Бабулина тайна

– Ой вы ж гуси мои, лебеди, летите невысоко, летите недалёко, а и всего то ж до Алёнки с братцем Ванькою, воротите беглецов в избу бродячую, отнимите ворованное – тулуп самогрев да шапку- обманку…

– Невидимку, – поправляет бабушку Макар в полусне

– А то тебе виднее. Обманку. До невидимок тогда еще не дошла наука, – сердится бабушка

– А в книжке все не так, – просыпается окончательно Макар. Он знает, что скажет бабушка, как будет доказывать своё, и заранее предвкушает это замечательное представление, которое позволит оттянуть отход ко сну на полчаса, а то и на час. Бабушка бывает редко, и всегда рассказывает сказки по-своему. Но Макар, упрямый – весь в бабушку, всегда выводит ее на этот спор. В этот раз она неожиданно соглашается.

– Не так, касатик, не так. Так на то и книжка чтобы туману напускать… А на то и бабушка, чтобы всю правду рассказать.

Улыбнулась, провела пальцем по середине лба Макару – и он сразу заснул. Крепко, сладко – как спалось ему только с бабушкой.

Потом заспешила, засуетилась, достала выходную шаль. Кот Мурза вышел посмотреть на сборы – бабушка на него сердито цыкнула, чтоб под ногами не путался: «Брысь, ледащий. Не возьму, не просись». Кот обиженно ушел под родительскую кровать, смешно поводя крысиным хвостом и виляя попой «не хуже Клавки Шиффер» – как говаривала бабушка. Кто такая эта Клавка Макар не знал. Но знал, что Мурза страшно породистый и очень мерзлявый, потому что совершенно голый. На улицу его не выпускали под страхом маминого гнева. Вот и бабушка куда-то не взяла…

Все это слышал Макар, проваливаясь в сон все глубже… Только вдруг из яви спустилась веревочка и стала настойчиво бить его по лицу. Он ухватился за нее – и она вытянула его из так толком и не начавшегося сновидения. Макар сел в кровати.

– Хвост, – сказал кот

– Что? – Не понял сонный Макар

– Хвост пусти, – бранчливо повторил Мурза.

Макар отпустил голый кошачий хвост и уставился на кошака самыми большими своими глазами.

– Слушай, мальчик, – скучным ворчливым голосом забубнил тот, – давай вот это все проскочим: говорящий кот, мамочки родные… Ответь мне на один вопрос – ты хочешь все пропустить?!

– Нет, – честно ответил Макар. События развивались так увлекательно, что пропустить ничего не хотелось.

– Ну и все, – подвел черту Мурза, – теперь так: идешь к сестре, берешь сумку сестрину, непромокаемую – не эту, ту что с мышом пузатым.

– С покемоном.

– Да, с мышом.

Макар схватил сумочку, зацепил клетку с хомяком, и она грохнулась на кровать. Дверца отлетела и Хома ринулся на свободу со всех своих коротких лап.

–Ты чего творишь, не успеем! – шипел Мурза, – и Макар метнулся за ним в прихожую.

– Давай-давай, время! Теперь лезь в бабушкину сумку, мне нельзя – учует.

– Это зачем? – возмутился Макар.

– Лезь, оболтус – вон, коробочка с оборотным.

– Пудра что ли? – понимающе уточнил Макар. Когда в семье столько женщин волей-неволей начнешь разбираться в коробочках…

– Пудра, пудра. Бери щепоть и клади на пол.

Макар так и сделал. Кот обеими ноздрями втянул пудры и для верности потерся об пол шеей.

– Ну все, спасибо, дорогой друг. Представление окончено. Сейчас ты увидишь бывшего кота и… Закончить он не успел, потому что Макар, только что выздоровевший после ОРВИ, громко и смачно чихнул. Облачко пудры вырвалось из пудреницы и зависло в воздухе

– Ты шо творишь?! – снова зашипел Мурза, – Не дышать! Вычхни, вычхни немедля!!!

Но Макар уже с удовольствием втянул приятный запах, напоминавший не то свежий арбуз, не то скошенную траву.

– Выдохни, в ванну беги, нос мой! – завывал слегка раздувшийся, как воздушный шарик Мурза, смешно подгребая лапами и покачиваясь в полуметре от пола. Потом он начал удаляться – это Макар тоже взлетел и наблюдал его возмущенную морщинистую макушку уже от потолка.

– Убьёт как есть убьёт. Живым съест, – запричитал кот, поняв, что мытьем носа дела не исправить, – Так, ладно, ошиблись мальца, не оборотное это было.. Лезь в шкаф, как попустит – вылезай. Госссподи, навязался на мою голову, – застрадал кот.

Но Макара такой поворот событий совсем не устраивал. Он уже понял, что Мурза больше всего опасается бабулиного гнева, и заявил, облетая светильник:

– Не борзей, а то все бабушке расскажу.

–Кто еще борзеет! – взвился кот.

Помолчали.

–Ладно, тогда вон той мазюкой помажь меня промеж ушей. И себе макушку.

Макар исполнил – и оба они с котом стали словно полупрозрачными.

–Ну – помчали тогда! – и кот вылетел в открытую форточку.

Макар сделал лягушачье движение ногами, врезался в раму, но совладав с новой своей способностью выплыл следом. Удивительное восторженное чувство предвкушения пронизывало его с головы до пят. Было ясно, что их никто не видит, и город вокруг немного колебался, как будто видели они его сквозь волны воздуха над костром.

Бабушку вычислили быстро по красивой павловской шали – она семенила через парк к одинокой девятиэтажке, стоявшей как собака на бугре на островке города, вдающемся в парк, так что вокруг никаких домов не было. Зашла в подъезд. Кода Мурза на знал.

– А давай во все окна посмотрим и найдем? – предложил Макар

– И то, – поддакнул кот, -ты лети по той стороне от подъезда, я здесь. Увидишь – кричи филином 3 раза.

– Я не умею…

Но Мурза уже смешно дрыгая голыми лапками перемещался от окна к окну.

Макар тоже полетел. На первом этаже было темно и скучно, обычные квартиры. В одной только девочка заправляла кровать. Он присмотрелся: что-то в ней было странное… Точно! Она была в длинном в пол платье и старомодной штуке на голове – капоре. Он видел такие на картинках в собрании сочинений Пушкина. А на четвертом из полутьмы кухни на него вылупились два огромных красных глаза. Он так резко отпрянул от окна, что отлетел в крону тополя и запутался в ветках.

Рядом появился Мурза:

– Чего телешься?! Нашёл! Давай за мной.

Макар выпутался и полетел за котом к верхнему окну на углу. В окне танцевали. Бабушка и несколько странных тетенек с распущенными волосами кружили вокруг одноногого стола. Лохматый, с сизыми огромными ушами дед росточком не выше Макара стоял на стуле и замешивал какую-то тягучую жижу в котелке посреди стола. Макару было странно – как все они помещаются так свободно в обычной панельной кухоньке…

– Домового женят, – авторитетно заявил Мурза, – Ну, или хоронят, – добавил он, когда влетел длинный, обитый красным ящик с кистями. Из него вылез худющий, крючконосый господин и все ему страшно обрадовались. Лохматый и еще один дед с белой бородой, вылитый дед Мороз, обменялись с новым гостем рукопожатиями…

– Пора, – зашипел Мурза, – летишь к котлу, черпаешь пару ложек в сумку с мышом – и сюда. Не задерживайся!

Макар замотал головой: «Ни за что!», но Мурза не за этим сюда явился – как маленький снаряд влетел мальчику в спину и протолкнул в форточку. Макар с перепугу начал дрыгать ногами и пролетел над собранием. Все подняли головы, но ничего не увидели. Беседа возобновилась:

–Как добрались из Трансильвании? Карантин же, ничего не ходило.

–Ох, господа, такое приключение, – интеллигентно гундел крючконосый с легким акцентом.

Макар выдохнул, спустился к столу и заглянул в котел. В нем была ночь – темная, мерцающая всеми звездами, которые только можно вообразить. Он засмотрелся и понял, что его словно затягивает в нее. В окно что-то ударилось – Макар вскинул глаза и увидел перекошенную морду Мурзы. Кот в отчаянии рвал на себе усы. Встретившись с Макаром глазами, он начал поочередно грести лапой, и изображать птичку: мол, набирай ложкой и улетай! Набирай ложкой и улетай!!!

Мальчик схватил ложку и понял, что тяжелеет. И тут до него дошло – сейчас он упадет в котел, действие пудры заканчивалось. В ужасе он ринулся в форточку.

– Ты чего?! Зелье, зелье не набрал!!! – шипел Мурза. Но и ему приходилось уже вдыхать побольше и выгребать повыше, чтобы держаться рядом с окном. Наконец он и этого не смог и зацепился за карниз передними лапами. Потом сдался.

В течение следующих двух минут они как медленно сдувающиеся шарики опустились на землю рядом с домом. Кот был безутешен.

– Пропало, все пропало. Теперь она меня никогда никуда не возьмет. Ни-ку-да. – и добавил, – В Лукоморье хочу. Там мыши знаешь какие? О-о-о! Толще Хомы твоего. А сладкие – чистый арбуз.

Макар сидел на газоне и держал перед собой ложку, с которой на землю капало черное, тягучее – и сразу на месте капель вырастали красивые алые цветы.

– Это что? – спросил он у Мурзы.

– Зелье. Подарочное. Мечтосбывное. На праздник Яга с друзьями готовят… Вот видишь – этот газон о цветах мечтает. Иэхххххх!!!

Кот подскочил к ложке и принялся остервенело её вылизывать. Но зелье быстро кончилось. Тогда он для верности погрыз только что выросший цветок.

– Все тщетно, – грустно и пафосно заявил он, – Мало. Не обрасту. А без шерсти кому я в Лукоморье нужен.

–Мурза, Мурзя… ну ты что променяешь нас на какое-то Лукоморье? Ну ты ж нам нужен.

Кот благодарно мявкнул и они пошли через парк к дому.

Дома уже минут 10 как был страшный переполох – Макара искали. Мама и сестра бегали по соседям и уже звонили макарову приятелю Ваське – не у него ли. Макар внес на руках Мурзу и объявил, что дверь была полуоткрыта и кот сбежал – а он искал его по этажам… В разгар суеты вошла бабушка, как-то странно на них обоих смотрела, поводила носом. Кот делал глупую морду, пялился в потолок и считал на нем мух, которых там отродясь не было. А Макар с порога запросил блинов – и бабуля побежала делать. И любовалась внуком, и приговаривала: «Ешь, ешь, касатик. Пусть роток порадуется.».

А потом он как-то сразу проснулся. И сидя в кровати долго соображал – было ли на самом деле это приключение, или все-все до последней капли зелья ему приснилось? Три недели он мучался этим вопросом, и в одну из суббот осторожно приступил к маме.

– Мам, а наша бабушка, она же как… бабушка Яга?

– Ядвига, Макар, Я-двига. Когда же запомнишь, – засмеялась мама.

– Но она точно волшебница.

– Ну-у-у. Ты пробовал ее блины? Волшебные же?

– Это да. Но… например, наш кот, он же … оброс? А вдруг это колдовство?

Оба посмотрели на окно, где в свете заходящего солнца сидел Мурза. На голове и вокруг шеи у него воинственно торчали клочки пегой шерсти. И в профиль он выглядел как очень смешная карикатура на царя зверей.

– Мда… – сказала мама, – просто, Макар, видишь ли, нам под видом сфинкса, видимо, продали… вот – Мурзу. Но мы ж не стали его от этого меньше любить?

– Нет, конечно. Так ему гораздо, гораздо лучше! – ответил Макар, специально повысив голос, чтобы Мурза расслышал. Но кот и ухом не повел. Как и все три недели, что тот пытался его разговорить.

…Ну что ж, Макар взрослый мальчик, и в общем, давно пора признать, что дивная история с бабушкой Я(дви)гой, Мурзой и зельями была прекрасным сном. У него вообще буйная фантазия – любит говорить мама. Он открыл створку шкафа, потрогал бабулину сумку, с которой она ходит по городу, когда приезжает, и грустно улыбнулся своим волшебным мечтам.

Из сумки выбрался заспанный хомяк, взлетел к потолку и, шевеля в воздухе короткими лапками, ловко погреб в сторону кухни.