Цветные Стаи

– Не много ли ты на себя берешь? – нахмурилась Командующая.

– С тех пор, как попал на Огузок, я живу во всех стаях по очереди, к тому же я член совета. В отличие от предводителей, которые следят только за одной стаей, я знаю, что нужно каждой. Я уверен, что сумею подобрать такие условия, которые устроят всех.

– Так вот, чего ты хочешь! – Хризолит хищно улыбнулась: она, наконец, поняла, что мы можем говорить на одном языке. Она наклонила голову, как будто хотела взглянуть на меня под новым углом. – Нескромные у тебя аппетиты для поэта.

– После ям я утратил свой талант. Пришлось чем-то заменять.

– Что ж, человек с такими амбициями вызывает у меня больше доверия. Я согласна на твое предложение. Если территория голубых прекратит сопротивление в ближайшие три дня, я предложу им такие условия, на которых мы сегодня сойдемся.

– Не только им, но и всем остальным стаям.

– Как скажешь.

Я оставался в шатре Командующей до утра, составляя мирный договор, который она должна будет предложить стаям. Было нелегко найти компромиссы там, где стакивались противоречивые интересы Остова и Огузка, но приходилось идти на уступки. Когда начало светать, у каждого из нас была подписанная копия договора.

Выйдя наружу, я не чувствовал под собой ног: я никак не мог поверить в то, что мне удалось сделать.

Добравшись до домика ведьм, я упал на свою лежанку и уснул. У меня было пять часов на сон и два часа на планирование перед тем, как я буду говорить перед Исполняющими черных.

Проснувшись, я отправился в гроты и привел себя в порядок. Если я хочу, чтобы черные ко мне прислушались, я должен выглядеть, как один из них, а не как ободранный мутант.

За завтраком меня нашел Погодник.

– Ты что устроил!? – возмутился он. – Что за шашни у тебя с Хризолит!? Почему я не знаю!?

– Давай найдем Буревестника, и все обсудим.

Найдя предводителя синих, мы ушли подальше от людей, в хижину Буревестника, и там я показал им бумагу с подписью Хризолит.

– Я пообещал добыть ей голубых в обмен на это.

– Я не умею читать, может, кто-нибудь уже начнет? – сказал Погодник.

– Быть не может…

Буревестник выхватил у меня документ и перечитал его еще раз. Колдун не сводил с него широко раскрытых глаз.

– И она согласилась на это!? В чем тут подвох?

– У нее очень большие проблемы на Остове. Возможно, со временем эти проблемы станут и нашими. Они буквально под нами. Ей очень нужно попасть в место, которое я нашел.

– Если она сдержит слово… я в это не верю, но если эта бумага хоть что-то будет значить, синие не зря подорвали те шахты! – сказал Буревестник, возвращая мне бумагу. Я свернул ее и положил в подкладку куртки рядом с другим договором от Хризолит. Моим личным.

На совете Исполняющих я подробно объяснил свой план. У каждого из них в подчинении было около пятидесяти людей, всего четыреста. Этого должно было хватить, чтобы все получилось.

Я знал Солнце и знал оранжевых. На баррикадах со стороны голубых не было ни одного чернокожего. Если сражение начнется там, и оранжевые не подоспеют вовремя, они не станут вмешиваться и останутся у себя. Главное, сделать все быстро, чтобы они подумали, что плен голубых – дело решенное.

Ночью, в самый темный час, черные должны прокрасться по берегу к самому краю земель голубых и быстро захватить поселение.

Я подробно описал территорию и расположение домов, каждая группа знала, куда нужно идти, чтобы выполнить задачу. На каждого охранника было четыре солдата, убивать голубых было запрещено. К вечеру все было готово для наступления.

С наступлением темноты черные группами по два-три человека стали подтягиваться к баррикадам и рассеивались там, вставая как можно дальше друг от друга. Равнина между линиями обороны отлично просматривалась с обеих сторон и резкое увеличение числа черных вызвало бы подозрение.

К часу ночи люди были на местах, и я, осторожно пробираясь по заросшему берегу, повел за собой первые две группы. Остальные тянулись за нами рассеянным строем.

Я внимательно следил за тем, что происходит на баррикадах. Не смотря на темноту, я отлично видел каждого человека. Они стояли в ряд.

Называя каждого из них по очереди, я ждал, пока откликнутся солдаты, которые брали его на себя. Только убедившись, что все готово, я скомандовал наступать.

Сорвавшись с мест, черные бегом добрались до баррикад, голубые едва успели поднять тревогу. Первые две группы повязали всех, кто был на стреме, остальные побежали за мной вглубь территории.

Тех, кто уже был на улице, тут же валили на землю, связывали и отволакивали в хижины. К домам, где находились люди, приставлялось не меньше десяти стражников.

Появились зеленые, которые не придумали ничего лучше, чем закидывать стражников миналией, надеясь, что те испугаются и отступят. На этот случай был отряд из двадцати человек, на каждом из которых не было ни одного открытого места.

Но зеленые не собирались сдаваться без боя, Карпуша рычал, как разъяренное животное, бросаясь на стражников едва ли не голыми руками! Он стал проблемой, его никак не могли повалить на землю, он преградил собой ход на территорию зеленых и не давал никому пройти внутрь, встречая стражников по одному. Его люди тем временем стреляли по черным из-за изгороди. Это серьезно задерживало работу: почти все голубые были в хижинах, черные уже занимали оборонительные позиции, защищая новую территорию от оранжевых. Но большая часть этой границы с оранжевыми была со стороны зеленых. Чем скорее черные займут позиции на земле зеленых, тем больше вероятность, что оранжевые не успеют вмешаться вовремя и решат вообще не вмешиваться.

Я сбросил тяжелую куртку доспехов и бросился к Карпуше. Зеленые тут же меня узнали, и миг изумления дал мне секунду на то, чтобы я пробрался прямо к подрывнику.

Он бросился на меня, но я упал на землю сам, и его удар прошел мимо. Пока он разворачивался для нового удара, я успел принять позицию, которой учила меня Яшма.

– Ты тощий и слабый. Никогда в жизни ты никому не навредишь ударом своего кулачка… – говорила мне тогда Яшма. – Но если правильно использовать массу всего тела, можно сбить противника втрое тяжелее. Есть такое древнее боевое искусство… на «К» называлось, уже не вспомню.

Скрючившись на земле, и с разворота ударил Карпушу ногой в ребра. Удар был сильный за счет инерции моего тело, и, хотя я весил в два раза меньше, Карпуша пошатнулся, однако так и не упал. Маневр позволил мне подняться.

Огромная рука Карпуши снова полетела на меня… я знал, что ему достаточно один раз попасть и я уже никогда не встану. Впрочем, именно к этому Яшма и готовила меня целый год. Тело отлично помнило каждое движение.

Уходя от удара, я подпрыгнул и, разворачиваясь, и снова ударил его ногой, на этот раз в голову. Он упал.

Не дожидаясь, пока он встанет, я побежал на территорию зеленых, сбивая с ног первого попавшегося лучника. За мной ринулись другие черные, пятеро из них уже связывали Карпуше руки.

Увидев, что их лидер в плену, зеленые побросали оружие.

Как только путь был свободен, я отправил всех свободных черных к границе, чтобы оранжевые видели, как много здесь людей.

Трое черных держали Карпушу, остальные зеленые были свободны.

– У них приказ никого не убивать, – сказал я, заглядывая в знакомые лица. – Идите по домам и оставайтесь там, пока к вам не придут.

Переглянувшись между собой, зеленые послушно разошлись по хижинам. Без Карпуши эти люди были похожи на стаю рыб.

Оранжевые так и не появились. Прошло всего полчаса с тех пор, как я скомандовал наступать, за это время оранжевые воины успели бы только одеться и получить оружие. Теперь, подоспев к границам, они увидели четыре сотни черных, и начали выставлять баррикады.

К утра стало ясно, что план сработал. Фиолетовым ведьмам и черным лекарям было приказано обойти дома, раздать еду и помочь раненым. Это был первый шаг к перемирию.

Хризолит вместе с офицерами, не участвовавшими в сражении, появилась к десяти часам утра. Она прошлась по пустым улицам на земле голубых, слушая доклады о потерях. Убитых не было, но многие черные были ранены, и около десятка боялись, что отравились миналией.

На полдень был назначен совет стай. Там должны были быть Карпуша, Луна, Погодник, Буревестник, я и Хризолит. Местом встречи была выбрана столовая голубых.

Луна послушно прошел в назначенный час сам, Карпушу же пришлось вести связанным. Левая сторона лица, по которой пришелся мой удар, налилась лиловым.

Когда все собрались в назначенном месте, Погодник рассказал предводителям обо всем, что произошло после моего исчезновения. Я продолжил с того момента, как очнулся под водой в гроте. Хризолит молчала.

И Луна, и Карпуша слушали нас вполуха, зная, что что бы мы им ни сказали, они выйдут с совета слугами черных. Однако, когда Командующая лично зачитала составленный договор, оба предводителя изменились в лицах.

По этой бумаге предводителей стай могли определять только сами стаи; только предводитель мог решать, сколько люди будут работать. Предводитель должен был передавать на Остов назначенное количество ресурсов каждый месяц, и за эти ресурсы назначалась плата. Плату предводитель должен был распределять между людьми и тратить на нужды стаи. Черные, находящиеся на территории Огузка, не могли трогать членов стаи, пока стая соблюдает договоренность и законы, принятые на Остове, то есть не воруют и не убивают. Так же черные следят за заключенными преступниками, которых привезут на Огузок. Этот режим должен был вступить в силу сразу после того, как оранжевые и желтые прекратят сопротивление. До этого все работы в стаях будут проводиться под контролем стражи Хризолит, но без ущемления свободы людей.

Луна и Карпуша согласились с требованиями. Каждый предводитель получил свою копию договора. К трем часам дня возобновились работы. Через несколько дней на Остов должна была отправиться первая партия металла, порошка морского камня и удобрений.

Я вернул себе свою хижину и, как только я перенес туда свои вещи, Хризолит вызвала меня к себе.

– Я хочу, чтобы ты публично принес клятву и вступил в ряды стражи. Чтобы отказался от власти стай и признал, что подчиняешься Остову и лично мне. Если хочешь стать Исполняющим и остаться здесь, ты должен доказать, что ты этого достоин, но не разгребая миналию, а выполняя приказы.

Я согласился, и на следующий день на глазах у всех, кто только пожелал посмотреть на это представление, встал на колено перед Командующей и принес ей клятву верности.

Хризолит пропустила мое послушничество и назначила меня сразу Ищущим, якобы за успех в операции под землей и возвращению голубой и зеленой стай. В глазах черных это было вполне приемлемо, и никто не стал возражать против мутанта в форме. Для стай же мой поступок был сродни предательству. Никто не хотел вникать в подробности, ведь то, что я стал черным, только подтвердило слухи, которые распространил обо мне Солнце. Только предводители, да еще несколько моих друзей знали, что весь этот балаган был необходим для налаживания отношений между Огузком и Остовом.

Прошло несколько дней, и стаи, воссоединившись с синими и фиолетовыми, быстро приняли новый уклад. Никто не запрещал людям рыбачить или ходить в гроты, стражники не бросались с гарпунами на зазевавшихся работников. К тому же, некоторые черные прошли через мутацию, и могли безбоязненно находится с голубыми без масок. Это тоже смягчило ситуацию.

Оранжевые, наглухо закрывшись со всех сторон, выжидали.

Я, как и обещал Хризолит, начал заниматься тоннелями. По карте, перерисованной с моей груди, мы с Пеной, Мидией и Краб должны были составить маршрут до комнаты. Не было причин затягивать со спуском, но Пена все медлил.

Когда я спросил у него напрямую, почему мы не можем отправиться вниз, он рассказал мне про тварей, с которыми я встретился.

Узнав, что на самом деле происходило на Остове и почему Командующей так нужно было скорее туда вернуться, я был потрясен. Тысячи неговорящих людоедов, небо знает сколько времени размножавшихся в подземельях, могли вырваться наружу в любую минуту. В любую минуту они могли пройти по моим следам и оказаться здесь, на Огузке. Возможно, все, что их останавливало, это свет, который я зажег… но стражники, которых послали проверить это, донесли, что в месте, откуда я пришел, все так же темно. Видимо, свет просто погас.

Когда Хризолит узнала о сомнениях Пены, она рассказала нам о том, как Яшма научилась ориентироваться в темноте и справилась с людоедами в подземельях на Остове. Пена решил, что прислать ее сюда будет лучшим решением. Для меня новость о похождениях Яшмы стала приятным сюрпризом, и я не стал возражать. Пусть лучше она будет возле меня, чем возле Горы и Серого.

Мы стали ждать, пока мутантка сможет приехать и присоединиться к нашей группе.