Смерть банкирши

Глава 7. Выход есть всегда.

Поскольку друзьям, поневоле, предстояло вместе провести, неизвестно, сколько времени, в условиях тревожного ожидания, то они решили, насколько это возможно, скрасить здесь свое пребывание. Однако подливая иногда в свои бокалы и, изредка бросая взгляды на монитор ноутбука, каждый из них все равно мучительно искал выход из сложившегося положения.

Общая картина событий складывалась таким образом, что как ни крути основными подозреваемыми в этом чудовищном преступлении, были они. Поэтому необходимо было понять или хотя бы определить всю ситуацию в целом, чтобы наметить дальнейший план действий, естественно, с учетом собственных интересов. А для этого была необходима информация.

– Опять информация? – Усмехнулся Павел, с грустью вспоминая свой ноутбук с белоснежным документом «Word» на дисплее. – И на кой хрен я поехал в этот ресторан?

Вяземский, отвечая на вопросы Павла, уже столько рассказал ему о жизни своей дражайшей Берты Эдуардовны, что ему уже казалось, будто он ее сто лет знал.

– Если не врет, конечно. – Павел бросил неприязненный взгляд на земляка.

– Скажите, господин Вяземский, а кто занимался делами банка? Ведь если верить вашим же словам, она в наследство вступила полгода назад.

– Она и занималась. – Юрий Петрович недоуменно уставился на Павла. – Ну, есть там исполнительный директор, он текущими делами занимается, но он и раньше был, еще при Иосифе Львовиче. Какое это имеет отношение к убийству?

– Пока не знаю, может и никакого. А вы случайно не в курсе, было ли у покойной завещание?

– В курсе. Завещание конечно было, только вот содержание его я не знаю.

– Вы говорили, Юрий Петрович, что у Берты Эдуардовны не было родственников?

– Мне известно только-то, что она сама мне говорила. Проверить эту информацию я бы не смог, да и не собирался. У нас с Бертой были доверительные отношения.

– Кто это? – Павел указал на экран.

– Это Варвара, наша домработница.

На экране монитора было видно, как молодая женщина уверенно, по хозяйски, никого не опасаясь, шла по брусчатой дорожке прямиком к входным дверям, бросая любопытные взгляды на полицейскую машину. Поскольку камера снимала ее анфас, то было отчетливо видна ее стройная, слегка полноватая фигура и улыбающееся миловидное, простоватое лицо.

– Нет, эта девушка определенно не могла никого зарезать. – Задумчиво произнес Павел.

– Боже праведный! Как вы могли подумать на эту чистую невинную девушку. – Вскочил Вяземский.

– Но кто-то старушку грохнул. Ведь не сама она себе нож в спину воткнула. И этот кто-то, я уверен, был из числа хорошо ей знакомых.

– А если это обычное ограбление? Мы ведь ничего кроме трупа не видели. Может в кабинете сейф, вскрыли? – Воскликнул Вяземский.

– Само по себе ограбление, это не мотив для убийства, Юрий Петрович и оно оправдано только в случае, если жертва узнала грабителя. Как рабочую версию ограбление, конечно, нельзя исключать. Только вот время для ограбления как-то неудачно выбрано. Мы ведь точно знаем, что убийство произошло рано утром, примерно в семь часов. Так как в семь часов двадцать минут мы уже зафиксировали место преступления на моем смартфоне.

– Да, это абсолютно точно. Когда я сбегал вниз по лестнице, часы в вестибюле били ровно семь часов.

– Вот видите? Наверняка, готовя ограбление человек продумывает все детали, а здесь, похоже, он действовал спонтанно и ударив ножом, сразу же бросился наутек, словно испугавшись чего-то. А потом, кто бы из грабителей стал следом за собой закрывать двери на замок? Только тот, у кого эти ключи есть. Верно?

– Верно. – Задумчиво произнес Вяземский. – Мои ключи, наверняка, лежат где-нибудь на полочке в прихожей или в кармане пальто там же, на вешалке.

– Смотрите, Павел, она о чем-то говорит с полицией?

– Ясно о чем. Двери-то опечатаны. Ее сейчас к «следаку», повезут или он сам сюда подъедет. Посмотрим.

Звонок мобильного телефона прервал их беседу. На экране смартфона высветилось имя редактора.

– Боже. – Павел совсем забыл, что он завтра должен представить свой материал в колонку «Криминальной хроники». -Что же придумать?

В телефоне раздался вкрадчивый и ласковый голос главного редактора.

– Я вас, надеюсь, от дела не оторвал? – Полюбопытствовал он.

– Что вы, напротив, Аркадий Семенович. Я вот только что собирался вам звонить.

– По какому вопросу позвольте полюбопытствовать, Павел Михайлович?

– Меня заинтересовало дело об убийстве банкирши Шнейман, слышали уже, наверное. Я хотел попросить вас, разрешить мне официально подключиться к расследованию этого дела.

– Что я должен сделать для этого?

– Видите ли, Аркадий Семенович, наши с вами деловые отношения, практически, никак не оформлены. Я не числюсь в штате вашей редакции и, это создает определенные трудности в работе. Сами понимаете, для любого чиновника главное это бумажка. Уверяю вас, что чиновники правоохранительных органов ничем не отличаются. А дело это, что-то мне подсказывает, обещает быть интересным.

– Хорошо, Павел Михайлович. Вы когда будете дома?

– В 19 часов, точно. Что касается криминальной информации за прошедшую неделю, то я сводку пресс-центра вам на «почту» сброшу. Там ничего экстраординарного конечно нет, но тут я не виноват, уж не взыщите.

– С кем это ты? – Дождавшись когда Павел, отключит телефон, спросил с любопытством Юрий Петрович.

– С редактором своим. Я же все-таки работаю, у меня банкирш знакомых нет. Впрочем, у тебя теперь тоже.

– Я думаю, до того, чтобы я начал искать работу, дело все-таки не дойдет. – Юрий Петрович поднялся. – Пойду, посмотрю, чем отобедать можно. – И вышел за дверь.

Павел совсем забыл, что накануне, когда он заходил в Главк МВД по Белоярской области чтобы прочитать пресс-релиз происшествий за прошедшую неделю, он случайно познакомился в буфете с приятным, общительным майором Геннадием Павловичем Черноусовым. Который, узнав, что Павел из Москвы, очень обрадовался. Дело в том, что он сам тоже коренной Москвич, но после окончания высшей школы МВД его направили в Сибирь, в Белоярск. Прощаясь, он вручил Павлу свою визитку и просил обращаться по любому случаю, обещая помочь, чем только сможет. Порывшись в кармане, Павел нашел карточку и принялся набирать номер. После второго сигнала, на той стороне ответили.

– Геннадий Павлович, здравствуйте. Это вас Павел Михайлович беспокоит, из газеты «Актуальные вести Белоярска».

– Здравия желаю, Павел Михайлович, рад вас слышать. Проблемы какие-нибудь нарисовались?

– Мы не могли бы с вами сегодня вечером пересечься? Лучше в нейтральном месте и желательно до 17:00.

– Кафе «Встреча» знаете?

– Это возле Главка вашего? – Вспомнил Павел.

– Да, я там почти каждый вечер ужинаю. Буду ждать вас ровно в 17:00. Раньше не смогу, служба.

– Вас понял, до вечера.

– С кем ты опять разговаривал? – Юрий Петрович с подносом в руках зашел в комнату, спиной открыв дверь. – Помог хотя бы.

На подносе в тарелочках лежали разогретые в микроволновке консервированные сосиски, консервированная фасоль, сыр и кофейник с горячим кофе.

– Давайте, Павел Михайлович, немножко перекусим, время-то уже к обеду подходит.

От еды, Павел категорически отказался, отверг также и предложенную водку. Наскоро выпив кофе, стал собираться.

***

Выход из «подземелья», занял даже меньше времени, чем Павел мог предположить. Единственный минус этого запасного выхода был в том, что пробираться приходилось через старую, давно уже заброшенную котельную, собирая на одежду паутину, пыль и сажу. Так что после этого Павел еще минут пять отряхивал одежду и чистил туфли найденной, тут же, тряпкой. Преодолев еще преграду из прошлогодней сухой травы и буйно разросшегося кустарника, напрочь скрывающего вход в котельную, Павел выбрался в сад и огляделся.

Памятуя, что десять минут назад полицейский наряд, все-таки, увез Варвару, Павел, не опасаясь, обогнул здание и направился к флигелю, в котором проживал дворник. Взбежав по лесенке, он уже собирался постучать, как дверь открылась сама. Перед Павлом стоял мужичок еще более мелкий и тщедушный, чем тот, которого он видел на экране ноутбука.

– Вы к кому? – Дворник обдал Павла таким выхлопом перегара, что у того, сперло дыхание.

– Интересно, что он вчера пил? – Отступив от него на одну ступеньку вниз, подумал Павел, сдерживая дыхание.

– Я уже все сказал. – Видимо считая, что перед ним полицейский, развел он руками и тупо уставился на гостя мутными глазами.

– У вас стаканчик не найдется? – Паша вытащил из кармана семисотграммовую бутылку виски, специально для этого прихваченную из запасов покойной банкирши. – Я к господину Вяземскому пришел, а его, похоже, дома нет. Ну не тащить же мне вискарь обратно. Может это? – И Павел щелкнул пальцем себе по горлу.

– Заходи, мил человек. – Сглотнул слюну дворник. – Зачем же его тащить куда-то. А стакан найдем, найдем.

-

Глава 8. Степаныч.

Через полчаса Павел уже узнал от Степаныча, так звали дворника, что вдова банкира Берта Эдуардовна была та еще стерва. Она и бедному Иосифу Львовичу всю жизнь рога наставляла, а как он помер, так и вообще с катушек слетела.

– Уж я-то всю подноготную про эту семейку знаю. Целых двадцать лет на них горбатился. – Пьяно хохотнул Степаныч, не спуская цепкого взгляда с уже полупустой бутылки виски.

– Ну а сейчас-то, Степаныч, на кого, горбатиться-то будешь? – Павел, поймав страждущий взгляд дворника, плеснул ему граммов пятьдесят.

– Свято место пусто не бывает. – Степаныч одним махом осушил свой стакан. – Мне все равно. Шнейман, Вяземский или еще кто – одна сволочь. Он тебе, этот Вяземский, кто будет-то?

– Да никто. Машину я хотел у него купить. Вот и пришел посмотреть, а его видишь вот, нет.

– Так я тебе машины-то и без него показать могу. – Взбодрился Степаныч, прикинув, что продолжение застолья возможно. – Машина какая?

– «Ленд Крузер 200» – Ответил Павел, вспомнив, что такой автомобиль он уже видел в гараже.

– Есть такая. Машина дорогая. Она все равно уже почти два года стоит, никто на ней не ездит.

– Так может она того? – Сделал испуганное лицо Павел.

– Не, ни боись. Раз в год все машины проходят ТО – Степаныч неожиданно показал поразительную осведомленность. – Я иногда эту машину беру в деревню к корешу съездить. Только ты этому, Вяземскому, не говори.

– А чего ты, Степаныч, боишься-то его теперь? Банкирша умерла, он, официально, ей никто. Никаких юридических прав на имущество не имеет. Вот приедут наследники и дадут ему пинка под тощий зад.

– Тут вот какое дело, Михалыч. У Берты Эдуардовны и Иосифа Львовича никакой родни нет. Все принадлежало вначале самому Шнейману, он собственно все и наживал, а потом, после его смерти, все это – Стапаныч обвел вокруг рукой – перешло по наследству Берте. Но говорят, что она завещание на него, на Вяземского оформила.

– А он-то об этом знал?

– Конечно. У них после этого даже вечеринка была. Он мне литр коньяка презентовал, сам принес.

– А как ты думаешь, Степаныч, где сейчас-то Юрий Петрович? Я ведь сюда из города перся, не просто так, он обещал не только машину показать, но и «тест-драйв» мне устроить. Ну, чтобы я сам оценил ходовые качества машины. Понимаешь?

– Не вопрос, Павел Михайлович. Я вижу, ты человек порядочный и самостоятельный, не подведешь, катайся, сколько влезет. У нас вот магазин, жаль, сегодня не работает, так ты на машине-то можешь и до города доскочить. Ты же и не пьешь, я смотрю.

– Так че, пошли тогда. – Павел посмотрел на часы. До встречи с майором Черноусовым оставалось чуть больше часа.

***

Через полчаса Павел был уже дома. Перво-наперво отправил пресс-релиз, на электронную почту Аркадию Семеновичу. Переоделся, взял с собой двести тысяч рублей и помчался на встречу с Черноусовым в кафе «Встреча».

– Проходи, Павел Михайлович, садись. Закажешь что-нибудь? – Поднялся навстречу ему, улыбающийся майор.

– Да, пожалуй – Только сейчас Павел вспомнил, что сегодня вообще ничего не ел.

Готовили в кафе очень вкусно. Порции подавали такие огромные, что Павел пошутил, мол, уж не потому ли это, так, что сюда на обед ходит половина Управления МВД по Белоярской области, расположенного как раз напротив этого заведения.

– Конечно же, поэтому. – Всерьез кивнул майор. – Однажды проверяющим из МВД, в этом кафе за обедом подали алюминиевые, ложки и вилки. Так здесь ребята из отдела по экономическим преступлениям такой шухер устроили – мама не горюй.

Когда принесли кофе, – Геннадий ободряюще подмигнул Павлу. – Ладно, говори, что тебя интересует? Впрочем, я и сам догадываюсь. Наверняка подробности убийства банкирши? Тут же отвечаю. – Я ничего пока не знаю, уверен и никто не знает, дело темное.

– Ну, хоть какие-то версии есть? Нашли ее сожителя?

– Вот вы журналюги даете, ну откуда вам все известно? Нет, Вяземского не нашли. Найти найдем, но против него пока и нет ничего.

– А что, кроме меня еще какие-то журналисты интересовались господином Вяземским? – Закинул удочку Павел.

– Насчет журналистов, это я сказал так, в общем, а интересовался этим делом один частный сыщик. Если ты его не знаешь, то тебе с ним просто необходимо познакомиться. Он частный детектив, ты журналист криминальной хроники, неплохой тандем получился бы.

– Ну, так срочно познакомь, Геннадий Павлович, что тянуть-то.

– Вот, возьми. Скажешь, что от меня. – И майор протянул Павлу визитку. На черной карточке золотыми буквами было написано – «Детективное Агентство 404».

– Почему «404»?

– Вот у него это ты и спросишь. Извини, Паша, мне бежать надо. – Черноусов ушел и, как показалось Павлу, не заплатив за ужин.

***

На автостоянку, куда Козлов припарковал свой шикарный автомобиль, въехала машина ГИБДД и он был вынужден целых полчаса смотреть со стороны, как они наблюдали за выезжающим и въезжающим транспортом, изредка останавливая машины. Каким образом они определяли «жертву» было непонятно, но риск для Павла попасть в их число был весьма велик. Наконец, видимо посчитав, что порядок наведен, они уехали. Время уже подходило к 18:30, когда он подъехал к своему дому и торопливо взбежал на третий этаж.

Ровно в 19:00 в дверь позвонили. На пороге стоял рассыльный. Проверив у Павла документы, попросил расписаться, вручил конверт и, пожелав приятного вечера, ушел.

– Ну, вот совсем другое дело. – Павел открыл удостоверение: Козлов Павел Михайлович, является собственным корреспондентом газеты «Актуальные вести Белоярска».

– Название у этой газеты какое-то идиотское а так пойдет, хоть какой-то документ. – Фотографию видимо из социальных сетей скачали. Ничего, в принципе не самая плохая фотка.

Прикупив попутно в «Магните» пару литровых бутылок шведской водки «Абсолют» для Степаныча и одну вискаря «Джемесон» для себя, Павел помчался в дачный поселок.

– Как бы Степаныч с бодуна в полицию не сообщил. – Глянул он на часы. – Е-мое, почти четыре часа отсутствовал.

Ворота во двор особняка были открыты и, Павел беспрепятственно проехал прямо к гаражу. В зеркало заднего вида он заметил, как из флигеля тут же появился дворник. Вслед за ним выскочил полицейский и вместе они направились прямо к машине.

Судя по размашистым шагам Степаныча, настроен он был явно недружелюбно. Поэтому, не испытывая судьбу, Павел решил опередить их и чтобы избежать неприятного разговора, с широченной улыбкой на лице и с бутылкой водки в каждой руке пошел им на встречу.

К величайшему удивлению Павла, Степаныч выглядел абсолютно трезвым и если бы он не видел его несколько часов назад, никогда бы не подумал, что это один и тот же человек, прямо как «ангел» после бани.

– Извини, Степаныч, так получилось. По работе пришлось немножко задержаться. – И дождавшись когда подойдет, лейтенант, продолжил. – С майором Черноусовым из главка МВД, встречался.

– Так ты позвонил бы хоть. – Потеплевшим голосом молвил Степаныч, с трудом отводя взгляд от бутылок.

– Разрешите ваши документы. – Наконец-то подал голос «летеха», поправляя на боку кобуру.

– Пожалуйста, гражданин начальник. – Усмехнулся Павел и поставив бутылки на землю, протянул ему свое новенькое удостоверение корреспондента.

Прочитав удостоверение, лейтенант зачем-то перевернул его несколько раз и даже посмотрел на свет, но все же вернул его Павлу.

– С какой целью приехали сюда, Павел Михайлович?

– Да я уже Степанычу объяснял. Машину вот эту хотел посмотреть, мы вчера с Юрием Петровичем договорились. Он машину продавать собирался, ну я вот и приехал. А тут…. – Павел развел руками.

– Где же вы, в таком случае, были, – лейтенант взглянул на свои часы – почти пять часов?

– Я вот и объясняю Степанычу. Задержался в вашем Главке, с майором Черноусовым беседовал. Потом домой заскочил, переоделся, материал срочный на «электронку» шефу своему скинул и сюда. Вот еще в «магаз» заскочил – Павел поднял с земли обе бутылки, поставленные им во время предъявления документов.

– Я же говорил, что человек приличный и самостоятельный. Журналист, одним словом. – Степаныч осторожно забрал из рук Павла обе бутылки. – Ставьте машину в гараж, Павел Михайлович, я его на ключ не запирал, знал, что вы скоро приедете. Приходите, посидим у меня, выпьем за помин души уважаемой Берты Эдуардовны – Степаныч смахнул с глаз невидимые слезы. – Широкой души была женщина, «Царствие ей небесное».

Павел открыл гараж. Лейтенант не уходил он, вероятно, не знал, как ему поступить. С одной стороны, здесь происходило явное нарушение инструкции порядка несения охранно-постовой службы. Неизвестный человек завладел охраняемым имуществом. С другой стороны, это же он обязан был за этим следить, а его на месте не было и не потому, что они отвозили в «отдел» задержанную домработницу, а потому что после этого они еще на целый час с напарником уезжали по своим делам.

Кроме того, ничего же не случилось. Имущество на месте, пломбу он сейчас поправит, если же поднять шум, то спросят – А что ты, мол, раньше думал и вообще, где был и где до сих пор твой напарник? К тому же, этот Павел Михайлович действительно журналист, знаком с начальником пресс-службы Главка майором Черноусовым, а того побаивались даже начальники райотделов, полковники, не говоря уж о простых лейтенантах.

– Ладно, идите к Степанычу. Я тут опечатаю все по новой. Больше, я думаю, вы срывать пломбы не будете. Это вообще-то преступление.

– Я их и не срывал, лейтенант. – Павел уже понял, что тот сам чувствует свою вину и пытается найти оптимальный выход из положения, чтобы сохранить лицо. – Я, вообще-то, журналист отдела криминальной хроники и что такое закон и порядок не хуже вас знаю. Где ж вы были в таком случае? Выходит охраняемый объект бросили?

Глава 9. Версии.

Отказавшись от приглашения Степаныча, пропустить по маленькой и сославшись на кучу дел якобы ожидавших его, Павел распрощался с ним. Выходя, кивнул головой лейтенанту, заметно повеселевшему от такого развития событий.

Ему так и хотелось сказать молодому офицеру, что пить с кем попало без уважительного повода и тем более на службе, это первый шаг к пропасти, из которой впоследствии выбраться будет очень трудно. Но не стал ничего говорить, просто смерил его насмешливым взглядом и вышел, тихонько прикрыв двери.

Чтобы проникнуть на участок с тыльной стороны Павлу понадобилось минут пятнадцать. Продираясь через кусты, перелезая через забор и снова лезть через чащобу, но уже по территории участка. Каково было его удивление и досада, когда он вдруг обнаружил вполне утоптанную тропинку, ведущую к калитке.

***

Подходя к двери кабинета-библиотеки, Павел замер, услышав приглушенный разговор. Он не сразу понял, что Юрий Петрович, вероятней всего, говорит с кем-то по телефону.

– Но у него же не было телефона. По крайней мере, он ни разу со вчерашнего вечера им не пользовался. – Только теперь Павел мысленно задал себе этот вопрос.

– Как так получается? Фигурант однозначно попадающий в круг подозреваемых в совершении преступления, до сих пор на свободе. В наше время это делается моментально, по геолокации телефона. То, что у Вяземского обязательно должен был быть навороченный гаджет, Павел даже не сомневался. Но почему же ни вчера, ни сегодня он ни разу им не воспользовался? Да и не видел он у него никакого телефона. Но вот же, говорит? Это значит, что у него есть телефон, о котором знает ограниченный круг лиц. А где же старый? Эх, балда, надо было номер его телефона у Степаныча спросить.

– Стоп – Павла вдруг осенило. – Я же номер телефона у Степаныча взял, на всякий случай. Осторожно ступая, он вернулся в котельную и набрал номер дворника.

– Степаныч, приветствую еще раз. Ты мне номерок своего хозяина сбрось, будь другом. Я вечером попытаюсь его еще набрать.

– Да не вопрос, Михалыч, одну секунду. Тебя завтра-то ждать?

– Пренепременно дорогой, я же обещал. – Павел выключил телефон – Вот наглец, понравилось на халяву водку жрать.