К тебе сквозь Бесконечность

Часть 1

Первая любовь – это всегда поражение. Глупое, упрямое и слепое чувство…

Дурацкое имя Жиль. Во время знакомства я прямо так и заявила, глядя в его зеленые глаза, чем вызвала его улыбку. Наверно этим я его и взяла.

Жиль всегда привлекал к себе внимания. С самого первого дня нашего знакомства женщины всегда провожали его взглядом. Всегда вожделеющим, всегда горящим, всегда сводящим меня в пучину необоснованного гнева.

Я училась на кондитера в самой известной кулинарной школе Парижа. Он был владельцем кофейни, куда я часто забегала по утрам. Обычная студентка и владелец малого бизнеса.

Мы сошлись на том, что должны быть идеальной парой. Когда я стану известным кондитером Парижа – он переманит меня работать в свою кофейню. Потом арендует еще один ресторан. Мы должны были прославиться. Так он мне говорил.

Вот он берет свою любимую книгу и идет к окну. По квартире гуляет летний ветер и его светлые волосы развиваются. Он никогда не любил короткие стрижки.

В тот момент, когда из окна выглядывает солнце, Жиль оказывается в полутени. Сердце пропускает один удар…

И воспоминания из другого дня. Мы лежим в кровати. Он шепчет всякие глупости мне на ушко. Мое тело пылает после ласк любимого. Первый желанный мужчина. Мой мужчина. И я думаю о том, что так близко я никогда никого не подпускала. Особенно после того, как я в пух и прах разругалась со своими родителями. Шел третий год учебы во Франции, и я была влюблена…

Мой выпуск совпал с круглой датой основания школы. Я получила направление в ресторан с четырьмя звездами Мишлен в Париже. В тот момент я слышала в голове звуки рояля и контрабаса. Я слышала звуки победы. Ведь теперь мы с любимым осуществим мечту. Я заработаю имя, мы откроем наш личный ресторан и всегда будем вместе.

Но в этом концерте была одна фальшивая скрипка. Почему-то Жиля нигде не было. Всю церемонию я высматривала его в толпе родителей и друзей выпускников.

Что-то было не так. Я не осталась праздновать с ребятами из моей учебной группы, постоянно набирала его номер мобильного телефона и быстро шла, не обращая внимание на гневные сигналы от водителей. Он был вне зоны доступа.

Потом, словно во сне, я захожу в подъезд дома. Шифоновая красная юбка, которую я надела в тот день в честь выпускной церемонии, разлеталась кровавым облаком тревоги по ступеням. Два щелчка, ключ всегда слегка застревал. Звуки музыки из старой стереосистемы. Звуки секса и запах вина.

Дрожащими руками я толкаю дверь в спальню и…

Меня окутал туман невыносимой боли.

Человек, горящий в агонии собственной боли выглядит не краше ожившего зомби. Неделю я ночевала в пустой комнате в общежитии, куда меня определила подруга Лорел. Потом я пришла в себя достаточно для того, чтобы вернуться в квартиру Жиля, собрать свои вещи и уехать из Франции обратно в Америку.

Учебная виза заканчивалась и нужно было открывать рабочую визу. Никого не было дома. Разбросанные книга, коллекция вин в буфете и мой собранный чемодан у двери.

Я отказалась от места в Париже, не смогла вернуться. И вот я сижу в своей квартире в Джерси. Уже как год я работаю в местной кафешке. Но видимо прошлое не хочет меня отпускать. Вчера мне пришло электронное письмо из Парижа. Один ресторан искал кондитера. Специалист по подбору персонала нашел мою старую анкету.

Разве не об этом я мечтала? Жить в Париже, печь вкусную выпечку и пить шампанское глядя на то, как заходит солнце. Но его лицо тут же вставало перед глазами.

Жиль усмехался, восхищался Францией. Нет это не я хотела жить в Париже. Это не мои желания. Когда я поступала, то горела мечтой об открытии собственного дела. Я думала вернуться в Америку. Хотела осесть где-то в пригороде. Купить дом и завести небольшой сад. А Жиль лишь смеялся. Говорил, что я слишком мягкая, как свежий горячий круассан. Бизнес делают твердой рукой.

А потом перед глазами возникает женское лицо. Лицо учительницы, преподававшей историю кулинарии в моей школе.

И снова удушающая сцена их сплетённых тел у меня перед глазами. Не было оправданий с его стороны. Он просто смотрел с сожалением. Хотел закончить по-другому? Или это у них давно? Я была слишком зла, слишком в шоке, чтобы задать хоть один из этих вопросов. А она… Она нежно улыбалась. Чего мне стоило не убить их обоих на месте…

Телефонный звонок раздался как будто сквозь слой ваты.

– Джесси, он уехал. – Голос Лоры, моей подруги из Парижа дрожал. – Он сказал, что будет жить в Нью-Йорке.

– Лора, подожди. Не тараторь. Что произошло? – Мой голос был слегка осипшим после долгого молчания.

– Я все тебе расскажу. Позже, обязательно. Я еду на Бали. Мне нужно уехать из этого кошмара. Такое чувство, что мне вскрыли грудную клетку и нечем дышать. Неужели и ты чувствовала то же самое…Ты поедешь со мной? Мы хотели поехать с ним вместе…

Поеду ли я? Взгляд медленно скользил по коричневому затертому ковролину. Или я пойду делать рабочую визу для Парижа? Раздался звук грома и хлынул ливень. Знак или случайность? Я определенно не хочу ехать сейчас. Я вообще не уверена, что хочу ехать в Париж. Это была не моя мечта. Она была мне навязана. А отдохнуть… Почему бы не взять месяц за свой счет… Тем более, что последний год работала без выходных.

– Поеду.

И так я через пару дней я оказалась в аэропорту Нгурах-Рай. Я была одета в линялые джинсовые шорты, футболку с группой «Black Pink», обута в вьетнамки. И конечно на моем лице красовались темные очки, чтобы не пугать людей своим депрессивным взглядом и темными кругами под глазами.

Вечером мы с Лори лежали на пляже, заливали горе легкими коктейлями, много плакали. Много ругались на мужчин, которые так жестоко потоптались на наших сердцах. Даже обувь снять не потрудились. Живописное описание, не правда ли?

Мы познакомились с Лори на втором году обучения. Она только поступила и собиралась закончить школу, работать в Париже. Только Лора действительно хотела там жить и работать. Ее не смущали цены, маленькие квартирки и постоянный шум. Лора встречалась с Дейви. И все у них было хорошо.

Дейви и Лора – сладкая парочка. Она была его солнцем и Дейви с удовольствием вращался вокруг своей звезды. Они даже подумывали пожениться.

А потом что-то пошло не так. Он просто бросил ее, оставив глупую записку о том, что он сыт по горло Парижем и их отношениями. Естественно, он не отвечал на нее звонки. Она не стала его искать. Лори просто решила уехать в отпуск на Бали.

Одна брошенная, вторая преданная – отличная компания.

Следующие два дня мы пили, плакали, ругались на эту жестокую судьбу. Называли себя неудачницами. А как можно объяснить факт разбитых отношений в самом романтичном городе мира? Было бы не так обидно если бы моя первая любовь случилась в Джерси, где я выросла?

А потом кто-то постучался в дверь и рассеял алкогольный туман и пьяные размышления.

– Дорогие гости, – раздался женский голос с сильным акцентом, – могу ли я войти?

В тот момент мы с Лори переглянулись. Опухшие глаза, туш размазанная по лицу… Да, я наверно выгляжу получше, по крайней мере без подтеков от косметики на лице.

– Я сейчас сама выйду. – Лори скрылась в ванной, я оглядела бардак, состоящий из пустых бутылок. Мы почти ничего не ели. Только пили. На выбор – алкоголь или вода. Затем я цокнула от досады, взглянув в зеркало и увидев свое помятое лицо.

За дверью была миниатюрная, чуть полноватая женщина. Волосы она заплела в длинную, невероятно рыжую косу. Обычное бежевое платье и сандалии. Ее темные глаза внимательно меня осмотрели. Потом она что-то для себя решила, кивнула своим мыслям и начала говорить:

– Сегодня среда. Праздник Галунган. Великий праздник. Боги посещают Бали. Будут гуляния. Уже в семь вечера мужчины будут забивать свиней. – На этих словах меня слегка передернуло. Я не вегетарианка, но прозвучало это весьма дико. Думаю, мой позеленевший вид ее не сильно смутил. – Знаю, что вы, американцы, не очень любите такое. Но вы приходите к девяти вечера. Будет музыка, танцы, театр. Вижу, что вам это нужно.

И странная женщина протянула мне флаер, похлопала утешающе по руке и ушла. Могу поклясться, что у нее абсолютно ничего не было в руках, когда я вышла. Меня уже начало глючить, как старый телефон? Я слегка зависла, глядя вслед странной женщине. Было такое ощущение, что она знала, как мне сейчас плохо. Не только потому, что я выглядела как оживший мертвец. Эта женщина, словно рентген определила, что уже целый год лежало у меня на сердце – кирпич с кровавыми буквами: «ПРЕДАТЕЛЬСТВО».

– Что она хотела? – Спросила Лора, заглядывая в холодильник. Не найдя ничего съедобного, она досадливо вздохнула. Затем упала на кровать, закрыв лицо рукой. – Нужно что-то съесть.

– И в душ. И на праздник. – Лора перевернулась и посмотрела на флаер в моих руках.

– К черту праздник. – Лора сморщила нос. – Давай просто закажем еды и включим фильм.

– Знаешь, – я задумчиво начала вертеть кончик своей длинной русой косы в руках, – у меня такое ощущение, что нам нужно туда попасть. Уверена, ты слышала каждое сказанное слово. Слышала как она сказала? Нам это нужно!

– Все равно не хочу.

– Сначала купим по платью. Нет! Сначала в душ.

Вечер престаёт быть томным.

***

Большинство жителей Бали практикуют индуизм. Много богов и другое отношение к жизни. Они верят в духов, в то, что после смерти что-то есть. Они радуются приходу богов, смерти. Они ее празднуют.

Лора купила невероятное зеленое платье со стразами, которое подчеркивало цвет ее глаз. Она сделала высокий хвост. И выглядела как миниатюрная птичка колибри. Вертелась то тут, то там и хихикала.

Мой же выбор пал на светло-голубое платье. Бледная, с длинными русыми волосами и ростом под сто семьдесят сантиметров. Хоть Лора и подкрасила мне глаза и добавила румян, я все равно сильно выделялась из-за светлой кожи. Лора же немного походила на местных. Несмотря на то, что загорали мы вместе, степень загара получилась очень разной.

То тут, то там играли музыканты, проводили театральные выступления. Яркие наряды, много туристов. Из толпы выскакивали продавцы сувениров и заманивали жертв к себе в палатку. Один был похож на торговца арбузами из мультика про Алладина. Он продавал цветастые платки и игриво поигрывал своими усиками.

Мы неспешно шли на пляж. Настроение из траурного постепенно превращалось, не то, чтобы в праздничное. Я бы сказала, что накал в моей душе стал медленно отступать.

На пляже всегда открыты небольшие кафе, мы решили все-таки нормально поесть. Зашли в полутьму, сели за столик со свечой в стакане и заказали жаркое. На стенах поигрывали причудливые тени. Они медленно пробегали по фото знаменитостей, которые были в этом месте.

– Наш Маэстро бы сказал, что это не еда, а…

– Полный провал! – Закончила я за нее, хихикнув. – А затем бы выкинул ее в помойку.

– Мне все равно, это лучшее что произошло со мной за неделю. – Лора с удовольствием сметала пикантное блюдо с тарелки. А затем раздался звонок. – О господи, на ловца и зверь бежит! – Лори подняла трубку. – Да? Месьё Жерар, что вы! Я рада вас слышать. Нет, вы меня не отвлекаете. – Защебетала она на французском, показала жестом, что сейчас придет и вышла.

Я машинально вытащила телефон из сумки на поясе. Ни одного пропущенного звонка. Только сообщение из банка с предложением купить драгоценные металлы. Я спрятала телефон обратно и заказала себе пива. К черту все.

– Простите, я могу к вам подсесть? Сегодня тут какой-то кошмар твориться. – Темноволосый мужчина в черной футболке вопросительно посмотрел на меня, не предпринимая пока никаких действий.

Я оглянулась вокруг. Действительно, все было занято. А мы с Лори заняли стол на четверых, так как не хотели сидеть у барной стойки.

– Да, можете. – Он улыбнулся, спокойно кивнул официанту. – Принесите бокал светлого и тарелку с сушенными кальмарами. Лет двести их не ел. Вы что-то будете? – Он вопросительно посмотрел на меня.

– У меня все есть, спасибо. – Я скупо улыбнулась и демонстративно пригубила свой напиток. Симпатичный, определенно. Модная небритость и яркие голубые глаза. Если бы я не ненавидела в данный момент всех особей мужского пола, то, вполне возможно, я бы была не прочь закрутить маленький роман.

Я невесело усмехнулась своим мыслям.

– Меня зовут Ноа.

– Джесси. За знакомство? – Мы приподняли кружки, кивнули и выпили.

– О боги, – Лора подошла к столу. Я заметила, как от этого возгласа Ноа чуть не подавился, – ты просто, не поверишь. – Потом она перевела взгляд на Ноа. – О, а вы?

– Я Ноа. Джесси разрешила к вам подсесть. Сегодня довольно людно.

– Я Лора. Приятно познакомится. – Она вежливо улыбнулась. – Слушай, Джесс. Я улетаю обратно. Дейви ждет меня. Он не уезжал. Представляешь, Дейви попросил месье Жерара мне позвонить! Самого маэстро. Просто герой. – Лора прямо светилась вся от облегчения. – Это Сандра. Подделала его подчерк и выкинула телефон прямо в унитаз. Змея! Не зря весь курс ее ненавидел.

– О! Я рада. – Я выдавила улыбку. Интересно, насколько пластилиновым в тот момент выглядело мое лицо?

– Поехали вместе! Сделаем визу, будем снова жить рядом в Париже, да? И…

Чертов Париж, чертов Жиль, чертовы Дейви и Лори!

– Прости. – Я отпила из кружки, чтобы запить внезапно подкатившую к горлу горечь. – Я не поеду. И я взяла отпуск, так что вернусь к работе только через месяц. Хочу еще побыть на Бали. Тем более номер оплачен на две недели вперед.

– Но как же…

– Не переживай. – Я улыбнулась. – Иди собирайся. Тебе ведь нужно заказать билет и все такое.

– Но как же ты одна…

– Я уже большая девочка.

По Лори было видно, как она счастлива. Что все, что она пережила – было неправдой. Как, наверно, чудесно осознавать, что твоя боль – это временно.

С одной стороны, я была очень рада за нее. Она вспорхнула из-за стола словно птичка, послала мне воздушный поцелуй и ушла. Черная волна отчаяния начала накатывать снова. Страдать вдвоем было намного легче. Было что-то в этом положительное. Мир будто говорил мне, что я не одна. Что и с другим тоже может происходить плохое. А вокруг играла высокая музыка. Я не принадлежу сейчас этому месту…

– Тебе плохо? – Ноа внимательно смотрел на меня. – Ты бледная. Пошли пройдемся.

– Мне стоит пойти в свой номер. – Он неспешно перехватил меня за руку.

– Смотреть как подруга счастливо собирается к любимому, пока у самой на сердце большая рана. Да ты садистка, милая. – Я удивленно посмотрела ему в глаза. – Мне знаком твой взгляд. Я когда-то видел такой каждый день многие годы подряд.

– Где же?

– В отражении.

Ночной пляж, незнакомый высокий и красивый Ноа. Странное раздвоение чувств, пиво и сушенные кальмары. Мы сидели на песке, и я все рассказывала о том, что случилось. И что теперь я совсем одна. Особенно теперь, когда Лори уезжает. Как же назывался этот синдром? Тот самый, когда ты рассказываешь незнакомцу всю свою жизнь?

– У тебя хорошая подруга.

– Ты не можешь знать наверняка.

Он хмыкнул:

– Ты злишься, потому что вы были эти несколько дней вдвоем в одной лодке. Как Бони и Клайд против всего мира. А теперь ты осталась одна.

– Не буду отрицать. Но сравнения у тебя так себе. – Я выбрала кусочек кальмара и отправила его в рот. – Ну, раз я все тебе рассказала, теперь я должна тебя убить.

– Предлагаю договориться мирно. – Он полулежал на песке и смотрел как волны одна за одной то накатывают на берег, то убегают обратно в океан.

– У тебя не хватит денег, чтобы меня задобрить. – Я злобно усмехнулась.

– Баш на баш? – Его правая бровь поползла вверх.

– История твоей любви? Уволь, это было бы сильно банально. Предложи что-то еще. – Я начинала входить в азарт.

– А ты не простая. – Он задорно усмехнулся. Обвел взглядом опустевший ночной пляж. – Тогда как насчет того, чтобы месяц до твоей работы в Париже, ты погостила у меня в гостях? Естественно все расходы я возьму на себя.

– Звучит очень подозрительно. – Я недоверчиво покосилась на него и взяла еще один кусочек кальмара. Кто бы подумал, что это простая закуска к пиву настолько мне понравится. – Ты, скорее всего, маньяк. Заманиваешь одиноких и грустных в свое логово и съедаешь их заживо.

– Женщина, помилуй, откуда такие мысли! – Ноа рассмеялся. От его бархатного смеха по спине пошли приятные мурашки. – Тогда давай так. Я предлагаю этот месяц не просто погостить, а подзаработать. Ты же кондитер?

– Да, свежеиспеченный, так сказать. – И я улыбнулась собственной шутке.

– В моем городе есть место, где бы ты смогла подработать. Даже сможешь сама выбирать что готовить. Место хоть и не большое, но очень популярное. А Шеф там вообще обожает все новенькое. Тебе практика, деньги, новые впечатления.

– Такое чувство, что ты залез мне в голову и читаешь там все, что я хочу. А нет, я сама тебе все рассказала. Но я слышу подвох!

– Ну я бы хотел попросить тебя об одной вещи. Вставай и пойдем. Скоро будет восход так что нам пора.

– Куда? – Я встала следом за ним, отряхиваясь от песка.

– Домой. И ты пойдёшь со мной.

– Но я не давала тебе согласия. – Я неуверенно на него посмотрела. – Тем более ты не ответил. Что ты хочешь взамен?

– Притворись моей невестой. – Просто выдал он.

Я стояла, хлопала ресничками, ртом ловила воздух и чуть не подавилась слюной.

– Издеваешься. – Просто констатация факта.

– Как бы я посмел! Ты же не захотела слушать мою трагичную историю любви.

– Я и сейчас не хочу. Мне своей хватает!

– Соглашайся. Будешь хозяйкой, придумаешь меню. Там, где я живу нет дессертов, таких как умеешь готовить ты. Прославишься.

– Чертов искуситель.

– Ты слишком часто вспоминаешь этого типа.

– Не я такая, жизнь заставила.

– Позвони подруге, скажи, что останешься у меня и не сможешь ее проводить.

– Звучит грязно.

– Грязно?

– Девушка встречает парня и остается у него. Прямо начало малобюджетного порно.

– Побойся бога, женщина! Я не трону тебя и пальцем. – Он коварно улыбнулся. – Разве только ты сама попросишь. – На этих словах он многообещающе улыбнулся. Я нервно сглотнула.

– Ладно! – Я сдалась и набрала Лори. – Сборы идут полным ходом? Угу. Слушай, я не смогу тебя проводить. Вот не надо этого «Ооооу». Удачной поездки, я люблю тебя!

– Вашу руку. – Ноа шутливо поклонился. – Солнце вот-вот встанет.

– Куда мы идем?

– Сейчас все увидишь сама.

И он потащил меня дальше по пляжу к скалам.

– Становись рядом, прямо в воду.

– Э?

– Просто верь мне. Дай руку и смотри на горизонт. Быстрей, солнце вот-вот взойдет.

Я дала руку и недоверчиво перевела взгляд туда, где по идее должен быть горизонт.

– О вот и первые лучи. Почему у меня такое ощущение, что сейчас Лорел выпрыгнет из-за скалы с возгласом: «Вас заказали!»?

Вспышка первых бликов солнца была болезненно сильной. Она полоснула по глазам будто лезвие. И наверно по этой причине мой организм решил отключиться. А возможно третья бутылка пива была лишней.

Часть 2

Мне часто снились сны о том, как я становлюсь свободным. Я, будто титан, наконец сбрасываю небосвод со своих плеч и ухожу в мир, где я никому не принадлежу. Где я не призрак своего прошлого. Как же много я хотел бы увидеть, так много я желал бы пережить.

А потом пробуждения, осознание, злость. И вот опять я пытаюсь воплотить новый план по освобождению самого себя из заточения. На этот раз я все продумал до мелочей. Привести не просто смертного человека, а невесту. Может так я разозлю ее до такое степени, чтобы она наконец меня отпустила.

Джесси начала падать в тот самый момент, когда открылись врата. Я знал, что это произойдет и успел поймать ее. Такая хрупкая девушка не может переходить врата спокойно, как я. Джесси человек с мира Земля. Она слишком слабая для этого места. Совесть пыталась воззвать ко мне, но я отмахнулся. Так нужно для плана.

Ее коса давно расплелась и волосы мягкой волной закрывали ее лицо на половину. Грудь мерно вздымалась и опускалась. Значит все будет хорошо. Капля росы упала с верхушки врат прямо на губы Джесси. Она немного дернулась сквозь сон и капля продолжила свой путь. Прямо в ложбинку между грудей. Почему-то этот вид меня слишком взволновал. Я провел указательным пальцем по нижней губе Джесси. Из ее уст вырвался легкий стон от чего мой разум начал мутнеть, и я уже наклонился чтобы…

– О, это будет весело. На этот раз тебя точно больше никогда и никуда не выпустят, Ноа. – Женский голос в мгновение вывел меня из непонятного гипноза. Моя сестра по несчастью Анна шла к вратам пружинистой походкой. Длинные золотые волосы развивались за ее плечами, легкое белое платье открывало больше, чем прятало. И конечно, она была босая. – А хотя, о чем я говорю? В прошлый раз, когда ты привел жителя из другого мира, тебя заперли на десять лет в Осени и никуда не выпускали.

Я ничего не ответил. Перехватив поудобнее Джесси, просто пошел в сторону леса. Там, где оставил свою машину.

– Можешь не говорить ничего. – Анна сравнялась со мной. – Мне все равно. Но то, что ты опять задумал – плохо кончится. Я все видела, братец. – Она подмигнула красным глазом. – В моем ведении ты снова оказался взаперти. Просто предупреждаю, верни ее обратно. Ты сильно качаешь весы равновесия. Вечности это не понравится. Характер у нее и так не сахар…

– Я не хочу ничего знать. – Я остановился почти дойдя до черной машины, которую уже было видно сквозь стволы деревьев. – Твои видения, Анна – это только одна из возможных путей будущего. Ты это знаешь и все равно слепо доверяешь своему дару. Никогда не думала усомниться? Никогда не пробовала бороться за то, что тебе действительно хочется? – Последний вопрос я произнес шепотом.

– Ноа, – Анна вздохнула полной грудью, с сожалением посмотрела на меня, – ты мучаешь себя сам. Я, ты, другие наши сестры и братья – дети Вечности. Мы не должны вообще существовать, забыл?

– Я все помню.

Я уложил Джесси на заднее сидение, завел машину и посмотрел на Анну:

– Но я хочу уйти.

– Ты нарушил равновесие. Тебе нельзя было покидать Межреальность. И она его нарушила. – Нежный пальчик указал на Джесси. – Потому что пошла с тобой по своей воле.

– Тогда Вечности придется меня отпустить.

– Глупец… Это так не работает.

– Я буду делать все, пока Вечность не выпустит меня отсюда или отпустит навсегда. – Я завел машину и переключил передачу. – Просто так я не смирюсь. Такое существование не для меня.

– Смотри сам, но я тебя предупредила.

***

Возможно ли, что в прошлой жизни я была кошкой? Может когда-то у кого-то была милая белоснежная кошка по имени Джесси. У нее было девять жизней, и она их все прожила впустую. А потом умерла.

– Она просыпается. – Шелестящий голос. Непонятно, мужской или женский?

– Я вижу. – О, а этот голос мне знаком. Ноа.

Веки, словно налитые свинцом, не хотели поддаваться хозяйке. Но моя упорность была сильнее и мне, все же, удалось приоткрыть глаза. Светлая комната в стиле лофт. Я на кровати, укутанная пушистым одеялом в виде кота. Кот спокойно дышит, я спокойно думаю, что сильно перепила прошлой ночью. Напротив, за обеденным столом сидит Ноа. В его руках чашка со снеговиком.

– Это похоже на сон шизофреника. – О боги, это что мой голос скрипит, как несмазанные петли старой двери?

Ноа подошел к постели и помог мне сесть:

– Выпей это. Тебе станет намного лучше. – Я посмотрела на него с сомнением. – Не бойся, – Ноа сделал глоток, – это не яд. Просто чай с укрепляющим эффектом. Ты прошла врата и попала в другой мир. По этой причине ты испытываешь слабость и дискомфорт.

– Когда мне станет легче и пройдут галлюцинации, я тебя своими руками буду убивать долго и мучительно. – Я позволила Ноа себя напоить. Врата, ага конечно. А еще странный белый кот, который меня обнимает. Я встретилась взглядом со своим одеялом и сглотнула. Вот это так желтые глазища. – А ты, дыши тише. Голова раскалывается.

Глазища кота стали размером с два блюдца. А потом я снова услышала шелестящий голос:

– Что за шутки? Почему эта мелкая проныра воспринимает меня не так как нужно? Где крики и стоны? Где мольбы о помощи?!

– О тише! – Я прижала руки к вискам. Голова невыносимо раскалывалась. Глаза кота стали еще больше. Ноа только хмыкнул.

– Джесси, тебе нужно поспать. Ни за тобой присмотрит. Мне нужно отлучиться. Не волнуйся, когда в следующий раз ты проснёшься, я буду здесь.

– Ага, сейчас. Я не буду спать, я хочу уз… – Мое кошачье одеяло начало мурчать и меня все-таки сморил сон. Или что-то подмешали в чай?

***