Время Удачных 20.14

- Поступление забортной воды в пятый отсек прекращено. Личный состав с “вводной” справился. Общая оценка – хорошо. Замечаний нет. – Доложил командиру капитан третьего ранга, Иван Яблонский.

Рижский кивнул. И командир БЧ-5 добавил: - В четвертом пожар потушен.

Командир лодки снова: - Хорошо!

После экзамена, Рижский повторно выстроил команду. Осмотрев каждого, в который раз повторил: - Надеюсь, подобные навыки нам не пригодятся. Но морская стихия никогда не прощала ошибок! Поэтому, завтра еще прогоним. Закрепим так сказать, хороший результат. И пожалуйста, не забывайте слова нашего героя, Магомеда Гаджиева(!): “Нигде нет такого равенства перед смертью, как на подводной лодке; где все побеждают или погибают!“

Также, Рижский оценивал команду электронавигационной части. Ее инженер, старший лейтенант Владимир Семенов - с боевым значком на груди: “За дальний поход”; доложил: – Приступаем к отработке всплытия и погружения. А затем, оттачиваем маневрирование, в зоне активного судоходства.

Нам стало понятно: Движение – также одна из самых нелегких задач. Ведь ему учатся всегда, учитывая ограниченность в средствах наблюдения за водой. То есть - не посмотришь в окно или не выглянешь в форточку; куда плять.

Параллельно, гидроакустики совершенствовали мастерство. Ведь то, что для простых подводников шум; для них – подробная информация: прошла стая касаток мимо, или боевой корабль. Штурманская группа, во главе с самим командиром отработала: атаки на одиночные корабли, поиск ударных групп и контратаки подводных лодок. Всегда рядом находился и судовой врач. Этот профессионал высочайшего класса, помимо терапевтической помощи умеет делать хирургические операции. Для этого: как на подлодке так и в Учебном центре, имеется все.

- Вы представляете? На прошлом походе – команда “Торпедная Атака”, а у одного торпедиста аппендицит? – Вырезал!

И если кто сомневался в правдоподобности, он предлагал: – Не верующим, могу обрезание сделать!

Далее, на завершающем этапе, экипаж “Буки – 871” приступил к выполнению нормативов по одеванию спасательного снаряжения. Научились выходить из отсека - убежища, через спасательный люк “Тубуса”; а затем, и через торпедный аппарат первого отсека. Хотя сначала, непонятно было: как, в спасательном костюме, пролезть через торпедный аппарат? Ведь диаметр: половина метра. Но к моему удивлению, пролезли все… даже кок. Главное, не забывать продуваться: сначала выравниваем давление, повышая до забортного. Делаем зевательные и глотательные движения, чтобы не получить баротравму уха. А затем, с чистой совестью вперед и вверх, к надводной жизни.

Ну и напоследок: в бассейне, проводилась тренировка по посадке в надувной спасательный плот: “ПСН-10”. Что словно маленький кораблик красного цвета - который, может стать домом, терпящим бедствие подводникам. А это: не дай Бог!

И эти – все практические навыки, проверял начальник Центра. Внимательно наблюдая за действиями экипажа, давал “вводные” Рижскому. Например: - Подлодка обнаружена условным противником, облучение РЛС. Ваши действия, командир “Буки – 871”?

Наш командир, помощник, боцман и механик мгновенно приняли решение о срочном погружении. Рижский - команду:

– Боевая тревога! Боцман, ныряем - срочное погружение.

Кстати, объясню: облучение “РЛС” – работа радиолокационной станции. Чтобы Вы знали: это устройство, что измеряет время отражения излученного импульса от объекта и пеленг этого объекта. Говоря попроще: когда подлодку засек корабль, или противолодочный самолет.

Только Рижский скомандовал: - Всплываем под перископ! А затем, после визуальной разведки обстановки: - Всплываем!

Прозвучала новая “вводная”: - Заклинило рули!

И ремонтная бригада в спасательных жилетах, кинулась устранять неисправность; пока подлодка условно находилась на поверхности. Таким образом, все возможные варианты событий обновленная команда “Буки – 871” сдала успешно.

13

Экипаж к нам полностью привык, и уже без десятерых новых был бы неполноценным. Командир БЧ-5 и непосредственный начальник Дизельного отсека Иван Андреевич, тоже называет меня “Удачным”.

- Тебе задача, - говорит: - Большая утечка масла работающего дизеля. Что будешь делать, “Удачный”?

– Что сделаю?! – отвечаю, беря пример с него. То есть сперва каждое слово взвешиваю и хорошенько продумываю: - Срочно долью масло и переключусь на второй дизель. А на первом, устраню утечку... Также слежу за температурой охлаждения двигателя. Строго следим за наличием загазованности и периодически вентилируем.

Дошло до того, что по звуку определял нормальную и ненормальную работу дизелей. Стали ремонтироваться, и что называется “На ходу”. Однако, в следующий раз, командир отсека по новой валит: – Неожиданно заглох дизель, ваши действия матрос?

И начинаю раскладывать по полочкам, находя причину - единственно надежным методом: исключением тех возможных неисправностей, что уже проверил.

- Все-таки, коллектив у нас мировой. Какая там дедовщина? - отвечал на звонок папы: - Наоборот, старшие всегда подскажут, если чего-то не так.

Еще он спрашивал: - Как это, целый месяц в походе одни и те же люди? Надоедают наверно?!

Но я уже знал ответ: - “Мы все - организм. Где подводники – его части, выполняющие определенную работу. Соответственно, без одного любого, не будет целым и здоровым. Попросту: левая рука видит правую всю жизнь и не надоедает. Даже наоборот, вместе легче и все подвластно: работать и отдыхать. Поэтому, если какой-то орган станет чужим организму - отомрет. Как когда-то хвост у первобытного человека. То бишь, уйдет подобный из команды подводников. Отсюда у нас все веселы и не обижаются друг на друга. Ведь от работы любого из офицеров или матросов, зависит жизнь других ребят и всего корабля.”

-

А как друзья? - интересовался отец

.

- Не разлей вода, - подтверждаю: -

Валерка – вечно загорелый якут, Юра – блондин, почти что альбинос. И я

,

светлокожий брюнет

..

.

Даже в выходной – воскресенье, команда собиралась в большом зале. Это командир Рижский придумал. Чтобы не только на службе, но и в быту сливаться в сборную.

В такие часы, я в шахматы приноровился играть. Юра оказался гитаристом. Играл как вундеркинд или почти, что в конечном результате схоже. Как говорил старпом: - Юрик - композитор.

Валерий в нарды рубился. Ну а Колька от телика не отходил: фантастику или боевики, лицезреть хотел вечно.

Командиру лодки Станиславу Владимировичу, я всегда и неожиданно проигрывал. Зато часто выигрывал у боцмана, блондина Алексея Ронова. Что с неизменно закатанными - на разную длину рукавами тельняшки, медленно переставлял фигуры по доске. Боцман играл хорошо, но мне почему-то везло. И Алексей только смеялся и краснел, под хохот – дружеский конечно, всего офицерского состава.

Затем, Юра меня приобщил к гитаре. Первые свои четыре аккорда, я исполнил в учебном центре. Это была песня, с которой все начинают осваивать гитару: “Напиши”. Чисто солдатская и матросская.

- Вы знаете, что это означает? - Пошутил тогда Юра, - То, что матрос “Удачный” не полностью медведем задавленный, по части ушей. А оказывается, слышит звуки. Только тренироваться надо и учиться дальше. И слух будет, что надо. Станете слухачом.

Вот поэтому, шестиструнка из Красной комнаты вечерами редко стояла без дела. То есть устраивали подводники: шахматные турниры в выходной, а в будничные - музыкальные номера. Хотелось же вечерами расслабиться, после тяжелого учебного, вернее: “Приближенного к боевому”, – как говорит Валера, – учебного дня.

Вот однажды - наблюдая за игрой командира с замом Подлякаевым; я и услышал этот предопределяющий разговор.

– Закончим учебу, сменим вернувшихся с похода. Тем более, - рассуждал Станислав Владимирович: - Активизировался условный противник, а тут олимпиада на носу... Сколько лет страна готовилась, и “эти” - могут попытаться сорвать, придумав на воде пакость.

- Интересно, - подумал я, - кого имеет в виду? И для кого, - как выразился командир, – придется усилить учения.

- Программа, по всей видимости, будет грандиозная. С надводным флотом и поиском субмарин противника, - ставя шах, предрекал Рижский.

Устав защищаться от могучих черных всадников, зам. положил своего короля на бок и покорно выдал: - Мы сдаемся, товарищ капитан второго ранга.

То есть, согласился c мыслью командования: - Теперь понятно Станислав, почему по ТВ все Киев показывают: люди палатки поставили...

Я затих. А сам думаю: Не какую военную тайну не подслушал? Но с другой стороны, я такой же подводник!

- Разрешите вопрос? – все же решаюсь, обращаясь к Олегу Анатольевичу. Который, складывая фигуры кивнул: - Мол, давай “Удачный”, только быстро.

- Я украинец по паспорту, хотя считаю себя Русским... Так почему же, нас разделили? И второй: что американцы лезут к украинцам, зная, что они русские. Настроить против нас?

– Вам товарищ Русский, надо меньше ТВ смотреть – чтобы глаза не портить, - как всегда с шуткой ответил зам. Хотя следом, пояснил: – Они другое государство, вот и пускай живут как хотят. Лишь бы нас не задевали бортами.

Только командир Рижский подправил: – Знаешь “Удачный”, малороссы тоже разные бывают. Одни например: с нацистами боролись, защищая общую землю. А другие – “бандеровцы”, воевали за Гитлера. Прислуживали шкурники... Ведь пока гибли наши гражданские, им дозволялось жить.

Я, пожимая плечами определил: - Больные! Если с врагами сотрудничали.

– Еще как! Ну, ничего, история все расставляет по местам. Так всегда было. Мы с тобой, одно целое. Я тоже считаю: Я русский и такой же украинец, как ты украинец – русский. Поскольку сначала, одна страна была: Русь Киевская.

14

Девятнадцатое декабря. Первый экипаж “Алросы” сдавал выпускные экзамены. Все получили “Хорошо”, но некоторые опытные подводники, подтвердили знания на “Отлично”. Они-то и получили из рук командира Центра значки: “Отличник боевой подготовки”. – Так я записал на память, под фото - графией “Трех друзей”. Просто нафоткались на радостях, что сами: Юра, Валерий, и я – Сергей “Удачный”, получили на своем первом экзамене: “Почти что отлично”. Это, - со слов Рижского. - Остальные ребята - новобранцы: “Почти твердое, Четыре”.

- Поэтому, - обрадовал командир: - Вашу “Святую” троицу, не разбивая - забираю в действующий состав: так быстрее закончите обучение. - Видел, как выручаете друг друга. Это называется “Командный” дух - на подлодке, он важен. Поскольку нить с тремя жилами, прочнее десятерых одиночных. Ну а оставшаяся семерка, продолжит учебу, до окончания полного курса. Нам несчастные случаи не нужны. Тем более через месяц, прибудет второй экипаж. Вот и пойдут оставшиеся, к ним.

Короче, расставались c земляками - якутянами, скрывая редкие мужские слезы. “Но Жизнь - как говориться: продолжается. И самое интересное, по-прежнему, ждет впереди”. – Юра придумывал новую песню

Так, через день, точнее на его ранее утро - выспавшись по пути и пройдя пограничный контроль, прибыли в Севастополь. Где конечно, стало жарковато - в нашей-то форме: она и для зимы теплая, а здесь и подавно - властвует осень. Ну, по якутским меркам. Только логичная паутина, не летит… Плюс, оказалось вот что: молочно-дымный коктейль, оберегавший людей совместно с творениями – строениями от любого недружественного глаза; неспешно исчезал. Вот успевая вдохнуть его вместе с морским бризом - благодаря тому, что железнодорожный вокзал расположился рядышком с бухтой “Южная”; командир Рижский выдал: - Мм-дас!!…

Причем одновременно, со второго пути в это время отходил состав. Так что “Прощание Славянки” – марш всех севастопольских отправлений; на этот раз не очень порадовал команду.

- Как-то... Тревожно, что ли?! - отметил старпом, трехмесячное отсутствие в Севастополе.

– Командир, и люди задумчивей! Видимо, передают друг дружке ужасы Киева, - предположил Дмитрий, пока экипаж грузился в автобус.

А еще Юрка, стараясь найти место рядом с офицерами; робко поинтересовался: - Товарищ старший помощник, разрешите вопрос?

Дмитрий Владимирович и так помогал – что второй “батя”; поэтому, уже привычно махнул: - Валяй, не имей привычки стесняться.

- Мы разве, не братья? – Юра смотрел не мигая.

Не зная теперь что ответить, старпом захотел отшутиться: – Братья конечно. Только с их продажным руководством, совсем не родня...

- В смысле, они незаконно рожденные? – съязвил Юрка, когда автобус пересекал Днепровский мост: - Просто говорят, что соседские отношения, - жестикулируя – парень подтверждал то, что подслушал из последних новостей из Киева.

– Да. Говорят одно, а на деле поощряют нацистов, – в доказательство отвращения, старпом показал кулак.

Вмешался командир: – Похоже, что Киевом дирижирует запад. НАТО, фонды Сороса, Рокфеллера и Ротшильда.

Старший помощник согласился: – Да, точно. Ведь помнишь Станислав Владимирович, как приходили поезда ‘’Дружбы’’, организованные их верховной радой? Когда напротив штаба Черноморского ВМФ, нацисты выставляли макеты виселиц и гробов. И как потом..., охраняемые украинской милицией(!), с барабанами промаршировали по Севастополю.

Теперь и Рижский смеялся. Оценив свое небо в окне, доказал: – Севастопольцев, напугать?! Наши прапрадеды в первую защиту: в девятнадцатом веке защищали город. Это, когда страны-хозяева теперешних бандеровцев задумали решать: где нам жить? Затем, дедушки во вторую, в двадцатом веке от Гитлера: когда он придумал, что только арийцы должны жить. Якобы, когда-то была земля готов. Только здесь никогда не было нацистов..., были скифы. И все россияне, имеют частичку от них. Опосля, покрестился Владимир и наши окрестили Русь; вот славяне и поселились тут навсегда. С тех пор, живем дружно с крымчанами, татарами и греками. Да и всеми остальными народами России. Так что, эти киевские папуасы-бандеровцы – ничто.

- Верно!! Да если бы украинская милиция не охраняла тогда; горожане усадили бы всех вниз головами; и пинком отправили восвояси, - заверил старпом.

Юрка, вернее наша якутская тройка, приоткрыла рты... Поскольку проживая в глубинке России, не знали: как все серьезно.

- По телевизору, такого не говорят, - высказал общее мнение Валерий.

Даже командир краснел воспоминаниями, но, пересилил: – Не говорят... Ну и что? Разберемся! Мы подводники. Народ русский и украинский за нас.

Таким встревоженным “Батю”, матросы больше не видели. Было понятно, как он переживает за судьбы России и Украины; за судьбу своего Севастополя и всего крымского народа.

А Станислав Владимирович взял себя в руки... Думаю: даже пожалел, что разоткровенничался на виду. Потому что командир скомандовал, уже полностью контролируемым голосом: - Приехали, хлопцы. Можете расслабиться, дома.

Вот так и добрались до 247 – го отдельного, Констанцкого ордена Ушакова, дивизиона подводных лодок Черноморского флота. Хотя повторюсь: это рядом с вокзалом; но даже у молодых появилась усталость. Только не физическая - от дороги, а моральная - от здешних не благоприятных новостей.

Зато в части, с нами здоровались – замедляя ход, все встречающиеся. Также мирно приветствовали команду старинные здания, что веками служат России.

- Посмотрим, - подумал я, - куда мы попали. И что за нацисты приезжали из Киева? В двадцать первом то веке!

А Валерка, толкая в бок левый, защебетал: – “Удачный”, ты слышал,... нацисты гробы привезли. Это как?

- Нет, – отмахиваюсь – не зная, что еще сказать. Юрик переиначил: – Вот и хорошо, что гробы приготовили.

- Почему? – переспросил Валера.

- А чтобы нам для них не тратится, – отчеканил Юра, начиная злиться: - Пусть только еще сунутся - узнают, что могут якуты и сибиряки. Да у меня дед тут в Отечественную победил. Как я теперь, ну потом когда то, когда встречусь с ним, – он указал в небо: - Ему в глаза смотреть буду, если отступлю. Да я за деда, всех нацистов отсюда выгоню. Это наша, русская земля!!

Наступила пауза, повлиявшая на общий ход. Потому что вся команда, остановилась. И все же, одобрительно закивали, предсказуемо соглашаясь. Один обернувшийся командир пожурил: – Товарищи подводники, в России все по закону. Помните: верховенство права! Виновных наказывает честный суд, а не мы – российские граждане.

- Сейчас бы поесть, товарищ старший помощник? – решился сменить тему Юра. Командир одобрительно кивнул, и все свернули. Все-таки удобно, когда столовая располагается на цокольном этаже казармы.

К слову: людей было немало. Это понятно: восьмой час. Одни служивые вставали, другие подходили, присаживаясь за деревянные столики.

- Вот и мы повоюем, – пообещал Валерка, пока рассаживались. Наяривая кашу и в то же время периодически теребя ложкой кусок жареной камбалы, он как бы проверял свою силу.

- Тут все наше, - сделал вывод: – Мы же в русском городе-герое.

Далее, после сытного завтрака - довольные, что вернулись; экипаж “Буки – 871” выстроился на плацу совместно с другими подводниками дивизиона имени легенды: адмирала Федора Федоровича Ушакова. Причем сразу, началась чехарда.