поговорить с моей бабушкой сейчас, зайдя в этот дом?

Лахезис: Это все лишь бесплотные образы давно минувших лет, Икабод. Они даже не подозревают о нашем присутствии. Они нас не видят и не слышат.

Икабод слегка шмыгает носом и рукой стирает, что-то у глаза.

Лахезис: Что это, Икабод? Это слеза?

Браун встрепенулся, принял привычное скрюченное состояние. Буркнул.

Икабод: Просто пыль в глаз попала. Веди меня дальше, куда там надо.

Призрак одобрительно кивнул. Звуковой акцент. Затемнение. Заставка сменяется на картинку частной школы. Набор света. Икабод озирается. Встает лицом к экрану.

Икабод: Мы же у моей школы-интерната. Сюда после деревни меня отправили родители, списав на то, что у них из-за работы не хватает времени на мое воспитание. Как сейчас помню, что отец сказал: «Здесь из тебя выбьют эту мечтательную дурь!» И все же, как много хороших воспоминаний у меня с ней связано. Здесь были мои первые и самые верные друзья. Ах, как мы подшучивали над учителями. А потом вместе несли наказание. А еще балы. Мои первые балы.

Лхезис: Но один из них был особо примечателен.

Икабод: Да был. В тот день я встретил свою первую любовь.

Заставка на экране сменяется изображением бального зала. На сцену выбегает «Тиара». Герои скрываются из виду.

Танец – «Первый вальс»

На сцене появляется Икабод. За ним выходит Лхезис.

Лхезис: От чего ты так помрачнел, Икабод? Или воспоминание уже перестало быть таким приятным?

Икабод: Я мог быть счастлив вместе с ней. Если бы…

Лхезис: Если бы, что?

Икабод: Я был нерешителен в действиях. Страх. Но сейчас я изменился. Сейчас меня этим не пронять. Этой любовной чушью.

Лхезис: Одна неудача заставила твое сердце окаменеть и все благое отмести? А ведь она была готова выбрать тебя. И предназначена она была тебе, а ты ей.

Икабод: Лжец!

Лхезис: Духи не врут. Во время девичьего обряда именно на тебя указала ей судьба. Не веришь мне, поверь глазам.

Дух делает щелчок пальцев. Затемнение. На экране картинка сменяется на изображение реки.

Танец – «За тихой рекой»

Участники покидают площадку. Икабод и Дух не выходят. Говорят, из-за кулис. На сцене синяя заливка. На экране школа.

Лхезис: Ты помнишь, что было дальше?

Икабод: Да, я так побоялся, что у меня не получится ее заинтересовать по-настоящему, что оттолкнул ее. И она ушла.

Лхезис: Ты обидел ее. Повторять то, что ты сказал в тот день, я не буду. Но ты уколол ее сердце иглой с ядом своего страха. Тем самым чуть не погубив любовь и в ней. Радость надолго сменилась обидой.

Появляются участники студии «Тиара».

Танец – «Один на всех»

Студия убегает за кулисы. Из противоположной выходят дух и Икабод.

Икабод: Она сама хотела уйти. Она бы не приняла меня!

Лхезис: Ты ошибаешься. Человек сам кует свое счастье или горе. И сам решает с кем он пойдет по этой жизни. Она все еще жива. Счастлива в браке. У нее много внуков. И заботливы муж. А с чем ты остался? Ты как перст ведешь свой жизненный путь в одиночестве.

Икабод: Перестань меня мучать.

Лхезис: Это, правда, или правды свет так слепит твой взор?

Софиты над духом разгораются ярче.

Икабод: Уйди, сгинь, оставь меня!

Браун кричит на духа. Подходит вплотную. Дух касается его груди и Икабод падает в сон. ЗТМ. Картинка на экране сменяется на комнату с камином. Раздается бой часов. Сцена заполняется светом. Икабод просыпается от боя часов.

Эпизод 3

Икабод: Вот наваждение! Может причудилось все? Уснул на стуле, ударился головой. Тьфу, кошмар приснился.

Свет на сцене начинает медленно сменятся. Заливка меняется с театральной на красную, с красной на синюю, с синей на зеленую, ускоряя темп. Раздается звон множества колокольчиков. Икабод хватается за уши. Свет гаснет на секунду. Когда свет загорается. На сцене, на стуле сидит Илу. Икабод замечает его, уже не пугается, но ведет себя очень настороженно.

Илу: Ты, наверное, хочешь спросить кто я?

Икабод: Ты дух.

Илу говорит очень весело и снисходительно, как с ребенком.

Илу: Не совсем. Я Отец Время! Всеобъемлющее и неделимое. Но ты можешь меня называть просто Илу. Мой истинный облик не поместился в твое сознание, от того для тебя я буду выглядеть так.

Икабод: Я не виноват во всем этом. Да я стал холоден, да я радость позабыл, но все от того, что меня сделали таким.

Илу: И кто же? Страх твой и сделал тебя таким.

Икабод: Я не познал любви. И в том нет моей вины. Не сложилось, не то время было.

Илу встает с грозным видом, переходит на бас. Свет тускнеет, остается в пушках Икабод и Илу.

Илу: То есть время виновато?! То есть чисты твои руки? И совесть тебя не гложет. Я и дети мои бережно сохраняем каждое мгновенье человеческого века скоротечного, дабы вы успели оставить светлый след, на этой грешной земле, а вы тратите его на богатство, гордыню, и утоление своих низменных желаний! И ты смеешь говорить, смертный человече, что время виновато!

Икабод в этот момент уже скатывается на пол.

Икабод: Не гневайся, я не хотел тебя обидеть Илу, но разве не бывает так, что время и правда неподходящее, например, для любви иль радости?

Сцена наполняется светом.

Илу: О глупый Икабод.

Илу как будто раздобрил этот наивный, словно детский вопрос.

Илу: Для добра, света и радости всегда есть и место, и время, даже когда вам людям кажется, что темнее времен вы не видели. Держись за мое одеяние, и держись крепко!

Икабод подползает к Илу и хватается за полог балахона. Илу расставляет руки в медленном жесте. А потом делает резкий хлопок над головой. ЗТМ. Картинка на экране сменяется на изображение ВОВ. В момент затемнения актеры уходят за кулисы. На сцену выходит «Тиара».

Танец – «Письмо воспоминаний»

Коллектив покидает сцену. На сцену выходят Икабод и Илу.

Икабод: Что это за место?

Илу: Спроси лучше, что это за время?

Икабод: И какое это время?

Илу: Самое страшное, но вы любите его больше всего. Вы его создали. Это не мое дитя. Это время войны, Икабод.

Икабод: Я вижу, что и тут люди могли любить. Я понял, великий Илу. Только скорее унеси нас отсюда.

Икабод прижимается к духу. Илу делает хлопок над головой. Звуковой акцент «Мистический». Картинка на экране сменяется изображением Танцплощадки 40-ых годов. Икабод разжимает глаза.

Икабод: Где мы? Точнее, когда мы?

Илу: А ты быстро схватываешь! Вы люди называете это временем великой депрессии. Когда обесценилось все то, что вы считали важнее жизни. Но не все тогда пали духом. И радость творчества пересилила потерю материальных благ. Ведь депрессия прошла, а рок-н-ролл жив до сих пор.

Икабод и Илу уходят со сцены. Выходит, «Тиара».

Танец – «Рок-н-Ролл»

Коллектив уходит. Появляются Икабод и Илу. Икабод пританцовывает, пытаясь подражать предыдущему номеру.

Икабод: Ух какой танец! Но оно и понятно, людям просто нужно было отвлечься от проблем.

Илу: Хорошо, давай отправимся чуть дальше.

Илу делает хлопок. Звуковой акцент «Мистический». Картинка на экране сменяется изображение бара. Икабод открывает глаза.

Илу: Мы в темные времена разгула преступности. Во времена, когда деньги стали перевешивать людскую жизнь.

Икабод: И, что мы тут делаем.

Илу: Смотри Икабод, как даже в такое алчное, жестокое время, люди не потеряли умение радоваться жизни. Своеобразно творили даже. Узри.

Браун и Илу скрываются в кулисах, а на сцену выходят участники студии.

Танец – «Чарльзхоп»

Коллектив уходит

Илу: Мне кажется, я случайно подмешал сюда частичку другого времени. Ну да ничего, даже нагляднее получилось.

Икабод: Но это все образы уже былого или еще не случившегося. Как же мне было остаться счастливым тогда.

Илу: На том балу, воспоминание о котором так теребит твою душу, оставила свои чаяния одна милая и очень скромная девушка. Очень ты волновал ее сердечко. Ее зовут Марта. Но ты тогда повстречал другую, чем разбил юные мечты. И тут нет твоей вины.

В этот момент по сцене пробегает в слезах девушка. Икабод убегает за ней, Илу кричит ему в след и уходит за Брауном.

Илу: Икабод, это всего лишь бесплотный образ, ты разве забыл.

На сцену выходит коллектив «Тиара»

Танец – «Печальная статистика»

Танцевальный коллектив покидает сцену. Из противоположной кулисы выходят Икабод и Илу.

Икабод: Я разбил ее жизнь.

Илу: Нет, ты ошибаешься. Ты и не был ей предназначен. Юношеские раны быстро заживают, если их не теребить. Марта решила подарить свою любовь миру, и особенно тем, кто более всего нуждался в ней. Она открыла фонд помощи животным, которые не могут сами о себе позаботиться. И спасла многие тысячи пушистых жизней за одну свою.

Икабод: Да, она провела свой век в стократ более осмысленно, чем я.

Илу: Вы люди удивительный создания. Сколь противоречиво ваше естество. Война, голод, нищета.

Икабод: Да я понял, это все наше.

Илу: Но при этом ваш род имеет свойство созидать, воплощать в жизнь мириады прекрасных идей, творить, радоваться, любить. Ах, зачем я говорю, смотри.

Илу делает хлопок. Картинка на экране сменяется на изображение Венеции. Герои покидают сцену.

Танец – «Венецианский карнавал»

Финал

Танец завершается. На сцену выходит Икабод. Видно, что ему очень понравилось увиденное. Затемнение. Браун остается в пушке. Картинка на экране сменяется на видео тумана.

Голос Илу: Теперь ты понимаешь, зачем человеку дан его короткий век?

Икабод: Да, теперь я все понимаю! Я буду… (Голос Илу прерывает Брауна.)

Голос Илу: И ты должен был созидать благое, доброе, радостное. В этом было твое предназначение, а сейчас твое время подошло к концу. Дон. Дон…

Голос Илу сливается с боем часов. На сцене появляются участники ансамбля, в образах демонят. Закручивают Брауна в пластической зарисовке. Нападая на него, и утаскивают его за кулисы.

Икабод: Нет, постой! Я все понял! Я буду творить добро, и никогда не впаду в уныние! Я буду помогать людям, я не хочу уходить, так и не сделав ничего по-настоящему доброго!

Танец – «Танец демонят»

В этот момент начинается номер «Время». Вокруг Брауна начинают танцевать участники коллектива, вовлекая его в танец. Полный свет. На экране мультимедийная заставка. Во время номера Брауна переодевают в молодого юношу.

Танец – «Время»

Танец завершается. Звучит космический фон. Как будто эхом в записи раздается голос Брауна.

Икабод: Нет. Я не хочу. Зверей у нас и так в большом избытке. Илу, постой.

За это время на сцене ставят несколько стульев, на них садится юноши из коллектива. Браун садится на один из них на первый план. В конце фонограммы мы слышим голос учителя с реверсом.

Учитель: Икабод Браун, Икабод Браун, Браун!

Фонограмма прерывается, набирается свет. На сцене друг за другом сидят несколько учеников. Первым сидит молодой Браун. Перед ним стоит преподаватель. На экране изображение класса.

Учитель: Браун!

Икабод вскакивает.

Учитель: Вы первый день в нашей замечательной частной школе и уже спите на занятиях! До следующей недели подготовить двадцать страниц реферата на тему «Мифы Древней Греции и их влияние на нашу культуру». Садитесь!

Икабод садится и озирается по сторонам, смотрит в зал. Затемнение. Фон, звук городских улиц. В луче света через зал идет Старый Браун. Только он не сгорбленный, словом истинный джентльмен. Звучит голос рассказчика.

Рассказчик: Вы еще здесь! Какая приятная неожиданность. Тогда для меня будет большой честью познакомить вас мистером Брауном. Что? Вы его знаете? Конечно, ведь его знают все в городе. Он добрый друг, тароватый хозяин, и такой щедрый человек, что наш славный старый город может им только гордиться. Да и не только наш – любой добрый старый город, или городишко, или селение в любом уголке нашей доброй старой земли. Кое-кто посмеивался над добродушием Брауна, но Икабод не обращал на них внимания – смейтесь на здоровье! Он был достаточно умен и знал, что так уж устроен мир, – всегда найдутся люди, готовые подвергнуть осмеянию доброе дело. Он понимал, что те, кто смеется, – слепы, и думал: пусть себе смеются, лишь бы не плакали! На сердце у него было весело и легко, и для него этого было вполне довольно.