Шепот стали: Эпизод первый

Глава 1.

Наступила ночь. Через весь свод ярко-синего неба, пронесся тонкий луч и словно серебряная игла, проникающая в темную ткань, скрылся за горизонтом. В глубине небесной выси застыли в безмолвии аймары1, освещавшие темную гладь пустыни Геллари. Поверхность пустоши была покрыта редкой растительностью, искореженными булыжниками и иногда выглядывали шляпки светящихся в темноте, грибов.

Там, за горизонтом, нечто с грохотом упало на землю, разворошив тучку мелкой пыли. Когда она развеялась, взору ночной синевы открылось лежащее на земле существо. Неожиданный шорох в тишине, заставил открыть очи небесного скитальца. Они были бледно-зеленого цвета, с вертикальным черным зрачком, напоминавшие змеиные глаза. Перед существом, словно из тумана возник темный силуэт, который приближался к нему. Это была молодая женщина в широкополой потертой шляпе, с удивительно большими глазами, один из которых пересекала рыжеватая челка, небрежно торчащая из полей. Одета она была просто, как и полагалось человеку, путешествующему по этим местам: коричневая куртка с блестящими медными пуговицами и заплатками на рукавах, кожаные штаны и темные сапоги, не доходившие до колен. С поясного ремня, свисали почти до земли, ножны, обрамленные ветвистыми узорами. В этой мрачной пустыне она выглядела как вестник смерти, но красивой смерти…

– Что же здесь происходит и где я нахожусь? – задало мысленный вопрос, существо. Он, а это была сущность мужского пола, совершенно ничего не помнил, а его сознание было чистым как пустой сосуд. От попыток понять происходящее, его отвлек болезненный тычок в бок. Женщина уже нависла над ним и внимательно разглядывала, словно он был экспонат в музее. Через несколько минут она стала говорить:

– Что ты за создание и почему так спокойно прохлаждаешься на просторах Геллари? Это очень опасное занятие, ведь по ночам здесь всякое зверье ходит.

– эээ… я совершенно ничего не могу тебе сказать, потому что ничего не помню или даже… скорей ничего не знаю. – встревоженным голосом ответил он. – я здесь очутился некоторое время назад. Скажи, что это вообще за место? – продолжил он.

– знаешь, я очень давно путешествую по этой пустыне и на своем опыте могу сказать, что доверять здесь никому не следует. Хоть ты и разумная тварь, но откуда мне знать, что творится в твоей голове. Может ты захочешь сожрать мою печень. Со мной бывало и такое. Но оставлять тебя в ночи Геллари, тоже было бы преступлением, поэтому попрошу не делать резких движений. А теперь вставай. – произнесла женщина и сделала два шага назад.

Он выполнил ее команду и медленно встал, а затем, в знак мира поднял руки вверх. – «Пустыня Геллари. Название мне совсем не знакомо.» – подумал он.

– Меня зовут Елена, а тебя спрашивать о имени, я так понимаю смысла нет? – спросила она и вытащила веревку из заплечного мешка.

Он вытянул свои руки и увидев их, понял, что сильно отличается от своей спутницы. Его кисти были совершенно иного строения: трехпалыми, с синеватым оттенком. Он коснулся руками лица, а затем медленно перешел к волосам. Вместо них, из головы торчали толстые кожаные отростки. Опустив взгляд вниз, он увидел, что одет в странного вида одежду серебристого цвета, которая напоминала комбинезон. Стопы были оголенные и также трехпалые, с торчащими из пальцев длинными когтями. Колени, в отличии от человеческих сгибались в обратную сторону.

Елена схватила его за запястья и крепко связала одним концом веревки, а другой взяла себе в руки.

– Не переживай, это сделано ради моей безопасности. Я развяжу руки, когда пойму, что ты не представляешь опасности. И кстати, раз ты не помнишь своего имени, то я буду тебя называть Жабой. – ухмыльнувшись произнесла Елена.

Он лишь пожал плечами, когда услышал свое новое имя. В этот момент голова Жабы была занята совсем другими мыслями, поэтому ему было совсем все равно, как его будет называть эта странная женщина.

Они покинули место появления Жабы и стали двигаться по ночной пустыне Геллари. Пройдя по каменистой тропе, спутники вышли к совершенно пустой долине, покрытой лишь мелким щебнем. В ее центре, неестественно, высился огромный холм, бросающий тени в свете аймар. По неизвестным причинам, ночью в этой пустыне, становилось невыносимо жарко, а днем наоборот, можно было иногда замерзнуть. Вот и сейчас, Жаба, обливаясь потом еле успевал за планомерным движением Елены. По его внутреннему ощущению, они шли бесконечно долго, но его спутница даже не думала останавливаться. Жаба резко остановился.

– Я думаю нам стоит здесь остановиться и отдохнуть. Куда мы так спешим? – устало произнес Жаба и уселся на землю, потянув веревку за собой.

– Вставай. Нам надо добраться до того холма и заночевать. На равнине спать опасно, так как есть шанс больше никогда не проснуться.

– Но мы уже идем очень долго. Скоро ночь должна пройти. Здесь ужасно жаркое место.

– интересно… а говоришь памяти не осталось. Но говорить ты умеешь, и о смене дня и ночи знаешь. Может ты вводишь меня в заблуждение, касательно своего умственного недуга? – подозрительно спросила Елена.

– нет, я тебя не обманываю. Я не знаю, почему я осведомлен об этих знаниях. – ответил Жаба.

– хм…подозрительно все это, очень подозрительно. Но я буду надеяться, что ты не захочешь сожрать мою печень. А касаемо смены дня и ночи – в этом месте происходит совершенная беспорядица. Например, прошлая ночь длилась лишь пару часов, а день как вся предыдущая неделя. А так как темная пора только началась, то возвышенность это отличное место для ночлежки. – объяснила Елена.

Жаба с выраженной гримасой недовольства встал и последовал за ней. Они двигались к холму бесконечно долго и оказавшись ближе, Жаба стал замечать, что наконец стала проявляться растительность, а в землю были воткнуты палки, к которым были привязаны деревянные болванки с вырезанными на них лицами. Елена, увидев странные тотемы остановилась.

– Тсшш…Здесь опасно. Нам надо как можно быстрее добраться до холма, пустынники перекочевали к этому месту. – шепотом сказала она.

Жаба не стал ничего спрашивать и тихонько, слегка пригнувшись, последовал за своей спутницей. Легкой пробежкой они довольно быстро добрались к холму. На его вершине находилось черное пятно. Приблизившись к нему, Жаба понял, что это была пещера. Из нее тянуло запахом плесени и сырости, а возле входа стояло два тотема.

– мне кажется, Елена, что это не лучшее место для ночевки. – задумчиво сказал Жаба.

– здесь никого нет. Это лучше, чем оставаться на виду у пустынников или еще каких тварей – сказала она и стала заходить в пещеру.

Елена держала в руках прозрачный сферический предмет, который стал светиться. На стенах пещеры были изображены странные каракули и комками свисал мох. Пройдя несколько метров от входа, Елена поставила на пол сферу, а затем достала из вещевого мешка темный куб небольшого размера, который она поставила между собой и Жабой. Как только странный предмет оказался на земле, его верхушка засветилась и образовала на земле, линию синего пламени.

– советую не пересекать границу, пока я буду дремать, иначе у нас будет жаренная жаба. – сказала Елена, развязала своему спутнику руки и стала снимать верхнюю одежду. Ее жилистое тело было покрыто ядовито зелеными линиями, которые пульсировали, словно по ним что-то двигалось. Жаба тихонько уселся, облокотившись на стену и стал наблюдать за Еленой, а затем сказал:

– Я подойду к выходу, подышу свежим воздухом и понаблюдаю за свечением аймаров.

– Смотри, сильно не выглядывай, дабы нас не заметили эти твари. – сказала она.

Жаба подошел к выходу пещеры и стал размышлять над происходящим. Вдруг он услышал шорох.

Внезапно его грудь пронзила боль. Опустив глаза, он увидел торчащее из грудной клетки, копье. По животу стало течь что-то теплое, а через ткань серебристого комбинезона стали проявляться зеленые пятна. Он повернул голову вправо и увидел торчащую из-за камня, трехглазую морду с жутким оскалом.

Неожиданно боль прошла, копье исчезло, а странная тварь пропала. Жаба понял, что ему все привиделось, однако сделал несколько шагов назад, в пещеру. Через секунду, в то место, где он стоял, воткнулось копье. Снова из-за камня выглядывала тварь. Жаба резко почувствовал прилив сил, мощным толчком прыгнул к существу и нанес удар в то место, где должен находиться нос. Тварь откатилась и взвизгнула. Это было существо, маленького роста, одетое в черный балахон.

Жаба увидел, как по холму движется, шелестя и вереща, темная волна пустынников. В этот момент из пещеры выбежала Елена, быстро накидывая на себя верхнюю одежду.

– Эти твари голодны и хотят нами поживиться. Надо дождаться утра, так как они не выносят холода – на удивление спокойно сказала она.

Потенциальный ночной ужин пустынников стал быстро спускаться с незанятого склона холма, поднимая тучи пыли и летающих насекомых. Выйдя на равнину, они ускорили свой бег, а трехглазые, из-за своих коротких ножек, начали отставать от них, но не прекращали погоню. Вдруг, перед беглецами, поднялся бугорок земли и оттуда стали вылазить многочисленные пустынные войны. Они пытались преградить дорогу Елене, размахивая копьями, однако та, быстро вытащив свой большой меч, вихрем ворвалась в толпу трехглазых. Деревянные копья не могли противостоять стали, поэтому их обрубки, вместе с частями тел отлетали в стороны. Не получив практически никакого сопротивления, Жаба и Елена двинулись дальше, а пустынники более не преследовали.

Начинало светать. Над горизонтом стал подниматься диск Холькера – маленькой синей звезды, а с лилового неба стали сыпаться редкие хлопья снега. У Жабы на коже стали появляться крупные пупырышки – чувствовался поцелуй резко нахлынувшего холода. Земля стала покрываться инеем, а из-за рта стал выходить пар.

– Холодновато стало…– сказал продрогшим голосом Жаба.

– В этих местах всегда так, а в особенности в низине, где сейчас мы находимся. – ответила спутница.

– Куда же мы направляемся?

– К ближайшей стоянке торговцев, где с тобой мы и распрощаемся.

– Спасибо, что спасла мне жизнь…но что мне делать дальше?

– Попытаться найти ответы на свои вопросы. – задумчиво сказала Елена.

Жаба промолчал и двинулся вслед за ней. Через некоторое время, в холодных лучах Холькера он увидел чей-то силуэт, приближавшийся к ним. Это был невероятно высокий человек, с мощной угловатой челюстью и белыми глазами без зрачков. Казалось, что он словно парит над землей, настолько плавными, были его движения.

Приблизившись к ним, его лицо озарила загадочная улыбка:

– Харум Скарлет. Смотрю ты отлично справилась с знаниями, которые я тебе предоставил и привела блуждающего ко мне. – чудовищный человек облизнулся длинным языком.

Жаба непонимающе посмотрел на свою спутницу – «Скарлет? Или Елена?»

– И тебе Харум Зул Гар! Мне в сети попался неожиданный улов, который дорого стоит.

– Что здесь происходит! – воскликнул Жаба.

Зул Гар сокрушительно ударил огромным кулаком Жабу, от чего тот потерял сознание и упал.

– Полегче, а то ненароком убьешь его. – сказала Скарлет взмахнув руками от неожиданности. – Говорят за блуждающего положена хорошая награда, поэтому я хочу свою душу обратно!

***

Гнарл с печалью посмотрел на прозрачный песок у себя под ногами. В нем, всеми цветами радуги переливались блики лучей Лантареса – горячей ярко-желтой звезды. Полуденное небо было сверкающе синим, без единого облака. Он понял, что это место находится на окраине Бездны – таинственной, темно-фиолетовой дыры, которая, казалось, плыла через небосвод, соперничая в размерах с Лантаресом. Из этой странной червоточины, словно извивающиеся лучи, исходили черный тенеткали. Складывалось впечатление, что вокруг этих странных отростков искажается материя, что как предполагал Гнарл, было не далеко от истины.

Во время своего заточения, вождь Разрушителей много думал о смысле мироздания и переменчивой сущности разума. Его предал собственный сын – всего лишь из-за того, что он не захотел вести свой народ к новой войне. А теперь Гнарл раб – его купили и отправили на гигантскую арену, под названием «Горнило». Созданное сектантами культа «Разлома миров», место, стало бойней, где смерть превращается в развлечение. Ежедневно, десятки и сотни «охотников за смертью» отдают свои души во благо алчности толпы и что более страшно – с каждым новым трупом, червоточина в небе росла.

Гнарл, был крупнее и выше самых больших соплеменников. У него были длинные дреды, нижняя часть лица была скрыта черной маской. Мощные плечи и грудь, бугрились мускулами и были покрыты черными татуировками. Руки его, словно соткнутые из стальных тросов держали в руках одноручные мечи, которые переливались необычной голубизной. Это было необычное оружие, и даже его давние предки не знали о происхождении этих таинственных клинков. Гнарла очень удивляло, что Вендер, его сын, не забрал подобную реликвию.

Бывший вождь стоял на песчаной площадке, проводя взглядом гладиаторов, заходивших через ворота и уже не возвращавшихся оттуда. Вскоре пришел и его черед. Молчаливый охранник легким кивком пригласил его ко входу. Когда они проходили через темный туннель, Гнарл отчетливо слышал многотысячный гул голосов. Придя к месту назначения, охранник жестом указал на дверь. Вождь прошел через нее и оказался на песках Горнила.

Эта арена потрясала своими размерами. В течении своей долгой жизни он частенько находился в больших скоплениях…но здесь, все обретало иной смысл. Невероятно огромные трибуны возвышались над ним, как ботинок над зазевавшимся муравьем. На скамьях сидели тысячи существ разных рас, но его зоркий глаз сразу заметил членов своего народа, которые по всей видимости решили засвидетельствовать его смерть. От созерцания своих соплеменников, Гнарла отвлек голос распорядителя Горнила:

–ХАРУУУУМММ дорогие гости! Этот бой будет необычным. На арене сойдутся титаны! Иии… первый боец, это могучий вождь разрушителей – Гнарл! О его мастерстве владения оружия ходят легенды, а стальная воля сокрушает врагов. Но… сможет ли он противостоять кислотному дыханию прошлогоднего вице – чемпиона арены – черного червя Ребекто Перерожденного!

Смотритель указал на вылезшего из-под земли, червя, больше похожего на бронированную многоножку. Верхняя его часть висела в воздухе, болтая маленькими лапками, а нижняя все еще была под землей. Морда эта твари была увенчана длинными шипами и острыми жвалами, которые быстро двигались, как будто перебирая воздух. Когда Ребекто вылез из-под земли полностью, Гнарл осознал масштабы этой твари: несколько десятков метров длины и толщиной с туловище быка.

– Ребекто не проиграл не одного боя, кроме поражения абсолютному чемпиону Горнила – Минотавру. Было жалко терять такого бойца, поэтому мы воскресили червя! Да начнется бой, во имя великой Бездны и скорого начала нового мира! Оглушающий гул с трибун возвестил начало битвы. Гнарл напряг все мышцы своего тела, а его мечи, блистали на солнце удивительной синевой. Его мускулистые ноги покрывали ободранные одежды, которые выцвели от влажности темницы. Вождь клана Разрушителей был готов к битве.

Ребекто, двинулся в сторону Гнарла с дикой скоростью, сопровождая свое движение ужасающим гулом сотен ножек, которые вонзаясь в песок, поднимали пыль. Не дойдя до него несколько метров, огромный червь поднял верхнюю часть тела и приготовился нанести удар.

Вождь напряг мышцы ног, дабы уклониться от удара, нависшего над ним червя, но Ребекто поступил иначе: внезапным движением стал вгрызаться в землю, и за три удара сердца, он полностью исчез под землей. После необычного хода червя, интуиция подсказала вождю отпрыгнуть как можно дальше в сторону. И он не прогадал. Через мгновение, с места, где стоял Гнарл, взлетело в воздух тело червя, а затем Ребекто с грохотом упал на песок и сразу атаковал.

Резким движением Гнарл отскочил с линии атаки червя, касаясь чешуйчатого бока, проносящегося в никуда. Когда тварь прошла половину расстояния своего тела, Гнарл развернулся и нанес удар в плоть. Лезвие прочертило глубокую рану, вдоль длины туловища, движущегося по инерции, червя. Из пореза хлынул смрад и стали вываливаться вонючие внутренности, от которых летели капли едкой крови, обжигая руки вождя.

Ребекто остановился и неожиданно дернул телом. Извивающийся хвост со всей силы ударил Гнарла в грудь, от чего тот подлетел в вверх и упал на некотором расстоянии от монстра, сильно ударившись спиной об землю. От удара, из легких резко вылетел весь воздух и на мгновение вождь потерял сознание. Но усилием стальной воли, он быстро встал и отпрыгнул. Сразу же на землю хлынула едкая кислота – червь неплохо умел ей плеваться.

Гнарл встретил своим суровым взглядом бездушные зрачки твари. В них не было ничего, кроме голодной ярости и стремления пожрать его тело и душу. Он решил, что пора нанести смертельный удар. Целью его стала голова – прародитель всех мыслей и движений, однако у него складывалось ощущение, что кроме жажды убивать, в голове Ребекто ничего не существовало.

Гнарл быстрыми движениями своих мускулистых ног, за несколько мгновений добрался до головы червя, попутно уклонившись от ядовитого плевка. Вождь попытался нанести удар промеж глаз чудовищу, однако Ребекто с неожиданной прытью уклонился, зашел с права от руки вождя и вцепился в нее своими чудовищными жвалами. Рука Гнарла была очень жилистой, и даже прогрызающими землю жвалами, червь не мог откусить ее.

В порыве ярости он не чувствовал боли, однако понимал, что через несколько мгновений червь выплюнет поток кислотной слизи. Оставалось одно решение.

Резким движением, Гнарл нанес удар одним из клинков по руке, которая находилась во рту Ребекто и отсек ее от своего мускулистого предплечья. Он упал на песок, который стал пропитываться кровью, и жизнь стала покидать его тело. Но Гнарл, усилием стальной силы воли, которой он был так знаменит, снова встал, чтобы умереть с честью. Он не боялся смерти. Лишь в душе была обида, за гнусное предательство сына, ради главенства в клане разрушителей.

Гнарл закрыл глаза и улыбнулся. В момент, когда он прикрыл свои веки, опустилась тихая и безмятежная тьма.

– Ну что же, это очередная победа Ребекто! А душа Гнарла послужит нашему всеобщему будущему процветанию! – прокричал смотритель Арены.

Гул тысяч и тысяч голосов перекрыл его голос…

***

– Душечка – сладкий ты мой, пожалуйста иди ко мне быстрее, я вся горю от страсти.

– Да-да, моя дорогая кошечка, сейчас приду.

Полностью нагой, темноволосый мужчина среднего роста, находился в комнате с высокими потолками и весьма дорогой обстановке: здесь были большие и красивые шкафы, с вырезанными на них причудливыми узорами, на стене висел гобелен с изображением какого-то знаменитого сражения, а пол был застелен мягким ковром с длинным ворсом. Посреди всего этого убранства стояла огромная кровать, на которой лежала голая женщина. Масштабы ее, даже если скромно говорить, были впечатляющими: она полностью занимала кровать, огромные щеки свисали чуть ли не до шеи, множество жировых складок мерзко колыхались, когда она двигалась. Скорее всего весила эта бабища, больше, чем все предметы находящееся в комнате.

– Ну Леестард, мой зайка, иди ко мне быстрее, ведь я хочу еще немного покувыркаться с тобой, пока не пришел мой злой и ужасно ревнивый супруг. Мы ведь должны много еще чего попробовать – сказала зычным голосом, дама, лежавшая на кровати, и надула толстые губки.

Мужчина, продрог от сказанного и ответил дрожащим голосом:

– Да моя коров… ой сладкая клубничка, бегу-бегу, сейчас я покажу тебе новую позу, про которую рассказывал.

– Я вся сгораю от нетерпения, беги ко мне скорее, мой жеребец. – сказала она и сильно затряслась складками.

«…. Ну да, сгорает она, скорее плавишься на солнышке и растекаешься слоями жира… черт, черт, надо подумать, как потянуть время, до того момента как приедет лорд, и я наконец смогу бежать из этого кошмара. Еще одного раза мне не выдержать, ноги уже отказываются идти туда – судорожно думал Леестард, инстинкт самосохранения которого, прямо вопил от ужаса. Но ради своего корабля, надо было чем-то жертвовать.

Он медленно стал подходить к ожидающей «прелестнице», но его тяжелый поход оборвал шум во дворе. Леестард подбежал к окну и увидел, что с охоты вернулся лорд Вез.

– Ох, приехал мой любимый супруг. Леестард одевайся быстрее, ведь он очень ревнивый, если тебя увидит, то снимет кожу и сожжет. Как он не вовремя, все время приезжает! Ну что за наваждение! – надув свои и без того большие губы, сказала женщина и затем не смотря на свой вес, резко встала с кровати, подошла к Леестраду и начала его целовать.

Он, в этот момент проклинал все деньги, существующие на свете, и даже тех, кто их придумал. Огромные губы бабищи охватывали пол его лица, а крепкие объятие сдавливали ребра, да вполне слышимого хруста.

– любовь моя, жду как можно скорее у себя в ложе, буду скучать каждую минуту твоего отсутствия. – говорила она.

– м..лая, я кххааа тже, тбя, о боже реб..ра тре…с..каются – прохрипел Леестард

– Да, мой жеребец, я тебя тоже люблю, а теперь беги пока не пришел мой злобный и ревнивый супруг.

Леестард избавившись от объятий, чуть не ставших смертельными, выбежал из комнаты, словно ужасные создания из мира смерти, гнались за ним. Пробежав по коридорам, стараясь избегать прислугу, он выбежал во двор, в котором находились огромные кусты, с вырезанных на них, фигурами диковинных животных. За одним из кустов, Леестард остался ждать, наблюдая за передвижением хорошо вооруженной охраны.

Неожиданно на его плече упала тяжелая рука в перчатках. Леестард резко вздрогнул от нахлынувшего страха. Боязливо повернувшись, он увидел бородатого мужика, в кожаном костюме для охоты и с грозным оскалом на лице. На поясе у него были ножны, с торчащей из них, рукояткой ножа.

– Далеко же ты спрятался, но я наконец нашел тебя. – сказал мужик.

– Ох Лорд Вез… я просто проходил мимо. – промычал Леестард.

– Спокойно-спокойно, здесь никого нет. Ну как моя женушка осталась довольной?

– О да, и это было видно по ее дражайшему личику. Знаете, у вас она очень и очень сексуальная. Зря вы так.

– Хватит нести чушь, мы то с тобой прекрасно осведомлены, что она исчадие мира смерти. Вот бери деньги и можешь тихо пробираться к выходу, только смотри что бы охрана тебя не заметила, а то попадемся вместе. – сказал Вез и передал Леестраду увесистый мешочек с деньгами.

– Спасибо лорд, очень признателен гостеприимству вашего дома и польщен вашим великодушием. Если я когда-то женюсь, то буду выбирать себе женщину похожую на прекрасную Аурелию, нежный цветок в этом тленном ми.. – не успел договорить Леестард.

– Да заткнись ты уже! Когда ждать в следующий раз? —дерзко спросил Вез.

– Эм… завтра, да… я обязательно завтра приду ублажать вашу дражайшую женушку.

– Ну все, завтра здесь, встречаемся утром. – облегченно сказал лорд.

С чувством выполненного долга, лорд Вез отправился в родовое имение свой дражайшей супруги, с которой он прожил несколько лет, и все конечно же из-за состояния ее семьи. Он когда-нибудь надеялся убраться как можно дальше из этого дома, дабы не испытывать домогательств со стороны жены. По этой причине Вез, нанимал якобы любовников, которые ублажали, ублажали и ублажали его ненасытную и необъятную женушку, иногда конечно и со смертельными исходами, когда его возлюбленная, в пылу страсти ломала позвоночники и другие кости его подставных любовников. Он же всегда находил причины не исполнять супружеский долг. Однако незадачливому мужу было невдомек, что Леестард, не до конца ублажил прекрасную Аурелию.

Войдя в прекрасное имение, лорд решил полежать со спокойной душой, отдохнуть, ведь все-таки и сегодня он избежал участи быть раздавленным.

– «И почему ей хочется быть сверху? Ее не переубедишь…» – подумал он.

Вдруг с верху послышался зычный голос:

– Дорогой мой, сладкий, ты наконец вернулся – прервала полусонные размышления Веза, его любимая супруга.

– Да милая, я по тебе соскучился. – хриплым от страха голосом произнес лорд.

– Не надо больше слов, подымайся ко мне в ложе, ты давно не исполнял свой супружеский долг!!!

–«долг!!! Что же делать, куда бежать, если я выживу, я убью этого Леестарда!»– гневно подумал Вез.

Тем временем Леестард, как он считал, самый прекрасный мужчина в этом мире, шел по полуденному городу и подсчитывал деньжата. Да – он охмурил много девиц, но эту страницу из истории жизни, хотелось вычеркнуть. Хватило ему и двух встреч с Аурелией. Зато теперь он сможет отдать деньги за свой заложенный корабль и опять отправиться в путешествие, заниматься своим любимым делом – контрабандой. Его путь вел в самую захудалую таверну города, где остановился он и его команда. О способе спасения корабля ведала только корабельный кок, Изабелла, и то только потому, что подслушала его разговор с лордом Везом. Он решил взять все в свои руки, так как экипаж команды, не собирался помогать в этом щепетильном денежном вопросе. У них была все время одна отговорка – «Кэп, сами корабль в карты проиграли по пьяни, вот сами и выпутывайтесь»