В четвертое измерение

Раздел 1

Круги жизни

Этот раздел начинает «строение» книги, состоящей из трех разделов. Говоря словами Казимира Малевича, в искусстве «Как бы царствует закон треугольника, оформляющий через три всякое бес-формие, без-образие, без-законие в тройственный закон совершенства». (К. Малевич. «Человек самое опасное в природе явление… »). Попробую использовать это свойство искусства, разбив изложение на три части. Попробуйте и вы, уважаемый читатель, воспринимать изложение материала не только с помощью восприятия и осознания языковых словосочетаний и предложений. «С-троить» означает создавать. Не следует стремиться к тому, чтобы «…остановиться на образе построенного Искусством, как на крепком базисе, но никогда нельзя трогать его пальцем, т.е. никогда нельзя пытаться, чтобы он стал действительностью, натурой осязательной». (К. Малевич. «Живопись»).

Изложение сопровождается известными всему миру цитатами из сочинений Казимира Малевича, так как его слово это огонь и символ возрождения из пепла. Слово дано человеку для спасения мира его души, чтобы душа смогла существовать без тела в высшем измерении, чтобы душа научилась летать. Слово, это намерение, размышление и узор, который позволяет увидеть будущее и предназначение. Слово никогда не уходит от реальности. Слово Казимира Малевича идет из его сердца, «Ибо язык нужен для вкусовых различий, но не для слов, а все остальное должно слышать один-единственный ритм космического возбуждения». (К. Малевич. «Супрематизм. Мир как беспредметность или вечный покой»).

Возможно, что возникнет внутреннее препятствие в восприятии материала, потому, что каждый человек желает чувствовать себя обособленной индивидуальностью и видит мир, в том числе произведения искусства такими, какими он предполагает их видеть. Однако, говоря словами Казимира Малевича: «Когда человечество придет к единству, в пути которого находится и сейчас, ему необходимо будет идти к единству с новым миром, вылетевшим из его черепа, – организмами, с которыми находится в борьбе и борется через кровь». Человек войдет в этот новый мир, в котором «…может быть от того, что неправильно был понят и происходило много путаницы, но где-то в глубинах интуиции покоятся точные законы и понятия, которым трудно преодолеть наше несовершенство… » (Цитаты из статьи К. Малевича «О новых системах в искусстве»).

Казимир Малевич об искусстве пишет: «Я усматриваю, что Искусство в сущности своего чистого вида есть то, к чему летят моторы всех систем». (Цитата из статьи К. Малевича «Искусство»). А, «Сознанию предписывается многое, оно, так сказать, есть тот контроль, которому суждено контролировать все восприятия, идущие извне, и оформлять их. Но, к сожалению, в нем перепутаны все кнопки…», (К. Малевич. «Живопись»). Казимир Малевич указывает на ограниченность и косность науки, религии, «художества», считая их относительными вершинами самостоятельной «разумной деятельности» человека и только ступенями в высшей иерархической архитектурной схеме познания. Казимир Малевич пишет «Познание явлений… И этого уже достаточно, чтобы создать науку об объяснении эстетическим и научным методом явлений… только зеркальные призмы… Мозг тоже кристаллик зеркальный, в котором преломляется все преломленное ничто, которое хотим обратить в чтó». Казимир Малевич акцентирует внимание на том, что Искусство имеет свои отличительные черты: «Искусство не принадлежит только той нации, которая его сделала, раз оно Искусство, то оно приемлется всеми нациями в почестях, нет между ними вражды. Наступающая вражда течений вызывается ложностью других убеждений со стороны власть имущих над искусством лиц». (К. Малевич. «Архитектура как степень наибольшего освобождения человека от веса»).

Всем нам, чтобы подняться выше в познании явлений, требуется сдвинуть «камень» или повернуть «кристалл» уже имеющихся устоявшихся представлений. Казимир Малевич указывает на то, что «В науке субъективизм должен рассматриваться как первая стадия объективного момента…, сознания нет вообще… очевидно, что под сознанием нужно разуметь простое действие известного комплекса против другого, на пути стоящего». Человек использует «…ряд движений, приемов и даже целый ряд технических средств, которые и будут теми приспособлениями, связывающимися средствами с камнем». (К. Малевич. «О субъективном и объективном в искусстве или вообще»).

Человек изменяется в познании явлений, превращается и начинает видеть то, что не видел раньше. Он совершенствуется. Все в этом мире происходит однажды, на «раз», выход «за 0 – 1». Событие может произойти или нет, других вариантов быть не может, это свойство этого мира и времени. Не может субъект выйти за рамки этого мира и времени и существовать сам по себе, но его сознание может поднять себя над миром в понимании этого мира. В этом мире образовались и существуют звезды, в пространстве Вселенной однажды появилась двойная звезда. Одна из звезд под действием приливных сил взорвалась, и ее осколки сформировали планетную систему. На одном из создавшихся остывающих шаров под воздействием его собственного излучения и излучения Солнца возникла органическая жизнь. В хаосе превращений закономерно складывались отдельные устойчивые множества элементов, поглощая энергию, они образовали некоторое особое зеркало мира, появилось информационное пространство биосферы. Изменения в окружающей среде теперь обрабатывались в выделенные и воспринимаемые сигналы, которые, поступая в биосферу, вызывали ее превращение. Человек появился и существует в биосфере только как ее биологический вид, входящий в общую экосистему, которая объединяет разнообразные множества. Казимир Малевич пишет: «Так я рассуждаю о себе и возвышаю себя в Божество… Но в теле своем я разорвал сознание свое, с деревом птицей и насекомым. И мы стали разны и разно видим мир…». (К. Малевич. Стихотворение «Не найдя себе начало, …»).

Однажды человек поставил информационную метку. Это было на «раз», выход «за 0 – 1». Появился воспринимаемый символ – запечатленное на носителе и отмеченное во времени абстрактное отражение выделенного сигнала в пространстве. Вся информация, которую воспринимает человек, может нести абстрактную метку. Образ метки содержится в буквах, словах, картинах, которые в целом являются элементами языка – «общежития». Животные имеют свой язык, но они не способны оставлять символьных абстрактных меток, в животном мире нет языка подобия. Однажды первобытный человек нарисовал абстрактный рисунок, который появился в его сознании непроизвольно, как бы во сне и наяву. Казимир Малевич пишет: «Эти беспредметные проблемы Искусства были всегда в истинах человеческого развития беспредметными линиями. Линиями супрематически расписывались и камни, орнаментировались и другие вещи. Таким образом, можно видеть в самом первобытном времени этот зародыш правильной установки на Искусство… ». (К. Малевич. «Искусство»).

Казимир Малевич поясняет, что в истории искусства преобладали элементы, «подражательности формам природы», «натурализм». «Но и примитивные изображения, в которых мы познаем подобия, были уже совершенством». (К. Малевич. «О новых системах в искусстве»). Казимир Малевич пишет: «Идея дикаря: Отражение, как в зеркале, натуры на холсте». (К. Малевич. «От кубизма и футуризма к супрематизму»). Человек постепенно учился образно воспринимать действительность, обобщать и переходить на другие уровни познания, развивалось абстрактное мышление, зарождалась и развивалась система – гуманитарная ноосфера. Образное восприятие действительности неразрывно связано с развитием коллективного разума человечества. Ребенок начинает воспринимать действительность с формирования образов. Образное восприятие порождает специфический язык общения людей – «общежитие», коллективное внутреннее отражение мира.

Мы можем обозначить и изобразить объекты, пространство и время жизни человека, самого человека, сферу существования человечества как круги, совокупности притягивающихся элементов. Это бесконечные множества элементов, это миры. Для каждого отдельного человека круг его жизни это некоторый целый мир. В этом мире человек существует, в нем обращается сверхструктура его мира – сознание человека. Круг жизни всего человечества это тоже некоторый целый мир, в котором человечество существует и в котором обращается сверхструктура – сознание всего человечества. Круги жизни включают множества элементов массы и количества движения, множества связей, множество элементов времени и пространства, множество взаимоотношений, эмоций и т.д. Эти бесконечные множества элементов в определенной мере замкнуты и ограничены, в математике, например, существует универсальное графическое изображение подобных множеств и символьный язык операций. Любой существующий символьный язык в науке или в искусстве абстрактно отражает реальную действительность. Наука стремится найти и отобразить составные элементы сущности вещей. Искусство, отражая реальную действительность, старается найти и отобразить еще и ее одухотворенность. Разнообразные виды искусства позволяют отражать и запечатлевать реальную действительность и существование человека. Рокуэлл Кент, например, характеризует искусство таким образом: «Искусство – всего лишь тень, отбрасываемая человеком».

Образное восприятие действительности, которое неразрывно связано с появлением и развитием коллективного разума, привело к созданию религиозных мировоззрений и картин – икон, которые были призваны отражать идею одухотворенности материи и стать культовыми предметами. На иконах человек изображает Бога существующим и воспринимаемым на фоне реальной действительности. Однажды это произошло на «раз», выход «за 0 – 1». Свет от отдаленной сверхновой звезды упал на Землю, а на планете появился Миссия. Миссия принес людям новый коллективный язык и новый этический стиль. Это был язык непреходящих мгновений вечности. Миссия говорил людям о душе, о духовности, о бессмертии, он творил чудеса и оставил заповеди. Человек учился «в каждой минуте видеть вечность» (цитата, У. Блейк). Новый язык зародился в коллективном информационном пространстве и совершил переворот в сознании людей. Наступила Новая Эра. Чувство грандиозности и сознание победоносности совершенного переворота охватило все человечество, эмоции исключали всякую возможность возврата в мир традиционных этических норм и представлений. Главное, что определяет содержание нового языка – это движение коллективных чувств и развитие коллективной нравственности. Появились реальные символы и образы нового языка. Человечество и его коллективное сознание перешли на другой уровень развития.

Кресты, иконы – это мистические картины, на которых на фоне реальной действительности изображается заповедный Бог, они несут гигантское впечатление, воздействуют на сознание человека. Художники иконописцы стараются изобразить реальную действительность, как одухотворенный образ. Они стремятся показать ощущаемый ими поток божественной любви в природе и, проявляя себя, возвратить божественной реальности сущность своего опыта. В иконах и в религиозной символике всегда присутствует образ Бога, Бога-человека, идеи нравственности и бессмертия. Изображения ликов, крылья ангелов, фалды одежды, ореолы и силуэты вписываются в панорамную перспективу окружающей среды, зданий и других элементов фона, формы становятся прообразами эмоциональных состояний. Импрессионизм выдающихся иконописцев приобретает смысл чудотворства. Но чудо состоит в том, что руку иконописца приводит в движение его разум, а руководит этим разумом и вдохновляет на создание картины коллективный разум всего человечества. Казимир Малевич в своей статье пишет: «По‑разному народы его рисуют, но как бы ни рисовали, все представления сходятся в одном, что Бог совершенство. Определение Бога как совершенства – абсолютное совершенство. А что же перед человеком вечно стоит, как не один вопрос о совершенстве? Это и будет его Богом, другими словами выраженным». («Супрематизм. Мир как беспредметность, или Вечный покой»).

Импрессионистские художественные приемы, которые использовали иконописцы, далее получают свое развитие в творчестве художников всего мира. Они оказали свое влияние и на творчество Казимира Малевича. Но, однажды Казимир Малевич откроет глубокую сущность этого художественного приема, поймет причину воздействия его на сознание человека и напишет: «Дух, душа, материя – только различия темного беспредметного, как и многообразный алфавит, в своих знаках скрывающий звук разных различий, но в себе ничего другого <он> не содержит.». (К. Малевич «Супрематизм. Мир как беспредметность или вечный покой»).

Казимир Малевич обращает внимание на то, что на всех картинах науки, религии и искусства остается загадка: «И если что-либо видно, то видно только неизвестное… ». (К. Малевич. «Супрематизм. Мир как беспредметность или вечный покой»). Он объясняет: «Я укажу тебе зеркало, в котором ты увидишь свою подлинность». (Формулы супрематизма. 1923 г.). И, однажды, Казимир Малевич заявит: «Сущность природы неизменна во всех изменяющихся явлениях». (К. Малевич. «Супрематическое зеркало»), но «Ключи тайны будут нам ясны». (К. Малевич. Стихотворение «Я начало всего …»).

Казимир Малевич пишет, что: «дух и материя – начала которые общежитие применяет к своим суждениям реализуя их – чистое предметное техническое потребление, начала ложно разделяемые и неверно понимаемые. Принявши плотность за материю, начинаем строительство мировоззрения…». (К. Малевич «Бог не скинут»). «Двигаются и рождаются формы, и мы делаем новые и новые открытия. И то, что нами открыто, того не закрыть». (К. Малевич «От кубизма и футуризма к супрематизму»).

Казимир Малевич выходит за рамки имеющихся представлений, совершает открытие и определяет новый язык системы. Он заявляет, что выступает как Миссия. Это произошло на «раз», выход «за 0 – 1». Казимир Малевич пишет, что: «Возбуждение, космическое пламя, живет беспредметным и только в черепе мысли охлаждает свое состояние в реальных представлениях своей неизмеримости, и мысль как известная степень действия возбуждения, раскаленная его пламенем, движется все дальше и дальше, внедряясь в бесконечное, творя по‑за собою миры вселенной». (К. Малевич, «Супрематизм. Мир как беспредметность или вечный покой»).

Новый язык всегда призван стать новым более совершенным зеркалом, в котором люди более ясно видят свою подлинность. Новый язык порождает новое искусство, новые представления о жизни и нравственности, которые в дальнейшем опережают и определяют жизнь людей. Казимир Малевич однажды сделает историческое заявление: «Реформа в Искусстве произошла», человек, ученый или художник должен понять что такое «…ритм, который нельзя и объяснить, в нем нет и никаких «наглядных причин», ибо проникнуть в самопричину – проникнуть к границам бесконечного – беспредметного». (К. Малевич. «Супрематизм. Мир как беспредметность или вечный покой»).

В настоящее время искусство перестало быть только «тенью, отбрасываемой человеком», и оно перестало быть «натуральным» зеркалом дикаря. Искусство превратилось в источник новых созидательных идей, стало оказывать огромное влияние на нравственность и содержание жизни всего человечества. Достаточно посмотреть на воплощенные в жизнь идеи современных архитекторов супрематистов.

День, когда Казимир Малевич представил свои картины изображающие действительность в Четвертом измерении, стал днем открытия нового языка человечества. Казимир Малевич показал, что информация, которую воспринимает человек, может отличаться от информации, которую он воспринимает обычным способом с помощью органов восприятия окружающей действительности. Информация в общем случае это выделенный и воспринятый любым способом сигнал. Информация может быть необычной, может быть получена необычным способом и нести обозначение в восприятии, экстраординарно отличающееся от обычного обозначения.

Обычная форма изображения является символом языка «общежития», символ человек понимает в основном однозначно. Форма соответствует тому, что человек воспринимает, например, с помощью органов зрения. Музыку человек записывает, в частности, с помощью нот. Образ обозначения содержится во всех картинах и объемных формах. Образ обозначения содержатся во всех картинах Казимира Малевича также. Этот образ типично однозначен, но форма его развернута и соответствует не только тому, что художник воспринимает глазами и с помощью других органов восприятия. Образы обозначения цвета и форм на картинах Казимира Малевича соответствуют буквам, словам и иконам нового языка.

В информационном пространстве «общежития» любое изменение в окружающей среде выделяется в сигнал. Человек должен воспринимать сигнал в любом случае, даже, если сигнал непосредственно не воспринимают органы чувств, сформировавшиеся в процессе эволюции. От этого зависит существование человека. Человек научился и может воспринимать действительность с помощью косвенных методов и интуиции. Но вот появился сигнал, который человек не понимает. Первое, что делает человек, он подвергает сомнению наличие нового сигнала. А затем пытается распознать полученную информацию и ее системный код.

Новый язык Казимира Малевича останавливает внимание человека на новом более совершенном зеркале, в котором люди могут лучше видеть не только свою подлинность, но и сущность явлений и даже свое будущее. Новый язык порождает новое искусство, которое, воздействуя на эмоциональную сферу человека, способно влиять на содержание его жизни. Казимир Малевич пишет, что раньше «Художники были чиновниками, ведущими опись имущества натуры, любителями коллекций зоологии, ботаники, археологии… Ближе к нам молодежь занялась порнографией и превратила живопись в похотливый хлам… Не было попытки чисто живописных задач как таковых, без всяких атрибутов реальной жизни… Не было реализма самоцельной живописной формы и не было творчества… И вполне естественно ваше непонимание. Разве может понять человек, который ездит всегда в таратайке, переживания и впечатления едущего экспрессом или летящего в воздухе». Далее он пишет: «Художнику дан дар для того, чтобы дать в жизнь свою долю творчества и увеличить бег гибкой жизни» (К. Малевич. « От кубизма и футуризма к супрематизму»).

Казимир Малевич, проникая в сущность искусства, пишет: «При передаче движения цельность вещей исчезла, так как мелькающие их части скрывались между бегущими другими телами… Цельность вещей была нарушена… Художник должен знать теперь, что и почему происходит в его картинах… Живопись – краска, цвет, она заложена внутри нашего организма. Ее вспышки бывают велики и требовательны… Формы Супрематизма, нового живописного реализма, есть доказательство уже постройки форм из ничего, найденных Интуитивным Разумом… Квадрат не подсознательная форма. Это творчество интуитивного разума… ». «Но я буду пользоваться измерением, из которого создам новое». В словах Казимира Малевича содержится вера в возможности человека в искусстве и в познании: ««Я уничтожил кольцо – горизонта, и вышел из круга вещей, с кольца горизонта, в котором заключены художник и формы натуры. Это проклятое кольцо, открывая все новое и новое, уводит художника от цели к гибели». Казимир Малевич пишет: «Я думаю совсем иначе. Передача реальных вещей на холсте – есть искусство умелого воспроизведения, и только. И между искусством творить и искусством повторить – большая разница. Творить значит жить, вечно создавать новое и новое». (К. Малевич. «От кубизма и футуризма к супрематизму»).

Казимир Малевич пишет: «…если бы наш разум смог осилить причинность интуитивного включения, то новое принималось бы за естественный ход. Не было случая, чтобы разум не признал того, что некогда было им отвергнуто». (К. Малевич. «О новых системах в искусстве»).

Человек находится в своем внутреннем мире, но должен подняться над ним и осознать все связи и взаимодействия. «Человек образует собою центр, кругом которого происходит движение; выяснил, что таковое вовсе не происходит только в одном радиусе клинообразного схода, а происходит и спереди и сзади, с боков, сверху, снизу, человек стоит осью, кругом которого движется миллион механизмов; а так как видеть мир еще не значит видеть его глазами, но видеть мир можно и знанием и всем существом… » (К. Малевич. «О новых системах в искусстве»).

Человек находится не только в своем мире, он находится в мире «человечества», он должен подняться и над этим миром, чтобы осознать все его связи и взаимодействия. «В человечестве образован полюс единства, к нему сойдутся все культуры радиусов как сумма всех выводов, и <эта сумма> распылится перед образованием нового преображения мира через мозг человечества». (К. Малевич. «О новых системах в искусстве»).

В этой фразе содержится сущность одной из главных идей К. Малевича, он вводит представление о «новом преображении мира через мозг человечества». Преобразование в мире вызывает мозг человечества и развивающийся новый субъект, связанный с деятельностью «мозга человечества» – техногенная Цивилизация. И оказывается, что этому субъекту, которому в настоящее время приписывают свойства приведения, все равно видите ли вы его или нет, главное состоит в том, что он вас видит очень хорошо, и он является главной движущей силой познания и развития. Можно оспаривать существование нового субъекта и его системы, а можно попытаться вступить с ним в контакт на том уровне организации материи, на котором этот субъект существует. Казимир Малевич пишет, что это «Система твердая, холодная, без улыбки приводится в движение философской мыслью, или в системе движется уже ее реальная сила». (К. Малевич. «Супрематизм»).

Все происходит на «раз», выход «за 0 – 1», Казимир Малевич установил основы языка беспредметной реальности «мозга человечества», нашел средства и методы образного изображения, ввел новые понятия и идеи Четвертого измерения. Он использовал открытое им новое измерение для творчества, он сам создавал новое в искусстве. Используя свое грандиозное художественное мастерство, Казимир Малевич смог передать на холсте то, что органы чувств человека непосредственно в обычной жизни не воспринимают или не замечают – «реальную силу системы». Человек способен видеть мир не только своими собственными глазами, но и глазами «мозга человечества». Краски и формы мира увиденного глазами «мозга человечества» многообразны и значительно отличаются от красок и форм мира отдельного человека. Казимир Малевич, развивая возможности изобразительного искусства, отмечает: «Работая над супрематизмом, я обнаружил, что его формы ничего общего не имеют с техникой земной поверхности». (К. Малевич. «Супрематизм. 34 рисунка»).

В науке во время жизни и творчества Казимира Малевича были сделаны значительные открытия, которые обеспечивали дальнейший технический прогресс цивилизации. Искусство не могло оставаться в стороне от всеобщего движения, Казимир Малевич пишет: «Поэтому что бы ни складывалось, необходимо складывать в единстве общей культуры современного движения мира». Он отмечает роль науки в искусстве: «Через научное познание мира изобразительным средством образовался путь натурализма в искусстве». Казимир Малевич говорит о возможности революции в искусстве: «Эволюция в искусстве движется дальше и дальше, ибо движется и все в мире, и не всегда в искусстве бывает эволюция, а и революция». Казимир Малевич четко обозначает сущность революции в искусстве и ее предназначение: «…искусство служит потребностям всего коллектива». «Двойной пожар войны и революции опустошил наши души и города… Какими фантастическими зданиями покроете вы место вчерашних пожарищ?» – спрашивает Казимир Малевич у художников. (К. Малевич. «О новых системах в искусстве»).

Казимир Малевич взыскательно относится к тем, кто желает понять новый язык и новое искусство, он пишет: "Всегда требуют от искусства быть понятным, но никогда не требуют от себя приспособить свою голову к пониманию искусства". Казимир Малевич видел, то, что не видели другие, изобразил увиденное и написал: «Творческая воля до сих пор втискивалась в реальные формы жизни и вела борьбу за свой выход из вещи. У более сильных она дошла «до исчезающего момента, но не выходила за рамки нуля. Но я преобразился в нуль форм и вышел за 0 – 1». Иначе говоря, произошло событие, Казимир Малевич один вышел в неизвестный мир, реально изменив общее состояние познания. Супрематизм это не только новое течение в искусстве, это новое явление и его открытие. Для своего времени, да и для настоящего времени это был и есть настолько большой прорыв, что слов не хватало и не хватает для понимания и объяснения сущности открытия. Малевич работал над своим новым замыслом все лето и осень в полной секретности, за это время его прозрение достигло вершины. Супрематические идеи Малевича базируются на представлениях о восприятии как способе системного «расширения сознания», т.е. видения мира глазами системы: «Разум, первое образование лика человека. Интуиция – смутное образование второго лика нового образования будущего человека. Но предопределяется в глубине времени и начало третье, которое завершит собою целое звено мирового строения от него ничто не скроется и многомильонные страницы мира будут читаться сразу, ни одна деталь не ускользнёт из будущего черепа сверхмудрости…». [К. Малевич. Собрание сочинений: В 5 т. М.: Гилея, 2005.. T. 5. C. 441].