Играть, чтобы проснуться. Первый мир

12. Без извинений

Лаки не помнил, где он заснул, но проснулся он на трех маленьких сдвинутых кроватях, предназначавшихся гоблинам. Он ощущал себя нехорошо, если можно так сказать. На самом деле ему было очень плохо. Желудок был пуст, так как Лаки буквально только что опустошил его, но есть не хотелось. Хотелось умереть. Желудок его вывернуло за это утро уже не раз, благо в хижинах гоблинов не было пола, и все, что извергалось из него, извергалось на землю, которая медленно, но все же впитывала продукты жизнедеятельности. Лаки открыл глаза лишь раз, когда проснулся и когда еще не осознал, насколько ему плохо. Заметив, что кровати, как и вся мебель в хижине, стояли на земле, он с легкостью облегчился туда. Он закрыл глаза, и открывать их более не было сил. Через двадцать минут, когда все содержимое его пищевода можно было досконально изучить, он еще раз открыл глаза. В миниатюрной хижине, куда его вчера ночью подкинули Эрик и Лион, которому тоже необходимо было прилечь в тот момент, находилась тумбочка, две стойки с факелами и, собственно, те три кровати, которые еле помещались в хижине, так что Лаки упирался ногами в один конец сооружения, а головой в другой. Благо потолок не был слишком низким, и встать можно было, не стукаясь головой о ветки, из которых сплели хижину.

Поняв, что в этот момент организм не требует от него ничего, Лаки встал и вышел из хижины. Было далеко не раннее утро, и воин был огорчен, что пропустил его: это было одно из самых красивых в игре утро. Прохлада и теплый чай, которые могли бы скрасить его, сменились жарким зноем, солнцем, ударившим в глаза, как только Лаки вышел из хижины, и странной жидкостью в стакане, которую протягивал ему улыбающийся Лион:

– Как самочувствие? – усмехнулся он.

– Великолепно, – ответил Лаки, сразу заметив, что запах из его рта не был приятным, когда Лион отвернулся.

– Выпей это, полегчает, – маг сунул ему в руки стакан и отошел на пару метров.

– Я вчера уже выпил то, что мне порекомендовали, – грустно заметил Лаки.

– Никто не рекомендовал тебе пить из кувшина, не наливая в стакан. Кстати, тебя уже заждались.

– Кто? – Лаки не сразу обратил внимание на Люмрика, стоявшего рядом с Эриком.

– Я введу тебя в курс дела. Ваша группа приняла мой квест, пока ты спал, – сказал Люмрик и радостно добавил, словно маленький гоблин, не испорченный внешним миром: – Мой первый квест! В общем, ваша задача – сопроводить меня на встречу с другим кланом гоблинов. Встречу с ними назначал еще мой отец. Они придут примерно через час. Я тебе о них расскажу кое-что. Пока ты будешь есть, послушаешь. И выпей ты, наконец, этот стакан! – гоблин засмеялся, глядя, как нехотя Лаки пьет.

На этот раз вид жидкости не был обманчивым – она была плоха как на вид, так и на вкус. Настоящая жижа.

Гоблины принесли маленький стол к хижине, на который тут же поставили еду – курицу и ягоды. Рядом поставили стакан с черничным соком:

– Очень рекомендую! – усмехнулся Эрик.

– Ну, судя по тому, что ты вчера делал, здесь ты ничего крепче сока не выпьешь, – Лион засмеялся вместе с Люмриком.

– Да идите вы все.… Что за квест? – Лаки принялся за еду.

– Начну издалека. С тех времен, когда игроки еще не пришли в игру… Я их не застал, поэтому не могу вам рассказать об этом периоде, но скажу то, что знаю. Это было несколько сотен, а то и тысяч лет назад. В общем, в Первородных горах, на юге или, как их все называют, в Шпилях, жили две многочисленные расы – камнедоры и гномы. Гномы всегда были большим и умным народом, а камнедоры – сильным. Хотя их тоже тупыми не назовешь… Их территории разделялись гнездом драконов, которое не давало покоя обеим расам. Гнездо занимало площадь, равную городам гномов и камнедоров вместе взятых, а ящерицы не чуждались возможности нападать на тех и других, как для развлечения, так и для пропитания. Остальные, в свою очередь, не враждовали друг с другом, а концентрировались на защите. Драконы нападали на деревни и города и занимали огромное количество места, будучи немногочисленными. Однажды гном Гербин и камнедор Длок’дар встретились на нейтральной территории и договорились совместными усилиями прогнать драконов с их территории. Драконы были повержены, а оставшиеся отправились вглубь гор, где они никому не мешали. На огромном пиру собрались представители обеих рас, и в разгаре праздника встал вопрос о том, кто заберет огромные территории себе. Никто не хотел делиться, и началась битва, в ходе которой Гербин лишился глаза, а Длок’дар – руки. Они же и стали новыми правителями своих государств.

– Я извиняюсь, причем тут гоблины? Или когда ты говорил «начну издалека», то имел в виду это? – Лаки усмехнулся, прервав рассказ Люмрика.

Но тот лишь продолжил рассказ, проигнорировав усмешку.

– После того дня, который сейчас мы называем Днем Свободы, началась многовековая война. А теперь к гоблинам. У подножья гор жило племя гоблинов – саламандры. Они поклонялись богам с лицами ящериц, почитали всех рептилий, но таких отношений с ними, как у нас с ловкачами, у них не было. Они торговали с обоими государствами и не враждовали с ними, но когда камнедоры и гномы поссорились, клан решил помочь одним из них. Однако мнения расходились. Кто-то считал, что выгоднее будет помогать тем, у кого лучше экономика, кто умнее, у кого больше работы из-за большого количества кузниц или других горных ремесел. Другие считали, что помогать стоит тем, кто сильнее и имеет больше шансов победить. Так и клан гоблинов разделился на две части. Клан Черная Чешуя переселился поближе к камнедорам, а Красные Саламандры – к гномам. Старое место поселения заняли дикие ящерицы – единственные, с которыми ни один из предыдущих обитателей общего языка не нашел. Они были размером со среднего осла и не доверяли никому.

– Со среднего осла? – переспросил Лаки

– От ста до ста сорока сантиметров в холке, около того, – перевел Эрик

– Через многие века вражда утихла, – продолжил гоблин, – и образовалось новое, целостное государство Добрадол. От слов «добрая долина».

– Трогательно. А можно ускориться? – спросил Лаки.

Но Люмрик вновь его проигнорировал.

– Так вот, новое государство…– начал было гоблин, но Лаки вновь встрял:

– А кто там правит – гоблин или камнедор?

– Правители Гербин и Длок’дар погибли в одном из сражений, вонзив копья друг другу в сердце. В Шпилях поставили статую в честь этого события – два копья, протыкающие два сердца. Символично. А сейчас правят какие-то другие гном и камнедор. Я не знаю, как их зовут, но у них интересная система правления. Если проводится голосование, то есть три критерия – один от гнома-правителя, другой от камнедора-правителя, а третий выбирается всеобщим голосованием в случае несогласия двух правителей.

– Интересно… Так что там с гоблинами?

– Гоблины не объединились до сих пор. Они ненавидят друг друга, но не ведут войн. Просто игнорируют другие племена. Так вот. Из одной из пещер в новом поселении Черной Чешуи вышло большое скопление черных ящериц, по размерам схожих с дикими ящерицами, но другого цвета. Они появились меньше сотни лет назад, и, скорее всего, за то время, пока драконов не было видно, они деградировали и превратились в этих ящериц, потеряв крылья. Но, кстати, огнем они все еще дышат. Гоблины Черной Чешуи их приручили и закрепили за своим кланом название. А гоблины Красных Саламандр чуть изменили название – на Диких Саламандр, приручив, наконец, диких ящериц. Представитель Черной Чешуи должен прибыть сюда. Он хочет нам что-то предложить, а мы хотим купить у них пару-тройку десятков куриц.

– Зачем эта предыстория с образованием их кланов? – спросил Лаки.

– А что, плохая история? – усмехнувшись, парировал Люмрик.

– Неплохая. Ну, пойдемте их встречать. – Лаки встал и проследовал с Люмриком до того конца деревни, где еще не был.

Там ему показали, где разместиться, чтобы в случае чего помочь гоблинам. В кустах, откуда все было прекрасно видно и слышно, уже сидел замотанный в плед Эрик в обличье человека и явно этим недовольный, и Лион, вновь мирно попивающий свой чай.

– Мне это перестает нравиться, ребят. Нужно что-то придумать с моим превращением в человека. Может, я в йети превращусь все-таки? Не очень комфортно без всего под куском ткани сидеть, – причитал Эрик.

– Твоя четырехметровая идеально белая туша в кустах хоть и немного, но все-таки помешает скрытности задания. А с превращениями надо действительно что-то придумать. Ну, мы и придумаем. Мне тоже не особо комфортно, когда ты превращаешься, видеть несколько секунд то, что я видеть не хочу. Потерпи чуть-чуть. Знаю я одно местечко в Шпилях… – успокоил Лион.

– Я думал, что сопроводить – это значит постоять рядом, а не посидеть в кустах, – возмутился Эрик.

– Потому что надо всем вместе квест принимать, чтобы все тонкости рассмотреть, – Лаки был зол из-за того, что о квесте ему сказали, уже согласившись его пройти.

– В следующий раз я всем все объясню заранее, – Лион вгляделся вглубь леса и увидел гоблинов из Черной Чешуи. Те же самые гоблины, однако одетые приличнее. Их тело полностью покрывали длинные кожаные куртки, которые на большинстве из них выглядели как плащи. Большое количество пирсинга на их лицах и кинжалы вместо копий заканчивали список различий между кланами. Единственной маленькой разницей в биологическом плане был более темный цвет кожи у Черных Саламандр, но разница заключалась лишь в паре оттенков. Многие из гоблинов сидели верхом на черных саламандрах. Одна из них закашлялась, и герои увидели пламя, выстреливающее из ее пасти.

– Шесть саламандр и шестнадцать гоблинов, – подсчитал Эрик. – Их клан, насколько мне известно, больше, чем клан Лесников.

Гоблины приблизились. Один из клана Черной Чешуи вышел вперед. Гоблин, которого звали Курло, удивленно посмотрел на Люмрика, соединенного с ловкачом, и заговорил:

– Я – Курло по прозвищу Разумный, принц Черной Чешуи, сын вождя великого Лорбо Резателя, внук величайшего Ломро Укротителя! – он пытался завысить свою цену в глазах другого клана, но у него это плохо получалось.

От прочих гоблинов его отличал амулет на шее в виде клыка какого-то животного. Сравнив его с клыком саламандры, Лаки понял, что это был большой зуб рептилии.

– Меня зовут Люмрик’бар, я вождь Лесников, сын великого Норин’бара Мудреца, внук Цором’бара Трезвого! – предки Люмрика не отличались подвигами и достижениями, но они были справедливыми и добрыми со своим народом. Его дед не выпил ни одной капли алкоголя с момента получения статуса вождя, а отец думал лишь о народе, хитростями обманывая врагов. – Наслышан о твоем деде! Это он приручил ваших ящериц?

– Да, это он. Дед был особенным, хоть и недостаточно грубым для вождя, – кивнул Курло. – В отличие от своих потомков он был хорошим гоблином. Не желал зла никому, но до конца жизни так и не нашел себе преемника. Впоследствии, после его смерти, власть автоматически перешла в руки к его старшему и самому глупому, но сильному сыну Лорбо. Его же дети были еще хуже – он давал им все, кроме своей заботы, и, вырастая в роскоши, но без должного воспитания, они становились такими же пафосными идиотами, как Курло.

– Ты знаешь, зачем мой отец призвал тебя. Мы готовы заплатить за кур. – Люмрик не собирался заходить издалека и хотел закончить с вопросом скорее.

– Люмрик, мы привезли их, но они с остатками нашей группы сейчас на границе леса и пустошей перед каньоном. Договоримся, и вам их привезут, – казалось, гоблин что-то недоговаривал.

Лаки шепотом сказал Лиону:

– Мне это не нравится. Надо проверить границы. Они же вроде недалеко? – Лаки хотел было пойти, но Лион остановил его.

– Я сам пойду, – сказал он вполголоса. – Ты не знаешь, куда идти, тем более если что-то случится, твое копье отсюда достанет любую цель, а мой кипяток – нет. Эрик, сиди тихо. – С этими словами маг тихо уполз в чащу.

Люмрик продолжил:

– Мы обо всем давно договорились, так о чем это ты говоришь? – не понимал новоиспеченный вождь.

– Ну я подумал, что, может быть, пять тысяч золотых – это маловато.

От такой суммы у Лаки пересохло во рту, а глаза полезли на лоб.

– Мы давно установили цену и менять ее не будем. Торги окончены. Отдай своим людям команду, чтобы привезли птиц, – Люмрик нервничал, не понимая, чем вызвано такое поведение принца гоблинов.

– Мы приехали вчера днем, но решили сначала узнать, как дела в деревне. Заплатили парочке игроков за то, чтобы они посмотрели, что творится в твоей деревне. И не зря. Оказалось, твой отец передал свои силы тебе. Теперь он уязвим. – Курло махнул рукой, и из леса вышел орк, приставил нож к горлу Норина и повел его в сторону главаря. – Можешь считать, что это лишь бизнес.

– Сука, – Люмрик сказал это мощно и тихо, адресуя слово зазнавшемуся гоблину, но получилось так, что услышали все.

Лаки и Эрик были согласны с ним. Лаки, правда, был потрясен еще одним фактом. Орком, выведшим Норина, был не кто иной, как приставучий Джейк. На голове у него была странная меховая шапка-ушанка.

– Это Джейк, – сказал Лаки.

– Кто? – переспросил Эрик, ни разу его не видевший.

– Неважно. Важно то, что с ним всегда ходит эльф. Внимательно смотри, он где-то в лесу, целится в кого-то.

– Ищу, – сказал Эрик.

Но Лаки нашел его сам:

– Он в кустах – прямо там, откуда вышел орк. Почти не прячется. Хотя в такой ситуации не очень-то это и нужно. Мы сможем неожиданно выскочить, спасти Норина, но при этом не умереть самим и не дать умереть ему?

– Вряд ли, – ответил Эрик. – Эльф целится в него, и если мы покажемся, он сразу его застрелит.

– Значит, надо сначала разобраться с Нюрном.

– Его так зовут? Ладно. Тогда я окликну его и откину Норина, чтобы он не пострадал.

– У тебя получится? – хотел убедиться Лаки.

– Не факт. Он убьет его быстрее, я так думаю.

– Тогда ждем Лиона. – Люмрик начал торговаться с Курло, чувствовавшим, что скидка уже рядом.

На границе леса и пустошей Лион оказался уже через десять минут, благо она была совсем недалеко. Как только он отполз на достаточное расстояние, чтобы его было невозможно услышать, он побежал. Когда он подобрался поближе к обозу гоблинов, то действительно увидел повозку с двумя десятками кур. Но пара деталей его насторожила. Во-первых, гоблины даже тут решили обмануть и привезли только кур, без петухов, так что разведение пернатых было невозможно. Во-вторых, здесь он насчитал около восемнадцати гоблинов и четырех бандитов. Трех людей и одного орка максимум двадцатого уровня. Они ждали команды. Лион, осознав, что нечто должно случиться именно в деревне, рванул обратно. Что-то подсказало ему вернуться по другой дороге, где по счастливой случайности прятался Нюрн. Увидев его, Лион остановился в нескольких метрах и, найдя взглядом Лаки и Эрика, стал махать руками, привлекая их внимание.

– Там Лион! – шепнул Эрик Лаки.

Тот, поймав взгляд Лиона, показал в сторону Джейка, а затем поднял светящуюся ладонь, намекая на то, что копьем уберет его, а маг должен в таком случае убрать эльфа. Лион схватил Нюрна деревянной рукой за волосы, а живой закрыл рот. Затем он резким потоком изжарил лучника изнутри, аккуратно положив его тело и лук на землю.

Очередь Лаки. Он сгенерировал копье из чистейшего света в левой руке и, хорошенько прицелившись, кинул. Лаки заметил, что оно летело точно в цель – в голову. Однако неожиданно оно изменило траекторию, прилетело в руку орка, проткнув ладонь, выбив кинжал из руки, и пролетело мимо головы Норина. Курло был ошеломлен, но когда из леса с одной стороны не последовало выстрела, а с другой вылетел огромный йети, раскидывая всех и расстраивая ряды гоблинов, он удивился еще больше. Мгновение спустя он уже лежал на песке, а на груди его стояла нога Рокбери:

– Ты ответишь за то, что чуть не сделал, подонок, – Рокбери ударил посохом в грудь принца, предварительно аккуратно отодвинув амулет. Тот закашлялся, отведя голову от прожигающего взгляда нового вождя, сидевшего за спиной ловкача, а гоблины, подоспевшие из деревни, уволокли Курло.

Джейк, опомнившись, увидел, что Лион и Лаки вновь помешали его планам и сейчас добивают гоблинов вокруг, взял рог, висящий на поясе, и дунул в него. Громкий звук, сигнализирующий бандитам, что необходима помощь, прозвучал в воздухе, сотрясая листву ближайших деревьев. Затем Джейк отбросил его и легким движением руки достал булаву с пояса, которой сразу же сбил с ног Норина и уже занес руку для добивающего удара, но его оружие встретилось с препятствием. Меч Лаки завис над старым гоблином, давая ему время уйти, чем старый гоблин и воспользовался.

– Ты опять все портишь! – орк оттолкнул Лаки и вновь атаковал.

– Зачем? – парировал Лаки.

– Что зачем?

– Вы явно провалили квест. Зачем продолжаешь? Зачем пытаешься его убить? – их поединок перерос ненадолго в диалог. Они держали оружие наготове, но не нападали.

– Есть причины. Можешь считать, что мне это нравится! – Джейк пнул соперника в коленку, но тот перекатился, контролируя ситуацию, и обезопасил себя от удара булавой.

Сражение почти равных противников могло бы длиться очень долго, если бы не очень быстро расправившийся с гоблинами Эрик, стукнувший Джейка по спине, из-за чего тот отлетел на десяток метров. Пока орк еще не встал, йети подбежал к нему, обхватил обеими руками, выбил булаву, забрал арбалет, в конце концов полностью нейтрализовав его. Гоблины почти сразу связали Джейка и отправили в клетку, где уже находился Курло. Джейк не сопротивлялся, лишь сказал:

– Нас скоро вызволят, у вас нет шансов.

– Много их там, Лион? – спросил Лаки, вытирая пот пледом Эрика, благо ему он уже не был нужен.

– Как здесь. Но еще и четыре игрока. Три эльфа и орк, от шестнадцатого до двадцатого уровня.

– Ну, у них есть шансы нас одолеть, – неожиданно сказал Эрик.

– Даже с тобой? – переспросили парни одновременно.

– Даже со мной. Игра сбалансирована так, что гоблинов десятиуровневых разнесу, но не двадцатиуровневых, причем с четырьмя игроками.

– Может, поторговаться с ними? – спросил Лаки

– Эта идея мне нравится! – сказал подошедший Норин, но Люмрик, догнавший его, возразил:

– Мы примем бой! Они не смеют нападать на тебя! – гоблин был возбужден битвой и жаждал еще. Но отомстить он хотел еще больше, чем сражаться.