Тимьян и корица

© Александра Рябкина, 2025

© ООО «Издательство «Эксмо», 2026

Каждому, кто добрался до этой части и влюбился в героев так же, как и я.

P.s. Запаситесь салфеточками.

Глава 1

Руки Рейны дрожали, когда она прижимала телефон к уху. Он то и дело грозил выскользнуть из пальцев, окрашенных в липко-багряный. А монотонные гудки разрезали темноту комнаты, отдаваясь в горле пугающим равнодушием.

– Давай же, отвечай, – зашептала Рейна, переводя взгляд с трясущейся фигуры, которая забилась в угол, на маленькую собачку породы шпиц, огрызающуюся на нечто, что когда-то было филином-перевертышем.

Стикини могли быть стервозными и непредсказуемыми, когда нападали стаей, но Рейне повезло: виргинский филин был их единственной проблемой этой ночью. К сожалению, только пока. Все могло круто измениться уже в ближайшие недели, если не дни. Гребаные совы были готовы мстить за своих сородичей с таким пылом, который не снился даже волколакам.

Гудки пропали, свидетельствуя о том, что вызываемый абонент поднял трубку.

Рейне почудилось, что запахи тимьяна и крови в эту секунду утонули в шлейфе терпкой вишни. Этот аромат стал для Морис лекарством от всех болезней в последние недели. Недели, которые могли сейчас быть спущены в унитаз из-за ответственности Рейны и мужчины, который на трясущихся ногах поднимался из своего самопровозглашенного укрытия.

– Если это был не мой влажный сон, то мы вроде засыпали вместе. – Подернутый ухмылкой бархатный голос, раздавшийся из динамика, помог Рейне сделать глубокий вдох.

– Я в заднице. И, возможно, мне нужна помощь, чтобы закопать труп, – выпалила она, не давая мыслям вернуться в уютную квартиру, из которой Рейна в спешке уходила не так уж и давно.

Это был сложный перелет. Нервозность так и клокотала в крови, заставляя мысли путаться. Рейне казалось, что вся ее работа, весь труд, вбуханный в зимнюю коллекцию, катился к чертям. Показ висел на волоске.

И все из-за того, что ее модели накануне решили испытать себя на катке после вечеринки. В итоге две девушки сломали руку, а парень – ногу. Так что придется Рейне воевать с новыми и совершенно незнакомыми людьми. И в их профессионализме она слишком сомневалась, отчего уровень злости и стресса взлетал прямиком до стратосферы.

Попрощавшись около часа назад с друзьями, которые сразу направились в отель отсыпаться, Рейна отпирала ключом дверь своего таунхауса.

Дом.

Рейна Морис с наслаждением погрузилась в тишину, снимая с лица привычную для всех улыбчивую маску. Она чертовски устала. Настолько, что хотелось забраться под одеяло и больше никогда оттуда не вылезать.

Ко всему прочему, она чувствовала голод. Приятная нега растекалась по телу, отчего Рейна ощущала легкость, граничащую с головокружением. Ей нравилось это. И даже начинало нравиться то, что она видела в отражении зеркала. Самую малость. Щеки больше не были круглыми, и черты лица даже немного заострялись.

Несколько пропущенных приемов пищи давали свои плоды, заставляя сердце Рейны радостно ускоряться. Но ее «несколько» для подруг превратилось бы в «ты совсем сдурела?».

И пока мисс Морис не спешила делиться своими проблемами с теми, кто и без того тонул в собственной жизни, – слишком много произошло за последний год. Настолько много, что на голове Рейны помимо белых прядей явно появилось несколько седых волос.

Первым ударом было покушение на Микаэлу летом, а всего спустя полгода Су Ен чуть не растерзали чертовы лисы-перевертыши. Рейна тяжело вздохнула, снова прогоняя накатывающие тоску и боль.

Микаэла и Су Ен были ее единственными подругами, которыми она дорожила больше, чем собственной жизнью. И обеих она чуть не потеряла. Чуть не потеряла из-за того, что совершенно ничего не могла сделать.

– Нужно что-нибудь съесть, – прошептала Рейна, совершенно не желая нарушать тишину дома. Волчица внутри, привыкшая к чувству голодной слабости, не шелохнулась. Это ей не нравилось, заставляя иногда огрызаться, а после снова впадать в сон.

Рейна оставила чемодан в прихожей и, неторопливо повесив пальто на крючок, направилась на кухню на первом этаже. Здесь царила настолько вылизанная чистота, что становилось понятно: никто давно ничего не готовил. Да и Рейна знала, что в холодильнике пусто. За исключением нескольких бутылок с водой и уже съежившихся и покрывшихся плесенью овощей. С нескрываемым отвращением Рейна схватила пакет для мусора, в который полетели испорченные продукты. Пахли они гнилью и тухлятиной, а на ощупь были еще хуже, отчего захотелось тут же вымыть руки. Слизь с овощей задержалась на пальцах Рейны всего на пару секунд, пока она экстренно их мыла.

Теперь холодильник точно был пустым.

Ну и к черту. Рейна захлопнула его, взяв оттуда бутылку воды, жадно ее опустошила и, смяв, выбросила в ведро для пластика.

Этот день обещал быть чертовски долгим – Рейна Морис чувствовала себя омерзительно плохо после пятнадцати часов в самолете, где каждая минута заставляла нервничать все сильнее. Ну как можно было так безалаберно относиться к работе?! Неизвестно, насколько долго Рейна будет пылать яростью к собственным моделям, к их несчастью.

И теперь ей придется работать с олухами, которые, и она была в этом уверена, испортят все.

– Мне нужен кофе, – себе под нос пробубнила Рейна и вернулась в прихожую.

Пальто все так же висело на крючке, дом все так же пустовал, а одиночество, которое она умело прятала за улыбкой и новыми знакомствами, словно осьминог, выползало на сушу.

Какой же жалкой она себя ощущала в последние месяцы: утонула в работе, переживаниях. И чтобы задушить это чувство никчемности, искала тепла в объятиях случайных мужчин.

Да, сначала это было игрой, в которой Рейна представляла, как злорадно мстила собственному нареченному. Но потом новые белые пряди, появляющиеся на ее голове, перестали вызывать эмоции. Пока она не была знакома с оборотнем, который якобы должен был стать ее судьбой, ей по большей части было плевать, с кем он спал и в каком количестве. Лишь бы не подцепил что-то мерзкое. И Рейна имела в виду не жену и детей.

Сложно назвать изменой похождения гипотетического нареченного, ведь Рейна даже не знала, что ждало ее по ту сторону парной связи. Волчица, протяжно зевнув, кивнула, будто подтверждая мысли мисс Морис. После чего внутренний зверь снова закрыл глаза и уснул.

Рейна обернулась, смотря на виднеющуюся из прихожей гостиную будто другими глазами. Раньше, когда они были подростками, у них с подругами был свой мир, в который ничто и никто не врывался. И как быстро все изменилось. Настолько, что Рейна теперь не знала, чего хотела от жизни. Казалось, что даже работа, которая приносила удовольствие, окрасилась в серый скучный цвет.

Все вокруг перестало иметь смысл, утратило удовольствие и отдавалось на губах кислым привкусом обмана и лицемерия.

Накинув на плечи пальто, Рейна равнодушно покинула пустой таунхаус. Хлопнула дверью, заперла ее на ключ. В доме не чувствовалось тепла, будто ничто в атмосфере не отражало самой сути мисс Рейны Морис.

Каждая ступенька, отделяющая дом от проезжей части, все сильнее погружала Рейну вглубь себя. Она все чаще задавалась вопросом: что с ней не так?

Она по-доброму завидовала подругам. Тому, как их жизнь налаживалась. Как они расцветали рядом со своими нареченными. Рейна же оставалась одна. Безвозвратно одна, и в последние годы не хотела это как-то исправлять.

Еще несколько ступеней повлекли за собой сотни тоскливых мыслей, где Рейна видела себя в том же пустом доме, родители все так же не общались с ней, подначивая и брата к тому же. Одиноко. Пусто. И чертовски сильно резало сердце и душу.

Спустившись с последней ступеньки на тротуар, Рейна осмотрелась.

Улицы Лондона встретили ее привычным промозглым дождем. В воздухе чувствовалась морозная влажность декабря, смешанная с запахами города: откуда-то пахло хот-догами, мимо прошла девушка, наверняка вылившая на себя флакон духов, а где-то в подворотне ютились бездомные, воняющие канализацией.

Рейна отчего-то любила эту атмосферу. Любила привычность и стабильность, в которой она знала, что по утрам мимо дома проезжает юноша на велосипеде, за углом готовят фиш-энд-чипс в небольшом ларьке на колесиках, а она, словно по расписанию, выходит с утра из дома, ловит такси и направляется на работу, где проводит большую часть жизни. И вроде все казалось не таким уж и плохим: Рейна быстро поймала машину и без особых заторов на дороге доехала до салона.

По пути на работу Рейна еще раз пробежалась по портфолио моделей, которые присоединятся к команде.

Машина привычно остановилась у тротуара неподалеку от кофейни Dalla Farina, которая находилась напротив салона Рейны. Обычно там сидело много людей, особенно в такую неприветливую погоду. Туристы да и просто мимо проходящие люди спешили укрыться от мороси.

Бросив взгляд на милую вывеску, Рейна обратила внимание на салон, в котором горел свет. Пара консультантов занималась своими привычными делами.

Рейна находилась по другую сторону дороги, когда громко сигналящая машина пронеслась прямо перед ней да еще и проехала по луже. Настолько глубокой, что все ее содержимое серым пятном растеклось по пальто мисс Морис.

– Да что б тебя!.. – С губ Рейны слетел звук сродни рыку, а взгляд упал на машину, которая успела довольно далеко уехать. Сложно было не заметить, как этот лихач окатил водой еще нескольких прохожих. Рейна надеялась, что у водилы неистово зачесалось левое ухо[1] от того, каким трехэтажным матом его покрыла каждая жертва грязного душа.

Тут же, видимо, взбудораженная шумом с улицы, откуда-то выскочила маленькая собачка, неистово лая и рыча. Рейна умиленно опустила голову, смотря на трясущееся пушистое создание шоколадного цвета. Вообще-то она никогда не любила шпицев, но этот отчего-то казался невероятно очаровательным в своей злости.

Собачка стояла возле ноги Рейны, поджав уши и оскалившись. И когда машина окончательно скрылась за поворотом, пушистое облако ярости затихло и подняло мордочку наверх, будто желая заглянуть в глаза той, кого так агрессивно пыталось защитить.

– Пончик!

Словно это было ее имя, а не кличка собаки, Рейна резко повернулась на мужской голос. Его обладатель оказался высоким. Настолько высоким, что Рейне пришлось задрать голову. И невероятно… харизматичным. Слегка загорелая кожа и теплые карие глаза почти кричали о том, что незнакомец не англичанин. А острые скулы, будто специально подчеркнутые аккуратной щетиной, и волнистые темные волосы были готовы свести Рейну с ума.

На мгновение она забыла о том, как моргать, не говоря уже о связной речи. Ох, она была падкой на красивых мужчин. Но впервые за последние годы кто-то вызывал у ее тела настолько острую реакцию. Рейна замерла и нервно сглотнула. О высшие силы, и почему этот мужчина не был ее нареченным? Она бы с удовольствием молилась перед ним на коленях каждый день, а, может… и несколько раз на дню.

– Мисс? С вами все хорошо? – Судя по тому, с каким встревоженным прищуром смотрел на Рейну незнакомец, он задавал этот вопрос не в первый раз.

– А? Да-да. – Ей пришлось откашляться, чтобы восстановить соединение между языком и мозгом. Нужно было хоть что-то ответить богу, что стоял перед ней. – Просто какой-то отморозок не видит ничего дальше своего носа.

Недовольно кривя губы, Рейна опустила взгляд на пальто, с которого начала старательно стряхивать капли грязной воды. Но сейчас помогли бы только химчистка и пластинка успокоительных.

– Может, зайдете в кофейню, там найдется парочка бумажных полотенец, – произнес красавец, отчего по телу Рейны побежали восторженные мурашки. Она не могла снова не обратить внимание на голос мужчины. Глубокий и бархатный, словно самый дорогой черный шелк. А запах… от незнакомца пахло терпкой, слегка забродившей вишней и корицей.

Нос защекотало от того, как быстро мужчина, стоявший перед Рейной, становился все более лакомым кусочком. Она с трудом перевела взгляд с незнакомца на кофейню за его спиной.

Морис множество раз проходила мимо этого заведения в надежде не проглотить язык из-за тех соблазнительных ароматов корицы и кофе, которые выплывали оттуда на улицу. И сейчас удержаться от предложения зайти становилось настолько же катастрофически сложно, как выжить в открытом космосе без скафандра.

– Я работаю напротив, – вместо согласия отозвалась Рейна и указала большим пальцем себе за спину.

В ответ на ее вежливый отказ, словно перенимая сожаление Морис, маленькая собачка у ее ног жалобно тявкнула и попыталась потянуть Рейну за и без того пострадавшее пальто.

– Пончик! – уже во второй раз воскликнул мужчина.

Удивительно, что Рейна теперь знала, как зовут его собаку, но все еще гадала об имени нового знакомого.

Мужчина опустился, чтобы отцепить шпица от пальто, и выпрямившись, оставил пыхтящего питомца у себя на руках.

– Простите, он просто очень любит возмущаться, – отозвался незнакомец и посмотрел за спину Рейны. – Я все еще ненастойчиво предлагаю зайти внутрь, дождь усиливается. – От улыбки, которой незнакомец одарил Морис, она была готова переписать на него все свое движимое и недвижимое имущество, а сверху, словно вишенку, преподнесла бы и свою душу.

Капли дождя стекали по его скулам, заставляли и без того волнистые волосы сильнее кудрявиться. Рейне так и хотелось провести по ним пальцами, покрутить и отпустить, чтобы посмотреть, как забавно локоны отпружинили бы обратно.

– А я все еще ненастойчиво даю понять, что работаю через дорогу. – Рейна вернула незнакомцу точно такую же искреннюю улыбку, какую он подарил ей.

– Я знаю, – начал мужчина, но быстро стушевался. – Не поймите меня неправильно, я за вами не слежу, просто…

– Раз мы оба здесь… – она окинула его любопытным взглядом с ног до головы, подметив фирменный коричневый фартук кофейни, – работаем, то еще увидимся, прекрасный незнакомец, – усмехнулась Рейна и на прощание махнула рукой.

– Можно просто Лео, – услышала она и улыбнулась еще шире. Это имя ему подходило.

– Что ж, тогда до встречи, просто Лео, – чуть тише добавила Рейна, на что услышала легкий смех за спиной. Поворачиваться было опасно, иначе она могла больше никогда не сдвинуться с места.

Тяжело вздохнув и избегая луж, мисс Морис перебежала дорогу. И стоило ей только оказаться под крышей салона, как дождь разошелся. Но как бы сильно он не гремел по тротуару, сердце Рейны все равно стучало громче. Удивительным было то, как быстро Лео… Лео… смог завладеть ее вниманием.

– Мисс Морис! – Одна из консультанток бутика встретила Рейну радостной улыбкой. – Модели уже ждут вас в мастерской, под них…

– Я поняла, спасибо, Изабель. – Рейна одарила сотрудницу добродушной улыбкой и сбросила пальто с плеч. Честно говоря, не хотелось даже слышать о новых моделях. И уж точно нервозность достигала апогея, стоило только представить, что под них нужно еще и подогнать вещи.

Проходя через зал, в котором было несколько покупателей, которых Рейна наградила дежурной приветливой улыбкой, она наконец-то очутилась в служебных помещениях.

Полумрак коридора и винтовая лестница, ведущая наверх, давали мисс Морис возможность перевести дух и успокоить взволнованное сердце. Здесь привычно пахло тканями, которые только-только отутюжили, духами некоторых мастеров салона и мелом, с помощью которого делались выкройки для будущих образов.

Ступеньки под ногами привычно поскрипывали, отчего Рейна вспомнила, что давненько собиралась вызвать ремонтника, чтобы либо починить, либо смазать половицы. Оставалось всего несколько шагов до того момента, когда пути назад не будет. Придется смириться с тем, что мисс Морис безбожно потеряла контроль над собственной командой.

Уже на подходе послышались разговоры, смех и тихое ворчание портных. Отлично! Новые олухи еще и мешали подгонять для них одежду! Даже не видя лиц собравшихся, мисс Рейна Морис пылала от злости и негодования.

Бесшумно отворив дверь, она проскользнула в сердце салона – мастерскую, где происходило абсолютно все, начиная от создания эскизов и заканчивая контролем качества образов.

Тихо ступая в тени шкафов с материалами, Рейна с любопытством осматривала новые фигуры на ее шахматной доске. Высокие девушки улыбались, то и дело что-то бурно обсуждая и мешая портным взмахами рук. Одна из них была светленькой, отчего пальто льдисто-голубого цвета с асимметричными карманами и большим капюшоном смотрелось на ней выигрышно. Правда, в плечах оно было чуть больше, чем задумывала Рейна.

А вторая модель, словно противоположность, была темнокожей красавицей с теплыми миндалевидными глазами и десятками заплетенных кос на голове. Удлиненное пальто цвета фуксии с запа́хом и стоячим воротником идеально подходило под ее цвет кожи.

«Может, еще и не все потеряно», – подумала Рейна, переведя взгляд на мужскую спину и белобрысую макушку. Пожалуй, это было единственным, что Рейна заметила в это мгновение. Это и то, каким раскатистым был его смех. Казалось, что до прихода Морис он перекидывался со всеми в комнате меткими шутками, а теперь посмеивался над тем, как юная портниха мило краснела перед ним.

Рейна недовольно цокнула языком от того, каким легкомысленным был юноша.

– Добро пожаловать в Moris, – разнесся по мастерской спокойный голос, заставляя всех остановиться.

Головы тут же повернулись к Рейне. Она никогда не привыкнет к этому вниманию. И уж точно никогда не была готова встретиться взглядом с голубыми глазами юноши. С глазами, от которых по позвоночнику Рейны поползли мурашки, а внутренний зверь лениво поднял голову.

Обманчиво невинная улыбка, еще мгновение назад красовавшаяся на точеном лице оборотня, сползла с губ. Рейна практически видела, как мысли забегали в его голове, увенчанной платиной волос. Каждая прядь цвета чистейшего снега была делом рук именно мисс Морис.

И самым ужасным было то, что она совершенно не чувствовала угрызений совести. Быстро переворошив память, у Рейны даже получилось вспомнить, как звали юношу – Сет Айситт. Имя, которое теперь отдавалось эхом где-то на уровне груди.

– Нам с вами предстоит подготовиться к показу, который пройдет через несколько дней. – Нацепив на лицо маску безразличия, Рейна прочистила горло. Нужно быть профессионалом, а с Сетом она успеет поговорить.

И это решение далось бы ей легко, если бы голод не напомнил о себе. Он сдавил желудок в тугой узел так неожиданно, что у Рейны сперло дыхание. Следовало игнорировать голод настолько долго, насколько она вообще могла это делать, то есть бесконечно.

– Мисс Морис? – с тревогой спросила одна из портних, которую звали Лидией. Кажется, именно она в последний раз вызывала скорую после очередного обморока Рейны, которая сейчас лишь успокаивающе махнула рукой и постаралась улыбнуться.

– Долгий перелет, – пояснила она, а после вновь уставилась на трех моделей. И Сет явно был заинтересован в Рейне больше остальных. Улыбка одним уголком губ то и дело появлялась на его лице. – Сегодня под вас подгонят одежду, а завтра вы присоединитесь к прогону, вам вышлют адрес и время.

Рейне хотелось поскорее спрятаться в кабинете. Последний час пытался убить ее внезапными знакомствами. Она вообще-то еще не успела отойти от работника кофейни, а тут уже приходилось разбирать головную кашу из-за собственной модели. Сет Айситт был не сильно в ее вкусе, но нельзя было не заметить его утонченную мужественность: яркие голубые глаза с прищуром, острые линии подбородка и носа и, конечно же, так и притягивающие взгляд губы.

– Спасибо вам за предоставленную возможность, – дружелюбно улыбнулась светловолосая девушка, имени которой Рейна еще не вспомнила, хоть оно и было в списке, прочитанном в самолете, а потом и перечитанном в такси. Она нравилась Рейне все сильнее своей вежливостью. Возможно, по итогу все будет не так уж и плохо.

– Не подведите меня, – ответила мисс Морис, цокая по паркету каблуками сапог. – Мистер Айситт, попросите проводить вас в мой кабинет, как закончите здесь.

Покидая мастерскую, Рейна чувствовала не только долгий взгляд того, кого смело могла называть своим нареченным, но и его пронзительный душистый запах – тимьян.

Этот день, видимо, никогда не закончится…

Глава 2

В ушах Рейны шумело, и она не знала, куда себя деть. С одной стороны, возбужденное ожидание, зарождающееся на дне живота, заставляло глупо улыбаться. Но с другой… той, где мисс Морис сомневалась в себе, она все еще не понимала, стоило ли радоваться раньше времени.

Сет Айситт, стоящий напротив портнихи в мастерской, был одним из тех юношей, которые могли обезоружить кого угодно одной нахальной ухмылкой. И, возможно, будь на месте Рейны кто-то другой, он бы почувствовал укол ревности. Но она не могла похвастаться этим чувством. И даже ее внутренняя волчица лишь недовольно заурчала, а после вновь улеглась спать.

Испытывая мандраж и первые признаки нервного удушья, Рейна подскочила к огромным окнам, которые выходили на улицу, где ютилась милая кофейня с бариста по имени Лео и его шпицем Пончиком.

Рейна распахнула окно, впуская в кабинет помимо прохладного декабрьского ветра шум с проезжей части, голоса прохожих и лай собак. Почему она раньше не замечала, что вокруг всегда было много тех, кто выгуливал своих питомцев?

– И что я должна теперь делать?

Рейна устало провела рукой по волосам, убирая пряди сиреневого цвета от лица.

Отчего-то она думала, что будет знать, как себя вести рядом со своим нареченным, когда увидит его. Ведь благодаря подругам она имела некоторое представление о том, каково это – найти свою пару. Однако реальность оказалась куда более непредсказуемой и пугающей. Рейна лишь на мгновение встретилась с Сетом взглядом, но уже успела растеряться и забыть, как ее зовут.

И это случилось не потому, что она сразу безоговорочно в него влюбилась или почувствовала магическое влечение, словно героиня книги Стефани Майер, – волшебного запечатления в их мире не существовало. Ох, сколько раз Рейна представляла именно это смехотворное волшебное вмешательство связи. Но вместо этого Морис поразило то, что она ничего не ощутила, кроме осознания.

Осознания, что юноша, который был не только младше нее, но и стал ее подчиненным, оказался ее нареченным. Что она будет с ним делать?

Чтобы занять руки, Рейна подошла к своему столу, стоящему напротив открытого окна, и достала из ящика один из эскизов. Она все никак не могла его закончить. Что-то все время виделось неправильным или чересчур броским.

Мисс Морис просто хотела создать образ, который бы подходил не только моделям-мужчинам, но и тем, кто знал, что такое работать руками. Должно было выйти нечто простое, но подернутое пеленой изящности и мужской сексуальности.

Мыслей по-прежнему не было. Все сознание будто восставало против Рейны, подкидывая портрет Сета со всех ракурсов. Она даже толком не запомнила его! Какого дьявола? Рейна устало рухнула в офисное кресло на колесиках, так что оно откатилось к открытому окну. Колесики ударились о плинтус, и Рейна чуть не задела цветочный горшок, в котором росла огромная монстера.

Нужно было вздохнуть полной грудью и немного привести мысли в порядок. Рейна обвела кабинет долгим взглядом, будто видела его впервые. Все стояло на привычных местах, хотя и казалось, что некоторые цветочные горшки несколько смещены: скорее всего, их при поливе сдвинула уборщица. В остальном же в кабинете царил привычный творческий беспорядок: рядом с огромными шкафами, в которых ютились тубы с эскизами и выкройками, стояло несколько манекенов с накинутыми на них кусками тканей. В самом дальнем углу высились стеллажи с разными инструментами, которые Рейна использовала, когда вдохновение врывалось с ноги.

То там, то тут по фэн-шую лежали обрезки материалов или рулоны с почти нетронутой тканью. Когда-то мисс Морис, может, и хотела что-то с ними сделать, но сейчас та ниточка идеи была потеряна.

Рейна быстро нажала иконку плеера на смартфоне и подключилась к колонке, из которой по очереди заиграли треки десятков разных исполнителей из любимого плейлиста.

Прохлада улицы, запах чистой ткани и музыка – залог неплохого рабочего дня. Рейна была готова утонуть в этом ощущении, лишь бы не пришлось разгребать очередное дерьмо.

За кофе она так и не сходила.

Собственно, как и за едой. Но этот вопрос тревожил Рейну в последнюю очередь даже тогда, когда желудок то и дело болезненно сдавливало.

Так и должно быть, если она хочет приблизить себя к желаемому результату. Эта мысль настолько укоренилась в голове мисс Морис, что она повторяла ее чаще, чем читались молитвы у алтарей в церквях.